Светозар и потерчата

Сама собою рука потерча за сорочку ухватила, сама собою его за спину задвинула. Засычали мавки страшно, на Светозара теперь идут. — А чтоб вам повылазило! Взмахнул Светозар метелкою, едва ближнюю мавку ею не огрел, ту самую, что Панька топила, да сдержался, припомнил, что говорил, и повторяет: — Я не бажаю вам зла. Не чипай. Тут мавка уста растулила, говорит, а голос у нее — будто струмок дзюрчит, слухал бы и слухал. — Наш он, — промовляет. — Отступись. Обурился Светозар, метелку покрепче сжал. — А не ваш! Не ваш! Хвать потерча за плечо, до мавок его лицом повернул: — Бач, очи не как у вас, не порожние! — Скоро наш будет, скоро, — шепчет мавка лагидно и улыбается так спокойно, даже засмученно, будто и не в радость ей потерчат забирать. — Однако же пока не ваш, — говорит Светозар. — Геть! Да и перекрестил мавку прямо метелкою, бо другая рука потерча за плечо держит. Мавка зашипотела, как та гадюка, на шаг назад отошла, а Светозар ее уж снова крестит, промовляет: — Отче наш, сущий на небесах, да святится имя Твое! Раптом сзади подхватили: — Да приидет Царствие Твое, да будет воля Твоя и на земле, как на небе. Отступили нечистые, растворились в ночи их бледные лица и мокрые сорочки, и только тогда обернулся Светозар, увидел Богдана с Миколкою. Переляканные оба, со сна мятые, волосы стырчат во все стороны. — Ну, хлопцы… Замолк Светозар, не знает, чи то ругать хлопцев, чи похвалить. А хлопцы за руки держатся, тремтят чи то с переляку, чи от холода. — Нечего ряст топтать, не березень, — промолвил наконец Светозар. Хлопцы босыми ногами по траве переступают, мнутся. — Идите в хату. Отослал Светозар хлопцев, а сам на потерча смотрит. Какое-то оно кволое, ледь ворушится. Хоть потерчата и неживые, а всё ж прудкие, спрытные, не угонишься. А это стоит осоловелое, будто бы и правда уже одною ногою там, у мавок. Подумал Светозар, метелку до тына притулил, а потерча перехватил посподручнее: — Ты, хлопче, не ображайся, так треба. Не кричало потерча, не вырывалось, ни откупа не сулило, ни карами не грозило, пока Светозар его голою долонею ляскал. — А, будет! — решил наконец Светозар. — А то ж помрет вовсе, слабенькое такое. Вынул он крыжму, потерча к себе развернул, в лицо вдивляется: — На кого ж ты схожий? Чи то Пилип, чи то Леонтий… А, нехай будет Микита. Добре? Хитнуло потерча головою, будто бы согласилось, а может, просто закуняло, и Светозар зачастил: — Иван да Мария! Крещу тебя…