Слезы и кровь

"Моя душа таит Все, что не видел ты. Оно внутри меня все сильнее."

(с) Skillet - Monster.

Голос из ниоткуда, но до боли знакомый вампиру. Он даже подумал бы, что ослышался, если бы не резкое движение Араи, накрывшей ладонью собственную скулу. - Вот же... вылез именно в тот момент, когда я подавлена и разбита, и не могу тебя контролировать... - Уч-читель? - Цубаки казалось, что он не мог больше удивляться, но нет. Он чётко слышал голос Сен-Жермена, того, кто создал его и других сервампов. Вампир даже головой мотнул, пытаясь понять, не начались ли у него слуховые галлюцинации. - Учитель, я... Уныние запнулся не зная, что сказать. Ему ведь нет оправдания, он только что чётко сказал, что не хочет приносить в жертву Араи, что его воля пошатнулась и он не так предан своему создателю. Несколько секунд молчания, Марии явно было не по себе, но отчего, Цубаки понял только тогда, когда на её лице вдруг появилась новая черта. Под другой скулой появился чей-то рот, разомкнулись губы, и раздался тот самый голос: - Девочка моя, как же я ему отвечу, если ты не даёшь мне говорить? - справедливо возмутился Сен-Жермен. Араи хотела попытаться прикрыть это безобразие хотя бы волосами, но было уже поздно, она находилась к вампиру слишком близко, чтобы он не заметил этого паразита. Цубаки показалось, что у него едет крыша, вампир даже головой мотнул, отчего чёрные пряди растрепались. Он многое повидал за свои несколько сотен лет, а теперь ещё это... Невольно создалось такое ощущение, что в девушке сидела другая личность и что дай ей только чуть больше сил и шанс, она бы проявила себя во всей красе. Зато теперь многие вопросы оказались решенными. И что такое чувствовал Уныние и другие сервампы находясь рядом с Араи, и как она смогла расшифровать записи Сен-Жермена, и как создала сервампа и призвала демона. - Учитель, простите, - казалось, Цубаки теперь только и способен, что извиняться, стараясь собрать обратно свою решимость, что разбилась на осколки. - За что ты извиняешься, Цубаки? - Сен-Жермен, пока ему дали слово, молчать не собирался и высказать хотел этим двоим многое. - Ты все эти годы следовал моей последней воле и даже сейчас колеблешься не в силах отказаться от меня полностью. Ты моё самое преданное дитя. - Неужели ты решил его за это наконец-то вознаградить? Откажешься от своего желанного бессмертия? - с щедрой долей скепсиса произнесла Мария, выпуская пряди волос из-за уха и все-таки немного прикрывая неприглядное зрелище. - Не откажусь, - не обрадовал граф, - но и быть третьим в качестве наблюдателя в ваших плотских утехах не желаю. А в любви и подавно, - такой тяжёлый вздох, что Уныние невольно даже представил лицо Учителя в этот момент. - Вечно вы, женщины, всё портите. Как появитесь в нашей жизни, так все планы коту под хвост... - Сказал мне тот, кто сам связался с моей бабушкой! - горячо возмутилась Мария, а главное - справедливо, ведь её рождение - непосредственный результат того, что Сен-Жермен и сам соблазнился женщиной. Цубаки теперь и вовсе казалось, что он сошёл с ума или видит очень бредовый сон. Видеть, как Мария препирается с Учителем, который говорит через её щеку - было очень странно, даже непонятно. Словно Сен-Жермен как какой-то паразит сейчас сидел где-то там внутри и теперь высказывал все, что накипело, пока Араи его сдерживала. - Именно. Проявила бы больше уважения к своему предку, ведь это я помог тебе создать сервампа и стать той, кто ты сейчас. Хотя чучело у тебя то ещё получилось, - саркастичный «хмык». Предок Воровство терпеть не мог, хоть та и была совершенна с точки зрения бессмертия, процесс создания и начинка девятого сервампа ему очень не нравились, о чем он бухтел уже не один десяток лет. - А