Ночные клубы

Пустота. Сплошная пустота и холод. Гусен оказался в странном месте и единственное что ему оставалось — идти. С каждым новым шагом вокруг него появлялись чёрные здания, в которых не было света, а с неба начал идти снег. Осматриваясь по сторонам, Гусен начал замечать чёрные фигуры вокруг себя, которые то и дело, что исчезли и возвращались на место. Каждый раз их становилось всё больше и больше, пока вокруг него не образовалась толпа. Вдруг он заметил в далеке Копатыча и побежал к нему. — Рыжик, слава Богам! Ты не знаешь, что происходит? — брюнет обнял его, но тут же его резким движением руки отстранили от себя, — Копатыч?.. — он глянул на него и заметил пустые, как камень, глаза. В них читалось только лишь разочарование. — Как ты мог так поступить… — поинтересовался рыжий, а на его глазах навернулись слезы, — почему ты думаешь, что тебе всё простится? — Я. Я не понимаю, как поступил? — Гусен нервно улыбнулся и развёл руки в стороны, — или ты про всё, что произошло? Мы же поговорили по поводу этого, нет? — Ты ещё и не помнишь, за шо виноват, — губы танцора застряслись, а сам он отвернулся от сероглазого. — Д-Давай поговорим! — Гусен взял его за руку, — пожалуйста! Р-Разьясним ситуацию. — С тобой не о чем говорить… — Копатыч одернул свою руку и ушёл во тьму, заставив брюнета беспокоится о происходящем. Всё его тело дрожали, думая о каждой минуте этого разговора. Он явно провинился перед Копатычем и знал, что ему нужно извиниться, так что он решил пойти за ним. Толпа всё угасала, а темнота становилась сильнее, что даже шуршащий снег под ногами пропал из виду. Каждый новый шаг сопровождался холодом, который становился лишь холоднее. Резко на полу перед ним оказалась бумага, на которой было что-то подписана. Он поднял её и начал читать. На ней было написано от лица Копатыча. Он извинился и сказал, что не смог выдержать, что сделал Гусен, и решил убить себя. Брюнет лишь уронил записку и смотрел в никуда. — Нет… Э-Этого не может быть! — он схватился за свою голову, начиная трястись, — э-это я виноват! — по его щекам начали течь слезы, которые падали на холодный тёмный пол. Он закрыл глаза и… Резко проснулся в холодном поту у себя в спальне. Рядом с ним спал рыжеволосый. Он не мог поверить, что это был сон и лишь стал тяжело дышать, начиная вновь плакать, что заставило рыжего проснутся. — Пряник, что случилось? — произнёс Пчёлов, потирая глаз. Гусен лишь глянул на него и резко обнял, прижимаясь к нему сильнее. — П-Прости меня пожалуйста! — он уткнулся ему в плечо, — я п-правда не хотел! — Гусен, — Копатыч сразу понял в чем дело и обнял Гусена в ответ, чувствуя мокроту на своём плече от слез брюнета, — это всего лишь кошмар. Не знаю, шо тебе приснилось, но я здесь перед тобой. Я всегда буду рядом, обещаю. — Мне приснилось, что ты убил себя по моей вине, — мужчина закрыл свои глаза, — я. Я не хочу, чтобы это было реальностью! Я боюсь тебя потерять, но боюсь привязаться к тебе, потому что ты убил себя по моей вине. — Гусен, ты хороший человек, — рыжеволосый стал поглаживать его спину, лишь тяжело вздыхая, — я тебя сильно люблю. Тебе надо начать не винить себя за поступки, которые ты не совершал. И я могу тебе помочь с этим справится. — Прости, что тебе придётся любить такого как я, — Гусен успокоился, — я… Не знаю. — Гусен, ты правда хороший человек и я буду любить тебя, таким какой ты и есть, — Копатыч отстранил от себя Гусена и поцеловал его в нос, — всё у нас будет хорошо. Мы вместе. — Спасибо, что ты уверен в этом, — Гусен лёг обратно, — спасибо большое, что ты рядом… Копатыч улыбнулся и погладил Гусена по голове, заставляя его улыбнуться. — Тебе стало лучше? — поинтересовался мужчина, который лёг к Гусену и обнял его. — Да, — брюнет повернулся к нему лицом, — спасибо ещё раз. — Спи сладко, — голубоглазый поцеловал его в лоб и тот лишь закрыл глаза, — ты правда хороший человек, я знаю это. Гусен ничего не ответил. Он лишь закрыл глаза и прижался к мужчине, надеясь, что ему больше такого не приснится.