В бесконечность

Отступающий враг, скорее всего, просто отходит и осуществляет перегруппировку. Наставления морпехоте ККОН (неофициальные)

      — Вот это я называю кроганским гостеприимством! Ха-ха-ха!       Когда Шепард вновь переступил порог импровизированного командного центра, расположенного в самом сердце Лощины, он не мог не улыбнуться ликованию своего друга Рекса. Штурм противоорбитального орудийного комплекса прошёл без заминок. Все участники своевременно выполнили свои задачи, и единственные потери составили двое убитых и четверо раненых из роты «Аралах». Жнец на орбите больше не представлял угрозы, различные безжизненные куски и фрагменты были подхвачены гравитацией Тучанки и ждали момента, чтобы сгореть в атмосфере.       Рекс подошёл к Шепарду, и они сцепили предплечья. Громоздкий кроган обнажил свои острые зубы в улыбке:       — Я знал, что могу рассчитывать на всех вас. Как дела у Гранта?       Командира роты «Аралах» на месте не было, вместо этого он решил организовать включение своего подразделения в основную штурмовую группу кроганов, которая вместе с турианскими наземными силами должна была атаковать Завесу. В любом случае, Шепарду было гораздо важнее быть здесь, поскольку именно его команда будет вести настоящую атаку на Завесу, пока кроганы и турианцы отвлекают Жнецов.       — Он проявил себя превосходно, — честно ответил Шепард. Действительно, рота «Аралах» выдержала всё, что бросили на них Жнецы, и вернула вдвойне.       — Приятно видеть, что он по-прежнему справляется с задачами, — сказал Рекс. — Я получил много неприятных возгласов, когда поставил во главе этого подразделения крогана из пробирки. Где остальная часть твоего отряда?       Шепард показал большим пальцем через плечо в сторону входа.       — Пополняют боеприпасы, поступающие на наших челноках. — В случае с Мастер-Чифом, это была замена тяжёлого оружия, которое было уничтожено во время его встречи с тварью.       Коммандер всё ещё не мог поверить в то, о чём спартанец рассказал ему в своём кратком отчёте. Он сражался с тварью, одной из самых тяжелобронированных и опасных наземных боевых единиц Жнецов, в ближнем бою и победил. То, как небрежно Чиф доложил об этом, создавало впечатление, что убийство твари голыми руками и дробовиком было для него обычным делом, а не тем благоговейным подвигом, каким считал его Шепард.       Размышления прервала комендант Праэтус, вошедшая через вход с другой стороны командного центра. На её броне было несколько новых элементов: небольшой пистолет-пулемёт, пристёгнутый к правому бедру, сложенный «фестон» на спине, несколько дополнительных термозарядов и закреплённое на плече устройство с короткой антенной, торчащей чуть выше плеча, которое, как предположил Шепард, было аппаратурой связи. Было очевидно, что комендант торопится, поскольку она подошла к голостолу и с грохотом опустила свой шлем на край, вызвав мелкую электронную рябь на отображаемых голограммах. Кортана, сидевшая, скрестив ноги, неподалёку от оперативной карты, бросила неодобрительный взгляд на турианского офицера.       — Разведка сообщает о наземных подразделениях Жнецов, продвигающихся по векторам нашего подхода. Полагаю, они пытаются занять передовые позиции и перехватить у нас инициативу. Нужно действовать быстро, — торопливо сказала Праэтус.       Кортана встала и начала водить пальцами по голостолу, обозначая места на поверхности, представлявшие точки интереса. Первые несколько жестов вывели топографическую информацию, относящуюся к ним: пустынные равнины и небольшие разрушенные селения между Лощиной и Завесой, небольшую горную цепь, окаймляющую восточную часть карты и идущую от Лощины к Завесе, старое шоссе, пролегающее вдоль этой горной цепи, вход в подземные руины кроганского города, через который Шепард и его группа должны были пробраться, и древнее святилище Калрос за пределами Завесы.       Следующие несколько жестов отобразили силы Жнецов, о которых они уже знали, различные группы пехоты на оборонительных позициях, новую группу, о которой упомянула Праэтус и которая покинула свои укрепления, чтобы попытаться занять передовые позиции, и, наконец, «разрушитель». Затем появились изображения «томкахов», турианской техники, средств воздушной поддержки и различных пехотных подразделений союзников.       Шепард и Рекс сохраняли серьёзные выражения лиц: первый предпочёл обойти вокруг, чтобы лучше рассмотреть представленную информацию во всей её полноте, а второй тяжело опёрся обеими руками на край стола. С другой стороны комендант Праэтус повторила позу Рекса, сфокусировав взгляд на голографическом изображении союзных войск.       — Я удостоверилась, что все подразделения находятся на позициях и готовы к выдвижению. Эту территорию, эти большие равнины, три мелких посёлка, а также Завесу мы обозначим как театр «А». Горную цепь, шоссе, проходящее вдоль неё, вход в разрушенный город и святилище Калрос мы обозначим как театр «Б», — сказала Праэтус. Кортана добавляла соответствующие обозначения, пока комендант говорила. Она продолжила: — Даже если мы выступим в течение следующих пяти минут, те Жнецы, что движутся вперёд, достигнут позиции раньше нас, так что это станет нашим первым препятствием, которое мы должны преодолеть в театре «А».       — Почему мы не можем просто уничтожить их с помощью истребителей или бомбардировщиков? — спросил Шепард.       — Слишком опасно. Они окажутся в зоне видимости «разрушителя» и станут единственными целями в округе. Мы разберёмся с ними, когда наши войска достигнут селения, — сказала Праэтус. — В любом случае, мы будем наступать в шахматном порядке, кроганы впереди, как ты просил, Рекс, а мои войска — чуть позади. Наши «когти» будут держаться в тени, поскольку у Жнецов всё ещё есть несколько «очей», которые они могут бросить на нас, и я хочу иметь достаточный резерв, чтобы наши перехватчики могли ответить в случае необходимости.       Праэтус указала в сторону горного шоссе.       — Итак, пока основные силы будут продвигаться через театр «А», ваша специальная группа пойдёт по шоссе к входу в руины, верно?       Рекс кивнул.       — Рота «Аралах» будет сопровождать нас. К счастью, горный хребет скроет нас от внимания Жнецов. Как только мы достигнем входа, отряд Шепарда, четыре крогана из роты «Аралах» и я войдём в город.       — Только четыре крогана? — спросила Праэтус.       — Да. Предполагается, что это будет миссия проникновения, помнишь? С нами пойдут только разведчики «Аралаха», а они умеют вести себя тихо. Остальные присоединятся к основному штурму, — сказал Рекс.       — Ты тоже идёшь? Я думал, ты будешь вести основную атаку вместе с комендантом, — спросил Шепард.       — Не хочу обидеть тебя, Шепард, но эти молоты — древняя технология. Чтобы привести их в действие, потребуется настоящая кроганская сила, — ответил вождь Урднотов.       Шепард поднял бровь.       — А четыре разведчика из «Аралах» — не настоящие кроганы?       — Конечно, настоящие, — ответил кроган, усмехаясь. — Чтобы поднять молот, нужны двое. Я иду как запасной вариант. И потому что хочу присутствовать в первом ряду, когда Калрос выбьет всё пыжачье дерьмо из этого Жнеца.       Шепард не мог удержаться от усмешки. Он не мог ожидать ничего меньшего от своего старого друга.       — Помните, — вмешалась Праэтус, — эффективность нашего отвлекающего манёвра зависит от того, насколько быстро вы выполните свою миссию. Чем больше времени вы потратите, тем больше турианцев и кроганов погибнет от «разрушителя».       Шепард и Рекс мрачно кивнули.       — Главный разведчик Джакс знает эти руины, как курок своего «грааля». Он проведёт нас довольно быстро, — заверил Рекс.       — Я собрала столько информации о руинах, сколько смогла найти, — добавила Кортана, — так что я тоже смогу помочь.       — Единственная реальная помеха может возникнуть, если мы столкнёмся с войсками Жнецов в святилище Калрос, — сказал Рекс. — Но они долго не продержатся.       — Хорошо. Похоже, мы всё уладили, — сказала Праэтус, поднимая свой шлем со стола.       — Что насчёт Мордина и Евы? — спросил Шепард. — Где они в этом плане?       — Здесь, в безопасности и в стороне от дороги, — решительно ответил Рекс. — Я надеялся, что после того, как со Жнецом разберутся, они смогут перебраться на Завесу на одном из ваших челноков, Шепард, поскольку вы не будете использовать их для этой операции.       Шепард кивнул.       — Хорошо, никаких проблем. Я сообщу Кортесу.       — Я возвращаюсь к своим. Рекс, мы будем ждать твоего слова, чтобы начать наше продвижение. — Праэтус кивнула Шепарду и Рексу, повернулась на пятке и вышла из помещения.       Рекс оттолкнулся от голостола.       — Встретимся в «томкахе».       Кроган последовал за комендантом Праэтус, оставив Шепарда одного в командном зале. Он бросил последний взгляд на голостол, увидев, как исчезает Кортана, а затем повернулся и направился к своему отряду на открытой площадке Лощины. Они уже ждали его, переоснащённые и пополнившие запасы.       — Выдвигаемся? — спросил Джеймс, раскачиваясь взад-вперёд на носочках от волнения. Кортана транслировала Джеймсу, Гаррусу и Чифу аудиозапись короткого брифинга и, по мере возможности, предоставляла визуальные иллюстрации.       — Да. Все готовы? — Шепарда встретили кивками, и он жестом приказал им встать позади себя. Это была короткая пробежка до места, где ждали «Аралах» и их четыре «томкаха», и Рекс махнул рукой в сторону одного из них. Он был единственным кроганом в поле зрения, и Шепард предположил, что остальные уже разместились в своих машинах.       — Мы будем в этом, — сказал Рекс, когда они подошли к нему, и махнул рукой на массивную машину перед ними. — Пойдёмте.       Перед ними выдвинулся трап, и группа забралась внутрь «томкаха». На удивление, Шепарду было не слишком тесно, вероятно потому, что транспорт был разработан с учётом особенностей кроганов, а не людей. Все они заняли места и застегнули ремни безопасности, Шепард узнал профили главного разведчика Джакса и ещё одного кроганского разведчика, имени которого он не знал. Трап поднялся с резким механическим скрипом, и Рекс постучал по металлу внутри «томкаха».       Массивный двигатель в передней части транспортного средства взревел, и без всякой паузы они рванули вперёд. Поездка прошла в относительной тишине, отличаясь от подхода к зоне высадки на челноке Кортеса только тем, что она была менее комфортной. Он вспомнил, как Рекс сказал ему, когда он впервые летел в таком челноке, что комфорт пассажиров не является главной заботой кроганов.       Шепарду было интересно, что происходит на театре «А». Вероятно, они вступили в бой с передовыми наземными войсками Жнецов, ожидая сигнала о том, что группа проникновения начала продвижение, прежде чем наступать на основные позиции Жнецов вокруг Завесы.       «Томках» резко остановился, и это сопровождалось шипением струй воздуха, когда подвеска БТРа опустилась ближе к земле.       — Все на выход! — воскликнул Рекс, нажимая на замок ремней безопасности и вскакивая с кресла. Когда его ботинки коснулись асфальта у подножия трапа, Шепард осмотрел окрестности.       Прямо перед ними возвышался горный хребет — зубчатые пики красных и коричневых скал, уходящие ввысь. Все четыре «томкаха» роты «Аралах» остановились, выстроившись в колонну, на расстоянии десяти метров друг от друга. Кроганы, сидевшие на этих «томках», слезли с них и образовали периметр вокруг остановившейся колонны.       Отдалённые звуки битвы на пустынных равнинах театра «А» эхом отражались от горных склонов и доносились до них, что в сочетании со свистом ветра создавало жутковатую атмосферу. Огонь стрелкового оружия и тяжёлых пушек, взрывы разной интенсивности, иногда даже рёв или крики боли. Всё это было отчётливо различимо даже на таком расстоянии. Это делало миссию ещё более напряжённой.       Шепарда привлекло движение в задней части колонны: трое кроганов бежали к нему и Рексу.       «Должно быть, разведчики», — подумал он, повернул голову в другую сторону и увидел ещё одного крогана, приближающегося с другой стороны.       Внезапно над ними раздалась серия громоподобных раскатов. Взгляд Шепарда устремился в небо, где он увидел эскадрилью турианских истребителей, спускающихся с низкой орбиты, чтобы вступить в бой с несколькими дронами Жнецов, которые наконец-то решили дать о себе знать. Он знал, что истребители — один из аспектов этой войны, в котором они имеют преимущество, и это немедленно проявилось. «Очи», уступавшие в численности и мастерстве турианским пилотам, были перебиты как мухи. В частности, турианский перехватчик, за которым наблюдал Шепард, прошил правую сторону «ока» огнём масс-ускорителя, в результате чего механическая конструкция загорелась и потеряла управление. Лишённая возможности маневрировать, горящая оболочка истребителя Жнецов понеслась по пути, предначертанному ей судьбой… прямо на Шепарда.       «Вы, должно быть, шутите, — удивлённо подумал Шепард. — Чёрт». Он повернулся к Рексу, его отряду и четырём разведчикам.       — Мы должны убираться! СЕЙЧАС!       Если люди, работавшие с коммандером, что-то и знали, так это то, что когда он выкрикивал приказ таким образом, то он действительно имел в виду сделать это прямо сейчас. Очевидно, заметив приближающееся «око», идущее курсом на их расположение, остальные члены группы проникновения оставили всякую надежду на короткую передышку, чтобы обсудить и доработать свои планы перед спуском в подземные руины города. Вместо этого они бросились к старому входу, большой каменной двери, расположенной в непосредственной близости от шоссе.       Они не были достаточно быстры. Последний «томках» попытался остановить или уничтожить «око» выстрелом из установленного на крыше тяжёлого масс-ускорителя, но наводчик не попал в цель. Удар Жнеца пришёлся прямо в макушку второго «томкаха» в колонне — того, на котором ехали отряд Шепарда и Рекс, — оторвав при этом его тяжёлый масс-ускоритель, и пронёсся в десяти метрах над ними, врезавшись в горный склон. Осколки камней и металла отскакивали от щитов Шепарда и обшивки «томкаха» позади них, когда «око» взорвалось, но это было не самым тревожным событием.       Как и следовало ожидать, исходя из внешнего вида их планеты, охрана и защита окружающей среды не была в списке приоритетов старого крогана. При строительстве шоссе, на котором сейчас находились Шепард и компания, они бесцеремонно взорвали склон горы взрывчаткой, причём весьма грубо. На такие вещи, как линии мелких разломов, точки потенциального обвала, зоны повышенного риска оползней или другие опасные вещи, не обращалось практически никакого внимания. Результатом всего этого стало то, что скальная поверхность оранжево-красной горы, окружавшей вход в древний город кроганов, была всего в нескольких незначительных физических манипуляциях от полного, катастрофического разрушения.       Близкий к сверхзвуковой скорости удар «ока» Жнецов определённо не был незначительной физической манипуляцией.       Со своего места в хвосте группы, мчавшейся к входу в руины, рядом с Рексом, Шепард мог лишь с ужасом наблюдать, как по склону горы прямо на них каскадом сыплются камни.

***

      Морщась от дискомфорта, Мастер-Чиф поднялся с земли. Сигнал тревоги, раздавшийся в его ушах, свидетельствовал о полном истощении щита, но кроме нескольких царапин на броне спартанец был в полном порядке. Он бежал на полном ходу ко входу в древние кроганские руины, уворачиваясь от падающих камней и валунов, как вдруг земля провалилась под ним и унесла его вниз. Он услышал шорох позади себя и повернул голову, освещая нашлемными фонарями место, куда он смотрел.       Вега, двое кроганов, одного из которых он узнал как главного разведчика Джакса, медленно поднимались на ноги, стонали или кашляли. Их собственные нашлемные фонари мерцали, дополняя освещение. Он увидел одну фигуру крогана, лежащую на земле, его голова была чудовищно разбита большим камнем или валуном, очевидно, он был мёртв. По левую руку от Чифа Гаррус звучно выругался от боли, и когда спартанец пригляделся, он увидел турианца, который сидел, сгорбившись, и обеими руками прикрывал живот.       Распознав признаки ранения, Чиф скользнул к Вакариану и жестом попросил его убрать руки, чтобы он смог осмотреть рану. Дело обстояло не очень хорошо, но и не плохо. Кусок металлической шрапнели, вероятно, от «ока», впился в живот Гарруса, почти три дюйма обломка выходили наружу из его брони. Кортана передавала данные медицинской диагностики с брони Гарруса на его лицевой дисплей, и Чиф понял, что осколок, к счастью, не задел желудок, печень и почки, но повредил толстую кишку.       Несмотря на то, что воздух был насыщен пылью, его продвинутые системы позволяли Чифу отчётливо видеть всё вокруг. По его предположению, они находились в дюжине или около того метров от входа в кроганские руины. Спереди и по бокам от них были длинные голые стены и потолки, которые тянулись вглубь подземного пространства затерянного города, в кромешную тьму. Сразу за ними возвышался массив скалы, который, как установил Чиф, отгораживал их от реального входа, шоссе и роты «Аралах».       Чиф повернулся к Гаррусу, в его голове зародилась идея. Раненый турианец откинул голову назад и облегчённо вздохнул, когда обезболивающее лекарство начало поступать в его организм, притупляя боль. Прижав большой палец к указательному, он нажал на кнопку, и энергетическое лезвие его левой перчатки ожило. Чиф тщательно отрегулировал лезвие, а затем разрезал осколок так близко к броне Гарруса, как только смог. Поймав другой рукой падающий фрагмент, он отбросил его в сторону и снял с пояса балон с биопеной.       — Это не прикончит его? — спросил Чиф у Кортаны по их личной линии, зная о разнице в структуре аминокислот между турианцами и людьми, для которых была разработана биопена.       — Нет. Это нейтральное вещество, — быстро ответила она. — Она должна действовать на него так же эффективно, как и на людей.       Чиф посмотрел на Гарруса, предупреждая:       — Будет холодно.       — Всё в порядке, — ответил турианец. Несмотря на рану, его голос был твёрдым и спокойным.       Спартанец ввёл биопену, самозатвердевающее и упругое вещество в рану вокруг осколка, остановив кровотечение и предотвратив дальнейшее движение металла, всё ещё находящегося в теле турианца. К своей чести, Гаррус не издал ни звука. Чиф использовал весь баллон, зная, что у него в запасе ещё три, и отправил пустой металлический цилиндр на бетонный пол в том же направлении, что и кусок металла, который он отрезал ранее.       — Кто-нибудь ещё ранен?       Джеймс и два крогана покачали головами в ответ на вопрос Чифа.       — Проверьте оружие. Убедитесь, что ничего не повреждено, — сказал Чиф, снимая со спины АБС и внимательно осматривая её. Не найдя ничего из ряда вон выходящего, он повторил процедуру со спартанским лазером, «магнумом» и кроганским «Крушителем черепов». Всё было в целости и сохранности.       — Всё в порядке, Чиф, — отозвался Вега.       — Чтобы сломать мой «грааль», потребуется больше, чем пара сотен тонн падающей породы, — хмыкнул главный разведчик Джакс.       Кроган, которого Чиф не знал, помахал своим «молотобойцем» и сказал:       — Винтовка выглядит отлично.       — Как твоё имя, солдат? — спросил Чиф.       — Кхав, — ответил тот, — разведчик третьего взвода.       — Называй меня Чиф, — сказал спартанец. — Гаррус?       