Глава 23: Тучанка. Часть 1
20 августа 2022 г., 02:15
Глубоко внутри новых звёзд, Оставленный теми, кто был до них: Бастион голода.
ККА «Нормандия» На орбите Сур’Кеша
— Ты склизкий, лживый саларианский сукин сын! — Склизкий? Мой вид уже давно эволюционировал и не нуждается в мембранной диффузии кислорода… — Закрой. Свой. Рот. Тяжёлый, острый кроганский когтистый палец буквально вытолкнул доктора Мордина Солуса из открытой двери десантного отсека «кадьяка» UT-47 на палубу ангара «Нормандии». Рассерженный, недавно очнувшийся Урднот Рекс последовал следом, под тяжестью огромного веса раздался громкий стук его ботинок об пол. — Признай это. Речь шла вовсе не о излечении генофага, — прорычал Рекс. — Это всё была тщательно продуманная уловка, чтобы убить двух пыжаков одним выстрелом? Уничтожить не только лекарство, но и единственного крогана, у которого есть реальный шанс объединить свою расу и спасти её от внутреннего уничтожения? — Гнев затуманивает твои суждения, Рекс, — тихо ответил Мордин, сузив глаза. — Призываю тебя успокоиться. Обдумай своё обвинение. — Иначе что? Ты убьёшь меня? Хе-хе. Воспользуешься своей полевой подготовкой ГОР, чтобы довести дело до конца? Хотел бы я посмотреть, как ты справишься. — Отставить. — Голос был глубоким, грубым и, хоть и властным, он не принадлежал Шепарду. Рекс повернул голову и увидел, как Мастер-Чиф сходит с «кадьяка», оранжевый лицевой щиток был повёрнут прямо к крогану, казалось, что человек пристально смотрит на него — А-а-а. Спартанец. — Рекс выплюнул это слово как оскорбление. — У меня с тобой есть что обсудить после всего, что ты сделал. — Мои действия были оправданы. — Твои действия? Оправданы? Они пытались убить нас! И ты решил, что это самый подходящий момент для того, чтобы подставить меня? — Рекс едва сдерживался, чтобы не зарычать; ярость кипела в каждой складке его кожи. Его дыхание было медленным, размеренным, как у хищника, готового к атаке. Кроган встал в боевую стойку перед Мастер-Чифом. — Ты мог поставить миссию под угрозу. Я распознал симптомы кровавой ярости. — Мастер-Чиф покачал головой. — Если бы саларианцы хотели нашей смерти, нас бы сейчас здесь не было. У них сотни солдат на этой базе, десятки перехватчиков и целая группа кораблей, контролирующих «Нормандию» на орбите. — Чиф прав, — согласился Шепард, выходя из челнока вслед за Лиарой, Гаррусом и Кайденом. Лиара держалась за плечо Шепарда, неуверенно стоя на ногах, а Кайден закрыв глаза, энергично потирал виски, на его лице выражалась явная боль. — У них было достаточно возможностей уничтожить нас, если бы в этом была их цель. — Ну, тогда скажи мне, — начал Рекс, — как объяснить… — Бомбу? — Все головы обернулись к Чифу, некоторые всё ещё были немного встревожены тем, что изредка женский голос исходил от громадного бронированного суперсолдата семи футов ростом. — Это сделал единственный саларианец. Охранник возле лифта, в жилете смертника. Я бы засекла его раньше, но, похоже, содержащиеся химикаты смешались во взрывчатую структуру только после того, как мы уже спустились в лабораторию. Человек в доспехе — да, но я — нет. Я — Кортана. Искусственный интеллект. Доктор Солус резко повернул голову в сторону спартанца так, что казалось, будто ИИ, живущий в гиперпродвинутом доспехе «мьёльнир», вовсе не является чем-то из ряда вон выходящим. — ИИ. Интересно. — Мордин, пожалуйста, отведи кроганскую самку в медицинский отсек. Лиара, Кайден, идите с ними, пусть доктор Чаквас проверит ваше состояние, — приказал Шепард. Когда Мордин вернулся в «кадьяк», чтобы помочь кроганской самке, послышалось жужжание: трап десантного отсека «Гадюки-Т» ударился о палубу ангара, и Джеймс бросился к группе рядом с «кадьяком». — Коммандер, что, чёрт возьми, там произошло? — спросил Вега, вертя головой меж едва стоящими на ногах Кайденом и Лиарой, Шепардом и всё ещё напряжённым противостоянием между Рексом и Мастер-Чифом. — Предположительно, смертник, — ответил Шепард, потянувшись к шее и открыв застёжки на своём шлеме, и аккуратно снял его. — Кто-нибудь пострадал? — Возможно, пара незначительных травм головы, — ответил Шепард, указывая на Лиару и Кайдена. — Вега, помоги Мордину сопроводить кроганскую самку к медикам, она сказала, что чувствует слабость. Кортана, пожалуйста, продолжай. Смертник? — Это наиболее логично. Как сказал Чиф, если бы саларианцы хотели нас убить, то так бы и было. Такое непредвиденное событие, как смертник, объясняет реакцию (точнее, её отсутствие) остальной части базы, когда мы покидали её, — сказала Кортана. Шепард плотно сжал губы и нахмурился. — Тогда, похоже, остаются самые главные вопросы: кто и почему приказал атаковать. — Я скажу тебе, почему, — заявил Рекс. — Очевидно, там всё ещё есть саларианские ублюдки, которые ненавидят саму идею излечения генофага и сделают всё, чтобы остановить нас. Шепард кивнул в знак согласия. — СУЗИ? Ты слышала? — Да, коммандер, — прозвучало через ангарный интерком. — Попробуй связаться с Киррахе по КМК. Скажи ему, что это срочно. Пусть Джокер берёт курс на Тучанку. — Хорошо, коммандер. — Чиф, следуй за мной. Мы поднимаемся в военную комнату. Ты записал, как всё произошло? — спросил Шепард. — Да. — Хорошо. Создай видеофайл с момента, когда мы вышли из лифта и подверглись нападению, до момента, когда мы скрылись на челноке. — Кортана? — спросил Чиф. — Уже сделано, — радостно ответила Кортана. Шепард увидел, как двери лифта закрылись, на панели загорелась лампочка, указывающая, что лифт поднимается на третью палубу, палубу экипажа. — Преобразуйте его в совместимом формате для передачи КМК и пусть СУЗИ приложит его к своему сообщению Киррахе. Чиф, пойдём по служебной лестнице. — Шепард! Голова коммандера повернулась на отчётливый голос Рекса, который целеустремлённо шёл к ним. У Шепарда возникло подозрение, к чему всё идёт. — Рекс? — Не так быстро, Шепард. У нас со спартанцем есть незаконченное дело. — Вот как? — спросил Шепард, скрестив руки в раздражении. — У нас нет на это времени. — Конечно, есть, — прорычал Рекс, переведя взгляд на Чифа. — Он вывел меня из строя в