Судьбы

Приближалась середина октября. Обнажённые деревья всё чаще подвергались сильным объятиям ветра, тяжёлым ударам капель дождя. Жители городка сменили верхние курточки на плащи и пальто, а верными спутниками стали зонтики. На выходные, одним тёмным вечером, когда все порядочные граждане сидят по домам и смотрят оперу, а смельчаки сидят в барах и распивают кумбайа, по улице городка, пьяно шатаясь, шла ватага подвыпивших рабочих порта. Они горланили моряцкие песни, пили из баночек джин и пинали ногами пустые бутылки. Один из мужчин, выглядевший более усталым и пожилым, присел на скамью. Его друзья, было, остановились, но он махнул рукой, позволяя им продолжить путь. Вскоре тёмные фигуры весёлых рабочих скрылись за поворотом. Мужчина сидел, привалившись спиной к скамье и закрыв глаза. Вдруг рядом ему послышался шум, и он резко выпрямил спину. Ветер колыхал кусты, слабый фонарь тускло мигал, и ощущение опасности заставило мужчину встать и сделать последний в жизни шаг. Неразборчивая тень отделилась от кустов и, быстро перемещаясь, оказалась рядом с мужчиной. Он успел увидеть ярко-красные глаза и неестественную бледность кожи незнакомки. Подобные встречи всегда заканчивались смертью одного и утолением голода другого. Не стала исключением и эта встреча.

***

Грейс, Эвлида и Пилос продолжали, как ни в чём не бывало, ходить в школу. В тот раз Купер привёл детей в участок, и полицейские предъявили их бедной матери, не забыв сказать, что приложили все усилия, которые увенчались успехом. Гордона наградили премией, ведь именно к нему Купер привёл пропажу. Девушки до седьмого пота старались на репетициях, и однажды, когда взмыленные подружки собирались домой, к ним подошла тренер и сказала: – Девочки, я вижу, как вы стараетесь, и мне кажется, что вас нужно наградить. Я тут навела справки: в Денвере скоро будут проходить танцевальные состязания групп из не менее десяти человек. У нас в команде двенадцать девочек, и мы вполне подходим. Поэтому я решила заявить вас как претенденток. Ответ должен прийти на следующей неделе. Эвлида от удивления раскрыла рот, а Грейс, улыбнувшись, сказала: – Спасибо, Мария Фёдоровна. Но почему вы говорите об этом только нам? Тренер оглянулась на одевающихся девушек из команды и сказала: – Вы не расскажете никому заранее, я могу на вас положиться. В случае же отказа вы сможете вывести группу на более высокий уровень. – Спасибо, – кивнула Грейс. Они с Эвлидой вышли из школы, и только тогда подруга смогла проявить эмоции: – Вау!.. Это же шанс, Грейси! Реальный шанс прославиться! Грейс поморщилась. – Всё ещё не ясно. Не радуйся раньше времени. – Да ну тебя, зануда! А вдруг повезёт? – Это будет очень хорошо. К девушкам, бодро шагающим по школьному дворику, присоединился Пилос. Его посвятили в возможные достижения, и он искренне пожелал девушкам удачи. Жёлтый бентли остановился возле дома Грейс; Купер был на вызове, и Пилос согласился довести до дома подругу любимой. Грейс решила, соответственно новости, вначале повторить один из выученных только что танцев. Когда Купер вошёл в гостиную, Грейс двигалась в ритме с зажигательной композицией Amerie «Touch». Он некоторое время наблюдал за ней, стоя у дверей, так как увлёчённая танцем девушка его не замечала. Когда мелодия закончилась, Грейс повернулась и покраснела, заметив зрителя. – Да, возможны осложнения, – тихо заметил Купер и подошёл к ней. – Как прошёл день? – улыбаясь, как и всегда, когда она видела его, спросила Грейс. – Без тебя – плохо, – ответил Купер, легко касаясь губами волос девушки. – Зачем вызывали на этот раз? – поинтересовалась она, положив руки ему на грудь. Он слегка нахмурился и посмотрел в глаза Грейс: – Что-то ходит по городу. Что-то опасное. Ребята думают, что нужно быть начеку. Вчера на улице обнаружили мужчину. – Ему было плохо? – Он был мёртв. Девушка подошла к окну и открыла его. Лёгкий порыв ветра растрепал короткие волосы. Парень остался на месте, не сводя глаз с фигуры Грейс. – А много ты ещё знаешь таких же нелегальных спасателей? – Немного. Грейс, я бы хотел, чтобы ты была более осторожна и не выходила из дома после сумерек. Мы не смогли узнать, от чего он погиб, но это что-то смогло убить взрослого, сильного мужчину. На тебя ему при случае останется лишь чихнуть. – Тогда я хочу, чтобы и ты тоже пообещал мне себя поберечь, – повернулась к нему Грейс. Парень усмехнулся. – Это излишне. Если эта тварь разорвёт меня пополам, то она неприятно удивится. – А зачем ей разрывать тебя? – После экспертизы оказалось, что у мужчины отсутствовало двадцать процентов крови. Грейс взглянула на него и сказала: – Ты думаешь, что… – Да, – кивнул парень, – и это намного опаснее, нежели простой маньяк. – Тварь, – задумчиво проговорила Грейс, – может быть, это та женщина, которой в лесу испугались дети? – Всё возможно, – мрачно ответил Купер. – Кстати, насчет детей. Так неприятно всё вышло, я не думал, что полиция присвоит себе нашу работу. – Какую работу? – махнула рукой девушка. – Конечно, Эвлида помучилась, и это обидно. Но за пробежку по лесу и вышибание дверей стыдно просить премию. – Так ты не обижаешься? – с облегчением спросил Купер. – Повторяю: мне лишь обидно за подругу. Всё остальное ерунда. Девушка вышла из гостиной, и Купер