Хранитель принца

      Мирно сидевшие в креслах у камина Роберт и Джеральд суматошно вскочили, бледнея и с ужасом глядя на лощёного и покрытого кровью Фредерика — тот для пущего эффекта ещё и откинул волосы движением, произведшим такой фурор в ангаре. Но развлекаться дальше ему не позволила скрипнувшая позади дверь: в комнату впорхнула Бабочка, которая, увидев брата, в панике резко затормозила и судорожно рванула назад, со всего маху впечатавшись в Варга, шедшего следом.       — Ты чего? Это Фред, — посмотрел на неё суровый кигги, успокаивающе погладив по плечам.       — Фредди? — Нира недоверчиво вгляделась в лицо непонятного брата и, когда тот, не сдержавшись, расплылся в улыбке, кинулась ему на шею: — Фредди! А я так испугалась, что это Тео!       — Чего пугаться-то? — проворчал тот, аккуратно снимая с себя повисшую сестрёнку. — Вот Тао я таким больше нравлюсь — он нашёл меня необычным…       — Необычно противным и мерзеньким франтом? — скривилась Нира, отлипая от брата и начиная его тщательно разглядывать: — Ой, какая у тебя талия осиная, оказывается!       — Корсет, — поморщился Стальной. — Не знаю, как Тео в нём ходил, я уже через пять шагов захотел кого-нибудь убить.       — А с волосами?..       — Парик. И его так приклеили, что, видимо, сбривать придётся…       Когда Бабочка бесцеремонно дёрнула длинную блондинистую чёлку, у бледного как простыня Джерри подкосились ноги и он рухнул обратно в кресло. Это привлекло внимание девушки к ещё двоим из присутствующих. Фредерик вновь ухмыльнулся:       — Нир, и второго брата не узнаёшь?       — Робби?! — удивлённо взвизгнула Бабочка, бросаясь тому на шею. — Я правда не узнала! Ты весь такой… итиланский!       — Нира? — растерянно обнял сестру Роберт. — Это точно ты? Вот это ты выросла…       — Дома бывать надо чаще! — возмутилась та и отшагнула, оценивающе оглядев и второго брата: — А ты с тех пор не вырос. Но красавчик, конечно! Только одеть бы тебя во что-нибудь приличное…       Таоли уже не обращал внимание на воркование воссоединившихся родственников, потому что Фредерик целеустремлённо направился к Джерри, доставая из ножен клинок, даже не оттёртый ещё от крови:       — Прости, малыш…       — Фрей, нет! — рванул к ним Дэйвэн и схватил Фолга за руку.       — А это что за лапочка? — прозвенел голосок Бабочки, порхнувшей к юному итиланцу. — Такой миленький!       — Принц Джеральд — любимый племянник Ликкора, — усмехнулся Стальной, остановившийся буквально в паре шагов от жертвы.       — Тоже принц?! — восхитилась Нира. — Как Таочка? А его трогать можно?       — Этого можно, — вздохнул старший Фолг и, незаметно вытирая клинок от крови, с невольной улыбкой смотрел, как восторженно его беспардонная сестрёнка перебирает блестящие пряди тёмных волос и тискает за щёчки ошалевшего от такого обращения итиланца.       — Такой милашка! Весь шёлковый прям! И глазки такие голубенькие! Большие! Фредди, он тоже твой? А отдай его мне, а?       — Зачем? — удивлённо рассмеялся Стальной.       — Ну, у тебя уже есть принц, а я тоже хочу! Твой блондинчик, мой брюнетик — здорово же! С тобой вообще здорово и интересно, почему ты меня раньше с собой не брал? А когда ты меня к «поморникам» сплавишь, я же сильно скучать по тебе буду — а он меня отвлечёт, чтобы я не так страдала…       — Твоего интереса хватит от силы на пару дней, — покачал головой старший брат, — а ты уже и «поморников» приплела. Куда они его денут, когда тебе надоест? С принцами одни проблемы, уж поверь мне.       Обе присутствующие при этом высокородные особы, до немоты поражённые происходящим разговором, лишь переводили взгляды с одного на другую. И если Таоли аж порозовел от возмущения, то Джерри, не отошедший ещё от испуга из-за впечатляющего появления старшего Фолга, синюшной бледностью даже превосходил стандартный дэйвэновский колер.       — Ну Фредди-и! — вновь повисла Нира на шее Стального, проникновенно заглядывая в глаза. — Я хочу принца! Пожа-алуйста! Он мне не надоест, он миленький и интересный! Ну Фредди, ты же мой любимый братик!       — Ладно, не ной, — как-то непривычно быстро сдался тот и, устало чмокнув сестру в макушку, одной рукой отцепил её от себя. — Когда он тебе надоест, скажи мне. Или Эрику.       — А за что ты у него прощения просил? — контрольным выстрелом уточнила Бабочка.       — За то, что отнял у мальчика возможность самому убить Ликкора, — вздохнул Фолг и с едва заметной досадой загнал клинок в ножны.       — Он мёртв?! — в голос воскликнули все трое, молчали только растерянный Дэйвэн и невозмутимый Варг, прислонившийся спиной к двери.       Бабочка была явно удивлена, что она до сих пор ещё не в курсе, Роберт был откровенно ошарашен, а на лице Джеральда разливалось искреннее облегчение и злая радость:       — Как он умер?!       — Удивлённо, — чуть подумав, ответил Фредерик. — От Тео он такого явно не ожидал. А что, хочешь плюнуть на его труп? Понимаю. Когда я увидел тело Тео, думал плюнуть или… но не стал.       — Я хотел только убедиться, что он мёртв, — покачал головой Джерри, явно не в силах поверить.       — С перерезанным горлом долго не живут, — авторитетно успокоил наёмник.       — А я бы плюнула на Тео, — мрачно процедила Бабочка.       Оба принца удивлённо на неё воззрились, а Роберт, наоборот, отвёл потускневший взгляд. Фредерик вновь крепко обнял сестру и поцеловал в лоб:       — Всё хорошо, Нир. Тебя больше никто никогда не обидит — так, как Тео. Отпусти и забудь.       — Забыть?! — взвилась островитянка, яростно сверкнув глазами. — У меня на шее уродливый шрам на всю жизнь! И ожог на руке!       Девушка раскрыла ладонь, возмущённо показывая всем круглый, светлый, будто оплавленный рубец по центру.       — Зато теперь ты знаешь, что не стоит брать золотые монеты у подозрительных личностей, — мрачно улыбнулся старший Фолг. — Прекращай. Папаша с Ликкором объяснили же, что это Тео так пошутил — любя. Вон, Джеральда Тео вообще пытал, но он же не ноет.       — Пытал? — удивлённо повернулась к своему принцу Нира.       — Покажи спину, — приказал Стальной.       Джерри бессильно стиснул беззубые челюсти, очевидно, понимая в этот момент, что со смертью Ликкора у него появилась не свобода, а новый хозяин. Он отвернулся и медленно стащил с себя тунику. И был откровенно изумлён, когда Бабочка порхнула к нему и без какого-либо страха или отвращения начала водить пальцами по жутким ожогам и шрамам.       — Бедняжка! Этот ожог, кстати, можно разгладить, как у меня. И этот. Я на Рындике уже пробовала — у него старый ожог заметно так рассосался…       — Роб, ты теперь работаешь на меня, да? — подошёл к брату Фредерик, тот только потерянно пожал плечами:       — Наверное.       — Если ты против, если надо подумать, я не настаиваю, — Стальной крепко обхватил ладонями его плечи и твёрдо посмотрел в глаза: — Роб, ты же знаешь: ты можешь со мной поговорить — всегда и обо всём. Я тебя выслушаю и пойму. Может, отругаю, подзатыльник дам — но обязательно помогу, понял?       — Понял, — слабо улыбнулся Роберт, чуть оттаивая.       — Тогда присмотри пока за этой троицей страдальцев. Мне надо Эрика найти — напугаю его заодно. А потом ещё и Пуха. И может, сниму уже эту мерзенькую бутафорию.       Стальной погладил сестру по голове, улыбнулся долинцу, ободряюще хлопнул брата по плечу и вышел из комнаты, захватив с собой Варга.       — А у меня вот, на шее, — продолжала жаловаться Нира, найдя понимающего собеседника. — Это когда я с Рыбкой поссорилась. Тео подговорил меня её напугать — будто я повесилась. Верёвку, которая под мышками шла, я сама проверила, я же умная, а вот на той, которая была сверху, петля соскользнула — и верёвка как тиранула мне шею! Всю кожу содрала! Я прям вся кровью залитая висела, но прибежали Рыбка с Мышкой — а орала я громко — и сняли меня. Зато мы с Рыбкой обратно подружились… Ой, Джерричка, а что у тебя с зубами? Тоже Тео?       — Он. Год назад, — явно расслабившись после ухода Фредерика, отозвался итиланец, спокойно позволяя бесцеремонной островитянке ощупывать неровные дёсны, — когда поймал после побега.       — Меня он тоже однажды пнул с лестницы, и я выбила два зуба, — понимающе закивала Бабочка. — Только я маленькая была, зубы потом новые выросли. Жаль, у тебя уже не вырастут. Но бывают же съёмные челюсти, может, тебе такие? Ты же сможешь сам их вставлять — пальцы у тебя все на месте?       — На руках — все, — искренне улыбнулся Джерри.       — А на ногах — не все?       — Половина.       — Ой… Зато ноги на месте. Меня Тео как-то пообещал взять с собой в Итилан, засунул в мешок и понёс на корабль. И со сходни кинул в воду. Мало того, что я тонула, так при очередной волне мне ноги зажало между причалом и бортом…       — Догадываюсь, что ты выжила, — в выразительных голубых глазах итиланца искрился смех.       — Опять пришлось орать, — заулыбалась в ответ Нира. — Потом училась ходить заново. Зато ты бы видел, как Фред его за это избил! Тео неделю опухший лежал, даже в академию на месяц позже поехал. А Фреда тогда чуть не исключили из-за этого мерзкого Ликкора. Хорошо, что Фредди его зарезал.       — Хорошо, — мягко и задумчиво улыбнулся любящий племянник.       — Ой, Джерричка, может, лучше оденешься? — Бабочка заботливо указала итиланцу на его тунику. — Здесь тепло, конечно, но ты весь такой нежненький — вдруг простудишься? Вот однажды зимой Тео меня…       Таоли, осев на ближайший стул, с ужасом слушал откровения двоих подростков, пребывая в каком-то моральном оцепенении. Каждый день общения с кигги заметно расшатывал его систему жизненных устоев. Единственным столпом, дающим ощущение надёжности и уверенности, к его непомерному удивлению, оказался Стальной Фолг, который умудрялся упорно гнуть свою ненормальную линию вопреки хаосу и безумию окружающей жизни.       Когда-то Фредерик цинично сообщил, что без особых сожалений сможет убить своего бывшего нанимателя, если потребуется. Сегодня он хладнокровно зарезал Ликкора, пользуясь знаниями, приобретёнными за время найма. Что он сотворит в будущем, после окончания контракта с Дэйвэном? Конечно, Стальной дал клятву, но о ней знали только они двое…       Молчаливого Роберта, очевидно, терзали не менее тяжкие думы: он мрачно нахохлился в кресле и отрешённо разглядывал языки пламени. Во втором кресле у камина чуть ли не в обнимку сидели несовершеннолетние сын последнего законного итиланского короля, сегодня едва не зарезанный мимоходом, и сбежавшая из дома дочь мелкого варварского князька — и болтали просто взахлёб.       — … и чтобы не отдавать меня замуж и не устраивать такое же похищение, как на Кошачьем, Фред взял меня с собой. Тоже засунул в мешок, представляешь? Я думала, умру от страха, пока он нёс меня на корабль. Боялась, что он тоже кинет мешок в воду!       Подростки дружно захихикали.       — А меня в сундуке вывозили из столицы, — тихо, так что странное пришепётывание беззубого рта практически не ощущалось, рассказывал Джерри с мягкой улыбкой, — а когда…       С оглушающим треском и звоном разлетелось большое окно — и в него влетело две мощных фигуры, буквально пару шагов прокатившихся по полу и тут же вскочивших на ноги. Роберт, рванул в их сторону, толкнув Таоли к подросткам, и потянул клинок из ножен — но недостаточно быстро. Один кигги уже касался лезвием его горла, оглядывая с заметным недоумением, а второй кинулся к троице его подопечных.       — Это что такое?! — возмутилась Бабочка, неожиданно и без какого-либо страха шагнув к нападающему.       И тот вдруг резко затормозил, растерянно пряча руки за спину:       — Ири, это не то, что ты подумала… А-а?.. Ты не Ири!       — А ты, видимо, когда-то ей на глаза пьяным попался, — упёрла Нира руки в бока и строго посмотрела на другого островитянина рядом с Робертом: — Отстань от моего брата!       — Я и смотрю, неправильный какой-то итиланец, — сконфуженно пробормотал тот, тоже неловко пряча тесак за спину.       — И я не пьяный был, я только для сугреву, — искренне заверил более молодой кигги. — Уважаемая госпожа, а что ты здесь делаешь?       — Они тебя взяли в плен? Обижают? — второй с готовностью потянул тесак из-за спины обратно.       — Кто? Мой брат? Мой Таочка? Мой Джерричка, которого подарил мне мой старший брат — Стальной Фолг… — с намёком посмотрела на бойцов девушка.       — Я так и знал! Ты младшая сестра Ирии и Сайны! — обрадовался молодой кигги. — Я Рад, а это — Хват. А ты Рыбка?.. э-э… Птичка?..       — Ещё один Радичек?.. А я Бабочка, — покачала головой та.       — Нира, — строго поправил долинец, но холодные безжалостные взгляды бойцов заставили его мгновенно прикусить язык.       — Ни-ира, — ласково протянул Рад, — красивое имя. И ты очень красивая. Я раньше думал, что красивей Ирии девушек не бывает, но теперь вижу, как ошибался.       — Вы что здесь делаете? — повторил вопрос товарища Хват, пряча наконец тесак в ножны. — Тут вовсю ловят итиланцев, оставшихся верными Ликкору, а остальных тащат на присягу.       — Присягу кому? — не выдержал Джеральд — и тут же испуганно пригнулся под жёсткими взглядами наёмников.       — Уважаемая Нира, а кто это такие языкастые? — уточнил Хват, оглядывая пару принцев. — Это вообще девочки или мальчики?       — Вот это Джерричка, его мне отдал Фредди, — явно удивляясь плохой памяти гостей, повторила Бабочка. — А это Таочка, он фредов.       — Наниматель, — дополнил Дэйвэн. — А вы из «поморников»?       Кигги переглянулись:       — Фредов наниматель? Не об этой ли мелочи Безухий рассказывал?       — Стальной познакомил меня с Эриком на тоэрлиге в Готре, — кивнул Таоли.       — Так что вы тут делаете? — в очередной раз повторил Хват, глядя на них уже с подозрением.       — Нас оставил тут Фредди, чтобы мы ждали его и грелись у камина! — вновь возмутилась Нира, решительно взяв разговор в свои руки. — А теперь мы мёрзнем, потому что кое-кто разнёс окно!       Кигги виновато переглянулись и покосились на выбитый проём в осколках стёкол, окаймлённый красиво развевающимися от ветра шторами. И как раз вовремя: за подоконник зацепились крепкие руки и в комнату вкатился ещё один наёмник. Рад, ехидно ухмыльнувшись, прямо в полёте схватил очередного незваного гостя за шкирку и заорал:       — Ири, а Соня опять пьяный!       — Да не пьяный я, Ири, — ошеломлённо забормотал тот, с изумлением глядя на Ниру и даже прекращая сопротивляться, — просто не выспался… А откуда здесь?.. Это вообще Ирия?       — Я Нира, младшая сестра Ирии, — звонко рассмеялась та, а Рад с Хватом радостно подхватили.       — Ясно, почему вы здесь так задержались, — буркнул Соня с невольно расползающейся по лицу улыбкой.       Он вернулся к окну и энергично нечто прожестикулировал кому-то, находящемуся внизу.       — А это? — Соня указал на остальных.       — Это собственность Стального, — указал Рад на высокородных особ и посмотрел на Роберта: — А это, видимо, один из сбежавших в Итилан Фолгов.       — Только неясно, боец или собственность, — хмыкнул Хват.       — Боец. Я убил своего волка, — буркнул в ответ Роб, продолжая закрывать собой Таоли и Джерри.       — Да? — удивлённо протянул Хват, демонстративно оглядывая его лощёный итиланский мундир. — Что-то незаметно.       — Мы накосячили немного, — пояснил Соне Рад. — Стальной оставил их здесь ждать его, думая, наверное, что на второй этаж уже проверенного дома никто не полезет.       — Добычи тут нет, — вздохнул Хват.       — Угу, а мы решили проверить на всякий случай, — повинился Рад, проникновенно глядя на Ниру, — и не зря. Вот, с тобой познакомились.       — А что, добычи совсем никакой? — удивился Соня, оглядываясь. — А чего такие красивые занавески висели?       — Уже — никакой, — подтвердил Хват. — Надо уважаемую Ниру в тёплое место отвести, чтобы не замёрзла.       — Всех нас, — уточнила Бабочка и очаровательно улыбнулась, вызывая у «поморников» усиленное слюноотделение: — Спасибо, Хват, ты такой заботливый!       Джерри, торопливо шагнув к ней, с изящным поклоном, впрочем, не сильно глубоким, чтобы не умалять принцевского достоинства, галантно предложил руку. Смущённо хихикнув, девушка с радостью и любопытным интересом ухватилась за его локоть — под помрачневшими взглядами островитян. Впервые на памяти долинца Джеральд гордо выпрямился, откинув с лица шёлковую завесу волос, и с лёгкой насмешкой и некоторым даже превосходством посмотрел на «поморников», чувствуя себя, по-видимому, в полной безопасности рядом с Нирой.       Дэйвэн и сам был впечатлён, с какой лёгкостью Бабочка управлялась со здоровенными наёмниками. Конечно, он ещё на Тюленьем видел, как заботливо относятся кигги к своим женщинам и детям. Понятно, что даже девочки, не то что мальчики, при необходимости могли в любой момент отхватить воспитательный шлепок по попе, но любовь взрослых при этом оставалась безусловной и дающей чувство абсолютной защищённости. Да и за два дня похода Таоли насмотрелся, как ласково обходились с девушкой обычно суровые «тюлени», но то были соклановцы, а это — незнакомые убийцы на тропе войны.       