В бесконечность

Если офицеры идут впереди, остерегайтесь нападения с тыла. Наставления морпехоте ККОН (неофициальные)

Мемориальная больница Гуэрта Цитадель, система Вдовы

      Шепард следовал за знакомым человеком в белом халате в укромный уголок больничного этажа, двери в оживлённую секцию захлопнулись, отсекая весь остальной гул. Больница Гуэрта была до отказа забита пациентами, стараясь справиться с тысячами солдат и гражданских лиц, получивших ранения в результате нападения «Цербера». Койки и пациенты занимали почти всё свободное пространство, а десятки медсестёр и врачей сновали туда-сюда, оказывая необходимую помощь.       Среди облегающих, поблёскивающих лабораторных халатов медицинского персонала людей, азари, саларианцев и турианцев он различал бело-синие халаты врачей и медсестёр ККОН, а также тёмно-серые доспехи нескольких военных медиков ККОН. Четыре морпеха ККОН стояли у главного входа, настороженно наблюдая за происходящим и стараясь держаться в стороне.       — Итак, коммандер, — сказала Чаквас, отвлекая Шепарда от его наблюдений, — вы хотели поговорить со мной?       — Да. Я хотел бы, чтобы вы вернулись на «Нормандию».       Чаквас слегка хихикнула, на её тонких губах появилась небольшая улыбка.       — Вы как всегда сразу перешли к делу, Шепард.       — Что скажете? — Лиара рассказала ему, что Чаквас находилась в больнице, когда они с Кайденом отправились для укрепления обороны. Он сразу понял, что она будет неоценимым помощником для его команды, если вернётся на «Нормандию».       — Коммандер, не так быстро. — Улыбка доктора превратилась в широкую ухмылку: — На этот раз вам придётся меня уговаривать.       — Уговаривать? — спросил Шепард, изображая замешательство.       — Я должна сказать, что моя жизнь сейчас довольно увлекательна. По правде говоря, я могу назвать несколько причин, по которым жизнь на «Нормандии» была бы хуже той, что я имею сейчас.       — Неужели? Ну что ж, выкладывайте, — бросил вызов Шепард.       — Для начала, у меня практически не будет свободного времени.       — Да, скорее всего, всегда найдётся дело, требующее внимания.       — Мне вновь придётся начать делить постель.       — Но она всегда будет тёплой, преимущества «горячей койки».       — Еда как правило довольно безвкусная.       — Наши военные пайки приготовлены идеально, спасибо.       — Работа весьма опасна.       — Это лишь означает дополнительные выплаты за пребывание в зоне боевых действий.       — Даже в этом случае деньги будут не столь велики. Моя зарплата в коммерческом секторе почти втрое выше, чем была, когда я служила в Альянсе, — сказала Чаквас.       — Верно, — согласился Шепард. Его собственное жалованье составляло всего восемьдесят тысяч кредитов в год — мизерная сумма по сравнению с тем, что он зарабатывал сейчас за счёт гонораров за данные о добыче полезных ископаемых, которые он продавал на этапе исследования планет «Цербером».       — В вашей компании царит суровая атмосфера, странные пришельцы и жестокие солдаты, — продолжала доктор.       — Но у нас проницательный взгляд и чуткая душа.       Они смотрели друг на друга несколько секунд, прежде чем Чаквас скрестила руки на груди и заявила:       — Я хочу повышения.       — Договорились, — заявил Шепард, ответив на её ухмылку своей собственной. — Добро пожаловать на борт, старший главный врач. — Он немного наклонился, а затем прошептал ей на ухо: — И следующая бутылка серрайского ледяного бренди за мой счёт.       — Коммандер, вы определённо знаете, что нужно сказать девушке… — рассмеялась Чаквас, легонько толкнув его локтем.       Шепард сделал шаг назад и выпрямился, а затем спросил:       — Как скоро вы сможете прибыть на «Нормандию»?       — На самом деле, у меня не так много личных вещей. А поскольку большую часть времени я провожу здесь, в больнице, а не в своей квартире, почти всё находится в моём шкафчике. Если вы дадите мне пару минут, чтобы уведомить персонал о моей отставке и забрать свои вещи, я смогу сопровождать вас обратно в док.       — Очень хорошо, — ответил Шепард. — Мы собираемся отбыть через час после того, как загрузим топливо и припасы. Майор Киррахе хотел поговорить со мной перед отлётом, поэтому я решил прибыть раньше остальных членов экипажа. Лиара и остальные в курсе, как найти дорогу назад.       — Отлично. Мы идём?

