HERE COME THE REGRETS

Юно с размаха бьёт Джонни в лицо, тот отворачивается от удара и хватается рукой за щёку, громко матеря друга, пока ещё не до конца трезвый Джехён выравнивается. Чон смотрит на то, как Ёнхо выравнивается и его лицо пустое, мужчине так всё равно сломал его секретарь себе что-то или нет, больно ему или нет — Юно плевать. Джонни солгал. Солгал о том, что Юты не будет. Джонни убедил Чона в том, что Юта в городе, но на вечере японца не будет. Японец не приглашён. Прийти как сам Юно — без приглашения — Юта не мог, Тэиль очень точно контролирует таких бизнесменов, запрещая им появляться на подобных мероприятиях, выходит, Мун сам позвал Юту и Накамото не смог ему отказать. Согласился и пришёл, чтобы потрепать нервы Юно. Навряд ли это было его основной целью, но он сделал это — он испортил Чону настроение, ещё и сказал, что тебя сам Юно убил. Чёртов мерзавец. — Ты с ума сошёл? — наконец, расслышал Джехён, когда прислушался к Джонни, который держался за щёку окровавленными пальцами. — Я ведь и сдачи дать могу. — Юта был на вечере, — хмыкает Чон, отходя к окну, он поправляет пиджак. — Ты сказал, что его не было в списке. Ты солгал мне или…? — Его не было в списке, господи, позвони Тэилю, — возмущённо проговаривает Со, указывая на мобильник Джехёна, лежащий на столе. — Позвони своему другу и узнаешь, что Накамото никто не звал, Юта приходит сам. — Он никогда не приходил без приглашения, — напоминает Юно другу. — У него нет времени для случайных мероприятий. — Вы подрались? — серьёзно спрашивает Джонни, взглянув на друга. — Отвечай! — повышает голос за начальника, совершенно не боясь друга. — Я приставил пистолет к его виску, — вздохнув, признаётся Чон. — Накамото сказал, что это я её убил, — добавляет тише, опустив голову. — Он сказал, что это я убил Т/И. Джонни кидает взгляд на пол, где валялись разорванные фотографии и после смотрит на босса: бледный, уставший, словно совсем не спал, а может и правда не спал. Предлагает пригласить горничную, чтобы та убрала всё, но Юно против, говорит, что после завтрака сделает всё сам. Со не спорит, просто кивает и встаёт рядом с боссом, смотря в окно: с этого этажа отеля, стоящего в самом центре Бангкока был виден город, как в лучах восходящего солнца он буквально горит. Джехёну нравилось это. Ты любила восходящее солнце. Джехён только здесь — в Таиланде, обратил внимание на то, как красиво поднимается солнце — он никогда не замечал. — Скажи всем, что я возвращаюсь в Корею, — серьёзно проговаривает Чон и развернувшись, идёт к дверям. — Собрать всех людей и все документы по сделкам, которые были заключены, пока меня не было, — добавляет и выходит из номера. Джонни разминает челюсть, набирает сообщение контакту «Доён» и блокирует телефон, получив ответ на сообщение, устремляя взгляд на город. Ты просыпаешься поздно. Всё тело ноет, ты, кажется, переспала. На часах, висящих в номере уже три часа дня, а ты только открыла свои глаза, ощущения, что ты, только проснувшись, уже устала, откидываешься на подушки и снова прикрываешь глаза, а после распахиваешь снова, ища взглядом Юту. Вчера ты в слезах заснула в его объятьях, он был с тобой долго — ты чувствовала, а потом, наверное, ближе к утру, Юта ушёл, оставив тебя одну. Тебе было так жутко холодно, что ты пыталась прижаться к этому огромному одеялу и ощутить тепло, но ты также спала в холоде — одеяло не спасало. Сейчас ты понимала, что Юты точно в номере нет уже несколько часов. Возможно, он как всегда с Доёном решает что-то по сделкам, по делам бизнеса — ты не лезешь в это всё, но факт, что мужчину сложно поймать утром. Весь вчерашний вечер ты провела в компании с Кимом. Доён классный собеседник и тебе было с ним комфортно, пусть ты и чувствовала слабость после переутомления, Доён развлекал, шутил, помогал тебе попить, поесть и не настаивал, если ты не хотела. Он сказал тебе, что Джехён