Свет повсюду

Лань Мин изначально на многое не надеялась, а потому очень удивилась, когда довольно скоро вместе со списками приглашённых адептов пришёл и ответ на её письмо. Держа письмо прямо сейчас в своих руках, девушка не могла сдержать радости: то прижимая его к груди, то отстраняя, чтобы посмотреть на чёрную печать в виде лотоса. Глава Цзян писал сдержанно, как и полагается главам орденов. И всё же, похоже Цзян Ваньинь был не против поддерживать переписку. Дочитав последние строки, она вдруг осознала, что всё это время улыбалась. Непривычно. Такие приятные чувства. Хотелось испытывать их как можно чаще, от чего у Лань Мин появилось желание завалить главу Цзян своими письмами. Интересно, что бы он подумал после этого? Завтрашний день обещал быть ещё лучше, так как в Облачные глубины прибудут приглашённые ученицы. И какие же качества в них воспитывают другие ордена? Чувствуя лёгкое волнение, тело Лань Мин чуть ли не пружинило, а работа шла мучительно долго. Как только объявили о наборе адептов из других орденов, Лань Мин одна из первых вызвалась присматривать за новенькими и помогать им. Единственное, что удручало — её напарница, которая очень любила покомандовать. Но нигде не сказано, что они должны постоянно находиться рядом — достаточно распределить обязанности и можно разойтись по углам, так что всё складывалось как нельзя лучше. За несколько месяцев предстояло изменить то, что не менялось годами, но Лань Мин не могла не попытаться при первой появившейся возможности, даже если бы она была провальной. В назначенный день встречали девушек у входа в орден и Лань Мин с любопытством рассматривала и подмечала некоторые детали. Например то, что чаще мелькали одежды ордена Цинхэ Не и реже, по понятным причинам, из Цзян, хотя уже прошло много времени, возможно всё дело в темпераменте. А вот Цинхэ Не наоборот, несмотря на свой буйный нрав стремились воспитать в себе стойкость и терпение, может даже выучить пару мелодий очищения, чтобы протянуть подольше и не позволить кровожадности сабли одержать вверх. Девушка мысленно порадовалась, что принадлежит именно к ордену святых зануд, как некоторые называли за глаза, а не кровожадных сабель: всё же они играли с самим тигром и остальные заклинатели спокойно закрывали на это глаза. Впрочем это касалось и тёмных заклинателей, пока люди не начинали бить тревогу. Как ни странно, но девушку заинтересовали больше всего заклинательницы из ордена Цзинь. Почему-то создавалось ощущение, что они легко смогут найти общий язык. Адепты ордена Цзинь славятся своей высокомерностью, но если ты лучший, зачем это скрывать? Зачем принижать себя, только чтобы не завидовали другие? В Гусу прививали скромность, но не все понимали, что скромность не равно преуменьшению своих сил и личного вклада в дело, чтобы не выделяться среди остальных. И потому было так приятно встретиться с теми, кто придерживался того же мнения. Прибывшие девушки оказались теми ещё сплетницами и если бы между ними и ученицами Гусу проходило соревнование на звание самой проворной собирательницы информации, они бы бесспорно заняли лидирующую позицию. Их было довольно интересно слушать, хоть они поначалу и удивлялись тому, что заклинательница из ордена Лань, мало того, что не наругала за нарушение одного из правил, но и иногда задавала уточняющие вопросы. Так прошла неделя. Лань Мин охотно общалась с новенькими и присматривалась к тем, кто мог бы поддержать её идеи. Пока дела шли вполне неплохо. А если учесть то, что они с главой Цзян всё ещё переписываются — несмотря на то, что в последнее время она всё же переборщила с количеством писем, от чего у того наверняка уже глаз дёргается при виде конверта с нарисованным солнцем — то вообще замечательно. Когда наступил выходной день, Лань Мин захотелось навестить Янь Цзы, пока он не уехал. К счастью, он жил всё в том же постоялом дворе и уезжать не торопился. Мужчина был рад встрече и, как и в первый день знакомства решил заказать несколько блюд, уже на выбор гостьи. — Как я и говорил, со мной такое не впервые и вот, я могу снова вас угостить, — улыбнулся Янь Цзы, в этот раз обойдясь чаем, рядом с которым лежала раскрытая рукопись, правда разглядеть там что-то было сложно. — Но у вас тут довольно тяжело найти низкоуровневую нечисть, возможно потому что ваш орден находится поблизости. — Конечно, мы тщательно следим за тем, чтобы вся нечисть была как можно дальше от охраняемых нами территорий, — гордо ответила Лань Мин, стараясь не отвлекаться на рукопись, что так и притягивала взгляд. — Разве что иногда может забрести нечисть посильнее и тут уже приходится ждать, когда её устранят более опытные и сильные заклинатели. Как бы Лань Мин ни старалась не показывать виду, но