В бесконечность

Она всё понимала, Но испытывала неистовую ярость После гибели своего народа.

«Тень намерения», штурмовой носитель класса CAS, капитанский мостик. Новерия, система Пакс

      — Клянусь, арбитр, только скажи, и я обрушу весь очищающий адский огонь нашего флота на этих Дра-Шипах! — злобно прорычал Р’тас.       Тел ’Вадам, арбитр сангхейли, тревожно поднял глаза. Он уже давно не слышал этого ругательного слова. Что оно означало? Если он правильно помнил, что-то связанное с фекалиями рептилий.       — Не так быстро, капитан, — сказал он. — Не то чтобы эта мысль не приходила мне в голову, но следует проявить сдержанность.       — Сдержанность? — почти прокричал Р’тас, голос стал громче на несколько тонов по сравнению с его привычным рычанием. — Эта организация, «Цербер», экспериментировала с Потопом! Экспериментировала над судьбой галактики, вступая на грань ужасного вымирания! Если бы Паразиты вырвались на свободу…       — Я прекрасно знаю об угрозе Паразита, — спокойно ответил Тел, но его мандибулы слегка дёрнулись в раздражении. — Иногда твоё рьяное желание битвы пересиливает чувство рациональности.       — В данном случае моё ревностное желание сражаться весьма рационально, — проворчал Р’тас, слегка успокоившись после упрёка Тела. Переведя взгляд на других сангхейли, он спросил: — Ну, и что же нам делать?       — Время покажет, — сказал Тел.       Никто в их флоте не знал, кто или что такое «Цербер», даже базы данных в датападах, которые азари захватили с их шахтёрской колонии, не содержали никакой информации о них. Они располагали лишь следующими сведениями: у «Цербера» была база на ледяном мире Новерия, ныне представляющем собой сферу расплавленного стекла и шлака, где они проводили эксперименты с Потопом и пытались получить доступ к одному из Ключей; враждебные человекоподобные войска напали на сангхейли, когда они исследовали эту базу; у них был значительный флот в пространстве напротив их собственного; и генерал по имени Олег Петровский утверждал, что знает, где находится следующий Ключ и как его получить.       Тяжёлые ступни Тела глухо постукивали по палубе мостика, пока сангхейли расхаживал взад-вперёд перед сидящим в кресле капитаном.       — Если этот генерал каким-то образом связан с тем, что происходило на поверхности того холодного мира, то он должен умереть за риск высвободить Потоп.       — С этим я могу согласиться, — кивнул Р’тас. — Но что насчёт его знаний о Ключе? Это ересь. Даже мы не прошли через последнюю Передачу, чтобы узнать, куда приведёт нас наш путь.       — Да. И именно поэтому сейчас они должны жить, — ответил Тел. Р’тас посмотрел на него, на его лице отразилось замешательство, и Тел продолжил. — Нам необходимо выяснить, откуда он знает всё это.       — И что ты предлагаешь? Может, просто спросить его по связи? — спросил Р’тас, понимая, что вопрос был не столько серьёзным, сколько шуточным.       — Нет. Я хочу встретиться с этим человеком лицом к лицу. На его корабле. Посмотреть ему в глаза и понять, будет ли он откровенен или утаит правду.       — На его корабле? Ты уверен? — спросил Р’тас. — Довольно прямолинейно.       — Да, — ответил арбитр, расправив свои мандибулы в озорной ухмылке. — Потому что пока мы будем говорить, хурагок под маскировкой внедрится в их системы и скачает все данные, которые удастся заполучить.       Р’тас покачал головой.       — Арбитр, как всегда, предпочитает хитрую тактику. Но что, если вас раскроют?       — Тогда я и мои бойцы убьём всех присутствующих, затем мы эвакуируемся на нашем «фантоме», и ты сможешь обрушить на их флот свой «очищающий адский огонь», если сочтёшь нужным, — ответил он.       — Разумный план, — согласился Р’тас, явно довольный перспективой боя.       — Но сначала — следующая Передача, — сказал Тел, доставая из отсека на поясе недавно обретённый Ключ. — Чтобы узнать, действительно ли генерал Петровский знает местонахождение следующего Ключа.       Р’тас кивнул, левой рукой набрал несколько команд на панели. Перейдя на общефлотский канал, он сказал:       — Внимание: всем приготовиться к Передаче. Всем приготовиться к Передаче.       Р’тас кивнул арбитру, который поднёс маленький тонкий серебряный цилиндр к глазам. И хоть он не знал, кто именно должен активировать Передачу, Ключ, тем не менее, сработал по своему загадочному принципу, и серия быстрых, кратких образов чётко и навсегда впечаталась в сознание всех сангхейли и сопровождающих их азари. Набор координат, большая станция на астероиде, которая показалась им до боли знакомой, здание, ночной клуб под названием «Загробная жизнь», подсобное помещение, а затем — сейф, спрятанный за потайной дверью. Глаза Тела и Р’таса распахнулись, почти мгновенно найдя взгляды друг друга.       — Эта станция, она выглядела точно так же, как Высшее Милосердие, — тихо, но строго сказал Р’тас.       — Да. Гораздо меньше, грязнее, не столь элегантна, но… да, — согласился Тел. — Сходство есть…       — Тебя это беспокоит? Я хочу выжечь эту штуку из космоса. Превратить её поверхность в расплавленный шлак, как и заражённую планету внизу, — прорычал Р’тас.       Тел прекрасно понимал подобные желания. Высшее Милосердие было местом власти пророков и олицетворяло собой всё, что сангхейли стали презирать в тот проклятый период, когда они были лишь пешками в большой и бесполезной игре. После Великого Раскола потеря станции из-за Потопа и её последующее разрушение не стали большой проблемой для сангхейли, которые с лёгкостью перенесли свою резиденцию и правительства обратно на родную планету Сангхелиос.       — Возможно, придётся, — небрежно сказал Тел. — Но сначала нужно договориться о встрече с этим генералом. Мне нужна только аудиосвязь. Никакого видео.       Р’тас ухмыльнулся отвращению в голосе Тела и приказал сангхейли в оперативных отсеках под его командным пунктом выполнить приказ арбитра. Через несколько секунд связь начала потрескивать, когда запрос на установление связи был принят, всё было готово к тому, чтобы принимать и передавать аудиосигнал с мостика «Намерения» на флагманский корабль генерала «Цербера».       — Приветствую вас, — раздался мужской, сильный и властный голос. — Это генерал Олег Петровский из Первого экспедиционного флота «Цербера». С кем я имею честь говорить?       Р’тас и Тел обменялись взглядами, прежде чем старший сангхейли ответил.       — Я — арбитр сангхейли. Вы говорите, что знаете, где находится то, что мы ищем, и как это получить. Я хочу знать, правда ли это и прошу встречи, чтобы обсудить всё с глазу на глаз. Вы согласны?       В течение нескольких секунд стояла тишина.       «Возможно, своей прямотой я застал генерала врасплох», — подумал Тел.       — Я принимаю вашу просьбу о встрече. Каковы ваши условия? Количество охранников и будут ли они вооружены? Время и место? — спросил голос.       — Немедленно, на борту вашего корабля, в пустом ангаре. По четыре вооружённых охранника на каждую сторону. Расположите свой корабль между нашими флотами. Я прибуду на одиночном десантном корабле.       — Очень хорошо. В ближайшее время я передам координаты ангара. Буду рад знакомству с вами.       Тел ничего не ответил, вместо этого подав сигнал, чтобы прервать связь. Он тут же встал на ноги и устремился к двери мостика. Р’тас быстро оказался рядом с ним, вскочил со своего командирского кресла и побежал догонять его, пока арбитр не скрылся из виду.       — Ты уверен в этом? — спросил он, провожая своего друга и командира к выходу с мостика.       — Да. Не бойся за моё благополучие, капитан, я буду в надёжных руках. — Тел посмотрел на Р’таса, и младший сангхейли сразу же распознал озорство в его тёмных глазах. — Вернее, я буду в надёжных руках с топливными стержнями и тяжёлыми металлическими щитами.       Тел похлопал Р’таса по плечу и вышел через двери мостика, ощутив небольшой прилив воздуха, когда они закрылись за ним. Постучав по такпаду на левом запястье, он быстро установил несколько каналов связи. В первую очередь он связался со своим пилотом Селом ’Терумом и велел ему запускать свой «фантом», пристыкованный в личном ангаре арбитра. Затем он связался с командиром копья Уше ’Тахамом и велел собрать десять сангхейли в его ангаре, как можно скорее, и захватить ещё один стелс-комплект. Также он связался с ультрой ’Харумом и велел ему прислать две лучшие пары охотников в его личный ангар. И наконец, он послал координаты встречи одному из немногих хурагоков на «Тени намерения» — Надлежаще Сбалансированному, как он помнил.       Расстояние между капитанским мостиком и его личным ангаром было небольшим, и благодаря длинному, энергичному шагу Тел прибыл раньше, чем копьё ’Тахама и охотников. Тем не менее, он встретил своего пилота Села ’Терума, который проводил спешные предполётные проверки, и несколько лётных экипажей сангхейли и ворчунов, которые усердно работали над тем, чтобы убрать из отсека «фантома» всё, что не являлось жизненно важным, — на лётной палубе уже скопилась значительная куча оборудования.       Сел поднял глаза от своего датапада и увидев арбитра, отсалютовал, но Тел жестом велел ему продолжать работу, и тот так и сделал. Периферийным зрением Тел увидел, как десять сангхейли в чёрной броне в спешке вошли в одну из дверей ангара, держа оружие наготове. Уше шёл впереди, через его плечо был перекинут дополнительный комплект маскировки, как и просил арбитр, и они направились к своему лидеру. С противоположной стороны ангара гулкие вибрации по палубе возвестили о прибытии двух пар мгалекголо, громадным бронированным существам пришлось протискиваться через дверные проёмы. На буксире у них следовал хурагок, Надлежаще Сбалансированный — в буквальном смысле, поскольку четыре щупальца плавучего существа обхватили широкие плечи идущего спереди охотника.       Вскоре вокруг него собрались все необходимые лица, за исключением Села, который был занят запуском «фантома», но при этом был подключён к только что созданной арбитром оперативной линии боевой связи.       — Слушайте внимательно, — начал арбитр, его тон был совершенно серьёзным. — Я собираюсь встретиться с командиром флота кораблей, находящегося в нескольких тысячах километров от нас, лицом к лицу. Он утверждает, что знает о наших поисках Ключей, о том, где находится следующий, и как его заполучить. Я намерен выяснить, правда ли это.       Со стороны сангхейли Уше послышался лёгкий ропот, но командир копья быстро заставил их замолчать тихим, но резким упрёком.       — Братья Факсара Сусо Макко, Опаксе Сусо Макко и братья Месое Хунна Датта и Дейори Хунна Датта будут сопровождать меня. Уше, твоё копьё будет обеспечивать дополнительную, скрытую от глаз охрану и следить за тем, чтобы хурагок достиг поставленных целей, — сказал Тел.       — Какие «цели» будут у хурагока? — спросил Уше. Его руки были скрещены, но не от раздражения. Из-за его плеча выглядывал ствол плазмомета, а на бёдрах были прикреплены энергетический пистолет и, конечно же, плазменный меч сангхейли.       Тел посмотрел в сторону Надлежаще Сбалансированного, обращаясь непосредственно к плавающему существу. Хурагок отцепился от мгалекголо и теперь находился между сангхейли Уше и двумя парами охотников, а четыре его щупальца лениво покачивались в врздухе.       — Проникнуть в хранилища данных корабля и заполучить любую доступную информацию, не будучи обнаруженным. Ты сможешь это сделать?       — [Проникновение в системы — это не то, для чего Она меня создавала,] — сообщил хурагок через свой коммуникатор, — [однако я уверен, что смогу выполнить вашу просьбу — собрать информацию — незамеченным, при условии, что контрмеры искусственного интеллекта будут не слишком серьёзны.]       — А что произойдёт, если хурагок потерпит неудачу? Если нас обнаружат? Что, если они смогут раскрыть нашу маскировку? — прагматично спросил Уше.       — Тогда мы убьём их всех, — ответил Тел совершенно серьёзно. — Возьмём всё, что сможем, и отступим на «фантоме». Затем капитан ’Вадум уничтожит их флот.       — Так просто? — спросил Уше, раздвигая мандибулы в недоумении.       — Скорее всего, нет, но это то, что необходимо предусмотреть. Оснастите хурагока стелс-устройством.

