Хранитель принца

      — Ойло, как вы себя чувствуете? — Таоли плюхнулся рядом на спальник, разложенный старым долинцем, и прислонился боком к его спине.       — Прекрасно, — измождённо выдохнул старик. — Эта передышка не может не радовать, хотя и отдаляет возвращение на родину…       — Угу, — лаконично согласился Дэйвэн — на что-то большее сил у него уже не было.       — Вы легли почти рядом с лужей! — удивилась порхавшая по месту временной стоянки Нира, затормозив рядом с долинцами. — Вон, в траве! Вы не видели, что ли?       — Не-а…       — Ой, бедняжечки, устали? Давайте я вас одеялком укрою?       Принц благодарно ей кивнул и проводил взглядом её лёгкую походку. Невероятная выносливость островитян его и восхищала, и одновременно невольно раздражала. Ладно бойцы-кигги — они по определению должны быть сильными и здоровыми, но то, как воздушно и стремительно носилась Бабочка после уже второго дневного перехода, не могло не вызывать у него стыда за свою изнеженность.       — Не переживайте, — утешил Ойэло, понимая своего повелителя уже с полувзгляда. — Наши тела слабее, потому что в Долине возможно было создать людям нормальные условия. У кигги жизнь тяжёлая, окружение суровое, выживают сильнейшие. У Ниры вообще прекрасная наследственность: Элеонора — дочь великого бойца, бывшего вождя «быков», а Конрад на все Острова славится своим здоровьем.       — И зубами, — согласно хмыкнул Дэйвэн. Долинцы тихо рассмеялись, немного расслабляясь.       Позади осталась Болотная гавань с мрачным Синеногом и несколькими десятками хмурых гребцов. Корабли прибыли в гавань вечером, как и говорил ранее Фредерик, но никто из кигги почему-то не был рад столь быстрому окончанию плавания. Троица недоумевающих пассажиров переночевала на кровати, так и не покидая каюты Синенога, а вот большинство чрезвычайно мрачных бойцов спали на гамаках в трюме или на палубе, избегая тесноты бараков.       Ранним утром, ещё в смутных предрассветных сумерках отряд Фолга уже переправлялся через болота, перевозя на небольших плоскодонках ценные вещи, долинцев и Бабочку. Таоли полагал, что таким образом они обходили лагерь итиланских военных, перекрывавший дорогу на перешейке мыса. Очевидно, Стальной не хотел извещать союзников о своём прибытии.       Добравшись до твёрдой почвы и спрятав лодки в специальных укрытиях в кустах, кигги распределили груз по вещевым мешкам, затянули лямки и шнуровки и энергичным маршем двинулись в путь. Троих подопечных Фредерика обозвали девкой, стариком и калекой и мешков не дали.       Полусотенный отряд споро двигался сначала заросшими просёлочными дорогами, а затем — откровенно козьими тропами. И если утром идущий налегке принц с затаённой обидой смотрел на заплечные мешки бойцов, то уже на обеденном привале он великодушно простил Фолга за самовольно принятое решение. А вот ближе к вечеру Таоли начал задумчиво коситься на одного из здоровенных бойцов, который вёз на спине Ойэло. Старика ещё после обеденного привала нарядили в специальную сбрую с лямками, выданную предусмотрительным Алчем, и навьючили на одного из «тюленей». А Бабочка всё так же легкомысленно порхала вокруг, вызывая непривычно ласковые улыбки островитян и убивая в зародыше желание усталого Дэйвэна позволить себе выказать слабость.       Вечером отряд добрался до горного перевала, и вернувшиеся разведчики принесли благую весть о пустующей поблизости большой пещере. Она оказалась, конечно, не столь благоустроенной, как надеялся принц, но всё же была просторной, чистой, сухой и прекрасно укрыла странников от начавшего накрапывать дождика. Позже Таоли с трудом мог припомнить, как его кормил ужином Фредерик, а рядом Нира с ложкой ворковала над Ойэло. Спали вообще вповалку под одним одеялом: Фолг в обнимку с сестрой и Дэйвэном, а с другого бока грел своего повелителя старый долинец.       Ясным утром следующего дня отряд плотно позавтракал и продолжил стремительный поход. Хотя спускаться с перевала всё же было немногим легче. Дэйвэн даже успевал иногда любоваться горными красотами, на которые указывала ему восторженная Бабочка. Когда они спустились вдоль берега стремительной речушки в небольшую долину, Стальной даже объявил к общей радости раннеобеденный привал, за время которого Таоли успел не только перекусить сам, но и помочь Нире накормить Ойэло, облачаемого во вчерашнюю сбрую его верным ездовым бойцом.       