Хранитель принца

      — Тао, не надо…       Почему это не надо? Так ведь теплее и комфортней… Левой ноге стало неудобно. Дэйвэн сонно открыл глаза и потёрся носом о приятно пахшую ткань под мышкой Фолга.       — И тут не надо, — хрипло вздохнул тот. — Чего тебе спокойно не лежится?       Таоли, постепенно просыпаясь, осознал, что он опять пытался закинуть левую ногу на забинтованные бёдра и окончательно залезть сверху на уютно горячего кигги. Который аккуратно спихнул с себя ногу долинца… и лежал на спине.       — Фрей, почему ты так лежишь?! — возмутился принц. — Тебе врачи сказали спать на животе, чтобы не тревожить раны!       Фолг посмотрел на него сонно и обиженно:       — Зато так ты по спине не елозишь. Не скажу, что это прям раны, но всё равно не очень приятно.       — Ой, прости, — спохватился Дэйвэн. — Я сейчас встану, переворачивайся на живот.       — Не могу, — всё так же обиженно и жалобно протянул Фредерик и указал глазами на внушительный бугор, приподнявший одеяло в районе паха. — Мой император, прошу, помоги мне.       Таоли вспыхнул, вспомнив, что вчера творилось в купальне. Наёмник скорбно вздохнул и откинул одеяло, открывая взору крепкий стояк над почти полностью замотанным бинтами телом — напоминая принцу и о том, что было до купальни.       — Я так страдаю, — настойчиво напомнил Фолг. — И только твой божественный язычок может облегчить мои безмерные страдания.       — Фрей, ты же понимаешь, что мои подданные действительно считают моё тело божественным? — внимательно посмотрел на него Дэйвэн. — Если кто-то посторонний услышит от тебя нечто подобное, он потребует твоей казни.       — Это императорские покои, откуда здесь посторонние? — лениво отмахнулся Фредерик. — Здесь только ты и я — весь такой израненный… по твоей милости.       Глядя в наглые карие глаза, Таоли смог лишь головой покачать, с трудом удерживая улыбку. Наёмник морской звездой развалился на императорской постели — и кровать, раньше казавшаяся принцу огромной и пустой, под здоровенным кигги выглядела вполне соразмерно. Фолг смотрел на него с тёплой расслабленной улыбкой, абсолютно не сомневаясь в его дальнейших действиях. То, как хорошо Стальной знал и чувствовал своего нынешнего нанимателя, должно было пугать — но почему-то не пугало.       Дэйвэн задумчиво посмотрел на здоровенный член — и тот возбуждённо качнулся под его взглядом, словно ободряюще кивая и склоняя к нужному решению. Таоли посмотрел в зеркало около кровати — юноша в серебряной глубине кидал откровенно предвкушающие взгляды на член ленивого хищника, развалившегося перед ним. Дэйвэн предупреждающе покосился на Фолга, но тот только улыбался — молча и ласково. И Таоли решился: переполз, аккуратно переступив забинтованное бедро, и удобно устроился между раздвинутых ног Фредерика. Тот закинул руки за голову и глубоко вздохнул, продолжая безмолвно наблюдать.       Принц закрыл глаза и осторожно коснулся головки кончиком языка — кигги, не выдержав, фыркнул, и дёрнувшийся член шлёпнул по подбородку. Пришлось крепко сжать ствол в ладони и лизнуть уверенней, но вкус на языке всё равно был не совсем тот, что нужен. Таоли обхватил головку губами, чувствуя, как в волосы забираются пальцы Фредерика — поначалу ненавязчиво и аккуратно — и постепенно начинают направлять, задавая направление движений и ритм.       