***

      Как и ожидалось, путь до флагманского корабля генерала Петровского был не самым комфортным. После Великого Раскола «фантомы» проектировались с учётом нового стандартного подразделения сангхейли, копья из десяти солдат. И хотя копьё могло бы разместиться с комфортом, но из-за арбитра, хурагока и, конечно же, четырёх громоздких охотников в отсеке оставались только стоячие места, и все были плотно прижаты друг к другу. Арбитр и четыре охотника находились в самой задней части отсека, ближе всего к трапу, чтобы иметь возможность быстро покинуть «фантом».       — Начинаю заход на посадку, — сообщил их пилот Сел ’Терум по оперативной частоте боевой связи.       Уше ’Тахам, командир первого копья личной гвардии специальных операций арбитра, включил связь.       — Пары, начинайте последнюю визуальную и сенсорную проверку маскировки.       Они находились под активным камуфляжем с тех пор, как только ступили на «фантом», но излишняя осторожность никогда не помешает, когда дело касается военных приготовлений. Уше повернулся, насколько это было возможно в нынешних стеснённых условиях, к своему боевому партнёру, снайперу Като Ретану, и начал проверку. Сначала он отключил метки на лицевом дисплее, отображавшие силуэт его напарника, и попытался обнаружить боевого партнёра исключительно визуально. Это ему не удалось. Затем он приложил все усилия, чтобы обнаружить Като с помощью своего продвинутого набора датчиков, используя инфракрасный, тепловой, радиолокационный, лазерный и даже гидролокационный диапазоны. Эти новые обновлённые стелс-доспехи были поистине чудотворными. Являясь передовым краем технологии, предлагаемой «Вооружением Сангхелиоса», они дополнили предыдущие версии, добавив технологию маскировки излучений, в которой активно использовались тепловые радиаторы и абляционные пластины для отражения радиолокационных волн. Однако, несмотря на то, что они делали сангхейли настолько невидимыми, насколько можно было надеяться, они были непомерно дорогими и требовали огромной энергии для функционирования, поэтому могли быть активны только в течение тридцати непрерывных минут или около того.       — Ты — чёрный, Като, — сказал Уше, используя универсальное кодовое слово спецоперации сангхейли, означающее полную невидимость.       — Как и вы, командир, — ответил снайпер, завершив собственную проверку ’Тахама.       — Всем боевым элементам доложить о состоянии, — приказал ’Тахам.       — 1-2 чёрный.       — 1-3, чёрный.       — 1-4, чёрный здесь.       — 1-5, мы оба чёрные.       — 1-1, чёрный, — сказал Уше последним, подтверждая, что все пять его боевых пар были незаметны для обнаружения. Затем он обратил своё внимание на парящего над ними хурагока, верхняя часть его стелс-устройства почти касалась потолка отсека «фантома». Он выполнил тот же набор проверок, что и с Като, и через несколько секунд послал сигнал подтверждения на встроенный коммуникатор хуракога.       — Двадцать секунд до приземления, — сказал Сел ’Терум по каналу связи.       — Уше? — спросил арбитр, которому не нужно было полностью озвучивать вопрос.       — Мы готовы, арбитр, — ответил тот и сжал в руках свой плазмомет.       — Хорошо. Придерживайтесь плана. С этого момента объявляется радиомолчание.       Арбитр отключил связь, обратив своё внимание на стену отсека, которая также являлась трапом, по которому он и его телохранители должны были спуститься.       Сел запустил обратный отсчёт, когда «фантом» заходил на посадку, и в подтверждение своего мастерства Тел даже не почувствовал, как корабль опустился на посадочные опоры. Он подождал мгновение, создавая некоторое напряжение, затем повернул голову и кивнул четырём бронированным громадинам позади него. Он поднял руку и нажал на кнопку спуска трапа, услышав тихую какофонию гидравлики и электронных механизмов, действующих по только что отданной им команде.       Яркий белый свет хлынул в отсек через щели, когда трап опустился, но Тел не прищурился и никак не отреагировал. Он поднялся во весь свой рост — семь футов десять дюймов — и медленно, но уверенно спустился по трапу. Его глаза и разум тут же включились в работу. Отточенный жизненными испытаниями, он воспринимал и анализировал окружающую обстановку с той же энергией, с какой голодный хищник готовится наброситься на ничего не подозревающую жертву.       Ангар был простым. Небольшой по размерам, около ста квадратных метров, достаточно места для нескольких транспортных кораблей, но генерал Петровский сказал во время их общения, что это его личный ангар. Скрупулёзно чистый, вокруг не было почти ничего, кроме нескольких аккуратных штабелей ящиков и пары информационных терминалов вдоль стен, и закрытой двери в дальнем конце ангара.       В пятнадцати метрах прямо перед ними стояли пять фигур, простой стол из серебристого металла и два стула того же качества. Четверо мужчин в паре метров позади центральной фигуры были, очевидно, охранниками, в лёгкой броне, лица скрыты за тёмными визорами, приклады винтовок торчали из-за плеч, а на бёдрах виднелись пистолеты в кобурах.       Человек в центре, который, по предположению Тела, должен был быть генералом Олегом Петровским, был одет в безупречно чистую и торжественную военную форму белого цвета с чёрной и золотой отделкой. Она не отличалась от той, которую он видел на офицерах ККОН во время дипломатических церемоний в его присутствии. Чёрные погоны с золотыми полосами, видимо, обозначали его звание, а воротник мундира был приколот к плечу золотыми застёжками и тонкими золотыми цепочками. Он был среднего для человека роста, около шести футов, как предположил Тел, и стоял в спокойной позе, сцепив руки за спиной. Его тёмно-карие глаза были почти того же оттенка, что и короткие волосы, ухоженные усы и борода, и смотрели на Тела с такой же пристальностью, как и он на них.       Интуиция Тела быстро вынесла своё решение. Этот человек был опасен. Выражение лица и тела человека не было его сильной стороной, но арбитр и не сражался бы с людьми и против них на протяжении почти трёх десятилетий, не научившись кое-чему. Физически человек, который должен был быть генералом Петровским, не выглядел устрашающе. Конечно, от него исходила уверенность и потенциал, но это были ожидаемые черты лидера. Именно глаза сказали Телу то, что ему нужно было знать. Они были острыми, холодными, расчётливыми. Они оценивали Тела так же чётко и эффективно, как компьютерная программа, лишённая каких-либо эмоций, которые обычно присущи представителям человеческой расы. Даже когда его взгляд переместился на четырёх массивных охотников позади Тела, выражение его лица не выражало ни удивления, ни страха, которые арбитр разглядел на лицах четырёх охранников «Цербера» — они едва заметно отшатнулись.       