Us
21 июня 2022 г., 10:09
Джерард встретил Фрэнка на концерте Descendents 22 ноября в Сейревилле, штат Нью-Джерси; он был тем парнем, который извинился, когда Айеро ударил его в лицо (была ли это случайность или нет, до сих пор остаётся загадкой). Если всплывает эта тема, парень отвечает, что в тот вечер влюбился в Джерарда, потому что Фрэнк — сопливый безнадёжный романтик, верящий в любовь с первого взгляда и прочее подобное дерьмо.
— Чувак, — фыркнул парень, глядя на разлитое пиво на полу, — ты серьёзно только что извинился?
— Эм… да? — Джерард пожал плечами, не заботясь о том, звучит ли он как идиот, если этот коротышка больше не ударит его. Он не был достаточно пьян, чтобы разбираться с подобной хернёй.
— Вау, где ты, блять… — он обрывает себя на полуслове, впервые встречаясь взглядом с Уэем. — Оу… нет, извини, — Джерард приподнял бровь, а паренёк поднял руку вверх и пошевелил пальцами; некоторые бы сказали, что он помахал ему в качестве приветствия. — Я Фрэнк.
Джерард кивнул. Вся эта ситуация уже порядком надоела ему. Концерт закончился, и, если он собирался успеть на последний поезд в одиннадцать вечера, чтобы вернуться во время в город, ему нужно было уходить как можно скорее.
— Ну… эм… Фрэнк… — он замолчал, поднимая руку вверх и парадируя его движение, потому что понятия не имел, что делать. Джерард помнит, что Фрэнк показался ему низковатым и симпатичным, и, возможно, Уэй был слишком стар, чтобы допустить последнее слово в своих мыслях. — Ну… увидимся, — наконец произнёс он, проталкиваясь сквозь толпу к выходу.
Его глаз уже начал пульсировать, и он был немного взволнован увидеть фингал под глазом на следующее утро и вообще в течение всей следующей недели. Синяк придаст ему крутости. Когда Джерард наконец выбрался наружу, прохладный ночной воздух приятно охлаждает его разгорячённую кожу; он остановился, чтобы достать сигареты из кармана. Вслед за ним выходили и другие люди, бурно обсуждая шоу. Джерарду пришлось оторваться от своего занятия и поднять глаза, когда кто-то врезался в него, пробегая мимо.
— Бля, да какого хуя? — проворчал Уэй, проводя рукой по волосам и с презрением глядя на бегущего парня.
Прохожий развернулся и Джерард выругался про себя, увидев широкую улыбку на лице парня, Фрэнка.
— Ты всё ещё тут! — улыбнулся он; улыбка чуть помрачнела, когда парень заметил разбитую зажигалку. — Бля, прости… прости.
Джерард пробормотал, что всё в порядке, когда Фрэнк протянул ему свою зажигалку. Он не понимал, что с этим парнем не так: он просто стоял там и наблюдал, как Джерард курит, улыбаясь так, что это напомнило ему о Майки. Тот улыбался точно также, когда побеждал старшего брата в Call of Duty (что случалось довольно-таки часто). Вся ситуация была неловкой; Уэй прочистил горло.
Паренёк подпрыгнул.
— Ты так и не представился.
— Что? — выдохнул Джерард.
— Внутри, когда я… меня зовут Фрэнк, а тебя?
Мальчик покраснел, и именно тогда Джерард понял, что тот был ещё слишком молод.
— Джерард.
Фрэнк просиял, а Уэй отвернулся, стряхивая пепел.
— Впервые кто-то извинился передо мной после драки.
Джерард уклончиво хмыкнул и покраснел; он был таким неудачником.
— Ну, да…
— Ты вообще дрался когда-нибудь? — Фрэнк прервал его.
Уэй тихонько хмыкнул, пытаясь найти способ рассказать правду и не выглядеть как жалкий ботаник.
— Если кучка парней, по очереди вышибающая из тебя дерьмо несколько раз в неделю, считается, то да.
Фрэнк кивнул, покачиваясь взад-вперёд на пятках, и издал сочувственный хмык.
— О, да, со мной тоже такое бывало.
— Бывало?
Паренёк наклонился ближе и подмигнул, словно собирался доверить ему какой-то очень важный секрет.