бесчестном бою. В соответствии с древними традициями кроганов, если мы хотим продолжать работать вместе, я требую боя на равных. Прямо здесь и сейчас. — Я думал, что ты пытаешься искоренить наиболее варварские традиции кроганов, — возразил Шепард. — Так и есть. Изначально этот бой был бы до смерти, — ответил он, агрессивно ухмыляясь Чифу. Он отступил на несколько шагов, снял с предохранителя свой массивный дробовик и отбросил его в сторону, а затем раскинул руки в стороны в универсальном знаке «иди и возьми меня», всё ещё ухмыляясь. — Ну что, спартанец? Я жду. — Чиф, ты не… — начал Шепард, но остановился, увидев, как спартанец потянулся к спине, схватив свою элегантную винтовку, и положив её на ближайшую скамью для оружия. За ней последовали его пистолет, бандольера с гранатами и запасные магазины. Он начал подступать медленно, но не так, чтобы изобразить страх или нерешительность, приближаться к Рексу. Глаза Шепарда метнулись к Гаррусу, когда тот шагнул к нему: — Шепард, ты уверен, что это хорошая идея? Коммандер вздохнул. — Нет. — И ты просто позволишь этому случиться? — Да. — Почему? — спросил Гаррус. — Им нужно выплеснуть это, — сухо ответил Шепард. — Чиф просто делал то, что считал лучшим для миссии, но Рекс думает, что быть вырубленным — это «бесчестно», и теперь требует честного боя. — Замечательно, — проворчал Гаррус, покачав головой. — Я принесу немного попкорна. — Хе-хе. Кто первый свалится с ног, тот проиграл, — сказал Рекс, принимая более широкую стойку и выставляя руки в сторону Чифа. Спартанец повторил позу крогана, сигнализируя Рексу, что он готов. Вождь Урднотов не теряя времени атаковал, бросившись на Чифа с тяжёлым сомкнутым правым кулаком наперевес. То, что произошло дальше, Шепард мог описать только как… немыслимое. Коммандер знал, что Мастер-Чиф был быстр, намного быстрее обычного человека, но он и не подозревал, что настолько. От вида того, на что спартанец действительно способен, по позвоночнику пробежала холодная дрожь. Спартанец уклонился влево от атаки Рекса, зафиксировал руку крогана в подмышечной впадине своей левой рукой и остановил порыв Рекса жестоким ударом открытой ладонью в грудь, который, вероятно, убил бы любого, кроме крогана. Затем он завёл свою правую ногу за обе ноги Рекса и ударил крогана головой прямо между глаз. И наконец, он ослабил захват руки Рекса, в результате чего кроган упал назад прямо на стратегически удачно расположенную ногу Чифа и с грохотом рухнул на пол. Всё это произошло в течение одной секунды, причём с такой скоростью и силой, что Рекс смог осознать произошедшее только после того, как упал на пол. Судя по его ошеломлённому выражению лица, Шепард опасался, что Рекс впадёт в очередную кровавую ярость. Рекс разразился таким громким смехом, что эхо отразилось от стен челночного отсека. Он протянул руку Чифу, и спартанец принял её, подняв крогана на ноги. Однако Рекс не отпустил руку Чифа, сказав: — Есть только один человек, которому удалось сбить меня с ног, и он стоит вон там. Правда, это отняло у него гораздо больше времени. Он указал головой в сторону Шепарда, и коммандер склонил голову в ответ. — Но это? — сказал он, покачав своей большой головой. — Я просто скажу, что рад, что ты на нашей стороне. — Рекс отпустил бронированное предплечье Чифа и подошёл к своему отброшенному в сторону дробовику, поднял его и бросил спартанцу. Мастер-Чиф ловко поймал оружие, массивный «клеймор» смотрелся в его руках как самое обычное оружие. — Шепард не хотел его брать, сказав, что это не его стиль. Забирай, — сказал Рекс. Чиф перевернул оружие, чтобы посмотреть на другую сторону, и с удивлением обнаружил буквы, выгравированные на боку дробовика. — «Крушитель черепов», — сказал Рекс, увидев, что Чиф рассматривает гравировку. — Изготовлен моим дедом, мастером-оружейником клана Урднот, полторы тысячи лет назад. Он был подарен моему отцу, а потом достался мне, когда я его убил. Несмотря на то, что за визором и неподвижной фигурой почти никто не мог этого заметить, Чиф замешкался, когда дело дошло до того, чтобы принять оружие Рекса. Во время их обучения подчёркивалось, что не стоит привязываться к оружию, что это всего лишь инструмент для настоящего оружия — самих спартанцев — которым они могут воспользоваться в случае необходимости. Исключением была лишь прошлая снайперская винтовка Линды, «Клык Мойры», но это был особый случай. Её мастерство позволило ей довести эту винтовку до совершенства и в течение долгого времени изучать её тонкости и нюансы. Однако Чиф по-прежнему был твёрдо убеждён, что оружие и оборудование всегда могут выйти из строя, и что адаптивность — это ключ к эффективности в полевых условиях. Если и была одна фраза, которую Мендес вдолбил ему в голову во время обучения, то она заключалась в следующем: адаптируйся или умри. — Просто возьми дробовик. Это часть ритуального испытания, и он отдаёт его тебе из уважения, которое, очевидно, очень трудно заслужить у крогана, — сказала Кортана. Мастер-Чиф склонил голову в сторону Рекса. — Спасибо. — Хе-хе, ты заслужил это. А теперь, если позволите, наш добрый доктор сказал, что я понадоблюсь ему в медблоке. Я не должен заставлять его ждать, — сказал Рекс, направляясь к лифту. — Шепард. Птичья голова. Спартанец, — сказал он, глядя на каждого из них. Однако на этот раз, когда Рекс упомянул Чифа, он использовал не пренебрежительный, а товарищеский тон. Гаррус выглядел так, словно хотел что-то сказать в ответ на оскорбление Рекса, но вместо этого предпочёл промолчать и направился к шкафчикам, чтобы положить своё оружие. — Коммандер, полковник Киррахе хочет связаться с вами через КМК. — Передай ему, что я скоро выйду на связь, — сказал Шепард, кивнув в сторону служебной лестницы. — Нам пора. — Они ступили на лестницу, направляясь ко второй палубе. Шепард надеялся, что им не встретится кто-нибудь ещё, так как не был уверен, что они смогут пройти мимо его бронированной массы; лестница и так была достаточно узкой. Вскоре они появились в тихой суматохе БИЦ, специалист Трейнор сообщила Шепарду, что он получил несколько сообщений, при