Хранитель принца

      Тюлений остров оказался совсем не островом в понимании Дэйвэна: гряда из полусотни выступающих из воды голых каменных рифов, копия Гребня — только размерами меньше. Паутина висячих мостов словно связывала между собой раскиданные в беспорядке утёсы, их верхушки были облеплены деревянными и каменными постройками, кое-где умудрявшимися цепляться и за почти отвесные скалы.       У самого острова корабли начали петлять самым странным образом. Долинец всё никак не мог понять смысла этих беспокойных метаний, пока не догадался подойти к борту и посмотреть вниз, в удивительно прозрачную глубину. Корабль с поразительной аккуратностью скользил меж заросших водорослями скал необычно правильной формы — квадратных и прямоугольных — с ровными верхушками одной высоты.       — Это дома! — удивлённо сообразил Таоли. — Почему они там?       — Старая гавань, — тихо пояснил Варг, чем заработал неодобрительный взгляд Фредерика.       — Иди вещи собирай, — бесстрастно приказал командир «тюленей», — тебя жена ждёт. Ты свободен от охраны юэнаи до самого отплытия.       Варг, облегчённо выдохнув, обрадовался так откровенно, что несколько удивил и даже задел принца. Захватив Пата, боец помчался выполнять приказ командира. Поразмыслив, Дэйвэн всё же предпочёл счесть, что радость уже заметно менее сурового Варга связана с близящейся встречей с семьёй и к долинцу отношения не имеет… несмотря на вчерашние слова Фолга. И узнавать, почему здания некой Старой гавани оказались под водой, судя по взгляду Фредерика, сейчас явно не стоило.       При подходе к причалам их приветствовал радостный гомон целой толпы: среди встречающих были заморённые, местами калечные мужчины, худые мальчишки, несколько жилистых бойцов и множество женщин всех возрастов. Под ликующие крики по трапу сошел Стальной, демонстративно обнимая за плечи своего «дорогого гостя». Таоли чувствовал на себе множество любопытных, а то и неприязненных взглядов.       Со счастливым визгом Фредерику на шею кинулась светловолосая девушка — тот был вынужден даже отпустить долинца, чтобы подхватить её на руки. Дэйвэн уже начал себе что-то прикидывать, но вовремя разглядел сияющие каре-зелёные глаза и тонкие черты, которые лицу Альберта придавали излишнюю мягкость, а вот для девушки были в самый раз.       Сквозь толпу пронеслись три маленьких смерча и набросились на Стального, повисая на руках и ногах:       — Дядя Фред!       Таоли с интересом рассматривал мальчишек: если средний, светловолосый крепыш лет десяти, был очередной копией Стального Фолга, то старший и младший были знакомо долговязы и нескладны.       — Дядь Фред, а что ты нам привёз? А где папа? А ты расскажешь, где был? А ты всех победил? А Оффи побоялся плыть, он же трус? А Дика дед ремнём грозился выдрать, если он поплывёт! А кто тебе лицо поцарапал? А ты его за это убил? А тоэрлиг сегодня будет?       Мелкая копия Фолга уже резвой обезьянкой вскарабкалась ему на плечи, бесцеремонно распихивая ногами девушку и двоих мальчишек. Да и вопросы его, как отметил про себя долинец, отличались большей кровожадностью. Тот, словно почувствовав чужое внимание, окинул Дэйвэна сверху оценивающим взглядом. Таоли застыл, разглядев цвет радужки — светло-жёлтый с карей окантовкой. Такие глаза он видел в ночных кошмарах — глаза Папаши Фолга.       — Твоя новая? Красивая! Дядь Фред, а почему она в мужской куртке?       После этого вопроса, совпавшего с очередным бесцеремонным пинком, Стальной за шкирку стащил с себя мальчишку и одарил крепким подзатыльником:       — Дик, веди себя достойно. Это господин Дэйвэн — мой наниматель и дорогой гость нашего острова.       — Вместо противного Ликкора? — обрадовался Дик, нисколько не смущённый публичным подзатыльником. — Теперь не надо будет уважать того пьяницу? Этот красивый мне больше нравится, он похож на нарисованного принца из книжки!       — Ага, прям как в сказках про Долину богов, — поддержал его старший — долговязый, ростом выше принца — парнишка лет двенадцати с каре-зелёными глазами.       — Вы сыновья Альберта? — Таоли наконец успел вставить фразу в образовавшуюся короткую паузу. Мальчишки мгновенно отлипли от дяди и обступили долинца:       — Ты знаешь папу? Когда ты его видел?       — Я знаю Альберта. Три дня назад он был в Готре.       — А что он там делал? А где он сейчас? А когда он приедет? А что нам привезёт? А что у тебя с рукой?       Заваленный лавиной вопросов, Дэйвэн бросил осторожный взгляд на Фолга — тот лучше знал, насколько подробно нужно информировать его племянников. Фредерик великодушно пришёл на помощь:       — Наш гость устал с дороги. Он поговорит с вами позже, если захочет. Бегите первыми расскажите деду, что я здесь.       Три маленьких вихря ворвались в толпу встречающих и исчезли в паутине верёвочных мостов. Фредерик обнял одной рукой Таоли, другой — девушку, увлекая их за собой. Та тихо хихикнула:       — Думаешь, Папаша не в курсе?       — Я послал ему птицу из Болотной гавани, — пожал плечами Стальной. — Кстати, Тао, познакомься с моей сестрой. Бабочка, господин Дэйвэн — мой новый наниматель.       — А я думала, что ослышалась, — стрельнула глазками девушка.       Принц с удовольствием окинул её внимательным взглядом: юная, статная, на полголовы выше него, с длинными светлыми волосами, собранными в косы. Под плотной тёплой кофтой заманчиво выпирала грудь, тонкая талия круто переходила в широкие бёдра, длинные стройные ноги в шерстяных штанах проглядывали в разрезах кожаной юбки-фартука, завершая восхитительный образ.       — Бабочка — чудесное имя. Ты первая из знакомых мне женщин-кигги, ты сильна и прекрасна умопомрачительной красотой природы этих суровых мест, — искренне признал Таоли, склоняя голову. Он бы и руку поцеловал, но вовремя вспомнил, что снял мокрую перчатку перед Палачом, а подвергать даже малейшему риску это очаровательное создание не хотелось.       Бабочка смотрела на него широко открытыми глазами, заливаясь краской.       — Вообще-то, её зовут Нира, — Фредерик прожигал долинца взглядом. — Но Папаше было лень запоминать имена дочерей, и он придумал клички. Бабочка у нас самая мелкая и безмоз… м-м, легкомысленная.       — Отец говорил, что подыскал для меня жениха. Это он? — тихо спросила девушка, заворожённо глядя на Дэйвэна.       — Нет, не он, — мрачно обронил Фолг. — Хватит пялиться, споткнётесь.       — Фредди, — легко переключилась Бабочка, — у меня через полгода обряд Весны, ты поведёшь меня вместо Папаши?       — Я? — Стальной внешне оставался невозмутимым, но в голосе звучало удивление. — Я же не отец.       — Ну Тео вёл же Рыбку, когда Папаша не смог, — заныла девушка, цепляясь за его руку, — а ты самый знаменитый боец на Островах! Представляешь, как все мне будут завидовать? Ну Фредди-и-и!       — Ближе к весне посмотрим, — буркнул тот.       — Дядь Фред, дядь Фред! — по сотрясающемуся висячему мосту к ним мчался Дик. — Дед ждёт тебя, как отдохнёшь с дороги. А Оффи и Кони отстали, я бегаю быстрее! А ты видел, какой нож подарил мне дед?       Дитёнок извлёк из ножен на поясе окровавленный тесак длиной с полруки. Таоли, поражённо замерев в полушаге, таки споткнулся и едва не слетел с крутой тропинки. Фолг будто этого ждал и с готовностью подхватил его на руки.       — И этот мелкий урод первым делом отрубил голову моему котёнку! — взвизгнула Бабочка.       — Я проверял остроту лезвия! — огрызнулся мальчишка. — Дядя Фред, ты бы видел — с одного удара!       Долинец оставил попытки самостоятельно встать на ноги и с ужасом переводил взгляд с Дика на Фредерика.       — Что ж, молодец, малыш, — Стальной растянул губы в холодной улыбке, вызвав у Дэйвэна судорожный вздох. — Мясник — это сытное занятие. Только тебе придётся ждать, когда умрёт старый Квинки у твоего деда, потому что я своим мясником доволен. Хотя вряд ли Папаша возьмёт мясника, который не следит за чистотой своего ножа.       