последовал за ней. Она поднялась и зашла в комнату сестры, и парень, удивлённый, зашёл следом. Его поразила роскошь спальни, особенно в сравнении с комнаткой Грейс. – Не беспокойся, сестра куда-то ушла и сказала, что вернётся в шесть и хочет видеть на столе обед. Купер подавил раздражение и подошёл к замершей у компьютера девушке. Та оглянулась на него и спросила: – Как думаешь, в Интернете может быть что-нибудь про вампиров? Купер поморщился, а Грейс ответила за него: – Конечно, что-нибудь будет, но наверняка какая-нибудь лажа. Попробуем? Купер пожал плечами и сел рядом с Грейс. Та включила компьютер, нашла Интернет и посмотрела на парня: – Что написать? – Ну… к примеру, что такое вампир. Грейс ввела фразу в Интернет. Почти сразу же на экране появился список сайтов. – «Вампир – определение в Интернете», «Что такое вампир? – Непознанное – Пути к истине»… Слишком пафосно, тебе не кажется? А вот – «Mystique – что такое вампиры. Типы современных вампиров». Давай зайдём? – Давай, только я не уверен, что там будет что-то интересное. – Попытка – не пытка, – Грейс открыла сайт и стала читать вслух: – «Интересное учение о вампирах было создано американской компанией по производству компьютерных игр «Уайт Вольф инкорпорейд» для своей игры «Вампир: маскарад». Вампиры здесь поделены на 13 кланов, каждый клан имеет свои особенности, и его члены обладают определенными возможностями. Каждым кланом управляет допотопный человек…», ха, интересно, «или один из детей Каина. По имени вождей и названы эти кланы». Читать описания? – Давай, раз уж начали. – «Тремер. Это вампиры-колдуны, самый подозрительный клан. Они научились использовать свою кровь таким образом, чтобы увеличивать свои магические способности. Обладают невероятным могуществом: от простого их прикосновения вскипает кровь человека, а после совершения определенного магического ритуала могут без опаски разгуливать на солнце и даже загорать. Их сила такова, что они сами превращают себя в вампиров, то есть другие вампиры не могут воздействовать на них. Тореадор. Вампиры-художники. Их цель — создавать и защищать искусство. Они красивы собой и, возможно, больше всего связаны с человечеством. Венче. Вампиры-политики. Всегда стремятся руководить и пытаются контролировать все вокруг. Бруха. Это дерзкие вампиры. Кроме крови, обожают свободу и удовольствия. Обычно ездят на велосипедах и носят кожаную одежду. Малкавиан. Сумасшедшие вампиры. Они верят, что только через сумасшествие можно достичь истины и просвещения. Они забавны и часто заводят друзей. Может быть, это совсем не такие уж сумасшедшие, какими хотят казаться. Гангрел. Вампиры, склонные к трансформации. Обладают способностью изменять различные органы или превращаться в животных, чаще всего в огромных летучих мышей или волков. Эти вампиры имеют самые тесные связи с миром зверей. Например, они умеют разговаривать с животными. Носферашу. Деформированные, лысые, ужасно страшные вампиры. Всегда держатся в тени и живут в сточных трубах. Это вампиры-шпионы, ловкие и хитрые, их трудно обнаружить. Они безжалостные, но все же эмоциональные. Лазомбра. Эти вампиры обладают способностью манипулировать тенями. Очень сильные, и многие их боятся. Тзимиск. Физические тела этих вампиров непостоянны, они постоянно видоизменяются. Почти всегда превращаются в забавных странных существ. Рассудок их неустойчив, но они целеустремленны. Равнос. Безжалостные вампиры. Они преуспевают в злодеяниях и обычно являются спутниками язычников, сатанистов, всего того, что связано со злом. Джованни. Самые могущественные вампиры. Умны, находчивы, безжалостны и хитры. О них мало что известно. Салубри. Вампиры-целители. У них третий глаз на лбу. Пьют кровь только тех, кто сам добровольно разрешает им сделать это. Они верят в Божество. Согласно легенде, сам Тремер выпил кровь Салубри и превратился в вампира. Эти вампиры твердо верят в Голконду (или рай вампира), где они не испытывают больше жажды крови. Самеди. Вампиры, склонные к еще более сильным трансформациям, чем Носферату, потому что не просто видоизменяются, они разлагаются. Их тела не перестают гнить даже тогда, когда они становятся вампирами. Они разлагают все, к чему прикасаются. Предпочитают скрываться, но выходят на свет чаще, чем Носферату. Их родина — страны Карибского бассейна, в первую очередь Гаити». Не знаю, как тебе, а мне больше всего понравились вампиры Салубри. Они хотя бы добрые. Купер усмехнулся: – А мне понравилось описание Джованни. Самые могущественные, умные и хитрые, но о них мало известно! Грейс засмеялась и вновь глянула на сайт. – Смотри, здесь ещё статья из Википедии. «Вампиры – мифологическая или фольклорная нечисть. Со всех ракурсов вампиры являются нежитью, трупами, питающимися человеческой и/или животной кровью. Они также являются частым объектом кино или художественной литературы, хотя вампиры из художественных произведений приобрели некоторые отличия от вампиров мифологических. В фольклоре термин обычно используется по отношению к кровососущему существу из восточноевропейских легенд, но часто вампирами называют и схожих созданий из других стран и культур. Характерные черты вампира в различных преданиях сильно разнятся. Некоторые культуры имеют истории о нечеловеческих вампирах, например летучих мышах, собаках и пауках. В зоологии и ботанике термин «вампиризм» используется по отношению к пиявкам, омеле, летучим мышам-вампирам и другим организмам, которые питаются телесной жидкостью других существ. Термин также используется и по отношению к криптозоологии и пьющим кровь существам, включая чупакабру. Термин «вампир» может использоваться, чтобы обозначить любое мифологическое магическое существо, которое является хищным паразитом, высасывающим силу, энергию или жизнь из жертв. Мифологические существа, которые действуют в схожей манере, часто рассматриваются как образец вампира, даже если они не наслаждаются кровью. Однако, хоть и можно, но не стоит называть любого монстра-кровопийцу термином "вампир". Т.