этом её глаза не покидали Чифа. Коммандер сказал, что займётся этим позже, и Чиф повернул голову так, чтобы смотреть прямо на Трейнор, ничуть не удивлённый тем, что специалист вдруг обнаружила, что её информационная консоль очень интересна. Они повернули прямо к пункту контроля безопасности, Шепард отмахнулся от двух рядовых и их стандартного сканирования оружия, не обращая внимания на срабатывание сигналов тревоги, проходя через сканер, «мститель» и «палач» всё ещё были прикреплены к его броне. Чиф следовал позади, и сигналы тревоги не прекращались. Короткий путь через центр тёмной, заставленной консолями военной комнаты, и они оказались в помещении КМК за считанные мгновения. Шепард и Чиф ступили на две платформы на полу и увидели голографическую синюю фигуру Киррахе, который уже ждал их. — Полковник, — сердечно поприветствовал Шепард. — Коммандер, — ответил новый глава ГОР. — Я только что получил отчёт о случившемся. Ваша команда в порядке? — Пара возможных травм головы, надеюсь, обе незначительны. — А кроганская самка? — Невредима. Сейчас отдыхает. Киррахе покачал головой, испустив вздох облегчения. — Отлично. — А что с вашей стороны? Сколько потерь? — спросил Шепард. — Семь погибших, включая командующего базой Викса. Двенадцать раненых, трое в критическом состоянии. — Он сделал паузу на мгновение, зернистые глаза смотрели на Чифа сверху вниз. — Я просмотрел видеофайл, главный старшина, пока ждал вас. Пару раз, по правде говоря. Ещё одна пауза. Полковник внимательно осмотрел спартанца. — Я до сих пор не знаю, как вы это сделали. Я думал, что запись была подделана, но камеры наблюдения базы ГОР зафиксировали то же самое. — Очередная пауза. Чиф заметил, что саларианец не моргал уже довольно долгое время. — Ни один человек не обладает такой скоростью реакции. Ни турианцы, ни азари, ни саларианцы. Даже мобильные боевые платформы гетов не могут двигаться так быстро. Кто же вы? Удивительно, но именно Шепард быстро встал на защиту Мастер-Чифа. — Он — часть моей команды. Если бы не его действия, количество жертв было бы гораздо больше. Теперь, есть ли у вас другая информация о нападении? Кто её совершил? Кто приказал? Как? Почему? — К счастью, мы уже знаем, кто, почему и как. Смертником был капрал Джессил, бывший полевой агент, который недавно был переведён на службу охраны базы, чтобы немного развеяться. Допуск в оружейную комнату и техническая подготовка дали ему возможность украсть взрывчатку и подделать декларацию, чтобы всё выглядело так, будто он ничего не брал, так что это объясняет, как. — Чиф, не тот ли это саларианец, о котором ты упомянул, будто у тебя плохое предчувствие? — спросил Шепард, вспомнив, что спартанец сообщил ему, пока они спускались в лабораторию на лифте. — Так и есть. Я узнал его, — ответил Чиф. — Плохое предчувствие? — настороженно спросил Киррахе. — Вы извините меня, если я не решаюсь принять догадку солдата за конкретное доказательство. — Предчувствие, которое оказалось верным, — добавил Шепард. — Полковник, это было не обычное боевое чувство опасности, — объяснил Чиф. — Когда я впервые взглянул на него, ещё до того, как он активировал свой взрывной жилет, я почувствовал, что с ним что-то не так. Это трудно объяснить. — Пожалуйста, постарайтесь, — сказал Киррахе, заинтересованный описанием, которое дал Чиф. — Есть, сэр, — ответил Чиф, продолжая. — В нём было что-то не то, но ничего такого, что было бы заметно внешне. От него исходило какое-то странное ощущение… опустошённости, если подумать. — Опустошённости? — спросил Киррахе. — Да, сэр. Как будто его действия не были полностью самостоятельными, или, по крайней мере, на них сильно влияло что-то другое. — Интересно, что вы так говорите, поскольку мы выяснили, что мотивация взрывов была связана с шантажом, — сказал Киррахе. — Шантаж? — пытливо переспросил Шепард. Киррахе кивнул. — Да. Капрала шантажировали угрозой уничтожения записей о репродукции его семьи. Теперь, хотя я уверен, что это очень логичное объяснение действий смертника, основываясь на инстинктах главного старшины, я попрошу наших следователей изучить отчёты капрала и посмотреть, не найдём ли мы ещё что-нибудь необычное. — Я ценю это, полковник, — честно ответил Шепард. Он знал, что прежний Киррахе никогда не отвергнул бы инстинкты солдата, и был рад видеть, что его возведение в ранг главы ГОР не изменило этого качества. — Мастер-Чиф, есть ли ещё какие-нибудь соображения, которые вы хотели бы добавить к тому, что произошло? — На данный момент нет, коммандер, — ответил спартанец, сказав всё, что хотел. — Тогда можешь идти. Сегодня хорошо поработали. Тяжело бронированный человек кивнул, нажал на кнопку открытия двери на внутренней стороне КМК и вышел в военную комнату, прежде чем дверь закрылась за ним. Киррахе подождал пару секунд после его ухода, прежде чем продолжить. — Мы знаем, кто всё это организовал. — Вы знаете? — быстро спросил Шепард, с некоторым недоверием. — Никто иной, как бывший глава ГОР, полковник Пузел. Именно он получил семейные записи нашего капрала и шантажом заставил его совершить неудачный подрыв, у нас есть электронные записи, подтверждающие это. — Как вам удалось выяснить это так быстро? — Пузел поднялся на свою должность благодаря политическим манипуляциям, а не личным заслугам. Он едва обладал базовыми навыками, необходимыми для того, чтобы стать членом ГОР. Как и следовало ожидать, его попытки замести следы были в лучшем случае примитивными, — пояснил Киррахе. — Команды по сбору электронных записей получили данные системных журналов в считанные минуты после нападения. Проблема в том, что он исчез из сети, и мы не знаем, где он сейчас. Я понимал, что мне следовало сильнее надавить на далатрессу, чтобы удержать его для подведения итогов службы… — Есть планы по его поиску? — Есть, несколько. Но главное, что его замысел провалился. Скоро генофаг будет излечен, и тогда нашей задачей будет перенаправить всю эту кроганскую свирепость и упрямство на борьбу со Жнецами. — Киррахе вздохнул, склонив голову вниз. — Но, Шепард, на самом деле всё гораздо