У сердца тоже есть память

      Той ночью Сяо Чжань так и не смог уснуть. Он лежал в гостиной на диване, уставившись в безумно интересный потолок, и пытался сосчитать на нём воображаемых овечек.       Но, что бы он ни предпринимал, сон всё равно не шёл. И дело было отнюдь не в неудобстве дивана. Он-то как раз был самым удобным диваном среди всех возможных, а ещё очень прочным - Сяо Чжань и Ван Ибо неоднократно проверяли.       Но уснуть не получилось бы, даже если бы Сяо Чжань расположился на пушистых небесных облаках, ведь за стеной, всего в нескольких шагах от него беззаботно посапывал Ибо. Его мальчик, его Бо-ди, тот, кто уже, возможно, был не его...       Когда Ибо лежал в больнице, Сяо Чжань часто оставался ночевать в палате, но то было совсем другое дело. Ибо тогда только сделали операцию, ему требовался уход и специальная терапия. Разве в такой ситуации Сяо Чжань вообще мог думать о чём-то, кроме комфорта своего диди?       Но сейчас, когда Ибо, слава всем возможным богам, вернулся домой целым и невредимым, да ещё и спал в соседней комнате, абсолютно точно, в тех самых пижамных штанах, которые так любил Сяо Чжань, он особенно остро ощущал, как сильно скучал по своему мальчику.       Ему до покалывания на кончиках пальцев хотелось прикоснуться к любимому лицу, провести по идеальным скулам, зарыться в густые, слегка взъерошенные волосы. Ему хотелось целовать пьянящие губы, начинать с нежных, трепетных ласк, постепенно разжигая в Ибо пожар, в который он со всей отдачей погружал их обоих.       Но дело было не только в тех жарких моментах, воспоминания о которых в эту самую минуту постепенно начинали затягиваться в тугой узел внизу живота, тем самым окончательно лишая его даже крошечной надежды на сон.       Сяо Чжань скучал по жизни, которая была заключена в Ибо. Он каждый день чувствовал его запах, тот самый, от которого всегда спирало дыхание и кружилась голова. Но не имел возможности обнять, уткнуться носом в родную шею и полной грудью вдохнуть такой нужный аромат дорогого человека. Его человека.       Даже когда они смеялись или шутили, Сяо Чжань мог лишь залипать на любимую улыбку, крепко сжимая при этом кулаки, чтобы по привычке, которая уже с ним срослась, не мазнуть пальцами по нежной щеке или пухлым губам Ибо.       Сяо Чжань был уверен, что выдержит абсолютно все, даже самые безумные пытки судьбы ради него. Он знал, что всё сможет, ведь без Ибо в этой жизни ничего не получалось, без Ибо даже жить не получалось.       Но противный, шипящий голосок подсознания, порой нашёптывал излюбленные речи о том, что Ибо может ничего не вспомнить, а однажды и вовсе посчитать, что оставаться под одной крышей с чужим ему человеком нет никакого смысла.       Вот и сейчас, теплота и нежность, прибывшие под руку с воспоминаниями из прошлого, плавно перекочевали в леденящий душу страх, хорошенько встряхивая и отрезвляя.       Сяо Чжань резко сел на диване и устало провёл ладонями по лицу. От огней вечно бурлящего Шанхая, которые осторожно заглядывали в окно, в комнате царил лёгкий полумрак.       Сяо Чжань поднялся с дивана и босыми ногами пошлёпал на кухню. Налив себе стакан воды, он сделал несколько больших глотков, возвращаясь обратно в гостиную. Минуя диван, он подошёл к окну и ничего невидящим взглядом уставился на ночной город.       Растревоженная память тут же услужливо подбросила очередное воспоминание, связанное с Ибо, чтобы хоть немного успокоить растерянное сознание.       Это было в прошлом году. В очередной вечер кино, в который они обязательно затаривались чуть ли не половиной продуктового отдела любимого супермаркета, они решили посмотреть мелодраму. Если быть точнее, то на мелодраму пал выбор именно с подачи Сяо Чжаня, потому что тем вечером была его очередь выбирать фильм.       Они смотрели "Клятву"* с Рэйчел Макадамс и Ченнингом Татумом. Не то, чтобы Сяо Чжань являлся фанатом мелодрам, но конкретно этот фильм ему полюбился за его реалистичность и силу любви, которую герои пронесли через всю свою жизнь.       Сам Сяо Чжань, разумеется, несколько раз пустил скупую мужскую слезу, а когда по экрану медленно поползли титры, повернулся к Ибо. Тот отчаянно шмыгал носом, а его глаза сильно покраснели, хотя слез он так и не заметил.       - Как тебе фильм? - тут же спросил Сяо Чжань.       - Сопливая ерунда! - отрезал Ибо и снова шмыгнул носом.       - И поэтому ты на грани истерики сейчас? - усмехнулся тот.       - Я не на грани, просто у меня насморк! Или аллергия на... На...       - Или кто-то не может признать, что ему понравилась мелодрама, - хитро улыбаясь, продолжал свое разоблачение Сяо Чжань.       Ибо некоторое время молча смотрел перед собой, а затем резко развернулся всем корпусом к Сяо Чжаню, тем самым выпуская его из своих объятий.       - Ладно, признаю, меня все же немного тронуло. Но это скорее великолепная игра актёров, а не сюжет.       - А чем сюжет так плох? - удивился Сяо Чжань.       - Тем, что всё происходящее с героями - невозможно!       - Погоди, Ибо, - Сяо Чжань тоже слегка привстал, чтобы смотреть ему в лицо. - Этот фильм основан на реальных событиях. Такая пара действительно существует, они на самом деле пережили эту историю и...       - Значит, сила любви этой девушки была недостаточной, - не дав договорить, отрезал Ибо. - Если действительно любишь человека, то разве сможешь забыть эти чувства? Ведь за любовь отвечает не разум, а сердце. Даже если забудешь самого человека, чувства все равно останутся: в жестах, привычках, ощущениях. Потому что у сердца тоже есть память, гэ. Сяо Чжань улыбнулся.       - И ты считаешь, что в случае, если бы разум стёр меня из твоей памяти, сердце всё равно помнило бы?       Ибо долго смотрел в огромные глаза Сяо Чжаня, словно что-то доказывая, в первую очередь, самому себе. Затем он обхватил ладонями его лицо и уверенно сказал:       - Ты уже давно держишь моё сердце в своих руках. А в таком случае разве оно может забыть своего хозяина? - взгляд Сяо Чжаня вмиг посерьёзнел, он хотел что-то сказать, но Ибо сам продолжил говорить: - А насчёт разума... Подумай сам, разве я смогу когда-нибудь забыть своего Чжань-гэ?       Сяо Чжань вынырнул из воспоминаний, когда понял, что его пальцы начали неметь от того, с какой силой он сжал уже пустой стакан. Уголок рта дёрнулся в полуулыбке постепенно стихающим воспоминаниям. Возможно, у сердца и есть память, но как ни крути, разум ему не обмануть.       Он тяжело вздохнул, понимая, что сон на эту ночь теперь уже точно откладывается, а ещё, возможно, стоит пересмотреть "Клятву". Глупо, конечно, но, возможно, он смог бы получить какой-нибудь дельный совет от персонажа Ченнинга Татума?       Сяо Чжань уже даже подумывал посмотреть фильм прямо сейчас, пытаясь вспомнить, куда запихнул наушники, но тут послышались тихие шаги, а затем в гостиной появился Ибо. В первую секунду они молча уставились друг на друга, пытаясь осознать ситуацию и свои последующие действия.       Ибо действительно был в любимых штанах Сяо Чжаня, соблазнительно расположившихся на точёных бёдрах. Хорошо, хоть футболку надел, хотя обычно спал без неё, иначе Сяо Чжань сразу бы вышел в окно.       В какой-то момент он опустил взгляд на собственные ноги, словно забыв, во что был одет. Серые шорты и белая безразмерная футболка - всё, как всегда, ничего нового. В прежние времена Ибо сорвал бы эту самую футболку с Сяо Чжаня быстрее, чем он успел бы переступить порог их спальни, прильнул бы губами к выпирающим ключицам, шарил руками по обнажённому торсу, срывая сдавленные стоны поощрения.       Сяо Чжань резко мотнул головой, грубо возвращая себя в реальность. Не хватало ещё заиметь стояк прямо на глазах у сонного Ибо.       - Ты почему не спишь? - несколько раз моргнув, решил нарушить тишину Сяо Чжань. - Что-то болит?       - Нет, я в порядке, - мотнул головой тот. - Просто... Я всегда плохо сплю на новом месте... Точнее, я понимаю, что место не новое...       - Все в порядке, я понял, что ты хотел сказать, - прерывая его терзания, сказал Сяо Чжань. - Ты просто отвык, это нормально, учитывая тот факт, сколько времени ты провел в больнице. Иди за мной, приготовлю твоё любимое снотворное.       Сяо Чжань вернулся на кухню и включил нижний свет, который озарял помещение слабым свечением. Ибо проследовал за ним и уселся за стол, при этом, не переставая наблюдать за каждым его действием.       С тех пор, как Сяо Чжань вышел из спальни и оставил его одного, Ибо так и не сомкнул глаз. И дело было не в новой информации, которая беспощадной лавиной обрушилась на его и без того воспалённое сознание. Да, сегодня Ибо увидел квартиру, в которой жил раньше со своим парнем-женихом. Да, его поразили фотографии, на которые, лёжа в кровати, он не мог перестать пялиться. Да, в последнее время жизнь Ибо превратилась в настоящий комик-кон, где все вокруг пытаются косплеить его прошлое.       Но сейчас Ибо не мог уснуть совершенно по другим причинам. В голове, как ни странно, было тихо, насколько это вообще возможно в его положении. А вот на сердце совсем паскудно. Вроде бы все хорошо, его наконец выписали из треклятой больницы, есть вероятность, что в будущем утраченные воспоминания вернутся, но прямо сейчас, в эту самую минуту Ибо отчего-то было неуютно, холодно и ужасно одиноко.       И самое странное, кровать казалась слишком большой для него одного. Ибо пытался распластаться по всему периметру, но в итоге, неосознанно постоянно перекатывался на одну сторону, ближе к краю. Словно тело привыкло спать именно там.       С одной стороны, Ибо пугало то, что его собственный организм создавал своего рода бунт против хозяина, но с другой, становилось любопытно, в какой ещё ситуации его тело или сердце пойдет против воли разума.       