к. настоящие вампиры могут обидеться...» М-да, весёлая жизнь у нас, людей, не правда ли? Они вновь засмеялись. Грейс выключила Интернет и компьютер, и сказала: – Так или иначе, никто не сможет нам подтвердить, что подобное возможно в жизни. Разве только сами вампиры. Клёво было бы с ними встретиться… – Нет, не клёво, – жёстко заметил Купер, – для них эта встреча, вероятно, будет приятной, а для тебя – роковой. Поэтому даже не думай о таком! – Хорошо-хорошо, – примиряюще подняв руки, ответила Грейс. Они вышли из комнаты, и Купер заметил: – Неплохо было бы мне познакомиться с твоим отцом, как с потенциальным свёкром. – Его сейчас нет, он на работе. Но когда-нибудь я вас познакомлю. Они устроились в комнате Грейс на кровати, и она, хитро улыбаясь, сказала: – Между прочим, я не против выйти за тебя. Ты только представь: фата, загс, и ты, весь в чёрном… – Я как-то думал, что это будет свадьба, а не мои похороны, – улыбнувшись, заметил Купер. – После первого недалеко и до второго, – беспечно заметила Грейс, но, увидев выражение лица Купера, засмеялась. – Ладно, больше не буду. А то ещё испугаешься. – Не дождёшься! – воскликнул Купер, и стал её щекотать. Комната Грейс огласилась весёлым смехом и мольбами о пощаде. Потекли тяжёлые дни ожидания. Девушки, договорившись, не стали ничего никому рассказывать раньше времени, но ожидание сводило с ума, и только изнурительные тренировки спасали ситуацию. Однажды, когда Грейс сидела в сквере возле школы, раздумывая о превратностях судьбы, к воротам подъехал чёрный вольво. Грейс смотрела, как к скамье подходит и садится Купер с невесёлым выражением лица. – Что случилось? – спросила Грейс. – На той неделе меня отправляют в командировку в Пуэбло, – хмурясь, сообщил парень, – там будет сбор нелегальных спасателей. Не знаю, что там будет, и ехать не хочу. – Что ты! Вдруг это твой шанс спасти ещё больше жизней? Купер мрачно усмехнулся и сказал: – Да, шанс тебя потерять. – В смысле? – Нападения участились. Сегодня утром была обнаружена молодая семья. Кто-то зверски убил их в их же собственном доме. Я не могу оставить тебя в такой ситуации. Грейс наморщила лоб. – На следующей неделе должны появиться результаты заявки. Тогда и решим. В понедельник во время урока в класс «Роз и Шипов» зашла тренер, и подружки напряглись. Она обвела класс и сказала: – Девочки, у меня есть для вас объявление. Сегодня к нам пришёл ответ по запросу на участие в конкурсе танцевальных групп в Денвере. Нас приняли! Класс взорвался криками, стонами и смехом. Подружки бросились обниматься. На перемене к радостным девушкам подошли «Free Three». Немезида оглядела их с насмешливым сожалением: – Как жаль, что фестиваль подвергнется подобному унижению! Группа «Free Life»! Встречайте! – язвительно добавила она. Эвлида возмущённо нахмурилась, но Грейс положила ей руку на плечо и сказала: – Эвли, не стоит расстраиваться по мелочам. Тем более что это действительно мелочь. – Как ты меня назвала? – зло выкрикнула Немезида, приближаясь к Грейс. – Пожалеешь, Грейси! Грейс усмехнулась и сказала: – Может быть, ты заставишь меня пожалеть? Немезида сжала кулаки и направилась в сторону девушки, но ничего не успела сделать. Точным ударом руки в лицо Грейс отправила выскочку на пол. – Это украшение на лице заставить тебя больше нас уважать, – усмехнулась Грейс и беспрепятственно прошла мимо Артемиды и Эллины, остальных участниц группы и верных подружек Немезиды, которые вжались в стены, когда она проходила рядом с ними. Эвлида последовала за подругой. В коридоре она поинтересовалась у Грейс: – С чего вдруг ты так отреагировала на слова этой дуры? – Мразь, – морщась, ответила Грейс, – пусть в следующий раз не будет портить нам настроение. – Подруга, я тебя не узнаю, – испуганно заметила Эвлида. – Это от нервов, – успокоившись, ответила Грейс, – просто долго волновалась, а теперь обрадовалась тому, что нас приняли. Это был не тот момент, чтобы всё испортить. Прости, сейчас пройдёт. Эвлиду удовлетворили её объяснения, но они не понравились самой Грейс. Всегда спокойная и дипломатичная, Грейс Роббер ударила свою одноклассницу. Что случилось? Прозвенел звонок, и подружкам пришлось вернуться в класс. Часть девушек отсутствовала: они приводили в порядок пострадавшую ученицу. Оставшиеся косо посматривали на Грейс: никто не ожидал от неё подобной прыти. После уроков, на репетиции тренер сказала: – Значит, так, девушки, мы с вами соберёмся на вокзале в среду в восемь вечера. В половину девятого прибудет поезд, на