— Я как бы получаю кайф, когда дерусь. Людям надоедает бить меня, когда они понимают, что мне это нравится.
Джерард приподнял бровь.
— Тебе нравится, когда тебя пиздят?
Фрэнк покачал головой, улыбаясь.
— Нет-нет. Мне не нравится, когда меня бьют. Мне нравится драться.
— Почему? — Джерард не любил (да и сейчас не любит) драться. Он даже не умел это делать. Если бы кто-то ударил его в лицо, то он либо принял бы свою судьбу и оставшиеся побои, либо просто бы извинился.
— Бля, не знаю, — рассмеялся Фрэнк. — Я просто плыву по течению.
Джерард сделал последнюю затяжку, а потом бросил сигарету на землю.
— И как твои успехи?
— Не очень, — выдохнул Айеро, всё ещё смотря на тлеющую сигарету.
Уэй кивнул, начиная потихоньку отходить.
— Ну, ладно. Мне пора. Если не успею на поезд, мне хана.
Он, скорее всего, не успеет на поезд; Уэй даже не знал расписание автобусов, а собственной машины у него не было. Джерард запустил руку в волосы, явно расстроенный, и попытался успокоиться, чтобы понять, как ему добраться до вокзала. Не было ни единого шанса, что он отправится ночевать в дом родителей, даже несмотря на то, что он был бы рад повидаться с Майки. Он остановился под фонарём и уже было собрался вытащить телефон из кармана, когда чья-то машина подъехала к нему.
Стекло опустилось, и Фрэнк высунул голову из окна.
— Эй! Эм, тебя подвести?
Джерард услышал измождённый стон.
Все стёкла были опущены, и на заднем сиденьи находились два парня, а на пассажирском — Фрэнк. И куда, чёрт возьми, ему садиться?
— Кажется, нам не хватит меcта.
Паренёк вылез из машины и распахнул заднюю дверцу.
— Садись впереди!
— Фрэнк, ты охуел? Места и так едва хватает, чувак, серьёзно? — пожаловался какой-то бородатый парень с короткой стрижкой, хоть и начал отодвигаться, чтобы Айеро мог влезть.
— Хэм! — заскулил второй парень в очках.
Водитель, какой-то крупный мужик, переборщивший с гелем для волос, в футболке школьной баскетбольной команды, устало спросил: — Что, Шон?
Фрэнк пробормотал:
— Чувак, от тебя говном воняет.
Бородач с отвращением понюхал свои подмышки, а затем пожал плечами.
— А от тебя нет? Я всё шоу провёл в мошпите, чего ещё ты ожидал?
— Хэмбон! — Шон снова заныл.
— Шон, ты опоздал всего лишь раз. Один блядский раз, на каких-то сраных пять минут. Успокойся, чёрт возьми, — проворчал Хэмбон, устало потирая глаза тыльной стороной ладони.
И да, идите вы на хуй, если думаете, что Джерард сядет в эту сраную тачку.
— И прекрати пиздить людей, ты меня раза три задел, — бородатый парень обратился к Айеро, потирая щёку. — Больно вообще-то.
— Упс, — рассмеялся Фрэнк, а затем перевёл взгляд на Уэя. — Запрыгивай.
Джерард сделал шаг вперёд, смотря на телефон в своей руке, потом сделал ещё один, положил мобильник в карман и залез в машину.
— Куда тебе? — спросил Хэмбон.
— Вокзал Довера?
Водитель кивнул, и машина тронулась с места.
— Одиннадцатичасовой поезд?
— Ага.
— У тебя ещё полно времени, не против, если мы сначала завезём Шона? Он боится, что мамочка его отругает, если он опоздает, — Хэмбон усмехнулся.
— Завали ебало, Хэм, и вспомни, кто оплачивает тебе бензин.
— Дамы, дамы, — в разговор вклинился бородатый парень, — не на людях же.
Джерард услышал пронзительное хихиканье позади, и, поскольку он был уверен, что это был не бородач и не Шон, то должно быть это был смешок Фрэнка. Уэй поймал себя на мысли, что улыбается, глядя в окно. В течение некоторого времени они просто тихо ехали, пока Айеро и бородач, Тим, обсуждали шоу.