Вот тут Дик растерялся.       — Дядя Фред, я не хочу быть мясником, — обиженно протянул он. — Мясниками бывает только имущество, а я после посвящения в мужи стану бойцом твоего клана.       — Кигги, который выбирает противника намного слабее себя или без веской причины убивает беззащитного, никогда не станет ни настоящим мужчиной, ни бойцом моего клана, — бесстрастно сообщил Фолг и понёс Дэйвэна по висячему мосту, напоказ не держась за верёвочные перила. Таоли через его плечо видел мстительную улыбку Бабочки и недоумение на лице Дика. Тут кровожадному дитёнку пришла в голову какая-то мысль, и он побежал их догонять.       — Я же не потому, что он противник! И я почищу нож! Но ведь, дядь Фред, кигги же самые сильные в мире, все остальные будут для них слабыми противниками!       Стальной, дойдя до конца моста, дождался сестру и племянника. Таоли с интересом ждал его ответа: он и сам многое мог бы сказать насчёт попыток удушения здоровенными наёмниками хрупких господинов Тайтэнов.       — Ты его съел? — спокойно спросил Фолг.       — Кого? — в очередной раз растерялся Дик.       — Котёнка. Ты убил его, чтобы съесть? Или ты смог накормить его мясом свою семью? Или он был опасен? Или, может, тебе за него заплатили?       — Нет…       — Тогда это было бессмысленным убийством. Глупцы мне в клане тоже не нужны.       — Я не глупый! Это было не… — достойный дяди племянник резко закрыл рот, что-то осознав.       — Настоящий мужчина обнажает оружие только в бою. Ты видел мои корды? За что меня уважают?       Что-что, а соображалка у мальчишки работала очень быстро.       — Нужно драться на кулаках с теми, кто сильнее? — выпалил он. — И ты меня похвалишь?       — Не забудь нож почистить, — кивнул Стальной, и Дик, торопливо мотнув головой, стремительно умчался по мосту обратно.       — Надеюсь, старшаки его хорошенько отлупят, — мстительно протянула Бабочка. — Это был особенный котёнок — мой любимый: самый красивый и умный…       — Любой котёнок, щенок… человек может быть особенным в чьей-то жизни, — отрешённо посмотрел на неё Фредерик. — И если его не станет — это проблема только того, кто не уследил и позволил себе его потерять…       — Вечно ты на его стороне, — обиженно протянула Бабочка, — да и Папаша в нём души не чает: радуется, что хоть один внук пошёл не в отца, а в деда.       — Он сын Альберта? — спросил у неё Дэйвэн, мимоходом кивнув Фолгу: — Отпусти меня.       — Ага. Хоть так сразу и не скажешь, — защебетала девушка, игнорируя хмурый взгляд брата и радостно цепляясь за вежливо предложенный принцем локоть. — Дик больше похож на Папашу, Фреда или Тео. Но это неудивительно: Аль до шестнадцати лет был похож то на Лиса, то на Тевяка, пока не повзрослел. Тогда у него проявился папашин характер и он хоть немного стал похож на отца внешне.       Они обогнули по деревянным мосткам чей-то большой дом за частоколом и ступили на очередной висячий мост. На другом его конце, перед высоким домом на плоской верхушке утёса столпилась масса народа, а ворота во двор были гостеприимно распахнуты. Таоли увидел среди встречающих Хони и Гиба, но в этой толпе количество женщин было гораздо большим. Бабочка хихикнула:       — Молодая невеста извелась от нетерпения.       — Не оскорбляй господина Дэйвэна… — начал угрожающе рычать сзади Стальной, но осёкся, увидев удивлённо распахнутые глаза обернувшейся сестры:       — Фредди, ты чего? Господина Дэйвэна я оскорблять не собиралась: он же прямо как прекрасный сказочный принц!       Они сошли с моста, пропуская вперёд хозяина дома. Фолгу под ноги, едва не заставив споткнуться, выбежал крутившийся у ворот мальчонка лет трёх — наёмник подхватил его на бегу и с улыбкой подкинул вверх:       — Как вырос! До неба уже достаёшь!       