***

ККА «Нормандия» На пути к Сур’Кешу

      — Сто пять… Сто десять… Сто пятнадцать…       Мастер-Чиф провёл нановолоконной салфеткой по внешним сторонам аттенюатора циклической энергии, прежде чем вернуть его на место ровно в полудюйме от правого дорсального вентиляционного отверстия.       Он слегка сместил свой вес, восстанавливая равновесие, так как висел вверх ногами на перекладине. Чиф быстро выполнил ещё пять подъёмов, после чего вернул тело и руки в нейтральное положение.       — Сто двадцать, — отстранённо сказала Кортана. На полу перед ним лежали триста пятьдесят четыре компонента, которые составляли его экспериментальную адаптивную боевую систему. Завершив подход, он перешёл к чистке следующей детали.       — Ты сегодня немногословна, — заметил Чиф, осторожно взяв в руки производственный преобразовательный наконечник и приступив к специфическому процессу очистки. За исключением подсчёта его упражнений Кортана почти ничего не говорила. Обычно она постоянно болтала с ним о чём-то. — Что у тебя на уме?       — Я просто… беспокоюсь о том, что предстоит, — ответила она. По тону её голоса Чиф понял, что она недовольна сложившейся ситуацией.       — Ты о Деспаре? Думаешь, что флот не выстоит? — спросил Чиф.       — Нет, дело не в этом. А в том, что будет после.       — В каком смысле? — хмыкнул Джон между очередными подъёмами.       — То, что произошло на Земле Альянса, а именно то, что я каким-то образом сделала с масс-ретранслятором, дало нам максимум три недели до того, как Жнецы откроют ещё один фронт в пространстве Альянса. Сто двадцать пять.       — Ты беспокоишься, что мы не сможем вытеснить Жнецов из турианского пространства до того, как они откроют другой фронт? — спросил Чиф, следуя её линии мысли и откладывая небольшой компонент минифабрики по производству снарядов для своей винтовки.       — Да, — ответила она довольно мрачно. — К настоящему времени Жнецы осадили тридцать одну турианскую планету в двадцати трёх отдельных системах. Турианцы, которые сопротивляются в этих системах, едва держатся, но их обескровили, и без поддержки они долго не протянут. Сто тридцать. Учитывая их численность, три недели на то, чтобы полностью вытеснить Жнецов из турианского сектора и успеть перебросить силы в пространство Альянса — это очень оптимистично.       — Я считал это само собой разумеющимся, — сказал Чиф, только что закончив очередной подход. — С точки зрения галактической войны три недели — это ничто. Война с Ковенантом продолжалась почти тридцать лет. Ласки должен знать, что эти сроки неразумны.       — Сто тридцать пять. Ему это известно, он сообщил мне об этом. Ласки в первую очередь беспокоит то, что наши ограниченные силы будут слишком растянуты, а это именно то, к чему приведёт война на два фронта. Как бы ни были эффективны наши военные корабли против Жнецов, если им удастся отрезать и набросится на отдельный корабль, мы ничего не сможем сделать, чтобы помешать этому. Потеря даже одного фрегата «Харон» будет значительным ударом по нашей стратегической мощи. Сто сорок.       — Есть предложения, что мы можем сделать?       — Я выполняю миллионы расчётов каждую секунду, конечно, у меня есть предложения, — ответила Кортана, ухмыляясь, несмотря на то, что Джон не мог видеть её аватар из проекционного устройства позади него. — Мы не можем позволить себе увязнуть в длительных операциях по типу «найди и уничтожь» в пределах турианского пространства. Сто сорок пять. Нам нужно обнаружить и изолировать самые крупные скопления сил Жнецов, а затем нанести жёсткий и быстрый удар на пути к Палавену. Поскольку наступление Жнецов в настоящее время идёт через турианское пространство, у нас будет несколько вариантов агрессивной контратаки. У нас появится инициатива и мы должны будем сохранить её.       — Такая агрессивная тактика может привести к риску оставить за спиной противника, — сказал Чиф.       — Но если мы слишком долго задержимся в пространстве Палавена и не укрепим пространство Альянса, гораздо большие силы Жнецов, которые должны прибыть туда, пройдут прямо по нам. Сто пятьдесят.       Мастер-Чиф покачал головой, тихо вздохнув.       — Галактическая стратегия — не моя сильная сторона. Я предпочитаю сражаться на земле.       — Тебе не нужно говорить мне об этом, — весело сказала Кортана. — Ты солдафон до мозга костей. Мы оставим это Ласки и другим большим шишкам, они смогут найти решение.       — Сто пятьдесят пять, — хмыкнул Чиф, укладывая на пол последнюю деталь, нуждающуюся в чистке — внешний спусковой механизм.       — Кстати, лейтенант Вега идёт прямо сюда, — предупредила Кортана.       Хотя его слуховые рецепторы были значительно ослаблены, когда он находился вне доспехов, они всё равно были лучше, чем у любого другого человека. Он винил в своей неспособности услышать Вегу, спускающегося по лестнице, громкий гул привода эффекта массы, который приводил «Нормандию» в движение на сверхсветовых скоростях, и разговор с Кортаной. Кроме того, она вполне могла сообщить ему об этом гораздо раньше, и, возможно, Вега шёл очень тихо, пытаясь застать спартанца врасплох.       Всё ещё вися вверх ногами, он посмотрел «наверх» и увидел Вегу в конце коридора, одетого в свои стандартные чёрные брюки и серую рубашку спецназа Альянса.       Чиф собрался слезть с перекладины, но Вега быстро протянул руки и сказал:       — Нет, пожалуйста, оставайся на месте. Я ведь не помешал? — взгляд лейтенанта метнулся к множеству деталей винтовки, разложенных на полу, и он быстро пришёл к выводу, что и вправду мог помешать.       — Простое обслуживание вооружения, — ответил Чиф.       Вега окинул взглядом сотни деталей, расположенных аккуратными рядами и столбиками, затем сказал:       — Это выглядит чрезвычайно сложным для простого обслуживания оружия.       — Адаптивная боевая система находится только на стадии прототипа.       — Здесь, должно быть, более двухсот отдельных деталей. Это просто кошмар — разбирать подобное устройство на поле боя. А если заклинит? Сколько деталей придётся разобрать?       — В случае какой-либо неисправности или для быстрой чистки винтовка может быть разобрана на восемь основных компонентов.       — Хм. Значит, я полагаю, что это… — сказал Вега, указывая на перевёрнутого Мастер-Чифа с сотнями частей оружия под ним, — является «тщательной» чисткой?       — Так и есть. Вы что-то хотели, лейтенант? — спросил Чиф, скрестив руки на груди.       — Да, — ответил он, жестом указывая назад в направлении отсека для челноков. — Ты голоден?       Чиф задумался на секунду. Прошло уже несколько часов с тех пор, как он ел в последний раз, это было на Цитадели. Прямо перед тем, как они докладывали Ласки о миссии Синей команды на крейсере «Цербера», он съел энергетический батончик. Словно по команде, Джон почувствовал, что его желудок начал урчать.       — Да, — ответил Чиф.       — Отлично, я дам тебе несколько минут, чтобы всё это собрать, — сказал Вега, указывая на разобранную АБС. — Надеюсь, ты любишь яйца. Я купил немного на Цитадели.       Чиф смотрел, как лейтенант уходит, и как только спартанец убедился, что Вега покинул инженерный корпус, он начал собирать свою винтовку. Его руки превратились в клубок точных отточенных движений, когда он собирал систему, а весь процесс занял считанные минуты. Закончив, он спрыгнул с перекладины, положил АБС и набор для чистки в один из надёжных шкафчиков и направился к лестнице.       — Яйца? В три часа ночи? — спросила Кортана, слегка повеселев.       — На военном корабле не существует циклов дня и ночи, — ответил Чиф. — Я голоден.       — Вы, люди, и ваша неэффективная потребность в основных «предметах первой необходимости». Ладно, ступай есть свои яйца. Я буду здесь, сортировать и анализировать информацию, которую мне удалось вытащить из зашифрованных баз данных Цитадели.       — Я думал, Ласки запретил взлом.       — О, ты же знаешь Ласки, он тот ещё шутник. На самом деле он не это имел в виду. Кроме того, к концу нашего крестового похода по изгнанию «Цербера» мне стало скучно. Пришлось найти себе занятие.       Хотя Чиф знал, что Ласки не был столь же строг и категоричен, как другие офицеры, под началом которых он служил — например, покойный капитан «Бесконечности» дель Рио — он был уверен, что Ласки имел в виду именно то, что сказал. Но Чиф знал, что лучше не пытаться отговорить Кортану от её шалостей.       Пытаться запретить ей взламывать защищённые базы данных было всё равно что пытаться запретить осколочной гранате М9 не детонировать через пять секунд после удара о твёрдую поверхность. Кортана была буквально создана для того, чтобы стать лучшим оборудованием для ведения кибервойны и взлома, которое когда-либо производил ККОН. Он тихо вздохнул, смирившись с мыслью, что Кортана достаточно способна, чтобы не попасться. Он знал, что это так, но всё же надеялся на это. Чиф направился к лестнице, ведущей из инженерного отсека.

