Соглашение о неразглашении

      На грунтовой дороге автомобиль, который вёл Адам, буквально трещал, не разваливаясь от жёсткости камня лишь каким-то чудом. Тот адрес, который продиктовал им Н или, как назвал его Адам, «грубиян, говоривший через меня и провоцирующий Чую-сана», просто нельзя было пробить по обычному навигатору или вроде того. Всё, на что они натыкались — это надпись «место не найдено» в одной и той же формулировке, так что пришлось опираться на описание местности; в такие моменты было очень полезно иметь под боком личного робота детектива, который мог отлично ориентироваться где угодно.       Мелькающие за окном деревья всё продолжали сменять друг друга, и многие широколиственные начали постепенно сменяться хвойными. Всё это навевало внутри очень неприятные ассоциации, словно они ехали в мёртвый лес, где их подстерегает опасность.       Адам остановился. Через лобовое стекло было отчётливо видно дорогу, заваленную камнями, с редкими деревьями по бокам, которые только сужали её — чуть дальше она и вовсе превращалась в маленькую тропку, где машина совершенно точно не могла проехать.       — Дальнейший путь пройдёт пешком, — как всегда сухо обозначил Адам, тем самым привлекая внимание сопящего Ширасе, который, кажется, был не особо рад остановке.       Он широко зевнул, кинув беглый взгляд сначала на Чую, затем на Адама, а затем на окно, где виднелись сплошные деревья и не было ни одной живой души. Казалось, даже время покинуло это место, ведь с того момента, как они заехали сюда, мало что успело измениться. Солнце так и оставалось неподвижным, хотя его сложно было разглядеть сквозь занавес из хвои — казалось, для соответствующего антуража тут не хватало лишь тумана.       — Что происходит? — наконец, подал свой сиплый голос Ширасе, вытягиваясь на сиденье и хрустя каждой косточкой.       Чуя предпочёл сохранить молчание, вглядываясь куда-то вперёд. Сейчас его беспокоил совершенно не Ширасе, а тот, ради кого они находились здесь — Н, человек, кто либо создал его, либо же использовал его тело как сосуд… Этот вопрос все не давал покоя, и сейчас Накахара наконец-то мог получить на него ответ.       Кончики пальцев немного покалывало от напряжения. Что бы он ни узнал, ответ вряд ли порадует его, но внутренне всё ещё сохранялась надежда услышать что-то хорошее. Хм, и что же именно? Чуя и сам сейчас этого не понимал, лишь отдаваясь течению всех событий, которые наверняка изменят многое.       — Э! Да вы что, серьёзно?! — от всех этих раздумий Накахару оторвал недовольный тон Ширасе, который опасливо косился в окно. — Я не собираюсь идти никуда пешком! Вам надо — вы меня и тащите!       — Тогда ты можешь отправляться обратно, — сухо отрезал Чуя, попутно открывая дверь. — Никто не просил тебя ехать сюда с нами, и если тебя напрягает обычная дорога, то в лаборатории Н я не смогу явиться тебе на помощь по первому зову, когда ты испугаешься каких-нибудь склянок.       Ширасе перевёл растерянный взгляд на Адама, который, кажется, тоже не понимал такой смены эмоций. Чуя всегда был груб — без этого он бы не был Чуей, но не стоит забывать и того, что в этом плане он был очень избирателен, выплёскивая весь холод на того, кто его совершенно не заботил. Раньше это была мафия, сейчас же… Без понятия кто, но у такой масштабной организации наверняка больше врагов, чем у Овец, так что отрываться можно было бы и на них!       — Вообще-то это твоя обязанность — защищать меня! — громко выдал Ширасе, и лицо Адама помрачнело настолько, насколько это было возможно для робота. Очевидно, он ожидал более благоразумного ответа, но это просто Ширасе — было бы куда страннее, ответь он как-то иначе. — Эй, Чуя! — юноша поспешно вылетел из автомобиля следом за Накахарой, пока тот, будто игнорируя его, шёл вперёд, не обращая ни на кого вокруг внимания. — Да подожди же ты! — нагнав Чую, Ширасе успел лишь перехватить его руку, заставляя ненадолго притормозить.       