В бесконечность

Можете говорить всё что угодно об этих высокомерных лётных сукиных сыновьях, но когда ты по жопу влез в самый жаркий бой в своей жизни — нет звука слаще, чем святое адское пламя авиаудара. Наставления морпехоте ККОН (неофициальные)

ККОН «Иерихон», тяжёлый рейдер класса «Сахара» Раннох, Вуаль Персея

      — Капитан, вы когда-нибудь видели что-то подобное?       — Нет… это… это впервые.       Капитан Натан Дрейк прослужил в Корпусе рейдеров Управления флотской разведки больше двадцати лет. Он шпионил за бесчисленными флотами Ковенанта, обеспечивал десятки операций флота ККОН скрытой разведкой и ядерными минными полями, видел, как от слишком многих человеческих планет оставалось ничто, лишь стекло и огонь.       Поэтому его было крайне трудно удивить, но сцена, разворачивавшаяся перед ним, была не похожа ни на что из его опыта.       Раннох — бывшая родина кварианцев и нынешняя твердыня гетов — кишел войной.       — Подтвердите цифры, лейтенант, — сказал Дрейк офицеру сенсоров.       — Есть, сэр, — ответила она, читая с экрана на своей станции. — Пятьсот восемьдесят четыре Жнеца: двести двенадцать класса «Властелин», триста шестнадцать «разрушителей» и пятьдесят шесть крупных транспортно-десантных аналогов.       Это было в три раза больше, чем силы Жнецов, с которыми союзные флоты столкнулись над Деспарой несколько недель назад.       Офицер сенсорной системы сделала глубокий вдох, прежде чем продолжить доклад:       — Сканеры фиксируют примерно тридцать три тысячи кораблей гетов разных размеров и тоннажа. Без учёта истребителей.       Это было, без сомнения, самое большое скопление кораблей, которое когда-либо видела команда ККОН «Иерихон» в одном месте.       — Пять тысяч из этих кораблей гетов действуют совместно со Жнецами, — закончила она.       — Гражданская война гетов… — пробормотал капитан Дрейк. Глядя на данные с новейшей сенсорной системы тяжёлого рейдера на своём такпаде, сидя в командном кресле, он не мог понять, во что, чёрт возьми, они вляпались. Ветераны «Иерихона» несколько минут просто наблюдали за битвой над синими океанами и выжженными континентами Ранноха, выполняя работу рейдера УФР — наблюдать и анализировать.       Большая часть кораблей гетов была собрана в несколько разных флотов вокруг полуторакилометровых «дредноутов». Десятки стычек шли между теми, кого Дрейк начал мысленно называть «синими гетами» и «красными гетами» — именно такие цвета использовались на голоэкранах рейдера для различения двух фракций.       Дрейк сразу понял, что ни одна сторона не ввязалась в полномасштабное сражение. Вместо этого они довольствовались разведкой и стычками авангардов, прощупывая слабые места в линиях противника. Большинство боёв — геты против гетов: волчьи стаи фрегатов и несколько групп крейсеров.       Время от времени «разрушитель» или «властелин» Жнецов протискивались в линии синих гетов, но тут же натыкались на подавляющее численное превосходство. Жнецы эффектно разрезали главными орудиями десятки кораблей синих гетов, но в итоге отступали под огнём других кораблей, которые мгновенно реагировали на прорыв.       Плавность действий поражала. И геты, и Жнецы двигались почти как единое целое, демонстрируя такую навигацию и тактическую координацию, от которой любой органический адмирал покраснел бы от стыда. Дрейк участвовал в десятках битв и отлично понимал, какой уровень командной работы, дисциплины и компетенции требуется для таких манёвров флота.       Наблюдая за игрой трёх фракций искусственных интеллектов в «кошки-мышки», он сравнивал это скорее с алгоритмической войной, чем с чем-либо ещё. С одной стороны — завораживающе.       С другой — страшно до усрачки.       — Почему, по-вашему, часть гетов сражается за Жнецов? — спросил рулевой.       — Понятия не имею… — честно ответил Дрейк. — Я знаю, что несколько лет назад часть гетов атаковала Цитадель под командованием одного «властелина». Мы знаем про индоктринацию органиков… возможно, то же работает и с синтетиками. Какой-то вирус, наверное.       Офицер сенсоров внезапно оживилась, быстро проводя пальцами по всплывающим уведомлениям на голоэкране.       — Капитан! Новый контакт на сканерах.       Дрейк вывел данные на свой дисплей. Брови сошлись — он узнал этот корабль.       — Это кварианский крейсер, ушедший с B-1274. Корабль адмирала Зен!       Крейсер Зен был один. Они отключили ССД на самом краю системы, далеко от флотов гетов и зоны боёв. За ней не последовало ни одного кварианского корабля. «Иерихон» продолжал наблюдать из тени, пока кварианский корабль маневрировал и включал двигатели для разгона к планете.       — Навигация, отследите вектор. Куда она идёт? — спросил Дрейк.       — Похоже на геосинхронную орбиту над планетой, — ответил офицер навигации. Он моргнул, перепроверив траекторию. — Но… но она проходит прямо через центр формации красных гетов и Жнецов.       — Какого дьявола она творит? — вслух удивился Дрейк. — Жнецы разнесут её в клочья.       — Движение в формации красных гетов, — доложила сенсорист. — Несколько кораблей отходят на перехват кварианского крейсера.       Дрейк увидел их: несколько крейсеров и фрегатов гетов — и два «властелина». Крейсер Зен — знала она о приближающихся кораблях или нет — не менял курс. Экипаж «Иерихона» несколько мгновений сидел затаив дыхание, ожидая, когда Жнецы и геты войдут в зону поражения. Все были в шоке, когда вместо того чтобы разнести корабль Зен, перехватчики развернулись, подстроились под её разгон и окружили крейсер защитной сферой.       Это был не перехват — это был эскорт!       — Чтоб меня, — выдохнул Дрейк.       — Она предательница, — прошипела офицер сенсоров. Они наблюдали, как корабль Зен безопасно провожают сквозь линии красных гетов и Жнецов к планете, где он — окружённый новыми «охранниками» — занял геосинхронную орбиту над самим Раннохом. Пару минут спустя от крейсера отделились несколько транспортов и малых грузовиков и направились к поверхности.       Офицер связи сказал:       — Сэр, пакет данных от «Нормандии». Только текст.       — Читай.       Дрейк нахмурился от беспокойства. Коммандер Шепард знал, что «Иерихон» в глубокой тени; посылать сообщение, когда над Раннохом столько гетов и Жнецов — рискованно. Должно быть что-то крайне важное.       Офицер связи сначала пробежал по тексту глазами, потом резко откашлялся и зачитал вслух:       — Мигрирующий флот атакован — пятьдесят Жнецов. Значительные потери кварианцев. Все Жнецы уничтожены. «Ликование», суперкрейсер класса DOS… уничтожен. Флотоводец ’Вадум мёртв.       Капитан Дрейк невольно втянул воздух. Флотоводец ’Вадум мёртв. «Ликование» уничтожено. Новость ударила, как кулаком в живот. Остальные на мостике «Иерихона» реагировали так же — переглядывались с грустью, беспокойством и злостью.       Десять лет назад задачей «Иерихона» было шпионить, саботировать и иногда уничтожать Ковенант. Теперь же сангхейли были не только одними из самых надёжных союзников в этой кампании в секторе кварианцев, но флотоводец ’Вадум и «Ликование» были самым мощным военным кораблём в этом секторе галактики.       Дрейк перечитал сообщение ещё раз, надеясь выжать из короткого текста хоть какие-то детали. Пятьдесят Жнецов, значительные потери кварианцев. Все Жнецы уничтожены вместе с «Ликованием». ’Вадум, видимо, один на повреждённом корабле принял бой с пятьюдесятью Жнецами. Он склонил голову в молчаливом уважении, но вскоре скорбь сменилась растущим пламенем ярости.       Как ни крути, мысли возвращались к одному. К одной личности. Адмирал Зен. Без сомнения, она теперь работает на Жнецов — или, скорее, для них. Но с каких пор? С B-1274? Раньше? Каков реальный масштаб её сотрудничества с врагом? Причастна ли она к атаке Жнецов на Мигрирующий флот? Что она делает сейчас на поверхности Ранноха?       — Подготовьте ответный пакет, — приказал Дрейк. — Передайте «Нормандии» всё, что мы здесь увидели.       — Есть, капитан, — хором ответили офицеры мостика, приступая к сжатию сенсорных данных «Иерихона» в пакет связи для фрегата Альянса Систем.       — Рулевой, сближаемся с планетой, — сказал Дрейк. — Хочу точно знать, что затевает адмирал Зен.

***

ККА «Нормандия»