***

      Маленькая дверь служебной лестницы, спиралью огибающей лифт «Нормандии», открылась, и Мастер-Чиф шагнул внутрь, металлическая дверь почти бесшумно закрылась за ним. Хотя освещение было довольно тусклым, его улучшенное зрение всё ещё могло легко различить большую белую надпись на переборке перед ним: «Каюты экипажа».       Корабль закончил серию переходов от ретранслятора Цитадели к ретранслятору в бассейне Аннос около тридцати минут назад, и сейчас «Нормандия» двигалась на обычной сверхсветовой скорости к системе Пранас и конечному пункту назначения — саларианской планете Сур’Кеш.       Чиф взглянул на так-пад, который он носил на запястье: 03:05. До прибытия на Сур’Кеш оставалось около шести часов. Внезапно его внимание привлёк тихий звук, и он повернул голову, чтобы проверить, не повторится ли он. И спустя секунду он услышал ещё один тихий треск, за которым последовало лёгкое поскребывание. Похоже, звук доносился из столовой, поэтому Чиф направился в ту сторону.       Пройдя к столовой, он обнаружил источник шума — лейтенанта Джеймса Вегу, сгорбившегося над плитой в маленькой кухоньке «Нормандии». Вега заметил, что в поле его зрения появился Мастер-Чиф, и повернул голову, сказав:       — Привет, Чиф.       Спартанец лишь кивнул в ответ. Большинство членов экипажа спали. Поскольку они двигались со сверхсветовой скоростью, только самые важные сотрудники оставались на своих местах, например, пилот и инженеры, следящие за системами, которые требовали круглосуточного контроля. Большинство спало в кают-компании или в спальных капсулах, расположенных возле системы управление вооружением.       — Почему бы тебе не присесть? Это займёт ещё пару минут, — сказал Вега.       Чиф выбрал место за небольшим четырёхместным столом рядом с мини-кухней и сел, стараясь не обращать внимания на чувство тревоги, которое медленно закрадывалось в его душу. Это была не вина Веги, здоровенный морпех был с ним вежлив и приветлив. Скорее, дело было в том, что он всё ещё не привык к «Нормандии» и остальным членам команды Шепарда.       После многих лет работы в одиночку после катастрофы, случившейся на Пределе, разлуки со спартанцами, которые были его единственной семьёй с шестилетнего возраста, борьбы с ужасами Ковенанта, Потопа и Дидакта, он наконец вернулся к нормальной жизни.       Джон воссоединился со своей командой: Фредом, Келли, Линдой, своими друзьями. Он снова обрёл цель, мотивацию, и чувство нормальности. Будь то уничтожение остатков Ковенанта Джула ’Мдамы, ведение глубокой разведки на дальних участках выживших внешних колоний с подозрением на активность повстанцев или сопровождение групп учёных в исследованиях вновь обнаруженных объектов Предтеч, для него всегда была миссия.       Теперь Ласки отделил его от своих соратников и отправил на «Нормандию» с особым приказом «защищать интересы ККОН». Мастер-Чиф очень уважал Ласки после того, как тот помог ему уничтожить Дидакта на Реквиеме, но он всё ещё не понимал, почему именно он должен сопровождать Шепарда.       Ещё одной причиной его беспокойства было то, что коммандер вежливо попросил Чифа не носить броню вне боевых ситуаций, например, на «Нормандии» или в Цитадели. Чиф не очень-то хотел снимать доспех, поскольку его «мьёльнир» был такой же частью его самого, как и второй слой кожи, но его десятилетия военного опыта уловили невысказанный приказ между словами Шепарда.       Он чувствовал себя почти обнажённым, будучи одетым только в форму Альянса, боевые ботинки, персональный барьер твёрдого света и M6H «Магнум». Шепард сказал, что это должно было сделать его более дружелюбным к экипажу, но Чиф не был в этом уверен. Большинство людей держались от него на расстоянии, то ли из-за его массивной фигуры, пугающего вида из-за бледной кожи и множества шрамов, то ли просто потому, что он был из ККОН, а значит, неизвестной персоной.       Даже его коллеги из ККОН находились в похожем положении: Долтон и Чехак проводили гораздо больше времени возле двух кораблей в отсеке для челноков, чем остальные члены экипажа «Нормандии». Единственным человеком, которого Чиф мог по-настоящему назвать другом на борту «Нормандии», была Кортана, впрочем, как и последние несколько лет.       Чиф нахмурился, вспомнив, как она разбудила его на корабле «Вперёд к рассвету» после пяти лет криосна. Когда они путешествовали по Реквиему, пытаясь остановить Дидакта, было очевидно, что она находится на последних стадиях семилетней жизни, и что признаки безумия начинают проявляться. Поначалу Чиф не хотел в это верить: его ближайший напарник, тот, кто знал его лучше, чем он сам, тот, кто буквально сидел у него в голове, был на исходе жизни.       Когда они сражались на мире-щите Предтеч, его самым большим страхом были не Ковенант Джула ’Мдамы, не прометейцы и даже не сам Дидакт. Это был страх потерять Кортану, потерять то, что имело для него наибольшее значение.       Сейчас Чиф был далёк от религии, но когда в результате воздействия отпечатка Библиотекаря был переписан «генетический код» Кортаны так же, как она переписала его собственный, это было похоже на чудо. Отпечаток Библиотекаря передал Кортане части своего собственного кода, перезаписав сравнительно примитивные участки, с которых началось её погружение в безумие.       В этот момент Вега обернулся от плиты, в его руках были две довольно большие тарелки с яичницей. Он с улыбкой поставил их на стол и сказал:       — Извини, если я сделал слишком много, я просто подумал, что ты из тех людей, которые едят довольно много яиц.       Чиф смотрел на тарелку с яичницей, пока Вега возвращался за двумя стаканами воды, чутким зрением различая мелкие гранулы соли и перца, которые использовались в качестве приправы, и видел маленькие струйки пара, поднимающиеся в атмосферу «Нормандии».       — Вот, попробуй добавить это, — сказал Вега, передавая Чифу маленькую бутылочку красного соуса с надписью «Табаско». — Только не слишком много, если конечно не любишь острый вкус.       Чиф последовал его совету, откупорил бутылку и налил небольшое количество табаско в свою тарелку. Он передал бутылку обратно Веге, который более энергично полил яичницу соусом.       — Приятного аппетита, — тихо сказал морпех и отправил в рот большую ложку яиц, Чиф последовал его примеру.       Они ели в тишине около минуты, прежде чем Вега спросил между делом:       — Ну, как тебе?       — Неплохо, — ответил Чиф. На самом деле, после целой жизни, проведённой в столовых ККОН или питаясь специальными пайками, эта простая тарелка яиц была, без сомнения, одним из самых вкусных блюд, которые он когда-либо ел в своей жизни.       