котором мы и отправимся в Денвер. Приедем туда рано утром, а в обед начнётся конкурс. У нас будет время, чтобы отдохнуть от поездки и подготовиться. Всем всё ясно? Тогда начнём репетицию. После репетиции подружки столкнулись в коридоре с завучем; он строго посмотрел на них и сказал: – Мисс Роббер, вас просят пройти в кабинет директора. Мисс Медей может быть свободна. Завуч пошёл в сторону кабинета директора, а Грейс обернулась и сказала: – Эвли, ты можешь идти, вы с Пилосом не должны меня ждать. – Ладно, пока. Но я тебе позвоню, хорошо? – Хорошо, увидимся. Грейс постучала и зашла в скромно обставленный кабинет. В нём на стуле за столом сидел директор, а рядом, перебирая папки в шкафу, стоял завуч. – Как же так? – мягко начал директор своим тихим голосом. – Мисс Роббер? За все десять лет вашего обучения на вас не было ни одной жалобы; ни одного прогула или отказа в сотрудничестве с учителями с вашей стороны не было; мы готовились с огромным удовольствием в конце этого учебного года выдать вам золотую медаль. И вдруг… ай-ай-ай! Какая неприятность! Мисс Гибо требует, чтобы мы выбирали из двух: либо лишить вас медали, либо, во избежание конфликта, дать такую же медаль и ей. Как вы думаете, что я выберу? – Дадите Немезиде медаль? – равнодушно спросила Грейс. – Нет, неправильный ответ, – язвительно усмехнувшись, сказал директор, – мне, мисс Роббер, проще лишить медали вас. Мне очень жаль, но я вынужден поставить вам четыре по поведению, и, как из этого следует, лишить вас права на золотую медаль. Однако у вас есть ещё шанс получить серебряную. Удачи. – Простите, могу я узнать насчёт своей сестры? – Лили? У нас нет причин отказать ей в получении золотой медали. Грейс прикрыла глаза, и только. Этим лишь и выразила она все свои чувства. Потом она повернулась к двери и вышла. В коридоре Грейс остановилась и тихо, самой себе, сказала: – Вот и всё. Как будто и не было десяти лет кропотливого труда, помощи другим и надежды на лучшее. В итоге я всё равно оказалась дурой! Она громко рассмеялась, и проходившие мимо ученики посмотрели на неё, как на сумасшедшую. Грейс тряхнула головой и спустилась вниз. Возле ворот стоял Купер. Как только она подошла, беспечно улыбаясь, он, сощурив глаза, спросил: – Что случилось? Они сели в машину. – Ничего особенного, что могло бы изменить твою или мою жизнь, или жизнь наших друзей, или жизнь Авраама Линкольна, хотя он и умер давно. Что я несу? – Что случилось? – настойчиво повторил Купер. Грейс вздохнула и нехотя призналась: – Меня лишили золотой медали. Некоторое время в салоне царила тишина, затем Купер тихо поинтересовался: – За что? – Я ударила одноклассницу. Спасибо, что не выгнали из группы. Кстати, нас приняли. Мы поедем в Денвер на поезде вечером в среду. Купер помрачнел лицом. Грейс вопросительно глянула на него: – Что с тобой? – В обед в среду я должен буду уехать на сборы в Пуэбло. – И что? – Вторую половину дня ты будешь одна. Грейс закатила глаза: – Купер, уверяю тебя, именно в среду после обеда вампир не будет настолько голоден, что прийти ко мне домой и попробовать моей крови! Я же даже несъедобная! – Сомневаюсь, – пробормотал Купер, оглядывая её. – Скажи хотя бы, почему ты ударила одноклассницу? – Она вывела меня из себя. – Не ожидал от тебя подобного. – Да я сама не ожидала… – усмехнулась Грейс. Вечером позвонила Эвлида: – Приветик, Грейси. Как дела? – Лучше всех. – Что случилось? Грейс вздохнула. И почему все вокруг так хорошо её знают? – Помнишь, меня вызывали к директору? – Ну? – Он сказал, что за своё плохое поведение я лишаюсь золотой медали. Послышался звук упавшего телефона. Голос Пилоса спросил, что случилось. Затем Эвли подняла трубку и воскликнула: – Какого чёрта? Этот старый хрыч посмел отнять у тебя медаль? Твою… бабушку! Что же ты будешь делать? – А что? Ничего. Радоваться серебру. Трубка вздохнула: – Я ничем не могу тебе помочь? – Нет, Эвли, спасибо. Все глупости, какие могла, я уже сделала. Теперь, когда понимаю, как из-за мелочи лишаются того, к чему шли целое десятилетие, я надеюсь, что больше не совершу ошибок. – Ладно… Ты же знаешь, если бы я могла, то помогла бы… – Ничего страшного. Завтра увидимся. Грейс положила телефон в карман и повернулась к Куперу, сидящему на диване. – Что она сказала? – Что наш директор старый хрыч. И ещё кое-что по мелочи. Купер провёл рукой по тёмным волосам и сказал: – Мы так и не решили, что будем делать. Я могу остаться… – И ровным счётом ничего не случится, – закончила Грейс, – поверь мне, я не настолько невезучая. – Сегодня ты оспариваешь данную истину, – заметил Купер. – И слепому случается выколоть глаз: вроде никакой разницы, а всё равно больно. – Разница есть – из-за этого ты лишилась возможности… – Одни возможности пропадают, другие появляются. Никогда не знаешь, где найдёшь, где потеряешь. – Рад, что ты такая оптимистка, – улыбнувшись, сказал парень, – позволь мне хотя бы звонить тебе, чтобы удостовериться в твоей сохранности. – Вот это – пожалуйста, – кивнула Грейс, – ничего не имею против. – Упрямая, – вздохнул Купер и поцеловал её. Время до поездки в Денвер прошло довольно спокойно. Немезида не делала попыток отомстить Грейс, и все очень быстро забыли, что одного из их класса не будут награждать золотой