      Операции по спасению и эвакуации выживших с «Ликования» и десятков кораблей Мигрирующего флота, уничтоженных во время атаки Жнецов, заняли больше суток. «Нормандия» не объявляла о своём присутствии, пока не подобрала столько эвакуированных с суперкрейсера сангхейли, сколько смогла вместить, но остальные кварианцы были слишком заняты своими спасательными операциями, чтобы сразу обратить на них внимание.       Тали связалась с Шепардом вскоре после того, как покинула «Ликование» с просьбой о защите «Нормандии» для неё и её экипажа — она всё ещё не знала, как к ним отнесётся остальной Мигрирующий флот. Их могли сразу взять в плен.       Ультра Раэль ’Харум принял командование выжившими сангхейли, организовав небольшую флотилию из «духов», «фантомов» и серафимов в плотное построение позади «Нормандии», используя фрегат Альянса Систем как щит от неизвестных намерений Мигрирующего флота.       Коммандер Шепард поднял взгляд от голоэкрана в военной комнате «Нормандии», наблюдая, как Тали ходит взад-вперёд по другую сторону стола, опустив голову и крепко скрестив руки на груди.       — Сто шестьдесят пять кораблей Мигрирующего флота потеряно, — сказал Шепард, изучая цифры с цифровой реконструкции недавнего боя, предоставленной СУЗ и Кортаной. — Сколько людей примерно?       — Семьдесят… восемьдесят тысяч, — коротко ответила Тали, прерывая шаг только чтобы сказать и тут же возобновляя хождение. — Может меньше, может больше.       Шепард нахмурился. Он чувствовал исходящую от подруги ярость, как от направленной прямо на него тепловой лампы, а затем тихо сказал:       — Могло быть гораздо больше.       — Не должно было быть вообще никого! — выпалила Тали. Она остановилась, вцепившись обеими руками в край голостола и выдохнув от явного отчаяния и печали.       Военная комната была одним из немногих мест на «Нормандии», где не толпился остальной экипаж Тали. Триста сорок девять пассажиров заполонили грузовые и жилые палубы корабля, рассчитанного максимум на сорок. Шепард и Тали были не одни в комнате — Синяя команда и остальной боевой отряд Шепарда укрылись от внезапного нашествия кварианцев в тускло освещённом круглом зале для брифингов и планирования операций.       Мастер-Чиф, Сьерра-104 и Сьерра-087 держались в стороне на верхнем уровне. Сьерра-058 всё ещё была с доктором Чаквас в медотсеке «Нормандии», Гаррус выписался несколько часов назад и стоял с Лиарой. Джеймс Вега стоял рядом с Кэлом’Ригаром, представлявшим морпехов кварианцев с бывшего корабля Тали.       Ультра ’Харум тоже был здесь, прислонившись к одной из опорных колонн нижнего уровня и сжимая-разжимая длинные пальцы, будто держал невидимый энергетический меч. Он попросился на борт после организации выживших с «Ликования» в флотилию десантных кораблей, желая участвовать в принятии решений о дальнейших действиях.       — Мы знаем, где она, — продолжила Тали. — Мы знаем, что она работает на Жнецов. Она должна понести ответственность за атаку на Флот. Предлагаю прыгнуть на Раннох, вытащить её с поверхности и доставить к Коллегии адмиралов, чтобы она ответила за свои преступления!       Они получили пакет данных от ККОН «Иерихон» несколько минут назад: ситуация над Раннохом с гражданской войной гетов при участии Жнецов и подтверждение, что адмирал Зен на планете и без сомнения предательница.       Гаррус озвучил опасения, которые явно были у других по поводу плана Тали:       — Раннох сейчас самая горячая система в галактике. Десятки тысяч кораблей гетов, не считая самого большого скопления Жнецов. Это операция с высоким риском.       Тали повернулась к Шепарду в поисках поддержки:       — С каких пор мы отказываемся от операций с высоким риском?       Шепард поднял руки в защитном жесте:       — Эй, я согласен. Зен должна ответить. Но если мы собираемся заглянуть прямо в пасть льву… то стоит учитывать нашу текущую ситуацию. А что с твоим экипажем?       — Они могут помочь управлять кораблём, — сказала Тали.       Шепард склонил голову в неуверенности:       — Они не обучены системам «Нормандии».       — Я тоже не была, но очень быстро разобралась, — парировала Тали.       Кэл’Ригар тоже встал на её защиту:       — У меня пятьдесят морпехов, которые рвутся в бой и дерутся не хуже любого.       — А бойцы ’Харума? — спросил Шепард, глядя на мрачного сангхейли. — У ваших десантных кораблей и «серафимов» вообще есть ССД?       — Нет, — отрезал ’Харум. — Как бы мне ни хотелось вогнать энергетический меч Зен в грудь, если «Нормандия» уйдёт, мой отряд останется здесь — на милость Мигрирующего флота.       — «Ликование» спасло корабли-фермы кварианцев, — рассудила Лиара. — Они наверняка предоставят вашим людям убежище.       — «Ликование» также уничтожило девять их кораблей над B-1274, и я лично возглавлял штурм, в котором погибли сотни на планете, — вздохнул ’Харум. — Даже после жертвы флотоводца Р’таса ’Вадума мы не знаем, как к нам отнесутся.       — У нас есть доказательства, у нас есть улики, что адмирал Зен предала Флот. Почему бы не пойти и не показать им? — спросил Шепард. — Оправдать тебя и твой экипаж, Тали, и объяснить, что сангхейли — союзники, а не враги?       СУЗИ включилась из интеркома над головой:       — Коммандер, сообщение с Мигрирующего флота — с «Райи».       Шепард удивлённо поднял бровь.       — Лёгок на помине…       — «Райя» — корабль адмирала Шалы’Раан, — в голосе Тали появилась крошечная надежда. — Если кому-то мы и можем всё объяснить, то только ей.       — Что в сообщении, СУЗИ? — спросил Шепард.       СУЗИ зачитала сообщение всем собравшимся в военной комнате:       — Коллегия адмиралов Мигрирующего флота просит аудиенции с коммандером Шепардом с ККА «Нормандия» для обсуждения последних событий.       Все на мгновение замолчали.       — Кила, — первой произнесла Тали. — Я только сейчас поняла: Мигрирующий флот даже не знает, что я здесь. И никто из моего экипажа. Я была так занята спасением, пока мы эвакуировались с «Ликования».       — Стоит ли сказать в ответе, что ты с нами? — спросил Шепард. — Что это изменит?       Тали пожала плечами.       — Зависит от того, хотят ли они меня арестовать или приветствовать. Зависит от того, что Зен им наговорила.       — Они просят аудиенции, — протянул Гаррус. — Это хорошо. Лучше, чем если бы требовали объяснений с масс-ускорителями и дезинтегрирующими торпедами, нацеленными на нас.       Коммандер Шепард с силой ударил кулаком в ладонь.       — Это наш шанс расставить всё по местам. Нам нужно попасть на Раннох, а союзные флоты уже в пути. Если мы твёрдо встанем на сторону кварианцев, у нас будет больше шансов разобраться, что, чёрт возьми, творится между гетами и Жнецами, и больше шансов найти Ключ.       Последнюю фразу Шепард адресовал ’Харуму — сангхейли выпрямился, полный решимости продолжить миссию.       — Флотоводец Р’тас ’Вадум пришёл сюда не для защиты Мигрирующего флота. Он пришёл за Ключом на Раннохе. Но в момент величайшей нужды — без колебаний — он пожертвовал собой и своим кораблём, чтобы миллионы кварианцев остались жить. Я сделаю всё, чтобы Коллегия адмиралов это осознала.       — СУЗИ, отправь «Райе» ответ, — сказал Шепард с новой решимостью. — Скажи, что я и небольшая группа будем через короткое время. Не говори, кого я беру с собой, но подчеркни: они часть моего экипажа и не должны подвергаться плохому обращению. Пусть Кортес и Долтон прогревают челноки, и либо выведите экипаж Тали из ангара, либо пусть готовятся к вакууму.       Все в военной комнате оживились. Коммандер отдавал приказы — у Шепарда был план. Он начал быстро показывать на людей, выкрикивая имена, одновременно двигаясь к двери, ведущей обратно в корабль.       — Тали, Лиара, Ригар, ультра ’Харум и Мастер-Чиф — со мной на челноке Кортеса. Лёгкое вооружение. Гаррус, Вега, Сьерра-087 и Сьерра-104 — на «пеликане», следуйте под стелсом. Возьмите достаточно оружия и снаряжения для горячей высадки.       Выходя из комнаты, он добавил уже тише:       — Будем надеяться, что до этого не дойдёт… сейчас не время разбираться между собой — враг у нас куда серьёзнее.