Спартанец съел всю яичницу менее чем за три минуты — быстрый приём пищи был одним из обязательных условий питания в полевых условиях, когда в любую секунду тебя могут снова вызвать в бой. Не желая грубить и уходить из-за стола прямо сейчас, он решил, что может последовать совету Шепарда узнать команду получше и попытаться завязать разговор с Вегой.       — Ты упоминал, что не можешь заснуть?       — Да… Я просто много думал. Обо всём, понимаешь? — сказал Вега.       — О Жнецах? «Цербере» и Цитадели?» — спросил Чиф.       — Ну да, конечно, кто бы не думал о возможном конце жизни, какой мы её знаем, или о крупномасштабной террористической атаке на центр галактической цивилизации? — ответил Вега, покачав головой. — Дело не столько в этом. Я бы предпочёл оставить эти масштабные проблемы генералам и адмиралам. Мне просто интересно, что я делаю здесь, на «Нормандии».       — Не уверен, что понимаю, — сказал Чиф, нахмурив брови, хотя он уже начал подозревать, что могло беспокоить морпеха Альянса.       Вега тихо усмехнулся и сказал:       — Я не думаю, что ты поймёшь. Не знаю, известно тебе или нет, но коммандер Шепард? Он — легенда, герой Скиллианского блица, спаситель Цитадели, уничтожитель Коллекционеров… Почти каждый в галактике слышал о Шепарде. А его команда? Гаррус Вакариан? Лиара Т’Сони? Майор Аленко? Лейтенант Моро? Корабль Шепарда, «Нормандия»? Все они — легенды. Почти все слышали о них.       — Что ты пытаешься сказать?       — Я пытаюсь сказать, какого чёрта я здесь делаю? — сказал Вега, позволяя своей вилке упасть на пустую тарелку с небольшим звоном. — Я обычный парень.       Теперь Чиф всё понял.       — Я видел, как ты сражаешься, Вега, ты отличный солдат, — сказал Чиф, вспоминая, как морпех проявил себя на Марсе и на Менае.       — Спасибо, — искренне ответил Вега, — но только подумай об этом. Шепард — N7, лучший из лучших в Альянсе. Шепард, Аленко и Т’Сони — опытные биотики. Джокер окончил дюжину различных лётных школ и сертифицирован для управления всеми чёртовыми кораблями флота Альянса. Вакариан, без сомнения, лучший снайпер и самый меткий стрелок, которого я когда-либо видел.       Чиф быстро выдохнул через нос при последнем утверждении. Турианец не смог бы сравниться с Линдой.       — А ты какой-то суперсолдат ККОН, — продолжал Вега, — и не говори, что это не так, потому что я видел, как выглядят обычные морпехи ККОН. Не зря ты был единственным солдатом ККОН, которого отправили на «Нормандию».       Чиф лишь кивнул, в конце концов, Вега был прав. Джон полагал, что «Спартанцы-II» — это самое близкое, что было у ККОН к «суперсолдатам».       — А вот есть я. Ты знаешь, чем я занимался до того, как меня занесло на «Нормандию», когда Жнецы высадились на Землю? Я был техником оружейного склада. Конечно, меня приняли в программу N, но до этого ещё предстояли долгие месяцы. Потом объявилась первая волна Жнецов, отбросила нас от Земли, и вот я здесь.       — Ты думаешь, что тебе здесь не место, — сделал вывод Чиф.       — Именно, — ответил Вега, помолчав минуту. — Работа в этом арсенале — это обычная кабинетная работа. Раньше я был спецназовцем, служил на наших внешних колониях, защищая новые миры Альянса от работорговцев, наёмников или чего похуже.       Вега сидел, повернув голову в сторону медблока, а его глаза остекленели и расфокусировались.       — Я был на планете под названием Фел Прайм, когда раса под названием Коллекционеры напала на него.       — Я читал о них, — сказал Чиф, вспоминая информацию с определённых страниц одного из информационных досье Кортаны.       — Да? Тогда ты должен знать, что они — настоящий кошмар. Они хотели вывезти всё население колонии, и наша работа заключалась в том, чтобы не допустить этого. — Вега тяжело вздохнул, опустив взгляд на стол. — Короче говоря, мы потерпели неудачу. Все колонисты погибли, как и большинство моих людей. Руководство Альянса снова и снова хвалило меня за мою работу и даже повысило в звании, но я этого не заслужил. Поэтому я попросил эту должность в арсенале.       На некоторое время воцарилось молчание, было видно, что морпех находится в состоянии сильного эмоционального напряжения. Вега чувствовал, что по сравнению с легендами, которые стали известны о Шепарде и его команде, он ничем не выделяется. Он был обычным морпехом Альянса, среди команды грандиозных личностей, совершивших почти мифические подвиги; людей, которые спасли всю галактику. Дважды. Именно последнее обстоятельство очень задело Вегу. Его не волновала ни слава, ни известность, его волновала только защита своего народа, и он до сих пор не усвоил важнейший урок: на войне люди умирают, несмотря на все ваши усилия по их спасению. Чиф не мог не провести параллели со своим собственным опытом.       — Я сражался на десятках планет во время войны с Ковенантом. Неважно, сколько битв мы выиграли на земле, сколько убили, сколько спасли, это почти не имело значения. Сокрушив наши корабли, Ковенант просто уничтожал планету прямо с орбиты. Я знаю, каково это — терять людей.       Он поднял глаза на Вегу и увидел, что лейтенант смотрит на него с восторженным вниманием, поэтому Чиф продолжил:       — В начале той войны было почти тридцать спартанцев, таких же солдат, как я. И вот нас осталось всего семеро. Мы все знали друг друга и сражались друг с другом десятилетиями. Они были не просто моими друзьями по отряду, они были моей семьёй.       Вега испустил тяжёлый вздох.       — У меня такое чувство, что ты мало кому об этом рассказываешь.       — Ты прав.       — Как ты прошёл через это? — спросил Вега.       — Всегда есть новая миссия. Я просто концентрируюсь на ней изо всех сил.       — А что будет, когда у тебя закончатся миссии?       На этот вопрос у Мастер-Чифа не было ответа. После того как Вега выяснил это для себя, он встал и отнёс свою тарелку к раковине на кухне.       — Приятно было поговорить с тобой, Чиф, и спасибо. Рад, что тебе понравилась яичница, — сказал он и направился к лифту, оставив спартанца одного за столом.       Чиф услышал, как закрывается лифт, и в этот момент на столе перед ним появился маленький голографический аватар Кортаны, с руками, сложенными на бёдрах.       — Должна сказать, это самое большое количество слов, которое я слышала от тебя за один раз с тех пор, как мы оказались тут. Интересно.       ИИ был прав. Чиф не знал, что заставило его открыться Веге так, как он это сделал, но это произошло.       — Что интересного? — спросил он Кортану, имея в виду её последнее слово.       ИИ одарил его лучезарной улыбкой.       — Думаю, у тебя появился друг.