Он послушно повиновался, желая вновь ощутить тот самый вкус и убедиться, что он действительно так хорош, как показалось вчера. Вскоре его прилежные и настойчивые усилия были вознаграждены — в рот ударила горячая струя. Не выпуская член изо рта, он чуть отстранился, обвел языком головку, собирая густую жидкость, и торопливо сглотнул, с восторгом понимая, что результат даже превзошёл его ожидания: сладко-солоноватый, с приятным металлическим привкусом, именно такой, какого хотелось и какой сейчас был просто необходим…       — Тао, погоди, — за волосы оттянул его Фолг от тщательно вылизанного члена и, нахмурившись, внимательно вгляделся в затуманенные удовольствием глаза. — А это не твой чаёк до сих пор аукается? Чёрт, сколько ж ты отходить-то будешь от пары чайников с травой? Три дня уже прошло. Не нравится мне это…       Дэйвэн высокомерно дёрнул головой, выскальзывая из хватки Фолга, и оскорблённо отвернулся. Невольно морщась, наёмник сполз с кровати и распахивая двери, прошёлся по комнатам.       — Фэй? — донёсся до Таоли его удивлённый голос. — Ты чего здесь скучаешь?       Тихий ответ Фэали разобрать не удалось, и Дэйвэн, спешно натянув тёплые нижние штаны и длинную рубаху, быстро нашёл в шкафу положенную белую мантию и, торопливо накинув её, помчался к собеседникам. Как Таоли и подозревал, он застал Фэя разглядывающим с откровенным интересом не до конца опавший член Фредерика, а тот, не испытывая ни малейшего стеснения, доедал последний персик из большой вазы.       — Вся Замко́вая крепость наслышана о ваших многочисленных ранениях, — вежливо произнёс юный Тайтэн, продолжая беззастенчиво разглядывать забинтованного почти во всех местах Фолга.       — Царапины, — отмахнулся тот. — А пожрать ничего не осталось? Вчера вроде ужин для Тао приносили?       Фэали перевёл смеющийся взгляд с голого варвара на повелителя Долины:       — Светлейший поужинал, и остатки унесли. Мои земляки не учли, что теперь в императорских покоях ещё один обитатель — ненасытный и экзотичный.       Таоли тоже невольно улыбнулся: Фредерик, который рыскал голодным взглядом по комнате, облизывая испачканные персиковым соком пальцы, действительно выглядел очень контрастно в изысканном интерьере приёмной на фоне двоих долинских аристократов в официальных мантиях.       — Фэй, а где Ойэло? — вспомнил принц о ещё одном обитателе этих комнат.       — Отправился в Западную крепость вместе со всеми — как лучший знаток языка и обычаев кигги. Обик сказал, что с господином Жийвэном они будут чувствовать себя спокойней. Мы с тобой, мой отец и Фред остались здесь, а господин Райюн всё же за три недели мог не уловить все нюансы…       — Два старичка надёжнее, чем один, — подытожил Фолг. — Тао, идём есть, а? Уж очень долго вчера ужин несли, сегодня я ждать не собираюсь.       — Прямо в таком виде? — заулыбался Фэали.       — А что со мной не так? — оглядел себя кигги и, угрожающе прищурившись, посмотрел на развеселившихся долинцев: — Думаете, замотались в занавески — и можно надо мной ржать?       — Фрей, нам обоим одежду приготовили, — успокаивающе коснулся его плеча Дэйвэн, указывая на развешанные одеяния в уголке приёмной.       — Хотя, безусловно, ваш вчерашний променад по крепости произвёл огромное впечатление на наших соотечественников, — скромно опустил смеющийся взгляд юный Тайтэн, — и войдёт в легенды Замко́вой крепости.       — Тао, как будет по-долински «мелкий засранец»?       — Никак. Оденься, будь добр, — кротко попросил Дэйвэн и, взглянув на Тайтэна, осуждающе покачал головой.       Пока Фредерик облачался в привычную одежду из серой кожи, Таоли стянул с себя мятую, найденную самостоятельно впопыхах мантию и надел приготовленную подданными — идеально выглаженную и гораздо более представительную.       — Засранец, ты завтракал или с нами будешь? — хмуро поинтересовался Фолг.       Он с явным удовольствием надел свежее бельё, вычищенные штаны и безрукавку, влез в спасённые мраморным харгом и высушенные долинцами ботинки, но куртку оставил висеть на вешалке.       — Я завтракал с Обелем часов пять назад и думал пообедать с вами, — со вздохом признался Фэали, — но если вы пойдёте сами…       — То ты без проблем отправишься с нами, — пожал плечами кигги и легко подхватил на руки юного Тайтэна. — Да не смущайся. Я Обика знаю, он наверняка на прощанье задницу тебе знатно перетрудил. Тао, открывай дверь и командуй, куда идти. Я ещё не особо ориентируюсь в ваших лабиринтах.       — А почему «тюлени» не могли тебя подождать? Они же вчера видели, что с тобой случилось, — спросил Таоли, слегка задетый бездушным отношением островитян к своему командиру.       — Видели, потому и ушли. Нахрена я им? Боец из меня сейчас не очень, а в Западной крепости пока спокойно. Они взрослые мальчики: смогут сами устроиться и осмотреться. А вот то, что за тобой нужно серьёзно следить, чтобы ты дожил до конца контракта, они прекрасно понимают. И кроме меня желающих присматривать не нашлось.       Дэйвэн, помрачнев, покосился на Фолга, жалея о проявленном понимании и сочувствии к тому, кто этого совершенно не ценил.       — Я так понимаю, у военного вождя киггского клана в основном представительская функция? Даже при ведении боевых действий? — уточнил Фэали, беззаботно болтая ногами.       — Угу, меня беречь надо, — хмыкнул Фредерик, ничуть не оскорблённый. — По идее в обычных боях я должен только командовать. Военный вождь должен быть удачливым, сильным, умным, красивым и целым, чтобы мог участвовать в поединках, защищать честь клана на сходках, разрешать межклановые споры о добыче и прочее. В клан с хорошим вождём бойцы идут охотней.       — Или просто кроме тебя желающих быть вождём не нашлось, — злопамятно съязвил Таоли.       Фэали закашлялся и отвернул покрасневшее лицо от островитянина. Тот задумчиво посмотрел на Дэйвэна и повернулся к юному Тайтэну:       — Фэй, ты не видел, Варг, наверное, первым к Западной крепости бежал, чтобы быть подальше от одного спесивого и неблагодарного юэнаи?       — Ой, совсем забыл! — преувеличенно эмоционально воскликнул Фэали. — Варг заходил утром и отдал ваш вещевой мешок! Сказал, не сметь даже заглядывать в него, потому что там смертельно опасные волосы Дэйвэна.       — А про что-нибудь смертельно опасное от Фолга он не говорил? — язвительно прошипел Таоли.       — Говорил, — лукаво улыбнулся ему Фэали, — что не стоит раздражать Фредерика, когда у него что-нибудь болит, потому что он и без того будет беситься.       — Все и так это знают, — надменно фыркнул Дэйвэн. — Фэй, ты не видел, «тюлени», наверное, наперегонки в Западную крепость бежали, чтобы быть подальше от одного больного и злого военного вождя?       — Сопляки, вы действительно думаете, что я сейчас не смогу разложить вас задницами вверх и хорошенько выпороть? — Наёмник даже остановился посреди коридора, удивлённо глядя на долинцев. — Тяжёлым кожаным ремнём — с оттяжечкой!       — Тао, он сможет, — предупреждающе посмотрел на повелителя Тайтэн.       — Это моя крепость, полная моих подданных, — высокомерно задрал подбородок Дэйвэн, но на всякий случай тон поумерил и отступил на несколько шагов.       — Старики, — пренебрежительно усмехнулся Фолг. — Что они мне сделают? Песком засыплют?       — Здесь осталось три с лишним десятка кигги, — внезапно сообщил Фэали.       — Что с ними? — Взгляд Фолга мгновенно стал серьёзным и внимательным. — Диарея?       Юноша смущённо кивнул.       — Да что ж каждый раз-то?.. Их лечат? Уже известно, что они сожрали?       — За ними присматривает дядя Тото, наш лекарь, но он не смог понять, в чём причина. Мне показалось, утром Обик заподозрил, что бойцы совершили вылазку в Долину, но те до сих пор не признались. Я на всякий случай рассказал дяде Тото, и теперь они с господином Кастэ думают, что же такое кигги могли найти и попробовать в окрестностях?       — Главное, чтобы это не благие намерения от очередного Кастэ были, — нахмурился Фредерик. — Кстати, Фэй, ты в курсе, чем твой братик поил светлейшего?       — Ничем, — тревожно поднял взгляд Фэали. — Он только чай для нас делал: Тао травяной, а мне ягодный — то, что пил Тао, я пить просто не мог…       — А твой брат мог? — внимательно посмотрел на него Фолг, и юноша перевёл растерянный взгляд на Дэйвэна:       — Понемножку — за компанию с Тао, — осторожно произнёс он. — Просто чай был такой неприятный на вкус…       — Не только на вкус, малёк, — хмыкнул кигги. — Значит, ваш Фоэро, тоже чудный чаёк пил… О, отсюда я уже знаю, куда идти!       Дэйвэн мог только молча хмуриться и идти за Фолгом, который весьма уверенно шагал по коридорам и непринуждённо болтал с легкомысленным Тайтэном. Принца раздражало то, что сам он в этих закоулках крепости никогда не был. А ещё он пытался понять, как он мог не замечать, что его верный Фоэро постоянно пил вместе с ним тот злосчастный чай? Хоть и понемногу. И знал ли тот о наркотических свойствах чая, осознавал ли пагубность своего пристрастия или был столь же несведущей и недогадливой жертвой, как сам Таоли?       Фредерик с довольным Фэали на руках без малейших сомнений ввалился в дверь, открыв её с ноги. В просторной кухне неторопливо приводили всё в порядок после киггского нашествия несколько пожилых поваров, которые с испугом воззрились на вломившегося варвара.       — Всё хорошо! — успокаивающе замахал им руками Фэали. — Мы просто перекусим по-быстрому. Фредерик, вон, у окна стол — там мы никому не помешаем.       С ещё большим изумлением растерянные повара воззрились на светлейшего юэнаи, который мрачно прошествовал на кухню следом за колоритной парочкой. Усадив юного Тайтэна, Фолг раздобыл миски и голодно рванул проверять ближайшие котлы и сковородки. Дэйвэн величаво кивнул поварам, которые наконец спохватились и начали глубоко кланяться повелителю, и прошёл к столику, присев рядом с кузеном, радостно ему заулыбавшимся:       — Зря вы наговаривали — с Фредом легко и весело! А его непосредственность просто очаровательна, — фыркнул Фэали, посмотрев, как островитянин нагло лазит по кухне и инспектирует блюда, пробуя каждое на вкус. — Он на удивление милый, когда не надо держать лицо перед другими кигги.       — Особенно милым он был, когда душил тебя, — хмуро покосился Таоли на брата.       — Ага, он любезно пообещал, что при следующей твоей выходке он будет убивать меня так, чтобы я мог дышать, — безмятежно кивнул юный Тайтэн, — а я обещал ему орать как можно громче.       Фолг тем временем, облизав половник из очередного котелка, похлопал по спине онемевшего от такой наглости старого повара, одобрительно кивнув: «Вкусно!»       — Рад, что вы так сблизились, — процедил Дэйвэн, отворачиваясь.       — Успокойся, он смотрит только на тебя, — захихикал Фэали, — и просто блаженствует, когда ты так явно его ревнуешь…       — Что?! — едва не вскочил светлейший юэнаи, но грандиозным усилием воли сдержался и усидел на месте, прошипев лишь: — Я его не ревную!       — Хорошо, — понимающе улыбнулся юноша. — Я всегда буду на твоей стороне, Тао. Просто хотел предупредить, что выглядишь ты сейчас, как отчаянный ревнивец. Но если прикажешь, повелитель, я буду молчать и кланяться.       — Не надо, — буркнул Таоли, остывая, и, немного подумав, всё же добавил: — Благодарю за предупреждение, Фэй. Я высоко ценю твою дружбу.       — Я тоже. И сейчас даже немного завидую: ты стал таким живым и увлечённым… А у меня давно не было таких ярких чувств.       — Кто бы говорил. Это же ты у нас с десяти лет постоянно влюблялся — каждые полгода «в этот раз точно на всю жизнь!» Последний раз на свадьбе Идэни? Помню, ты едва не лопнул от счастья, когда её родители согласились на помолвку, — весь светился и летал! И это тебе только двенадцать было!       — Ну вот с тех пор я и…       Взгляд Фэали потускнел и явно погрустнел, хотя тот и старался удержать на губах беззаботную улыбку. Таоли встревоженно коснулся его плеча:       — Что, Фэй? Пока нас не было, с ней что-то случилось?       — Не беспокойся, всё хорошо.       — Фэй, ну ты чего? Я же помочь хочу. Может, смогу? Что случилось?       — С ней — ничего. А вот со мной… Её двоюродный дядя был с нами в Готроне. Когда нас везли в имение у Толоса, он заботился обо мне, помогал прятать от тех молодых кигги, пытался защитить нас с тобой, когда «быки» напали и сломали тебе руку…       — Его же не было среди тех семерых, кто умер на киггских «гамаках» по приказу Фрея? — холодея в душе, спросил Дэйвэн. Он тогда был так занят судьбой господина Сойно, что не удосужился точно запомнить имена всех семерых погибших.       — Нет, он жив. Он вернулся с нами, — успокоил печальный Тайтэн, — и вчера, не оставшись на ночь в крепости, отправился домой. Просто он перестал со мной общаться с той ночи, когда на корде меня… Когда я переспал с Берсом. Потом с Горлашем и Свеном, снова с Обелем, с Берсом…       — Тихо, Фэй, — обнял брата Таоли. — Ты не виноват. Она всё поймёт.       — Я виноват, — опустил голову Фэали. — Я сегодня ночью пошёл к Обелю. Сам. С ним хорошо, а я хотел… я сам…       — Ты ни в чём не виноват, — тихо повторил принц. — Ты хотел, чтобы тебе было хорошо и безопасно. В этом нет ничего плохого. Ты всегда будешь моим близким другом. Никто не посмеет оскорбить друга императора.       — Никто не оскорблял. Просто вчера — после разговоров с вернувшимися знакомыми — отец вызвал Обеля на беседу, и потом оказалось, что в Западную крепость еду не я, а господин Жийвэн. А я еду в наше имение. Нет, я не в обиде: понимаю отца и его попытки меня защитить… Но когда думаю, как я разочаровал… Тогда я к Обелю и сбежал.       — Малёк, мы едем с тобой в ваше имение, — раздался над их головами глубокий голос Фолга, заставляя обоих вздрогнуть от неожиданности.       — Фрей, нельзя так подкрадываться, — возмутился Дэйвэн. — И подслушивать чужие разговоры тоже нельзя!       — Как же нельзя, если я смог? — демонстративно удивился тот и поставил на стол миски: — Я вам каомоэ нашёл. Ешьте быстрее, и пойдём показывать Фэю мост, который я забабахал. Уже все видели, кроме него. А ты, Фэй, не торопись. Навестишь мать, отдохнёшь немного, подлечишь жопку — и поедешь в Западную крепость, будь уверен. Один или с весёлым эскортом из «тюленей» — как захочешь. Просто сейчас там такой контингент собирается…       — Какой? — встревоженно напрягся Таоли. — Кого вы собираете в Западной крепости?       — Не мы, а папаня Байо, — невинно посмотрел Фредерик. — Ему просто живописали последствия недотраха у кигги, и он обещал свезти туда обитателей всех столичных борделей и всяких милых селяночек, соскучившихся по мужской ласке.       — Ох, вот на что намекал Обик, — облегчение разлилось по лицу Фэали.       — А ты опять что-то на свой счёт принял, что ли? — покосился на юношу Фолг. — Вместо того, чтобы просто спросить? Вот вы мнительные!       — В Подлунном городе есть бордели?       Фолг с Тайтэном удивлённо посмотрели на недоумевающего Дэйвэна. Юный долинец хотел было ответить, но смущённо запнулся, а кигги начал расплываться в широкой улыбке:       — Тао, бордели есть везде. Фэй, в какой оранжерее растили светлейшего?