на вечере, ты была уверена, что будь тут Юта — он бы скрыл это от тебя, но Донён сказал, сказал спокойно, совсем не испугался, когда ты поникла, убедил тебя в том, что с Ютой будет всё в порядке. И верила. Доверяла. С Ютой было всё в порядке, пусть он и столкнулся с твоим бывшим мужем. Ты кинула взгляд на своё обручальное кольцо, сфокусировала на нём взгляд и дёрнула рукой в какой-то момент, когда дверь в номер открылась. Руки спрятала под одеяло, зевнула, стала тянуться на постели, касаясь края кровати кончиками пальцем и улыбнулась, увидев Накамото на пороге. Он выглядел бодро, был в спортивном костюме, и ты вспомнила, что по пятницам Юта обычно ходит на тренировку в зал, Доёна там и подавно нет, Ким просто не любит упражнения, ему по нраву всё сделать и забыть, но это не касается физических упражнений. — Доброе утро, — Юта улыбается, увидев, что ты не спишь. — Как настроение? — Не хочется подниматься, — говоришь ты тихо, когда Накамото наклоняется и целует тебя в лоб. — Но нужно уже. — Если не хочешь — оставайся в постели, — говорит тебе мужчина и стягивает с себя футболку. — Или если передумаешь, можем поужинать в ресторане вечером. — Лучше заказать что-нибудь в номер, — говоришь, вздохнув. Ты всё ещё как-то не особо хотела выходить на люди. Даже на рынок или куда-то ещё Юта вытаскивал тебя с трудом, не то, что бы он настаивал, прям заставлял, но по нему было видно, что он расстроен, поэтому ты принимала противоположное решение и брала мужчину под руку, соглашаясь на всё. Ты не хотела запирать в эти рамки и его. Ты была благодарна и хотела показать это всеми способами, была даже готова пожертвовать своим комфортом, только бы Юта был доволен. Накамото понимал, что ты делаешь это через силу, но никогда тебя не отговаривал — оставлял все решения за тобой. Ты должна была решать всё своей головой и принимать решение один раз, а не несколько. И часто Юту расстраивало, как ты меняешь своё мнение, взглянув только на его реакцию. Однажды он сказал тебе, что, если ты не хочешь идти — оставайся, ничего такого, это нормально и ты объяснила, что тебе будет лучше, если Накамото будет говорить о том, что для него нормально сходить куда-то одному, ты просто станешь принимать это быстрее и не передумывать сорок раз. — Ладно, — соглашается мужчина. — Что хочешь? — Хм, хочу корейскую кухню: кимчи, кукси, салат с говядиной, свинину по-корейски, — перечисляешь ты, а у тебя самой чуть ли не слюни текут. Ты так, по правде, скучала по традиционной корейской кухне, сколько ты уже не ела ничего такого традиционного корейского? Месяцев пять? — Устрою, — кивает Юта. — Я в душ, — он просто предупреждает тебя, делает это всегда, и ты киваешь, довольно смотря на мужчину. Ты знаешь, что ваши отношения уже давно пресекли черту просто друзей, но вы не можете пересечь следующую черту — у тебя просто не хватает смелости. Пока что не хватает. Ты чувствуешь, что пока не готова к отношениям, не готова быть с кем-то, ты не думаешь, что вообще когда-то будешь готова, Юта надёжный человек, но кажется, ты не та, кто ему нужна. Юта уверенный в себе мужчина, ему подошла бы такая же женщина, которая знает, чего хочет, а ты пока выйдешь из этого периода развода, тем более при таком раскладе, в котором ты всё ещё замужем — пройдёт сто лет. Накамото это не надо. Мучить его ты тоже не хочешь, а как отблагодарить его за всё, ты придумаешь. Элементарно, деньгами. Вы ужинали уже через два часа. Всю еду принесли вам в номер, вы оба были в пижамах, ты смогла подняться только чтобы умыться, а после вернулась обратно и заняла место на кровати, Юта сидел с краю постели. Вы говорили о многом в тот вечер, и ты вздрогнула, выронив с палочек кусочек свинины, когда в вашу дверь постучали. Доён вошёл до того, как ему дали на это разрешение. — Плохие новости, — запыхавшись, говорит Ким, видно, что бежал. — Юно возвращается в Корею. Это плохо.