Хранитель принца

      Две ночи и два дня внезапной гонки на грузовиках по изувеченным войной широким трактам империи Готрон, а затем по раздолбанным без всякой войны дорогам королевства Итилан выпали из жизни долинского принца почти без следа. Почти всё это время он проспал на Стальном Фолге, периодически позволяя запихнуть в себя что-либо съедобное и через силу глотая новую порцию сонного отвара. Судя по обрывкам воспоминаний, это безумное ралли претендовало на звание самого изнурительного кошмара в его жизни.       Под вечер второго дня, когда машины наконец остановились, Фредерик вытащил сонного долинца из кабины, аккуратно водрузил на ближайший ровный булыжник и, приказав Варгу удерживать подопечного в вертикальном положении, свалил куда-то по своим наёмническим делам. Свежий ветерок овеял лицо Таоли, и он, старательно пытаясь разомкнуть слипающиеся веки, медленно вдохнул полной грудью:       — Чем пахнет? Чем-то сладким…       — Сладким? — Варг посмотрел на него чуть удивлённо и одобрительно, хотя и с лёгкой насмешкой. — Из тебя ещё вырастет хороший кигги. Для настоящего кигги запах моря сладок.       — Моря? — уже совсем широко открыл глаза Дэйвэн. — Я никогда не видел моря.       — Ещё насмотришься, — рассмеялся островитянин. Улыбка выглядела непривычно на обычно суровом лице.       — Хочу сейчас.       И Варг повёл его к небольшому холмику, поднимавшемуся за большими деревянными строениями. Пока шли, они стали объектом пристального внимания людей, таскавших разнообразные тюки и ящики. Кого здесь только не было: молодые и старики, демонстративно смирившиеся, полные затаённой злобы и измождённые до абсолютного равнодушия, рослые островитяне, коренастые итиланцы и худощавые готронцы — они провожали принца липкими взглядами, переговариваясь вполголоса, и мгновенно отводили глаза, стоило только посмотреть в их сторону.       — Кто это? — конечно, наследник рода Дэйвэнов привык ко всеобщему вниманию, но очень уж странно вели себя именно эти мужчины.       — Имущество клана, — негромко ответил кигги. — Не обращай внимания.       Наконец они поднялись на пологую вершину холма, и Варг, ухмыляясь, обвёл широким жестом лежащую перед ними низину, заросшую тёмной, влажно-блестящей зеленью. Вдоль края этого огромного поля тянулись ряды длинных зданий и непонятных помостов, по которым суетливо носились люди. К ним вела широкая наезженная дорога, огибавшая холм, на котором они стояли.       — Видишь реку? — островитянин указав в противоположную от дороги сторону. — Вон там, внизу можно разглядеть, где она впадает в море.       Сказать, что Таоли был разочарован — ничего не сказать.       — В море должно быть много воды! Это не море, это поля какие-то.       — Это устье, заросшее плавучим плющом. Видишь, где пришвартованы корабли — глубина там в три моих роста.       Долинец с новым интересом взглянул на зелёную низину, ограниченную с трех сторон каменистыми холмами, особое внимание привлекла впадина между двумя из них далеко впереди.       — Правильно, — тепло улыбнулся Варг. — Там выход в открытое море.       Спуск занял гораздо меньше времени, чем подъём, и чем ближе они подходили, тем оглушительней становился рёв чьей-то лужёной глотки. Прислушавшись, Дэйвэн распознал лишь треть слов — в основном предлоги, но даже этой малости хватило, чтобы смутить их обоих. Не сговариваясь, по широкой дуге они обошли высокий помост, стараясь, чтобы их и кигги, зычно оравшего приказы, разделяло скопище суетящихся людей. Не успели они подойти к причалу, как сзади раздалось громогласное:       — Куда прёте?! Да-да, ты, бугай белобрысый с мелким недоноском!       