сложнее. — Объясните. — Шифры в сообщениях между Пузелом и капралом Джессилом не принадлежали ГОР, поэтому мы их и не засекли. Это были коды «Цербера». — «Цербер»! — зашипел Шепард. — Вы думаете, они работали с Пузелом? — Похоже, что так, в той или иной степени. У меня есть агенты, которые изучают это. И последнее, — добавил Киррахе. — Недавно я получил сообщение, которое примарх Виктус хотел передать вам. Два турианских фрегата и экспедиционный корабль легионеров встретят вас на Тучанке. — Экспедиционный корабль легионеров? — спросил Шепард. Киррахе не мог говорить о знаменитом 26-м Гербовом легионе, турианской военной группе, такой же древней и легендарной, как сама Иерархия, не так ли? — Да, корабль легионеров, — пояснил Киррахе, — и да, из 26-го. К сожалению, большинство из них было уничтожено во время битвы при Палавене, но некоторым удалось выжить. Большинство направляется на Таэтрус для реформирования подразделения, но этому отряду приказано сопровождать вас. Очевидно, наши турианские друзья решили, что эта миссия достаточно важна, чтобы задействовать одну из своих самых опытных групп морпехов. В этом был смысл. Турианцы были так же заинтересованы в излечении генофага, как и все остальные, теперь, когда они все вместе участвовали в этой борьбе. Заручившись поддержкой Рекса и его объединённых кланов, союзные силы получили бы в своё распоряжение одни из самых свирепых и жёстких ударных войск в галактике. Турианцы, разумеется, пришлют все элитные подразделения, которые смогут выделить, хотя большинство из них, несомненно, были нужны для предстоящего стремительного наступления на Палавен. — Я, конечно, буду рад поддержке, — честно ответил он. — Я так и думал. Я вынужден прервать этот разговор. Я обязательно свяжусь с вами, если появятся какие-либо дополнительные сведения в ходе нашего дальнейшего расследования взрыва. Удачи на Тучанке, коммандер. — Спасибо, полковник. — Разумеется. Конец связи. Когда голограмма погасла в статике, Шепард вышел из комнаты КМК. Следующая остановка — медблок, чтобы проверить состояние Кайдена, Лиары и кроганской самки. Шепард спустился на третью палубу и вошёл в двери, встретившись взглядами с доктором Солусом, доктором Чаквас и Рексом. На кроватях лежали Кайден, Лиара и женщина-кроган, которые либо потеряли сознание, либо просто спали. — Доктор Чаквас, что там с Кайденом и Лиарой? — быстро спросил он. — Ничего хорошего, — ответила Чаквас, поджав губы, прежде чем продолжить. — У Кайдена серьёзное сотрясение мозга, а его L2-импланты полностью сгорели. Я бы сказала, что через неделю он сможет вернуться в бой, но ему нужны новые имплантаты и сопутствующее восстановление, прежде чем он снова сможет полностью использовать свои биотические способности. Я бы предложила L5 или что-то более подходящее для него. Это должно избавить его от мигрени. У Лиары ситуация лучше. Трещина в черепе, от которой будет небольшой отёк и боль, но не более того. Она будет вне игры по крайней мере три дня, но я хочу убедиться, что нанонити полностью восстановят место перелома и симптомы полностью исчезнут. Шепард медленно кивнул, обдумывая полученную информацию. Его первой мыслью было сожаление о том, что его друзья пострадали. Вторая мысль касалась тактической ситуации, в которой он оказался, и того факта, что он лишится не только двух членов команды для предстоящей миссии на Тучанке, но и единственных биотиков на «Нормандии». И, наконец, его злило, что двое из его товарищей по команде получили ранения, которые вывели их из строя, всего за каких-то несколько дней. Ему предстояло сделать всё возможное, чтобы избежать дальнейших потерь, поскольку если они будут продолжать в том же темпе, то скоро Джокеру придётся отправляться на наземные миссии. — В общем, учитывая, какой взрыв вы все пережили на таком близком расстоянии, всё могло быть гораздо хуже, — добавила Чаквас. — Я знаю, — сказал Шепард. Его взгляд несколько секунд метался по телам бессознательных Т’Сони и Аленко, а затем перескочил на женщину-крогана. — Как она? — Стабильна, — ответил Мордин. — Слаба, физически истощена после предыдущих процедур, но стабильна. Исследования Мэлона оказали неоценимую помощь в предотвращении её смерти. Саларианец на секунду замолчал, что было необычно для Мордина. — Жаль, что мне пришлось его убить. Он мог бы пригодиться мне сейчас… но только не его сомнительные эксперименты. — Я бы хотел поговорить с ней, когда она проснётся, — сказал Шепард. — Конечно. Хотя это может занять некоторое время. Я дал ей большую дозу седативных препаратов, чтобы обеспечить спокойный отдых. Для предстоящих событий потребуется как можно больше сил, — сказал Мордин. — Я дам вам знать, когда она придёт в себя. А пока я закончу синтезировать лекарство. Большая часть работы уже проделана на Сур’Кеше. Теперь у нас есть образец мужской репродуктивной ДНК, так что это не займёт много времени. Шепард ухмыльнулся Рексу. — Образец мужской репродуктивной ДНК? — Ты бы видел иглу, которую он использовал, — проворчал Рекс. — Может, он и не пытался убить меня на Сур’Кеше, но то, что сделал этот ублюдок сейчас, было едва ли не хуже. — Ерунда, — рассудил Мордин. — Более крупная игла была необходима, чтобы проколоть более жёсткую кожу кроганского по… Взгляд, от которого обычный человек превратился бы в трусливую лужицу, остановил Мордина, не дав ему закончить фразу. Рекс тяжело шагнул мимо них и вышел из медблока, еле слышно шепча проклятия. Шепард проследил за его уходом и, обернувшись к собравшемуся в медблоке персоналу, и сказал: — Сообщите мне, если что-то изменится. А пока продолжайте работу. Коммандер повернулся и ушёл, за ним последовала доктор Чаквас, сославшись на необходимость отдохнуть несколько минут. Оставшись наедине с доктором Солусом и тремя пациентами без сознания, Кортана воспользовалась случаем, чтобы вызвать голографический аватар себя на столе рядом с саларианцем. — Итак, я полагаю, мы как раз разбирались в тонкостях генофага до того, как появился Шепард? — сказала она, «опираясь» бедром на один из микроскопов на стойке медблока. Ранее они