медалью. Лили поглядывала на сестру с насмешливым сожалением: в данной ситуации выиграла всё-таки она. В среду в обед Купер сел в вольво и повернулся к окошку, возле которого стояла Грейс: – Никакого риска. До того, как за тобой приедут Эвлида и Пилос, ты будешь сидеть в доме. Запершись и закрыв все окна. Хорошо? Грейс скрыла усмешку и кивнула: – Хорошо. Удачно тебе поучаствовать в сборах. – Спасибо. И тебе удачи в конкурсе. Я вернусь раньше тебя и буду тебя ждать. Позвонишь, когда вернёшься. Он уехал. Грейс, посмеиваясь, вернулась в дом: – Конечно, приятно, когда о тебе заботятся. Но глупо пытаться воспротивиться тому, что и должно случиться. Что будет – то будет. Если мне суждено умереть от укуса голодного вампира – зачем трепыхаться? Я рассуждаю, как суицидница! – засмеялась над собой девушка. Грейс ожидала друзей, которые должны были приехать за ней около семи. Купер звонил каждые полчаса, и Грейс с улыбкой докладывала, что всё в порядке. В семь, когда она уже начала беспокоиться, раздался звонок. Звонила Эвлида. Сквозь шум и грохот девушка едва могла различить голос подруги: – Грейс, ты где? – Как где? Дома, вас жду. – Как… дома? А тебе никто не позвонил? В мысли Грейс закралось нехорошее предчувствие: – А кто должен был позвонить? – Завуч! Он обзвонил всех и сказал, что время выезда поезда переносится! Мы уже едем в поезде в Денвер! – Как? – растерянно спросила Грейс. – Когда мы собирались, нам позвонили, и мы сразу же поехали на вокзал. Мы думали, что ты уже там, но тебя нигде не было. Мы подумали, что ты уже села в поезд, а потом было поздно. Прости, я просто не догадалась остановить поезд! – Ёлы-палы… Ладно, не расстраивайся. – Но как ты попадёшь в Денвер? – Купер остался дома, он меня отвезёт. – Ну, если так, то хорошо. Увидимся. – Конечно. Грейс коробила необходимость успокоить подругу путём лжи, но она не хотела сообщать, что теперь ей придётся самой пытаться добраться до другого города, когда на город уже спустились сумерки. Грейс пошла в гараж. В нём стояла чёрная груда железа – BMW, который на шестнадцатилетие подарили Лили. – Благодарение местным властям, разрешающим получать права с шестнадцати лет, – оглядывая машину, заметила Грейс, – и благодарение сестре, заставившей меня сдать на права. Грейс переложила в машину всё необходимое, что брала в дорогу, и села в машину. Плавно выехав на дорогу, она боялась теперь одного: что позвонит Купер, и ей придётся вновь лгать. Но Купер не позвонил. Вероятно, он решил, что Грейс нужно отдохнуть перед выступлением и хорошенько выспаться. Он, наверняка, даже не подозревал, что его девушка прямо сейчас пересекает границу на внедорожнике. Ночь предстояла долгая, и Грейс изо всех сил старалась не уснуть. Две светлые полосы, идущие от фар машины и ложащиеся на дорогу – вот всё, что было видно в кромешной тьме. Неожиданно картина впереди изменилась. Грейс резко затормозила и крутанула руль, стараясь не сбить появившегося посреди дороги человека. Незаметно начался дождь. Размытый силуэт подошёл к машине, и Грейс, опустив окошко, увидела женщину. На вид было тяжело определить её возраст, но девушка решила, что ей не больше тридцати. А потом Грейс заметила красные глаза и бледную кожу, и поняла, кого встретила. Грейс улыбнулась и сказала: – Подвезти? С попутчиком всё ж приятнее коротать ночь. – Мне нужно в Клаймакс. Если это по пути… – по лицу женщины скользнула тень – подобие улыбки. – Я еду в Денвер. По пути. Садись. Женщина обошла машину. Впустив в машину упругие струи дождя, она скользнула на сиденье и повернулась к Грейс: – Что заставило тебя в такое неспокойное время ехать ночью одной в другой город? – Почему неспокойное время? Ты вампира имеешь ввиду, что ль? Женщина сощурила свои красные глаза. Вода ручьями стекала с неё на обивку салона. – А ты не веришь в вампиров? – Почему же, верю. Да и наличие трупов заставляет взглянуть в глаза правде. – Боишься? – женщина улыбнулась леденящей душу улыбкой. – Нет. Давай лучше познакомимся: меня Грейс Роббер зовут. А тебя? Женщина неохотно скользнула взглядом по лицу попутчицы и сказала: – Сонвар. Я думаю, вряд ли ты знаешь, что значит это имя. – Куда уж мне, – улыбнувшись, заметила Грейс. – И хорошо, что не знаешь, – пробормотала женщина. – Скажи лучше, отчего ты едешь в Денвер? – Моя группа должна там завтра выступать. А я опоздала на поезд. Вот, приходится добираться с помощью подручных средств. Сонвар оглядела салон и усмехнулась: – BMW – подручное средство? Ты богата? – Это машины моей сестры, – уклоняясь от второго вопроса, ответила Грейс. – А как насчёт жизни вообще? Дерьмо, да? – Почему же, – пожав плечами, ответила девушка, – не стоит говорить так осудительно. – Точно, богатая, – с презрением заметила Сонвар, – только у таких, как вы, нет проблем в жизни. Грейс пожала плечами: – Думай, как хочешь. Некоторое время они ехали молча. Вдруг впереди показалась припаркованная машина; значки на дверцах и мигающие огни на крыше ясно свидетельствовали, что девушки попали на патруль. – Забирайся на заднее сидение и сиди тихо! – резко скомандовала Грейс. Сонвар взглянула на неё, и в следующую секунду тенью скользнула назад. Грейс заглушила машину, достала права из бардачка и вышла. К ней с фонариком и зонтиком спешил один из