Ощутив очередную, абсолютно иррациональную, волну тоски, Ибо решил отправиться на кухню, чтобы выпить воды. Обнаружив в гостиной бодрствующего Сяо Чжаня в серых шортах, которые соблазнительно открывали вид на тонкие, подкачанные икры, Ибо даже обрадовался, тоска моментально схлынула, внезапно захотелось улыбнуться, но он всё же сдержался.       И сейчас, глядя на то, как Сяо Чжань плавно скользит по кухне, занимаясь незамысловатыми махинациями, чтобы заварить какой-то напиток, Ибо вдруг ощутил зародившуюся где-то глубоко в груди волну спокойствия и умиротворения. Неужели в спальне ему под боком не хватало именно Сяо Чжаня?       Ибо резко мотнул головой, отгоняя непрошенные мысли.       - Извини, если потревожил, я хотел попить воды, не думал, что ты не спишь, - решился первым нарушить молчание Ибо.       - Все в порядке, - легко пожал плечами Сяо Чжань, - я ведь все равно не спал.       - Тебе тоже не спится?       - Типа того, - ответил тот и поставил на стол напротив Ибо огромную чашку с какао. - Погоди секунду.       Ибо послушно убрал руки, наблюдая за действиями Сяо Чжаня. Он вернулся к столу с горстью маршмеллоу, которыми щедро приправил напиток.       - Теперь можешь пить.       - Я раньше часто пил какао с маршмеллоу? - глядя на подрагивающие в чашке зефирки, спросил Ибо.       - Я всегда готовил его тебе, когда ты не мог уснуть.       - А ты любишь какао? Сяо Чжань кивнул, легонько улыбаясь.       - Именно от меня ты перенял эту привычку.       - Тогда приготовь и себе. Ты ведь тоже не можешь уснуть.       Сяо Чжань немного замялся, но затем все же встал и принялся готовить напиток для себя.       - Ты пока пей свое какао, а то остынет, - сказал Сяо Чжань и Ибо сразу же отхлебнул из чашки.       Вообще он не помнил, чтобы когда-то пил какао, но, вероятно, это было в том прошлом, которое не стёрлось из памяти. Сейчас, когда Ибо сделал глоток напитка, вкусовые рецепторы уловили что-то знакомое, горьковато-сладкое. Он зажмурился, чтобы лучше ощутить расцветающий на языке вкус, а когда открыл глаза, столкнулся с изучающим взглядом Сяо Чжаня. Тот, затаив дыхание, ожидал реакции Ибо, а когда тот довольно улыбнулся и сделал ещё глоток, вздохнул с облегчением.       - Это очень вкусно, - отметил Ибо. - Как давно я пью какао?       - Почти три года. Я как-то готовил себе, тебе стало интересно попробовать, после одного глотка ты отжал мою чашку, и с тех пор мы всегда пили какао вместе, - с улыбкой рассказал Сяо Чжань. Он уже занял стул напротив Ибо, сжимая в длинных пальцах чашку с напитком.       - Дай угадаю, и с тех пор я пил только то какао, которое готовил ты, - предположил Ибо, делая очередной глоток.       - Даже потеряв память, ты все равно отлично помнишь свои привычки, - заметил Сяо Чжань. Ибо пожал плечами.       - Я всегда знал самого себя лучше, чем кто-либо ещё. И сейчас мне это очень помогает понимать те или иные ситуации.       После его слов Сяо Чжань немного напрягся.       - Ибо, - начал он, нервно сжимая чашку, - если тебе вдруг станет некомфортно или неуютно...       - Сяо Чжань, сейчас мне очень хорошо. С тех пор как я очнулся в больнице, мне ещё ни разу не было настолько спокойно, как сейчас.       Помимо воли Сяо Чжань расцвел яркой сияющей улыбкой. Ибо редко видел именно эту улыбку, но был уверен, что то солнце, которое он улавливал в бездонных глазах напротив, предназначалось именно ему.       Некоторое время они молчали, поглощая любимый напиток. А когда Ибо уже начал вылавливать со дна чашки зефирки, Сяо Чжань сказал:       - Утром я отвезу тебя в больницу на процедуры, а потом поедем, покатаемся по городу. Я знаю, что до встречи со мной ты уже несколько лет жил в Шанхае, но конкретно наш район для тебя сейчас абсолютно незнакомый. Думаю, будет лучше проехать по отдельным местам.       - Хорошо, завтра полностью доверяю себя тебе, - жуя маршмеллоу, согласился Ибо. На его верхней губе застыла пенка от какао, Сяо Чжань улыбнулся столь умилительной картине, а затем потянулся вперёд и большим пальцем стер остатки какао с его губы.       На мгновение оба застыли. Не то чтобы раньше Сяо Чжань не прикасался к лицу Ибо, в больнице он даже его брил, но конкретно в этом жесте было что-то более интимное, что-то тёплое, нежное и сокровенное. И Ибо это понравилось.       Быстро отдернув руку, Сяо Чжань резко поднялся, забрал чашки и поставил их в раковину.       - Надеюсь, сейчас тебе легче. Постарайся немного поспать, день будет насыщенный, - уже в гостиной сказал Сяо Чжань.       - Хорошо. Ты тоже поспи, в последнее время ты и так мало отдыхал. Спокойной ночи.       Когда Ибо скрылся за дверью спальни, Сяо Чжань камнем рухнул на диван. В этот же момент Ибо повторил тот же кульбит, падая на кровать. Несмотря на бушующие чувства, совместно выпитый какао и, пусть местами неловкий, но всё же теплый разговор, согрели истерзанное сознание обоих парней, и уже очень скоро каждый из них сладко засопел.