общались через сообщения на датападе, но теперь, когда они оказались одни в отсеке, Кортана могла выразить свои мысли визуально. Она должна была признать, что доктор Солус ей очень понравился. В кои-то веки, казалось, она нашла кого-то живого — кроме спартанца-II или доктора Халси, — кто действительно мог идти в ногу с её стремительной натурой. — Да, — ответил Мордин. В данный момент он смотрел в мощный микроскоп, время от времени делая почти неразборчивые пометки на лежащем рядом датападе. — У многих сложилось неверное представление о генофаге. Они думают, что он делает женщин кроганов бесплодными. Это не так. На самом деле, он просто снижает вероятность успешной беременности. Кортана кивнула. Из той информации, с которой она ознакомилась, Кортана уже поняла это. — Это не чума бесплодия. — Нет. Изначально она не была задумана как таковая. К сожалению, сочетание низкой частоты жизнеспособных беременностей, склонность кроганов к насилию, их безразличие к целенаправленному размножению — всё это привело к устойчивому сокращению популяции кроганов. — Тогда, похоже, что генофаг был успешным сверх его предполагаемого эффекта. — Некоторые сказали бы, да. А на самом деле большинство. Есть причина, по которой генофаг постоянно отслеживается и модифицируется, чтобы предотвратить рост населения, возникающий в результате адаптации кроганов. Турианские, саларианские, азарийские лидеры веками договаривались не менять то, что, по их мнению, не было испорчено, если заимствовать человеческое выражение. — А что насчёт Альянса? Были ли у них другие мнения, когда они вышли на галактическую сцену? — спросила Кортана, любопытствуя. Она находила уникальные речевые обороты саларианцев весьма необычными. Мордин поднял глаза от своего микроскопа и устремил взгляд на точку на стене чуть выше уровня глаз, размышляя. — Появление человека в галактике было очень интересным периодом времени. Довольно резко высказывались самые разные мнения по самым разным вопросам. Характерно для человеческой расы — высказывать своё мнение независимо от того, хотят этого другие или нет. Здравоохранение, образование, экономика, политическое представительство, военное дело и тому подобное. Когда они узнали о генофаге… — Дайте угадаю, — начала Кортана. — Гнев, печаль, возмущение? Неверие в то, что с другой расой можно так обращаться? Мордин кивнул, возвращаясь к своим наблюдениям через микроскоп. — Да. Они настойчиво просили Совет излечить генофаг. Сравнивали его с различными примерами геноцида, через который прошёл их собственный вид. Они были наивны и не понимали более сложных аспектов проблемы, чем базовые эмоциональные реакции. Люди ещё не пережили промышленную революцию, когда кроганы бушевали в галактике во время восстания. Резкие обстоятельства требовали резких действий. Моя предыдущая работа была необходима. — Вам не нужно оправдываться передо мной, доктор Солус, — ответил ИИ. — ККОН слишком хорошо знаком с радикальными обстоятельствами, требующими радикальных действий. — Да, я предположил, что тридцатилетняя война против подавляющего, слишком рьяного, технологически превосходящего врага приведёт к ожесточению и более практичной позиции. — Миллиарды погибших. Были… случаи, когда нам приходилось занимать самую низменную моральную позицию. Однако, когда речь шла о выживании, мы делали то, что должно было быть сделано. — Она подумала о работе, которую, как ей было известно, проделало УФР по созданию ядовитого штамма зерна основной культуры сангхейли, предназначенного для того, чтобы уморить их голодом и подчинить себе, и о том, как это сопоставимо с идеей генофага. — Генофаг был правильным решением в то время, но теперь обстоятельства изменились. — Не только обстоятельства. Я тоже изменился. Многие демонстрировали мне разные точки зрения. Шепард, Рекс, Ева. Совпадение в том, что Жнецы прибыли именно тогда, когда они прибыли, помогло убедить всех помочь кроганам. — Ева? — Точно. Забыл упомянуть. Мы назвали её Евой, — сказал саларианец, протягивая длинный палец в сторону кроганской самки. — Она не назвала себя, поэтому мы назвали. Имя — метафора последней надежды кроганов как расы. Если она умрёт, если лекарство не поможет, то на них опустится тьма. Тьма, конечно, метафора, но полное вымирание станет реальностью. — Это… удручает, — сказала Кортана, нахмурившись. — Это добавляет веса работе, — рассуждал Мордин. — Слишком многое поставлено на кон. Неудача неприемлема. Она кивнула. — А если бы Жнецы не появились? Вы бы всё ещё работали над лекарством? — Я работал над лекарством задолго до появления Жнецов. Перспективы изменились много месяцев назад. Это была трудная, напряжённая работа, но да, я бы всё равно сделал это. В тот момент я уже поддерживал контакт с кроганами. Вероятно, пришлось бы делать это тайно. Вероятно, правительство отреклось бы от меня, выследило бы, даже убило. — Но вместо этого вы получили целые исследовательские базы, полные персонала, внимающего каждому вашему слову. — Да. Это значительно ускорило процесс. Если за что я и могу поблагодарить Жнецов, так это за это. — Действительно. Итак, это должно быть просто способом распространения лекарства, когда оно будет готово? Как вы планируете это сделать? — Не уверен. Инъекции? Нет, слишком медленно, слишком неэффективно. Водоснабжение? Нет, слишком большой потенциал для перекрёстного заражения, неизвестные побочные эффекты. Быстрее, чем инъекции, но всё равно слишком медленно. Жнецы не будут ждать, нам нужно быстро распространить лекарство, чтобы заручиться поддержкой кроганов. — А как насчёт воздушных путей распространения? — спросила Кортана. Мордин сделал паузу, приложив палец к подбородку. — Хм. Есть вероятность. Быстрое рассеивание, широкая область действия. Но отсутствует необходимое оборудование. Нет капсул для рассеивания или специальных кораблей для рассеивания, и нет способа получить их вовремя. Необходимо альтернативное решение, альтернативное… Глаза Мордина расширились, на губах заиграла улыбка. — Конечно! Завеса! — Завеса? Он схватил свой датапад и после нескольких яростных нажатий