Хват выглянул за дверь и, убедившись в безопасности, поманил за собой остальных. Нира с Джерри гордо прошествовали за ним, Рад присоседился к девушке с другой стороны, улыбаясь, шутя, ненавязчиво касаясь её плеча и совершенно игнорируя итиланца. Роберт легонько подтолкнул задумавшегося Таоли в спину, принуждая ускорить шаг и догнать Бабочку. Замыкал их группу Соня, исполнительно оглядывавшийся и прикрывавший тылы.       За дверью Дэйвэн, к своему удивлению, не увидел ни одного «тюленя» — Стальной вообще никого не оставил для их защиты. Забрал абсолютно всех для наведения своих порядков у итиланцев? Нет, он, конечно, попросил младшего брата присмотреть за ними, но… Он правда думал, что Роб сможет запросто противостоять другим островитянам? Или без проблем договориться? Интересно, Фредерик вообще знал, как пренебрежительно относятся кигги к его брату, или при нём никто не осмеливался на такое поведение?       Хват заглядывал во все попадающиеся по пути двери и становился всё сконфуженней, а довольный Рад продолжал прямолинейно и даже как-то топорно флиртовать с Нирой:       — Но гласного жениха у тебя же нет? Обряд Весны через полгода? Я обязательно приеду к вам на остров и буду биться за твоё внимание! — гулко разносился по коридору его громкий голос.       Бабочка утомлённо оглянулась. Заметив позади Таоли, она замедлила шаг и, поравнявшись, крепко вцепилась в его правую руку, огородившись принцами от настырного поклонника уже с двух сторон. Хват тем временем обнаружил за очередной дверью нечто интересное и удивлённо обрадовался:       — О, коты!       Конечно, все тут же сунулись посмотреть на котиков и увидели троих пронырливых типов, несколько смущённых таким вниманием, которые до визита гостей явно занимались упихиванием в мешки груды вещей на полу: разнообразных ваз и статуэток, металлической и стеклянной посуды, скатанных в рулоны ковров, тюков тканей, прочих загадочных свёртков и кип бумаг.       — А вот и добыча, — задумчиво отметил Соня.       — Наша! — угрожающе оскалились «коты», а один из них внимательно присмотрелся к Нире:       — Уважаемая госпожа, а ты случайно не сестрой будешь нашей Кошечке и Стальному Фолгу?       — Ага, сестрой, — заулыбалась девушка и, легкомысленно бросив провожатых, порхнула к сваленной на полу груде добра: — Ой, какая красивая бабочка! А меня тоже Бабочкой зовут…       Она подняла изящную статуэтку — ажурную серебряную филигрань, украшенную кабошонами из матово-белых звездчатых камней.       — Окажи честь, Бабочка, прими её в дар, — тут же скользнув к девушке, вкрадчиво мурлыкнул самый внимательный из «котов». — Меня Боргом зовут.       — Спасибо, Борг, ты такой добрый! — сияющая улыбка Бабочки осветила всю комнату. Дэйвэн даже забыл о мрачных мыслях и невольно заулыбался вместе с ней, разделяя искреннюю радость. А вот Джерри и «поморники» весьма ревниво нахмурились. Правда, она тут же порхнула обратно к принцам, показывая добычу вблизи: — Смотрите, какую красоту мне Борг подарил! Какие крылышки ажурные! А глазки, смотрите, а усики какие!       — Это работа долинских мастеров, — тихо заметил Дэйвэн. — Тебя же Ойэло учил долинскому? Если перевернуть, там на основании будет имя мастера. Кстати, с Ойэло всё в порядке? Где он?       — Фред отправил его с оказией в Ёруз, — ответила Нира, увлечённо вертя статуэтку. — А долинский я плохо знаю, и читаю не очень…       — Слушай, Борг, ты не знаешь, есть тут поблизости тёплая комната? — поинтересовался Хват. — Или хотя бы целая и с камином?       — Тут кабинет управляющего недалеко, — отозвался «кот», недовольно глядя на принцев, которых Бабочка вновь схватила за руки. — Шагов сто на север до лестницы и наверх. Его даже протопили, и там тепло.       — Было, — сконфуженно развёл руками «поморник». — Пока там окно не выбилось…       — Само? — ехидно уточнил Борг.       — Почти.       — Вроде целыми остались ещё жилые комнаты инженеров, — припомнил один из «котов».       — Я провожу, — вызвался Борг и повернулся к одноклановцам: — Заканчивайте тут.       Дружной компанией они покинули комнату, оставляя двоих «котов» грустно чахнуть над добычей. Борг, самоуверенно потолкавшись в дверях плечами с более крупным Радом, гордо взял на себя роль предводителя. Нира только глаза закатила на такие самцовые выходки и крепче ухватилась за руки галантных и деликатных принцев.       — Нир, я всё считаю, — тихо прошептал Джерри, — но никак не могу понять, сколько у тебя сестёр?       — Сейчас семеро. Было восемь, одна умерла, — погрустнела Бабочка.       — Прости. У меня тоже два брата умерли, — искренне посочувствовал итиланец.       — А сколько осталось?       — Только я.       — Ох, бедняжка, ты теперь как Таочка. Только он изначально один у родителей был, но они ему больше никого не родили, потому что умерли из-за Энрико Безумного.       — А моих родителей убил Ликкор. А братьев — люди Ликкора.       — Может быть, даже «тюлени», — виновато посмотрела она. — Наш боевой клан он нанял первым.       — Может быть… — отрешённым эхом отозвался итиланец.       — Зато «тюлень» убил и самого Ликкора. Конечно, тебе от этого не легче и их не вернуть…       — Ты не поверишь, но легче, — криво улыбнулся Джерри. — Твой брат Фред хоть и выглядит… но пытать меня перед смертью ради развлечения вроде не собирается.       Нира удивлённо на него посмотрела, повторив с недоумением:       — Перед…       — Бабочка! — радостно взревел кто-то громовым голосом.       — Рэмчик! — восторженно взвизгнула Нира, разглядев новую группу кигги, выруливших из-за угла.       