***

      Несмотря на ночные посиделки за какао, утро для Ибо началось довольно бодро. Хотя, возможно, именно благодаря этим самым посиделкам он чувствовал себя отдохнувшим и даже воодушевлённым.       После душа он сразу же отправился на кухню, откуда уже соблазнительно веяло ароматом свежей выпечки. Ибо даже не удивился, когда застал рядом с плитой суетящегося Сяо Чжаня. Задержавшись на пороге, Ибо некоторое время молча наблюдал за его действиями, пока он не почувствовал на себе чужой взгляд и не обернулся. Столкнувшись глазами с Ибо, Сяо Чжань неловко улыбнулся, а затем указал ему на свободный стул.       - Доброе утро, Бо-ди, ты вовремя, завтрак уже почти готов.       - А утро действительно доброе! - принюхиваясь к аромату, доносящемуся откуда-то из-за спины Сяо Чжаня, промурлыкал Ибо. Как только он уселся на стул, на стол сразу же опустились две чашки с только что заваренным смородиновым чаем. Уловив знакомый запах, Ибо облизал губы. Следом рядом с чашками появился поднос с пышными ароматными булочками, и Ибо был готов разрыдаться лишь от одного взгляда на выпечку, так аппетитно та выглядела.       - Сяо Чжань, скажи мне, ты волшебник? - не прекращая пожирать пока что только взглядом булочки, сказал Ибо.       - К сожалению, я обычный человек, Бо-ди, - разводя руками, улыбнулся тот.       - Ладно, допустим ты всё же человек, но точно не обычный. Иначе как объяснить всё это? - Ибо обвел руками всё ещё нетронутый завтрак, который своим умопомрачительным ароматом уже свернул его пустой желудок во что-то наподобие трубочки. - Ты ведь лег спать всего несколько часов назад. Во сколько же тебе нужно было подняться, чтобы приготовить этот божественный завтрак?       - Как ты можешь так говорить? Ты ведь ещё не пробовал, вдруг не понравится? - улыбнулся Сяо Чжань. - В ближайшие дни у меня не получится готовить тебе завтраки, поэтому решил сегодня немного побаловать.       - Тогда я больше не вижу смысла оттягивать столь сладостный момент, - быстро сказал Ибо и, схватив самую верхнюю булочку, с благоговением поднес её к губам. Откусив кусочек, он быстро прожевал, а затем снова впился зубами в лакомство. Спустя несколько секунд в его руках уже ничего не было, зато щёки надулись похлеще, чем у хомяка.       - Шяо Фжань, пофему это нафтолько восхишительно? Ты абсолютно точно не можешь быть просто человеком, - с набитым ртом восхищался Ибо.       Сяо Чжань захихикал, чем никак не сделал легче самому Ибо, поскольку тот за проведённое в больнице время, успел словить кинк на это хихиканье.       - Лучше жуй, поговорим потом, иначе подавишься, - предостерёг тот, не переставая хихикать.       Дожевав пятую булочку, Ибо сделал огромный глоток чая, опустошив чашку сразу на половину, а затем, наконец, заключил:       - Это слишком вкусно для того, чтобы сказать, что "было вкусно". То есть, я имею в виду, что это было прям вау! Сяо Чжань, я и раньше пробовал твою стряпню, в смысле, я с уже обновлённой памятью. Ты офигенно готовишь, уверен, ты бы стал отличным поваром. Да на тебя бы сам Мишлен молился!       - Он давно умер, Бо-ди, - прикрывая рот ладонью, начал смеяться Сяо Чжань.       - Да без разницы, уверен, будь он жив, он бы тут же сыграл в ящик от невероятного вкуса этих божественных булочек.       - Спасибо, Ибо, мне, правда, очень приятна твоя похвала, но, как я уже говорил, готовка - всего лишь хобби. Я никогда не хотел быть поваром, мне нравится моя нынешняя работа. Ибо весь подобрался.       - Судя по тому, что я видел, ты хорош в своей профессии, судя по тому, что я пробовал, ты хорош в своём хобби. Получается, ты хорош во всём, за что бы ни взялся, а, Сяо Чжань?       Ибо понятия не имел, зачем вообще задал этот вопрос. На него внезапно нахлынуло игривое настроение, и промолчать никак не получалось.       - Просто я люблю, когда всё идеально, - пожал плечами Сяо Чжань.       - А с людьми у тебя так же? Люди, которые находятся рядом с тобой, тоже должны быть идеальными?       Очередной абсолютно ненужный вопрос, но Ибо понесло, а тут уже здравому смыслу оставалось только стоять в сторонке и с ужасом ожидать, чем всё закончится.       На этот раз, прежде чем ответить, Сяо Чжань ненадолго задумался.       - Не думаю, что тот, кто мне нравится, обязательно должен быть идеальным. Хотя, если подумать, в тебя же я влюбился.       А вот тут Ибо уже завис. Не то чтобы он не понимал, что Сяо Чжань любил его. Ясное дело, что дыра зияла только в его памяти, а чувства и воспоминания Сяо Чжаня оставались прежними. Но слышать это вот так, напрямую было немного... волнительно? Да, именно так! Признание Сяо Чжаня не оттолкнуло Ибо, но подарило абсолютно новые чувства.       - И даже сейчас? - наконец отвис Ибо, задавая вопрос, который отчего-то очень сильно его волновал.       - Что? - не понял Сяо Чжань. Он смотрел своими огромными янтарными глазами прямо на Ибо.       - Сейчас, когда в моей памяти дыра размером в три года, ты всё равно считаешь меня идеальным?       Зачем Ибо знать ответ на этот вопрос? Какая ему вообще разница? И когда их шуточная беседа о булочках и почившем Мишлене успела перерасти в столь откровенный разговор?       - Будь в твоей памяти хоть десятки дыр, мои чувства никогда не изменятся, - не отводя взгляд, уверенно ответил Сяо Чжань.       Не зная, что ответить, Ибо схватил чашку и одним махом допил остатки чая, пряча тем самым нарастающую улыбку. Да что с ним не так этим утром?!