представил данные аватару Кортаны — относительно бесполезный жест. ИИ уже мог «видеть» то, что набрал саларианец, поскольку он был подключён к тем же внутренним системам сетевой структуры «Нормандии», что и она. На нём было изображение высокой башни с широким основанием и тонкой, сужающейся кверху частью. — Первоначально построена для стабилизации атмосферы Тучанки в условиях ядерной зимы, вызванной кроганами. Выбрасывает в атмосферу частицы, которые в конечном итоге распространяются и охватывают всю планету. На порядок быстрее, чем альтернативные варианты. Однако есть одна проблема. — Какая? — Завеса, построенная в центре древней кроганской арены, посвящённой Калрос, матери всех молотильщиков. Место выбрано, чтобы предотвратить попытки саботажа, но в любом случае туда придётся отправиться. Не сомневаюсь, что Шепард и Рекс придумают, как предотвратить насильственную смерть от Калрос. Успешность миссии коммандера близка к ста процентам, не сомневаюсь, что он окажется надёжным средством доставки лекарства. — Судя по тому, что я слышала о Шепарде, проблем быть не должно, что бы там ни случилось, — сказала Кортана, вспоминая свои предыдущие разговоры с различными членами экипажа «Нормандии». — Разве вы раньше не работали с ним? Выражение лица Мордина стало озадаченным, но он ответил на вопрос. — Да, работал. Взгляд саларианца сменился, став более наблюдательным и аналитическим. Доктор протянул трёхпалую руку к своему датападу, постучал по нескольким клавишам, посмотрел на него пару секунд, кивнул пару раз и положил его обратно. — Что ещё вы слышали? О Шепарде. И от кого? — спросил Мордин. — Просто любопытно. — Ну, на данный момент я разговаривала с доктором Т’Сони, Гаррусом Вакарианом и майором Аленко, — ответила Кортана. — Если это так, то я уже догадываюсь, что было сказано. Невероятный лидер, верный друг, отличный боевой тактик, примерно такие похвалы, — сказал Мордин. — Верно? — Да, во многом так, — признала она. — Не удивительно. Не могу назвать группу лиц, которые обожают Шепарда больше. Все они были с Шепардом в течение многих лет. Он спасал их жизни бесчисленное количество раз, — сказал Мордин. — Не могли бы вы сказать мне своё мнение о коммандере? — Конечно. — Саларианец сделал секундную паузу, собираясь с мыслями и мнениями о коммандере. — Большинство из того, что вам говорили, правда. Подаёт пример. Первый пришёл, последний ушёл. Никогда не попросит вас сделать то, что не сделал бы сам. Очень заботится о друзьях и экипаже. Всегда прислушивается к тому, что вы говорите. Спрашивает вашего мнения. Серьёзно относится к советам. Выдающийся тактик. Владеет широким набором биотических способностей, отлично ориентируется в ситуации, обладает замечательными навыками обращения с оружием. Мордин начал расхаживать взад-вперёд, покачивая указующим пальцем, не обращая внимания ни на что конкретное. — Большинство не говорит о слабостях Шепарда. Считается идеальным солдатом, галактическим героем в глазах не только Альянса, но и многих других рас. Но у всех есть недостатки. — Совершенно верно, — согласилась Кортана. Даже у неё были недостатки. — Не хотите подробнее рассказать о слабых сторонах Шепарда? — Многие недостатки характера Шепарда совпадают с его лучшими чертами. Например, забота о членах экипажа. Хотя это и благородно, но я считаю, что Шепард порой проявляет слишком много заботы. Лидер должен быть готов использовать активы для достижения цели. Жертвовать активами, если это необходимо. — Я уверена, что Шепард это понимает. Другое дело, когда эти «активы» — твои близкие друзья или даже возлюбленная, — сказала Кортана, вспомнив отношения между коммандером и доктором Т’Сони. — Именно, — ответил Мордин, быстро кивнув головой. — В связи с тем, что вы только что сказали, Шепард иногда бывает слишком осторожным. Он не хочет поручать товарищам по отряду выполнение более опасных заданий, если не может помочь. Вместо этого он берёт их на себя, а не делегирует. В сложной тактической ситуации Шепард в большинстве случаев прибегает к оборонительной тактике, а не к агрессивной. В связи с этим снижается эффективность. Замедляется темп движения отряда, теряется ценное время, враг успевает укрепиться, перегруппироваться, контратаковать. — Некоторое из того, что вы только что назвали, всё ещё считалось бы идеальными качествами лидера, — рассуждала Кортана. — В прошлых конфликтах — возможно. А сейчас? Не уверен. Жнецы не похожи ни на одну обычную силу, с которой когда-либо приходилось сражаться галактике. Они никогда не будут колебаться, никогда не остановятся, пока последняя единичная сила не будет полностью уничтожена. Промедление, тщательное обдумывание или чрезмерно оборонительная тактика, используемая нашей стороной, скорее всего, приведёт к гибели. — У Шепарда уже был опыт борьбы с Жнецами. Конечно, он знает, какого рода боевая подготовка требуется для Жнецов, не так ли? — Разные времена. Сейчас Жнецы полностью мобилизованы. Можно ожидать появления различных типов войск, которые ему не знакомы, обновлённую и адаптивную тактику, всё то, что может застать его врасплох. — Разумно ли ожидать, что кто-то, не говоря уже о Шепарде, будет постоянно проявлять полную агрессивность? — Конечно, это не разумно, но это будет именно тем, что необходимо. Моё собственное мнение. Второе критическое замечание касается стиля руководства. Склонен к микроконтролю. Направляет товарищей по отряду на весьма конкретные задачи, а мы получаем шанс проявить собственные боевые инстинкты или использовать личную инициативу для решения проблем. Приказы Шепарда обычно правильные и эффективные. Тем не менее, взгляните на большинство членов его команды. Аленко, годы службы в армии Альянса и офицерское звание. Вакариан, годы работы в СБЦ, успешный солдат, выбранный Турианской Иерархией для руководства оперативной группой по борьбе со Жнецами. Доктор Солус считал по пальцам, пока говорил. — Я, три десятилетия военной и разведывательной службы в Группе особого назначения. Урднот Рекс, буквально столетия боевого опыта, ныне лидер всех кроганских кланов во всей