Дойдя до очевидно более заселённых территорий, Фредерик увеличил число разведчиков, ещё сильнее нагрузив себя и самых сильных кигги. Скорость отряда заметно уменьшилась к облегчению Дэйвэна, который немного притерпелся к «тюленьему» темпу и уже был в состоянии вместе с Бабочкой помогать навьюченным бойцам с упавшими вещами или распустившимися завязками.       С болезненным сочувствием Таоли разделял удивлённое восхищение Ниры нежными цветами и свежайшими дарами местных садов и огородов, которые ей мимоходом притаскивали из рейдов разведчики. По прикидкам Дэйвэна ей было лет пять, когда на Тюленьем случился первый потоп, оставивший над водой лишь горную гряду и каменистые холмы у её подножия. Рядом тихо, но свирепо рычал Фредерик, похоже, пытаясь скрыть те же чувства, что терзали Таоли, и заставлял Ниру тщательно мыть и чистить добычу, грозя в случае расстройства желудка оставить её в кустах навсегда.       И вот к вечеру второго походного дня, когда горы теснее обступили узкую дорогу, разведчики вернулись с тревожными вестями, и Фолг объявил привал, на котором долинцы могли отдохнуть со спокойной душой. Через некоторое время явился из самоличной разведки помрачневший Стальной, и к нему потянулись бойцы. Таоли собрал себя в кучку, поднялся со спальника и вслед за остальными кигги подкрался ближе к Фредерику с разведчиками.       — Молодые «горностаи», около полусотни. Командует кто-то неопытный, но шибко умный: посты хитро расставлены, на заставе — клетки с птицами, за заставой конь под седлом. Сами ретивые, борзые, без проверки не пропустят, а наскоком не возьмёшь, могут либо гонца послать, либо птиц выпустить. Где Нира?       — Что, Фредди? — удивлённо порхнула к брату Бабочка, отвлёкшись от флирта сразу с полудюжиной молодых бойцов, которые сняли куртки по случаю солнечной погоды и девичьего внимания и, оставшись лишь в безрукавках, ненавязчиво играли мышцами развитых плеч.       Стальной резким жестом подозвал к себе этих смельчаков и внимательно посмотрел на сестру:       — Помнишь, я тебя учил под дых бить? Мне сейчас может понадобиться это твоё умение. Покажи. Доброволец!       Под взыскательным взором командира один из шестерых шагнул ближе к Нире, сочувственно пожал плечами в ответ на её виноватую улыбку — и вдруг согнулся от внезапного молниеносного удара! Вокруг начали рассаживаться свободные бойцы в предвкушении интересного зрелища.       — Хорошо, — задумчиво кивнул Стальной. — Тао, покажи Нире, как бьёшь ты. Вроде у тебя больше на ловкость завязано, чем на силу. Доброволец!       Второй боец вышел навстречу уже с гораздо меньшим энтузиазмом, но встрепенулся от разрешения Фолга:       — Можешь отбивать удары, но не хватать.       И пока парень радостно кивал командиру, Дэйвэн успел отработанным за годы движением впечатать кулак ему точно в солнечное сплетение. И благодаря плотной перчатке правая рука почти не заболела! Таоли даже заработал тихие аплодисменты зрителей.       — Молодец! — кивнул Стальной гордому принцу.       — А я не разглядела, — сконфуженно повинилась Бабочка.       — Доброволец!       Третий парень совсем уж нерадостно вышел вперёд. Фредерик оглядел его мощную фигуру и приказал:       — Не двигайся. Бабочка, ближе. Тао, покажи очень медленно.       Боец предусмотрительно напряг мощный пресс — выступившие валики мышц были заметны даже под обтянувшей их кожей безрукавки. Нира встала рядом, внимательно наблюдая и послушно повторяя движение долинца раз за разом. Находить солнечное сплетение она научилась очень быстро: или этот талант был у Фолгов врождённым, или она когда-то умела, но слегка запамятовала. Третий доброволец какое-то время напряжённо терпел ковыряния сосредоточенной парочки, но когда Таоли в очередной раз ткнул костяшками ему в пузо, не выдержав, фыркнул: «Щекотно!» — и тут же согнулся, получив сильный и очень точный удар от Ниры. Очевидно, девушку весьма задело, что её серьёзные усилия низвели до уровня детской забавы. Бурная, но предусмотрительно тихая овация её вполне утешила.       — Прекрасно! — оценил Стальной. — Закрепляй. Доброволец!       Четвёртый парень тоскливо окинул взглядом свой наполовину уменьшившийся отряд и послушно шагнул под удар гордой похвалой девушки.       — Доброволец!       Пятый боец, на удивление невысокий, вызвал у Бабочки некоторую неуверенность — она даже шёпотом посовещалась с Дэйвэном, но таки попала под дых с первого раза.       Последний доброволец, не дожидаясь вызова, обречённо шагнул навстречу убойной парочке, быстро получил свою дозу и согнувшись присел рядом с товарищами. Стальной подошел ближе к шестерым страдальцам и пояснил так, чтобы все слышали:       — Каждый, кто будет пудрить мозги и лапать мою сестру, в следующий раз получит уже от меня. — Он обернулся к Нире и строго добавил: — Ещё раз увижу, что моих бойцов отвлекаешь, — выпорю.       