Янь Цзы всё же заметил её взгляды и весело усмехнулся: — Интересно? — Немного, что вы записываете? — словно получив разрешение, девушка не смогла сдержать своего любопытства. — Свои приключения в этом городе, — и быстро набросал ещё одну строку на листе, однако показывать явно не собирался. — А я там тоже буду? — осознав, что сболтнула лишнего, девушка поспешила натянуть маску холодного безразличия, будто ничего до этого не говорила. — Как я могу не написать про главную героиню в этой части, это было бы серьёзным упущением, — наклонившись над столом, доверительно зашептал Янь Цзы, чему-то улыбаясь. — И вправду, — эти слова её успокоили и она весело усмехнулась. Мужчина отвлёкся, чтобы записать ещё пару строк. Наблюдая как тот старательно выводит иероглифы, Лань Мин задумалась о своём. Спросить или не стоит? В любом случае он покинет город, а значит волноваться не о чем. — Господин Янь Цзы, скажите, а как бы вы отреагировали, если бы кто-то внезапно стал вам писать слишком много писем? — Мне не пишут писем, но возможно я бы и обрадовался, если это только не угрозы. Даже ответил бы. Приятно с кем-то делиться мыслями через бумагу. — мужчина отложил в сторону кисть и с лёгкой улыбкой провёл кончиками пальцев по предыдущим своим записям на бумаге. — Ваши поклонники вам досаждают? — Были бы они ещё, — весело фыркнула Лань Мин. — Стало быть это вы их отправляете? — начиная догадываться, улыбка Янь Цзы стала шире. Девушка смущённо угукнула. — И что это за человек? — Ворчливый и очень занятой, — неожиданно для самой себя, Лань Мин ляпнула первое, что пришло в голову. — Вот как. И тем не менее, похоже вам нравится этот человек. — Нравится? — девушка слегка наклонила голову в задумчивости. — Не знаю, как-то не задумывалась об этом, он мне кажется интересным. — Раз вы здесь, то получается я вам тоже интересен, но ещё ни одного письма от вас не получил, — хитро посмотрев исподлобья, мужчина закрыл свою рукопись. — Вам не загнать меня в ловушку, — прищурившись, девушка взяла в одну руку миску с рисом, а в другую палочки. — Эта ловушка вскоре сама настигнет вас. Но не волнуйтесь, каждый хотя бы раз попадал в неё, — повисла недолгая пауза, давая Янь Цзы время подумать и подобрать правильные слова, чтобы продолжить: — Не бойтесь любить. Даже та любовь, что длилась две недели, два месяца или два года может быть ярче, горячее и блистательнее любой другой любви в прошлом или будущем. — Почему вы мне это говорите? — растерянно спросила девушка. — Чтобы вы не отказывались от своих чувств, как бы поначалу они вас не пугали. И не жалели потом об упущенной возможности быть счастливой, — с ноткой грусти, Янь Цзы вынырнул из своих воспоминаний и приступил к трапезе. Побыв в компании Янь Цзы ещё немного, Лань Мин планировала следующим шагом посетить своего братика. Оказалось, что недавно Чунь Синфу заболел и посидеть с ним подольше не вышло, поэтому ничего не оставалось, как вернуться в орден пораньше. По пути появилась новая идея для письма, но тут же была отвергнута. Глава Цзян наверняка уже устал от них. Ступив на женскую половину, Лань Мин прошла пару шагов вперёд, свернула на повороте у стены и с удивлением заметила Лань Цзинъи, что беспокойно озирался по сторонам, явно не желая, чтобы его присутствие заметили. Впрочем, тут он провалился; саму Лань Мин тоже заметили почти сразу: — Мин-цзе, как ты могла про нас забыть? — пожаловался паренёк, подбегая к ней и без церемоний сгребая в свои крепкие объятия. Девушка от такого пришла в небольшой ступор. Ну во-первых, парни никогда не заходили на женскую половину, потому что собирались они всегда на мужской, а во-вторых, хоть они и давно дружат, но никто из них не позволял себе подобных вольностей, как сейчас. Похоже, Цзинъи и вправду скучал. Это даже льстит. — Ты один здесь? — обняв его в ответ, они так и стояли, пока не надоело. — Нет, Лань Сычжуй следит за обстановкой, чтобы нас не поймали, — хмыкнул заклинатель. — Я его ещё не видела, — вполголоса пробормотала себе под нос Лань Мин и потом громче. — Вам повезло, что вас поймала я. — Ты не уходи от вопроса, — направляясь в сторону где находился Сычжуй, напомнил Цзинъи. — Я взяла на себя обязанности по присмотру за прибывшими ученицами. — И зачем тебе это понадобилось? — недовольно пробурчал парень. — У меня есть свои причины, — улыбнувшись слишком наигранно, она дала понять что это окончательный ответ. Улыбка стала естественней, когда Цзинъи на это смешно надулся. Лань Сычжуй встретил её более сдержанно, но по взгляду было можно понять, что он скучал не меньше. После общения с Ханьгуан-цзюнем, Лань Мин волей-неволей стала замечать больше деталей в чужом поведении. Иногда это даже помогало. Остаток дня они решили провести на