галактике. — Я вижу, к чему вы клоните. — Трудно не понять. Почти все, кто работал с Шепардом, исключительно квалифицированные, по-своему способные специалисты. Тем не менее, он по-прежнему настаивает на микроконтроле миссий, если это возможно. Вероятно, это связано с концепцией, что он не хочет, чтобы товарищи по отряду пострадали. Мордин посмотрел на Кортану, большие тёмные глаза которой переливались фиолетовым и голубым. — Ты весьма любопытна. Я заинтригован как тобой, так и ККОН. Мне бы хотелось поговорить с тобой побольше, но у меня есть работа, которую я должен закончить. Чувствительно ко времени. — Конечно, доктор. Я буду рада новым беседам. Если вам что-нибудь понадобится, просто позовите меня, — сказала Кортана, улыбаясь. Она исчезла, оставив саларианца за его работой. Вскоре он начал что-то напевать, ловко меняя стёкла с образцами для микроскопа. Когда Чаквас вернулась, она окинула саларианца недоверчивым взглядом, но вскоре расслабилась в своём кресле и стала потягивать кофе, сортируя какие-то файлы. Мордин вернулся к своему микроскопу, загрузив в него новое стекло с образцом. — Я — типичный учёный рода саларианцев, я изучал турианцев, азари и батарианцев…***
Мастер-Чиф проснулся от толчка. Он быстро поднялся, часть грубого одеяла, покрывавшего его грудь, упала ему на колени. Ему было жарко, и он вытер тыльной стороной ладони выступившие на лбу капельки пота. — Дурной сон? Его глаза метнулись к источнику звука и обнаружили маленькую голограмму Кортаны, лежащую на боку на соседнем ящике, подперев голову рукой. Он всё ещё привыкал к тому, что Кортана может материализоваться почти везде, благодаря инженерам Альянса, которые по какой-то причине сочли целесообразным покрыть почти весь корабль голоизлучателями во время модернизации «Нормандии». Он хмыкнул. Кортана переместилась в положение сидя со скрещёнными ногами, наклонив голову к спартанцу. — Тот же самый? — Да. — Ты собираешься рассказать мне о нём на этот раз? Несколько секунд они сидели в тишине. Как бы ни была синхронизирована их работа, Кортана никогда не могла по-настоящему читать мысли Чифа или видеть его воспоминания. Она могла только интерпретировать физиологические сигналы Чифа, опираясь на предыдущий опыт общения между ними, и прогонять несколько тысяч прогнозов через вычислительные системы. Тот факт, что она так часто оказывалась права в том, о чём думал её спартанец, был свидетельством её способностей и той связи, которую они разделяли. Но Джон всё ещё мог скрывать от неё некоторые вещи. Этот сон снился ему уже в четвёртый раз, и в четвёртый раз он ничего ей не объяснял. Кортана была готова принять те короткие вспышки покорного раздражения, когда Чиф неминуемо умолкал, но на этот раз она была действительно удивлена. — Дидакт был над Землёй, — начал он, и Кортана стала слушать с восторженным вниманием. — Ты помнишь, как всё прошло? Её аватар кивнул со своего места на ящике, служившем Чифу тумбочкой. — Конечно. Занятый композированием Нового Феникса, Дидакт проигнорировал нашу оборону. Система супер-ОМУ и скоординированный залп «Бесконечности» пробили большую дыру в «Приближении Мантии». Затем мы выпустили по нему ядерную ракету с «палаша», который был захвачен на исследовательской станции «Иванов». Губы Мастер-Чифа сжались. — Во сне всё было не так. Итак, она наконец-то узнала больше о том, что беспокоило её ближайшего друга. Кортана сохраняла мягкость голоса, когда выясняла подробности. — А как это происходит в твоём сне? Теперь, когда он наконец принял решение открыться, спартанец не теряя времени рассказал ей подробности. — Эта ракета не отделилась. Нам пришлось подлететь и взорвать её вручную. Ты проникла через барьеры твёрдого света «Мантии» и пожертвовала собой, чтобы спасти меня от взрыва. После этого я остался один. — Джон, — начала Кортана, — я не собираюсь покидать тебя надолго. На Реквиеме Библиотекарь переписала твой код, чтобы ты смог пережить воздействие композитора, и она также переписала мой — мы оба обязаны ей жизнью. Но я знаю так же хорошо, как и ты, что мы — двухместный корабль. Я всегда буду штурманом, пока ты у руля. — Я знаю. Это «что если», на котором я иногда зацикливаюсь. — Спартанец глубоко вздохнул, затем потёр глаза. — Который час? — Тринадцать ноль-ноль, — ответила Кортана, отображая время большими цифрами прямо перед лицом Чифа. — Три часа до брифинга Шепарда. Чиф кивнул. — Пойду приму душ. Он вернулся через десять минут, полностью чистый и выбритый. Ещё через две минуты он облачился в костюм для использования «мьёльнира», ещё через одну — съел несколько протеиновых батончиков. Решив, что он не хочет сидеть и заниматься обслуживанием оружия и доспехов второй раз за последние двенадцать часов, он решил отправиться в арсенал «Нормандии» и сделать что? Конечно же, провести инвентаризацию оружия. После почти полутора часов непрерывной работы по инвентаризации многочисленных штурмовых винтовок, боевых винтовок, винтовок пехотного снайпера, дробовиков, автоматического оружия подразделения, снайперских винтовок, ракетных установок, рельсотронов, «магнумов», пистолетов-пулемётов, спартанских лазеров, гранат и, конечно же, боеприпасов ко всему перечисленному, дверь лифта открылась, и из него вышел лейтенант Вега. — Привет, Чиф, — поприветствовал он, глядя на организованный хаос. — Инвентаризация, да? Спартанец кивнул в ответ, устанавливая рельсотрон обратно в отведённое ему место в шкафчике. — Помощь нужна? Раньше я сам был техником оружейного склада, так что более-менее знаю, что к чему, — предложил он. — Я только что закончил, — ответил Чиф. — Но мне бы не помешала помощь, чтобы всё убрать. Вега кивнул, подойдя к Чифу и грудам оружия ККОН. — Просто скажи мне, куда что положить. Они работали быстро и эффективно и уже почти закончили укладывать всё оружие, когда Вега впервые взял в руки АОП. — Ого, — сказал он. — А это что такое? — Лёгкий пулемёт М739, — ответил Чиф. — Калибр 7,62 мм. Десять килограммов. Барабанные магазины на 64 или 128 патронов. Вега присвистнул и взял оружие в руки, изучая каждую деталь и грань