Вакариан бросил свой «фестон» на пыльный пол, как будто это была ненужная безделушка. Чиф смог разглядеть, что передняя половина оружия согнута под углом в двадцать пять градусов. Теперь винтовка стала бесполезной.       — Мой «богомол» всё ещё цел, да и пистолет у меня остался.       — Ты смогла связаться с Шепардом? — спросил Чиф у Кортаны.       — Нет. Ни с Рексом, ни с остальными из роты «Аралах», — печально ответила она.       Чиф помрачнел. Оставалось надеяться, что коммандер, Рекс и остальные кроганы не лежат раздавленными под массивным оползнем, которого им едва удалось избежать. Возможно, это всего лишь проблема со связью.       — Что теперь? — спросил Вега.       Ответ был очевиден для Мастер-Чифа.       — Мы продолжаем выполнять нашу задачу.       — В полсилы? — спросил Вега, понимая, что отсутствие Шепарда, Рекса и двух других кроганских разведчиков существенно сокращает огневые возможности.       — Половина сил лучше, чем их отсутствие, — заявил Чиф. — Театр «А» рассчитывает на то, что мы активируем молоты, и именно это нам и предстоит сделать.       — Ха, мне нравится твой настрой, спартанец, — усмехнулся Джакс. — Бездействие ни к чему не приводит.       Главный разведчик хлопнул по плечу своего товарища Кхава, сказав:       — Мы последуем за тобой, Крушитель Черепов.       Когда двое кроганов поддержали Мастер-Чифа, он осознал, что взял на себя импровизированное командование группой.       — Ты сможешь стоять? — спросил Чиф у Гарруса.       — Я попробую, — ответил турианец. Используя свой «богомол» в качестве опоры, позволяющей ему оттолкнуться от земли, Гаррус уверенно, но осторожно поднялся на ноги. Он вытянулся, сжал нижние челюсти в молчаливой гримасе, пытаясь задействовать мышцы, пострадавшие от травмы нижней части живота. — Не так уж и больно. Что это была за штука, которую ты использовал?       — Биопена.       Гаррус кивнул.       — Я смогу идти, даже прыгать. А вот бегать, возможно, будет затруднительно.       — Нам нужно двигаться, — сказал Джакс. — Наши братья умирают, пока мы тут бездельничаем.       — Джакс, ты ведёшь. Остальные за ним в таком порядке: Кхав, Джеймс, Гаррус, и я в хвосте. Пошли.       Джакс двинулся по коридору, и остальная часть группы последовала за ним. В одной руке главный разведчик держал «грааль», а другой — активный омни-инструмент; оранжевый свет складывался в карту руин. Он повёл их по широкому коридору, лампы на шлемах и оружии каждого освещали ранее тёмную комнату. Стены и потолки были из грубого, обычного бетона, неэлегантного во всех смыслах этого слова, но практичного и прочного. Пол был из того же бетона, что и стены и потолки, но окрашен в тёмно-чёрный цвет, а поверхность была покрыта слоем пыли и мелкого мусора.       Они проследовали за Джексом по нескольким неприметным коридорам и небольшим комнатам, обошли десятки поворотов и изгибов без каких-либо проблем. Чиф заметил, что на его карте их текущий коридор обрывался в темноте, поскольку Кортана не могла получить доступ к данным о следующих помещениях.       — Впереди большая комната, будьте наготове, — предупредил Джакс, явно знакомый с предстоящим помещением, даже если в электронных записях его не было.       Как оказалось, «большая комната» — это мягко сказано. Помещение было округлым и огромным, не менее восьмидесяти метров в ширину и двухсот в длину, с высокими арочными потолками, сужающимися к одной точке в сорока метрах над ними. Пол, судя по всему, был не бетонный, а мраморный: гладкие отражающие поверхности, сильно потускневшие и помутневшие от времени. На одной половине стены кругового зала огромные, обломанные и выцветшие фрески изображали зелёный, роскошный мир, полный травы, деревьев и больших полей. Широкие столы, до отказа заполненные едой и напитками, были расставлены в тени, на многочисленных скамьях сидели смеющиеся, пирующие, радостные кроганы. На другой половине стены центральное место занимали сцены сражений, кроганы изображались в славном бою с десятками различных видов древних врагов. В верхней части комнаты, где смыкался потолок, красовалось большое жёлтое солнце, изливающее золотые лучи света на сцены битвы и пиршества.       Однако потрясающие визуальные образы по периметру комнаты были даже не самой поразительной вещью в этом месте. Сотни монументов, статуй кроганов, заполняли пространство зала. Все они были выстроены в аккуратные, единые линии, большие основания фиксировали скульптуры на мраморном полу. Статуи различались только материалом, из которого они были сделаны. Большинство из них состояло либо из грубого гранита, либо из тёмного железа, либо из блестящей стали. Однако было несколько статуй, которые сильно выделялись: дюжина или около того скульптур из чёрного оникса, который, казалось, поглощал свет их нашлемных ламп, пара тёмных, почти мерцающих красных статуй и одна, очевидно, из чистого, сияющего золота.       — Что это за место? — спросил Гаррус, поворачивая голову, в его голосе слышалось немалое удивление.       Джакс повернулся к ним, грустно улыбаясь своими тонкими, рептильными губами.       — Священное место. Мавзолей.       — Мавзолей? — недоверчиво спросил Вега. — Но ведь эти выглядят как статуи. Разве Мавзолеи не должны быть гробницами?       — Помещение — Мавзолей, — пояснил Джакс. — Статуи — памятники отдельным кроганам. Образцы их гробниц.       — Мавзолей… Для чего? — спросила Кортана через динамики шлема Чифа, принимая как можно больше данных через доспех и физические ощущения спартанца.       — Это последнее пристанище учеников Кура, древнего кроганского бога чести, — ответил Джакс. Он приказал всем следовать за ним, зная, что у них будет всё необходимое. — После смерти верные последователи получают вечность славных битв и роскошных пиров.       — Не знал, что кроганы религиозны, — сказал Вега, заворожённо глядя на невероятную работу каждой возвышающейся, неподвижной фигуры, пока Джакс вёл их к другому концу комнаты.       — Больше нет. Не после ядерного самоуничтожения нашего народа много тысячелетий назад, — сказал Джакс, и в его словах прозвучали нотки печали. — Последние остатки кроганской религии исчезли с появлением генофага, после которого всё свободное время уходило только на то, чтобы пытаться выжить и размножаться.       — Почему некоторые статуи отличаются от других? — спросил Гаррус, когда они проходили мимо одной из фигур из чёрного оникса.       — Материал, из которого изготовлена статуя, отражает статус, который каждый ученик получил в Ордене Кура. Чем богаче материал, тем выше статус, который они занимали в течение жизни, — ответил Джакс.       