музыкальной поляне за разговорами и иногда разбавляя их разучиванием мелодии очищения души. Сычжуй недавно выучил одну, очень действенную и конечно же из-за этого более энергозатратную, и любезно согласился научить Лань Мин тоже. Ожидаемо, что на поляне появился знакомый силуэт, который предпочитал держаться в тени и не решился выйти на свет. Впрочем, он там не долго простоял, покинув после первой же мелодии. — Это ведь был Ханьгуан-цзюнь? — прищурившись на то место, где недавно стоял мужчина, осторожно спросил Лань Сычжуй, держа перед собой гуцинь. — Разве? — а вот Цзинъи похоже не заметил его, пока полировал свой меч. — Да, он бывает приходит сюда послушать мою игру. Так как я сегодня не одна — он решил нам не мешать, — пожала плечами девушка, словно в этом не было ничего необычного. — Так это не в первый раз? — в удивлении Цзинъи выпучил глаза, и едва не повысил голос. — Ты знал? — обратился он к Сычжую. — Мне было интересно, как же вы сблизились. Получается, всё дело в музыке? — не менее удивлённо спросил юноша. — Нет, дело думаю совсем не в ней, — вспоминая реакции самого Ванцзи, главы Лань и даже главы Цзян, тяжело выдохнула Лань Мин, убирая свою флейту за пазуху. — Уже скоро отбой, пора собираться. — Да… ты права, — неуверенно кивнул Сычжуй, вслед за девушкой убирая гуцинь. Ночью Лань Мин не спалось. Из головы всё не выходили слова Янь Цзы. Можно ли и вправду считать, что в её жизни появился тот, кто может стать спутником на её пути совершенствования? Про любовь много кто писал в книжках. Не всегда эта любовь была чистой и возвышенной. Попалась ей как-то весенняя книжка на рынке: поначалу читать такое было стыдно и вообще хотелось сжечь, но ради интереса Лань Мин всё же дочитала её. Это было довольно познавательно, но она вряд ли станет покупать что-то подобное снова. Хорошо, что успела от неё избавиться, прежде чем о ней кто-то узнал. На страницах книг достаточно красочно описывали любовные похождения героев, где-то описания сопровождались иллюстрациями, но всё это совершенно отличалось от реальности. Даже люди целовались не так красиво, как на картинках. Правда, правила приличия не позволяли слишком долго смотреть на милования парочек. Нравится. Нравится. Нравится. Действительно ли она может думать об этом так? Но если чувствуется лёгкость на душе и радость даже от простого его письма — наверное это и значит «нравится». Если хочется сделать что-то, лишь бы этот человек улыбнулся — пусть будет «нравится». Если всё чаще жаждешь встречи с ним — наверняка ведь значит «нравится». Может однажды, он даже станет одним из тех, кем она дорожит. Её дорогим человеком. Сон так и не хотел приходить из-за огромного количества мыслей. Что ж, главное потом не заснуть на службе. Где-то на Пристани Лотоса оглушительно чихает Глава Цзян. Время позднее, но работа сама себя не сделает, а потому сидя в сумерках с парой свечей, что освещала документы, он дописывал очередной отчёт. Рядом распечатанное письмо из ордена Гусу Лань. В последнее время они шли в основном оттуда и довольно интересного содержания. Кстати об этом. Сказать по правде, Цзян Ваньинь поначалу был шокирован тем, как много писем стало ему приходить после первого ответа. В каких-то просто рассказывалось о жизни девушки в Гусу, а где-то чуть ли не целый список вопросов, разбавляемый её комментариями. Это было так странно и чуждо. Цзян Чэн привык, что внимание и признание нужно заслужить своим трудом, а потому такая заинтересованность со стороны его насторожила. Чем бы он мог её заинтересовать? Лишь из-за того, что немного помог в пещере? И только то? Этого не должно быть достаточно. А потом количество писем резко упало, что не могло не вызвать у него усмешку. Он ей так быстро надоел? Может оно и к лучшему. Но самую малость всё же обидно. Переписка тем не менее не прекращалась. Было в ней что-то приятное и тёплое. Цзян Чэн думал, что они так и останутся лишь знакомыми по переписке, пока в своём последнем письме не обмолвился о том, как его вымотали последние дни, из-за чего ответ писался дольше обычного. И уж точно не ожидал спустя пару суток получить приглашение погостить пару дней в Облачных глубинах. Причём не от Лань Мин, а от самого главы Лань. И ведь отказывать будет совсем не вежливо. Ну, не то что бы он против. Возможно, он даже рад увидеться с той девушкой. Не сложно догадаться, что это было её рук дело. Да и откуда главе Лань знать о его самочувствии, как не от самой Лань Мин. В груди слегка потяжелело. Голова гудела уже несколько дней, но сейчас она не особо беспокоила. Что ж, если он вправду собирается в Гусу, то стоило в кратчайшие сроки закончить то, что не терпит отлагательств, а не сильно сложные задачи оставить на своего заместителя.