Поманив за собой обиженно насупившуюся сестру и покачавшего головой принца, Фредерик приказал:       — Варг, тащи сюда Ойло, пойдём заставу брать.       Счастливцы, ходившие в разведку с Фолгом, уже распределяли между собой бойцов и уводили их, очевидно, на заранее обговорённые позиции, на ходу разъясняя дальнейший план — забрали даже скукоженную шестёрку. Стальной взял себе и вручил Варгу по набитому вещмешку и неторопливо повёл своих подопечных вниз по дороге.       — Мы из клана «быков», ищем Аля. Ждали его в Болотной гавани, но Стальной прибыл один, а мы отправились навстречу «поморникам», зная, что они отправятся из Готра в гавань через Ёруз. Варг, ты мой старший брат, все разговоры на тебе. Я тупой Роб, молчу и нервничаю — у меня жена-итиланка болеет. Да, мой сладкий, ты теперь…       — Орэни? — ехидно предложила Бабочка. — А что? Расхожее итиланское имя.       Таоли нервно покосился на мстительную сестричку Фредерика, но тот и сам одним лишь холодным взглядом заставил её прикусить язычок:       — Моэми. Если вообще спросят.       Фолг пальцами аккуратно зачесал назад белые волосы долинца и натянул ему на голову капюшон:       — Ты скромная испуганная итиланка среди страшных кигги. Глаза не поднимай, иначе твой наглый взгляд всю легенду спалит. Нира, ты старшая дочь Варга и тоже заболела. По-женски. Ойло, вообще рот не открывай. Ты отец моей жёнушки и лечишь их обоих по мере сил, но не особо получается. В общем, Аль нам нужен позарез. Нира, кстати, вот сейчас можешь строить глазки всем подряд, а особенно — тем, кого я назову хорошими бойцами. А если я кого назову подходящим женихом для тебя, подбирайся к нему как можно ближе и, когда я заору: «У Моэми опять приступ», — двинь ему под дых. А ты, Тао, если я до того назову кого-то похожим на своего старого друга, ушедшего в клан «тюленей», постарайся вырубить его. Ойло, подстраховывай Тао. Варг, я тебе на месте покажу тех, кто на тебе. Всем всё ясно? Спрашивайте сейчас, после поворота нас уже будет видно.       — Ясно, — буркнул Дэйвэн, недовольный отведённой ему ролью. Нет, он понимал, что за островитянина его не выдать, но можно же было придумать что-то менее оскорбительное! Навязчивое желание Фредерика выставлять принца в глазах окружающих своей женой начинало уже напрягать…       За поворотом проход между отвесными скалами сузился до расстояния в пару десятков шагов, и его перекрывала высокая стена заставы. Пространство перед ней было укрыто навесами и разделено целым лабиринтом каменных заграждений.       — Стой, кто идёт?!       Резкий окрик заставил всех вздрогнуть и замереть, только ссутулившиеся Варг и Фредерик подняли руки с раскрытыми ладонями.       Из-за укреплений к ним сбегались взбудораженные молодые кигги, настороженные и слегка растерянные.       — Два бойца, две девчонки и старик из «быков», — утомлённо пояснил Варг. — Идём из Болотной гавани в Ёруз.       — А чего вы тут… А из какого… — кричавший предупреждение парень запнулся, осознав, что ему уже ответили на незаданные вопросы. — А зовут как?       — Варг и Роб, а тебе нахрена? — устало отозвался старший островитянин. — Молодые «горностаи», что ль? Старший кто? Вроде я кого-то из ваших знал.       — Старший — Конрад, но он сильно моложе вас, — торопливо отозвался юный кигги, явно неуютно себя чувствовавший под тяжестью обстоятельств и свалившейся ответственности, а уж когда Нира обратила на него заинтересованный взгляд и лукаво улыбнулась, бедняга вообще залился краской и выпалил: — Мы вас к нему отведём!       — Ведите. Только задержанных нужно обезоружить и временно ограничить доступ к вещам, — Варг скинул с плеч объёмный мешок, снял с пояса здоровенный тесак и вручил всё ближайшему «горностаю», Фредерик с видным облегчением последовал его примеру. — Вас не учили, что ли?       — Учили, — вразнобой загудела молодёжь, сконфуженно отводя глаза и послушно навьючиваясь.       — Ничего страшного. Мы никому не скажем, — успокоил их Варг. — Что я, себя в юности не помню?       Молодые кигги благодарно посмотрели на очевидно опытного и похвально снисходительного бойца, а заметив, что милая островитянка и внимания не обратила на их пустяковое упущение, продолжая застенчиво улыбаться и стрелять глазками, румяные парни совсем раздухарились.       — Эта красавица — дочка твоя? Жених-то есть? Обряд Весны ещё не прошла? А когда будет? Через полгода? А в белом чья невеста? Жена? Вот этого здоровенного? Брат младший? Видно, похожи вы. А чего он молчит? А где он такую кожу достал? От быка-альбиноса? Таких разве кто добывал, кроме Стального Фолга? У «быков» попадаются? И у «поморников»?       — Кстати, через вашу заставу Безухий с «поморниками» не проходили же ещё к гавани? — уточнил Варг. — Он из Готра через Ёруз сюда собирался.       — Не-а, ещё нет, — загалдела молодёжь, вдохновлённая перспективами. — А они точно через нас пойдут? Сейчас все крутые кланы в основном на грузовиках рассекают по большим дорогам — по восточному тракту или через Чёрное ущелье. Сюда, чтобы по тропинкам через перевалы, мало кто забирается. А откуда вы про Безухого знаете?       — Люди Стального говорили, — с демонстративной сдержанностью поведал Варг, вызывая всё новые вопросы.       — Вы где их встречали? В Болотной гавани? А когда? Стального видели, он там был? Он себе в клан новеньких набирает, не слышали?       — А ну, блядь, заткнулись! Что за хрень тут устроили?! — раздался строгий окрик, и молодёжь сконфуженно рассосалась, пропуская невысокого парня чуть постарше. Но и он запнулся и покраснел под удивлённым взглядом широко раскрытых глаз Бабочки: — Ох, прошу прощения, уважаемая госпожа, я не знал… А вы кто?       — Варг из «быков», — шагнул вперёд старший кигги и кивнул на Ниру: — Это дочь моя, вон брат с женой и тестем.       — Брат твой, судя по шрамам, редкий боец. Что ж он молчит? — настороженно поинтересовался парень, быстро справившись с короткой растерянностью.       — Брат мой — редкий неудачник, — явно помрачнел Варг. — Что шрамы мордой из глупости ловил, что в итиланку по дурости влюбился.       Ссутуленный Фредерик виновато пожал плечами, не отрывая, впрочем, взгляда от худой фигурки псевдожены.       — Влюбился прям? — невольное сочувствие прозвучало в голосе командира «горностаев». — Не повезло. Ну бывает… А вы зачем здесь?       — Идём из Болотной гавани в Ёруз, — исполнительно доложился Варг. — А ты Конрад, старший здесь?       — Ну я, — нахмурился тот. — А зачем вам в Ёруз? Тем более со стариком и… девушками?       — Видно, хороший ты боец, Конрад, — глухо проронил Фредерик. — Но будь человеком, дай отдохнуть в тепле уставшим девчонкам и старику. А мы с братом всё расскажем.       Благословлённая на усиленный флирт Бабочка встрепенулась и посмотрела на командира «горностаев» самым жалобным и трогательным взглядом, и тот не выдержал:       — Идёмте. Может, горячего чая?       — Да, пожалуйста, — умилительно проворковала Нира.       — Если не затруднит, — нежным мелодичным голосом добавил Таоли — скромно и мягко.       Едва не половина «горностаев» тут же рванула за чайниками, а их командир с покрасневшими щеками проводил задержанных в свою комнату, протопленную, а главное — в дальнем конце заставы. Сопровождали их ещё трое юношей — в виде охраны, почётной и заодно строившей глазки Бабочке. Фредерик, заслонённый широкой спиной Варга, внимательно осматривался вокруг. Когда они вошли, худощавый парень, сидевший около второй двери вскочил и вопросительно глянул на Конрада, тот лишь отрицательно мотнул головой:       — Всё нормально.       Командир «горностаев» указал Нире и Тао на небольшую кушетку у очага, снял ворох вещей со стула и поставил его рядом для Ойэло. Сам он присесть и не подумал, как впрочем, и Варг с Фредериком. Трое охранников деликатно отошли ближе ко второй двери — оттуда переглядываться с Нирой было гораздо удобнее и менее заметно их командиру.       — Так что там у вас с Ёрузом?       Варг кивнул на худощавого парня:       — Не из болтливых?       — Он секреты хранить умеет. — В ответ на недоверчивые взгляды пришлецов Конрад невольно был вынужден пояснить: — Это гонец. На случай всяких… — Он замялся.       Заметив, что худощавый вопросительно указал на ближайшую к нему — а соответственно и ближайшую к лошади — дверь, Стальной скупо проронил:       — Да ладно, Варг, видно же, что он не только хороший боец, но и парень нормальный. Чего на холод его гнать?       Получив очередное целеуказание, Бабочка стрельнула глазками в новую жертву, вызвав критическое кровеприливание ко впалым щекам и оттопыренным ушам.       — Мы ищем Альберта Фолга, брата Стального, — тихо поведал Варг, подойдя ближе к Конраду. — Мы ждали их в Болотной гавани, но Стальной оставил брата у Безухого Эрика. Люди Стального сказали, что Эрик с Алем и частью «поморников» двинут налегке через Ёруз в Болотную гавань. Ну мы и пошли к ним навстречу.       — Альберта? — задумчиво повторил «горностай», заметно расслабляясь, и понимающе кивнул: — Для жены брата твоего, да? Заметно, очень уж бледная…       — Для обеих, — тяжело вздохнул Варг, подходя к нему ещё ближе. — У дочки проблемы такие… по-женски. А у неё через полгода обряд Весны. Если старухи её негодной признают, все женихи разбегутся. Не в по́хотные же девки… Робов тесть их лечит помаленьку, но… В общем, Аль нам нужен позарез.       Молодой Конрад посмотрел на погрустневшую девушку, напряжённо пошевелил челюстью и, неловко отводя глаза, смущённо произнёс:       — У такой красавицы от женихов отбоя не будет, даже если она… ну… Детей-то и другие родить могут. И я, наверное, к вам на остров загляну через полгода, на обряд Весны. Без жениха точно не останется.       — Да она ж у меня балованная… — доверительно наклонился Варг к молодому «горностаю» — и резко двинул кулаком ему в подбородок, тут же подхватывая потерявшего сознание парня.       Таоли растерянно оглянулся: он и не заметил, когда Стальной вырубил троих охранников с гонцом. Фолг исчез за скрипнувшей дверью, за ним быстро скользнул Варг. Из-за створок лишь изредка доносились короткие вскрики.       — Жалко, хороший парень… — Нира задумчиво смотрела на тёзку своего отца. — Только сквернословит.       Фредерик вернулся очень скоро, с трудом протиснувшись в проём — ему мешала пара бессознательных тел, свисавших с широких плеч. За ним вошёл Варг, притащивший ещё двоих «горностаев».       — Как конфетку у ребёнка, — хмыкнул Стальной, начиная вместе с Варгом аккуратно связывать молодым островитянам руки за спиной. — Но перестраховаться никогда не мешает.       Фолг подволок командира «горностаев» ближе к очагу, пока Варг оттаскивал парней помладше в сторонку. Фредерик приподнял свою жертву в сидячее положение, упирая спиной в тяжёлый ящик, поправил связанные руки и аккуратно похлопал по щекам.       — О-ох, — досадливо застонал Конрад, приходя в себя. — Почему?.. Кто вы такие?       — Всё скажу, малыш, — ласково улыбнулся Стальной. — Поведай только, вашу заставу итиланцы напрямую курируют или через кигги?       Парень с болезненной гримасой помотал головой и враждебно уставился на Фолга:       — C самого начала чуял, что ты главный. Иди к чёрту. Хоть пытай меня…       — Тебя-то зачем? — зло усмехнулся Фредерик и кивнул головой на Бабочку: — А вот если её пытать буду — на твоих глазах, — выдержишь?       — А меня-то… — Губы Ниры задрожали, на длинных ресницах повисли слёзы. — Вы же обещали отпустить…       — Опять хитришь, — заявил «горностай», но как-то неуверенно и постоянно косясь на плачущую девушку. — Островитянок трогать нельзя…       — Они могут, — безнадёжно всхлипнула Бабочка. — На них Охоту объявили…       — Чёрт с тобой… Не тронь её. В полдень птица прилетела: теперь итиланцы напрямую командуют — на случай, если… Блядь, уже?!! Ты Стальной?! — Парень изумлённо воззрился на своего пленителя.       — Радичек, не сквернословь, — укоризненно попросила Нира, деловито вытирая слёзы.       — Когда ждали наше появление? — косвенно подтверждая предположение Конрада, продолжил допрос Фолг.       — Минимум дня через три. Вы же только на Острова отправились… — Связанный парень продолжал во все глаза разглядывать гостей, особо внимательно он осмотрел Таоли и уточнил: — Это она — пацан с белыми волосами?       — Мой наниматель, — кивнул Фредерик. — Связь с итиланцами через птиц? Или они присылают кого для проверки?       — Каждый день птица с отчётом. Раз в неделю привозят новых птиц и припасов, но особо не проверяют… Ну, в прошлые разы не проверяли, а как через три дня будет — не знаю. А ты правда с королём поцапался?       — Я нанялся к другому, — пожал плечами Фолг. — А Ликкор почему-то думал, что держит в руках и может играть со мной. Проверяющие вас в лицо знают? Каждый раз одни и те же приезжают или разные?       — Разные. Но, Стальной, вы же нас не… — командир «горностаев» нервно сглотнул, встревоженно вглядываясь в глаза Фредерика.       — Никто не пострадает, — успокоил тот.       Дверь открылась, и в комнату вошёл довольный собой Холт:       — Сорок четыре сорванца — как котят!       — Все целы?       — Ага, мы ж аккуратно! Правда, у троих руки кипятком обварены, но это ещё до нас. Ребята им сейчас ожоги обрабатывают.       — И тут восемь, — повёл головой Стальной и посмотрел на Конрада: — С тобой пятьдесят три. Все твои?       — Все.       — Точно? Если ещё кого встретим, церемониться, как тут, не будем.       — Точно все, — хмуро буркнул «горностай» и перевёл взгляд на Бабочку: — А с ней что?       — А она с нами, — сочувственно улыбнулся Фредерик. — Сестра моя.       — Правду говорят, дочки Папаши самые красивые на Островах… — тоскливо вздохнул парень, любуясь смущённой девичьей улыбкой.       — Фред, тебя уже спалили? — удивился Холт и с интересом присмотрелся к пленнику.       — Угу. Конрад, а посты здесь кто расставлял? — полюбопытствовал Фолг.       — Я, но толку-то, если так лажанулся… — расстроенно отвернулся «горностай».       Старшие «тюлени» с улыбкой переглянулись.       — Бойцов по постам распределял тоже ты? — Дождавшись хмурого кивка, Фредерик одобрительно хлопнул связанного парня по плечу: — Отлично задумано, только опыта не хватило. Ты своих больше гоняй по физухе, чтобы им яйца в голову не стучали и на глупости сил не было.       Конрад вновь смущённо порозовел и, переводя тему, торопливо спросил:       — Стальной, а где ты старшего брата нашёл? У Папаши Фолга ты же старший из сыновей? А вы с этим Варгом реально похожи.       — Варг — последний из кровных детей Мера, моего деда, — спокойно пояснил Фредерик. — Ты не в курсе, у итиланцев дальше к Ёрузу новых постов не появилось?       — Вроде нет, — задумался «горностай», — слышал, несколько постов даже убрали. Похоже, думают, что всех хэдаров уже отловили. Сейчас же все к Толосу стягиваются — король вроде как выехал из Готра.       — Хорошо, — одобрительно кивнул ему Фолг и повернулся к соклановцу: — Холт, подбери четверых ребят, чтобы три дня присматривали за этими оболтусами, заставой рулили, птиц с отчётами отправляли и перед проверкой свалили. И повыносливей, чтоб нас успели догнать.       — Свалили? — даже растерялся Конрад. — А с проверкой что делать?       — А что хочешь, — пожал плечами Фредерик. — Что мы зде́сь прошли, знаете только вы. Мы уж точно никому не скажем, что так обошлись с собратьями-кигги.       «Горностай» воззрился на «тюленей» почти обиженно.       — А лично тебе, Конрад, я вот что скажу, — внимательно посмотрел на него Стальной. — В первые дни зимы я буду в Ёрузе. Если у тебя не будет проблем с выпивкой и сквернословием, — он насмешливо покосился на Бабочку, — если сможешь проявить себя в корде со мной, возьму в боевой клан без испытательного срока.       — Правда?! — загорелся парень, глядя на Фолга почти как на божество. — Стальной, да я ж прям сейчас готов! Ой, нет, я за своими присмотрю и через четыре дня с вашими уйду… То есть после проверки, а я их догоню…       — Первый день зимы, — решительным жестом отметая смелые планы, повторил Фредерик. — И уж не обессудь, сегодня мы переночуем у вас. Холт, складируйте мальчиков в одну комнату. Бабочка, бери Ойло и валите на кухню, помогите с ужином. Холт, выдели бойцов им в помощь.       Нира с Холтом, переглянувшись, одновременно ехидно улыбнулись, но вслух его приказы никак не прокомментировали. Старый долинец тяжело вздохнул, посмотрев на зарумянившегося Дэйвэна, и послушно посеменил искать кухню. Бабочка, легко порхая вокруг, последовала за ним, заботливо осведомляясь о самочувствии. Фредерик помог подняться Конраду и повёл на выход, за дверью поручив его заботам кого-то из своих бойцов, а вернувшись, начал помогать Холту вытаскивать бессознательных «горностаев» из комнаты. Нежно розовеющий щеками Таоли даже помогал по мере сил: убирал из-под ног разную мелочёвку, отодвигал с дороги коробки и стул, придерживал дверь. Утомительные физические упражнения любопытствующий Холт решил разнообразить светским разговором:       — Фред, думаешь, этот кутёнок через три месяца сможет что-то интересное показать на корде?       — Ну а вдруг что придумает? Парень вроде умный.       — Чтоб в клан без испытательного, надо минут пять продержаться, а ты за пару вздохов снесёшь эту мелочь.       — Без испытательного, конечно, сомнительно, — признал Стальной. — А с испытательным — наверняка возьму.       — Мелкий, но потенциал есть, — согласился Холт. — Чтоб его другие не испортили, хочешь первым испортить по-своему?       — Ответственность, самокритичность, человечность — редкость для «горностаев», — задумчиво произнёс Фолг, перетаскивая последнюю бессознательную тушку. — А я такое ценю. Холт, не беспокойте меня часик, ладно?       Выставив ухмыляющегося соклановца, Фолг запер дверь и направился ко второй, с улыбкой посмотрев на замершего долинца:       — Тао, ты сегодня приятно удивляешь — такой молчаливый и послушный. Устал за два дня дороги?       