Судя по вертящейся голове и оскаленному рту Кхава, Чиф догадался, что кроган тоже впервые видит это место.       — А как можно достичь более высокого статуса? — спросил Гаррус.       Джакс оскалился в зубастой улыбке.       — Конечно же, убивая своих врагов в славном, честном бою.       Джеймс указал на одинокую золотую статую крогана, стоявшую несколькими рядами выше, но отчётливо видимую, поскольку свет от фонарей группы отражался от её сияющей поверхности.       — Например, тот парень? Сколько «врагов» он победил?       — Верховный военачальник Кродтар Джурда. Победил восемь тысяч четыреста шестьдесят три противника в одиночном бою до своей смерти в возрасте одной тысячи шестисот двух лет.       Несмотря на то, что помещение и краткий урок истории кроганов, который давал Джакс, были, безусловно, уникальными, Чиф отнёс большую часть поступающей информации к фоновому шуму. Вместо этого его отточенные войной органы чувств наблюдали за окружающей обстановкой, как за полем боя: определяли подходящие укрытия, возможные пути атаки противника, маршруты отхода, расстояния, высоту, условия освещения, структурную целостность окружающих объектов и так далее. Одно ему было ясно: несмотря на возраст в сотни, если не тысячи лет, это помещение выглядело довольно чистым. На полу не было пыли, как в остальной части этого древнего погребённого города, статуи были отполированы, а факелы в держателях вдоль внешних стен не сгнили, как это должно быть после столь долгого времени.       — Кто-то был здесь, недавно, — заметил Чиф.       — Да. Я, — спокойно ответил Джакс. — Я смотритель этого места, и единственный, кто знает о его существовании. — Кроган усмехнулся и сказал: — Ну, теперь уже нет. Но, пройдя здесь, мы сократим примерно треть нашего пути, и, учитывая обстоятельства, я решил, что данное раскрытие необходимо.       Остаток пути по комнате, к счастью, прошёл без происшествий, как и весь остальной путь по городу кроганов. Они миновали несколько уцелевших артефактов, произведений искусства и архитектуры утраченной эпохи, но такие вещи мало волновали Мастер-Чифа. Сейчас он в первую очередь думал о времени и о том, что силы Жнецов могут помешать им в достижении цели.       Первые признаки присутствия врага появились, когда они покинули древний город кроганов благодаря нескольким лестницам, ведущим вверх. Группа выбралась на большой мезонин, старый камень, выветренный стихиями, всё ещё сохранял свою структуру. Под ними располагалась площадь размером около ста квадратных метров, а на самой дальней от них стороне находился вход в святилище Калрос и, соответственно, молоты. Святилище было погружено в землю, и, кроме колонн у входа, не имело ни стен, ни потолка, так что даже с расстояния в сто метров группа отчётливо видела всю картину. За площадью и святилищем возвышалась высокая, угловатая, сужающаяся кверху форма Завесы. Прямо за ней, повёрнутый в другую сторону, возвышался угрожающего вида чёрный «разрушитель». Воздух наполнился грохотом от тяжёлых ног Жнеца, вминающихся в землю при маневрировании, и отчётливым звуком главного орудия.       Мастер-Чиф переключил своё внимание на более насущные проблемы, а именно — на наземные войска Жнецов, толпящиеся на площади и в самом святилище. Кортана быстро определила, подсчитала и назначила рекомендуемые приоритеты для тех Жнецов, которых мог видеть Чиф. На площади под ними четыре отряда, обозначенных Кортаной, из восьми каннибалов, каждым из которых командовал один налётчик, патрулировали среди поваленных колонн, декоративного камня и широких дорожек. Однако в задней части площади, ближе к святилищу, стояли два Жнеца, которых Чиф раньше не видел. Четвероногие, инсектоидные, с большими выступающими мешками по всему телу, на «лице» этих существ торчали два длинных пушечных ствола и один большой роботизированный глаз. Судя по размеру и длине стволов их пушек, Чиф пришёл к выводу, что эти существа представляют собой дальнобойную, тяжёлую огневую поддержку и поэтому должны быть быстро уничтожены. Помимо всех этих существ по территории святилища двигались три громадных бронированных твари. При этом никто из Жнецов ещё не заметил небольшой отряд Чифа.       Чиф осмотрел поле предстоящей битвы с той лёгкостью и практичностью, на которую способен только опытный ветеран. Сама площадь была усеяна укрытиями, и он уже выбрал несколько путей подхода к святилищу, которые позволят им держать фланги в безопасности, а их врагам — затруднить точный огонь. Повернув голову, он обнаружил пару мест, которые могли бы стать подходящими укрытиями для Веги, который мог бы обеспечить прикрытие и подавляющий огонь по Жнецам из своего АОП. Он также увидел небольшой, почти неповреждённый минарет, расположенный неподалёку, к которому вела спиральная лестница. Он предположил, что у кого-то, размещённого там, будет ещё более выгодный вид на поле боя, что идеально подходит для снайпера.       Когда спартанец заговорил, приказ прозвучал быстро, чётко и уверенно.       — Вакариан, ты можешь подняться на тот минарет?       — Да, — ответил турианец. — Нужно снайперское прикрытие?       Чиф кивнул, снял со спины спартанский лазер и передал его турианцу.       — Возьми это. Прицел здесь, спусковой крючок здесь. Время зарядки — полторы секунды, отдачи нет, четыре выстрела.       Гаррус взял в руки массивное оружие ККОН и кивнул Чифу.       — Понял.       Пока турианец направлялся к минарету так быстро, как только мог в своём раненом состоянии, Чиф повернулся к Веге.       — Вон там, на мезонине, есть укрытие. Видишь?       — Да, — ответил морпех Альянса, подпрыгивая на носках в предвкушении боя.       — Установи там АОП. Ты будешь прикрывать и вести огонь на подавление, пока остальные наступают на святилище, — сказал Чиф.       — Понял, Чиф, — кивнул Вега, стремительным шагом направляясь к груде обломков и опорным колоннам, на которые указал Чиф.       Спартанец посмотрел на оставшихся двоих, Джакса и Кхава. Он на секунду задумался, глядя на грозную штурмовую винтовку Кхава «Молотобоец», которую кроган держал в руках. Он вспомнил, что это оружие было уникальным, поскольку стреляло не пулями, а миниатюрными гранатами, которые взрывались при контакте. Свирепое оружие, которое, как он помнил, разрывало плоть Жнецов ещё в Лощинах, когда на них напала толпа хасков. АБС Чифа и «грааль» Джакса были высокоточным оружием, хоть «грааль» и стрелял гигантскими шипами вместо обычных кинетических снарядов.       — Джакс, мы с тобой будем впереди, — сказал Чиф. Он решил, что поскольку он и главный разведчик были наиболее бронированными из всей группы, то они должны быть впереди, принимая на себя основной удар огня Жнецов. — Кхав, ты в тылу. Используй свой «молотобоец» для подавления противника, основные цели — скопления жнецов.       — На позиции, — сказал Гаррус по связи.       — Аналогично, — уведомил Вега.       — Гаррус, нацелься на левое инсектоидное существо. Все остальные, цельтесь в правое. Как только они будут убиты, Вега обеспечит прикрывающий огонь, пока штурмовой отряд доберётся до укрытия на площади и вступит в бой. Гаррус, если те твари выйдут из святилища, стреляй в них из лазера. Если нет, используй снайперскую винтовку для поражения других целей по своему усмотрению. Кортана, попытайся выяснить, живы ли Шепард, Рекс или кто-нибудь из Праэтусов. Если это так, передай им, что мы в ближайшее время активируем молоты.       В ответ последовал хор утвердительных возгласов от каждой стороны.       — Хорошо, держите под прицелом крайнего правого Жнеца. Гаррус, мы начинаем по твоему выстрелу.       Чиф поднял свою АБС и навёл прицельную сетку на глаз инсектоида. Внешне Жнец выглядел бронированным, но у Чифа была уверенность в том, что пули твёрдого света пробьют его насквозь. Несмотря на это, он перевёл АБС на стрельбу самым тяжёлым калибром, зная, что скорострельность снизится, зато увеличится проникающая способность. Когда турианец прицелился, острые глаза Чифа уловили тонкий, мерцающий, почти невидимый луч спартанского лазера.       Через полторы секунды из минарета, где находился Гаррус, вырвался мощный рубиново-красный луч чистой энергии и за долю секунды достиг цели. Луч оружия, изначально разработанного как противотранспортное средство, прошил переднюю часть Жнеца и вышел с другой стороны, вплавившись в камень позади. Не прошло и секунды, как все остальные открыли огонь по другому существу, причём расстояние в сотню ярдов нисколько не спасло его от жестокой участи. Пули пробивали переднюю броню, разрывая большие мясистые мешки и наполняя существо дырами. Из мешков извергалась зелёная кислота и множество мелких инсектоидов, которые разбежались бы, если бы не снаряды «молотобойца» Кхава, разрывающие мелких жучков на клочки плоти.       Остальные солдаты Жнецов обернулись на внезапно вспыхнувшую стрельбу, но штурмовой отряд не терял времени. Пока Вега осыпал Жнецов, пытавшихся укрыться, патронами специального выпуска 7,62×51 мм с обеднённым ураном, Чиф, Джакс и Кхав уже спустились по лестнице на площадь, отстреливая тех Жнецов, которые слишком медленно выбирались из укрытия. Раздался резкий треск, когда Гаррус снёс голову налётчику, который не успел укрыться, а затем последовал взрыв гранаты, брошенной Мастер-Чифом, которая убила четырёх каннибалов, стоявших ближе всего к обезглавленному налётчику.       — Вега, огонь на подавление, четвёртый отряд Жнецов, — сказал Чиф, заметив, как пулемётчик мгновенно переключил огонь, следуя приказу Чифа.       — Джакс, сближайся и уничтожь остатки второго отряда Жнецов. Кхав, сдерживай третий. Вакариан, прикрой меня, пока я продвигаюсь к первому, — приказал Чиф.       Джакс ухмыльнулся, выкрикнул боевой клич и бросился вперёд к уже ослабленному отряду Жнецов, снаряды отскакивали от его мощных кинетических барьеров. Чиф увидел, как голову каннибала пригвоздило к колонне длинным шипом «грааля», после чего переключил внимание на свой отряд Жнецов, который расположился за несколькими выступающими каменными образованиями и разрушенной стеной. Он переключил свою АБС на автоматический режим, зная, что против такого количества врагов для него важнее повышенная кучность огня, чем пробивная способность крупных снарядов.       Два каннибала выглянули из-за своего укрытия и прицелились, чтобы выстрелить в быстро наступающего спартанца, но сразу же получили шквал снарядов в головы. Чиф сорвал с пояса гранату и бросил её в крайних левых каннибалов отряда, с удовлетворением отметив, как взрывчатка разрушила трёх Жнецов. Чиф продвигался на фланг другой стороны, а Гаррус вёл огонь по укрытию Жнецов, чтобы те не высовывались.       Внезапно оставшиеся пять каннибалов и один налётчик одновременно выскочили из укрытия и нацелили оружие на приближающегося спартанца. Чиф достиг укрытия и прицелился в первого каннибала. Обе группы, Мастер-Чиф и отряд Жнецов, обменялись огнём. Пока спартанец всаживал снаряд за снарядом в головы и тела своих противников, такие же снаряды попадали в его щиты, которые с трудом выдерживали шторм снарядов; в его ушах раздался вой тревоги, когда последний Жнец, ведущий налётчик, упал с оторванной половиной горла и двумя зияющими дырами в верхней части туловища.       Чиф спрятался за разрушенной колонной и стал осматривать поле боя, ожидая, пока его щиты восстановятся. Джакс был полностью поглощён сражением, кружась в водовороте чистой кроганской ярости, и разрывая и кромсая кожу, кости и броню Жнецов. «Молотобоец» Кхава вывел из строя большую часть третьего отряда Жнецов, а Гаррус и Вега добивали незащищённых врагов, пока Кхав перезаряжался.       Когда щиты были полностью заряжены, Чиф выскочил из укрытия по оптимальному вектору, чтобы воспользоваться подавляющим огнём Веги и обеспечить себе фланг. Он двигался быстро, зная, что морпеху Альянса придётся сделать паузу, чтобы перезарядиться. Спартанец выбрал надёжное укрытие на левом фланге и поднял АБС, мысленно одобряя стрельбу Веги, когда увидел налётчика и двух каннибалов, лежавших в лужах собственной вязкой, чёрной крови, и начал стрелять. Оставшиеся каннибалы быстро падали, пули твёрдого света впивались в их незащищённые тела. Вскоре на площади воцарилась тишина, когда последние солдаты Жнецов были уничтожены, и все они потратили несколько секунд на то, чтобы прийти в себя и перезарядиться, прежде чем двинуться к святилищу и, что ещё важнее, к трём тварям, которые остались охранять его, буквально подстрекая команду бойцов прийти и сразиться с ними.       