ты сейчас даже до чучела не дотягиваешь, жалкий паразит! - прикрикнула на графа Мария, что выглядело поистине абсурдно. Два разума на одно тело, один из которых такой доставучий временами, что девушке пришлось научиться затыкать предка далеко и надолго, чтобы не свихнуться. Особенно это помогало в период работы в С3, иначе этот стремящийся к идеалу перфекционист сожрал бы её с потрохами за значительные отклонения от его формулы. - Не смей трогать Аканэ, это мой ребёнок, и он прекрасен! А ты, как истинный мужчина, наплодил детей и бросил, а мне разгребай за тобой последствия! Что прикажешь делать с твоим планом? Убьём меня или тебя, какое зло для Цубаки ты выберешь? Вампир сейчас напомнил девушке щеночка, который ждёт вердикта, разве что хвостом по полу не стучит от волнения. Сейчас решалась его судьба и Марии. Будут ли они в итоге оба жить? Но это вряд ли, Учитель чётко сказал, что не собирается отказываться от своего бессмертия. Значит, их все-таки ждёт смерть, и ему надо через несколько дней идти и ранить Гнев, чтобы та тоже стала кирпичиком в воскрешении? - Какие пессимистичные мысли, - Сен-Жермен явно был недоволен, Уныние даже чётко представил, как тот сердито отворачивается, скрещивая руки на груди. - Как насчёт того, чтобы я просто продолжил ждать и воплощался в своих потомках? И не думай, Мария, что ты такая особенная, между прочим, твой отец тоже был неплохим сосудом для меня. - Так чего же ты не заговорил в его голове, а не моей? - огрызнулась девушка. Цубаки вообще впервые видел её такой эмоциональной и открытой, видно, граф изрядно вытрепал ей нервы своим присутствием в её жизни. Ещё бы, ведь это из-за него она была изгоем в семье с самого детства, пошла работать в С3 и в итоге ступила на сомнительную дорожку, создав сервампа. - И вообще, не слишком ли много презрения к моей скромной персоне, которая, между прочим, является пристанищем для твоей души? Будь благодарен, нахлебник! - она запыхтела и скрестила под грудью руки. - И в каких потомках ты собираешься воплощаться? Я бесплодна по твоей милости, если ты забыл. По воздуху перелететь к моим корням у тебя не получится, иначе ты бы уже давно покинул это тело и нашёл более приветливого соседа. - Какая же ты шумная, - Сен-Жермен тяжело вздохнул, даже губы на миг поджались в явном недовольстве. - Я всегда знал, что дети неблагодарны, но никогда не думал, что до такой степени. Ты ведь и сама знаешь, что в тебе сидит малая часть моей души. Твой отец был слишком слаб для трансформации, он вообще меня не слышал. А ты хоть и подходишь по всем параметрам, но так просто мне свое тело не отдашь. Да и смотреть на ваши любовные страдания осточертело, ты так много думала в эти дни, казалось, меня стошнит. - Ох, ну простите, ваше доисторическое древнейшество, - не собиралась уступать Мария в состязании кто кого переворчит. - Я женщина умная и занятая, соответственно и думаю много. Вот бы достать тебя из головы и пересадить в какой-нибудь цветочный горшок, наверняка вырастет очень вредный и колючий сморщенный кактус. - В сравнении с твоей головой цветочный горшок мне покажется раем! Там хоть тихо, безмятежно, стоишь себе на солнышке, за всеми наблюдаешь - вот она спокойная вечность! - мечтательная интонация графа даже Араи заставила удивиться. Она явно потеряла дар речи на какое-то мгновение, упустив возможность продолжить перепалку, и Сен-Жермен на контрасте слишком серьёзно продолжил: - Однако я могу выйти из твоего тела и войти в другое, менее проблемное и желательно мужское. Одна ведь часть моей души живёт себе спокойно в развалинах моего дома и ждёт своего носителя. Я могу подождать там же. Более того, слившись с той частью, я стану сильнее и не только смогу притянуть к месту