Фредерик перекрыл все выходы из комнаты и повернулся к нанимателю. Глядя на его плотоядную улыбку, на тёмную похоть, разгорающуюся в глазах, Таоли предпочёл первым подойти к нему и уткнуться лицом в живот. Как раз в солнечное сплетение, куда гораздо больше хотелось двинуть кулаком — как сегодняшним добровольцам.       — Фрей, почему Ликкор объявил охоту на меня? — приглушённо пробубнил он.       — Не здесь, — покачал головой Фолг, начиная снимать с долинца куртку.       — А где? Почему ты скрываешь от меня?       — Позже. Тебе ещё рано знать.       Губ коснулся шершавый палец. Вторая рука уже стягивала с принца штаны. Приспустив их до колен, Фредерик подхватил Таоли и уложил на узкую кушетку. Скинув куртку и с себя, он притиснулся рядом, наваливаясь сбоку и зарываясь носом в белые пряди.       — Фрей, я твой наниматель, и я хочу знать сейчас, — устало вздохнул принц.       — Через два-три дня всё решится, — едва слышно шепнул кигги. — Так надо. Просто поверь.       Горячий язык жадно лизал шею, щёку, за ухом… Ладони сжимали лилейные ягодицы, оставляя наливающиеся розовым отпечатки.       — Ты играешь со всеми, — тихонько выдохнул Таоли, выгибаясь и подставляя шею под кусучие поцелуи. — Мне страшно…       — Не того ты боишься, — хмыкнул Фолг, тщательно вылизывая перламутровую кожу. — Наши вещи хрен знает где. И смазка тоже. Или тебе уже не страшно насухую? — Он глубоко вдохнул, втягивая аромат волос и влажной кожи: — Умопомрачительно пахнешь… Поначалу даже мысли были, что ты намазываешься наркотой какой-то, но нет… Может, Дэйвэны выделяют что-то такое — как лягушки на жарких болотах?       — Ты меня сейчас с лягушкой сравнил? — даже опешил Таоли. — Меня и всех императоров Долины?!       — Поднимай лапки, лягушонок, соломинку вставлю, — искренне рассмеялся Стальной, глядя на изумлённое лицо принца.       Коварно воспользовавшись растерянностью, Фолг задрал его спутанные штанами ноги, складывая почти пополам и, сплюнув на пальцы, вдавил их между ягодиц.       — Два дня без секса, — рвано выдохнул он, одновременно настойчиво двигая рукой и вгрызаясь жадными поцелуями в шею. — А ты ещё рядом отираешься, задницей вертишь… Хорошо, остальным её под курткой не видно, но я-то знаю, какая она там! А прошлой ночью думал сдохну, когда ты во сне на меня полез… Ещё и Бабочку спихивал. А я, значит, следи, чтоб ты её рукой не коснулся или мордой.       — Разбудил бы меня, — тихо выстонал Таоли, подстраиваясь под чужие движения и глубже нанизываясь на пальцы. — Жить станет проще, если попробуешь разговаривать с людьми.       — О, и что бы я сказал? Не елозь по члену, а то у меня яйца лопнут?! Вот бы сестрёнка порадовалась…       — Фре-ей, — протянул с невольной улыбкой принц, наблюдая, как тот с жадной торопливостью расстёгивает штаны, — не выражайся.       — Ага, щаз! У тебя от этих выражений всё встаёт… — Фредерик навалился сверху на сложенного почти пополам любовника, направляя член рукой. — О-ох… А от грубой силы ты просто кайфуешь… А я — от твоей задницы… Она у тебя потрясающая, я говорил?       Но Дэйвэну было уже не до разговоров: Фолг впился пальцами ему в бока и всё ускорял темп, толкаясь быстрее, глубже, точнее, желанней, необходимей… Быстрые шлепки звенели в ушах, заглушая тихие сдавленные стоны. Рука всё никак не могла добраться до собственного члена — уж больно неудобно его распялил Фредерик на узкой кушетке. Но приближаясь к собственному финалу, Стальной сподобился всё же снизойти к нуждам любовника: обхватил его член жёсткой ладонью и, навалившись сверху, привычно прикусил зубами горло. Многократно испытанные, выверенные движения практически вынудили Дэйвэна мучительно быстро кончить — немного опередив Фолга, к его большому удовольствию.       Фредерик заботливо опустив ноги Таоли, уложил его на бок и вновь тесно прижался сзади, прикусывая не догрызенное ещё ухо и потираясь неунывающим членом о задницу.       — Фрей? — немного отдышавшись, протянул принц.       — М-м?       — Почему Ликкор обещал за меня «всё что угодно»?       Стальной досадливо выдохнул и мстительно прикусил мочку уже основательно пожёванного уха.       — Ну Фрей! Ты же точно знаешь.       — Не точно. Может, проклятие?       — Я бы знал. И от проклятия ты не стал бы так бегать… Ай!       Фолг, болезненно тяпнувший за ухо, свирепо прошипел:       — Я никогда ни от чего не бегаю. Но запомню, какое мнение у нанимателя о моих способностях.       — Особенно ты не бегаешь от женитьбы! — вербально куснул Дэйвэн в ответ. — Кстати, почему ты то грозишь отцу женитьбой на мне, то на глазах у всех увозишь меня на лодке молодожёнов, то вообще называешь женой-итиланкой?!       — Сегодня — это была военная хитрость. Две милых девушки прекрасно отвлекли озабоченных молодых самцов, — поучительно пояснил Фредерик и, немного задумавшись, фыркнул: — А с Папашей… да, забавно вышло.       — Забавно?! Ну, знаешь! У тебя очень странное отношение к друзьям и к врагам.       — Почему это?       — Потому что тебе без разницы: делаешь ты добро врагам или гадости друзьям. Вот даже сегодня: своих бойцов ты… побил Нирой и мною, а потом взял и обидел сестру. Ты обещал её выпороть — за невинный флирт!       — Это тоже военная хитрость, — лениво отмазался Стальной. — Во избежание.       — А врагов, которые заодно с Ликкором, ты взял в плен, не причинив вреда, дружески беседовал и даже в клан позвал. Вы ожоги им лечите! При том что вы с Варгом фактически обманули этих юношей! — Дэйвэн повернулся к Фолгу, но тот только зевнул в ответ:       — Военная хитрость…       — А если они вас тоже… военно обхитрят? Скажут, что на вашей стороне, попросят освободить — и пошлют птицу итиланцам? Или нападут сами? Или захватят в заложницы Ниру — они же знают, что это твоя сестра!       Видя, что долинец уже вовсю разошёлся и беседа неизбежна, Фолг обнял его крепче:       — За Бабочкой постоянно присматривают минимум два человека. Нападать сейчас, когда «горностаи» явно не смогут нас одолеть, никто не будет. И вообще, чтобы их освободили, им должен кто-то поверить, а у нас таких дураков нет. А вот когда «тюленей» останется четверо, тогда уж мальчишки непременно попытаются. Мало того, что пока действует договор с нанимателем, это их долг — для них это ещё и дело чести будет.       — То есть ты оставляешь своих людей на расправу?!       — Тао, ты думаешь, что четверо опытных бойцов не справятся с безоружными связанными мальчишками? В моём клане дураков нет. — Задумчиво помолчав, Стальной добавил: — У моих только горе от ума случается, но эта мелкота их обхитрить не сможет.       — Допустим, твои четверо бойцов продержатся три дня. И уйдут. «Горностаи» сразу же сообщат обо всём итиланцам!       — За это время многое может измениться, — хмыкнул Фолг. — Кстати, что, по-твоему, они сообщат? Как их обхитрили? Или что мы тут были целых три дня назад? Актуально.       — Ты надеешься, что эти мальчишки станут тебя покрывать?! — поразился Дэйвэн. — Что забудут, как их подло обманули, и вы расстанетесь друзьями?!       — Не друзьями, конечно, но уж точно не врагами.       — Но если они сообщат, итиланцы будут знать, куда мы идём! И могут напасть!       — А то они сейчас не знают, что мы идём в Долину! Ты лично сообщил об этом Ликкору. Думаешь, сейчас нас не ждут в Ёрузе?       — А если итиланцы первыми нападут на Долину? Или просто перекроют Ахеронское ущелье? — заволновался Таоли, но Фолг только фыркнул ему в ухо:       — На днях «тюлени» заняли старую крепость долинцев над Ёрузом. Ту самую крепость, что на входе в Ахеронское ущелье. Кто рискнёт на них напасть?       — Итиланская армия?       — Побоятся. Итиланцы видели «тюленей» в бою. А какие вояки из них, ты сам видел в Чёрном ущелье.       — А если Ликкор прикажет остальным кигги?       — Если наниматель заставляет один боевой клан напасть на другой, договор с ним закрывается досрочно и с полной выплатой. Все Острова знают, что правитель Долины нанял «тюленей». Большинство военных вождей я познакомил с тобой лично.       — А если они решатся на военную хитрость, как вы сегодня?       — Вспомни, до чего дохитрился Свур. Но если кому-то всё же удастся обхитрить меня, я с благоговением пойду в ученики к этой выдающейся личности.       Фолг плотнее притёрся крепким членом к вожделенной заднице, пока Дэйвэн возмущённо хватал ртом воздух:       — А как же тогда Долина?! А я?!       — А тебя выебет Ликкор, — насмешливо заявил Фредерик, неумолимо вгоняя член в ещё растянутый, разморённый анус. — Вот прям вот так!       — Фрей, ты… мф…       Очевидно, терпение и совесть у Стального кончились — жёсткая ладонь закрыла рот, обрывая все попытки цивилизованного общения.       — Не отвлекайся. Занять бы тебе рот членом, но ты ж пока ерепенишься… А времени мало.       Но Дэйвэн уже был злым, а память у него всегда была хорошая, и поэтому когда кигги в очередной раз эгоистично удовлетворился императорским телом и довольно растёкся по кушетке, долинец вывернулся из-под расслабившейся ладони и гневно прошипел:       — По-твоему, ерепенюсь я «пока»?! Если ты надеешься, что когда-нибудь…       — Я не надеюсь, — сыто хмыкнул Фолг, — я уверен. Слишком ты бедовый, чтобы удержаться.