полицейских. Ещё двое остались в машине. Грейс подала полицейскому права; он, сверяя её лицо с фотографией, скользнул фонариком по машине. Но затемнённые стёкла и сильный дождь помешали ему разглядеть ещё одного человека, свернувшегося на задних сидениях. Возвращая документы, полицейский поинтересовался: – Что заставило вас ехать ночью по безлюдной дороге? Грейс улыбнулась при слове «безлюдной»: полицейский был абсолютно прав. Пока что люди ей ещё не попадались, кроме патруля… – Спешу в другой город. Меня там ждут. Патрульный пристально глянул девушке в лицо, но признаков похмелья не обнаружил. Не имея права её больше задерживать, он отдал документы, пожелал приятного пути и совсем, было, повернулся идти, как вдруг вернулся опять: – Простите, долг заставляет меня предупредить. В это время действительно очень опасно. В соседнем городе развернулась преступная деятельность. Нам сказали быть на чеку: преступник оставил следы. В одном из домов, где было совершено убийство, была обнаружена сумочка, а в ней документы на имя Владис Гермайе. Эту женщину сейчас разыскивают, она подозревается в шести убийствах и вампиризме. Вот фотография из её документов. Полицейский достал из кармана документ и протянул его Грейс. Девушка увидела серую фотографию своей попутчицы: глаза у неё ещё не были красными, и кожа казалась не такой бледной. – Вы когда-нибудь её видели? – Нет, – покачала головой Грейс, зная, что вампир их слышит. – Если когда-нибудь увидите эту женщину – немедленно сообщите в полицию. Хотя, скорее, лучше вам её не видеть… Полицейский медленно отдал честь и зашагал к машине. Грейс залезла внутрь и завела мотор. Когда огни патрульной машины остались позади, Грейс почувствовала, что кто-то холодными пальцами коснулся её шеи. Грейс усмехнулась и сказала: – Охолони, вампир. Лучше садись на переднее сидение, поболтаем. Сонвар неслышно пробралась вперёд и села. Её красные глаза изучали лицо девушки: – Теперь ты знаешь, что я вампир. Я должна убить тебя. – Валяй, – небрежно заметила Грейс, зевая. Вампир пристально смотрела на неё, ища признаки наступающей паники и ужаса. Однако ничего подобного не было. – Почему ты не боишься меня? Ведь я монстр. – Давай скажем так – ты человек. – Но… – Я ем мясо, ты пьёшь кровь – разве между нами есть разница? – Есть. Я пью кровь, совершая насилие. Никто не дал бы мне её просто так. – Да, – согласилась Грейс, – если бы ты пришла ко мне и попросила крови, я бы, наверное, просто покрутила пальцем у виска. Однако разве я не такой же монстр? Разве, поедая мясо животных, я перед этим спрашивала у них разрешения? Меня больше удивляет, что до сих пор у меня цела шея. Почему ты не убиваешь меня? – А тебе этого так хочется? – холодно усмехнулась женщина. – Не знаю, – пожала плечами Грейс. И тут Сонвар разразилась хохотом. Спустя минуту она успокоилась и сказала: – Сколько лет живу, а такую бесстрашную жертву я ещё не встречала. Неужели тебе действительно наплевать на то, что твоя жизнь в опасности? Грейс поморщилась и ответила: – Не пойму, что все так трясутся над тем, лишь бы не умереть? Лишь бы не причинить себе боль, любимому! Какая гадость! Жизнь – это прекрасный дар, но кто тебе сказал, что другие не имеют право отнять его у тебя? Это будет лишь твоей судьбой, не более того. – Ты оправдываешь убийства? – удивлённо спросила Сонвар. – Тогда ясно, почему ты не сдала меня полиции. – Нет. Убийства я не оправдываю. Просто кто дал мне право тебя судить? Решать за тебя твою жизнь, выдавая полиции? Пусть на земле и должны быть судьи, но только не я. А если чья-то жизнь будет зависеть от меня, я всегда оправдаю, потому что лучше увидеть хорошее в закоренелом убийце, чем осудить безвинного человека. – Что же хорошее увидела ты во мне? – спросила Сонвар, с интересом глядя на необычную собеседницу. – Когда патрульный показал мне твою фотографию, на ней я увидела простого человека, ещё не осложнившего себе жизнь вечной жаждой. И если когда-то ты была просто Владис Гермайе, то наверняка в этой прошлой жизни найдётся что-то, за что тебя можно будет оправдать. – Вряд ли, – тихо отозвалась женщина, – в прошлой жизни я была не лучше, чем сейчас. Моя ненависть к богатым лишь оттого, что я тоже была обеспеченной, беззаботной девушкой, и это испортило всю мою жизнь. Отвратительное ощущение, что всё вокруг принадлежит тебе, что ты всё можешь получить, что все тебе что-то должны пронизывало меня всю мою смертную жизнь. Вечеринки, богатые мальчики, наркотики… Жизнь без смысла. Тяжело было потом проснуться и понять, что за все двадцать лет я не сделала ничего доброго и полезного. Наступило раскаяние, желание измениться… А на следующее утро я проснулась уже такой. – Как, просто так? – Я думаю, это было наказанием мне за всё, что я натворила. И теперь жалею лишь о том, что приходится убивать людей. Я, правда, этого не хотела, но ты не знаешь, что такое жажда. Тебе повезло – вчера я сытно поужинала, и твоей жизни ничего не угрожает. Голодная я бы убила тебя, лишь ты остановила возле меня машину. – Везение – это вам не хухры-мухры, – весело заметила Грейс. – Скажи, почему ты всё-таки не боишься меня? Откуда в тебе это знание? Бесстрашие? – Как сказать… Может быть, я ужасная пессимистка и плюю на всякие опасности; может