Они высадили Шона у какого-то маленького домика c голубым штакетником и розовым кустом, и как только машина тронулась с места, Фрэнк перегнулся вперёд и потянулся к бардачку у колен Джерарда. Рука парня то и дело касалась его колен, и всё его тело мгновенно напряглось; на лице Айеро была лёгкая ухмылка и он даже не обращал внимания на то, что делал, когда повернулся к Хэмбону, чтобы рассказать какую-то тупую шутку, а в это время Джерард словил мини-приступ паники.
Уэй не смог хорошо разглядеть Фрэнка в полутьме клуба или тогда после концерта, но, когда парень включил свет в машине, игнорируя слабые протесты Хэмбона, он наконец-то смог увидеть его. На голове у него был рыжеватый мини-ирокез, а также пирсинг в брови и потрясающая линия челюсти. Его ногти были покрыты чёрным лаком, а костяшки пальцев покраснели, и ему было чрезвычайно сложно сдерживаться, чтобы не представлять, как эти самые пальцы сжимают его член или трахают, растягивая.
— Бля, а где диск, который я дал тебе на прошлой неделе? — спросил Фрэнк, кладя руку на колено Джерарда, чтобы сохранить равновесие, когда машина выехала на автостраду. Он пах потом и сигаретами, и Уэй соврал бы, если бы сказал, что совершенно не возбудился.
— Ты даёшь мне кучу дисков, Фрэнк. О каком именно ты говоришь?
— Тот, с Nada Surf.
— Nada Surf и Nirvana или Nada Surf и the Smashing Pumpkins?
— Nirvana, — ответил паренёк.
— Лежит где-то под козырьком, — Хэмбон указал на ту сторону, где сидел Уэй, и Фрэнк откинул козырёк. Диск упал Джерарду на колени и Айеро взял его, улыбнувшись, а затем засунул его в проигрыватель, прежде чем плюхнуться назад на пассажирское сиденье. Хэм сделал самую максимальную громкость, и Уэй расслабился. Через пятнадцать, возможно, двадцать минут они уже были на месте, так что у Джерарда было ещё двадцать минут в запасе.
Фрэнк вышел из машины и застенчиво улыбнулся.
— Слушай, мы устраиваем концерт, ну, то есть, как бы не совсем концерт… мы просто играем на одной вечеринке в следующую пятницу. Ты должен прийти. Ну, то есть я хочу, чтобы ты пришёл.
— Эм, я не уверен… вечеринки — это не моё.
— Оу, ясно, я… хорошо, — Фрэнк заметно погрустнел. Он засунул руку в карман и достал оттуда клочок мятой бумажки, а затем протянул его Джерарду. — Если передумаешь, вот адрес.
Парень посмотрел на помятый огрызок и, прищурившись, прочитал адрес. Он фыркнул.
— Это дом моих родителей.
Грёбаный Майки.
— Ты брат Майкивея?
— Чёрт, — Уэй кивнул и вернул бумажку, — да. Ладно, я буду там.
Паренёк снова оживился.
— Круто! Тогда увидимся там.
Джерард кивнул, не в силах сдержать улыбку.
— Да, до следующей пятницы.
Фрэнк дождался, пока Джерард скроется в здании вокзала, а затем вернулся в машину. Как только дверь автомобиля захлопнулась, на полную громкость заорали the Misfits.
Джерард плюхнулся в неудобное пластиковое кресло. Чёрт, ну и ночка.
***
Он покупал сигареты после работы, когда заметил светло-голубую листовку, приклеенную к кассе. Её сложно было не заметить, когда он положил пачку, пересчитал сдачу и снова взял сигареты в руку. Встречи Анонимных Алкоголиков каждый вторник с 18:00 до 19:00… Потом там идёт какая-то чушь о месте встречи и бесплатном кофе. Когда кассир возвращает ему сдачу, то смотрит на него виновато, почти извиняющеся, будто бы знает, что листовка имеет прямое отношение к нему, но ничего не может с этим поделать. Ну, или, может быть, Джерард просто параноик. Встречи проходили в подвале какой-то церкви. Джерард не заходил в церковь с тех самых пор, как мать заставила его пойти туда, когда ему было восемнадцать лет, будучи сонным и злым. Он ненавидел это место. Все устраивали целую драму, стараясь не смотреть на него. Это было слишком очевидным, что все либо пялились, либо боролись с желанием посмотреть. Джерард не был готов к чему-то подобному, не сегодня.