***

      Войдя в больницу, Ибо почувствовал себя преданым, причём самим собой же. Только вчера он, наконец, покинул столь ненавистные стены и вот сегодня ему снова пришлось вернуться.       Ибо чувствовал себя утопающим, которому перед самым носом махнули спасательным кругом, а затем забросили его куда-то очень далеко.       Хорошо, что все процедуры займут не больше часа, а потом за ним заедет Сяо Чжань и, пусть снова всего на день, но можно будет забыть о больнице.       В целом состояние Ибо было вполне удовлетворительным, можно даже сказать, отличным. Но для того, чтобы в будущем не возникло никаких осложнений, ему нужно было неделю ходить на специальные процедуры для улучшения работы головного мозга и массажи для руки. Кости уже срослись, но руку всё ещё было немного сложно разгибать. Сяо Чжань вызывался самостоятельно делать эти самые массажи, но доктор настоял на визитах Ибо в больницу.       К счастью массажист не страдал болтливостью и делал свою работу быстро и качественно. Ещё каких-то пять минут назад Ибо казалось, что ему заново ломают руку, но сейчас, шагая в кабинет физиотерапии, он вдруг заметил, что двигать рукой стало намного легче.       Лёжа на кушетке, с прикреплёнными к голове проводками, Ибо коротал время, думая о Сяо Чжане. А точнее, о ночных и утренних посиделках с ним.       Ибо до сих пор не мог точно сказать, что именно помогло ему так сладко уснуть: чашка ароматного какао или же самый обычный разговор с Сяо Чжанем. А утром? Почему Ибо так важно было услышать, что даже после аварии и потери памяти в глазах Сяо Чжаня он по-прежнему оставался идеальным?       Ибо всё еще ничего не помнил, многие вещи оставались странными и непонятными, но рядом с Сяо Чжанем было комфортно. А в последнее время даже спокойно. Возможно, из-за утраченных воспоминаний Ибо начал жить инстинктами, но, если именно они помогут ему найти то место, где он будет чувствовать себя в своей тарелке, он вовсе не против такой жизни.       Словно чувствуя, что о нем думают, Сяо Чжань прислал Ибо сообщение. Вообще-то во время процедуры шевелиться категорически запрещено, а тем более двигать головой. Но Ибо поднёс телефон прямо к лицу, чтобы прочитать сообщение, так что фактически инструкций врача не нарушал.       Сяо Чжань писал, что его задерживают в студии и просил Ибо немного подождать на заднем дворе больницы, где они всегда гуляли вместе.       После процедур Ибо по-честному отправился на задний двор и даже просидел там аж целых пять минут. Но потом решил немного пройтись по окрестностям самостоятельно. В конце концов, он ведь взрослый человек, даже если потеряется, воспользуется картой. А стены больницы ему и без того предстоит лицезреть ближайшую неделю.       Покинув территорию клиники, Ибо свернул на соседнюю улицу. Он решил не уходить слишком далеко, чтобы не разминуться с Сяо Чжанем, когда тот за ним приедет.       Прогуливаясь по незнакомой улочке, Ибо разглядывал вывески закусочных и магазинов, немного дольше задерживаясь у витрин со спортивной одеждой или экипировкой для гонщиков.       Этим утром Ибо даже не раздражало огромное количество людей, которые, не замечая абсолютно ничего на своем пути, мчались по делам. Всё вокруг казалось ему совершенно чужим, словно он был туристом, который впервые приехал в Шанхай. Было странно понимать, что, скорее всего, Ибо уже бывал здесь, ну, в магазине "Все для мотоспорта" он должен был, как минимум прописаться, но сейчас, словно видел всё это впервые.       От размышлений отвлекла вибрация собственного мобильника. Ибо достал телефон и сразу же ответил. Звонил Сяо Чжань, он не обнаружил Ибо на заднем дворе и начал волноваться, по крайней мере, это было слышно по его встревоженному голосу. Ибо сообщил свои координаты и сказал, что будет идти навстречу.       Отлипнув от витрины очередного спортивного магазина, Ибо развернулся и зашагал по уже знакомому маршруту.       На дворе стояла прекрасная погода, приятно грело солнце, ласково щебетали птицы, на сегодня Ибо покончил со всеми делами в больнице, а совсем скоро он увидит Сяо Чжаня и они вместе отправятся на прогулку по городу.       Ибо ускорил шаг, предвкушая отличный день. Давно у него не было настолько хорошего настроения! И всё было действительно прекрасно до тех пор, пока на всю улицу не раздался резкий пронзительный звук. Без сомнений этот самый звук издал мотоцикл в момент, когда водитель резко ударил по тормозам. Следом начала сигналить машина, а затем ещё одна. Собравшиеся возле дороги люди тут же развели осуждающую дискуссию о том, какие эти мотоциклисты безрассудные, раз так гоняют, да ещё и аварии создают.       На дороге действительно могла произойти авария с участием одного мотоцикла и двух легковых машин. К счастью всё обошлось, кто-то из водителей успел среагировать и вовремя затормозить, чем спас жизни остальным.       О внезапном происшествии на дороге все быстро забыли, а вот Ибо в ту самую секунду, когда услышал звук тормозов и сигнал автомобиля, застыл как вкопанный.       Внезапно в ушах начало противно пищать, а звук тормозов вперемешку с автомобильным сигналом и людским гулом становился всё громче, даже когда на дороге уже всё затихло.       Перед глазами краткими вспышками появлялись странные картинки, где Ибо сидел за рулем собственного мотоцикла, а ему на встречу мчался легковой автомобиль. И чем ярче отображались эти картинки, тем громче становился шум в ушах.       Вдруг стало совсем трудно дышать. Грудную клетку будто сжали в тисках, а сердце словно сорвалось со своего законного места и устремилось куда-то в глубины горла.       