Восточные испытания

      На мониторе кошечка со светлой шерстью, с небольшой грудью, гибкая и очень активная, сидела на коленках. Девушка одновременно обслуживала четырёх ящеров, подрачивая им по очереди, беря член в ротик. Бойкая, резкая, улыбающаяся и громко чавкающая. Камера снимала сцену сверху, и весь процесс было видно довольно хорошо. Сама "актриса" действовала очень страстно, с душой, улыбаясь каждому из четвёрки.       — Она была последней жертвой, — сказала Монни. Лисичка была до сих пор возбуждена, а происходящее на видео заставляло её животик напрягаться.       Сегодня у девушки произошла важная перемена в жизни. Она не только смогла помочь своей маленькой компании, но и собственноручно одолела злодея, помогла несчастным актёрам в их ситуации. Лисичку чествовали, файлы Итати перешли в нужные руки, а самого режиссёра раздели до трусов и пристегнули к фонарном столбу. Это было прекрасное завершение тяжелого дня, но последнее испытание было впереди.       Чара.       Её реакции Монни боялась, как огня. Поэтому зелёные глазки то и дело метались от экрана, к пятнистой девушке. И Чара была спокойной, даже немного уставшей, но заинтересованной. Монни собрала всю свою смелость в кулачок и продолжила смотреть. Благо, рядом с Моту и Дженни было не так тревожно. Чувство общей вины спасало.       Синий крокодил внимательно смотрел на экран, скрестив ноги. Серьёзный, молчаливый, нахмуренный. Не помогал даже неловкий массаж Дженни. Испуганная коровка разминала ему плечи дрожащими пальцами, чтобы как-то загладить свою двойную вину. Обмануть Чару и сделать что-то по-своему — дело привычное, хотя она всегда этого стыдилась. Но так подставить синего красавчика, попасть в беду и быть им спасённый, было слишком для нежного девичьего сердечка. И больше всего её убивало спокойствие в данной ситуации. Не игнорирование, не холод, а именно спокойствие, которое резало виной по сердцу. Добавить к этому просмотр порно, и ситуация получалась практически сюрреалистичной, как в тех старых фильмах.       — Вот! — оживилась вдруг Монни. На видео было показано, как в комнату входят ящеры в костюмах, разгоняют всех участников. А затем один из них что-то сказал девушке, грубо поднял её за плечо и чуть ли не вытолкнул из комнаты. — Итати говорил про неё. Упоминал про склад!       — Так и есть, — нахмурился Моту, кладя большой палец на кнопку. Отмотал назад и прислушался. — Южный склад Хирадзи. Находится на отшибе.       — Хорошо! — обрадовалась Монни. — Значит, мы отправляемся туда? — спросила она у Чары, будто ребёнок, выпрашивающий разрешения у родителя.       Чара вздохнула и посмотрела на Монни. Сколько надежды, вины и ожидания было в этих дрожащих глазах. Чара была зла на Монни, но игнорировать её вклад в общее дело было бы настоящим свинством. Гепардица скрестила руки под грудью, посмотрела на монитор, потом на лисичку. Та едва ли не прижимала руки к груди.       — Ты... Ты умница, Монни.       Пятнистая подошла к лисичке и обняла её. Монни ответила ей сильными и чувствительными объятиями. Чара погладила её по светлым волосам, довольно улыбаясь.       — Ты сделала большую и опасную работу. Я немного зла на тебя, но не могу не заметить твоих трудов, — улыбнулась гепардица. Твёрдый ярко-зелёный взгляд Чары видел всю радость на лице пышногрудой Монни; светленькая едва не плакала. — Горжусь тобой, сестричка, но обещай, что больше никогда не будешь действовать одна, хорошо?       Монни кивнула, всё же пустив слезу счастья. Чара поцеловала её в лоб, а затем посмотрела на Дженни.       — А вот в тебе я разочарована, — устало сказала Чара. Дженни чуть вжалась в Моту, пытаясь спрятаться за его плечом. — Ты отпустила Монни одну, устроила драку на улице, да ещё и сама едва не попала в очередной фетишисткий бордель. Дженни, я думала, что твои глупости ограничиваются куда более безобидными шалостями, — сердито сказала гепардица. Дженни только виновато потупила взгляд. — Будешь вести себя плохо — оставлю сидеть в отеле.       Сердитый кошкин взгляд упал на холодные глаза Моту. Крокодил молчаливо и с достоинством ждал, когда Большая Сестра отчитает и его. Прямо как в молодые времена, когда вышестоящий по клану отчитывал молодняков про проколы.       — А ты всё сделал правильно, — Чара чуть улыбнулась. А затем коснулась крепкого плеча большого лазурного бандита. Хмурящийся и виноватый Моту только удивлённо посмотрел на девушку. — Они бывают настоящим бедствием, я знаю. Ты их не бросил и спас от ужасной судьбы Дженни. Спасибо тебе.       Монни радостно улыбнулась. Ощущение домашнего уюта, маленькой семьи и надежды на лучшее наполнило её сердце. Дженни крепче обняла Моту, утыкаясь в него лбом. А сам крокодил всё так же удивлённо смотрел на Чару, после чего закивал. Чара улыбнулась шире.       — Завтра днём мы все вместе отправимся на склад. Вечером у меня будет выступление перед Окимото, дел будет много. Давайте все ляжем спать, чтобы набраться сил, — потянулась Чара, зевнув.       — Хорошая мысль, — согласился Моту, потирая пальцем бинты. Дженни сама попыталась наложить их, чтобы и без того заботливая Чара больше не напрягалась. Получилось... мило. Три девушки ушли в ванную, а крокодил лёг на бок. Сегодня был большой день и он очень устал. Крокодил думал, что сегодня он заслужил немного покоя.       Из сладкого небытия его разбудили тёплые прикосновения к животу. В комнате было темно, в окне виднелись звёзды и редкие горящие окна домов. Сколько он проспал, который час? Что понадобилось этой взбаломошной коровке? Моту ответил ей глубоким, чуть недовольным вздохом, показывая, что он проснулся. Светленькие руки стали бродить смелее, трогая пресс, поглаживая живот, щупая широкую грудь. Как бы крокодилу ни нравились женские прикосновение сисястой коровки, свой покой он ценил больше.       — Дженни... — тихо и недовольно сказал Моту.       — Ты не кончил.       Горячее дыхание и сладкий голос волной прошлись по телу Моту. Тёплой, приятной волной, словно во сне. Его тело расслабилось, превратившись из железного в гибкое и мягкое. Почувствовав изменения, коровка запустила руки ему под трусы, обхватывая твердеющий член пальчиками, вытаскивая его наружу. Издав хриплый стон, Моту прикрыл глаза, позволяя девушке положить его на спину. Бандит видел рогатый силуэт перед собой, почти светящиеся от радости глаза, пышную грудь в простом белом лифчике. Коровка мягко склонилась над ним, дыша ему в грудь, целуя в живот. Головка с клиновидным отростком касалась мягкой кожи под шерсткой на животе, оставила едва заметный след на лифчике, а после Дженни взяла член в руки и чуть ввела его меж грудей. Моту тихо зашипел и прикрыл глаза.       Дженни лизнула от основания до головки, облизала три раза член, а затем заглотила головку, играясь языком. Услышав тихий довольный стон, Дженни стала двигать головой вверх и вниз, зажимая губы, как можно плотнее. У крокодила был свой особый вкус, который можно было описать неким морским, соленым ароматом. Дженни думала о ласковом синем море, ветре, что щекотал её соски и развевал волосы. Моту и сейчас попытался погладить её и дотянуться до лифчика, но коровка положила руку на синий живот, пресекая его попытки раздеть её. Она не заслужила такого обращения. Другую руку она запустила под трусики, трогая себя снизу, размазывая соки по половым губам, лаская клитор. Член во рту так и сочился смазкой. Пробуждённый Моту тихо дышал, чуть вздрагивая от возбуждения, Дженни несколько раз чавкнула, хотя пыталась сделать всё тихо. Пальцы на правой руке гладили чешуйки, пальцы на левой трогали пульсирующую киску. Страх пережитого, не доведённый до финала секс и риск быть увиденными подругами подстёгивал девушку сильнее.       Дженни издала тихий стон, прикрыв глаза. Моту сжал одеяло рукой, чуть рыкнул, вытягиваясь в спине, прижимаемый рукой коровки. Девушка удивлённо захлопала глазками, проглатывая горячую жидкость, после чего сама почувствовала внутренний взрыв. Её тело затряслось, ноги свело, но она продолжала глотать. А затем их тела успокоились. Моту дышал через рот, прикрыв глаза, Дженни заботливо вылизывала его, а потом тихонько встала и пошла в ванную. По пути коровка провела пальцами вдоль морды синего, коснувшись острых зубов. Моту повернул голову в сторону кровати Чары и Монни, блаженно вздыхая. Последнее, что он увидел перед сном, была Монни. Лисичка спрятала голову под одеяло.