своей прошлой смерти ещё одного своего потомка, но и возьму под контроль его тело полностью, а не как сейчас. Цубаки так и хотелось спросить: а, что, так тоже можно было? Сейчас он мало того, что был в глубоком шоке от перепалки между Жерменом и Марией, которые явно старались как можно сильнее "уколоть" друг друга. Так теперь ещё и выяснилось, что все эти годы у Учителя был другой план? Что можно просто вернуть кусок его души на место и после этого привести через месяц план в действие до конца, принеся в жертву Цуруги? - Учитель, а разве не нужно в ночь полнолуния провести ритуал и воскресить вас? - Теперь это необязательно. План воскресить меня как девятого сервампа был первым, что пришёл мне в голову, а идея обзавестись родственничками была, скорее, запасным вариантом. Я разделил свою душу на три части перед тем, как меня убил Лень, именно поэтому я не стёрт с лица земли и меня можно, как ты выразился, воскресить. Сонный дьявол уничтожил лишь одну часть моей души, остальные же живее всех живых. Одна находится в том месте, которое ты отлично знаешь, это мой прошлый дом. Ещё одна перешла ребёнку от моей плоти и крови, - интонация в этот момент у графа стала такой, что невольно Цубаки представил, как Учитель придирчиво осмотрел Марию, словно получившийся результат ему не нравился. - Собственно, эта часть души сейчас перед тобой. И с ней, к моему удивлению, оказалось не всё так просто: в каждом следующем поколении я приживаюсь в теле лучше и имею больше власти. Например, в голове отца Марии я был лишь чем-то вроде подсознания и больных редких мыслей, в самой Марии, как ты видишь, я уже отдельное сознание, даже способное ясно выражаться. Думаю, в следующем поколении или через одно я уже смогу стать полноценной и полноправной личностью. Особенно если соединюсь обратно со второй частью своей души. - Значит ли это, что тебя можно выпустить в том месте, где ты умер? - Араи явно успокоилась и вступила в серьёзную дискуссию. Ещё бы не подключиться к обсуждению дела всерьёз, когда на горизонте маячит надежда, что никого в жертву приносить не придётся. - И вопрос о потомках всё ещё стоит ребром. - Помнится, у тебя были старшие братья, которые как-то ночью отрезали тебе твои серебряные косички по самые уши, а потом дразнили мальчиком? - снова капельку издевательская интонация, - Они теперь уже дедушками стали, наверное. Вот их внуки и послужат мне новым телом, сами придут к моей оставленной без пристанища душе по зову крови. - Значит, вы можете воплотиться в любом своем потомке? - Цубаки об этом даже не догадывался. Столько лет он слепо следовал плану, в то время как у Жермена был идеальный запасной вариант! - Именно, - губы даже в улыбку сложились. - Но тебе, Мария, придется меня потерпеть еще длительное время. Лучше это будет сделать в ночь запланированного ритуала, так больше шансов на то, что я смогу весь покинуть тебя. Так как делиться на еще две части мне не хочется, потом замучаюсь выковыривать остаток из твоего тела, умереть ведь ты не можешь. Цубаки хотел было спросить, надо ли в таком случае приносить в жертву Гнев, чтобы у них было побольше энергии? Но осекся, внимательно смотря на Марию. На красноглазого вампира она не тянула, бессмертие? Значило ли это, что девушка смогла-таки достигнуть того уровня, о котором так мечтал Учитель? Обрести вечно-молодое тело, которое являлось тем идеалом, к которому он стремился? Поэтому он в основном преобразовывал парней, молодых и красивых. - Мне кажется, тебе стоит мне все рассказать наконец-то, - Уныние наконец-то немного успокоился и даже почти перестал удивляться, реагируя на все не так бурно, как это было в начале. За окном даже гроза утихать стала, теперь просто редкий дождь совсем немного