Тел остановился прямо за спинкой кресла, основная часть которого находилась под серебристым металлическим столом, подражая позе генерала «Цербера». Телохранители арбитра стояли в паре метров от него, орудия и щиты были наготове, демонстрируя силу и необычность пришельцев.       — Я — генерал Олег Петровский, командующий Первым экспедиционным флотом «Цербера». — Этот человек, Петровский, говорил так же, как и по связи: холодно, собранно и уверенно. — С кем я имею честь познакомиться?       — Я Тел ’Вадам, арбитр народа сангхейли. Командующий Первым флотом Просветлённого покаяния.       Второе предложение он придумал на ходу. Во-первых, хотя он и был арбитром, корабли, которыми они располагали, на самом деле принадлежали не ему. Скорее, они находились под общим командованием капитана Р’таса ’Вадума. Во-вторых, шести кораблей было недостаточно, чтобы составить полноценную оперативную группу, не говоря уже о флоте. В-третьих, даже если бы они решили, что их относительно скудные силы составляют флот, присвоение названия флоту было священной традицией сангхейли, которая имела строгий набор протоколов, и не могла быть выбрана одним сангхейли, даже арбитром.       — Не желаете присесть? — спросил Петровский, жестом руки указывая на серебрянное кресло.       — Нет, — просто ответил Тел.       — Очень хорошо, — сказал генерал, протягивая руку к поверхности металлического стола. Он нажал на несколько маленьких голограмм, которые ожили от его касания, и вдруг стулья сложились сами собой и были притянуты магнитом обратно к нижней части стола. Он нажал ещё несколько голографических клавиш, и в центре стола появился небольшой проектор, оживший и показавший в реальном времени картинку высокой чёткости того, что раньше было Новерией. Раньше это был суровый мир снега и льда, он и сейчас был суровым, но теперь представлял собой расплавленное стекло и бушующие моря магмы.       Они оба несколько секунд смотрели на разрушенный мир, прежде чем Петровский заговорил.       — Такое разрушение, такая мощь… я никогда не видел ничего подобного.       — Прискорбно, но необходимо, — сказал Тел.       — Почему же? — спросил генерал.       Тел сопротивлялся желанию подозрительно сузить глаза. Неужели генерал действительно не знал об исследовательской базе на планете под ними, где был спрятан один из Ключей и проводились эксперименты над Потопом? Арбитр сомневался в этом. Он сохранял непоколебимое лицо, но не потому, что думал, что человек сможет легко прочитать его выражение, а потому, что осторожность лишней не бывает.       — Мы обнаружили исследовательскую базу, населённую опасным организмом, который вырвался на свободу, — заявил Тел таким же нейтральным тоном, каким до сих пор говорил генерал.       — И его присутствие вызвало необходимость уничтожения всей планеты? — спросил Петровский, приподняв одну бровь в первом настоящем проявлении экспрессии.       Арбитр медленно кивнул.       — Мне трудно поверить, что вы ничего не знаете о том, что происходило на поверхности.       — Вы полагаете, у меня есть причины лгать вам?       — Да. Не может быть простым совпадением, что обозначения на вашем корабле совпадает с теми, что мы видели на исследовательской базе, и что ваш флот прибыл как раз в то время, когда мы проводили свою операцию, и что вы тоже называете себя «Цербером».       Генерал Петровский улыбнулся, обнажив набор идеально белых зубов, которые сильно контрастировали с тёмной растительностью на лице. Годы знакомства с людьми означали, что арбитр больше не воспринимал этот знак как агрессию, как это было бы в его родном обществе.       — Меня радует, что вы не дурак, арбитр ’Вадам, — сказал Петровский, в голосе которого, к удивлению Тела, совершенно отсутствовала фамильярность. — Все предположения, которые вы сделали, вполне могут оказаться правдой. Я действительно мог знать всё, что только можно знать об этой бывшей исследовательской базе и о том, что там происходило. Однако это не так.       — Скажите мне, что такое «Цербер»?       Ответ был почти мгновенным, но он не звучал заученно.       — «Цербер» — это частная человеческая организация, которая не согласна с Альянсом Систем, нынешним правительством человечества, в частности, с их методами и идеологией, касающихся взаимодействия с остальной галактикой. Мы считаем, что с людьми несправедливо обращаются в галактическом сообществе, и стремимся это исправить.       «Интересно», — подумал Тел. Человеческая отколовшаяся группа, враждующая с нынешним правительством. У его собственного народа существовали отколовшиеся группы, которые всё ещё стремились придерживаться лживости Ковенанта. Эти группы были названы еретиками и террористами, и с ними поступали соответствующим образом.       — Частная человеческая организация, у которой есть ресурсы для создания такого большого флота, как у вас, а также дорогостоящих исследовательских баз для экспериментов с опасными биопаразитами?       — Исследовательские базы, о которых я ничего не знаю, — возразил Петроский. — Но да. Мы довольно крупная организация.       — Опять же, почему я должен вам верить? — спросил сангхейли.       Петровский жестом указал на стены ангара, вероятно, имея в виду весь корабль.       — Моя сфера влияния, моя сфера знаний, на самом деле, простирается не дальше моего флота. Да, у меня есть приказы, но я могу выполнять их так, как считаю нужным, и часто не имею доступа к информации, которую моё начальство считает не относящейся к этим приказам.       Генерал начал проводить рукой по гладкой поверхности стола, переводя взгляд с Тела.       — Вы не доверяете мне, не доверяете моему флоту. Как и я вам и вашему флоту. Совершенно разумно, учитывая, что речь идёт не только о сценарии первого контакта, но и об обстоятельствах, которые сопутствуют ему.       Генерал перестал двигать рукой, вновь взглянув Телу в глаза.       — У меня нет причин лгать вам, арбитр ’Вадам. Как и вы, я тоже не дурак. У меня нет иллюзий относительно нынешней ситуации, относительно того, что ваши шесть кораблей, скорее всего, могут уничтожить пятьдесят моих так же легко, как вы уничтожили эту планету. Честное слово, я понятия не имел, что у «Цербера» есть исследовательская база на Новерии, пока мы не прибыли в систему и не засекли слабый сигнал бедствия.       Несколько секунд Тел молчал. С одной стороны, он не смог выявить никаких признаков того, что генерал Петровский лжёт. Но с другой стороны, он знал, что представители человеческой расы хитры, склонны к манипуляциям и подлостям в худшие времена, а в лучшие — откровенно коварны и пронырливы. Поэтому он принимал всё, что говорил генерал, как песчинку, пока у него не было доказательств, кроме его слов, какими бы искренними они ни казались. Доказательства, которые, как он надеялся, скоро появятся, если, конечно, всё пойдёт по плану с копьём ’Тахама и хурагоком. Кроме того, по крайней мере, генерал знал, что его флот не продержится дольше нескольких минут против объединённой огневой мощи боевых кораблей сангхейли, и поэтому, скорее всего, не будет пытаться сделать что-то коварное в космосе.       — Мы столкнулись с бронированными гуманоидными войсками на территории исследовательской базы, — сказал Тел, решив не принимать на веру признания Петровского и затронуть другую тему.       — Я послал отряд для расследования, — сказал генерал.       — Они открыли огонь по моей команде.       — Недоразумение. К тому моменту мы ещё не установили связь.       Тел хмыкнул.       — Недоразумение, — повторил он. Его голос скрывал злость на то, что, если бы солдаты генерала Петровского не заблокировали силы ультры ’Харума, они могли бы выиграть достаточно времени, чтобы забрать четырёх охотников, которых им пришлось бросить. Арбитр решил, что пора переходить к основной линии вопросов. — Когда вы впервые связались с нами, вашими конкретными словами были: «Я знаю, где находится следующий артефакт, который вы ищете, и как его получить». Объяснитесь.       Петровский понимающе кивнул, ничуть не обидевшись на прямоту сангхейли. Несколькими касаниями по столу он убрал изображение кипящей Новерии и заменил его звёздной картой одного из участков галактики. Среди карты выделялись три пронумерованных пятна фиолетового цвета: первое соединялось со вторым линией такого же фиолетового цвета, а второе соединялось с третьим также фиолетовой линией.       — Не так давно научно-исследовательское подразделение «Цербера» совершило прорыв в достоверном обнаружении излучения Черенкова сквозь фоновый шум космоса.       Телу пришлось сдержать себя, чтобы не зарычать. Обнаружение излучения Черенкова было открыто несколько тысячелетий назад представителями его вида, и было детской забавой даже для самых юных специалистов по сенсорам.       — И?       — Первый сигнал был получен с Земли через некоторое время после того, как вы и Космическое командование Объединённых Наций оказались над ней, — сказал Петровский.       — Что вы знаете о ККОН? — спросил Тел. Его охватило любопытство, он не слышал и не искал никакой информации о ККОН с тех пор, как сангхейли отправились на поиски Ключей.       — Я знаю, что они заключили союз с большинством других крупных галактических держав, и что они помогают в борьбе со Жнецами. Кроме этого, ничего особенного. ККОН, и Жнецы в том числе, меня не касаются и не имеют отношения к моим текущим целям, — сказал Петровский.       — Хм, — сказал Тел. Если генерал не хотел развивать эту тему, то и ему не следует. — Продолжайте.       — Так вот, второй сигнал, который мы обнаружили, был получен с той шахтёрской колонии азари, которую вы посетили. Я смог увидеть последствия вашей встречи со Жнецами… очень впечатляюще.       — Они встали у нас на пути, — сказал Тел, не став добавлять: «Молитесь, чтобы вас не постигла та же участь».       — Третий сигнал, который мы получили, привёл нас сюда, к Новерии, и к тому, что мы находимся здесь сейчас, — сказал генерал «Цербера».       — А четвёртый? — спросил арбитр, следуя за нитью, которую прокладывал Петровский.       Ещё одна серия касаний, и на смену галактической карте пришло другое изображение, гораздо более знакомое Телу.       Петровский указал на астероид. Его явное отвращение к станции проявилось в хмуром выражении лица.       — Омега уже тысячи лет является пристанищем для пиратов, террористов, наёмников и других преступников. Вы не сможете найти более жалкого пристанища отбросов и злодеев.       Тел нахмурился. Скорее, он плотно сжал свои мандибулы. Петровский следил за его выражением лица, полагая, что Тел питает такую же ненависть к этим беззаконным существам, как и он сам.       — Позвольте угадаю, четвёртый сигнал ведёт сюда, на эту станцию. Омегу.       Петровский кивнул.       — Верно. Мы также недавно получили разведданные, согласно которым Ария Т’Лоак, самопровозглашённая владычица Омеги, имеет хорошо охраняемое и надёжно защищённое хранилище в глубине своей оперативной базы, ночного клуба под названием «Загробная жизнь». Если вы продолжите свою тенденцию преследования источников излучения Черенкова, которые мы обнаруживаем, то я готов поспорить, что то, что вы ищете, находится там.       Эта информация, конечно же, очень заинтересовала Тела. Арбитр, разумеется, уже знал всё, что Петровский только что сказал ему о местонахождении Ключа. У него, как и у всех других сангхейли под его командованием, в голове были записаны образы Омеги, «Загробной жизни» и даже точное местонахождение хранилища, а также набор координат, по которым они могли пройти через пространство скольжения, чтобы попасть туда. Однако генерал Петровский не догадывался об этом. Вместо этого он пытался использовать информацию о местонахождении Ключа в качестве разменной монеты, чтобы заставить его и сангхейли согласиться на что-то. Но на что? Это должен был быть его следующий вопрос.       Кроме того, Петровский раскрыл метод, с помощью которого их отслеживали: излучение Черенкова. Оно не могло исходить от кораблей сангхейли, поскольку их приводы скольжения были сделаны так, чтобы маскировать сигнатурное излучение. Ключи должны были испускать излучение всякий раз, когда происходила Передача. Это также могло объяснить, почему Жнецы обогнали их на шахтёрской колонии азари. Арбитр задавался вопросом, существует ли отряд космических Паразитов, направляющийся прямо сейчас на Новерию или на Омегу.       — Полагаю, за эту информацию придётся заплатить? — настороженно спросил Тел.       — Нет. Я отдаю эти знания из лучших побуждений, — сказал человек, слегка улыбнувшись. — Вместо этого я предлагаю временный взаимный союз.       — Я слушаю, — хрипловато ответил Тел.       — Видите ли, наши цели пересекаются. Моя цель — захватить станцию и изгнать Арию Т’Лоак и её последователей. Ваша цель — найти артефакт на той же станции. Между нами стоят десятки боевых кораблей наёмников в космосе и тысячи хорошо вооружённых, закоренелых преступников на самой станции.       — Вы хотите, чтобы мы помогли вам захватить станцию?       — Нет. Мои войска более чем способны взять станцию в одиночку, но на каждом из моих кораблей находится значительная часть солдат. Чем больше кораблей я потеряю в космическом бою, тем меньше войск я смогу направить на штурм станции. Я видел, какой мощью обладают ваши военные корабли. Всё, о чём я прошу, — это помощь в уничтожении флота обороны Омеги. Как только это будет сделано и станция окажется в безопасности, ваши войска прибудут и заберут артефакт.       Предложение Петровского было именно тем, чего ожидал Тел.       — А потом? После того, как всё это будет сделано?       Генерал «Цербера» пожал плечами.       — Мы разойдёмся в разные стороны, если вы захотите. Без вопросов. Или мы можем продолжить наше сотрудничество.       Тел молчал несколько секунд, делая вид, что обдумывает предложение. На самом деле его решение уже было принято.       — Я принимаю ваше предложение. Мы окажем содействие в столкновении с флотом обороны Омеги.       Генерал Петровский улыбнулся.

***

      Остаток встречи они провели, обсуждая стратегию интеграции флота, тактику ведения боя и изучая потенциальные схемы развёртывания противника. Тел, его телохранители и оперативники, оставшиеся незамеченными, без проблем покинули флагманский корабль генерала «Цербера».       Теперь арбитр вернулся на командный мостик «Тени намерения» вместе с капитаном корабля Р’тасом ’Вадумом и просматривал данные, которые успешно собрал командир копья ’Тахам.       — Итак. Мы их уничтожим? — спросил Р’тас.       — Да. Но не сейчас, — ответил Тел.       Данные действительно были достаточно ясными. Генерал Петровский, как Тел и предполагал, врал сквозь зубы. Он знал об исследовательской базе на Новерии и о том, что там происходило, и ему поступил приказ вернуть базу после того, как Потоп вырвался и убил всех, и послал войска на базу не для «расследования», как он сказал, а для того, чтобы попытаться достать любой образец биологического материала Потопа. Глупо.       Им также попались отчёты и новости о масштабной террористической атаке «Цербера» на Цитадель — космическую станцию, по всей видимости, даже большую, чем Омега, и центр управления другими цивилизациями, населяющими галактику, где были убиты тысячи невинных людей.       «Какое лицемерие», — подумал Тел, учитывая, как презрительно Петровский отзывался о террористах, которые, по его словам, находились на Омеге. Арбитр решил, что скоро ему придётся вступить в контакт с ККОН. Скоро придёт время рассказать им о том, чем они занимаются. После того, как они покончат с делами на Омеге. В конце концов, несмотря на все разногласия, обе фракции могли бы объединиться для уничтожения этих бесчестных террористов.       — Позволим им тратить свои силы на очистку станции от сопротивляющихся обитателей? — предположил Р’тас.       Тел утвердительно кивнул.       — Как только это будет сделано, ты сожжёшь их корабли, а я возглавлю штурм, который сотрёт их со станции, на которую они претендуют. Нам нужна оперативная база. Это идеальная возможность.

***

      Бар был похож на большинство других, в которых она бывала на Омеге. Тёмный, прокуренный, мрачный, маленький, с непристойным названием, которое она забыла, как только переступила порог. Различные неприятные личности, сидевшие за несколькими столиками в зале, бросили на неё мимолётный взгляд, а затем вернулись к еде, напиткам и тихим разговорам. Женщина быстро осмотрелась и обнаружила барную стойку в глубине помещения. Она подошла и села на скрипучий деревянный стул, наблюдая, как бармен-батарианец лениво направляется к ней.       — Что вам угодно? — спросил он с безразличием. Он не слишком жаловал людей.       — «Синий палавен», — ответила она.       Бармен кивнул, отходя, чтобы сделать напиток.       — «Синий палавен»? Мне по сердцу такая женщина.       Она повернула голову направо, увидев мужчину, который в нескольких стульях от неё. Она взяла свободную прядь чёрных волос длиной до плеч и начала крутить её в пальцах. Песочные светлые волосы мужчины были аккуратно подстрижены, а его голубые глаза были яркими даже в мрачном свете бара. Он слегка улыбался, глядя на неё.       Бармен вернулся с напитком, и женщина не позволила стакану ни на секунду задержаться на деревянной поверхности барной стойки, взяв его в руку, поднеся ко рту и выпив одним махом.       — Повтори, на этот раз два «палавена», — сказал мужчина бармену. Теперь он смотрел на неё в упор, повернувшись на своём табурете. — Я, наверное, могу по пальцам обеих рук пересчитать количество людей, способных осушить рюмку «синего палавена» залпом.       — Мне не чуждо спиртное, — ответила женщина, ухмыляясь ему своими красными губами. Она опёрлась локтем о барную стойку, подперев щёку кулаком и переведя взгляд на мужчину.       — Как тебя зовут? — спросил мужчина.       — Джоанна. — Ложь.       — Гарретт, — ответил он. Тоже ложь.       — Значит, Гарретт, часто здесь бываешь?       — Эх. Только время от времени. Чтобы расслабиться, знаешь ли.       — Довольно тихое место, насколько я поняла. В стороне от дороги, — заметила Джоанна.       — Точно, — ответил Гарретт.       Бармен вернулся с напитками для обоих.       — Твоё здоровье, — сказал Гарретт, поднимая свою рюмку, и Джоанна ответила ему тем же жестом.       Они оба выпили свои «синие палавены», в унисон ударив рюмками о барную стойку. Затем они долго смотрели друг другу в глаза, тёмно-зелёные и светло-голубые. Без всякого словесного общения обе стороны пришли к обоюдному решению.       — Хочешь выбраться отсюда? — прошептала Джоанн, подтверждая своё решение, в её голосе прозвучало нужное количество соблазнительности.       — Да, — быстро ответил Гарретт таким же тихим голосом.       — У меня есть квартира в конце улицы, — сказала Джоанн, когда они оба встали и быстро направились к двери, а Гарретт положил кредитный чип на стойку бара.