Ибо крепко сжал зубы и закрыл уши ладонями, пытаясь угомонить нарастающий писк. Перед глазами всё плыло, Ибо пошатнулся, но на ногах все же устоял. К нему начали подходить люди, одни интересовались, всё ли в порядке, а другие, узнав в нем известного гонщика, доставали телефоны и начинали снимать.       Ибо больше ничего не соображал. С каждой секундой дышать становилось всё сложнее и он уже был готов встретиться лицом с асфальтом, как вдруг сильные руки схватили за напряжённые плечи и потащили куда-то в неизвестном направлении, прочь от обнаглевшей толпы.       Ибо усадили на заднее сиденье машины, а затем прижали к теплой, надёжной груди. Его ласково гладили ладонью по спине и шептали на ухо успокаивающим, тихим голосом.       - Бо-ди, дыши, дыши вместе со мной.       Когда лицо Ибо обхватили ладонями и слегка отстранили, он увидел перед собой перепуганного Сяо Чжаня. Тот смотрел прямо в глаза и что-то говорил своими красивыми губами.       - Бо-ди, смотри на меня. Давай, вдох-выдох, повторяй за мной. Ну же, малыш, давай!       Голос Сяо Чжаня успокаивал, а тепло его ладоней на щеках унимало дрожь и отгоняло пронзительный шум, который все ещё терзал уши. Ибо следил за вздымающейся грудью Сяо Чжаня и постепенно возвращал в норму собственное дыхание.       Когда в ушах перестало звенеть, а перед глазами плыть и мигать, Ибо, наконец, начал размеренно дышать.       Сяо Чжань облегченно выдохнул и снова прижал голову Ибо к своей груди, продолжая поглаживать его ладонью по спине.       - Все в порядке, Бо-ди, я здесь, с тобой. Всё закончилось. Я больше никогда тебя не оставлю, всегда буду рядом.       Сяо Чжань продолжал шептать успокаивающие слова, а Ибо внезапно стало настолько хорошо и спокойно, что он сам удивился столь резким переменам в собственном состоянии.       Сейчас он слышал, как гулко билось сердце Сяо Чжаня в его вздымающейся груди и понимал, что в мире не было места спокойнее и надёжнее, чем его объятия.       - Сяо Чжань, у тебя в машине есть вода, а то во рту хуже засухи, - спустя некоторое время просипел Ибо. Он даже не пытался разобраться, как долго безвольной куклой прижимался к Сяо Чжаню, поскольку понимал, что делал это слишком долго.       - Конечно, погоди секунду, - тот подался вперёд и достал из бардачка бутылку с водой. Открутив крышку, он протянул ее Ибо.       - Спасибо, - поблагодарил тот.       Некоторое время Сяо Чжань молчал, ожидая пока Ибо напьётся, а когда тот вернул ему бутылку, осторожно спросил:       - Ибо, там, на дороге чуть не случилось ДТП с участием мотоциклиста. Тебя именно это так сильно потрясло?       - Не знаю. Все было хорошо, а потом я услышал, как затормозил мотоцикл, следом сигнал машины и плотину прорвало. В ушах начало звенеть, а перед глазами всплывать странные образы с моим участием.       - Ты что-то вспомнил?       - Нет, - мотнул головой Ибо. - Ничего важного. Скорее просто обрывочные образы.       - Нам нужно вернуться в больницу, - констатировал Сяо Чжань.       - Зачем? - вскинулся Ибо.       - Нужно показаться доктору Ли. Меня беспокоит твое состояние.       Ибо уже хотел возразить, но Сяо Чжань выглядел слишком взволнованным, поэтому, чтобы не создавать лишних проблем, он просто кивнул.       Ничего нового или обнадёживающего доктор Ли не поведал. Судя по результатам обследования, в состоянии Ибо ничего не изменилось. А то, что случилось на дороге, вполне могло быть последствием прошлой аварии Ибо. Скорее всего, звук тормозов и авто-сигнала стал триггером, пробудившим в нем вспышки воспоминаний аварии, в которой он пострадал. И таким образом у Ибо произошла паническая атака, с которой он справился благодаря вовремя подоспевшему Сяо Чжаню.       - Прости, Сяо Чжань, ты надеялся, что я что-то вспомнил. Я снова тебя разочаровал, - сказал Ибо, когда они сели в машину. После визита к доктору на душе стало совсем паскудно. Получается теперь Ибо был не только подбитым на голову, но ещё и психически неуравновешенным? И отныне его будет так кидать каждый раз, когда он услышит звук тормозов мотоцикла? Зашибись перспектива. Просто отлично! С каждым днём жить становилось всё интереснее…       - Бо-ди, ты совсем дурак? - внезапно суровый голос Сяо Чжаня вывел Ибо из невесёлых мыслей.       - Что? - удивился тот, потому что смотрел Сяо Чжань на него тоже сурово.       - Как ты можешь такое говорить? Да, я всегда надеялся и буду надеяться, что ты всё вспомнишь, но это, скорее, для твоего комфорта. Я полностью уверен в своих чувствах к тебе, и это никогда не изменится. Для меня важнее всего твоя безопасность. Я искренне благодарен тебе за то, что ты открыл глаза, за то, что вернулся ко мне и сейчас сидишь рядом, весь такой насупленный. Самое важное, что сейчас может быть, да и всегда будет, это то, что ты выжил. Так как в таком случае ты можешь меня разочаровать?       Ибо в очередной раз за последние сутки застыл в ступоре, часто моргая и пытаясь перезагрузить систему головного мозга, чтобы хоть что-то ответить. Но, видно, мозг нужно было не просто перезагружать, а перепрошивать, а лучше - вообще купить новый, поскольку рот Ибо так и не сумел выдать ни единого звука, кроме как шумного выдоха.       Но Сяо Чжань, похоже, вовсе не ждал ответа, поскольку резко выдохнул, а затем повернулся к рулю и завёл машину.       - Думаю, сегодня не стоит никуда ехать. Шумные места сейчас могут только навредить. Хочу отвезти тебя в одно место, тебе там должно понравиться, - сказал Сяо Чжань, выводя машину на дорогу.       Ибо бросил на него ещё несколько взглядов, а затем отвернулся к окну и погрузился в собственные мысли.