барабанил по крыше. А вот Мария его слова не совсем поняла, что ясно отразилось на ее лице. По-птичьи наклоненная вбок голова, хлопанье ресниц, ожидание пояснений, которых не последовало. - Разве есть еще не освещенные темы? - в контексте их обсуждения на две с половиной головы Араи и правда не могла понять, что еще было непонятно Унынию. К тому же что ему было непонятно о ней. - По-моему, самое главное ты уже увидел... - вздох такой тяжелый и сокрушенный, что стало ясно: дележка собственного тела с графом ее не радовала. А то, как он порой вылезает на ее теле дополнительным ртом, Мария и вовсе считала уродством, до сих пор стараясь держать голову так, чтобы скулу хоть немного прикрывали волосы. - Зато я хочу знать еще и неглавное. Что у тебя была за семья, как так вышло, что ты попала в С3, и какие последствия тебе принесло создание сервампа, - особенно Уныние заинтересовали братья девушки, которые ее обижали. Тут же появлялось желание навестить этих стариков и отправить их на тот свет. Несколько заранее, конечно, но люди в целом смертны, причем иногда внезапно. - Цубаки, сын мой, вот даже мне понятно, что моя внучка тебе нравится. Соберись уже с мыслями и пригласи ее на свидание. - Что? Это не то, я ведь просто восхищаюсь Марией! - парень тут же ощутил себя неловко, думая, как бы оправдаться перед девушкой, которая наверняка его не более чем жалеет, а он может лишь восхищаться ей как богиней, что ответила на мольбы своего последователя и спустилась к нему. - Ну-ну, ври, да не завирайся. - Почтенный граф, - такое обращение Сен-Жермена порядком удивило бы, если бы не щедрая доза яда в интонации девушки, - а не пора ли вам обратно на галерку? Вам ли раздавать любовные советы, когда вы даже собственных детей не любили? Сказать свое веское слово в ответ графу не дали, Мария уже достаточно пришла в себя, чтобы забрать полностью в свои руки управление телом и задвинуть надоедливый внутренний голос на задворки сознания. И так сегодня многое на них свалилось, куча информации, вдобавок распутавшийся комок переживаний - все это необходимо было переварить. Желательно в более комфортной обстановке. Мария поднялась с пола, проводя пальцами по щеке и проверяя, не осталось ли этого ужасного рта, с облегчением вздохнула. И, посмотрев на Цубаки, протянула ему руку. - Пойдем обсудим все за чашечкой чая? Я продрогла под дождем, а ты наверняка замерз на полу. Цубаки не стал уточнять, что он вампир и ему подобное нипочем, просто встал, взял в руку тренч Марии, унося его в коридор, крича на ходу: - Если нога все еще болит, то лучше не двигайся, я сам все сделаю, - вампир повесил вещь на плечики, цепляя за специальный крючок, чтобы она высохла. А девушка не стала напоминать, что вампир сам сказал, что с ногой все в порядке. Пока он разбирался с вещами, Мария добралась до кухни и даже поставила чайник, вытаскивая с полки порошковый зеленый чай, столь любимый Цубаки. Заглянула в шкафчик ради простого гастрономического любопытства и в целях разузнать, было ли у них что-нибудь к намечающемуся чаепитию. Там привычно обреталось желе из красной фасоли, дораяки, кастелла и различные виды моти. Будучи японцем, Цубаки больше всего любил традиционные сладости, которых в шкафах и холодильнике всегда было с избытком. Одного мороженого с зеленым чаем или абрикосом дома всегда было очень много. Когда вампир зашел на кухню, чайник как раз подогрел воду до нужной температуры, поэтому он заодно вытащил набор для традиционной церемонии. Все расставил, сел, занимаясь наведением чая для Марии, отчего та не могла не любоваться изящными движениями черноволосого вампира, наверное, впервые настолько проникаясь красотой этого ритуала. - Не думала, что ты решишь сделать все