Торопливо сунув серебряную бабочку Джеральду, девушка побежала навстречу и бросилась на шею здоровенному детине с рукой на перевязи. Оценив ширину его плеч, Соня даже широко раскрыл глаза и взбодрился, Хват удивлённо присвистнул, а Борг и Рад только уныло переглянулись.       — Ничего себе огромный, — изумлённо прошептал по-итилански Джерри, бережно обнимая вручённую статуэтку. — Он даже больше вашего Фреда…       — Только в ширину, — поправил его Дэйвэн, почему-то чувствуя себя задетым. — Фрей выше Рэма.       — Это Альбертов поклонник так вымахал? — наклонившись к ним, тоже шёпотом спросил Роберт.       — Ага, младший Памми.       Рэм даже одной рукой практически жонглировал восхищённо пищавшей Бабочкой, а потом всё же передал в объятия остальным желающим и направился дальше.       — Юэнаи, привет! Рад, что ты ещё не допрыгался. Здорово, Роб. И вам здорово, бойцы, — дружелюбно кивнул Рэм «поморникам» с «котом» и перевёл взгляд на настороженного Джерри: — А это что за мелочь? Очередной родственник юэнаи?       — Нет, Рэм, не мой, — отозвался несколько смущённый Дэйвэн, понимая, что про Ойэло тот ещё даже не знал. — Джеральд — родственник Ликкора. Фрей доверил его заботам Ниры.       — Джеральд? — ехидно прищурился Борг. — А это не племянник Ликкора, которого вчера на конюшне сначала гвардейцы ебли, а потом под настоящих жеребцов подложили — для услаждения королевского взора?       — Откуда ты знаешь? — метнувшись, яростно зашипел Дэйвэн в лицо «коту». — А если и так — думаешь, он это по своей воле?!       Джерри смотрел на Таоли поражённо и растерянно — видимо, нечасто видел такую реакцию на подобные обстоятельства своей жизни. Но тут к нему сзади подошла ещё и Нира и с сочувствием погладила по плечу. А над долинцем уже угрожающе навис Борг и шипел в ответ:       — «Коты» знают всё! Тем более, он орал ночью на все окрестности. А тебя, что, за живое задело?       — Ты, это, юэнаи не тревожь, — лопатообразная ладонь предупреждающе легла на плечо «кота». — Мало того, что он собственность Стального, так он ещё и отбитый на всю голову. Когда он одновременно с пятерыми «быками» сцепился, Фред его еле оттащить успел — но одного «бычка» уже не спасти было… А вас всего четверо.       «Поморники» недоверчиво покосились на долинца и перевели недоуменные взгляды обратно на Рэма.       — Это когда он глаз одному из первоходок вырвал? — отступил назад какой-то слишком осведомлённый «кот».       — Угу. И проклял, — весомо, хоть и с явным смешком добавил кто-то из новоприбывших кигги, которые толпой окружили их маленькую разношерстную компанию. — С юэнаи даже «тюлени» не шутят — такой он суровый.       Притихшая Нира приобняла бледного Джеральда за плечи. Таоли с неловкостью оглянулся, понимая, что вновь подсознательно начал наглеть и нарываться на неприятности именно в присутствии «тюленей». С этим надо было что-то делать, иначе в будущем он, по словам медведеподобного поклонника Альберта, действительно мог «допрыгаться».       — А вы тоже итиланцев ищете? — деликатно переводя тему, спросила соклановцев Бабочка. — Чтобы ими присягнуть?       Рэм отрицательно качнул головой:       — В комнате, где Фред вас оставил, окно выбито и пусто.       — А окно выбилось. Почти само, — невинно затрепетала ресничками Нира, стрельнув глазками в сторону Рада. — И милые мальчики решили помочь нам найти место, где можно согреться.       — Мы это… слегка чуть разнесли там к чёртовой матери совсем всё, — скромно признался Хват. — И чтобы уважаемая госпожа не замёрзла, пошли искать тёплую комнату.       — Действительно, милые, — недобро посмотрел на «поморников» Рэм. — Повезло, что после этого у них зубы не выбились. Почти сами. Бабочка, мы сейчас проходили мимо комнат — вроде целых. Пойдём, тоже поможем вам искать.       Такой большой компанией они быстро нашли уцелевшую от разгрома комнату, даже растопили камин и оперативно натаскали небольшой запас дров.       Рэм обнял Ниру с искренним сожалением:       — Нам пора. Мы и так с вами задержались, а ребятам там рук не хватает. — Он покосился на троих «поморников» и «кота». — Особенно Безухий страдал, что не в силах, бедняга, объять необъятное, потому что людей у него мало, видите ли. А «тюленей» даже раненых запрягли.       — А кто будет охранять уважаемую госпожу? — рискнул Рад.       — Роб справится.       — О, видели мы, как он справляется, — хмыкнул насмешливо Хват, а Роберт, смерив наглеца холодным взглядом, положил руку на рукоять клинка, на что «поморники» только усмехнулись, отвернувшись.       — Справится, — угрожающе повторил Рэм. — Раскроет рот, вспомнит киггский и имя брата — и справится.       И тут, как гром среди ясного неба, меж молний яростных взглядов раздался пришепётывающий голос Джеральда, который громко и старательно чётко выговорил на языке Островов:       — С нами остаётся самая прекрасная девушка на свете. Она легко справится с сотнями кигги. Да и никто в мире не осмелится огорчить её.       Островитяне, даже онемевшие на мгновение, удивлённые смелостью — даже дерзостью — внезапно заговорившей королевской подстилки, расхохотались, глядя на звонко рассмеявшуюся Ниру.       — Бабочка и с тысячами справится! — в восторге хлопнул итиланца по плечу Рэм, и тот аж присел.       Когда посмеивающиеся кигги покинули их, Роберт молча указал всем на кушетку у камина и с неловкой благодарностью потрепал Джеральда по волосам:       — Я бы и сам справился.       — Но я сказал правду, — итиланский принц галантно подвёл девушку к кушетке, поправил сбившееся покрывало и только после того, как деликатно устроил её на мягких подушечках, присел сам.       — Ты мне льстишь, — хихикнула Нира.       — Ты остановила этих убийц одной фразой, — покачал головой Джерри. — Они слушаются не то что каждого твоего слова — каждого взгляда. Ты рождена повелевать. Ты могла бы стать величайшей королевой в мире.       — Глупенький, у кигги нет королей, — улыбнулась Бабочка. — Это у вас в Итилане легко: родился сыном короля — станешь королём. А на Островах, чтобы стать главою клана или военным вождём, мужчина должен быть сильным и талантливым, а жена его должна уметь достойно поддерживать, заботиться и вдохновлять.       — Если на Островах не сложится, ты всегда можешь стать королевой Итилана, — мягко рассмеялся Джеральд и вдруг опустился на колено перед девушкой, нежно коснувшись губами её ладони: — Я был бы самым счастливым человеком на свете, если бы ты согласилась стать моей женой.       Нира молчала, розовея румянцем, и на удивление серьёзно рассматривала коленопреклонённого юношу. Таоли с Робертом изумлённо переглянулись: это что сейчас было — предложение руки и сердца?       — Джер, ты не наглей! — возмутился Фолг. — Это моя маленькая сестра, вообще-то. Она ещё обряда Весны не прошла.       — Так я даже и не надеюсь, — печально улыбнулся итиланец, ласково прижимая к своей щеке тёплую девичью ладонь. — Мне, как наследнику итиланского престола, и жить осталось недолго. Просто я, как и любой другой мужчина, правда был бы счастлив… Любой, кроме твоих братьев, разумеется. Ты росла на их глазах, они видели, как ты взрослела, как постепенно становилась совершенством. Они не осознают того, что сейчас ты идеальна и с первого взгляда поражаешь любого мужчину в самое сердце. Разве я не прав, Роб?       — Прав, но…       Джеральд мечтательно поднял на Ниру небесно-голубые глаза:       — Из всех, кого я встречал в своей жизни, ты самая удивительная и прекрасная, властная и смелая, добрая и заботливая. И после того, что ты услышала про конюшни, ты можешь меня разве что презирать, — он со вздохом опустил взгляд, — но если бы вдруг… Твой народ не испытывал бы сомнений, кто в нашем союзе главный. Даже учитывая их отношение к правящим женщинам, их весьма порадовала бы власть островитянки в Итилане. А вот мой народ смог бы по достоинству оценить величайшую королеву, когда-либо правившую нашим королевством.       — Что-то ты хитришь, Джер, — нахмурился Роберт.       Дэйвэн закусил губу в волнении: итиланский принц не хитрил, он с отчаянной смелостью соблазнял собою и искушал титулом королевы малолетнюю сестру Фолгов, используя её наивность, легкомыслие, доверчивость и сострадание. Да, кигги взрослели рано, и выглядела Нира как совершеннолетняя итиланка, но по сути она была ещё подростком! С другой стороны, Джерри и сам не особо вышел из подросткового возраста по долинским меркам, да и понравились они друг другу сразу, и мгновенно нашли общий язык… Хотя итиланцы издавна славились своей трусостью и коварством, и их принц вполне мог притворяться, чтобы использовать её в своих целях. Но если он искренне предложил Нире стать его женой и королевой, можно ли считать это использованием? Конечно, если бы Джеральд соблазнял какого-то совершеннолетнего кигги, Таоли его бы даже понял и не осудил… так сильно, как сейчас. Как он осуждал самого себя.       Ради своей страны правитель должен быть готов на многое. Хотя гибель Итилану вроде не грозила — в отличие от Долины. Джеральд просто хотел занять трон… Выжить и занять трон своего отца, убитого узурпатором. Имел ли он право использовать любой подвернувшийся шанс? А сам Дэйвэн, лёгший под Фолга, имел ли право осуждать его? Хотя кого более могущественного, чем вертевшую любимым братиком Бабочку, мог выбрать итиланец? Стального? Так тот уже был занят долинским принцем, который очень не хотел бы терять своего сильного, умного, надёжного… своего наёмника, в общем. Кого-то поблизости, сравнимого с Фредериком по могуществу, Таоли припомнить не мог, да и если Джерри хотя бы посмотрел в сторону вождя «тюленей», долинец не просто вышвырнул бы его из постели, как тех наложниц, а… А если бы в самом начале перед Дэйвэном встал выбор между Стальным Фолгом и его малолетней сестрой, кого бы выбрал он сам? Нира уж точно не стала бы никого насиловать…       — Ликкор был наполовину итиланцем, наполовину кигги, — напомнила серьёзно Бабочка, — и у вас в королевстве были волнения, потому что многие не принимали короля-полукровку. Наши дети тоже будут… были бы полукровками. Думаешь, итиланцы вообще согласятся на королеву с Островов?       — Королеву выбирает король. А Ликкор был даже не бастардом — морганатическим ублюдком моей бабки. Его не прикончили во младенчестве только из-за ультиматума кигги. В отличие от него твой сын, рождённый в браке, был бы законным королём, — Джеральд, сидя у её ног, задумчиво и нежно целовал тонкие пальцы с обветренной и огрубелой от работы кожей. — Не говоря уже о том, что выйдя за меня, ты сама стала бы самой законной и великой королевой Итилана.       — Вы сейчас это серьёзно обсуждаете? — недоверчиво смотрел на них Роб, отвлёкшись даже от своих мрачных размышлений.       — Роб, как я могу всерьёз обсуждать свою дальнейшую жизнь, если час назад твой брат едва меня не прирезал, чтобы я не мешал его планам, — грустно вздохнул Джеральд — уже без всяких намёков, напрямую обращая внимание Ниры на этот факт.       Дэйвэн молчал, пытаясь разобраться в целом хороводе разных мыслей, хаотично скакавших в его голове.       И тут, конечно, не выбрав более подходящего времени для появления, в комнату вошёл Стальной Фолг — уже в виде себя самого: мощный и стремительный, в традиционной киггской безрукавке и потёртых кожаных штанах под длиннополой курткой. Он стянул мокрый капюшон с коротко стриженой головы, и Дэйвэна даже кольнуло сожалением: не узнать ему, каково это — запускать пальцы в длинные волосы любовника во время…       — Фредди, какой ты красивый! — Бабочка с искренним восторгом бросилась на шею брату.       