***

      — Чёрт возьми, чего бы я только не отдал, чтобы быть девушкой. Немного мурлыканья в голосе и мелькнувшее декольте — и почти любой мужчина у тебя в руках.       Заид Массани наблюдал, как Джек, недавно известная как подопытная ноль и «Джоанна», наконец, сняла парик, обнажив бритые бока и длинные каштановые волосы на макушке, которые она завязала в хвост за головой. Далее последовали линзы, которые она выбросила в ближайшую мусорную корзину.       Джек посмотрела на Заида с вызовом, но её карие глаза выдавали её скрытую игривую весёлость.       — Мужчинам это даётся легче. Поверь мне.       Заид усмехнулся.       — Как скажешь.       Охотник за головами посмотрел на Гаррета, потерявшего сознание от удара прикладом по затылку, и склонился над ним. Он хмыкнул, поднимая мужчину на стоящий рядом металлический стул. Придав телу нужное положение, он закрепил на Гаррете металлические кандалы и фиксаторы для ног.       — Готова?       — Да. Разбуди ублюдка.       Заид подошёл к углу маленькой бетонной комнаты и взял ведро с водой. Мощным рывком он выплеснул жидкость на лицо скованного человека, заставив того прийти в себя, задыхаясь и кашляя.       — Эван Уокер. Или теперь Гаррет?       Глаза Уокера инстинктивно сфокусировались на голосе.       — Заид Массани. Я знал, что надеяться на то, что ты действительно погиб, было слишком глупо.       Заид присел на пятки так, что оказался на уровне глаз Уокера. Его ухмылка была не иначе как хищной.       — Ты помнишь меня, Уокер. Старый пёс всё ещё знает несколько трюков.       — Всё, что ты хочешь от меня, ты не получишь, так что с тем же успехом ты можешь просто убить меня прямо сейчас, — уверенно сказал скованный человек.       Ложная решимость. Заид видел его храброе лицо насквозь. Он играл в эту игру гораздо дольше, чем Уокер.       — Прекрати. Ты ещё даже не выслушал моё предложение.       Уокер продолжал молчать. Заид встал и медленно обошёл Уокера.       — Всё очень просто. Скажи мне, кто сказал тебе взорвать тот жилой дом, в котором, как ты думал, мы находимся, и я отпущу тебя. Проще простого.       — Если я это сделаю, Ария убьёт меня.       Заид пожал плечами.       — Я достану тебе билет с Омеги. Куда захочешь.       — Они всё равно найдут меня.       — Ну, это шанс, которым тебе придётся воспользоваться. Иначе… — Он намеренно оставил фразу без продолжения, но оба мужчины понимали, что это означает.       — Иди к чёрту, — прорычал Уокер, бросая язвительный взгляд на Заида.       — Ты сам напросился. — Заид поднялся со стула и направился в затенённый угол комнаты, где ждала Джек. Он наклонился к ней и хрипло прошептал на ухо: — Он твой, но помни, не убивай его, до тех пор пока не заговорит. До Арии осталось всего несколько связующих звеньев, и он знает, как добраться до самого важного.       Джек лишь кивнула. Она помнила, что говорил ей Заид, но повторение не повредит. Она подошла к Уокеру и посмотрела на него сверху вниз, но в ответ увидела лишь полный ненависти взгляд.       — Эван Уокер, — промурлыкала она, — главный оперативник Арии Т’Лоак. Бабник. Насильник. Убийца. Знаешь, Заид не лгал. Расскажи нам то, что мы хотим знать о твоём боссе, и ты уйдёшь. Обещаю.       Уокер не выдал ничего, кроме молчания. Джек вздохнула, сгибая руки. Синяя биотическая энергия начала вихриться вокруг них.       — Знаешь, большинство людей, которые попадают под дурное влияние биотика, получают хорошую взбучку. Их раздавливает в пасту, поднимает и сбрасывает со скал, ну, ты понял. Я помню один случай… а, неважно. Конечно, это научило меня лучшему способу отстирывания крови с одежды. Но я была там, проходила через это. Просто избить тебя было бы… скучно. Я предпочитаю оригинальность. Я пробовала кое-что новое, но пока не очень хорошо получается. Всё дело в том, чтобы применить биотику точечно. Практика делает совершенным, как говорят. Я чихнула, когда пробовала в последний раз, и у парня случилась обширная аневризма мозга. Посмотрим, что получится на этот раз…       Губы Уокера оставались плотно сжатыми, но Заид даже с другого конца комнаты мог видеть, как лицо мужчины потеряло пару оттенков цвета.       — Скажи мне, Эван, — продолжала Джек, задавая риторический вопрос. — Тебе когда-нибудь сдавливали горло? Перекрывали кровеносные сосуды? Твой мозг сжимался в черепе? Лёгкие царапали и разрывали — изнутри? Сердце намеренно останавливали, а потом запускали снова? Ничего такого, что могло бы убить тебя… ну, по крайней мере, не сразу. Но достаточно, чтобы ты начал молить убить тебя. Нет? Что ж, позволь мне познакомить тебя с некоторыми… уникальными ощущениями.       Заид наблюдал за её работой отчасти с восхищением, отчасти с отвращением. Она довольно хорошо освоила свой уникальный способ пыток. Ему не очень-то нравилось использовать физическую боль для получения информации от испытуемых, но иногда они просто не осознавали, что для них лучше, а Массани был известен как человек с недостаточным терпением. Наблюдая за колебаниями биотической ауры вокруг рук Джек, видя и слыша возникающие при этом извивания и крики боли, он вновь вспомнил о том, как оказался в паре с этой жёсткой, опытной, безжалостной женщиной.       