как полагается, - почему-то на губах Араи появилась бледная улыбка, - но раз так, пока ты готовишь чай, я могу рассказывать, - тут она замолчала, словно вспоминала дела давно минувших дней. И хоть Мария не прожила и сотни лет, события детства все равно немного затерлись, тем более что она оставила их в прошлом и никому не рассказывала за ненадобностью. А тут такой неожиданный интерес к тем далеким дням. - Хотя ничего примечательного в моем детстве нет. Была младшим ребенком в семье, два брата вечно глумились надо мной из-за серебряных волос, а родители чурались из-за того, что я потрошила ворон... - Мария говорила это с таким видом, словно подобное было в порядке вещей. Хотя она и понимала, что на самом деле оно далеко не так, но это ведь не повод закрывать глаза на странности ребенка и позволять его обижать. Вдруг он однажды не вытерпит и воткнет карандаш брату в руку? - Словом, детство было трудное и довольно безрадостное. А в школе на уроке биологии как-то раз со мной заговорил граф... думала, я окончательно с катушек съехала. Цубаки продолжал размешивать чай, слушая внимательно. - Да, Учитель себе не изменяет. Он мне рассказывал, как на него реагировали другие сервампы, реакция у всех почти была одинаковой. Только Жадность тогда прикипел к нему душой и остался рядом, - поворачивая чашку на ладони по часовой стрелке, вампир дождался, пока напиток приобретет максимальный вкус, и только после этого поставил ее напротив Араи. - Если честно, я думал, что ты всегда жила в С3, что твои родители были магами. - По сути, отец - маг и даже был таким же носителем души графа, как мы с тобой сегодня узнали. Вот только ему посчастливилось не знать Сен-Жермена и его запретных практик, - Мария с благодарностью приняла довольно крупную чашу, смотря, как лопаются пузырьки в зеленоватой пенке на поверхности напитка. - Я же, будучи одиноким больным на голову подростком, с радостью погрузилась в изучение чего-то настолько... необычного, - девушка сделала неторопливый глоток, задержала чай на языке, стараясь распробовать, проглотить и легонько улыбнуться вампиру в знак того, что у него получилось вкусно. - Так под науськиванием графа я и попала постепенно на работу в С3. Там, можно сказать, можно создать сервампа на всем готовом. Ну а об остальном ты более-менее в курсе. Цубаки на это кивнул головой, наводя себе вторую чашку чая. Сегодня действительно многое встало на свои места: и как Мария смогла расшифровать секретные записи Учителя, и откуда раздобыла демона. - Какие последствия тебе принесло создание сервампа, и почему Учитель назвал Воровство чучелом? Ведь ты смогла довести формулу до идеала, насколько я понял, - вампир свой чай готовил не так щепетильно, как для Араи, поэтому стравился быстрее, делая глоток, пробуя, чувствуя слабый, но приятный вкус на языке и тепло, которое расходилось по всему телу. Вытащил один дораяки с белой бобовой пастой из упаковки, откусывая сразу внушительный кусок. - Ох... - девушка вдруг опустила плечи, словно Цубаки своим вопросом свалил на нее неподъемный груз. Немного помолчала, обдумывая, как бы ответить так, чтобы не раскрывать тот самый факт, который так не нравился Сен-Жермену в создании Аканэ. Не хотелось подвергать ее риску и делать объектом интереса Цубаки. - Формула, может, и верная, но я добавила некоторые штрихи от себя, и графу это не понравилось. Как не понравится всякому ученому, методику которого взялись переделывать, - легкая улыбка, аккуратный обход подводных камней в разговоре и переход на одну из тем, что тоже Мария хранила в особом ящике под замками вдали от посторонних глаз. - Насчет последствий... кошмары, заставившие меня пересмотреть отношение к цене жизней сервампа и человека. И... не