***

Сур’Кеш

      — Теперь запомните, это простая операция. Саларианцы доставят нас к самке, выведут её из состояния сна, и мы все вернёмся на «Нормандию». Всё просто. Так что держите оружие в кобуре, — сказал Шепард. — Рекс.       Кроган оскалил зубы на последнем слове Шепарда.       — Когда дело касается саларианцев, ничего простого не бывает, — пробурчал он, нехотя возвращая громадный «клеймор» на спину. — Хитрые ублюдки. Если они попытаются что-то сделать, я убью их всех до единого.       — Рекс, — сурово повторил Шепард, — никто никого не убьёт. Саларианцы — наши союзники.       — Ты прости меня, что я не намерен относиться дружелюбно к виду, который намеревался обречь кроганов на вымирание. Эта женщина — будущее моей расы, и будь я проклят, если какой-нибудь саларианец отнимет её у меня, — горячо воскликнул Рекс. Шепард тяжело вздохнул и потёр виски.       С другой стороны отсека Мастер-Чиф наблюдал за этим диалогом с немалой долей опасения. Великий объединитель кланов кроганов был на взводе с момента их прибытия в систему, и хотя Чиф мог понять его рвение спасти свою расу, в то же время ему не хотелось ввязываться в перестрелку на родной планете саларианцев из-за вспыльчивого характера Рекса.       Судя по обеспокоенным выражениям лиц майора Аленко и доктора Т’Сони, он был не единственным, кто так считал. Гаррус был занят тем, что осматривал свою снайперскую винтовку, лишь мимоходом обратив внимание на разговор Рекса и Шепарда.       — Мы получили разрешение на посадку от саларианского контроля, — сообщил Кортес через внутренние динамики «кадьяка».       — Хорошо, — ответил Шепард. — Передайте «Гадюке-Т», чтобы она оставалась в воздухе, наблюдая за посадочной площадкой.       — Вас понял, коммандер.       В случае необходимости их силами быстрого реагирования должен был стать стелс-корабль и Вега, ожидавший в отсеке для десанта. Чиф надеялся, что тяжёлое вооружение на борту «пеликана» не понадобится, но было неплохо иметь его на всякий случай.       До самой посадки прошло полминуты в тишине, и Чиф почувствовал подошвами своих ботинок лёгкий толчок челнока, опускающегося на площадку. Шепард в последний раз оглядел свой отряд и убедился, что все убрали оружие в кобуры, потратив ещё пару секунд на осмотр Рекса.       Шепард нажал кнопку открытия двери, и бок «кадьяка» раздвинулся, открывая взору родную планету саларианцев Сур’Кеш. Группа вышла на посадочную площадку под пристальные взгляды отряда из восьми саларианских солдат в чёрной броне, оружие у них было в кобурах за спиной или на бёдрах.       Чиф на мгновение огляделся по сторонам: красота густых джунглей, отвесных скал и бурлящих водопадов осталась для спартанца незамеченной. Вместо этого он подумал о том, что окружающие скалы идеально подходят для снайперов.       Один из саларианцев шагнул навстречу Шепарду и сказал:       — Коммандер Шепард, я Падок Викс, командующий базой этого исследовательского центра. Полковник Киррахе сказал нам, чтобы мы ожидали вашего прибытия.       — Хорошо, — ответил Шепард. — Хотя мне жаль говорить, что полковник был отозван на военный совет и поэтому не смог нас сопровождать.       — Мы в курсе, — кивнул Викс. — Пожалуйста, если вы последуете за мной, я проведу вас в исследовательские лаборатории.       Шепард кивнул и взмахом руки повёл свою группу вперёд, когда саларианские охранники двинулись им наперерез. Мастер-Чиф, однако, всё ещё был погружён в свои наблюдения за окружающей обстановкой и саларианскими солдатами. С помощью Кортаны он тщательно анализировал каждого саларианца, которого мог видеть, на предмет таких вещей, как характеристики оружия, типы брони, знаки различия подразделений, язык тела и выражение лица.       Он не был экспертом по манерам саларианцев, но, судя по тому, что Кортана сообщала ему, все они демонстрировали внешнее спокойствие и профессионализм, как и полагается солдатам ГОР в таком важном месте.       Однако, когда взгляд Чифа переместился на последнего саларианца из ГОР, волосы на его шее встали дыбом, мышцы напряглись, а глаза инстинктивно сузились. Он оглядел саларианца с ног до головы, пытаясь понять, что вызвало у него столь сильную негативную реакцию, но всё, что он визуально наблюдал, не указывало на какие-либо отличия от его товарищей.       Кортана почувствовала физическую реакцию Чифа и провела направленное сканирование саларианца, но опять же ни один из жизненно важных показателей не указывал на то, что что-то не так.       Чиф нахмурился, когда они подошли к открытой двери большого лифта, в который Падок Викс пригласил их войти. Их саларианский охранник занял позицию за дверью, явно не собираясь сопровождать их в глубины исследовательской базы. Вспомнив разговор с Шепардом о доверии своим инстинктам, когда на него напала бывшая подруга Шепарда по отряду — Миранда, Чиф отправил текстовое сообщение на визор шлема коммандера:       — Коммандер, когда я осматривал встретивший нас отряд охраны, один из саларианцев показался мне довольно странным.       Чиф увидел, как Шепард нахмурил брови под прозрачным визором, и вскоре получил сообщение:       — Что ты имеешь в виду?       — В нём что-то не так, — ответил Чиф. — От него веет опасностью.       — У меня не было подобной реакции, но я доверяю твоим инстинктам, Чиф. Мы должны забрать эту кроганскую самку, но я предупрежу отряд, чтобы они были начеку.       Через пару секунд он увидел, как Кайден, Лиара, Гаррус и Рекс едва заметно напряглись, получив сообщение Шепарда через наушники или на свои визоры. Командующий базой Падок Викс заметил это небольшое изменение, но, кроме секундного сужения и быстрого моргания глаз, никакой другой физической реакции на это не проявил.

***

      «Убийство кроганской самки — главная цель. Киррахе, Шепард и Викс — второстепенные, но убей и их, если будет возможность. Добейся успеха, и тебя запомнят как героя. Не справишься, и вся твоя семья погибнет».       Саларианский капрал тяжело вздохнул, вспоминая свой приказ. Он сжал три пальца на ладони в чётком порядке, чтобы привести в действие нажимную пластину под перчаткой и тем самым активировать взрывной жилет на броне.       Бывший глава ГОР, полковник Пузел, связался с ним день назад и поставил ультиматум. Он должен пожертвовать собой, чтобы убить кроганскую самку, излечившуюся от генофага, или последняя оставшаяся копия данных о репродукции его семьи будет уничтожена.       Пузел сказал, что его вирус уничтожил все цифровые копии, и когда капрал попытался получить к ним доступ, он обнаружил, что полковник не лгал. Во время видеозвонка Пузел показал диск, содержащий последнюю оставшуюся копию, и саларианец понял, что у него нет иного выбора, кроме как подчиниться. Любые попытки доложить или предупредить другие органы ГОР о плане Пузела привели бы к немедленному уничтожению данных, поэтому капрал даже не пытался.       На кону стояла вся его семья. В отличие от большинства других рас Цитадели, саларианские семьи состояли из сотен родителей, братьев и сестёр, дядей, тётей и двоюродных братьев. Потеря данных, которые были ключом к заключению договоров о репродукции, наверняка приведёт его родных и близких к краху. Он не мог этого допустить.       Если ему придётся умереть, то так тому и быть. Он выполняет свой долг. Клан всегда был на первом месте. Если кроганам придётся умереть, то так тому и быть. Он всё равно никогда их не любил и был категорически не согласен с недавними изменениями саларианского политического мышления, согласно которым кроганы были нужны для военных действий. Если Шепарду и членам его экипажа придётся умереть, значит, так тому и быть. Он никогда не считал, что его весёлая шайка мстителей заслуживает того поклонения, которое им оказывают.       Саларианский капрал успокоился. Он, безусловно, умрёт, но это будет не напрасно.