быть, оптимистка – и верю, что мне повезёт. Может быть, нигилист. А может – пофигист. Кто знает? Как-то не приходилось задумываться, ведь это кажется мне таким простым и понятным, как «дважды два – четыре». – Что понятно? – Что ты – моя сестра, и я не имею права решать что-то за тебя. Многие судят мнениями, прошедшими сквозь миллионы людей и опороченными личностными воззрениями и домыслами. Вот и получается, что добро становится злом, а зло – добром. Все мы – братья и сёстры… Но это уже проповедь. А проповедь – навязывание человеку правильного варианта жизни. – М-да… – задумчиво заметила Сонвар. – У меня и раньше не было желания тебя убивать, а теперь я вижу, что это было бы настоящим преступлением. Возможно, твоя смерть вызвала бы во мне наибольшее сожаление, которое я когда-либо переживала. В этот момент впереди показались первые строения: девушки въехали в Клаймакс. Грейс остановила машину возле какого-то закрытого киоска и старой остановки и обернулась к своей собеседнице: – Желаю тебе когда-нибудь изменить свою судьбу в лучшую сторону. Сонвар улыбнулась. – Спасибо. Однако я прошу тебя: никому не рассказывай о нашей встрече. – Хорошо. Это будет нашей тайной, идёт? – Ладно. Женщина быстро вышла из машины. Грейс сказала: – Удачи, Сонвар! – и плавно поехала дальше по дороге. Женщина некоторое время смотрела вслед машине, а затем улыбнулась и исчезла, как дымка, растаявшая в воздухе, словно её никогда и не было. Грейс увидела в стекло заднего вида пустынную дорогу на месте, где совсем недавно была её собеседница, и усмехнулась: – Может, я ничего и не понимаю, но ума у меня хватает, чтобы понять, что имя Сонвар – не иначе, как Равнос наоборот. Что ж, компьютерщики тоже иногда угадывают. Правда, невзначай. И она рассмеялась. Утром показался въезд в Денвер. Необычная ночь не оставила в Грейс желания спать, и она бодро приехала на вокзал. Там Грейс оставила машину и отправилась посмотреть на табло. Поезд должен был прибыть в девять. Однако благодаря раннему выезду Грейс ожидала его несколько раньше. На огромных часах вокзального зала был половина восьмого утра. Грейс приятно устроилась на деревянной скамье, решив, от нечего делать, подремать до половины девятого. В нужное время прозвучал будильник на телефоне. Выключив его, Грейс вновь глянула на табло. Время приезда поезда изменили: теперь он должен был прийти в 08.40. Оставшиеся десять минут она бродила по перрону. Поезд пришёл без опозданий. Хваля железнодорожную станцию, Грейс вглядывалась в выходящих людей. Неожиданно сзади раздался крик: – Грейси! Девушка обернулась. К ней спешили, расталкивая толпу и ругаясь, Эвлида и Пилос. Поравнявшись, подружки обнялись: – А Купер молодец! – восхитилась Эвли. – Довёз тебя – таки до города! – Не то слово, – усмехнулась Грейс. Тут, как по волшебству, раздался звонок. Звонил Купер. Грейс чуть не рассмеялась и отошла, отвечая на звонок: – Привет, милый. Да, доехали нормально. А ты? Ладно, дома увидимся. Спасибо. Между тем на перроне уже собрались девушки из группы. Тренер, заметив Грейс, сказала: – Теперь все на месте. Сейчас я позвоню, и за нами придёт автобус, один из тех, которые были заказаны для всех иногородних групп. – А куда он нас повезёт? – Туда, где будет проходить конкурс. Там же есть и дополнительные комнаты для гостей, и отдельный зал для тренировок. Так что всё будет в порядке. Девушки бурно и весело отреагировали на хорошую новость. Минут через пятнадцать у въезда на вокзал показался большой, жёлтый автобус. Во время поездки Грейс с интересом разглядывала пейзаж, показывающийся за окном: улицы, людей, дома. С ней рядом сидела Инфанта; Эвлида и Пилос заняли последние сидения и сейчас самозабвенно целовались. – Хорошие у них способы релаксации? – кивнув на них, заметила Инфанта. – Да, – согласилась Грейс, – а ты? Скучаешь по Амику? – Нет, – девушка отвернулась. Грейс сочувствующе улыбнулась и сказала: – Что бы это ни было – оно пройдёт, и останутся только ваши чувства. Поверь мне. – Да… А почему Пилос поехал с нами? Он же не в группе. – Просто это первое наше конкурсное испытание, и Эвлида нервничает. Вот он и поддерживает её. – Ясно. Грейс прикусила губу: «В самом деле, не говорить же мне, что после того, как Эвлида открыла в себе супер-способности, Пилос от неё ни на шаг не отходит. Правда, он и раньше не отходил, но теперь даже на полшага. Прямо как Купер. Да, нам с Эвли повезло на заботливых наседок!» Грейс весело улыбнулась. Тут они подъехали к большому, светло-серому зданию с красивой аркой. Внутри ходили толпы людей; по одежде можно было отличить, кто просто посетитель, а кто – участник будущего конкурса. Тренер повела их к длинному коридору, состоящему сплошь из дверей. В одну из таких она и завела девушек. – Посидите здесь, отдохните. Я пока пойду решу некоторые организационные вопросы. Без меня никуда не выходить! Она ушла. Девушки стали шумно раскладываться, переодеваться, обсуждать свои интересы. Вдруг в динамике раздался голос: – Тренер команды «Free Life», зайдите в кабинет администрации. Участницы переглянулись. Грейс заметила: – Она же ушла. А вдруг это что-то важное? Никто не изъявил желания пойти, и Грейс сказала: – Ладно, я схожу. – Я с тобой! – тут же вскочила Эвлида. – Уймись, тебе ещё макияж