знаю, родилась я изначально такой или это повлияло так появление графа или создание Воровства, но на медицинском осмотре обнаружилось, что как женщина я бесплодна. Вот и думай, что появилось раньше: курица или яйцо. Я создала сервампа, потому что не могу родить ребенка, или не могу родить ребенка, потому что создала сервампа? - У сервампов тоже детей быть не может. Зато мы можем создать подклассы, - Цубаки иногда казалось, что у него в подчинении целый детский сад или куча младшеклассников. Часто были крики, что Отогири обижает Белькию, что Хиган опять съел у Шамрока последнее мороженое. Один Сакуя терпел все это молча, еще и умудряясь каждый раз завернуть какую-нибудь историю, а затем добавить, что из этого правда, а что ложь? - И я видел в ту ночь, что у тебя еще и руки были как у Учителя. Черные и с когтями. Он и сам никогда не был человеком. У него иногда появлялись когтистые руки, как у тебя, зато у него всегда был хвост, - вампир даже улыбнулся, невольно радуясь, что девушка подобного атрибута избежала. Хотя это даже в какой-то мере было забавно, он сам помнил отчетливо, как при первой встрече после пробуждения взял и дернул за эту конечность, проверяя, настоящий он или нет. - Вот уж спасибо, от хвоста, копыт, рогов и прочих прелестей чертей откажусь, - на сей раз усмешка девушки была более живой и расслабленной. Наконец они все обсудили и даже нашли неожиданное решение с довольно неплохим финалом, который устраивал обоих. Наверное... Во всяком случае Цубаки явно испытал облегчение от того, что жертвой не станет Араи, а она сама... пока еще не поняла точно, но вроде была довольна. От того, что Уныние сам сознательно не захотел ее убивать. - Цубаки, - вдруг подняла она другую животрепещущую тему, - теперь тебе незачем ранить четвертого сервампа? - Но вдруг Учителю не хватит энергии, чтобы полностью выйти из твоего тела? - Цубаки понимал, что ритуал будет иным, но джинов наверняка понадобится много. Конечно, то количество, что сейчас было в небе Токио и его окрестностях, казалось запредельным, но вампир был готов хоть всех оставшихся братьев в расход пустить, чтобы облегчить Сен-Жермену перерождение, и чтобы Мария могла жить после этого момента без голоса предка в своей голове и внезапных атрибутов в виде вылезающего на щеке рта. - Завтра Зависть, его Ева и остальные должны будут освободить мои подклассы, украсть образец крови Учителя из С3 и максимально ослабить Мать. Идеалом будет еще уничтожить саму организацию. - Пункт с ослаблением Гнева я исключаю из вашего плана, - строго заявила Мария, в ответ на раскрывшийся в протесте рот вампира метнув в него суровый взгляд. До этого Цубаки еще не доводилось его видеть, и лучше бы так было и впредь, поскольку от этого выражения лица, наполненного повелением и властью, становилось немного страшно. Страшно потерять благосклонность Араи. - Без всяких «но», я запрещаю трогать Гнев и остальных сервампов, - все еще строгий тон, чтобы Уныние уяснил ее слова. Но, быстро смягчившись, Мария протянула руку, ласково поправляя черные прядки волос и легонько погладив по скуле. - Не переживай, Цубаки, мы благополучно переселим графа из моего тела и без этих жертвоприношений. Вампир первые несколько секунд молчал, после чего нахмурился, как-то недобро посматривая на Марию. - Почему тебя так волнует судьба оставшихся сервампов? - Уныние сам не понимал, почему он настолько недоволен этой ситуацией. С чего бы Араи волноваться за оставшуюся четверку? Почему она вообще так отстаивает Гнев, даже смотрит на него так, словно если он поступит иначе и все-таки выпустит на свободу еще партию джиннов, он ее предаст и вообще поступит крайне плохо? Вампир сам не замечал, что руки сжались в кулаки, губы поджались, а