***

      Вскоре группа оказалась в самой лаборатории — большом помещении, усеянном исследовательскими терминалами, за которыми работали саларианские учёные, техники и инженеры. Кортана выделила несколько саларианских солдат-охранников, расположившихся по краям комнаты и настороженно наблюдавших за вновь прибывшей группой Шепарда. Мастер-Чиф заметил одного саларианца, направлявшегося к ним, на нём был какой-то полубронированный лабораторный халат и отсутствовала верхняя часть правого рога.       — Мордин? — спросил Шепард, явно узнав саларианца.       — Шепард, рад тебя видеть, — ответил саларианец — Да, это я.       — Что ты здесь делаешь? — спросил Шепард, протягивая руку.       — После победы над Коллекционерами ГОР попросила меня стать «специальным консультантом», — ответил Мордин в характерной для него короткой, отрывистой манере речи. — После ликвидации клиники Мэлона я передал информацию в ГОР. Команда прибыла, чтобы забрать выживших кроганских самок и обеспечить им надлежащую медицинскую помощь.       Затем Мордин наклонился поближе, чтобы прошептать Шепарду на ухо, но, к счастью, слуховые сенсоры Чифа были достаточно развиты, чтобы уловить его слова.       — Я тайный контакт Рекса. Я сообщил ему о единственной выжившей самке, у которой проявились все признаки излечения от генофага.       Саларианский учёный откинулся на спинку кресла и сказал:       — Попытки синтезировать универсальное лекарство зашли в тупик из-за политических разногласий. — Он оглянулся на внутреннюю часть лаборатории с выражением отвращения на лице, а затем снова повернулся к Шепарду. — До сих пор. Последние десять часов мы работали без перерыва с момента получения приказа направить все ресурсы на лечение генофага. Исследования Мэлона оказались весьма полезными.       — И? Вы добились какого-нибудь прогресса? — быстро спросил Рекс.       — Некоторого. Для дальнейших действий нужны образцы тканей жизнеспособного кроганского самца. — Мордин посмотрел на Рекса и сказал: — Теперь это не должно быть проблемой.       Мордин приложил палец к уху и несколько секунд молчал, прежде чем сказать:       — Они выводят её из стазиса. Это займёт всего несколько минут.       Мордин сделал шаг к Шепарду, оглядывая его группу с ног до головы.       — Кайден. Гаррус. Лиара. Рекс. Старая команда, на этот раз снова под знаменем Альянса. — Затем он бросил долгий взгляд на Мастер-Чифа, пробежавшись глазами по его бронированной фигуре. — А ещё есть… это?       — Вообще-то, это он, — поправил Шепард.       — Он? Значит, не робот. Теоретически это было возможно. Движения слишком плавные. Слишком точные.       — Главный старшина Сьерра-117, Космическое командование Объединённых Наций, — объявил Чиф.       — Хм. Интересно, — сказал Мордин. — Это флотское звание, да? Вы из отряда специальных операций — это моя теория, подкреплённая продвинутой бронёй и системами вооружения, а также цифровым обозначением. Почему вы с коммандером?       — Я объясню позже, Мордин, — сказал Шепард, — всё это довольно… сложно.       — Конечно, в наше время всё сложно, — сказал Мордин, покачав головой. Он повернулся и увидел, что дверь в дальней части комнаты открыта. — А вот и она.       Все повернули головы, чтобы посмотреть на кроганскую самку, сопровождаемую двумя саларианскими охранниками ГОР по обе стороны. Она была одета в тёмно-синюю одежду с серебряной отделкой и богато украшенный головной убор, который закрывал большую часть её лица, кроме переносицы и двух маленьких глаз. Рекс первым подошёл к ней и начал говорить:       — Меня зовут Урднот Рекс, и я здесь, чтобы…       Однако женщина-кроган не дала ему закончить:       — Я знаю, кто ты и зачем ты здесь. Я очень устала и хотела бы попасть на ваш корабль.       — Э-э, хорошо? — Рекс заикался, кроганский военачальник явно не привык, чтобы его так прерывали.       — Процедуры, через которые она прошла, были очень… интенсивными, — уведомил Мордин, на короткую секунду сморщив нос. — Она всё ещё находится в процессе восстановления.       — Хорошо, — сказал Шепард, — возвращаемся к челнокам.       Он посмотрел на Падока Викса, который кивнул и приказал группе вернуться в лифт. С учётом того, что женщина-кроган и доктор Солус добавили общего веса, подниматься было теснее, чем спускаться, но вскоре лифт оказался наверху.       Тем временем, Мастер-Чиф не мог избавиться от чувства тревоги, которое он ощутил, когда смотрел на одного конкретного саларианского солдата. Более того, это чувство становилось всё сильнее.       Лифт просигнализировал об окончании подъёма небольшим щелчком, и дверь начала открываться. Мастер-Чиф, стоявший впереди группы, заметил, что один саларианец быстро идёт к ним. Чувство тревоги у Чифа переросло в прямое ощущение чистой опасности. Вскоре он узнал почему, когда сканирование саларианца Кортаной обнаружило под его бронёй взрывной жилет. Вот тогда-то и начался настоящий ад.       Разум Чифа заработал в ускоренном режиме. Бомба. Кортана не обнаружила её с первого раза, что означало, что она, должно быть, была недавно активирована. Относительно замкнутое пространство, окружавшее их, могло только усилить взрывной эффект бомбы, даже если заряд был относительно небольшим.       Кто был целью? Он? Шепард и его команда? Кроган? Доктор Солус? Он решил, что наиболее вероятным ответом была женщина-кроган. Шепард и Рекс упомянули, что не все саларианцы могут счесть излечение генофага наиболее приемлемым вариантом. Но кто мог отдать приказ о такой атаке? Далатресса? Конкурирующие офицеры ГОР? Чёрт, это мог быть просто одинокий волк, решивший, что это правильный и благородный поступок.       