После того как Шепард передал «Нормандию SR-2» Альянсу Систем, его экипаж разошёлся по разным путям. Коммандер, доктор Т’Сони, Джокер и СУЗИ присоединились к Альянсу. Вакариан вернулся на Палавен. Тали вернулась на Флот. Грант направился на Тучанку. Легион вернулся к гетам. Доктор Солус вернулся на Сур’Кеш. Самара отправилась на какую-то планету в Республиках Азари. Тейн вернулся на Цитадель к своему сыну. Касуми просто исчезла. Миранда и Джейкоб скрывались за предательство «Цербера».       Но для Заида всё было иначе. Его миссия, цель, к которой он стремился годами, была выполнена с помощью Шепарда. Теперь «Синие светила» были разбиты в пух и прах. Видо Сантьяго был мёртв. Что ему оставалось? Очередные контракты охотников за головами или работа наёмником? Выход на пенсию? Но где? Его дом был там, где водились деньги. У него не было корней, не было дома, куда он мог бы вернуться после окончания рабочего дня. Он не знал, что ему делать, пока не увидел, что Джек оказалась в ещё худшем положении, чем он.       У Джек не было ничего, кроме одежды на ней. Её домом была «Нормандия», а семьёй — её экипаж, но и те и другие покинули её, оставив лишь пожелания и предложения вернуться на Землю. Джек знала, что она там не приживётся. Заид не собирался позволять молодой женщине действовать в одиночку, какой бы крутой она ни была, поэтому он протянул ей руку сотрудничества, которую она с радостью приняла. Он нашёл им несколько лёгких контрактов на охоту за головами для проверки сил, в чём они весьма преуспели. По мере того как Заид заключал всё более сложные и всё более прибыльные контракты, он взял Джек под своё крыло и научил её всему, что знал о выживании в более тенистых уголках галактического общества. В течение трёх месяцев они так и делали, живя от контракта к контракту, пока Заид передавал все свои знания и опыт Джек, которая впитывала их, как растение впитывает солнечный свет.       Однако возвращение Заида на рынок контрактов расстроило одних и дало возможность другим. Остатки «Синих светил», вероятно, какой-то жаждущий капитан, который пытался заполнить пустоту власти, оставшуюся после смерти Видо, попытался установить своё превосходство, убив человека, который уничтожил их организацию. Заплатив Арии Т’Лоак непомерную сумму денег. И эта главная шлюха Омеги передала новому капитану «Синих светил» местонахождение многоквартирного дома, в котором Заид и Джек жили в перерывах между работой.       Вернее, где они останавливались. Старые привычки умерли, поэтому Заид использовал жилой дом как прикрытие, а на самом деле они с Джек устроились в захудалой гостинице на соседней улице. Они наблюдали, как жилой дом, населённый сотнями мужчин, женщин и детей всех рас, сгорел дотла. Тогда началось их стремление к мести: с одной стороны — убить тех, кто хотел убить их, с другой — искупить вину за невинные жизни, потерянные из-за них. Эта другая сторона, месть за зло, причинённое другим людям, была для Заида новой. Возможно, Шепард повлиял на него больше, чем он подозревал.       Так или иначе, в течение следующих трёх месяцев они уничтожили оставшееся руководство «Синих светил», включая нового капитана, которого Заид очень медленно резал своим ножом, пока не выяснили, что за всем этим стоит Ария. Поэтому её главный оперативный офицер, который помогал «Синим светилам» в подрыве жилого дома, был прикован к металлическому стулу и сейчас пересматривал свой жизненный выбор.       — Остановитесь. Пожалуйста, боже, остановись. Я расскажу вам всё, только остановитесь… — всхлипывал мужчина.       Джек прекратила свою биотическую пытку и посмотрела на Заида с ухмылкой. Заид поднял брови в молчаливом веселье. После «сеансов» он всегда разговаривал с Джек. Заид медленно подошёл к Уокеру, который опустил голову и тяжело дышал.       — Есть защищённый сервер… в моём убежище в Третьем блоке. Всё, что вам нужно, находится там. Адрес и информация о сервере находятся в моём омни-инструменте. Возьми его, и, пожалуйста, отпусти меня, — хныкал он.       Заид взял у него омни-инструмент, удивляясь тому, как быстро тот сдался. У Джек действительно был талант.       В этот момент снаружи раздался громкий треск, который они оба узнали: общестанционная система оповещения.       — ГРАЖДАНЕ ОМЕГИ! ГОВОРИТ ВАШ ПРАВИТЕЛЬ, АРИЯ Т’ЛОАК. «ЦЕРБЕР», ЧЕЛОВЕЧЕСКАЯ ТЕРРОРИСТИЧЕСКАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ, АТАКУЕТ СТАНЦИЮ! ОНИ ХОТЯТ СВЕРГНУТЬ МЕНЯ, А ВМЕСТЕ СО МНОЙ И ВСЕХ ВАС. К ОРУЖИЮ! ДАЙТЕ ОТПОР ЗАХВАТЧИКАМ ИЛИ ПОГИБНИТЕ ОТ ИХ РУК!       Джек и Заид обменялись взглядами, в которых было равное количество ненависти к Арии и «Церберу», любопытства к происходящему и неуверенность в том, что делать дальше.       — Каков наш ход? — спросила Джек.       Заид убрал вновь обретённый омни-инструмент в отделение на поясе. Затем он одним плавным движением достал свой пистолет «Паладин» и всадил пулю в голову Уокера, не потрудившись вернуть оружие в набедренную кобуру.       — Следуй за мной.