***

      Мастер-Чиф стоял в углу шлюза «Райи», пока процесс деконтаминации проходил свои обязательные циклы. Шепард стоял в голове группы, скрестив руки на груди, Тали и Кэл’Ригар по бокам. Тали нервно теребила руками, Ригар постукивал пальцами по рукояти «Палач» на поясе. Лиара стояла чуть позади, нетерпеливо постукивая ногой по палубе, а спартанец с ультрой ’Харумом замыкали группу.       — Чёрт, напряжение здесь можно ножом резать… — прозвучал мелодичный голос Кортаны в ухе Чифа.       Кортана была права — все, кроме коммандера Шепарда, выдавали языком тела напряжённую неуверенность. Рядом с ним Мастер-Чиф почти физически ощущал, как туго сжаты мышцы ультры ’Харума — вершина хищника, ждущая только сигнала, чтобы выпустить силу.       Сам Чиф не чувствовал особого напряжения, но признавал лёгкую тревогу, которая зародилась в животе ещё во время полёта на челноке к «Райе». Они прилетели сюда, чтобы закрепить мир и сотрудничество с Мигрирующим флотом, а меньше сорока восьми часов назад он и его команда спартанцев-II всаживали снаряды твёрдого света из АБС в грудь и визоры десятков кварианских солдат на поверхности B-1274.       — Знаешь инструкции? — спросил он свою ИИ-спутницу.       — Да, молчать. У кварианцев аллергия на ИИ, — ответила Кортана.       — И проникать только…       — Только если уверена, что не попадусь, знаю, знаю, — перебила она, звучав как ребёнок, которому в десятый раз напоминают правила поведения. — Шпионить тихо, поняла.       Мастер-Чиф тихо вздохнул носом. Он знал, что Кортана не удержится и попробует залезть в системы данных Мигрирующего флота, но последнее, что им нужно во время переговоров о сотрудничестве — чтобы кварианцы поймали искусственный интеллект, роющийся в их базах.       Он мысленно проверил, что АБС всё ещё на магнитных пластинах спины, а М6 «Магнум» пристёгнут к правому бедру. Это было единственное вооружение, которое коммандер Шепард разрешил взять: одна винтовка или дробовик на человека и пистолет. Помимо пистолетов Чиф заметил сферические рукояти энергетических мечей на противоположных бёдрах ’Харума и Тали.       ООн не знал, достаточно ли велики шансы, что всё обернётся враждебностью, но если это случится — Чиф отчаянно желал иметь под рукой побольше огневой мощи. «Гадюка-Т» — с Келли, Фредом, Вакарианом и Вегой на борту — висела под активной маскировкой неподалёку, готовая устроить настоящий ад по первому зову, но это потребовало бы времени.       Сигнал деконтаминации пискнул в последний раз, оповещая, что процесс завершён. Шепард повернул голову к группе, спокойно сказав:       — За мной.       Дольше всего он задержал взгляд на ’Харуме:       — И постарайтесь не выглядеть слишком угрожающе. У вас вид, будто вы хотите кого-то убить.       Ультра ’Харум фыркнул. Он действительно хотел кого-то убить, но сознательно расслабил плечи.       Тактильный замок шлюза переключился с красного на зелёный, и дверь плавно открылась.       На другой стороне ждал отряд из десяти кварианских морпехов, стоявших в нескольких метрах от шлюза. Все с винтовками и дробовиками в руках, но ни одно оружие не было направлено на группу Шепарда.       Шепард шагнул вперёд, жестом приглашая своих следовать за ним, и трое кварианцев сделали то же самое, остальные остались позади.       — Коммандер Шепард, я лейтенант Джал’Джаккар, — сказал морпех во главе тройки, уважительно кивнув. — Добро пожаловать на «Райю», мы вас ждали.       Лейтенант демонстративно окинул взглядом всю группу Шепарда, задержавшись на Мастер-Чифе и ультре ’Харуме. Закончил он на Тали и спросил:       — Тали’Зора вас Каэль?       Она медленно кивнула:       — Да, хотя «Каэля» больше нет.       — Как мы и поняли… — сказал лейтенант Джаккар таким тоном, будто уже знал судьбу недолгого командования Тали. Это был момент, который задаст тон всей встречи. Лейтенант вдохнул и выдохнул с явным… облегчением, плечи расслабились. — Кила’Селай, хорошо видеть тебя живой.       Шепард и Тали быстро переглянулись. Приём был гораздо теплее, чем они ожидали.       Следующие слова Джаккара были адресованы ’Харуму:       — А вы? Вы представляете выживших с корабля, который вчера сражался с теми Жнецами?       — Да, — ответил сангхейли. — Я ультра Раэль ’Харум.       Джаккар и каждый из его морпехов глубоко склонили головы.       — Ультра Раэль ’Харум, Мигрирующий флот в огромном долгу перед вами и вашим народом. Своевременное прибытие вашего корабля и отвага вашего капитана спасли бесчисленное количество кварианских жизней.       Джаккар жестом указал вглубь «Райи».       — Прошу за мной. Коллегия адмиралов ждёт.       Тройка кварианских морпехов развернулась и двинулась по коридору, Джаккар жестом пригласил группу Шепарда идти следом.       — Если можно, держите оружие в кобурах на всё время пребывания. Моим людям будет спокойнее.       Морпехи Джаккара образовали эскорт спереди и сзади группы Шепарда, ведя их глубже в недра кварианского корабля. Коридоры были тесными — узкие проходы забиты ящиками, пучки проводов и труб приварены или приклеены к стенам и потолкам. Кварианцы Джаккара, Тали и Ригар скользили по лабиринтам, как рыба в воде — они выросли в таких условиях. Шепард и Лиара справлялись неплохо, но Мастер-Чиф и ультра ’Харум пару раз застревали — броня и габариты не позволяли легко протискиваться.       Чиф был рад, что дело не дошло до перестрелки. Бой в этих извилистых коридорах и технических проходах «Райи» стал бы определением жестокого ближнего боя.       — Почти пришли, — крикнул Джаккар, сворачивая в последний проход к месту встречи.       Кортана внезапно заговорила Чифу в ухо тем самым тоном, какой бывал, когда она находила что-то, что должно было остаться скрытым:       — Чиф, у нас может быть проблема.       — Что такое? — спросил спартанец по закрытому каналу шлема.       — Кварианцы… были заняты.       — Как именно?       — Они готовятся начать войну с гетами, — сказала Кортана. Глаза Мастера-Чифа расширились, ИИ быстро продолжила, пока лейтенант Джаккар вёл их через последнюю дверь в зал заседаний. — Я пролистала сверхсекретные отчёты Коллегии адмиралов. Последние несколько недель они планируют точечные удары по четырём крупным системам гетов. И если все четыре рейда пройдут успешно — мобилизуют весь Флот, чтобы вернуть Раннох.       Мастер-Чиф опешил. Он знал, что кварианцы — убеждённые изоляционисты, но должны же они знать про Жнецов, разоряющих галактику, и всё равно решили, что сейчас — лучшее время возобновить вековой конфликт с гетами? Когда галактика в самом большом кризисе?       — Когда должны начаться атаки? — спросил Чиф.       — Завтра, — ответила Кортана.       Времени передать информацию Шепарду или кому-то ещё не осталось — группа вышла из узких коридоров «Райи» в сравнительно просторный зал-аудиторию. На возвышении — длинный прямоугольный стол с четырьмя креслами, три из которых занимали члены Коллегии адмиралов кварианцев. За ними и по бокам — несколько уровней ступенчатых сидений, где разместились десятки капитанов со всего Мигрирующего флота.       Низкий гул голосов стих, когда вошёл Шепард со своим отрядом в сопровождении кварианцев лейтенанта Джаккара. Джаккар жестом указал группе на центральный подиум лицом к самым важным персонам Флота, а своих морпехов расставил по заранее запланированным позициям в зале.       Тали не стала ждать — решительно шагнула прямо к подиуму. Шепард попытался остановить её, потянувшись за локтем, но кварианка ловко обошла его.       — Где Зен? — громко спросила она.       Из-за длинного стола адмирал Хан’Геррель вас Нима откашлялся и попытался формально начать заседание:       — Тали’Зора вас Каэль, воздержитесь от выступлений, пока совет не придёт к порядку…       — Где. Адмирал. Даро’Зен вас Морех, — повторила Тали, голос — модулированный лёд.       Хан’Геррель посмотрел вдоль стола на своих коллег-адмиралов — Шала’Раан вас Тонбай и Заал’Корис вас Квиб-Квиб. Они несколько секунд переговаривались по закрытому каналу внутри шлемов, после чего адмирал Шала’Раан ответила:       — Адмирал Даро’Зен вас Морех сейчас не с Мигрирующим флотом, — её слова были осторожны и выверены. — Её корабль вернулся к нам вчера, прервав исследовательскую миссию с очень… тревожными новостями.       Шепард подошёл к подиуму и попытался привлечь внимание Тали, но безуспешно. Она была полностью сосредоточена на Коллегии адмиралов.       — Тревожными? Новостями о том, что я предательница и что я с экипажем устроили мятеж против её командования? Или о том, что коммандер Шепард и инопланетная раса вместе вырезали сотни наших братьев и сестёр, чьей единственной виной была защита лунной исследовательской базы?       В зале повисла мёртвая тишина, лишь лёгкий гул ядра эффекта массы «Райи» вибрировал через палубу.       Адмирал Раан медленно кивнула:       — Да… в том числе и такие обвинения она выдвинула.       — Упомянула ли она, что её «исследовательская миссия» заключалась в изучении технологий Жнецов? Технологий Жнецов, которые я собиралась уничтожить, пока её отряд не явился и не взял мой экипаж в незаконное заключение!       — Тали’Зора, вы получите слово! — Шала’Раан попыталась взять заседание под контроль. Тали скрестила руки, но отступила на шаг от подиума.       — Спасибо, — сказала Шала’Раан и повысила голос, обращаясь ко всему залу. — Это собрание Коллегии адмиралов, старших капитанов Мигрирующего флота и наших гостей созвано для обсуждения недавних событий, касающихся Флота, гетов и Жнецов.       Следующим заговорил адмирал Корис:       — Тали’Зора, вы спрашиваете о местонахождении адмирала Даро’Зен. Её флагман прыгнул к Мигрирующему флоту тридцать часов назад, отправил Коллегии адмиралов засекреченный пакет связи и почти сразу ушёл.       — Куда ушёл? — спросила Тали.       — Мы не знаем, — ответил адмирал Хан’Геррель. — Но Жнецы появились меньше чем через четыре часа после этого.       