корпуса. Он быстро определил, где находятся предохранитель и прицел, несколько раз передёрнул затвор и заглянул во внутренние элементы спускового механизма. — Знаешь, таких красавцев у нас давно уже не водится. — Правда? — удивлённо спросил Чиф. Большинство отрядов морской пехоты имели на вооружении автоматическое оружие. Его мощность и высокая скорострельность были ключевыми при подавлении целей Ковенанта. Он не мог представить себе военного, который бы не использовал хотя бы в какой-то форме это оружие. — Правда, — ответил Вега. Он поднёс оружие к плечу, прислонив щеку к прикладу. — Альянс использовал автоматическое оружие подразделений до того, как оно появилось в остальной галактике, но вскоре его сняли с эксплуатации. Очевидно, остальные расы Совета решили, что эта странная система из пяти видов оружия является галактическим стандартом, поэтому мы последовали их примеру. Снайперские винтовки, штурмовые винтовки, дробовики, пистолеты и пистолеты-пулемёты. Подавляющий и заградительный огонь был делегирован массированному огню штурмовых винтовок. Чиф счёл это просто смешным. Какой военный стал бы ограничивать количество вооружения таким необдуманным образом? — Эй, Чиф, — начал Вега, глядя на него. — Не возражаешь, если я возьму один из них с собой на следующее задание? Спартанец кивнул. Он не смог найти причин для отказа. По его мнению, это была хорошая идея для всех, кто хотел пройти перекрёстную подготовку по системам вооружения ККОН, и наоборот. Именно поэтому, когда они в первый раз наткнутся на приличный полигон, он собирался попросить разрешения на тренировку с некоторыми видами оружия из арсенала «Нормандии». — Только если ты возьмёшь его в качестве дополнения к тому набору, который обычно носишь с собой, — сказал Чиф. Вега усмехнулся. — Договорились. Несколько лишних килограммов и несколько барабанных магазинов — пустяки. Мастер-Чиф сложил последнее оружие, пистолет-пулемёт, обратно в отведённый для него шкафчик. Он проверил время на датападе, который использовал для инвентаризации, и увидел, что время брифинга Шепарда уже почти подошло. — Нам стоит подняться в военную комнату. Лейтенант Альянса кивнул в ответ, положив выбранный им АОП и четыре барабанных магазина на 64 патрона на стол. — Идём. Прошло совсем немного времени, прежде чем они достигли места проведения брифинга, и вскоре все, кто был нужен, уже собрались и были готовы начать. Чиф мысленно пересчитал всех присутствующих, не включая, естественно, себя. В комнате собрались коммандер Шепард, Урднот Рекс, доктор Солус, Гаррус Вакариан, лейтенант Вега и три пилота — лейтенант Кортес, старший сержант Долтон и старший лётчик Чехак. Как только Шепард убедился, что все в сборе, он начал, выведя на экран голографическое изображение планеты Тучанка. — Мы прибудем на Тучанку чуть больше чем через час. Наша цель довольно проста: распространить лекарство от генофага среди кроганов. Наш доктор-саларианец не только успешно синтезировал лекарство, но и придумал, как именно его распространить. Мордин? Саларианец шагнул вперёд, регулируя голограмму, и увеличил изображение поверхности Тучанки, центральным элементом которой была большая высокая структура, основание которой было гораздо шире вершины. — Это Завеса, — сказал он. — Первоначально она была построена для стабилизации атмосферы Тучанки в условиях ядерной зимы, вызванной кроганами. Она выбрасывает частицы в атмосферу, которые распространяются и охватывают всю планету. Может быть перепрофилирована для распространения лекарства от генофага через атмосферу. Мордин немного увеличил масштаб голограммы, и на ней появился большой круг, подчёркивающий пустынные пустоши и древние руины, окружающие Завесу. — Круг представляет собой предполагаемый радиус активности Калрос, праматери всех молотильщиков. — Погоди, — начал Вега, подняв руку. — Ты сказал «праматери молотильщиков»? В смысле, у неё просто очень большая пасть, да? — Нет. Буквально «праматерь всех молотильщиков», — уточнил Мордин. — Очень большая и очень агрессивная. — Завесу построили в зоне обитания Калрос, чтобы предотвратить попытки саботажа, — сказал Рекс, прислонившийся к консоли со скрещёнными руками. — По большей части это сработало. — Это означает, что о наземном подходе не может быть и речи. Слишком большой риск, — сказал Шепард. — Вместо этого мы отправимся к Завесе на челноке. — Прежде всего, остановимся в Лощине, — сказал Рекс. — Я уже послал приказ всем главам кланов собраться там, когда мы прибудем в систему. Я должен сообщить им о наших планах, чтобы некоторые нетерпеливые кроганы не стали нервно стрелять из своих зенитных орудий, когда мы будем проходить через их воздушное пространство по пути к Завесе. Шепард кивнул. — Никаких проблем. Не хотелось бы, чтобы возникла путаница, которая может поставить под угрозу миссию. — Коммандер, какова ожидаемая численность противника? — спросил Чиф, произнося свои первые слова на брифинге. Шепард переглянулся с Рексом, а затем посмотрел на спартанца. — Надеюсь, не больше, чем несколько разъярённых стай варренов. Если же нам действительно не повезёт, то придётся иметь дело с Калрос. Что касается вмешательства Жнецов, Рекс говорит, что пока не было замечено никаких следов присутствия, но мы будем наготове. Тучанка не так уж далеко от турианского пространства. Я ожидаю, что все будут в полном боевом снаряжении. Коммандер повернулся на пятках. — Если Жнецы всё же решат появиться, нам поможет турианский экспедиционный корабль легионеров и два фрегата сопровождения. — Легионеры? — спросил Гаррус. — Ты имеешь в виду 26-й Гербовый легион? Шепард кивнул. — Эскадрилья истребителей и две роты лёгкой механизированной пехоты. Уцелевшие с Палавена. — Если Жнецы всё же решат появиться, их ждёт неприятный сюрприз, — прокомментировал Гаррус. — 26-й легион — крепкий орешек. — Да, если всё пойдёт по плану, мы быстро окажемся на месте, и генофаг будет излечен, — сказал Шепард, прекрасно зная, что обычно всё редко идёт по плану. — Вооружайтесь и экипируйтесь. Мы отправимся на поверхность, как только прибудем. Все свободны.