в голосе проявилось недовольство в чистом виде. - Потому что, если ты ослабишь Гнев или еще кого-то из своих братьев, Воровство обязательно возьмется лечить и их, а на ней и так висят три сервампа. Ее тело не рассчитано на такие нагрузки, она просто умрет от истощения. И я, как ее создатель, волнуюсь, - Мария, посмотрев на недовольное выражение лица вампира, провела кончиками пальцев по сжатому мужскому кулаку и прикоснулась подушечкой указательного к образовавшимся на переносице Уныния складкам. - И, Цубаки, я ведь сказала, что мы обойдемся без всех, - она подчеркнула это слово, - жертвоприношений. Твое я тоже имела в виду, ревнивый ты лисенок. Цубаки хлопнул глазами, всем своим видом выражая недоумение. Он ревнует? Конечно, он знал это чувство, он всегда ревновал Учителя к Лени, который по какому-то суровому обстоятельству судьбы был у него любимчиком. Он ревновал к тому, что Сен-Жермен продолжал совершенствовать свою формулу, делал заготовки для экспериментов, хотя и называл Уныние совершенством. Но ревность к Марии? Это явно было что-то новое... Сервамп даже за грудь взялся, сжимая кимоно в складки, во все глаза смотря на девушку, пытаясь понять, почему она решила, что он ревнует? Ему казалось, что он просто недоволен из-за того, что Араи так пеклась о других сервампах, словно они тоже важны для нее. Хотя это было не так, она просто волновалась за свою подопечную, которую расценивала как своего собственного ребенка. - Если это будет возможно, то будет здорово, - Цубаки сделал глоток чая и засунул в рот дораяки, довольно прикрывая глаза, удерживая часть бисквита губами, приняв вид донельзя умильный. И ведь не скажешь, что перед ней сейчас сидит вселенское зло, которое хотело недавно стереть с лица земли все Токио и его области. - Так и будет, - Мария пока не стала вдаваться в подробности и говорить, что кое-какие мысли насчет переселения графа из ее тела у нее имелись. Немного позже она посвятит Цубаки в это, и он даже ей поможет в реализации, если захочет. А пока можно было даже расслабиться, только проследить, чтобы Уныние действительно не стал продолжать исполнение изначального плана. - Хм-м, занять, что ли, завтра наглым образом твое время, чтобы ты не пошел в С3? - мыслила вслух девушка, поднимая со стола обеими руками чашку и делая глоток чая, невольно умиляясь с выражения лица Цубаки и в целом его бытового поведения. - Хотя у меня завтра подписание контракта с Даниэлем. Цубаки только было расслабился, начиная напоминать девушке щеночка, которого хозяйка собирается вывести на прогулку, как тут же снова нахмурился. И вот почему звучание чужого имени от нее звучало настолько неприятно? Словно кто-то острыми когтями по груди провел, пытаясь разодрать ее, сломать ребра и добраться до сердца, которое неприятно сжалось. Захотелось отвести взгляд в сторону, что вампир и сделал, натыкаясь глазами на букет. Мария раньше цветы в дом не приносила, даже один раз жаловалась, что ей фанаты всю гримерку завалили и она не знает, что делать с этими вениками, хоть в какой-нибудь цветочный продавай. В итоге просто раздала девочкам на работе. А тут огромная охапка роз, которая стояла в ведре, занимая его целиком. Дорогой букет, даритель явно при деньгах. - Но ты ведь не станешь подписывать контракт весь день? - Что верно, то верно, - согласилась Мария и тут же хитро прищурила глаза, пряча улыбку за чашкой чая, и сказала: - судя по постановке твоего вопроса, ты уже и сам не против завтра куда-нибудь сходить со мной? В этом моменте почему-то всплыли в голове недавние издевки графа над Унынием, чтобы тот уже собрался наконец с духом и пригласил Марию на свидание. Мысль приятная, но вряд ли имела место быть, Цубаки довольно четко возразил