Тали глубоко вдохнула и активировала омни-инструмент:       — На самом деле я знаю, где Зен. Хотела проверить, знаете ли вы, насколько всё плохо…       Она быстро постучала по омни-инструменту, выводя увеличенное голографическое изображение данных, переданных ККОН «Иерихон» с орбиты Ранноха.       — У нас есть стелс-корабль, наблюдающий за Раннохом, — сказала Тали. — Жнецы уже успели там развернуться — мы столкнулись с основной частью этой группировки над луной B-1274, где Зен создала базу для изучения технологий Жнецов.       По залу прокатился шёпот собравшихся капитанов кварианцев, когда они увидели ситуацию над Раннохом — развивающуюся гражданскую войну между десятками тысяч кораблей гетов и ошеломляющее количество Жнецов в системе.       — На B-1274, после того как меня спас коммандер Шепард и его союзники, я запустила созданную мной программу биодиагностики, выявляющую изменения в нервной системе, соответствующие индоктринации Жнецов, на двух морпехах Зен, которые меня охраняли, — продолжила Тали. Она сделала паузу — не для драматического эффекта, а чтобы собраться с духом для обвинений, которые собиралась выдвинуть. — Оба показали положительный результат на индоктринацию Жнецов.       Шёпот мгновенно стих — все собравшиеся осознали тяжесть заявления Тали.       Тали перемотала запись данных от «Иерихона» до момента, когда корабль Зен прыгает в локальное пространство. Коллегия адмиралов и старшие капитаны наблюдали — многие ахнули, — как корабль Зен встраивается в защитный эскорт Жнецов и кораблей гетов.       — Я подозреваю, что адмирал Даро’Зен вас Морех подверглась индоктринации и теперь работает на Жнецов, — мрачно сказала Тали. — Доказательства очевидны.       По залу прокатились крики гнева от некоторых капитанов, адмиралы на мгновение опустили головы в серьёзном размышлении.       — Коммандер Шепард, — сказал адмирал Корис, — вы всегда были другом Мигрирующего флота. Поддерживаете ли вы это обвинение?       Шепард шагнул к подиуму рядом с Тали:       — Поддерживаю. Не может быть совпадением, что ударная группа Жнецов появилась в секретном местоположении Мигрирующего флота всего через несколько часов после того, как Зен ушла, не сказав ни слова.       Адмиралы обменялись взглядами, после чего снова заговорила Шала’Раан:       — Мы согласны. Поведение Зен в последние дни было… сомнительным. Если она действительно привела Жнецов сюда, то кровь десятков тысяч невинных кварианцев на её руках.       — И она предательница Мигрирующего флота, — с нажимом начал Хан’Геррель. Он указал на ультру ’Харума: — Вы, подойдите ближе.       Сангхейли шагнул вперёд, встав рядом с Шепардом и Тали, выпрямившись во весь свой рост — он возвышался над легендарным коммандером Альянса почти на две головы.       — Как ваше имя? Вы говорите от имени выживших с военного корабля, который вступил в бой с ударной группой Жнецов и спас наш Флот? — спросил Геррель.       ’Харум на мгновение обвёл взглядом зал, словно оценивая собравшихся кварианцев.       — Я говорю от имени выживших с «Ликование», суперкрейсера класса DOS. Меня зовут ультра Раэль ’Харум, но имя, которое должны знать все вы — флотоводец Р’тас ’Вадум.       ’Харум прошёл мимо подиума и остановился почти у основания возвышения с адмиральским столом. Он вытянул длинную шею к руководству Мигрирующего флота — разница в росте между ним и Коллегией адмиралов казалась ничтожной.       — Флотоводец ’Вадум принял решение — вопреки всем шансам и на уже тяжело повреждённом корабле после предыдущего боя — поставить «Ликование» между Жнецами и вашим флотом. Он заплатил высшую цену за своё самопожертвование, и все мы, оставшиеся в живых, будем воспевать его подвиг поколениям.       — Мы в вечном долгу перед флотоводцем ’Вадумом, который никогда не будет погашен, — сказал адмирал Корис с искренним благоговением. — Его молниеносные действия и несгибаемый боевой дух спасли наши корабли-фермы — сердце и душу нашего народа — от уничтожения. Жаль, что мне не довелось поблагодарить его лично.       — Теперь он с Предками, — ’Харум склонил голову в скорби и отступил обратно за подиум, к прежнему месту рядом с Мастер-Чифом.       — М-м-м, — ответил адмирал Хан’Геррель. — Так или иначе, все мы окажемся там, если не победим Жнецов. Это теперь предельно ясно.       Геррель посмотрел на Кориса и Раан, те кивнули — общее решение было принято.       — Тали’Зора, в свете предоставленных доказательств предательства адмирала Даро’Зен вас Морех, вы полностью оправданы от всех обвинений, выдвинутых бывшим адмиралом. Ультра Раэль ’Харум, хотя наше первое впечатление о вашем народе было неоднозначным, то, на что пошёл ваш капитан ради спасения Флота от Жнецов, навсегда закрепляет за вами статус вечных друзей кварианского народа.       Адмирал Шала’Раан продолжила официальное заявление Коллегии адмиралов:       — Ультра ’Харум, выжившим с вашего корабля будет предложено безусловное убежище и гостеприимство в нашем Флоте на любой необходимый срок. Тали’Зора, к сожалению, у нас нет корабля, чтобы восстановить ваше командование, но экипаж «Каэля» получит должности согласно подготовке и специализации по всему Мигрирующему флоту.       — Мне не нужен другой корабль, — начала Тали. — Я остаюсь с Шепардом. «Нормандия» летит на Раннох, мы найдём Зен и доставим её сюда, чтобы она предстала перед судом за свои грехи.       Шепард едва удержался, чтобы не бросить на Тали удивлённый взгляд. Они только обсуждали полёт на Раннох, но ещё не приняли окончательного решения.       — Коммандер Шепард, это правда? — спросил Заал’Корис.       Что ж, подумал он, пора решать.       — Правда. Адмирал Зен должна ответить за содеянное — но нам также нужно выяснить, что происходит между гетами и Жнецами. — Он умолчал о Ключе на Раннохе — не стоило раскрывать все карты.       — Это подводит нас к теме обсуждения… — начала Шала’Раан, жестом передавая слово Геррелю.       — Да. Коммандер Шепард, мы должны сообщить: Мигрирующий флот планировал наступление на гетов с конечной целью вернуть нашу родную планету Раннох, — прямо заявил Геррель.       Внезапные выражения удивления и недоверия от Шепарда и Тали были прерваны поднятой рукой Герреля — первый уже открыл рот, чтобы заговорить, вторая указывала на Коллегию адмиралов.       — Это было до того, как мы узнали об угрозе Жнецов, — сказал Геррель. — Новости доходили до Флота медленно, особенно после отзыва большинства паломников несколько недель назад для подготовки к наступлению. Мы только недавно получили информацию о вторжении Жнецов в пространство Альянса Систем и турианцев, и о победе над Деспарой.       — Наши сердца с Землёй и Палавеном, — сказала Шала’Раан, зная, какую боль приносит потеря родного мира.       Коммандер Шепард принял мрачное выражение:       — Теперь и Тессия пала.       Это потрясло собравшихся кварианцев — по залу прокатился громкий шёпот капитанов за адмиралами.       — Тессия? Не может быть…       — Жемчужина Республик… пала?       — Я проходил паломничество на Тессии…       Шепард решил пока не вдаваться в детали. У него не было ни времени, ни, честно говоря, душевных сил объяснять, как Тессия была потеряна на самом деле — Потоп.       — Раннох — одна из немногих родных планет, за которые нам ещё предстоит сражаться. Помимо разъяснения ситуации с адмиралом Зен, Союзное Верховное командование поручило мне сообщить Коллегии адмиралов: Раннох, скорее всего, станет следующим ключевым полем битвы этой войны. Объединённые флоты галактических рас уже в пути к Вуали Персея, и вместе мы надеемся воздать Жнецам по заслугам.       — Объединённые флоты галактических рас? — переспросил Геррель. — Идут сюда… чтобы помочь нам?       — Мы все в одной лодке, адмирал, — настаивал Шепард. — Жертва флотоводца ’Вадума должна была это доказать.       — Сколько до их прибытия? — спросила Шала’Раан. В её голосе появилась новая срочность — мысль о едином фронте для возвращения родного мира кварианцев поднимала дух, подорванный потерей тысяч жизней всего несколько часов назад.       — Четыре, пять дней, — ответил Шепард.       — Достаточно, чтобы собрать наших людей для боя, — сказал Хан’Геррель, с силой ударив кулаком в ладонь. — Пусть будет известно: кварианцы первыми пройдут через ретранслятор Ранноха! Мы вышвырнем Жнецов с нашей исконной земли и наконец снова ступим на почву родного мира!       Слова задиристого адмирала вызвали хор одобрительных выкриков от собравшихся капитанов, и Геррель сел в кресло чуть прямее.       — Коммандер Шепард, Тали’Зора, летите на Раннох, представьте адмирала Зен пред Флотским судом и постарайтесь выяснить больше о том, что творится между гетами и Жнецами. К вашему возвращению мы организуем флот, чтобы загнать Жнецов обратно в те тёмные ямы, откуда они вылезли, — сказал адмирал Заал’Корис, повышая голос и вторя тону своего товарища Герреля.       — Ультра ’Харум, — продолжила адмирал Шала’Раан, — я передам на «Нормандию» список кораблей, готовых предоставить вашим людям убежище. Удачи всем вам. Кила’Селай.       Шепард уважительно кивнул Коллегии адмиралов, резко развернулся и быстрым шагом направился к выходу из зала, откуда они пришли. Остальные последовали за ним. Лейтенант Джаккар и его морпехи снова обеспечили эскорт, молча ведя группу обратно к шлюзу и ждущему шаттлу Кортеса.       — Тали, — начал Шепард, — выбери самых способных из своего экипажа и посмотри, кто займёт свободные места на «Нормандии». Капитан Ригар, вы и ваши морпехи остаётесь с нами. Ультра ’Харум — вы тоже. Выберите сорок лучших. Мастер-Чиф? Синяя команда готова к ещё одной операции высокого риска за линией фронта?       Стоический спартанец ответил без колебаний:       — Всегда, коммандер.       — Хорошо, — сказал Шепард. — Возвращаемся на «Нормандию». Нам предстоит спланировать атаку.