полчаса делать. И Пилос не переживёт, если зайдёт сюда – а тебя нет. – Ладно, – вздохнула подруга. Грейс вышла из комнаты и задалась вопросом: а где администрация? Мимо проходил солидно одетый мужчина, и она обратилась к нему: – Извините, пожалуйста, а вы не знаете, где здесь администрация? – Прямо по коридору до конца, затем налево – третья дверь справа. – Спасибо. Грейс пошла в указанном направлении. В соседнем коридоре оказалось довольно тихо, здесь почти не слышался гул голосов и ног проходящих в здании людей. Девушка подошла к нужной двери; та была чуть-чуть приоткрыта. Совсем немного, но это оказалось достаточно, чтобы Грейс смогла услышать голоса: – Вы же понимаете, если мы не привезём призовые места… – Это ваши проблемы. Грейс заглянула в щёлку; в кабинете сидело две женщины: одна – за столом, в строгом официальном костюме, другая – в кресле у стола, слегка наклонившись в сторону своей собеседницы. Тут женщина в кресле, которая напоминала тренера одной из участвующих команд, положила на стол ослепительно белый конверт и приглушённо заметила: – Надеюсь, это вас убедит. Женщина в строгом костюме протянула руку за конвертом, взвесила его на руке и сказала: – Что вы хотите, чтобы я сделала? – Перенесите начало конкурса так, чтобы другие команды не успели подготовиться. Объявите о начале за пятнадцать минут до него. Они ничего не успеют сделать, и мы выйдем победителями. – Как заместитель директора, я не имею права проводить подобные манипуляции… – Да бросьте вы, – тренер насмешливо улыбнулась, – ваш директор даже не заявился на конкурс. Кто об этом узнает? Заместитель откинулась в кресле и сказала: – На какое время вы планируете перенести начало конкурса? – Скажем, часов на десять. У вас ведь всё готово? – Да, но… Это действительно очень мало времени на подготовку! – На это мы и рассчитываем. Так что, по рукам? – Хорошо, – женщина вздохнула, но идти на попятный было уже поздно. Грейс взглянула на карманные часы: было уже девять часов. Она неслышной тенью скользнула обратно в комнату к девушкам и замкнула дверь. Те недоуменно на неё посмотрели. – Что случилось, Грейси? – обеспокоено спросила Эвлида. – Так, девочки, это ЧП. Грейс вкратце рассказала обо всём, что слышала, опустив момент передачи взятки. – У нас есть всего час, чтобы подготовиться. Мы не выйдем на танцпол неготовыми… Тут в дверь постучали. Грейс открыла; вошла тренер: – Девочки, что это вы запираетесь? Я только что узнала: в два будет начало конкурса. Мы успеем всё сделать… – К сожалению, ваши данные устарели. После рассказа тренер прикрыла рот рукой и сказала: – Что же нам делать? – Как что? В ускоренном темпе готовиться! Танец девочки знают на зубок, нам нужно лишь навести лоск, – Грейс повернулась к двери, – а я пока что пойду, оповещу другие команды. Но тут тренер преградила ей дорогу. – Нет, никто больше не должен об этом узнать. – Я не собираюсь говорить о подставе, просто скажу, что прошлое время перенесли, – тут Грейс сощурилась, – или вы захотели победить, Мария Фёдоровна? Тренер опустила глаза. – Тогда я отказываюсь участвовать, – Грейс сложила руки на груди. – Я тоже, – тут же добавила Эвлида. – И я, – заметила Инфанта. – Девочки, да чего вы творите-то? За час до начала конкурса отказываетесь в нём участвовать! Ладно, хоть это и шантаж… – Спасибо. Грейс быстро выскользнула и огляделась: а как ей узнать, какая именно команда подставная? Она представила: заходит в комнату, а там – эта тренер. «Извините, я просто комнатой ошиблась…» Так, что ли? Но Грейс и на этот раз повезло: из-за угла вышла именно та тренер, которая совсем недавно давала взятку заместителю директора. Сделав вид, что рассматривает стенд «Наши лучшие команды – участники», Грейс подождала, пока женщина пройдёт, а затем последовала за ней. Запомнив, в какую именно та зашла комнату, стала обходить все остальные. Обход занял полчаса. Некоторые команды не поверили, некоторые ужаснулись, но в основном все согласились, что успеют подготовиться. Теперь для них не станет неожиданностью ранний вызов на танцпол. Грейс вернулась в комнату к девушкам. Половина из них была готова, некоторым осталось лишь навести макияж. Грейс оделась и лишь слегка подкрасила губы и глаза: она терпеть не могла косметику, но для конкурса нужно было, хотя бы немного. За пятнадцать минут до начала, то есть в 09.45 прозвучал мощный голос из динамика: – Команды, будьте готовы, через пятнадцать минут мы начинаем. Выждав нужное время, нервничающие девушки двинулись в сторону конкурсного зала. «Даже отрепетировать не успели, – грустно думала Грейс, – как выступим?» Но вслух она этого, конечно же, не сказала. Самое главное – дух команды. На танцполе уже стояла готовая подставная команда. Какова же была ярость тренера и всей команды, когда в зал стали стекаться готовые участники, тогда как ожидалось, что никто и носа не покажет! Однако конкурс начали. «Free Life» выступали пятыми с танцем под композицию Fergie «ferg@licious». Подставная команда выступала под Hadise «Bad Boy». Как и ожидалось, они всё же заняли первое место; не зря же деньги платили. «Free Life» получили второе. Девочки радовались безмерно: при более плохом раскладе (это если бы Грейс не услышала о подставе) не видать бы им и десятого места!