Обернувшись, они увидели хромавшего к ним крикуна: грузного немолодого островитянина, заросшего рыжими волосами во всех доступных взору местах. Особенно впечатляли кустистые сросшиеся брови, косматая борода и поросль на тыльной стороне широчайших лопатообразных ладоней.       — Синеног, что тебе советовала госпожа Элеонора в последний раз, а? — буркнул Варг, загораживая собой долинца.       — Провожаем в трюм уважаемых госпож… — на тон ниже произнёс кигги, запнулся, но упрямо продолжил: — женщин, детей, рабов, шлюх в последнюю очередь.       — Вот и провожай их, — хмуро сказал Варг, — а я пока покажу господину Дэйвэну корабли.       — Ни одна шлюха не оскорбит собой палубу моих кораблей! — взревел рыжий островитянин так, что Таоли едва не оглох. — По ним ходили только настоящие мужчины!       — Господин Дэйвэн, — злобно зарычал Варг в тон, — нанял на службу Стального Фолга, а Фред имеет дело как раз с настоящими мужчинами!       — Мужчина должен выглядеть как мужчина! А это — бледный сопляк!       — Человек должен выглядеть как человек, — ледяным колокольчиком прозвенел надменный голос принца, заставив опешить островитян, свирепо рычавших друг на друга. — А это — мохнатое животное.       Синеног подавился очередным ором, его кожа в просветах рыжих зарослей пошла красными пятнами. Молниеносный замах — Таоли не успел даже моргнуть — а ладонь Варга уже отбила чужой кулак в сторону. Вот тут Дэйвэн — необычайно вовремя — соизволил объективно оценить ситуацию и очень пожалел, что поблизости не наблюдалось Стального Фолга: нападавший выглядел уже совершенно обезумевшим и очень опасным. Он быстро огляделся, но на этот раз, в отличие от виденных им прежде киггских сборищ, окружающие бросились от дерущихся врассыпную.       — Я ему язык вырву! — орал рыжий кигги, беснуясь и брызжа слюной.       — А я тебе — руки, — рычал Варг, отбивая удары и загораживая принца, — а Фред — яйца!       — Я помню тебя, змеёныш, — внезапно рявкнул Синеног, — Не твою ли мать я ебал, когда мы взяли Змеиный остров? Её самую — и не только я!       Варг молча бросился на старшего кигги. Замах, голова противника дёргается от удара, а сам Варг внезапно сгибается вдвое, коротко и хрипло закашлявшись.       — Успокоились! — резкий окрик перекрыл все звуки. — Быстро!       Синеног ошеломлённо тряс головой, когда его взгляд упал на долинца. Таоли едва успел увернуться от летящего в лицо кулака, отпрянув назад и теряя равновесие…       — Ты не понял?!       Дэйвэн почувствовал, как его за шкирку вздёргивают на ноги.       — Какого… Холт!       — Синеног, не лезь к юэнаи, — раздражённо отчеканил Холт, затем с головы до ног осмотрел Таоли и неодобрительно фыркнул: — Умеешь же ты заводить друзей. Полчаса назад на ногах не держался, а стоило только оглянуться — уже затеял драку с уважаемым «тюленем».       — Ты уважаешь это буйное чудовище? — к ледяному презрению в голосе принц добавил толику удивления для разнообразия.       — Буйное чудовище?! Ах ты, мелкий выродок!       Холт шагнул вперед и, обняв немолодого кигги за шею, начал шёпотом ему что-то втолковывать.       — Таоли не виноват, — выдавил из себя задыхающийся Варг. — Я первый двинул старому хрычу.       Синеног недоуменно посмотрел на него. Холт с досадой поморщился:       — Я так смотрю, ты ещё от того удара по башке в себя не пришёл. Иди на «Ногу», отдохни немного.       — Но я должен… — начал было Варг, но Дэйвэн его решительно прервал:       — Я побуду с тобой.       — Отлично, — вздохнул с облегчением Холт. — Синеног, у тебя, наверное, дел невпроворот?       — Холт, если бы не ты сказал про эту бледную моль — я б не поверил, — буркнул тот в ответ и тяжело потопал к своему помосту.       