***

ККА «Нормандия» Раннох, Вуаль Персея

      — Затяжной прыжок?       — Да. Большая высота, низкое раскрытие.       — Я знаю, что это значит, — сказал Шепард, приподняв брови и посмотрев на ультру Харума. — Но ты уверен?       — Мои рейнджеры делали так десятки раз, — твёрдо кивнул сангхейли. — Ты сам сказал, что десантных кораблей не хватит, чтобы высадить всех за один заход. Если хотим провернуть нечто подобное, надо быть достаточно быстрыми, чтобы все ударные группы оказались на позициях одновременно.       Коммандер Шепард задумчиво провёл рукой по подбородку, ещё раз обходя расширенные голограммы комплекса адмирала Зен на поверхности Ранноха, проецируемые на палубу ангара «Нормандии». Центральное изображение — вид сверху от тяжёлого рейдера класса «Сахара» ККОН «Иерихон», который рискнул пробраться сквозь орбитальный бой и зависнуть в верхних слоях атмосферы Ранноха. Вокруг — прямые трансляции и выбранные записи от спартанцев-IV Алой команды и «Маджестик», высаженных с «Иерихона».       — Оборонительные укрепления… зенитные установки… наземные орудия… — бормотал Шепард вслух. — И повсюду индоктринированные кварианцы, геты и Жнецы.       — Мы знали, что легко не будет, — голос принадлежал Кэлу’Ригару. Капитан морпехов присел сбоку от голоизображений, опытным взглядом сканируя разведданные. — Они превосходят нас минимум четыре к одному, и это только то, что видно снаружи.       Ударная группа Шепарда — как окрестил её Гаррус — собралась в ангаре «Нормандии» для предоперационного планирования и брифинга. Пятьдесят морпехов кварианцев Ригара. Четыре десятка рейнджеров-сангхейли с восемью вкраплёнными азари для биотической поддержки. Две пары огромных мгалекголо в дальнем углу, к которым все старались не подходить близко. Три суперсолдата спартанца-II и, конечно, собственная команда Шепарда: Гаррус, Лиара, Тали и Джеймс.       От Мигрирующего флота до Ранноха прошёл почти день. «Нормандия» держалась на краю всё ещё бушующего космического сражения между гетами и коалицией Жнецов с гетами, двигатели на минимуме, стелс активирован.       Шепард обвёл взглядом ангар, впервые за долгое время почувствовав себя настоящим командиром, а не просто лидером небольшой, но эффективной диверсионной группы. Больше сотни преданных, способных и смертельно опасных мужчин и женщин готовы были прыгнуть в бой по его приказу.       — Синяя команда прыгнет с ними.       Шепард обернулся, узнав голос спартанца, но слегка растерялся — он не исходил от закованных в «мьёльниры» фигур в поле зрения.       Сьерра-058 вышла из сервисной лестницы у центрального лифта, направляясь к своим товарищам-спартанцам-II на краю ударной группы. На ней не было «мьёльнира» — комплект уничтожили на B-1274 — вместо этого чёрная, облегающая броня с множеством карманов для боеприпасов и снаряжения. На груди — наблюдательный прицел, а над плечом торчит ствол «Норнфанга». Её появление привлекло внимание почти всех в ангаре, но она, казалось, не замечала.       — Я думал, тебе ещё положено отдыхать? — спросил Шепард.       Ответ был коротким и простым:       — Отдохнула.       — Доктор Чаквас выписала?       — Нет.       Грациозная плавность движений была не та, что раньше — на миссии по спасению Тали и её экипажа она чуть не погибла. Даже Шепард видел, что она пытается скрыть: движения скованные, лёгкая хромота на левую ногу.       — Ты готова к бою? — прямо спросил Шепард. Он знал, что спартанцы крепче всех, но с боя на B-1274 прошло меньше пяти дней.       — Да, сэр, — ответила она. — Каждой миссии нужен наблюдатель.       Шепард посмотрел на Мастер-Чифа за подсказкой. Тот едва заметно кивнул.       — Ладно. Добро пожаловать в операцию, 058.       — Спасибо, коммандер, — сказала она. Следующие слова застали его — и Гарруса — врасплох: — Разрешите запросить оперативника Вакариана в состав группы прикрытия?       Шепард посмотрел на Гарруса — тот слегка пожал плечами: «почему бы и нет».       — Разрешаю.       Пока коммандер ещё раз изучал голоизображения, получая тихие тактические предложения от Ригара и ’Харума, Гаррус подошёл к группе спартанцев-II. Он заметил кивки Фреда, Келли и Мастер-Чифа и занял место рядом с Линдой. Даже без «мьёльнира» она была на несколько дюймов выше него.       — Как самочувствие? — спросил он.       — Достаточно хорошее, чтобы драться, — коротко ответила она.       Как коллега по оружию, он понял, но всё равно был впечатлён и слегка обеспокоен. Он лучше многих знал, насколько тяжёлые раны она получила на B-1274. Следующими словами он попытался немного разрядить атмосферу:       — Знаешь, я не оперативник. Перед войной меня технически произвели в бригадные генералы армии турианцев.       Линда помолчала с секунду.       — Прошу прощения. Сэр.       Гаррус едва уловил лёгкую… саркастичность в голосе спартанки — само по себе чудо. Общение с Мастер-Чифом убедило его, что все спартанцы по эмоциональности — огромные камни. Гиперлетальные камни, разумеется.       — Не обязательно звать меня «сэр», — сказал он.       Спартанка помолчала ещё минуту.       — Вы прыгали так раньше, генерал?       Гаррус закатил глаза. Определённо сарказм.       — Да. Не раз. Хотя с школы прыжков прошло уже какое-то время.       — Уверены, что не нужно прыгать в тандеме со мной? — небрежно спросила она. — Сэр?       — Хватит, — отрезал Гаррус, но его боковые мандибулы всё равно дрогнули в улыбке. — Только не сломай себе ещё пару костей, когда дёрнешь за кольцо.       Линда ткнула его локтем в бок и Гаррус резко поморщился. Даже без «мьёльнира» движение было молниеносным — и болезненным.       — Прошу прощения, генерал.       Гаррус не видел за закрытыми шлемами, но Фред и Келли явно посмеивались, а у Мастера-Чифа уголок рта чуть приподнялся — для него это было равносильно хохоту. Турианец уже пожалел, что вообще упомянул свой почётный чин в Иерархии, и собрался было ответить что-то про трибунал за удар старшего по званию, когда Шепард рявкнул:       — Всем внимание!       Голос коммандера легко перекрыл гул ангара. Солдаты, до этого тихо переговаривавшиеся, мгновенно замолчали и столпились вокруг центральных голоизображений.       — Добро пожаловать в операцию «Воробей», — начал Шепард. — Главная цель одна: найти, захватить и доставить адмирала Даро’Зен вас Морех на суд Мигрирующего флота. Вторичная — собрать максимум информации о том, что творится между гетами и Жнецами до прибытия основных сил.       Он указал на палубу, где отображался комплекс Зен.       — Разведка в реальном времени с орбиты и поверхности дала нам чёткую картину. Комплекс компактнее базы на B-1274: несколько соединённых сборных зданий — кварианских и гетских — в центре пологой долины, холмы на востоке и западе. Тяжёлая ПВО, наземные орудия, укрепления, сеть траншей на севере и юге.       Пока Шепард говорил, Кортана подсвечивала и выделяла всё упомянутое.       — Нас сильно меньше, — жёстко сказал он. — От четырёх до шести сотен единиц противника: экипажи кораблей Зен, платформы гетов, хаски разных видов. Спартанцы-IV уже на земле выявили шесть гетских «арматур» в патруле и до дюжины «тварей» Жнецов. Тяжёлой техники у нас нет — только ручное оружие. Сколько внутри — неизвестно, но нам нужна только одна личность: адмирал Зен.       Это будет молниеносный удар, — подчеркнул Шепард. — Мы в глубине вражеской территории, в меньшинстве и без преимущества в огневой мощи. У нас есть время до того момента, пока красные геты и Жнецы на орбите не поймут, что мы атакуем, и не пришлют подкрепление. Как только это случится — либо уходим (с целью или без), либо умираем. Всем ясно?       Раздался хор: «Да, коммандер!» и «Есть, сэр!».       Шепард кивнул, довольный, что все осознают риск.       — Атака под покровом ночи. Ультра ’Харум с рейнджерами и Синяя команда — затяжной прыжок с верхних слоёв атмосферы, когда «Нормандия» пройдёт над целью. Две группы рейнджеров — восточный склон, ещё две — западный. Синяя команда займётся проникновением на базу и прочешет её изнутри, чтобы попытаться обнаружить местоположение Зен, но не будет предпринимать попытку захвата и эвакуации цели, если она находится под серьёзной охраной. Алая и «Маджестик» уже заминировали тяжёлые орудия и держатся на юге.       Он посмотрел на Ригара:       — Капитан Ригар, моя группа идёт с вашими морпехами. И мгалекголо тоже. Мы нанесём основной удар. «Нормандия» войдёт в бой на полной скорости, начиная удар с яростного огня и садясь прямо за северным периметром базы. Выбегаем по трапу, и как только все окажемся на земле, «Нормандия» и «Гадюка-Т» будут кружить сверху, обеспечивая огневую поддержку, а Кортес на «кадьяке» будет в готовности для медицинской эвакуации.       Мы ударим по ним жёстко, со всех направлений, с максимальной интенсивностью и скоростью. Сносим обороняющихся снаружи, пробиваемся внутрь, прорываемся к цели, захватываем её — и сваливаем к чёрту. Бой будет тяжёлым, и я не ожидаю, что мы выйдем из него без потерь, но хочу, чтобы одна вещь была абсолютно ясна… — Шепард обвёл глазами весь ангар, стараясь поймать взгляд каждого. — Мы никого не бросаем. Любой, кто падёт… возвращается с нами. Никто не останется там, чтобы стать хаском.       Вот план, — завершил Шепард, хлопнув ладонями в перчатках. — Любые последующие тактические вопросы — к капитану Кэлу’Ригару или ультре ’Харуму. Мне надо наверх — помогать прорываться сквозь жнецов и гетов на орбите. Снаряжайтесь и готовьтесь. Если всё пойдёт как надо, мы будем на поверхности в течение часа.       Он резко развернулся к лифту, бросив в микрофон:       — Джокер, СУЗИ, запускайте двигатели. Спускаемся на планету.       Гаррус и Синяя команда наблюдали, как он уходит, в то время как Тали и Лиара последовали за ним. Почти сразу Кэл’Ригар и ’Харум собрали своих бойцов для обсуждения тонкостей предстоящего штурма — стратегии атаки, позиционирование, позывные связи, распределение вооружения и прочее.       Мастер-Чиф, Фред и Келли перешли на закрытый канал, обсуждая проникновение. Линда легко толкнула Гарруса локтем — на этот раз мягко — и сказала:       — У меня есть два варианта для огневого прикрытия: один на восточном склоне, один на западном. Взгляни.       Вакариан вывел позиции на омни-инструменте, оценил опытным взглядом.       — Западный склон. Лучше сектор обзора, хорошее укрытие. Плюс хорошие вторичные точки ниже по склону, если придётся сменить позицию.       Линда кивнула:       — Я тоже так подумала.       — Какой наш позывной на операцию? — спросил Гаррус.       Спартанка-снайпер ответила сразу, будто это было очевидно:       — «Архангел».

***

ККА «Нормандия»