Старший Фолг на этот раз даже отцеплять её от себя не стал, просто подхватил под бёдра и прямо с нею уселся на кушетку ближе к огню, довольно улыбаясь.       — Нашим тоже так больше нравится. А поначалу в меня даже стулом запустили с перепуга, — признался он. — А вот Эрик не напугался, гад. А Пух сказал, что новая причёска мне невероятно шла, и даже глазки строил и обзывался лапочкой.       — Вредный «кот» просто издевался, — заверила Нира и ласково погладила брата по короткому ёжику. — Ты сейчас самый красивый!       Стальной обнял сестру крепче и умиротворённо выдохнул, нежась у теплого камина.       — Фредди, а я правда стану королевой, если выйду замуж за Джерричку?       — Что?! — расслабленность мигом слетела с военного вождя, взгляд стал резким и острым. — Кто тебе это сказал? Джерри?       Итиланский принц аж пригнулся под тяжёлым взором Стального.       — Фредди, так это правда?       — Ну, теоретически…       — Фредди, а Джерричка мне предложил замуж, а я уже согласилась, — торопливо выпалила Бабочка и прильнула к брату, крепко вцепившись руками и ногами и вжавшись лицом в мощную шею.       — Что?! Какого?.. С ума сошла? — не в силах стряхнуть с себя впившуюся как клещ сестру, старший Фолг перевёл взгляд на другую жертву: — Роб, ты тут присматривал за ними или сводничал?!       — Да я… они просто болтали! — дрогнув под яростным взглядом брата, забормотал Роберт.       — Болтали? А ты ждал, когда они перейдут к брачной ночи?! Доболтались! У неё еще даже обряда Весны не было!       — Фредди, мы просто обручились, — забубнила ему в шею Нира. — Половину наших сестёр вообще при рождении просватали, а тебя в три года…       Стальной пронзительно посмотрел на Джеральда, едва не отпрянувшего под его взглядом в камин за спиной.       — Думаешь, самый умный? Надеешься, что сможешь её использовать и потом избавиться — как ты планировал с Ликкором, вдохновляя его жрать наркоту?       Итиланский принц, мертвенно побледнев, невероятным усилием воли выпрямился и искренне выдохнул:       — Ликкора я ненавидел! Но Нира — самый лучший человек в моей жизни, я никогда с ней так не поступлю! Нира, поверь, я никогда не причиню тебе вреда, клянусь! Никогда, слышите — что бы со мной ни произошло.       — Тогда ты не станешь причинять ей вреда и позорить в глазах моего народа, — холодно заметил Форедерик. — Подумай, каково девушке быть женой по́хотной подстилки Ликкора?       — Джерричка был таким не по своей воле! — возмущённо воскликнула Бабочка, но предусмотрительно цепких объятий не разжала. — Даже Таочка так сказал!       Мрачный взгляд старшего Фолга пообещал и долинцу множество только что найденных приключений на его пятую точку.       — Фред, Ликкор считал тебя самым опасным человеком на Островах, — с отчаянной решимостью смотрел на него Джерри, — и самым коварным и умным после твоего отца. Что позорного в том, что островитянке удалось заарканить, подчинить и женить на себе короля Итилана? Что плохого, если её сын станет следующим законным королём?       — Ты ещё не король, — оскалился Стальной.       — Не знаю, кого ты хочешь посадить на трон, но мои подданные с радостью примут только меня. Своих братьев Ликкор убил всех вместе с семьями. Даже он сам хотел сделать своим наследником именно моего ребёнка, только никак мне жену подобрать не мог. Кого бы другого ты ни выбрал — для Итилана он будет таким же узурпатором, как Ликкор.       — Есть один претендент, у которого прав не меньше, чем у тебя, — язвительно ухмыльнулся старший Фолг. — Императоры Долины правили низинами ещё сотни лет назад.       Джеральд и Роберт перевели изумлённые взгляды на Таоли, а тот растерянно смотрел на Фредерика.       — Так вот кого ты прочишь в правители? — криво улыбнулся итиланец. — Рассчитываешь на завещание Энрико? Его до сих пор не нашли. Ты убил всех — никто больше не знает о завещании. И тем более никто не помнит, что было сотни лет назад. Сейчас твоего любовника в Готроне считают предателем, а в Итилане воспримут лишь твоей бесправной марионеткой.       — Я не собираюсь править Итиланом! — Дэйвэн пошёл красными пятнами под внимательным взглядом наёмника. Волнения добавляли и озлобленное отчаяние Джерри, и задумчивость Ниры, и замешательство Роберта. — Долина правила низинами как своими потомками, — уже тише пояснил он. — Долина и не думала завоёвывать их силой, когда они отдалились от нас — как родители не препятствуют повзрослевшим детям.       — Я единственный выживший сын последнего законного короля Итилана, — высокомерно выпрямился Джеральд. — Я дам кигги земли — в дар моей прекрасной королеве. Наши с Нирой дети будут законно и справедливо править и итиланцами, и островитянами, живущими на землях королевства.       — Тао, разве ты не хочешь править не только Долиной, но и Готроном с Итиланом? — вкрадчиво поинтересовался Фредерик, но тот отрицательно качнул головой:       — У итиланцев остались лишь смутные воспоминания о Долине — в легендах и сказках. А в Готроне Аугусто усиленно стирал из людской памяти все истории о Дэйвэнах, заменяя собою — единственным правильным императором. Дэйвэны правят только Долиной.       Итиланский принц твёрдо посмотрел на вождя «тюленей»:       — Я буду лучшим для тебя королём.       — И кто после этого беззубый? — разочарованно вздохнул Фредерик и, отвернувшись от Таоли, посмотрел на Джеральда:       — Убедил. Но если ты рассчитываешь, что я оставлю тебя вертеть моей легковерной сестрой в одиночку, то очень ошибаешься. Я оставлю приглядывать за вами Роба и нашего отца. Ты сейчас же напишешь ему письмо и пригласишь их с матушкой на помолвку — вашу с Нирой. Поведаешь, что в дар своей невесте ты преподносишь весь Медный остров в Готре, всё побережье от Болотной гавани до крепости Мара, долину между крепостью Мара и заставой у Кромки и свободный проход от этой заставы до устья Великаны. Роб, там рядом с тобой бумага и…       — Фредди! — счастливо пискнула Нира, беспорядочно целуя ему щёки. — Ты мой самый любимый братик!       Гордо выпрямившись, Джеральд бросил торжествующий взгляд на Таоли и, приняв от растерянного Роба чистый лист и писчие принадлежности, принялся за послание будущему тестю.       — Нира, если он будет обижать тебя — сразу сообщай Робу, он будет знать, как со мной связаться. Если Роба вдруг не будет… к тебе каждую неделю будет приходить человек от Пухнявого. Ты узнаешь его по особому знаку — я договорюсь с Пухом, он чуть позже тебе всё расскажет. Если понадоблюсь, сообщишь через него и я приеду максимум через пару дней. И если мне что-то не понравится… — с угрозой произнёс Стальной под восторженные писки и уверения сестры. — То же самое, если Папаша начнёт заходить слишком далеко. Но если будешь гонять меня по пустякам — выпорю ремнём так, что неделю сидеть не сможешь, поняла?       — А разве королеву можно ремнём? — засомневалась Бабочка, но любящий брат её успокоил:       — Мне — можно. Мне король разрешил, да, Джерри?       — Да, но только за серьёзные проступки, — дипломатично ответил свежеиспечённый монарх, удовлетворяя обоих.       — Перед тем как вызвать меня для успокоения Папаши, лучше посоветуйся с Джерри, — одобрительно кивнул итиланцу Стальной. — И если что, я всыплю вам обоим. И непременно поговори с Папашей, перед тем как вызвать меня для укрощения Джеральда.       — Я всё-всё поняла! — уверила Нира. — Фредди, ты самый лучший!       — А разве кто-то сомневался? — хмыкнул тот, вновь поворачиваясь к потенциальному зятю: — Если с ней что-то случится… ты понимаешь, да? И никакой постели до свадьбы. Свадьба — только после обряда Весны.       — А обряд через полгода, — рассудительно кивнул Джерри. — Свадьбу можно сыграть в конце лета, в день королевской семьи — как делали мои предки. Всё согласно традициям — народу это нравится. А помолвку официально устроим сразу по прибытии в столицу ваших уважаемых родителей.       Джерри протянул Фредерику лист бумаги, исписанный почти каллиграфическим почерком. Таоли, хоть и знал, что поступил правильно, всё равно почувствовал какую-то иррациональную обиду, разглядев внизу уверенную подпись: «Джеральд Третий, король Итилана и Готрона». И Фредерик ещё так ухмыляется… Сам он беззубый!       — Подаренные земли без права передачи, хм? Переходят по наследству от матери её сыну — королю Итилана? Какой ты… предусмотрительный, — поднял глаза Стальной с письма на будущего зятя. — Ничего, Папаша тебя пообломает — он тоже любит такие игры.       — Фред, ты тут? — в комнату заглянул Алч. — Там у нас непонятки с Безухим из-за добычи наметились…       — Ты мой голос, и Эрик с тобой спорил? — удивился Стальной. — Да он, похоже, совсем страх потерял, узрев меня в виде Теодора. Арчи, кстати, у нас небольшая корректировка: король — Джерри. Тао отказался.       — Ангел мой, ты головой не заболел? — демонстративно закатил глаза казначей.       Долинец насупился: к постоянным насмешкам кигги он привык — тем иногда даже повод не требовался — и уже не особо переживал из-за них, но вот видеть торжествующие взгляды Джеральда, полные превосходства и напоминающие о словах Фредерика про беззубость, было ощутимо неприятно.       — Мы с Тао просто не хотели расстраивать Ниру, она теперь будущая королева, — вступился за своего нанимателя Стальной, продолжая просвещать Алча. — Кстати, займись пока ими — подбери королевской чете что-нибудь подходящее из захваченной одежды для присяги им итиланцев. Роб, следи за Джерри, бди и пресекай — не жди, пока они переспят у тебя на глазах. Я на тебя надеюсь. Тао, идём, посмотришь, каких люлей я наваляю Эрику.       Дэйвэн поторопился к двери вслед за стремительным Фолгом. Тот снаружи уже секретничал с тремя крепкими кигги. Подойдя ближе, долинец узнал Варга, Хряка, чей сын неделю назад первым доплыл до кораблей у Тюленьего, и Герба. Последний радостно делился со своим вождём:       — … столько интересного! Знал бы, что у вас так здорово, давно бы ушёл из «быков» в «тюлени»!       — Герб, вы с Хряком продолжаете присматривать за Нирой — уже в открытую.       — Всё срослось? — уточнил Герб с горящими от восторга глазами.       — Угу, — Фредерик незаметно прижал палец к губам и указал взглядом на выходивших из дверей Ниру с Джеральдом.       Герб с Хряком поспешили занять места позади свежеиспечённой королевской пары.       — Варг, идём к Эрику, Тао опять на тебе. А чего смурной такой? Вы прекрасно справились.       — Ты крутишь людьми, как хочешь, Стальной. Даже сестрой, — чуть растерянно посмотрел кигги на своего вождя. — Ты хитроумней самого Мёртвого Змея.       — Совестливый мой дядюшка, — искренне заулыбался Фредерик, — каждый из этих двоих сейчас самонадеянно считает, что прогнул меня и сам добился своего. Видел, какие они радостные? И Роб счастлив — его больше не разрывает в две стороны. У него теперь есть и король Итилана, которому он служит, и брат-кигги, которому он верен и на которого преданно работает.       — Пугает, что ты заранее знал, как они поступят, — вздохнул Варг и посмотрел на долинского принца: — Тао, ты действительно сам отказался стать королём Итилана и Готрона?       Дэйвэн растерянно кивнул и перевёл опасливый взгляд на Стального Фолга, заново осознавая произошедшее и глубину его мудрёного замысла.