***

      До склада они доехали на такси. Хирадзу был большим складским помещением, что стояло дальше ото всех. Снаружи никого не было, если не считать крика чаек, шума моря и скрипа досок, то место можно было бы посчитать заброшенным. Дверь на склад не была заперта.       — Не хотят привлекать внимание, — сказал Моту, удостоверившись, что замка на двери нет.       — Это как? — спросила Чара. — Замка нет, значит заходи кто хочет. Разве нет?       — Закрытый замок привлекает больше внимания, — объяснил Моту. — Значит есть что прятать. Если склад не закрыт, то есть два возможных исхода. Первый — место заброшено и ловить тут нечего. Второе — оно принадлежит важным людям. Я бы не входил туда просто так ни по одной из причин, — крокодил посмотрел на девушек. — Внутри может быть опасно. Вы уверены, что не хотите остаться здесь?       — Уверены! — сказала Монни, хотя сама чувствовала страх перед неизвестным. Им уже приходилось сталкиваться с якудза. — Мы ведь обещали помогать тебе.       Дженни молча закивала, вставая подле лисы.       Чара тоже коротко кивнула:       — Поворачивать назад уже поздно, — согласилась гепардиха. — Да и мы прикроем тебе спину, если что, — подмигнула кошечка.       Внутри было сухо, у стены ровными рядками стояли большие ящики. Свет пробивался через окно на крыше, освещая крошечные парящие пылинки. Четвёрка осторожно шла вперёд, бросая взгляды на ящики вокруг. Деревянные, железные, большие, маленькие. Почти на каждом был изображён иероглиф или картинка, которые говорили о том, что хранится в ящике.       — Здесь хранилась рыба, — переводил Моту. — Тут различные инструменты. Детали для мебели. Мебель. Подушки. Надувные игрушки. Секс-игрушки, — спокойно произносил он, пробираясь вперёд. Когда команда вышла в большой зал, то перед ними предстал небольшой жестяной ящик. Крокодил нахмурился и остановился.       — Что это такое? — спросила Чара, встав рядом. — Что случилось?       — Иероглиф, — сказал Моту, подходя ближе. — Это знак Триады. Они возят такие ящики из больницы в больницу, — синий крокодил остановился перед коробкой, скалясь.       — Почему в больницу? — спросила Дженни, тревожно смотря на широкую спину крокодила. Его волнение можно было трогать в воздухе.       — Иногда группировки помогают гражданским. Обычно это случается во время наводнений или землетрясений, — объяснила Монни. — Но ведь тут это не для того, да? — осторожно спросила лисичка у Моту, подходя ближе.       — Триада перевозит в таких ящиках органы, — крокодил сжал руку в кулак. — Это приносит огромные деньги, хотя работа очень опасная. Они извлекают органы из девушек. Никому ненужных, никому неизвестных, практически несуществующих.       Повисла тишина. Дженни втянула голову в плечи, Монни взяла себя за плечо, а Чара с опаской посмотрела за спину. До двери не так далеко, нужно лишь пройти через небольшой лабиринт из ящиков.       — Только одного я не понимаю, — продолжил Моту. — Такие ящики — серьёзная улика. Триада бы не стала оставлять их на месте просто так. И они всегда охраняются.       — И что нам делать? — Чара опасливо смотрела вокруг. — Берём ящик и уходим? Вызываем полицию?       Крышка большого ящика резко слетела и грохнулась на землю. Дженни вскрикнула и прижалась к Моту, Монни опустила уши, а Чара отпрыгнула назад. Следом из ящика ловко выпрыгнуло двое парней-саламандр. Первый, ржаво-оранжевого цвета, покрытый чёрными пятнами, был одет в зелёную рубашку без рукавов. Второй, чёрный с жёлтыми полосами, одетый в красную рубаху без рукавов, носил ещё и соломенную остроконечную шляпу. Оба носили свободные широкие штаны. Оба также обладали гибкими и сильными руками, недовольным бесстрастным взглядом и чёрными глубокими глазами.       — Это что за циркачи?! — зашипела Чара, выставив перед собой кулак.       — Братья Хонг, — Моту выступил вперёд, отстранив от себя Дженни и вставая перед Чарой. — Убийцы Триады, Сан и Шан.       — И они ждали всё время в коробке? — удивилась Дженни. — Ничего себе!       — Пасынок Утияма, какая удача встретить тебя здесь! — ухмыльнулся Сан, одетый в зелёную рубаху.       — Ждали? Кто вам сказал?       — Хозяин сообщил, что рано или поздно ты придёшь сюда, — ответил Шан, чёрная саламандра в красной рубахе и со шляпой. — Твой любопытный нюх должен был завести тебя сюда.       — Так значит, что вы подготовили эту коробку для меня? — крокодил встал в стойку. — Тебе придётся использовать что-то острее своих кулаков, Хонг.       — Нет, твои грязные органы нам не нужны! — Сан размял шею, поднял левую ногу вверх, согнул в коленке и расправил руки, прижав друг к другу пальцы.       — Твоей головы будет достаточно! — Шан поправил шляпу, а затем побежал вперёд, подпрыгнул на месте, крутанул ногой в воздухе, едва не попав по морде Моту. Крокодил выставил сбоку руку, но убийца ждал этого. Зацепившись ногой за кисть, Шан ударил Моту в живот, оттолкнулся от него, подкатывая к брату.       Хонги загородили дорогу и встали плечом к плечу.       — Божечки! — Дженни прикрыла рот. — Что делать?       — Пробиваться! — Чара подошла к Моту, готовая помочь.       Но крокодил громко клацнул челюстью, заставив девушку отпрыгнуть.       — Назад! Ты не справишься с ними! Это не шпана! — синий поднялся с колен и бросил взгляд на братьев.