      Шепард чувствовал, как мощь четырёх антипротонных двигательных гондол «Нормандии» проталкивает стелс-фрегат через вакуум к планете. Его шлем висел на поясе, и мелкие капли пота на лбу говорили о том, что внутренняя температура растёт — «Нормандия» сбрасывала всю выработанную энергию в литиевые теплопоглотители.       Он вышел из лифта в БИЦ, Тали всё ещё была рядом с ним. Лиара сошла на палубе экипажа, уйдя в личную каюту за снаряжением для предстоящей миссии.       — Тебе придётся помочь мне с их именами.       — Конечно, — ответила Тали.       Шепард всё ещё не привык видеть БИЦ полностью укомплектованным. Они стартовали с Земли во время атаки Жнецов с минимальным экипажем, что хватило — особенно с СУЗИ, интегрированной в корабль. Он привык к тишине командной палубы, где работали только несколько терминалов персонала Альянса, бывшего на борту во время экстренного отлёта с Земли.       Теперь палуба гудела жизнью. Каждое рабочее место было занято кем-то из экипажа Тали — теми, кого она лично отобрала со своего бывшего корабля «Каэль». Каждый кварианец работал быстро и слаженно, перебрасываясь данными с тактильных интерфейсов — отчёты диагностики, статусы систем, сенсорные пакеты, обновления по стелсу.       Шепард увидел специалиста Трейнор, метавшуюся между станциями, отвечая на вопросы, давая указания и исправляя ошибки. Он остановился, впечатлённый её уверенной, но мягкой рукой в ускоренном обучении кварианцев управлению «Нормандией».       Увидев Шепарда краем глаза, она мгновенно выпрямилась и отсалютовала:       — Коммандер на палубе! — крикнула она. Члены экипажа Альянса и кварианцы повернулись или встали с кресел, салютуя.       Шепард вернул салют.       — По местам.       Он жестом позвал Трейнор к Галактической карте, заменённой стратегическим обзором пространства Ранноха.       — Как они справляются?       Трейнор выглядела немного измотанной, но в глазах горел особый блеск — такого Шепард раньше не видел.       — Быстро схватывают. Очевидно, не первый раз на мостике или БИЦ.       — Я отбирала каждого сама, — сказала Тали. — Хороший экипаж.       Трейнор кивнула в согласии:       — Главное — чтобы они привыкли к… ну… странностям «Нормандии». СУЗИ, я и те несколько старых ребят Альянса, что были здесь с самого начала, делаем всё возможное.       — Нет ничего лучше, чем сразу бросить их в огонь, — сказал Шепард, намекая на уже начавшуюся операцию высокого риска. — Продолжайте в том же духе, лейтенант Трейнор.       Трейнор моргнула, переваривая услышанное.       — Э-э, коммандер?       — Поздравляю с заслуженным полевым повышением, лейтенант, — сказал Шепард, хлопнув её по плечу. — Специалист ведь не может управлять БИЦ, верно?       — Спас… спасибо, сэр, — сказала она, выпрямившись ещё больше. Шепард улыбнулся и пошёл дальше, к кабине пилотов. Каждый кварианец, не полностью погружённый в работу, кивал ему и обращался: «Капитан». Шепард знал — это титул уважения, не ошибка с званием. Все кварианцы называют лидера корабля «капитаном».       Джокер был полностью сосредоточен на пилотировании «Нормандии», пальцы летали по тактильным панелям. Он перехватил вопрос коммандера:       — Я стараюсь пройти по самому краю битвы, насколько это возможно. Попробую зайти через северный полюс… но, Шепард, тут жарко.       — Знаю, — ответил тот, опираясь рукой о спинку кресла Джокера. Тали тем временем устроилась в кресле второго пилота рядом, выводя показания энергии от ядра «Тантал» в машинном отделении. — Никогда не видел столько кораблей в одном месте.       — Да уж, и Жнецов тоже, — добавил Джокер. — Почти в три раза больше, чем в битве над Деспарой.       Шепард сжал губы. Синие геты сдерживали красных и Жнецов лишь числом, но это не могло длиться вечно. Они теряли до трёхсот кораблей в день — уничтоженных или перешедших на сторону врага. Даже с подкреплением от союзных флотов и Мигрирующего флота хватит ли этого, чтобы разбить Жнецов?       — Сможешь нас туда провести? — спросил Шепард, хотя уже знал ответ.       — Провести-то смогу, — уверенно ответил Джокер. — А вот гарантировать, что нас не собьют, если атака затянется? Нет.       — Понял. Постараемся не задерживаться.       — О, пожалуйста, минимизируйте задержки, — съязвил Джокер. — Напоминаю, я ваш единственный билет обратно.       — СУЗИ рассказала план атаки?       — Ага. Зависаем высоко в атмосфере, сбрасываем прыгунов, потом доставляю вас с кварианскими морпехами прямо к их порогу, будто высадка в Нормандии. Потом прикрытие сверху. — Джокер хрустнул костяшками. — Будет весело.       — Надеюсь, — сказал Шепард. — Пойду в каюту за снаряжением. Тали?       — Посижу ещё немного, посмотрю, как привод реагирует на подход. Наверное, спущусь в машинное, проверю лично. — Она нежно провела руками по гладкому металлу кресла, похлопав по нему. — Соскучилась по этому кораблю. Хорошо вернуться.       Через минуту Шепард был в каюте, выбирая оружие и снаряжение для штурма из личного арсенала. Выбор стал гораздо богаче после того, как Лиара выполнила обещание и через контакты Серого посредника достала тяжёлое вооружение.       Старый верный M-6 «Палач» сменился на M-77 «Паладин», а вместо M-8 «Мстителя» появился нелегально модифицированная полностью автоматическая M-96 «Мотыга» с надписью «Преследователь» на боку. На спине — дробовик M-11 «Гнев», а в завершение — тяжёлый гранатомёт M-100. В него он зарядил смесь осколочных, зажигательных и разрывных гранат, перекинул через плечо и грудь ленту с двумя запасными обоймами. Все свободные отсеки и подсумки забил термозарядами до отказа. Удовлетворённый, добавил несколько бутылок ультраконцентрированных боевых напитков — предчувствие подсказывало, что биотика будет расходоваться по полной.       Шепард уже шёл к двери каюты, когда краем глаза заметил своё отражение в разбитом стекле аквариума на стене — его так и не заменили. Он остановился, разглядывая осколки.       На него смотрел уставший, измученный солдат: щетина, круги под глазами, сжатые губы. Он плохо спал — мёртвые приходили в сны. Голоса. Лица. Тейн. Эшли. Миранда. Мордин. Андерсон. Спаратус. Флотоводец ’Вадум вчера ночью. Десятки людей, турианцев, саларианцев и кроганов, которых он видел растерзанными или расстрелянными Жнецами.       Сколько умрёт в этой операции? Пять? Двадцать? Пятьдесят? Потери будут — интенсивность и темп почти гарантировали это. Чёрт, если затянут — могут погибнуть все, если подоспеют подкрепления Жнецов.       Ставки казались выше, чем когда-либо, но не из-за самой миссии. Из-за командования — он отвечал не за малую группу, а за два полных взвода. Что они думают, глядя на него? Видели ли кварианцы Ригара, рейнджеры ’Харума или Синяя команда следы усталости на его лице во время брифинга? Есть ли у них сомнения, что идут за правильным человеком?       Шепард мотнул головой, запихивая эти мысли в дальний угол сознания и сжимая их в крошечный шарик. Сейчас не время для самокопания. Он надел шлем, активировав режим, делающий визор непрозрачным серебром.       Пора вести их вперёд.

***

      Ветер с яростью хлестал по шлюзовому отсеку «Нормандии», то усиливаясь, то ослабевая в циклических порывах. Кромешная тьма окружала десантников, и единственным источником света были крошечные индикаторы на броне и оружейных системах. Остальное они видели только благодаря режиму низкой освещённости в визорах.       Шепард стоял на самом краю опущенной створки шлюза, и на мгновение его накрыл приступ головокружения. Было что-то пугающе-завораживающее в том, чтобы знать: под тобой двенадцать тысяч метров высоты и только чёрная, беспросветная пустота. Он обернулся вглубь отсека, где ’Харум выстроил свои копья рейнджеров в четыре шеренги. Ни у одного сангхейли, разумеется, не было парашюта — они собирались использовать встроенные в броню маневровые ранцы, чтобы погасить скорость перед самым приземлением. Восемь азари — бывшие шахтёрки, ставшие солдатами, — были пристёгнуты к каждому сангхейли спереди, чтобы прыгать в тандеме.       На его лицевом дисплее всплыло уведомление от Джокера — пора. Шепард привлёк внимание ультры ’Харума, высокого сангхейли, стоявшего в хвосте построения, чтобы тот мог отдавать команды своим в падении. Коммандер поднял руку к виску в салюте. ’Харум ответил своим — прижал кулак к нагрудной пластине. Остальные рейнджеры повторили жест, кроме тех восьми, у кого спереди висела азари.       — Удачи! — крикнул Шепард через внешние динамики, перекрывая вой ветра и гул двигателей «Нормандии».       — Увидимся на земле! — проревел в ответ ’Харум. — Рейнджеры! Вперёд!       С отточенной грацией закалённых бойцов копья подошли к краю створки и по четверо за раз шагали в темноту, не колеблясь ни на секунду. ’Харум прыгнул последним, хлопнув Шепарда по наплечнику, прежде чем исчезнуть следом за своими.       Мастер-Чиф, Сьерра-104 и Сьерра-087 подошли к краю следующими, синхронно отсалютовали Шепарду и активировали камуфляж — мгновенно растворившись в пустоте за рейнджерами. Гаррус и Сьерра-058 прыгали последними, и когда Вакариан стукнулся кулаком об кулак Шепарда, он выкрикнул:       — Только не заставляйте нас долго ждать!

***

      Гаррус всегда считал свободное падение особенным видом спокойствия. Ветер, проносящийся мимо на предельной скорости, действовал на разум умиротворяюще, и он ценил эти моменты, когда мог себе позволить. Конечно, появление зенитного огня могло испортить впечатление, но первые тридцать секунд прыжка он провёл в относительном покое. На визоре мигали ИК-маячки отрядов ультры ’Харума несколькими сотнями метров ниже, и он наблюдал, как они разделились на две группы для посадки на восточный и западный склоны долины, где скрывался комплекс адмирала Зен.       Линда прыгнула на две секунды раньше, поэтому Гаррус следовал за ней, направляясь к западному склону позади рейнджеров-сангхейли. Они должны были приземлиться выше, чтобы занять позицию наблюдения, откуда открывался вид почти на весь комплекс внизу.       Турианец сосредоточенно следил за таймером на визоре, напрягаясь в ожидании раскрытия парашюта на нужной высоте. Он увидел вспышки — рейнджеры ’Харума включили реактивные ранцы, — и в следующий миг его рывком дёрнуло вверх: парашют раскрылся, резко замедлив падение.       Земля стремительно приближалась. Гаррус действовал инстинктивно и по старой выучке: растянул парашют и согнул ноги, гася удар. Приземлился тяжело, позволив себе упасть на бок, пока парашют оседал рядом. Быстро отстегнул лямки, сбросил подвесную систему и взял в руки «Богомол-X», и пригибаясь, побежал к заранее выбранной позиции наблюдения, быстро ощупав себя — ничего не сломано.       Линда-058 уже ждала его лёжа в позиции, «Норнфанг» выдвинут вперёд, наблюдательный прицел установлен рядом.       — Хорошо приземлились, генерал?       Гаррус устроился рядом по другую сторону прицела, установив свою длинную винтовку на сошки.       — Неплохо.       Тон спартанки перешёл в ту ледяную холодность, с которой Гаррус познакомился ещё на B-1274. Время работать.       — Восточные рейнджеры приземлились чисто. Вижу Алую и «Маджестик» на южной стороне базы.       Вакариан прильнул к наблюдательному прицелу, осматривая предстоящее поле боя. Он увидел ИК-маячки рейнджеров на восточном склоне и команды спартанцев-IV на юге. Затем обвёл комплекс, отмечая силы и расположение врага. Мандибулы на миг дрогнули от дискомфорта — видеть кварианцев, гетов и Жнецов, работающих вместе, было неправильно на каком-то глубинном уровне.       — Их много.       — Хорошо, что я взяла достаточно патронов, — ответила Линда.       — У меня тоже, — сказал Гаррус. Он устроился поудобнее за винтовкой, подстраивая прицел под дистанцию. Тысяча триста метров до центра базы. Патрули противника не изменили маршруты и уровень бдительности — хороший знак.       — Не думаю, что нас заметили.       Линда включила защищённый канал операции:       — Это «Архангел» — наблюдение установлено. Всем ударным группам — доложить готовность.