Дэйвэн закусил губу. Стальной поймал хохочущего ребёнка и вручил его подбежавшей девушке — миленькой, пухленькой, с длиннющими каштановыми косами.       — Это Майя, жена одного из погибших дружинников Фреда, — прошептала Бабочка на ухо Таоли. — Она из Итилана, Фредди взял на себя заботу о ней и сыне.       Следующей Стальной осторожно обнял светловолосую, высокую и статную девушку с выдающимся вперёд животиком.       Мост позади начал трястись и раскачиваться. Дэйвэн оглянулся: по перекладинам легко и стремительно к ним шёл Алч.       — Ну что, Лу, порадуешь нас с Алем ещё одним сорванцом? — добродушно рокотал глубокий голос Фолга.       — Это Луиза, мать троих баловней, которых ты уже видел, — тихо хихикнула рядом Нира.       — Жена Альберта? — уточнил Таоли с улыбкой. — Я слышал о ней много хорошего.       — Ага, она замечательная, — согласилась Бабочка. — А остальные — кроме наймитских жён — наложницы Фреда, я их всех по именам не помню.       Дэйвэн опешил.       — А вон, посмотри на крыльцо, — Нира толкнула его локтем в бок. — Это невеста Фреда.       Дэйвэн застыл.       Фолг подошёл к невысокому крылечку и остановился, окидывая оценивающим взглядом высокую, сияющую здоровым румянцем красавицу, которая протягивала ему на подносе жареную рыбу, краюху хлеба и пенящуюся кружку.       — Не успел, — разочарованно выдохнул сзади Алч.       Стальной тем временем неторопливо облизал взглядом роскошную грудь, узкую талию, крутые бёдра, поднялся к девушке и задумчиво протянул:       — Кто же ты, красавица? И, что важнее, что ты делаешь в моём доме без моего ведома?       Дэйвэн встрепенулся. Замершая толпа с облегчением выдохнула. Заметив Алча и Бабочку, к ним торопливо подошла отличавшаяся на редкость изысканной красотой женщина лет тридцати.       — Добро пожаловать домой, Стальной Фолг, — взяла себя в руки девушка на крыльце. — Я Иоланта, твоя будущая жена…       — Привет, Моэми, — хитро улыбнулась Нира темноволосой женщине. — Как тебе невеста Фреда?       — Арчи, он действительно женится на этой наглой стерве? — не обращая внимания на ехидство Бабочки, темноволосая женщина с волнением сжимала руку Алча и вглядывалась в его глаза.       — Я об этом только узнал, — пожал плечами тот. — Фред обсуждает со мной все денежные вопросы… сомневаюсь, что он умолчал бы о свадьбе.       — А Фред и не знал, — сверкнула улыбкой Нира. — Это всё задумка Папаши.       — Бабочка, ты знала? — удивился Алч. — Почему сразу ему не сказала?       — Хотела хоть раз увидеть его удивлённым. Нет, вы только посмотрите на его лицо! — хихикнула добрая сестричка, затем взгляд её случайно упал на принца: — Ты чего? Не волнуйся, Фред справится!       Тем временем после задумчивой паузы Фолг решил поинтересоваться:       — А с чего ты взяла, что будешь моей женой?       — Мне об этом сказал мой отец, — высокомерно поведала Иоланта, — а по приезде и твой тоже.       — Жаль тебя разочаровывать, моя сладкая, — Фредерик аккуратно взял девушку под локоток, — но не стоит верить всему, что говорят люди.       — Ты сейчас не советы должен раздавать, а отведать угощение и провести меня в дом! Прояви больше уважения к своей будущей жене! — сверкнула глазами Иоланта, на что Фредерик в вежливом удивлении приподнял бровь.       — А у неё есть шанс, — пробормотал Алч, покосившись на Таоли, — если она и дальше будет вести себя, как ты.       — Я так себя не веду! — ужаснулся долинец, а кигги в ответ только фыркнул насмешливо.       — Ах, сильная женская рука — именно то, что нужно безалаберным по жизни мужчинам, — восхитился Фолг так интенсивно ласково, что у всех, кто был хорошо с ним знаком, волосы зашевелились даже на бровях.       Иоланта же, не подозревая подвоха, лишь гордо кивнула в подтверждение.       — Оболтусам непременно нужна та, кто направит твёрдой рукой к великим свершениям, — Фредерик, так и не притронувшись к еде, забрал поднос, сплавив его кому-то из окружающих, и, свободной рукой приобняв девушку, завораживающе витийствовал ей на ушко. Таоли, отгоняя неприятные мысли, передёрнул плечами, ощутив фантомное тепло крепких объятий, скосил взгляд на Моэми и понадеялся, что сам не выглядит таким же встревоженным ревнивцем. А Стальной тем временем продолжал добродушно нести пугающе сопливую чушь: — Без заботливого женского управления неорганизованный мужчина пропадёт…       Иоланта продолжала снисходительно кивать, окидывая окружающую толпу высокомерным взглядом и всё больше чувствуя себя хозяйкой. Алч недоуменно чесал затылок, Моэми никла на глазах, даже Бабочка смотрела на затянувшуюся сцену уже с неким сомнением. Ласково улыбающийся Фолг встретился взглядом с Дэйвэном и с наигранным сожалением подытожил:       — Жаль, я не из таких. Поэтому тебе категорически не подхожу. — Фредерик внешне деликатно, но неумолимо повлёк слегка побледневшую Иоланту в дом. — Нам действительно стоит поговорить наедине.       Моэми решительно сжала руку Алча и потянула за собой, казначей обхватил принца за плечи, а Бабочка вцепилась в пустой рукав куртки долинца. Женщина разрезала расступающуюся толпу как горячий нож масло, её напора хватало на весь их хоровод. За ними хоть без особого желания, но упорно следовал непонятно откуда взявшийся Варг. Проскочив крыльцо, они попали в большую комнату с деревянными колоннами. Между ними были расставлены низкие столы, на широких лавках валялись большие серые шкуры и расшитые подушки. Бабочка, окинув пустое помещение быстрым взглядом, помчалась к лестнице на второй этаж.       — Арчибальд, — Моэми проникновенно посмотрела в глаза казначею, — ты точно знаешь, что она не новая его фаворитка?       — Точно, — серьёзно кивнул Алч, — потому что новая фаворитка — он, — кигги кивнул на долинца.       Женщина с изумлением воззрилась на Таоли.       — Алч, если ты немедленно не возьмёшь свои мерзкие слова обратно, — ледяным тоном процедил Дэйвэн, — я тебя ударю.       — Как неожиданно, — ухмыльнулся казначей, — аж не увернусь.       — И прокляну, — добавил принц.       Варг негромко хмыкнул. Алч стушевался:       — Прости, ангел мой. Но это звучало так забавно, что я не удержался и…       — Забавно?!       — Арчи, — Моэми мягко коснулась руки островитянина, — разве господин Дэйвэн не новый наниматель хозяина?       — Ага, юэнаи нанял Фреда, — кивнул Алч. — И я приложил к этому руку.       — И хозяин с мальчиком… спит? — женщина словно сама не могла поверить в то, что говорит.       Казначей под пристальным взглядом долинца развёл руками:       — Сам я этого не видел…       Таоли одобрительно кивнул.       — …но слышал…       — Пустые слухи, — пренебрежительно отмахнулся принц.       — …как стонет юэнаи и кричит…       Щёки Дэйвэна окрасил нежнейший румянец, он яростно прошипел:       — Прокляну!       — …то, что я повторять не буду, — покорно склонил голову кигги.       Таоли надменно задрал подбородок и без угрозы, но предупреждающе посмотрел на Моэми.       — …ночью ты и сама всё услышишь, — закончил Алч.       — Обязан?! — низкий рокочущий рык, казалось, сотряс дом до основания. Казалось? Да нет, Дэйвэн вполне явственно почувствовал, как дрогнула под ногами земля. С лестницы стремительно слетела Бабочка:       — Она его разозлила! По-настоящему разозлила!       Моэми распахнула входную дверь, но там уже никто не нуждался в дополнительных указаниях: двор опустел во мгновение ока. На крыльце остались только четверо молодых островитян, по выражению лиц которых было видно: они готовы встретить любой удар судьбы. Таоли заморгал: ему начинало казаться, что каждый второй мужчина на Тюленьем похож на Фредерика.       — Ричи! — метнулась Моэми к парню — самому опасному на вид, напоминавшему отражение Фредерика в кривоватом грубом зеркале. — Только не прекословьте! Не злите ещё больше!       — Я послушный как овца на убое, — решительно пророкотал тот — и земля под ногами долинца дрогнула во второй раз: пусть внешне парень был не такой точной копией, как Хони или Дик, но голос был один в один.       Ребята зашли в дом и заняли оборону у дверей, рядом с Варгом и Алчем; Моэми с Бабочкой мгновенно спрятались за их широкими спинами — и очень вовремя: лестница уже дрожала под тяжёлыми шагами.       — Командовать будешь дома — своим отцом и братьями, раз так воспитали. А жену я выберу сам! — Стальной Фолг, спускаясь по ступенькам, едва не тащил за собой упирающуюся девушку. — Если сама не покинешь этот дом, тебя вышвырнут!       — Ты не посмеешь! — на этот гневный выкрик ушли последние запасы наглости Иоланты.       Вождь «тюленей» резко развернулся:       — Я не посмею?!       Присутствующие затаили дыхание… от изумления, когда перед разъярённым Фолгом оказалась невысокая на фоне обоих кигги, несуразно одетая фигура Дэйвэна. Принц, конечно, искренне собирался ограничиться ролью наблюдателя и не вмешиваться в традиционную жизнь своих не самых цивилизованных наёмников, но это было уже слишком! Сейчас не хватало только, чтобы этот кондотьер вместо того, чтобы по договору отправиться в Долину, отвлекался тут на брачные игрища и женитьбы!       Алч самоотверженно рванул вперёд в попытке перехватить своего рискового нанимателя, но не успел — Таоли положил руку на грудь командира наёмников и кротко попросил:       — Фрей, веди себя достойно. Девушка поняла свою ошибку — отпусти её. Она больше не будет упорствовать в своём заблуждении и тихо поедет домой.       — Я не… — понимая, что это последний шанс, попыталась возразить Иоланта, но низкий рык испарил остатки её решительности, — не буду упорствовать и уеду.       Стальной опустил яростный взгляд на руку на своей груди, потом посмотрел на встревоженное лицо Таоли и медленно разжал пальцы, отпуская локоть девушки.       — Твой отец у Папаши?       Неудачливая невеста только мрачно кивнула в ответ, мстительно прищурившись.       — Сейчас мы пойдём к ним и скажем, что никакой свадьбы не будет, поняла? Потому что наши взгляды на семейную жизнь расходятся. А пока стой здесь — Рич, присмотрите за ней. Арчи, ты записал то, о чём мы говорили? Давай сюда. Моэми, проследи, чтобы гостевую комнату рядом с моей спальней выдраили, и немедленно позови портних. Ещё мой мешок — Хони его принёс? Нира, скажи отцу, что мы придём прямо сейчас. Кстати…       Фолг отвлёкся от раздачи приказов и сурово посмотрел на темноволосую женщину. Моэми виновато опустила глаза — и, по мнению Таоли, выглядела при этом весьма очаровательно.       — Сладкая моя, кто здесь домоправительница?       — Я… — ответ её прозвучал неуверенно, едва не вопросительно.       — Ты, — кивнул Стальной. — Так какого чёрта меня встретила эта… — он посмотрел на ладонь Дэйвэна, словно невзначай погладившую его по руке, — эта девочка, а не ты? Что она вообще делала в моём доме?       — Её привёл Папаша, — вздохнула Моэми, — сказал, что она будет твоей женой и моей хозяйкой, что я должна её слушаться и показать дом. Сказал, что сам с тобой поговорит…       — Да уж придётся, — отстранённо пробормотал Фолг. — Жаль, что его слова для тебя оказались важнее моих.       — Но я… — с растерянностью и, на вкус Таоли, слишком уж показной беспомощностью пролепетала женщина. — Что я могла?       — У тебя один хозяин. Ты просто могла выполнять мои приказы, — пожал плечами Фредерик. — Неужели ты думала, что я не скажу тебе о невесте? Если бы я собрался привести в свой дом будущую жену — перед этим я заставил бы его выдраить!       — Да, хозяин, — потерянно согласилась Моэми. — Позвольте, я позову портних.       — Пусть возьмут мерки. Господину Дэйвэну нужна подходящая для Островов одежда.       