***

      Изначально Сяо Чжань хотел прогуляться по всем любимым магазинам Ибо, которые тот, конечно же, не помнил, но, уж точно, оценил бы по достоинству. И, несмотря на то, что Сяо Чжань не особенно любил, а в связи с последними событиями, и вовсе ненавидел мотоспорт, в тематический магазин они всё равно, тоже зашли бы.       Но то, что случилось с Ибо всего несколько часов назад, полностью отменяло все планы. У Сяо Чжаня до сих пор подрагивали пальцы, стоило только вспомнить дрожащего Ибо, который буквально задыхался и терял сознание, пока столпившиеся вокруг прохожие пытались разобрать, не тот ли это мотогонщик, который из-за аварии временно отошёл от гонок.       Сяо Чжань был напуган не меньше самого Ибо. Но больше всего его расстраивал, нет, не так, буквально уничтожал тот факт, что Ибо чувствовал себя виноватым перед ним - Сяо Чжанем. И сейчас, когда тот молча топал рядом, понуро опустив плечи, Сяо Чжань чётко видел эту вину в любимых ореховых глазах. От этого становилось невыносимо больно. Ведь Сяо Чжань никогда не давил на Ибо, важнее всего был его комфорт, он не должен винить себя за то, что ему не подвластно, он заслуживал самой лучшей жизни и Сяо Чжань подарит ему её, чего бы ему это не стоило.       - Высотка? - удивился Ибо. Когда Сяо Чжань припарковал машину возле высотного жилого здания, он не сразу понял, что они пойдут именно к нему. Но, судя по тому, что Сяо Чжань уверенным шагом направлялся к входу, Ибо всё же ошибался в своих размышлениях.       - Мы поднимемся на крышу, - кивнул Сяо Чжань.       - На крышу? - удивлённо и одновременно восхищённо воскликнул Ибо. Конечно же, Сяо Чжань знал, что Ибо обожает высоту, этому можно было уже даже не удивляться. - А нас пустят? Это же жилое здание, здесь наверняка есть консьерж и охрана. Сяо Чжань хитро улыбнулся.       - Пустят. Погоди немного и сам всё увидишь.       Ибо ничего не оставалось, как молча последовать за ним. В шикарном фойе их действительно встретил одетый с иголочки консьерж, но, вместо настороженности на строгом лице, внезапно вспыхнула дружелюбная улыбка.       - Господин Ван, господин Сяо! Рад вас видеть! Давно вы к нам не заглядывали, - консьерж вскочил со своего места и подбежал к ним, пожимая каждому руку.       Ибо пребывал в полнейшей растерянности, но протянутую руку пожал.       - Были немного заняты, - улыбнулся в ответ Сяо Чжань.       - Вы к господину Мин? Его сейчас нет дома, но вы можете его подождать, - начал тараторить мужчина.       - Нет-нет, мы здесь по личным делам. Не к господину Мин, - объяснил Сяо Чжань, выразительно глядя на консьержа.       - О! - вскинулся тот. - Я вас понял.       Быстро метнувшись к стойке, консьерж протянул Сяо Чжаню ключи.       - Хорошо провести время!       - Спасибо, - поблагодарил Сяо Чжань, направляясь к лифту.       - Что это только что было? - когда створки захлопнулись, не выдержал Ибо.       - Однажды ты сам меня сюда привел, - просто ответил Сяо Чжань.       - Я? - ещё больше удивился Ибо. Тот кивнул.       - Был у меня один неудачный проект, а точнее модель. Там долгая история, но итог был таковым, что работал я много, работал хорошо и совестно, а мне не заплатили, да ещё и в суд хотели подать за то, что я требовал законный гонорар. Тогда мне хорошенько потрепали нервы, поэтому ты привел меня сюда, чтобы я смог расслабиться и отпустить ситуацию.       - А как я сам смог сюда попасть?       - Господин Мин, которого ранее упоминал консьерж, один из жителей элиты этого дома и по совместительству - твой большой фанат. Ты его раньше часто на гонки приглашал, а я был фотографом на свадьбе его дочери, разумеется, с твоей подачи. Так что для нас эта крыша всегда открыта.       - Оказывается у меня столько связей, - немного сконфуженно пробормотал Ибо, - а я вот так просто взял и всё забыл.       - Не волнуйся, - подмигнул Сяо Чжань, - о самых важных я всегда тебе напомню.       Когда они вышли на крышу, в лицо сразу же пахнул свежий воздух, который на такой высоте казался чуть ли не горным. Ветер хлестал по щекам, озорничал, ероша их макушки, но дышать стало действительно легче. По крайней мере, Ибо. Он подошёл к бортику и, зажмурив глаза, развел руки в стороны.       - Как же хорошо! Да, я вполне мог приходить сюда, чтобы проветрить мозги. Сяо Чжань, ты часто приходил сюда со мной?       - Не особо, только тогда, когда мне нужно было привести мысли в порядок.       Голос Сяо Чжаня прозвучал далековато, поэтому Ибо обернулся. Тот стоял на прежнем месте, всего в нескольких шагах от входа и, судя по всему, даже не собирался двигаться.       - Сяо Чжань, ты что, боишься высоты? - прищурился Ибо.       - Ничего я не боюсь, - обхватив себя руками, ответил тот. - Просто мне некомфортно на высоте.       