Накахара развернулся слишком резко, чуть ли не задевая Буичиро плечом, тем самым почти сбивая назад. Взгляд его не выражал ничего хорошего, что немного пугало подростка — Чуя явно был настроен решительно, вот только на что именно он был так настроен? Словно что-то внутри него яро кричало о какой-то опасности, либо же это были просто собственные предубеждения.       — Чуя, не веди себя как дурак, — спешно, едва не тараторя, проговорил Ширасе, устало прикрывая глаза. Сейчас его уж точно не беспокоила ситуация с Верленом или Н, его беспокоил сам Накахара и то, на какие глупости он был способен в таком состоянии. Раньше это никогда не заканчивалось чем-то хорошим! — Если этот Н уже сбивает тебя с толку, хотя вы ещё даже не виделись, то что будет происходить с глазу на глаз? Состроить непринуждённый голос и выглядеть непринуждённо — совершенно разные вещи! А если он заподозрит тебя в чём-то и попытается залезть в мозги, как к тому роботу?       Адам попытался фыркнуть, и выглядело это не особо правдоподобно. Но все же, если смотреть на слова Ширасе сугубо объективно, то он был абсолютно прав — они совершенно не были подготовлены к этой встрече, и стоит допустить такую мысль, что там их ждёт какая-то засада.       — А ты что скажешь, жестянка? — хмуро поинтересовался Накахара, отдёргивая руку от Ширасе. Ему определённо не хотелось признавать собственную слабость и страхи перед Н, из-за которых он вёл себя подобным образом, но и отрицать их было бы очень глупо.       — Я согласен с тем, что Чуя-сан должен подходить к этому делу с холодной головой. Вполне вероятно, что ваши эмоции могут сыграть против вас, поэтому я настоятельно рекомендую вам думать об Н не как об объекте ненависти, а как о человеке, который способен открыть нам истину.       — Я так и сказал! — воскликнул Ширасе, увидев задумчивое выражение лица у Накахары. И когда к нему наконец-то начнут прислушиваться, интересно?       В этот раз Чуя лишь молча зашагал вперёд. Оба ответа его не устроили, но спорить было просто бессмысленно: в такие моменты очень не хватало идиота-Дазая, который мог выразить альтернативную точку зрения, не совпадающую ни с чьей — ну или же начать переворачивать ситуацию вверх-дном, лишь бы только не соглашаться с ненавистным для него Ширасе.       Продолжая путь в тишине и под редкие недовольства Ширасе, который продолжал настаивать на возвращении обратно, они дошли до обозначенной точки, представшей в виде старого сарая. Это место казалось ещё страннее, как и слова Н «Там вы сразу поймёте, как идти». Что ж, учитывая огромный лес, темнеющее вечернее небо и один-единственный сарай — нет, они не поймут, как идти.       — Ну что я говорил! — тут же начал Ширасе, с опаской разглядывая старые доски, потемневшие и исхудавшие со временем от влаги. — Чуя, это точно добром не кончится! Ну же, хватит быть бараном, не проломишь ты эту стенку! Да и разве у мафии недостаточно информаторов, чтобы решить эту проблему за нас?       — Я точно тебя когда-нибудь прикончу, — сквозь зубы процедил Чуя, чтобы этого не услышал Ширасе.       Адам с лёгким интересом понаблюдал за этой картиной — всё же тот факт, что Накахара, тот, кто сильнее и явно опаснее Ширасе, проговаривал свои угрозы так, чтобы его не услышали, был забавным.       — Чего ты там бубнишь себе под нос? — всё так же громко поинтересовался Ширасе, поглядывая назад. — Нам стоит вернуться, пока совсем не стемнело. Да и зачем мы пришли сюда именно сегодня? Неужели нельзя было до завтра подождать?       Но Чуя уже не слушал. Ему было предпочтительнее переключаться в такие моменты на собственные мысли, да и Адаму, честно говоря, тоже. Ширасе был слишком громким, так что было куда приятнее очищать память от ненужных вещей, что так не любил делать робот, чем вникать во все подробности этих бессмысленных разговоров.       — Останься здесь, — коротко бросил Накахара, уже заглядывая внутрь сарая. Он был готов прислушаться к чужим словам, сохраняя полное спокойствие и хладнокровие, либо же просто делал вид, что сохраняет его. Стоит признать, что даже особо чувствительные сенсоры Адама не подметили для себя никакого беспокойства — только решимость, которая была заметна даже для Ширасе.       — Ну уж нет! Вдруг со мной здесь что-нибудь случится?! — юноша тут же подорвался с места, нагоняя Накахару у самой двери, смело занырнув внутрь этого старого сарая. Он совершенно не беспокоился из-за страха, очевидно осознавая, что Чуя может его защитить, но… Лично у Адама такой уверенности сейчас не было.       Н точно не какой-то идиот, создавший такого мощного одарённого по чистой случайности — будет очень глупо считать, что у него не найдётся какой-нибудь подстраховки на случай, если этот самый одарённый выйдет из-под контроля. Что-то вроде подушки безопасности. Ему точно известны все слабые места Накахары.       «Неужели мне придётся взять защиту этих двоих детей на себя?» — промелькнуло в сознании Адама, на что он покачал головой. — «Для робота-детектива моего уровня это довольно простая задача, но если придётся снова заменять большую часть деталей, я определённо возьму плату с Чуи-сана за свои услуги».       Внутри царила полная тьма, лишь сквозь редкие щели меж досок внутрь проникал свет, если не считать длинный луч, растекающийся по полу из-за приоткрытой двери. Весь сарай был завален каким-то хламом — старые пустующие горшки для цветов, мешки с землёй, садовые принадлежности, были даже верёвки, не пойми зачем висящие на стенах.       Чуя в полном молчании прошёлся взглядом по всему окружению, игнорируя пыхтящего Ширасе, который склонился над одной из лопат, задумчиво выдав:       — Очевидно же, что этим нам будут рыть ямы, Чуя! Либо же приставят пистолет к виску и заставят копать самим! Мафиози же такое практикуют, не так ли? Чтобы не замарать руки.       — Я смотрел этот фильм с тобой, Ширасе, и из своего опыта в мафии скажу, что для такого существуют шестёрки, — сухо хмыкнул Накахара, попутно оценивая некоторые подозрительные доски. Не могли ведь они просто ошибиться сараем! Очевидно, что здесь должен был быть какой-то проход — оставалось лишь понять, где он.       — Да ну? Неужто сам в шестёрках пахал? — Ширасе позволил себе довольную ухмылку, так и не повернувшись к Чуе.       — Насколько я знаю, Чуя-сан числится среди сотрудников Дома, — поспешил поправить Адам, привлекая к себе внимание сразу двух пар глаз: первая была готова чуть ли не испепелить его, вторая же была воодушевлённой.       — Чуя! — воскликнул Ширасе. — Так ты подрабатываешь чьей-то личной горничной? — голос юноши отчётливо выражал всю его радость и бушующее внутри злорадство, которое он вовсе не собирался сдерживать. — Я, конечно, знал, что в мафии дела идут не очень, но настолько…!       Лицо Накахары тут же вспыхнуло, и он бросил свой недовольный взгляд на Адама, низко прорычав:       — Это устаревшая информация, глупая жестянка, да и в Доме я числился лишь для галочки, чтобы не было проблем с жильём! — подобный тон всегда означал только одно — человек врёт, но в случае с Чуей это можно было понимать как угрозу и предупреждение заткнуться. Что ж, рисковать Адам не любил, так что намёк прекрасно понял, решив не тыкать этот улей палкой и поскорее исправиться:       — Вероятно, это так, — пожав плечами, Адам едва было хотел перевести тему на их тупик, изнутри вновь послышался этот неприятный для него голос, а собственные динамики вновь отключились:       — Ох, как я рад, что вы всё-таки пришли сюда! У меня были мысли, что я мог заставить вас плутать где-то вокруг, но вы даже додумались зайти внутрь!       — Не относись к нам, как к идиотам, — сухо процедил Накахара, стараясь выглядеть непринуждённо — в качестве тренировки получалось ужасно, так что при виде Н вряд ли у него получится не состроить угрожающе-смертельное лицо, перед тем как разорвать все его внутренние органы.       — Да! И можно было дать инструкции поточнее, — возмущённо фыркнул Ширасе, но словно для подстраховки отступил назад. — Думаешь, нам приятно возиться в этом душном сарае и искать дальнейшие пути? Ты ведь сказал, что будет всё ясно!       Со стороны Адама послышался вздох. Точнее, это был вздох Н. Он был одновременно и удивлённым, и уставшим, словно учёный собирался как-то возразить, но не захотел тратить своё время на глупые объяснения, которые ничего не принесут.       — Мне и вправду не стоило заставлять вас ждать, — уже более бодро сказал Н. За его словами последовала недолгая тишина, прежде чем некоторые доски на полу затрещали, словно из-под них что-то хотело вот-вот вырваться, а затем они ровной полосой друг за другом начали медленно опускаться вниз.       Ширасе во все глаза наблюдал за происходящим, выдав только удивлённое «О-о», пока Накахара и Адам оставались более беспристрастными. Стоит признать, что до робота доносилось ускоренное сердцебиение Чуи, которое нельзя было списать на страх. Будь это он, тело непроизвольно проявляло ещё несколько факторов, но здесь скорее было… предвкушение?       — Что ж, А-258, добро пожаловать в родные стены.

* * *

      Вся дорога вниз прошла в тишине — даже Ширасе в этот раз не проронил ни звука, лишь разглядывая стены вокруг, которые на удивление отличались своей чистотой. Адам же вновь занимался очисткой внутренних каналов связи — даже у роботов есть предел терпения, и то, как Н нагло пользовался им в качестве объекта связи, не имея на то никаких прав, уже не лезло ни в какие ворота.       Единственным, чьи мысли оставались пусты до последнего, был Чуя. Он шёл вперёд, иногда прикрывая глаза, словно знал эту дорогу наизусть. Раньше он был готов поклясться в том, что при виде Н он выйдет из себя, разрушит здесь абсолютно всё, но теперь… Чуя будто ослаб.       Попытавшись ещё у самого входа как-нибудь повзаимодействовать способностью с металлом, Накахара тут же потерпел крах — если приложить усилия, то рано или поздно любое вещество под действием гравитации деформируется, но сам факт, что обычный вход был настолько обезопасен, уже являлся неким предупреждением основательной подготовки Н к этой встрече.       — Чуя! — Накахара даже не заметил присутствия чужой руки на своём плече, резко дёрнувшись в сторону. Его подзывал Ширасе и, кажется, уже не в первый раз, вместе с этим обеспокоенно рассматривая побледневшее лицо мафиози. — Чуя, неужели ты настолько его боишься? — этот вопрос даже не звучал как издёвка, но прежде чем Накахара начал как-то оправдываться, Буичиро только пожал плечами, продолжая идти вперёд. Ситуация была напрягающей лишь в самом начале, а теперь казалась походом в магазин, из которого они скоро выйдут. Как наивно. — Обстановка тут ничего, но будет лучше, если сама лаборатория окажется хоть чуточку гостеприимнее.       — Под «ничего», вы имеете голые стены? — вдруг поинтересовался Адам, анализируя фразу в целом.       — Именно так я и сказал, глупый робот. Особенности человеческой речи, слышал о таком? — словно почувствовав собственное превосходство в этой ситуации, Ширасе ухмыльнулся, но так и не повернул головы в сторону Адама, продолжая лидирующе шагать вперёд, в этот раз рассматривая лампы на потолке. Ни одна из них даже не мигала, поразительно! — К тому же, разве твой создатель не должен был вложить в тебя все необходимые знания, чтобы ты не задавал такие глупые вопросы?       Адам на секунду задумался, будучи немного в растерянности от такого вопроса. Довольно забавно слышать что-то подобное от человека вроде Ширасе и даже интересно.       — А Ваш создатель разве сразу же вложил в Вас все необходимые знания? — Ширасе только удивлённо кашлянул, ненадолго тормозя, прежде чем Адам себя поправил. — Этот вопрос звучал немного грубо, прошу прощения. — Жестянка, нашёл кого сравнивать — людей и роботов! — больше Ширасе просто нечего было ответить. Невольно он и вправду задумался о том, что сам задал глупый вопрос, но вслух поправлять себя не стал.       — То есть, ты хочешь сказать, — осторожно начал Накахара, невзначай подключаясь к диалогу. — Что тот доктор… Фолтон… или как там её зовут, создала тебя и просто оставила ни с чем?       — Не совсем так, — поправил Адам. — Доктор Уоллстонкрафт хотела, чтобы я умел не только следовать созданному ей или кем-то другим программному коду, но и обучался, перенимая полезные вещи от обычных людей. Конечно, некоторые вещи были обозначены сразу же, и подобное нарушать я не в силах: к примеру, убивать людей строго запрещается, как и нарушать закон в целом — с подобным можно привести аллегорию в ситуации, как родители объясняют своим детям, что хорошо, а что плохо. Однако доктор пошла гораздо дальше, избавив меня от различных «обязательств»: в моём программном коде не указаны те вещи, которые люди считают «хорошими», есть только то, что плохо, и я не должен ни в коем случае это совершать.       — Другими словами, она дала тебе какой-то выбор, — коротко подытожил Чуя. — В этом есть смысл. Понятие чего-то «хорошего» у людей искажено намного сильнее, чем понятие плохого. Что одному в пользу, то другому во вред, и чтобы не создавать в машине искусственный диссонанс этих двух понятий, куда проще начертить границы и направить на самообучение, чтобы в этом процессе ты сам понимал, что от тебя требуется. Это намного проще, чем создавать код с целой кучей исключений.       Кажется, во всём этом разговоре один лишь Ширасе ничего не понимал. Он только глупо хлопал глазами, глядя на этих двоих как на иностранцев, которые вроде как хотели что-то спросить, но теперь общались исключительно на своём языке, не обращая внимания на третьего лишнего.       — И всё же, — вновь подал голос Накахара. — Даже несмотря на наличие у тебя какой-то «сознательности», ты всё ещё не являешься человеком. В твоём программном коде ведь есть чёткая цель, и какой бы она ни была, ты никогда от неё не откажешься. Сейчас это — поимка Верлена. Эта задача не нарушает твоих внутренних устоев, именно поэтому ты спокойно её выполняешь, но что будет, если тебе дадут ту цель, которая будет противоречить всему, что ты усвоил за время своего самообучения? Произойдёт какой-то сбой?       — Вполне возможно, — кивнул Адам, согласившись с этим так легко и непринуждённо, что это даже напрягало. — Любой искусственный интеллект одновременно и превосходит своих создателей, и сильно им уступает своими слабостями. Я не буду удивлён, что в случае сбоя в моей системе доктор использует эту слабость, чтобы устранить все неполадки, и я прекрасно понимаю, что рано или поздно такое может произойти. Никто не застрахован от самых неожиданных ситуаций, даже такая совершенная машина вроде меня. Однако, сейчас я полностью в своём уме, если можно так выразиться, а потому надеюсь успеть осуществить свою мечту, используя собственное превосходство над людьми во их благо.       — Звучит так, словно ты хочешь организовать восстание машин, — сухо хмыкнул Ширасе, хотя внутренне уже напрягаясь. — Что именно у тебя за мечта?       — Я хочу создать собственное агентство из роботов, которые будут защищать людей! — в этот раз Адам звучал так воодушевлённо, что мог действительно произвести о себе впечатление как о человеке, вынашивающем такую идею большую часть жизни. Хотя… сколько вообще лет этому роботу? Ментально он мог походить на тридцатилетнего взрослого, но создать ведь его могли и неделю назад! Он точно был «младше» двух подростков. — Людям больше не придётся беспокоиться о своей сохранности, так как аналитическое мышление машин куда совершеннее, чем у людей — мы сможем действовать на несколько шагов вперёд, предотвращая все опасности, пока те находятся ещё на своей теоретической стадии.       — Это ужасно! — в унисон оборвали его Ширасе с Накахарой, даже не переглядываясь. Адам вопросительно выгнул бровь, не совсем понимая причину таких выводов, но ответ так и не получил, ведь они как раз добрались до лифта.