Позже, когда Таоли наконец успокоил лежащего в соседнем гамаке Варга, который переживал из-за драки и винил во всём себя, и сам уже почти задремал в своём качающемся ложе в недрах полутёмной душной нижней палубы, над ухом тихо зарокотал вкрадчивый голос:       — А я-то гадаю, куда запропастился мой драгоценный наниматель? А он спокойно прикорнул в уголке, чтобы никому не мешать. Какой хороший мальчик.       — Фрей, нельзя так подкрадываться к людям! — возмутился Дэйвэн, пытаясь скрыть невольный испуг. Фолг потащил его из гамака, кивнув дёрнувшемуся было Варгу:       — Лежи. Сам справлюсь.       Фредерик вынес Таоли наверх и, уступая его усиленным просьбам, опустил на палубу, но продолжил так же тесно прижимать к себе за плечи.       — Светлейший юэнаи, позволь познакомить тебя со старым другом нашей семьи и одним из лучших дружинников в истории клана «тюленей», — Стальной кивнул в сторону подошедшего кигги — сконфуженного и едва не скрипящего зубами. — Капитан Синеног, это мой новый наниматель — самое ценное сокровище из привезённых сегодня. Я им очень дорожу.       Старый островитянин с неловкостью оглянулся на подошедшего следом Холта.       — Кстати, наш общий друг Холт женат на дочери уважаемого Синенога, — поведал Фолг, — И я невероятно рад представить вас друг другу.       — Мы уже знакомы, — буркнул рыжий кигги, глядя на долинца с мрачным ожиданием.       — Уважаемый Синеног, — Дэйвэн не смог удержаться и выделил голосом «уважаемого», — уже встретил нас с Варгом и провёл краткий экскурс в область киггских традиций и обычаев.       — Как любезно с его стороны! — восхитился Фредерик. — Обычно он немного более… строг к незнакомцам. Надеюсь, тебя не покоробили его не столь изысканные манеры?       — Я общался с кигги достаточно, — осторожно произнёс принц, с подозрением косясь на ненормально вежливого Фолга, — чтобы делать скидку на манеры и судить по поступкам. Любовь капитана Синенога к своим кораблям заслуживает только восхищения.       — А я тоже… восхищён, — рыжий кигги, скрывая удивление, попытался подхватить манеру речи долинца, — тем, как отлично подвешен язык у… э-э… уважаемого юэнаи.       — Я знал, что вы понравитесь друг другу, — добродушно улыбнулся Стальной, разглядывая невольное облегчение на лицах окружающих. — А всё-таки, кто первый начал драку? — Наблюдая за новой волной эмоций, военный вождь «тюленей» покачал головой: — Умники, вас видела сотня с лишним человек.       Молчание было ему ответом. Фредерик остановил внимательный взгляд на Синеноге:       — Ты его касался?       — Не смог, — после неловкой паузы со вздохом признался пожилой кигги. — У мальца отменная реакция, а я уже, видимо, сдаю.       — Не стоит на себя наговаривать. Уважаемый Синеног был слегка дезориентирован ударом Варга, — вежливо произнёс Дэйвэн, — а мне просто повезло, что я сумел уклониться.       — Какая идиллия, — умилился Стальной. — Раз так, дружище, думаю, ты с радостью предоставишь его высочеству капитанскую каюту. На время.       — Мою каюту?! — взревел Синеног по привычке, но, наткнувшись на взгляд Фолга, приутих: — Не, ну если надо — то конечно. Тем более, высочеству-то. Особливо, если на время. И… Фред, странный ты какой-то. Не заболел случаем?       Тень пробежала по лицу «тюленя», он оскалил зубы в неприятной улыбке и рявкнул:       — Язык прикуси и займись делом! Почему мы ещё не отчалили?       Синеног одобрительно хмыкнул и торопливо похромал в сторону мостика.       «И вот это они считают «не странным» общением?» — удивился про себя Таоли.       Стальной оглянулся — тут же рядом с ним возник невысокий жилистый островитянин невнятного возраста и протянул большой свёрток. Командир наёмников благодарно кивнул этому парню с непривычно располагающим для кигги лицом и обхватил принца за плечи:       — Идем переодеваться.       