Гаррус не нуждался в подсказках и метким выстрелом разнёс верхнюю половину туловища первой твари. Когда бронированное чудовище замертво рухнуло на пыльную землю, двое других попытались уйти из зоны видимости турианца со спартанским лазером, но у Гарруса была слишком хорошая позиция и слишком меткий глаз. Рубиново-красное копьё вонзилось в бок второго зверя, пробив его внутренности и испарив жизненно важные органы. Этот зверь также упал замертво, но его конечности ещё пару секунд слабо подёргивались. Третий зверь, то ли благодаря удаче, то ли в силу мастерства, выждал пару секунд, пока лазер зарядится, а затем нечеловеческим рывком рванул вперёд в беспорядочном движении. Гаррус попытался скорректировать удар, но лазер лишь задел большую клешню твари.       Зная, что спартанский лазер не заряжен, Чиф приказал своему отряду:       — Сосредоточить огонь! Убейте её!       Все направили своё оружие на одинокого Жнеца. Снайперские пули, шипы «грааля», миниатюрные гранаты «молотобойца» и АОП калибра 7,62 с обеднённым ураном обрушились на зверя, рикошетя, впиваясь и пробивая тяжёлые пластины твари. В то время как остальные члены отряда замедлили своё продвижение, чтобы получше прицелиться в Жнеца, Чиф вместо этого разогнался до максимальной скорости в шестьдесят четыре километра в час. Тварь выпрямилась и с рёвом бросилась прямо на Чифа.       Не сбавляя темпа, Чиф достал «Крушитель черепов», прикинул расстояния и пространство, чтобы убедиться, что планируемый манёвр возможен, а затем опустился на землю. Время замедлилось, когда спартанец прошёл в нескольких дюймах под размашистой клешнёй твари, и если бы зверь был способен выражать эмоции, то на его лице отразилось бы недоумение. Благодаря ранее набранной скорости Чиф всё ещё скользил по земле, и когда он оказался под тварью, он прицелился и выстрелил из «Крушителя черепов» почти в упор в мягкую, небронированную часть между ног твари. Массивное ружьё впилось ему в плечо, но Чиф продолжал скользить под тварью и одним плавным движением поднялся на ноги, перезарядил дробовик, совершил разворот, пока импульс продолжал двигать его вперёд, и выстрелил вновь, а затем продолжил бежать к дальнему молоту, не сбавляя скорости.       Тварь, внутренности которой были раздроблены в механическо-органическую массу первым выстрелом спартанца, а второй пробил дыру чуть ниже шеи, зашаталась, зарычала и рухнула на землю.       — Джакс, Кхав, первый молот ваш, вперёд, — приказал Чиф, продолжая бежать к дальнему молоту. Услышав утвердительный ответ от двух кроганов, Чиф замедлил шаг, приближаясь ко второму молоту.       «Молот», как оказалось, не был реальным молотом. По крайней мере не тем, который можно было поднять в руке. Скорее, молот выглядел как массивный кусок металла, подвешенный в воздухе на тросах, который при отпускании падал по заданной траектории, направляемый параллельными опорными конструкциями глубоко в землю, на резонирующую пластину, которая издавала призыв к Калрос на десятки миль вокруг.       Чиф быстро сообразил, что молот, большой металлический груз, уже взведён и готов к удару. Однако Рекс сказал на брифинге, что молот нужно поднимать и опускать несколько раз, пока не появится Калрос. Кортана указала на спусковой механизм, одновременно указывая на толстый каменный рычаг, который, как показало сканирование, был соединён со сложной серией шестерёнок и шкивов. Спартанец повернул голову обратно к первому молоту, наблюдая, как Джакс нажимает на каменную кнопку, освобождающую фиксатор молота, и отправляет многотонный металлический цилиндр в резонирующую плиту под землёй. К счастью, их падения не обязательно должны были быть синхронными, по крайней мере, по словам Рекса, поэтому Чиф последовал примеру Джакса и нажал свою кнопку.       Первый молот ударил по резонирующей пластине, шум и вибрации, казалось, вырвались из-под земли с такой силой, что Кортана убавила громкость аудиорецепторов на несколько пунктов, а Чиф укрепил свою стойку, чтобы оставаться неподвижным. Второй молот ударил мгновением позже, его резонанс усилился после первого и ещё больше увеличил интенсивность вибрации. Чиф не стал тратить время на то, чтобы удивляться силе ударов, и переместился к рычагу, который должен был поднять металлический боёк обратно вверх. Он расставил ноги, слегка опустился, ухватился за рычаг своими большими руками, напряг свои мощные мышцы и поднял его.       Рычаг, не использовавшийся сотни лет, оторвался от своего лежачего положения и начал двигаться, приводя в действие ряд тросов, шкивов и шестерёнок, которые должны были поднять молот обратно вверх. Губы Чифа сжались, когда он приложил все свои силы, чтобы максимально ускорить процесс. Через несколько секунд металлический молот поднялся из глубины земли и закрепился в уловителе, готовый к повторному падению. Он посмотрел на Джакса и Кхава, которые тянули за рычаг стиснув зубы и выпучив глаза: знаменитая кроганская сила заставила молот подниматься вверх. Однако их металлический цилиндр ещё даже не поднялся над уровнем земли.       Чиф нажал на кнопку, заставляя молот вновь опуститься, и вдруг заметил, что «разрушитель», казалось, поворачивается в их сторону, несмотря на массу снарядов, направленных в его корпус. Чиф и два крогана одновременно подняли и опустили свои молоты, синхронных ударов хватило, чтобы зубы Чифа завибрировали даже сквозь его «мьёльнир». Спартанец собрался снова поднять рычаг, но внезапно к пульсирующим колебаниям от молота добавилась сильная тряска. Толчки становились всё сильнее, и были настолько мощными, что заставили Чифа опуститься на колени, чтобы не упасть, и он понял, что это, должно быть, Калрос ответила на зов. К этому времени Жнец полностью развернулся и направил своё главное оружие в сторону их группы.       Огромная, невероятно длинная тень омрачила небо. Чиф поднял голову и увидел, что над ним, словно граната, выпущенная из гранатомёта, летит массивная «труба» с коричневой, хитиновой бронированной оболочкой. Огромный червь, Калрос, праматерь всех молотильщиков, врезалась в переднюю часть «разрушителя», разинув пасть, и оскалив в свете солнца зубы размером с «томках». Жнец отшатнулся назад, как мяч, отбитый на поле, и ударился о бок Завесы, а затем с грохотом упал на землю. Калрос, издав боевой рёв, который пронзил небо на десятки миль вокруг, обернула своё тело вокруг Жнеца, как гигантский удав, её массивные мышцы вмяли и раскололи обшивку брони «разрушителя», как будто это была алюминиевая банка, пока она тащила машину по песку.       Спустя несколько очень напряжённых секунд всё было кончено. Жнец исчез, утащенный Калрос в песчаную и каменистую почву, оставив Завесу без защиты, однако здание было повреждено случайным ударом Жнеца, верхние этажи задымились и слабо загорелись. Спустя некоторое время Кортане удалось установить контакт с Шепардом, который вместе с Рексом, Грантом и большей частью роты «Аралах» сумел выжить после обвала скалы, разделившего их вначале. Кортес забрал Чифа и его отряд на «кадьяке» и доставил их на встречу со спутниками Шепарда у входа в Завесу.       