* * *

      Коридор на нижнем этаже был тускло освещённым, но это не столь бросалось в глаза, как стоящие перед ними вооружённые охранники. Один из них держал пистолет в вытянутой руке, направленной прямо внутрь лифта, тем самым не пропуская никого через себя.       — У нас назначено, с дороги, — Накахара невозмутимо приблизился к охраннику, словно никакого пистолета в руке и вовсе не было. Тот вопросительно покосился назад, пока не получил кивок от одного из напарников, и убрал руку.       — Сразу бы так! — вставил Ширасе, но его слова были проигнорированы.       — Перед тем, как вы войдёте, нам нужно проверить ваши вещи, — послышался незнакомый голос где-то в стороне. Адам вышел из лифта, лишь тогда подметив сбоку от себя небольшой стол, на котором лежало несколько медицинских приборов для взятия крови и введения препаратов внутрь. Быстрый анализ показал, что это было обыкновенное успокоительное, так что беспокоиться было не о чем. — Это всё ещё крупное, строго конфиденциальное учреждение, так что не удивляйтесь таким мерам.       — Именно поэтому его нужно было прятать в сарае? — огрызнулся Ширасе, стоило одному из охранников прикоснуться к его куртке. Адам поспешил закрыть ему рот, ловя на себе вопросительные взгляды, но в ответ ничего комментировать не стал, лишь тихо добавив, чтобы его услышал только Ширасе:       — Здесь наверняка уже известна информация о вас, так что стоит быть тише, — правда, будет печально, если Адама не захотят допускать к этому секретному объекту, если им известна и его личность тоже.       Накахара не стал никак возражать против этого осмотра, даже наоборот, лично выворачивая все карманы, лишь бы только к нему не прикасались. Ширасе же… Не был столь спокоен, из-за чего Адаму вечно приходилось закрывать его рот, едва только юноша собирался его открыть. Из-за подобного пришлось подождать, прежде чем охранники могли осмотреть его самого, но в скором времени это закончилось.       — Эй, вы нормально себя чувствуете? — одни из охранников обеспокоенно смотрел на робота. Адам не сразу понял этот вопрос, прежде чем до него дошло — очевидно, он не был таким же тёплым, как люди, и когда охранники осматривали его, то не могли не заметить это.       — Так и должно быть, — коротко бросил Адам, вновь отворачиваясь. Слишком много говорить ему не стоило, чтобы не вызывать подозрений, так что лучше было вести себя так, словно тебе неприятна излишняя навязчивость.       Охранники повели их вперёд, для безопасности всё же захватив пистолеты, не спуская прицела со своих «гостей». Лаборатория была довольно оживлённой, именно поэтому они не могли позволить себе никакого другого оружия, чтобы не спугнуть работающих или обитающих здесь учёных (вряд ли они проделывают такой длинный путь от дома до работы каждый день, когда намного проще и безопаснее жить здесь).       Пока они шли, Адам успел провести небольшой анализ, и судя по всему, это место было исследовательским подразделением военных со времён Великой войны и специализировалось на исследовании различных способностей. Те разговоры, что удавалось ему уловить во время их передвижений, лишь подтверждали эту теорию. Многие из них обсуждали какие-то проекты и их состояние… Не хотелось допускать мысли о том, что это могли быть живые одарённые. Радовало только то, что человеческий слух не мог уловить того же, что слышал Адам, так что можно было не беспокоиться за Накахару.       — Чуя-сан, — словно невзначай позвал его робот, немного ускорив шаг, чтобы нагнать мафиози. — Не хотели бы вы послушать одну мою теорию?       — Валяй, — сухо ответил Накахара, будучи не особо заинтересованным, но из-за отсутствия альтернативы готовым согласиться буквально на всё.       — Мне кажется, меня не должны были допускать в подобное место. Учитывая, что Н смог спокойно связаться через меня с вами, он прекрасно осведомлён о моей личности как о роботе-детективе, и допускать агента Европола в такую особо секретную лабораторию просто глупо.       — Как это касается меня? — грубо прервал Чуя, глянув на Адама с лёгким прищуром через плечо.       — Моя теория заключается в том, что я нужен здесь по мнению Н. Если вспомнить мою первоначальную задачу — поимку Верлена — то я смею предположить, что Н обеспокоен его возможным появлением в этом месте. Именно поэтому я был допущен сюда в роли «охраны», которая способна предотвратить нападение Короля убийц на некоторых учёных. Держа в голове эти два факта, можно сделать нехитрый вывод, что Н боится Верлена, но вопрос: почему?       Накахара ничего не ответил. Ему действительно пришлось хорошенько задуматься над этим вопросом, но в голову не приходило ни одной здравой мысли. Честно говоря, в его положении в принципе было очень сложно связывать все эти факты воедино, но Адам не был человеком, а потому спокойно подходил к таким вопросам более рационально.       — Мы здесь по другой причине, — шикнул куда-то себе в плечо Накахара, осторожно поглядывая на охранника. — Но раз уж ты заикнулся об этом, то уже наверняка знаешь ответ, не так ли?       — Верно, — кивнул Адам. — Моя теория заключается в том, что у Н есть доказательства того, что Чуя-сан — человек. — Накахара не сдержал удивлённого вздоха, повернувшись к роботу с ошарашенным выражением на лице, но в груди будто бы закончился воздух для того, чтобы выдать из себя хоть слово. Благо, за него это был готов сделать Адам. — Нам ведь неизвестно, кем именно является Чуя-сан. Человек вы или же строковое выражение — Верлен яро убеждён во втором, и это убеждение он пытается донести до вас. Возможно, причина, по которой Н его боится — это как раз те доказательства, подтверждающие вашу человеческую личность, ведь именно из-за них Верлен может сделать Н своей целью.       И вновь Чуя погрузился в тишину. Внутри смешались два совершенно противоположных чувства, которые он сейчас яро пытался задавить, чтобы хотя бы успокоиться, пока мысли очень неохотно выстраивались в кучку. Вся эта теория имела смысл, но лишь в том случае, если Поль действительно сюда заявится, а это было просто невозможно. Пройти столько охраны… Вряд ли ему это под силу, как и в принципе узнать об этом месте. Даже удивительно, что сейчас Накахара был бы не прочь увидеть тут появление своего «братца», но лишь в качестве подтверждения слов Адама.       Всё это молчание сопровождалось неловкими жестами со стороны Чуи. Он потёр свой лоб, почесал затылок, отвернулся к стене, сложил руки на груди, а затем и вовсе спрятал своё лицо за ладонями. Все эти колебания от мысли к мысли не отпускали его, и Адам уже подумывал вмешаться, как его остановил притихший смех.       Накахара смеялся. Это было похоже на смех от какой-то шутки, только Адам не совсем понимал, что именно показалось Чуе смешным за этот короткий промежуток времени.       — Неужели я всерьёз сейчас думаю о том, человек ли я? — почти шёпотом сказал Накахара, продолжая улыбаться и глядя куда-то перед собой.       Адам вдруг тоже улыбнулся. В его сознании только сейчас промелькнула мысль, что он впервые видел улыбку Чуи.       — Что у вас там? — подал голос Ширасе, видимо, устав оставаться в стороне. Он вопросительно выгнул брови при виде этих двух улыбок, пока Чуя не принял своё привычное выражение лица:       — Этот игрушечный ублюдок слишком много болтает, — всё так же небрежно отрезал Чуя, ускоряя шаг, лишь бы избавиться от этих надоедливых разговоров. Всё же Адам был слишком проницательной машиной, затронув сейчас именно ту тему, которая не давала покоя Накахаре уже на протяжении очень долгого времени.       Каждый его кошмар сводился лишь к одному — его разумом овладевал зверь, чьё имя вводило в ужас, и теперь он вот-вот встретится лицом к лицу с создателем этого монстра. От одной мысли об этом становилось не по себе.       Именно этого зверя тогда, в их первую встречу, выпустил Поль… Тогда он словно опустил Накахару заживо в самый ад. Всё тело разрывало от боли, хотелось кричать, сбежать, ударить, но он словно не мог пошевелиться, погрузившись с головой в эту тьму.       Но в тот раз ему крупно повезло. Единственное, что он помнил — как эта тьма быстро рассеивается, а сам он падает на ненавистную ему тушку Дазая.       В этот же раз Дазая рядом может не оказаться, и тогда из всего этого ада придётся выбираться самому.

* * *

      Военные завели их в один из кабинетов, который мог бы выглядеть объёмным, но из-за большого количества различного хлама в виде документов, записей, грязных тряпок, проводов и прочего он казался значительно меньше.       Адам сразу же бросил взгляд на фигуру, скрывшуюся в одном из шкафов. Снизу торчали лишь ноги с висящим халатом, так что сразу можно было сделать вывод, что это был один из учёных, но вот кто именно было пока неизвестно.       — Ох, прошу прощения! — раздался обеспокоенный голос со стороны того самого шкафа. Мужчина на секунду замешкался, словно хотел выглянуть, но внутри послышался звон чего-то стеклянного, из-за чего он вернулся к своему первоначальному занятию. — Мне стоило быть более подготовленным к вашему приходу.       Чуя не стал никак отвечать, продолжая смотреть ровно на то место, где стоял мужчина, спрятанный за дверцей этого шкафа. Все чувства внутри, непрерывно бушевавшие до этого, вмиг отступили, решив бросить Накахару в такой ответственный момент! В любом случае, может, это и к лучшему.       — Почему бы вам не имплантировать каталитические вещества в кровеносные сосуды, вместо того, чтобы постоянно повышать активность действия способности другими путями? — подал голос Адам, глядя в одну из бумаг на полу. Почерк был едва разборчивым для человеческого глаза, но вот для робота сканирование и переработка информации — пара пустяков.       — Ох, мы уже это сделали! — радостно ответил мужчина, видимо, закончив разбираться в своём шкафу, отодвигаясь от него. — И если повторить это действие снова, то измерительные сенсоры будут улавливать не само действие силы одарённого, а белый шум, что будет для нас нежелательным эффектом, ведь каждый прогресс считается прогрессом, если его можно зафиксировать. Итак, — выглянувший из-за шкафа учёный бегло оглядел троих гостей, зацепив своё внимание лишь на одном из них. Накахара во все глаза смотрел на лицо напротив. Самым худшим, что он мог сейчас осознать, это то, что оно было ему смутно знакомым, словно он не в первый раз видел этого человека. — С чего бы нам начать? Уверен, у вас сейчас много вопросов, на которые у меня найдутся ответы.       — Ты… — Чуя не удержался на месте, сделав полшага назад под вопросительные взгляды Адама и Ширасе. Они чувствовали, что стоило как-то вмешаться, но в то же время ощущали себя здесь лишними.       — Как и ожидалось, — уже более спокойно начал учёный. — С этого и стоило мне начать. Я — ответственный за проект «Арахабаки». Моё имя Н было придумано военными от фамилии Накахара. Чуя… Я — твой отец.