В небольшой уютной каюте Фолг развернул свёрток и раскидал по привинченной к полу кровати одежду из толстой серой кожи: потёртые штаны, новенькую безрукавку с меховой подкладкой и две длиннополых куртки разного размера. Просторные штаны спокойно налезли поверх форменных готронских брюк долинца, да ещё и болтались — Фредерику пришлось застёгивать ему ремень едва не под мышками. Подогнув края длинноватых штанин, он затянул на них пару рядов шнурков, плотно прижимая к сапогам. Перевязанная рука Дэйвэна без проблем прошла в нужное отверстие безрукавки, повисшей почти до колен, а вот в рукав куртки она не влезла. Кигги аккуратно завязал шнурки на левом запястье, стянул получившийся из принца многослойный свёрток широким поясом примерно в районе талии и заткнул за него пустой рукав. В качестве последнего штриха он накинул на голову Таоли утеплённый мехом капюшон и затянул так, что осталось лишь узкое отверстие, откуда смотрели два удивлённых глаза. Оглядев изваянную скульптуру «вусмерть замотанное пугало», Фолг досадливо поморщился:       — Как до дома доберёмся — сошьют тебе что-нибудь приличное.       — Разве у вас уже зима? — прикидывая про себя, спросил озадаченный долинец, на что кигги хмуро отозвался:       — У нас Острова.       Вторую куртку Стальной надел сам, застегнул на поясе широкий узорчатый ремень и так же затянул шнурки на рукавах и штанинах. На нём всё это смотрелось не в пример лучше: одежда подчёркивала широкие плечи и общую массивность, а длинные, наслаивающиеся друг на друга полы куртки с разрезами на боках — длину ног. Таоли, чтобы уж слишком откровенно не пялиться на Фредерика в новом образе, постарался вспомнить о более важных вопросах:       — Фрей, ты ведь не накажешь Варга? Он защищал меня — он не виноват, я первый спровоцировал Синенога.       — В тебе я и не сомневался.       — Но Варга не накажешь?       — Я отстраню его от твоей охраны, — Стальной посмотрел на огорчённое лицо Дэйвэна и добавил: — На время нашего пребывания на Тюленьем. Для него это будет лучшей наградой. Терпеть твои выходки столько времени…       — Опять издеваешься?       — Нет. Забочусь о своём бойце. Пусть Варг расслабится, пообщается с семьёй… чтобы отдохнувшим вернуться к твоей охране, когда мы отправимся в Долину. Ещё вопросы есть?       Успокоенный его словами принц облегчённо выдохнул:       — Нет.       — А у меня есть, — Фредерик мягко толкнул Таоли к стене, подцепил пальцами его широкий пояс и без особых усилий поднял вверх. Когда их глаза оказались на одном уровне, кигги прижал его всем телом к деревянной стенке. — Ты готов меня услышать?       — Я слушаю, — сдавленно просипел долинец, весьма встревоженный резкой сменой тона: от досадливо-насмешливого к угрожающему тихому рыку.       — Не слушать, — Стальной навалился на него сильнее, — а услышать. И осознать.       — Угу, — торопливо закивал Дэйвэн, хватая воздух. Его внезапно отпустили, да ещё и заботливо поддержали, когда он пошатнулся, коснувшись ногами пола.       — Выдавить бы это из тебя силой… — задумчиво процедил Фолг, — но с нанимателями так не обращаются. Ты меня нанял — так расскажи, как тебе в голову пришло скрывать что-то от меня? Ты понимаешь, что скрывая подобные стычки, ты ставишь под удар себя. И меня, и Варга, и весь боевой клан.       — Я и сам справлюсь, но как я подставляю тебя? И Варга, и…       — Так же, как прошлой выходкой толкнул Аля в руки приятелей Свура.       — Просто я не хотел, чтобы ты наказывал Варга… — пробормотал принц, взглянув на происходящее глазами Фолга.       — Ты подставил бы его ещё сильнее. Варг обязан, понимаешь, обязан докладывать мне обо всём, а ты поставил его перед выбором: поддержать тебя, умолчав о драке, или следовать долгу.       Конечно, Стальной умолчал о том, что выбор Варга был однозначным.       — Не хотел тебя беспокоить. Я не ждал опасности от «тюленей». Я не подумал, — Дэйвэн смотрел в пол.       — Угу. Но теперь-то ты понимаешь, что нужно рассказывать мне обо всём? О подобных стычках, где кто-то может затаить на тебя обиду, о подозрительных типах, которые вызывают неприязнь, о внезапно появившихся пристрастиях: понравившейся еде, куда могут что-нибудь подсыпать, о местах прогулок, где тебя могут подстеречь. Ничего от меня не скрывай. На время контракта я буду твоей тенью, твоим отражением в зеркале…       — Отражением? — тревожно воззрился на него принц. — Ты знаешь о зеркалах?       — Что? — Фредерик насторожился, видя столь странную реакцию. — Если ты про очередной долинский обычай, то я ничего о нём не знаю.       В глазах Дэйвэна промелькнуло явное облегчение. Белоснежная перчатка легла на руку наёмника.       — Фрей, прости, что я сразу не понял. Мы же едем к тебе домой, на остров, живущий по обычаям кигги. Я постараюсь думать, как мои поступки будут выглядеть в глазах местных. Буду рассказывать тебе обо всех конфликтах и вести себя так, чтобы тебе не пришлось краснеть из-за меня перед своими сородичами.       — Решение ты принял верное, — скептически покосился на него Стальной.       — Только, пожалуйста, больше не подставляй меня как в Готре, когда ты приказал принести меня на эту вашу сходку, — тихо попросил Таоли. — Было очень неприятно, когда ты использовал мой болезненный внешний вид, выдавая за последствия нападения Свура, хотя на самом деле это было из-за тебя и… Конечно, ты не солгал напрямую, но создал ложное впечатление.       — Что же ты молчал, — внимательно посмотрел Фолг, — когда я создавал ложное впечатление у одной твоей знакомой принцессы, что на самом деле мы с тобой не любовники, а только делаем вид — ради твоей безопасности? И мы оба понимаем, что в тот же день об этом узнали все готронские светские сплетники и половина итиланских. Ты же заметил свою популярность на тех танцульках? Конечно, кто-то счёл тебя недальновидным дурачком, но у большей части местной знати твоя репутация взлетела достаточно высоко. Или создавать впечатление в твоих интересах можно, а в моих — нельзя?       — Если для тебя это было так важно, ты мог хотя бы предупредить, — отвел глаза Дэйвэн. — Я бы постарался тебе помочь. Сознательно, а не как… несведущая пешка.       — Светлейший, ты же врать не умеешь, — вздохнул Фредерик, обнимая принца за плечи и прижимая к себе. — Слил бы мне всю операцию. Там на сходке такие хищники сидели — они сожрали бы нас с потрохами при малейшей нотке фальши. А рисковать моей репутацией — не в твоих интересах. Пока.       — Я бы придумал что-нибудь… без фальши и вранья, — тихо, но упрямо пробормотал принц.       — Тао, это уже не игрушки, это политика — самое грязное дело на свете, — покачал головой Стальной. — Даже такая топорная, как у кигги. Не представляю, как такой щепетильный белоручка будет править своей Долиной.       — Фрей, в Долине всё не так. Мои предки достойно правили сотни лет, даже господин Сойно — мой регент — и тот не опускался до… грязи.       — Политика везде одинакова, Тао. Ох, как же ты с размаху влетишь в это грязное болото — даже жалко твою уникальную незамутнённую наивность.       — Даже если предположить, что ты можешь быть прав, у меня ещё есть предки — они помогут.       — На них только и надежда… Ладно, я постараюсь больше не использовать тебя так… без предупреждения.