Ибо медленно, словно тигр, подошёл к нему и взял его за руку. Если бы сердце Сяо Чжаня не норовило пробить грудную клетку из-за высоты, на которую он сам себя и привел, то обязательно бы выскочило из груди из-за прикосновения Ибо.       Тем временем тот вывел Сяо Чжаня в центр крыши, продолжая сжимать его кисть.       - Когда я впервые тебя сюда привел, ты мне так же ответил? - спросил Ибо. Сяо Чжань тут же вскинул голову, в упор уставившись на него.       - В тот день ты действительно хотел меня расслабить, но в итоге узнал, что я до чёртиков боюсь высоты, - ответил наконец Сяо Чжань, чувствуя, как щеки заливаются румянцем.       - Бояться высоты не так постыдно, как быть мотогонщиком и, при этом, до усрачки бояться темноты и призраков, которых, возможно, даже не существует, - фыркнул Ибо.       - Ты очень милый, когда тебе страшно, - хихикнул Сяо Чжань.       - А вот это тем более не делает мне чести, - закатил глаза Ибо, а Сяо Чжань снова захихикал.       - Но, раз ты так сильно боишься высоты, зачем тогда мы пришли сюда? - спросил Ибо, когда Сяо Чжань перестал смеяться.       - Потому что у тебя всегда получалось здесь расслабиться после стресса. Даже сейчас, когда ты подошёл к бортику, ты же почувствовал, как на душе вмиг стало спокойнее, верно?       Ибо смотрел на Сяо Чжаня во все глаза. Снова этот человек делал что-то для него вопреки собственным страхам. Но на этот раз Ибо не собирался только принимать. Сейчас всё будет по-другому, этот момент они разделят на двоих.       Ибо отпустил руку Сяо Чжаня и, обойдя, встал за его спиной.       - Что... Что ты делаешь? - немного потерянно спросил тот.       - Сяо Чжань, сейчас молчи и слушай меня, - сказал Ибо и положил ладони на его плечи, немного спустив их ближе к предплечьям. Затем он подался вперёд, его губы оказались так близко, что Сяо Чжань ощущал на затылке родное дыхание.       Ибо видел мурашки на нежной коже Сяо Чжаня, слышал, как участилось его дыхание, но не собирался отступать от задуманного. Он отлично помнил, как всего несколько часов назад ему было спокойно в надёжных объятиях Сяо Чжаня, теперь Ибо сделает все возможное, чтобы тому было спокойно рядом с ним.       Пальцы чуть крепче сжали предплечья, внушая ощущение надёжности. Над ухом раздался низкий голос с любимыми нотками хрипотцы и Сяо Чжань задрожал, на этот раз вовсе не от страха.       - Закрой глаза, Сяо Чжань, и слушай мой голос, растворись в нём и больше ни о чём не беспокойся.       Сяо Чжаню не нужно было повторять дважды, ведь уже три года, как он полностью растворялся в самом Ибо, не то что в его голосе. Он послушно прикрыл глаза.       - Хорошо. Теперь забудь о том, где ты находишься. Дыши медленно, прислушиваясь к собственному дыханию.       Сяо Чжань сделал несколько глубоких вдохов и выдохов, Ибо удовлетворено кивнул, а затем продолжил:       - А сейчас сосредоточься на том, что слышишь: на нашем дыхании, на слабых отголосках города, на успокаивающем ветре, который заботливо баюкает, унося прочь все страхи и тревоги. Прислушайся к этому покою и смело отдайся моменту.       Ибо чувствовал, как расслабляются мышцы Сяо Чжаня под его ладонями. Он стоял совсем близко, его губы могли задеть мочку чужого уха, стоило совсем чуть-чуть податься вперёд. Несмотря на сквозящий ветер Ибо было очень тепло, и это самое тепло исходило от Сяо Чжаня, который стоял так близко, крепко зажмурив глаза, уже абсолютно точно позабыв о том, что находится на большой высоте.       Ибо казалось, что никогда, по крайней мере в той жизни, которую помнил, он не встречал человека теплее, чем Сяо Чжань, и речь шла вовсе не о температуре его тела.       В следующий момент всё произошло настолько внезапно, что Ибо сам, даже под пытками, не смог бы объяснить, что именно им руководило. Определенно не разум, ведь именно в тот момент он абсолютно точно был отключен. Вероятно, у сердца действительно была память, или что-то похожее на то, поскольку где-то на уровне ощущений или же инстинктов Ибо обвил руками талию Сяо Чжаня и крепко прижался грудью к его спине, утыкаясь при этом носом в длинную шею.       Сяо Чжань вздрогнул и замер, а Ибо внезапно стало так хорошо и как-то знакомо. Все ощущения казались правильными, поэтому разум по-прежнему молчал, полностью отдав ситуацию под контроль сердцу.       Сяо Чжань все так же стоял, боясь пошевелиться. Он все ещё не открыл глаза и даже не поднял ладони, чтобы обхватить кисти Ибо. Он просто молча стоял и наслаждался теплом, которого не ощущал уже больше месяца.       По его щекам катились слёзы, оставляя влажные дорожки, которые услужливый ветер моментально иссушивал. Пусть Ибо забыл, но Сяо Чжань прекрасно помнил их первый поход на эту крышу. Тогда он действительно сильно боялся, а Ибо точно так же стоял рядом, говорил те же слова, и с того дня всегда, когда Сяо Чжаню было не по себе, обнимал со спины, словно закрывая собой от опасностей всего мира.