***

      — Всем ударным группам — доложить готовность.       Ультра ’Харум включил микрофон:       — Меч-один, зелёный.       Он выслушал доклады остальных трёх копий и постучал пальцами по плазменному ретранслятору в предвкушении.       — Меч-два, зелёный.       — Меч-три, зелёный.       — Меч-четыре, зелёный.       Он был с Первым копьём и совершил идеальный затяжной прыжок — пятьсот метров до внешних патрулей противника. Они быстро и бесшумно спустились по склону, используя бесчисленные каменные выступы и естественные впадины в сухой, пыльной земле для маскировки.       — «Маджестик», зелёный.       — Алая команда, зелёный.       — «Гадюка-Т», на позиции.       — «Гадюка», зелёный.       ’Харум снова включил микрофон, обращаясь к своим рейнджерам и азари:       — Когда «Архангел» даст сигнал — никакого страха. Никакой пощады. Гоните этих нечестивцев обратно в ту яму, откуда они выползли. За флотоводца!       — За флотоводца! — хором отозвались бойцы.       Рука ультры опустилась к левому бедру, где он крепко сжал знакомую рукоять энергетического меча. Это был родовой клинок ’Вадумов, переданный ему Тали’Зорой прямо перед прыжком. «Ты лучше знаешь, что с ним делать, — сказала она. — Его последняя просьба — доставить меч кому-то, кого называют арбитром».       ’Харум крепко сжал рукоять, закрыв глаза. Р’тас ’Вадум был живой легендой в глазах сангхейли — блестящий командир и яростный воин, который провёл их народ через хаос Великого Раскола и через войну, в которую они были втянуты в этой новой галактике.       Он позаботится о том, чтобы клинок был украшен кровью врагов, прежде чем он положит его перед арбитром. Сегодня ночью дух флотоводца споёт вновь.

***

      — Ты в порядке, Роран?       — Всё хорошо, Сэм.       — Цели выбраны?       — Все мои «наковальни» наведены на гетские «арматуры» и тяжёлые орудия.       — А после сброса ракет?       — Прошьём пехоту из гаусс-пушек.       Сержант Сэмюэль Долтон одобрительно кивнул. Он знал, что его стрелок, старший лётчик Роран Чехак, умеет играть на смертоносных инструментах вооружения «Гадюки-Т» как по нотам, но как пилот обязан был проверить.       Десантный стелс-корабль «Гадюка-Т» завис в нескольких сотнях метров над комплексом, скрытый активной маскировкой и корпусом, обманывающим сенсоры.       — А если они пошлют истребители? — спросил Роран.       — Это оставим «Нормандии», — ответил Долтон. — Наша задача — поддержка наземного штурма, нивелировать численное превосходство врага.       — Принято.       — Эй, Роран?       — Да, Сэм?       — Сколько, думаешь, сегодня будет на счётчике?       — Пехота тоже считается?       — Пехота тоже.       Стрелок «Гадюки-Т» на секунду задумался.       — Минимум двести.       — Двести пятьдесят — и я ставлю тебе бутылку скотча.       — По рукам.

***

      — Синий, лично, докладываю. Цель обнаружена. Повторяю, цель обнаружена.       Мастер-Чиф оставался в низком приседе у стены, за которой укрылся, не шелохнувшись. Под активной маскировкой он проник глубоко в комплекс, прокравшись мимо десятков вражеских охранников, и пошёл по наитию, когда нашёл лестницу вниз в одном из центральных сборных зданий.       Он спустился и вышел в обширную подземную лабораторию с десятками кабинетов и рабочих комнат. Сразу стало ясно, кто здесь подопытные — геты. Мастер-Чиф прошёл мимо нескольких платформ гетов в разной степени расчленённости: на операционных столах, подвешенные на тросах, без рук, ног, кусков груди или целых голов. Это была другая разновидность жестокости, не та, что он обычно видел на поле боя, но от этого не менее жуткая. Некоторые подопытные ещё «жили» — конечности дёргались, те, у кого были головы, бессмысленно мотали ими, центральные индикаторы мигали, словно взывая о помощи.       Мастер-Чиф наблюдал за адмиралом Зен через панель бронированного стекла — она работала в самой большой из найденных лабораторий. Несколько разобранных гетов валялись вокруг: кто на полу, кто на столах. Сейчас она была по локоть в грудной полости очередного несчастного гета, конечности которого удерживали четверо других гетов, бесстрастно глядя на хирургическую пытку собрата.       Чиф не знал, с какой стороны гражданской войны эти геты. Тот, над кем экспериментировала Зен — синий? А те, что держали его — с Жнецами? Должно быть, потому что Зен отдавала приказы, размахивая руками, синими от гидравлической жидкости.       Пока Зен работала с одной стороны комнаты, большую часть другой занимала какая-то конструкция Жнецов — цилиндрическая, из характерной решётчатой стали, с ребристыми кабелями и вспыхивающими на поверхности красными электрическими искрами. Чиф не знал, что она делает, если вообще делает, но это не его цель.       Он снова коснулся микрофона подбородком:       — Цель под значительной охраной. Захват потребует серьёзных усилий.       Четверо гетов, державших подопытного, пока Зен ковырялась в нём, были не единственными в комнате. Целый взвод из пятидесяти гетов стоял плотными рядами у одной стены — неподвижные статуи с импульсными винтовками в руках. Во главе — огромный гет-прайм, гораздо тяжелее бронированный и с куда более крупным оружием. Были и Жнецы: две тощие баньши кружили по комнате, четыре отряда по пять налётчиков расположены по всему помещению.       Чифу показалось странным отсутствие кварианцев — только Жнецы и геты. Руки Зен вспыхнули, она вырвала большой пучок проводов и, как показалось Чифу, процессорный блок из открытой груди гета на столе. Тот дёрнулся, конечности свело судорогой — он умирал, индикатор медленно угасал. Зен в раздражении швырнула «внутренности» гета на пол, схватила одного из четырёх, что держали тело, и приказала убрать труп. Затем указала ему лечь на стол вместо умершего.       Гет не сопротивлялся — лёг неподвижно, как камень, даже когда Зен начала резать его удлинённую голову маленькой ручной циркулярной пилой.       Достаточно. Нужно возвращаться с большей частью ударной группы, чтобы разобраться с охраной Зен.       — Синяя команда, отходим на юг.       Статусные огни Келли и Фреда мигнули зелёным.       Мастер-Чиф двинулся обратно по лестнице, крадучись тем же путём. Кортана молчала с тех пор, как они спустились в подземные уровни лаборатории.       — Ты в порядке? — спросил он свою спутницу.       — Да, нормально, — ответила Кортана. В голосе чувствовалась грусть. Она не осмелилась подключаться или взаимодействовать с чем-либо в базе, чтобы не выдать их присутствие. — Просто… варварство. По-своему.       У Мастера-Чифа внезапно всплыло воспоминание — из времён аугментаций спартанцев-II. Тогда он сам лежал на столе, похожем на те, что он видел в лабораториях Зен, спокойно ожидая, пока его режут и изменяют, как послушного солдата.       Он глубоко вдохнул, отгоняя воспоминание — и фантомную боль — в глубины сознания. Не любил думать об этом периоде прошлого.       Вскоре он выбрался из базы, быстро направляясь к остальной Синей команде и отрядам спартанцев-IV на южной стороне. Теперь остаётся лишь ждать, пока Шепард начнёт шуметь.

***

      — Все вышли, — сказала Линда, наблюдая, как Синяя команда покидает комплекс и соединяется с Алой и «Маджестиком».       — Хорошо, — ответил Гаррус. Он чувствовал, как адреналин медленно вливается в кровь, обостряя чувства и ускоряя сердцебиение. Под ним начала дрожать земля — песок и мелкие камешки вибрировали.       Гаррус повернул прицел на север. В пяти с лишним километрах был едва различим знакомый силуэт «Нормандии», несущейся по долине низко и быстро, почти касаясь земли. Она напоминала хищную птицу, несущуюся над поверхностью озера, когти едва царапают воду.       — На подходе…       Линда снова включила общий канал:       — Всем группам — по моему сигналу.       Теперь и он слышал её — рёв двигателей «Нормандии», отражающийся от склонов долины. И не только он. Внизу, на территории комплекса, жнецы, кварианцы и геты одновременно насторожились. Зенитные установки начали разворачиваться на север, но некоторым завершить разворот уже не доведётся.       — Работаем! — рявкнула Линда.       Четыре из шести зениток взорвались облаками пламени — сработали заряды, заложенные Алой командой и «Маджестиком».       Десятки синих лучей плазмы вырвались с восточного и западного склонов — рейнджеры ’Харума открыли огонь, а с юга донеслись резкие очереди стрельбы и свист выстрелов из АБС спартанцев. Четыре громовых раската рядом с Гаррусом — Линда уже опустошила первый магазин и вставляла второй.       Гаррус прицелился в кварианского офицера, собирающего отряд в хаосе внезапного нападения.       Найти цель. Нажать на спуск. Передёрнуть затвор.

***

      — Барьеры на выходе, — сказал Шепард Лиаре. — И по моему сигналу — контроль толпы. Вега, засыпь всё гранатами. Тали, подавляй гетов как можешь.       Впереди стояли четверо мгалекголо — они поведут штурм из ангара «Нормандии» со своими щитами и бронёй корабельного класса. Они гудели громко и синхронно, вибрация их уникального языка соперничала даже с дрожью палубы от ядра «Тантал» и двигателей.       — Что они говорят? — спросил Шепард в микрофон. Кортана ответила:       — Не говорят. Поют. Это родовой боевой гимн клана ’Вадум.       «Восстань, отважный воин, восстань навстречу врагам.       Иди вперёд, и пусть твои клинки поют правду.       Кровь прольётся, броня расколется, и жизни угаснут.       Восстань, благородный боец, восстань, чтобы повергнуть их.       Духи предков поведут твой стремительный поток.       Честь тебе, честь твоему командиру, честь твоему клану.       Восстань, избранный чемпион, восстань — и вознеси свои клинки».       Позади Шепарда Кэл’Ригар расхаживал туда-сюда, воодушевляя морпехов на пороге боя.       — Триста лет! — начал он. — Триста лет наш народ отрезан от родины! Никто из нас здесь, никто во всём Флоте не мог ощутить земли Ранноха под ногами, ветра Ранноха в лёгких, солнца Ранноха на лицах! Сегодня мы всё изменим! Кила’Селай! Клянусь родным миром, который увижу сегодня!       Ответ кварианских морпехов прогремел по ангару:       — КИЛА’СЕЛАЙ!       «Нормандию» тряхнуло — циклонические барьеры поглотили прямые попадания зениток, но щиты держались. Голос СУЗИ разнёсся по интеркому, перекрывая шум:       — Пятнадцать секунд. Удачи.       — Техническая броня! — крикнул Ригар. Каждый морпех нажал на омни-инструмент — их окутало мерцающее жёлтое поле, добавившее ещё один слой защиты поверх кинетических барьеров.       Четверо мгалекголо закончили песнь и теперь ритмично — раз в секунду — били тяжёлыми щитами по бронированным грудям.       Бам. Бам. Бам.       — Дроны! — следующий приказ Ригара. Пятьдесят сферических боевых дронов материализовались, собираясь в строй над морпехами. Тали вызвала свой:       — Задай им жару, Чиктикка.       Бам. Бам. Бам.       Шепард чувствовал резкие вибрации от залпов — «Нормандия» выпускала торпеды «Дротик» и била из батарей ПОИСКа по наземным целям. Тон двигателей резко упал — Джокер гасил скорость для жёсткой высадки.       Бам. Бам. Бам.       Шепард и Лиара синхронно возвели биотические барьеры спереди, сверху и по бокам штурмовой колонны — как раз когда трап ангара начал опускаться.