Сен-Жермену, обозначив свое отношение к Араи. Да, оно особенное, но совершенно не романтическое. Да и с чего вообще граф взял такое? С того, что они с Цубаки тогда переспали? Это было скорее по воле случая и настроения, оба они были не против хорошего секса и после не вспоминали об этом и не затрагивали данную тему. Словом, получили удовольствие и разошлись как в море корабли. Уныние только плечами пожал, продолжая сверлить букет взглядом, явно мечтая его испепелить, хотя розы ни в чем виноваты не были. - Не против. Тем более, что в С3 я и не собирался, - вампир ответил не сразу, все еще пребывая в напряженном состоянии. С трудом отвел взгляд от роз, которые начали понемногу дымиться, грозя вот-вот вспыхнуть. И почему он только так завелся? Неприятное чувство продолжало грызть его изнутри, точило когти и вообще всем своим видом показывало, что уходить оно никуда не собирается. Он даже был уверен, что этот Даниэль, кем бы он ни был, ему оч-чень не понравится и заслуживает быть разорванным клыками. Не обязательно при этом делать это самому. Завтра из тюрьмы выберется Хиган, и он вполне может поручить ему поджарить парня до неузнаваемости. - Ты что, злишься? - внезапный вопрос для вампира, погрузившегося в какой-то момент в свои думы. За это время Мария успела прикончить дораяки и стать свидетелем опровержения фразы, что взглядом нельзя убить. Очень даже можно. Несчастный букет роз буквально закоптили, превратив из роскошного подарка в вяленый веник, который теперь только выбрасывать. Даже жалко немного, цветы вряд ли были в чем-то повинны, но пахли здорово и смотрелись красиво. - Нет, не злюсь, - Цубаки даже удивился этому вопросу. Он не злился... Или все-таки злился? Странное чувство засело внутри, словно ржавый гвоздь, который он не мог вытащить. - Давай лучше решим, куда нам завтра сходить? Сейчас хоть и холодно, но пора фестивалей еще не закончилась, или можем сходить в игровой центр. Помнится, Белькия мне все уши прожужжал тем, что там будет автомат с куклой, которую он так хотел. Он обрадуется, если мы сможем ее выиграть, ну или послезавтра он тут все утопит в слезах, - когда Уныние говорил про свои подклассы, про тех, с кем провел вместе столько лет, на его губах сама собой появлялась улыбка, а складки на переносице разглаживались. Марии нравилась эта черта Цубаки, в такие моменты он совершенно не был похож на вселенское зло, каким его видели все остальные сервампы. Хотя он сам выбрал эту сторону, преданно следуя своему Учителю, и, кажется, был вполне счастлив. - Что ж, придется сходить и выиграть эту куклу. А то не успеет Токио просохнуть после твоего дождя, как его снова затопят слезами, - согласившись, Мария поднялась со своего места, со вздохом посмотрев на увядший букет, все еще не понимая, за что так обошлись с розами. Но ничего не осталось, кроме как выкинуть. - Они хорошие ребята, тебе понравятся. Особенно весело играть с ними в маджонг и сеги, - Цубаки окончательно успокоился, наконец-то выглядя довольным жизнью. Он уже представлял, как вернутся другие, как они все устроят вечеринку по этому поводу, закажут кучу суши, купят много алкоголя, Шамрок еще и наверняка что-то приготовит. Белькия будет показывать фокусы. Немного жаль, что Сакуи с ними не будет, этот парень не попал в плен С3, но и рядом его не было. Видимо, он так и не решил до конца, чью сторону ему следует принять. Или и вовсе решил полностью перейти на сторону Широты. Мария не могла не улыбаться, слушая рассказы вампира о своих подклассах. Очевидно, он их сильно любил и дорожил ими, как и они им, и это было прекрасно, какая-то часть души девушки была несказанно рада, что на самом деле Уныние был не одинок. - Что ж, я уже с нетерпением жду знакомства с ними.