Женщина покорно кивнула и вышла за дверь. Кинув холодный взгляд в сторону Иоланты, застывшей у колонны под присмотром Рича с приятелями, Фредерик потянул Таоли за собой вверх по лестнице. На втором этаже дома был узкий коридор с множеством дверей, но они направились ещё выше. На третьем этаже Фолг затащил долинца в небольшую комнату без окон, заваленную огромными пушистыми шкурами, шерстяными одеялами, тюками и свёртками. Едва за ними закрылась дверь, он принялся разматывать пояс и завязки, стягивая с Дэйвэна не только кожаные киггские одеяния, но и готронский мундир.       — Фрей, т-ты что творишь?! — возмутился принц, стуча зубами от холода, но тот уже доставал из вещевого мешка белый долинский мундир.       — Извини, но тебе придётся чуть помёрзнуть, — с досадой вздохнул Фолг. — Я должен немедленно избавиться от невесты. Нужно отвести её к отцу, а тебя одного я оставлять не хочу. К вечеру тебе сошьют нормальную одежду, а сейчас, уж прости, придётся греться об меня.       — А мне показалось, она тебе понравилась, — не смог удержаться от шпильки Таоли, помогая натянуть на себя брюки, и тут же зашипел — его чувствительно ущипнули за задницу.       — Мне много кто нравится, но я не собираюсь на всех жениться, — бесстрастно сообщил Стальной.       Раздался осторожный стук в дверь. Фредерик прежде упаковал принца в белый с серебром мундир, даже перчатку ему натянул, и только после этого дал разрешение войти. Эти женщины были не столь красивы, как встречавшие их во дворе, а уж по сравнению с самоуверенной, исполненной горделивого достоинства Моэми вообще казались дурнушками. Дэйвэн мысленно себя одёрнул: его с детства учили не оценивать людей лишь по внешности, а вели они себя вполне профессионально. Готронский мундир уже угодил в цепкие руки портних и подвергся тщательному обследованию. Под их внимательными, оценивающими взглядами Стальной, не позволяя никому и пальцем дотронуться до гостя, обмерил его со всех сторон. Стайка мальчишек под предводительством Хони притащила ещё кучу свёртков, и сейчас Фредерик обсуждал со старшей портнихой каждый кусок кожи или ткани, достойный стать частью одежды теплолюбивого долинца.       Дэйвэн же в это время размышлял над метаморфозами, творившимися с поведением Фолга — то он был бездушным и холодным, как каменная глыба, то психовал и буйствовал так, что стены дрожали. Он оказался строгим отцом для дюжины детей, отказался считать невестой красивую девушку, выбранную ему родителями и понравившуюся ему самому… Погружённый в раздумья, Таоли не заметил, как к нему тихо подошла Моэми.       — Я начинаю понимать, почему хозяин так хорошо к тебе относится, — задумчиво проронила она.       Принц в показном удивлении приподнял бровь. Он прекрасно помнил её реакцию, когда Алч представил его как новую фаворитку, — радости или дружелюбия там и близко не было.       — Почему же?       — А сам ты разве не догадываешься? — Моэми лукаво улыбалась.       Дэйвэн, конечно, мог бы ей рассказать о тяге Стального Фолга к хорошеньким мордашкам, о его слабости к представителям аристократических семей, о сказках про Долину, которые они с Альбертом читали в детстве — но не стал. Вместо этого он вежливо предположил:       — Алч рассказал тебе о сумме контракта?       — В дела боевого клана посвящают только бойцов и казначея, — внимательно посмотрела она на долинца.       — Сочувствую. Так ты не намерена открыть секрет хорошего отношения Фрея ко мне?       Выражение лица Моэми становилось всё задумчивей:       — Так странно… выглядишь ты ребёнком, а ведешь себя как взрослый мужчина. Это, наверное, тоже нравится хозяину.       — Что ещё?       — Не каждый рискнёт встать на его пути, чтобы попытаться успокоить.       — А я уже привык, — Таоли с нарочитой небрежностью пожал плечами, — мне часто приходится его успокаивать: Фрея очень легко разозлить.       — Кого? — не поняла Моэми. — Хозяина? Легко разозлить?       — Ему — легко, — бесстрастно подтвердил Фредерик, по обыкновению незаметно подойдя сзади. — Тао, идём знакомиться с Папашей.