Crowded Street

      Моту бросился с места, широко расправив руки в стороны, намереваясь ударить братьев друг о друга. Сан и Шан ловко, почти незримо, отпрыгнули в стороны, оказываясь за спиной крокодила, упёрлись пальцами в пол и ударили его ногами. Сан левой, Шан правой. Моту упал, откатился в сторону и поднялся. Сан как раз метил кулаком ему в морду, но крокодил выставил перед собой ладонь, хватая кулак убийцы. Второй брат атаковал снизу, нанося серию из трёх быстрых ударов в живот. Крокодил выпустил кулак первого брата, а затем получил локтём по челюсти. Голова шла ходуном, тошнота подступала к горлу, спина припала к ящикам. Братья как раз разбегались по сторонам, приближаясь с двух сторон, пробежали вдоль ящиков и едва не ударили его одновременно с двух сторон. Крокодил неуклюже оттолкнулся, избегая болезненного удара, упал, поднялся и покачал головой. Мир вокруг стал вновь более чётким, а братья Хонг выполнили сальто вперёд, оказываясь перед ним. Сан вновь метил в морду, но Моту в этот раз отскочил назад. Не помогло: Шан нагнал его и ударил размашистым ударом по ногам, сбивая крокодила на спину. Сан подпрыгнул, метя ногами в живот крокодила. Моту покатился в сторону и попытался встать, но Шан подкатился быстрее, ударив его пяткой по спине.       — Да они ему встать не дают! — крикнула Чара, смотря на избиение крокодила.       В голове щёлкнула мысль: "И чего я стою?"       — Ч... — не успела крикнуть Монни, когда подруга сорвалась с места, напрыгнула на Сана со спины.       Девушка собиралась вонзить ему когти в глаза, но прыткая саламандра схватила её за кисть, перекинула через себя и наступила на плечо, продолжая выворачивать кисть. Чара вскрикнула от боли.       — Лежи на месте, — Сан хмыкнул. — За тебя примусь потом!       Синий захрипел, увидев Чару в беде, и попытался приблизиться к ней. Шан, воспользовавшись его потерей контроля, запрыгнул ему на спину, хватая за горло.       — Я отрежу тебе голову и оставлю смотреть, как мы насилуем твоих женщин! — зашипел Хонг.       Закричав, Дженни бросилась вперёд, хватая Сана и сжимая его в своих объятиях.       — Убери руки от Старшей Сестры, противная ящерица! — закричала коровка, закрыв глаза. — Хватит нас обижать!       — Проклятая дура! Отпусти меня! — Сан забрыкался в руках Дженни, чувствуя, как воздуха не хватает. Локтём он прошёлся по щеке Дженни, и девушка выпустила его, схватившись за лицо. — Поганная рогатая шлюха!       Чара в ужасе смотрела на большую подругу, что схватилась за лицо. Моту, увидев несчастную коровку, ощутил мощный прилив ярости. Схватив Шана за руку, крокодил оторвал её от шеи и сомкнул челюсти. Шан вскрикнул, принялся осыпать Моту проклятиями и бить его локтём по морде. Крокодил бежал спиной назад, врезался в ящики, ударив Шана. Саламандра вскрикнула, а синий якудза, схватив его за шею, бросил перед собой. Издав яростный крик, Моту бросился на Сана, привлекая к себе внимание. Хонг позабыл о девушках и встретил Моту морда к морде. Крокодил промахнулся, а Сан нанёс несколько ударом по животу. Последний был нацелен прямо под челюсть, но синий ждал этого. Твёрдый лоб встретился с костяшками. У Моту помутнело в глазах, ноги зашатались, но своего он добился. Хруст пальцев звучал почти оглушительно. Сан в ужасе посмотрел на свою руку, потом на Моту. Крокодил схватил его за плечи, ударился лбом о лоб. Мир вокруг Сана закружился. Удар коленом в висок довершил дело.       Шан, восстанавливая дыхание, увидел, как его брат падает на бок, высунув язык.       — Подонок! — зашипел Шан, беря шляпу в руки. Ударив ею по земле, Шан активировал скрытое лезвие вокруг шляпы, а после метнул с громким свистом.       — Ложись! — крикнула Чара, когда такая пролетела рядом с Моту, порезала ему плечо, улетела вверх и врезалась в стену.       Крокодил побежал обратно на Шана, Шан побежал на Моту, пытаясь ускользнуть снизу. Однако крокодил успел схватить Шана за воротник, бросая обратно к ящикам. Саламандра выругался на своём диалекте, поднялся, встречая лазурный кулак между глаз. Потом ещё. И ещё. Третьим ударом, Моту пробил дырку в деревянном ящике. Мягкие игрушки посыпались на землю, а Шан благополучно упал разбитым носом на что-то мягкое.       — Не видать тебе моей головы, как собственного носа, — прохрипел Моту, смотря на поверженного Шана. Плечи опущены, на плече вновь зияет рана. — Сколько ещё я буду истекать кровью?       — Дженни, Дженни, милая! — Монни подбежала к подруге, беря её за морду. — Посмотри на меня! Как ты? Болит? Сильно?       — Да ничего, — шмыгнула Дженни, держась за щеку. Слёзы выступили случайно, от непривычки. — Так, едва почувствовала. Как Чара?       — Тут я, — гепардица завороженно смотрела на Моту, как тот стоит над поверженным врагом. Только потом до неё дошло, что Дженни получила по мордашке. — Господи, крошка! Ты...       — Всё хорошо, Большая Сестра! — Дженни показала большой палец. — Я ведь... помогла?       — Больше, чем ты думаешь, — закивала Чара.       Сан резко перекатился в сторону, тряхнул головой и встал в стойку. Саламандра шатало, он неуверенно переступал с ноги на ногу, будто пьяным. Дженни прижала руку к щеке, Монни попыталась заслонить подругу, а Чара встала и подошла к саламандре.       — Ещё стоишь на ногах? Хорошо, значит теперь и я тебе вмажу!       — Стой, Чара! — крикнул Моту. — Не верь тому, что видишь!       Но было поздно. Чара уже попыталась ударить раненного Хонга, но тот ловко перехватил удар, заломил её руку и прижал к себе.       — За твою наглость я сверну этой кошке шею! — крикнул убийца Моту.       — Убл... — захрипел Моту, остановившись. Второй брат тоже пришёл в себя, сверля крокодила взглядом. — Я думал, что разбил тебе голову.       — Бывало и посильнее, — сплюнул Шан, щурясь единственным здоровым глазом.       Полицейская сирена раздалась внезапно. Несколько машин подъехало к зданию, полицейские ворвались внутрь.       — Уходим! — Сан пнул Чару в попец и побежал к стене. Саламандра, ловко отталкивалась от стены, вытащила шляпу из стены и прыгнула в открытое окно.       Шан последовал за ним, когда полицейские уже вбежали внутрь, застав побег двух братьев. Чёрный змей с длинным шрамом на морде прицелился из пистолета, но саламандрам удалось улизнуть. Тайра тут же прицелился в Моту, но увидев его состояние, убрал пистолет.       — Опять ты, — недовольно сказал змей. — Это уже становится дурной привычкой.       — Согласен, — тяжело ответил Моту, упав на колено. — Здравствуйте, офицер Тайра.       — Вовремя, — Чара подбежала к Моту, помогая ему встать. — Но как вы узнали, что мы здесь?       — Это я, — сказал Моннни. — Пока вы дрались, я набрала кое-кому. Сказала, что это срочно.       Полицейские, вбежавшие следом, бегло осматривали комнату. Редкие следы крови, разбитый ящик, побитый якудза и три девушки. Акула-полицейская вышла вперёд, смотря испуганными голубыми глазами на лисицу. Монни ответила ей таким же встревоженным взглядом.       — Кари! — закричала лисичка, бросившись к подруге.       — Крошка! — Кари заключила лисичку в объятья. — Всё хорошо, милая! Теперь я здесь!