Рота «Аралах» была занята охраной периметра, и, пока Чиф приводил свой отряд в чувство, он прислушивался к короткому разговору Шепарда, Рекса и доктора Солуса, которые стремительно пробирались к лифту, ведущему в комнату управления Завесой.       — Я доставлю лекарство. Это мой народ, — заявил Рекс.       — Нет, — возразил Мордин. — Кроганам необходим сильный лидер, которым являешься ты. То же самое относится и к тебе, Шепард, ты сыграешь слишком значительную роль в этой войне.       Они дошли до лифта, и Мордин нажал кнопку вызова, дверь раздвинулась.       — Завеса повреждена, нет времени для дискуссий. Моя болезнь, моё лекарство, моя ответственность.       Саларианец шагнул в лифт и повернулся к Шепарду и Рексу, которые остались за порогом.       — Мордин, — начал Шепард, протягивая руку.       Доктор Солус отмахнулся от него, устало улыбнувшись.       — Это должен был быть я. Кто-то другой может ошибиться.       Двери лифта закрылись, оставив Шепарда и Рекса смотреть на стену. Они наблюдали, как лифт поднимается сквозь щели в шахте, пока не достиг вершины. Через минуту из верхней части Завесы во все стороны вырвалось светло-зелёное облако, за которым вскоре последовал взрыв. Однако зелёное облако продолжало распространяться, распределительные системы Завесы, очевидно, не пострадали от уничтожения комнаты управления.       — Он сделал это. Этот саларианский ублюдок сделал это. Клянусь честью своего имени, что мой первый ребёнок будет назван Мордином, — сказал Рекс.       Шепард оцепенело смотрел, как лекарство от генофага начало рассеиваться в воздухе, знаменуя начало нового будущего для кроганов.

***

Станция «Кронос», туманность Конская голова

      — Оперативник Лоусон ожидает, сэр.       Голос доносился с высоких потолков личного кабинета, словно мягкие листья, падающие с дерева. Голос, исскуственно женский по своей природе, был музыкальным, оповещая Призрака о прибытии оперативника.       «Слишком музыкальный», — подумал он. Он доработает ВИ позже; ему всё ещё не удалось подобрать идеального искусственного помощника с тех пор, как доктор Ева преждевременно погибла на Марсе.       — Пусть войдёт, — сказал Призрак.       Он отмахнулся от различных голографических экранов, которые находились перед ним, и потёр глаза. Он устал. Призрак уже несколько дней без перерыва смотрел, изучал и усваивал информацию из видеозаписей. Сказать, что он был занят после «провала» атаки на Цитадель, было преуменьшением.       Он не зря заключил слово «провал» в кавычки. Именно так в новостях по всей галактике называли атаку «Цербера» на сердце цивилизованного правительства. Террористическая атака «Цербера» провалилась, террористическая группа апологетов человеческого превосходства потерпела неудачу в заговоре, поскольку храбрые силы безопасности и военные помешали вражескому вторжению, — гласили различные заголовки.       «И всё же операция не была провальной», — самодовольно подумал Призрак. Конечно, были потеряны тысячи солдат, тонны оборудования и несколько кораблей, но всё это было заменимо и в конечном итоге не имело значения.       Нет, полный захват Цитадели не был его целью. Скорее, это был сбор информации. Дестабилизация текущей политической атмосферы посредством убийств деятелей и сеяния всеобщего хаоса была, конечно, второстепенной целью, но не главной.       По правде говоря, Призрак был совершенно очарован Космическим командованием Объединённых Наций. Люди, но из другой галактики — так гласила информация, которую он получил. Статистическая невероятность такого развития событий была астрономической, а данные сами по себе заставляли задуматься. Однако больше всего Призрака интересовала их огневая мощь. Он сотни раз просматривал видеозаписи с камер, на которых их корабли сдерживали Жнецов над Землёй, разрывали на части его оперативную группу из десяти крейсеров, атаковавшую Цитадель, а затем полностью уничтожили большую группу Жнецов, напавшую на Деспару.       После нескольких дней всестороннего изучения он пришёл к выводу, что возможности их боевых кораблей и наземных сил гораздо более впечатляющи, чем всё, что он видел раньше. Стало ясно, что у него появилась новая цель: захват, анализ и воспроизведение технологий ККОН. К сожалению, небольшое число сотрудников «Цербера», выживших и сбежавших с Цитадели, не сумели принести с собой ничего из их технологий, так что ему пришлось обходиться видеозаписями.       Увы, мозговой штурм по поводу того, как выполнить свою новую грандиозную задачу, он отложил на потом, а сейчас он слышал за спиной резкий стук каблуков оперативника Лоусон, которая приближалась к его креслу. Он повернулся, чтобы встретиться с ней лицом к лицу, но при этом остался сидеть. Теперь она выглядела иначе, почти неузнаваемой. Призрак приказал сделать ей операцию по изменению внешности после того, как стало известно, что Шепард увидел её лицо на Цитадели и понял, что она служит «Церберу». Конечно, недобровольно, но Шепард этого знать не мог. В то время как Призрак знал истинную правду, что Миранда была привязана к его командам первой итерацией нанопрограммы, контролирующей разум, введённой в её мозг, которая в конечном итоге поможет управлять Жнецами, но для коммандера Альянса это выглядело так, будто один из его самых близких друзей и союзников предал его.       Длинные, густые локоны чёрных волос сменились строгим светло-русым хвостом. Радужки её глаз были хирургическим путём изменены на тёмно-карие вместо естественного голубого цвета. Её лицо изменилось: скулы стали более впалыми, губы тоньше, нос немного больше, подбородок стал более выступающим. Её рост не изменился, но грудь значительно уменьшилась в размере. Её широкие бёдра и внушительный зад сохранились после операции, к большому удовлетворению Призрака, который ещё несколько часов назад получал немалое удовольствие от этих особенностей.       — У меня для тебя новое задание, — сказал он, когда она остановилась в нескольких футах от него, обтягивающий чёрный костюм оставлял мало пространства для воображения.       — Что требуется? — глухо спросила она.       — Убийство.       — Местоположение?       — Цитадель. Мемориальная больница Гуэрты. Третий этаж, комната 3-Б.       — Цель?       — Тейн Криос.