Всё это было неважно, потому что сейчас Чифу нужно было понять, как пережить следующие несколько секунд. Мир вокруг него замедлился почти до полной остановки, что было следствием прилива химических веществ, наполнявших его кровь и искажавших восприятие времени.       Спартанское время.       Чиф предположил, что в бронежилете саларианца был детонатор, поэтому, убив его выстрелом в голову, он, скорее всего, просто взорвёт бомбу в нескольких метрах от намеченной цели. Дополнительного расстояния может оказаться достаточно, чтобы он смог выжить в своём «мьёльнире», но для остальных членов его группы это, скорее всего, не будет иметь решающего значения.       На ум сразу же пришёл один предмет снаряжения, который он всегда носил на поясе: временный стационарный щит Z-4190. Или, сокращённо, пузырьковый щит. Правой рукой он бросил пузырьковый щит с пояса на пол, а левой выхватил из бандольеры осколочную гранату и метнул её в приближающегося саларианского смертника.       Граната попала саларианцу прямо в грудь, сила удара была достаточной, чтобы заставить его пошатнуться на несколько футов назад, прежде чем граната с лязгом упала на пол. В этот самый момент активировался пузырьковый щит, окружив Чифа и группу Шепарда шестиугольнчатой сферой защитной энергии. Только тогда коммандер и остальные начали понимать, что что-то не так: рефлексы и скорость обработки информации в этот момент безнадёжно уступали спартанцу.       Спустя полсекунды после удара о поверхность граната взорвалась, разнеся смертника в клочья. Граната также вызвала детонацию жилета саларианца, взрыв был настолько сильным, что даже несмотря на защиту, которую обеспечивали пузырьковый щит, энергетические щиты и «мьёльнир», Чифа отбросило назад, в стену позади него.       Придя в себя, Чиф заметил, что пузырьковый щит, солдаты ГОР, охранявшие лифт, и бо́льшая часть помещения просто исчезли. Заверещали сигналы тревоги, он вскочил на ноги и снял с предохранителя винтовку, бросив взгляд на своих компаньонов. К счастью, большинство из них уже начали приходить в себя и подниматься с пола.       Похоже, его авантюра оправдалась: пузырьковый щит и его собственные усовершенствованные энергетические барьеры поглотили и перенаправили большую часть взрыва. Единственным, кто не был выведен из строя в той или иной форме, был Урднот Рекс, который уверенно стоял на ногах. Его массивное ружьё было в руках, а рот сомкнулся в зубастом оскале, горящие красные глаза были устремлены на только что прибывшую на место происшествия группу ГОР.       — Кровавая ярость! — предупредила Кортана, очевидно, заметив симптомы и вызванные ими биометрические изменения в показаниях крогана. Рекс, вероятно, решил, что саларианцы только что пытались убить не только его, но и последнюю надежду его расы, и поэтому собирался ответить добром на добро.       Мастер-Чиф не мог этого допустить, поскольку шансы выжить в перестрелке посреди базы ГОР при попытке вернуться к «кадьяку» Кортеса были не в их пользу.       Он опустил винтовку, присел на корточки, выпрямил бёдра и рванул вперёд с силой и скоростью, на которую был способен только спартанец. Он вытянул ладонь и прицелился прямо в подбородок Рекса. Удар, который мог бы убить многие виды, к счастью, принёс желаемый результат, поразив Рекса и мгновенно лишив его сознания.       Чиф снова оглянулся и с удовлетворением увидел, что Гаррус, Кайден и женщина-кроган поднялись на ноги, а Шепард поддерживал ошеломлённую Лиару, опиравшуюся на его плечо. Командующий базой Падок Викс пока не двигался. Быстрое направленное сканирование его жизненных показателей дало отрицательный результат, и Чиф нахмурился.       — Возвращаемся к челноку, — приказал Чиф, убирая винтовку за спину и поднимая на руки Рекса, слегка напрягаясь под такой нагрузкой. Шепард хмыкнул, что прозвучало как утвердительный ответ, Гаррус прижал к себе бессознательную фигуру доктора Солуса, и все они отправились в путь полубегом. Чиф не мог не опасаться многочисленных солдат ГОР, оружие которых было направлено в их сторону, не зная, должны ли они стрелять в группу сопровождения Шепарда или позволить ему вернуться к своему транспорту.       Несомненно, угрожающий вид зависшего над ними тяжёлого боевого корабля «Гадюки-Т» отбивал у них желание стрелять, но в любом случае Чиф хотел как можно скорее вернуться в относительную безопасность «Нормандии».       — Там был смертник?! — раздался по связи голос Долтона, который управлял «пеликаном», прикрывая их отход к челноку Кортеса. Кортана, очевидно, предупредила его о том, что произошло, Чиф не думал, что он мог узнать об этом каким-то другим способом.       Было ясно, что база ГОР была в полной боевой готовности. В воздух поднимались истребители и корабли, выли сирены, и группы солдат ГОР усеивали путь к челноку. Удивительно, но им удалось вернуться на «кадьяк» Кортеса на свою посадочную площадку без помех. Чиф счёл это удивительным, потому что если посмотреть на любую запись с камер наблюдения момента взрыва, то всё выглядело так, будто он бросил гранату и убил всех этих солдат ГОР.       Они вошли в десантный отсек, и Чиф бесцеремонно бросил тело Рекса на пол.       — Возвращаемся на «Нормандию», — сказал Чиф Кортесу, — уводи нас отсюда.       Когда «кадьяк» взмыл в воздух, сопровождаемый «Гадюкой-Т», Шепард оглядел своих товарищей и с недоумённым выражением лица сказал то, о чём думали все они:       — Что, блядь, только что произошло?