***

      — Бей их, Роран! — заорал Долтон, видя, как наземники вступили в бой, а «Нормандия» резко гасила скорость для посадки.       — Фокс-3! Фокс-3!       Огненные хвосты и выхлоп окутали нос «Гадюки-Т» — все восемь ракет «Наковальня-II» вырвались из труб. Каждая устремилась к своей цели: две — к оставшимся зениткам, по одной — к шести гетским «арматурам».       Чехак уже поливал тяжёлые наземные орудия 25×130-мм снарядами из пушек Гаусса, когда «наковальни» ударили, превращая все восемь целей в пылающие груды искорёженного металла.       — Шепард выходит! — крикнул Долтон, дёрнув ручку, разворачивая «Гадюку-Т» носом к северному сектору обороны базы. Через камеры он видел, как группа «Нормандии» выбегает из ангара плотным строем, почти полностью закрытым мерцающими синими барьерами.       Чехак щёлкнул орудийным переключателем и, используя систему слежения глазами, прошёлся очередями 30-мм фугасов по позициям противника перед группой Шепарда.

***

      Шепард скрипел зубами от объёма огня, бьющего по биотическим барьерам, которые поддерживал вместе с Лиарой. Группа «Нормандии» спустилась по трапу плотным строем после первого залпа топливных пушек мгалекголо и теперь медленно продвигалась, как древнеримская черепаха. Кварианские дроны вырвались вперёд роем разъярённых ос, сея хаос в первых рядах врага «перегрузкой» и «воспламенением».       Мгалекголо впереди задавали темп — тяжело шагая и сметая всё на пути. Высоко справа Шепард увидел серию вспышек в ночном небе. Секунду спустя воздух заполнил оглушительный рёв — фугасные снаряды обрушились на позиции врага, вздымая комья плоти, костей, металла и земли на несколько метров вверх.       Объём входящего огня резко снизился после удара «Гадюки-Т», и Шепард понял — момент настал. Он обернулся к кварианским морпехам позади, поднимая «Преследователь» вверх:       — Вперёд!       Ригар, морпехи и Тали заорали боевой клич:       — ЗА РАННОХ!       С пугающей скоростью мгалекголо разделились на две пары, рванули вперёд на тридцать метров к врагу, врылись в землю, пригнулись в защитную стойку, подняли щиты и дали ещё один залп из пушек.       Шепард и Лиара отпустили барьеры, кварианские морпехи побежали вперёд, отвоёвывая землю и поливая огнём, пока враг сосредотачивался на гигантских мгалекголо.       Шепард подбежал к первой линии траншей, прошёлся очередью из «Преследователя» по группе каннибалов — полностью автоматический огонь легко рвал раздутую плоть обращённых батарианцев. Запрыгнул внутрь, огляделся по сторонам — морпехи Ригара делали то же самое. Вега прыгнул рядом, упёр АОП в бруствер траншеи и дал длинную очередь по отряду гетов, пытавшихся обойти пары мгалекголо.       Шепард оценил поле боя опытным взглядом. Ригар взял три отряда по центру, очищая траншеи и быстро продвигаясь вперёд, по отряду на фланги влево и вправо. Лиара ушла с правым флангом кварианцев, разбрасывая биотические сингулярности и ставя барьеры. Тали — с левым, сея хаос цепными «перегрузками» на кинетические барьеры врага.       Между ними и базой — минимум двести пехотинцев Жнецов, гетов и индоктринированных кварианцев. Первый удар «Гадюки-Т» проредил их, но враг всё ещё превосходил в огневой мощи. Трассеры заполнили воздух с обеих сторон, но Шепард знал — затяжной бой им не выгоден. Нужно прорываться. Сейчас.       — Вега! — крикнул он сквозь какофонию боя. — Гранатомёт! Пробей коридор вперёд!       — Есть! — морпех Альянса оторвал руки от АОП, оставив его на бруствере, а затем вместе с Шепардом снял с плеч тяжёлые гранатомёты M-100.       — Огонь!       Гранатомёты глухо бухнули — гранаты вылетели из стволов, перелетели через мгалекголо и обрушились на вражеские линии тяжёлыми взрывами, которые Шепард почувствовал через землю. Огонь, осколки и разрядная энергия затопили коридор по центру строя врага, вторая волна — когда Шепард и Вега выпустили запасные обоймы.       Шепард вернул пустой гранатомёт на спину, перемахнул через бруствер, беря «Преследователя» в руки. Он побежал вперёд, стреляя из одной руки, метая биотический снаряд из другой. Вега — за ним, поливая из АОП от бедра.       Кэл’Ригар увидел бегущего Шепарда, выскочил из своей траншеи и последовал за ним, подгоняя морпехов:       — К коммандеру!

***

      Ультра ’Харум дал волне комьев земли омыть себя, пригнувшись за каменным укрытием. «Гадюка-Т» только что провела опасно близкий боевой заход, пронзив два-три опустошителя Жнецов и — главное — два тяжёлых орудия гетов, уже разнёсших троих его рейнджеров.       Он вскочил, выпуская поток плазменных сгустков в пару кварианцев, двигавшихся по траншее. Сверхгорячие снаряды плеснули по их верхней части груди и визорам, прожигая кинетические барьеры, бронепластины и проникая глубоко в кожу и лица.       Пока они падали, ’Харум увидел разбросанные тела и оторванные конечности — результат огневой поддержки «пеликана», мысленно поблагодарив экипаж за устранение главных угроз.       Не дожидаясь приказов, его закалённые в боях рейнджеры сами пошли в наступление, используя преимущество от авиаудара — подпрыгивая на прыжковых ранцах и врезаясь во вражеские порядки линиями плазмы, выстрелами карабинов и тяжёлыми залпами топливных стержней.       ’Харум выкатился из-за укрытия, длинными мощными прыжками спускаясь по склону долины к троице налётчиков Жнецов. Не успел нажать спуск ретранслятора — головы налётчиков исчезли в фонтанах крови и осколков черепа, тела рухнули так, что по выучке ’Харума было ясно: стреляли сзади.       Наблюдательная группа выше на склонах долины прикрывала их с самого начала штурма, снимая кварианских офицеров, налётчиков Жнецов и даже более тяжёлые цели — гетов-праймов и тварей. Выстрел мощной винтовки с их позиции раздавался каждую секунду, неся смерть вниз.       ’Харум видел, что сопротивление врага на его участке слабеет. Следующий шаг — внутрь базы, зачистка.       Он включил канал связи для своих двух копий:       — Рейнджеры! Подъём! Прорыв! Зачистка!       Ультра повёл бойцов вперёд, включив реактивные ранцы и взмыв в воздух к крышам строений комплекса. Он коснулся металлической крыши почти невесомо, наблюдая, как его копья следуют за ним — некоторые, прижав к груди азари, которые тем временем проецировали биотические барьеры вниз, прикрывая от огня снизу.       Рейнджеры установили на крышах заряды для подрыва, перекинули основное оружие в одну руку и вытащили энергетические мечи другой. ’Харум сжал меч флотоводца ’Вадума крепче — родовой клинок ожил, щёлкнув и распуская плазменные лезвия.       Он первым ворвался в прорыв, приземлившись на согнутые колени в коридоре — прямо посреди отряда пехотных платформ гетов. Он метнулся вперёд, как гадюка, вонзив клинок ’Вадума в грудь ближайшего гета, совершенно игнорируя жгучие удары по своим щитам. Затем поднял гета над собой рывком и швырнул машину дальше по коридору.       Клинок флотоводца вкусил первую кровь в этой битве. И точно не последнюю.

***

      — Ригар, держите позицию! Нам нужно оставить путь отхода открытым!       Шепард срезал индоктринированную кварианку, появившуюся двумя траншеями дальше, — граната уже была взведена у неё в руке. Она так и не бросила её: граната упала вместе с ней обратно в траншею и разнесла её тело на куски.       — Есть, коммандер! — отозвался капитан. — Морпехи, построение! Держим линию!       Они прорвались сквозь весь вражеский строй до дверей северного комплекса, буквально прорубившись через центр, с Шепардом во главе.       Морпехи Ригара дрались как одержимые, с той чистой свирепостью, которую Шепард видел лишь в самых редких боях. Они занимали позиции в ближайших траншеях, которые только что зачистили в жестоком ближнем бою, поддерживали раненых, способных стрелять, и оттаскивали павших в относительно безопасные зоны.       Четыре мгалекголо — их щиты и броня были изрешечены пулями и опалены гетской плазмой — образовали ядро только что созданного оборонительного рубежа, испаряя целые отряды противника залпами своих пушек.       Шепард собрал свой отряд вокруг себя — Лиару, Тали и Джеймса. Половина брони Лиары была в кварианской крови, Тали протирала лицевую пластину от внутренних жидкостей гета, а Вега вщёлкнул новый магазин в свой АОП.       — Время для штурма. Идём за Зен.

***

      — За нами, коммандер.       Синяя команда вместе с Алой и «Маджестиком» только что зачистили южные строения базы от врагов. Мастер-Чиф был впечатлён смертоносностью спартанцев-IV в комнатных боях: они снимали гетов, кварианцев и пехоту Жнецов точными очередями. Они не успевали за Синей командой, которая рвала сборные строения синими линиями твёрдого света из АБС, но и отставали ненамного.       Превосходство в броне, оружии и подготовке проявилось полностью — спартанцы безжалостно уничтожали всё сопротивление, оставляя только мёртвых Жнецов, индоктринированных кварианцев и вражеских гетов, истекающих жидкостями на полу.       Они соединились с Шепардом внутри комплекса — группа коммандера тоже продвигалась достаточно быстро. Внутри врагов оказалось меньше, чем ожидалось: большинство вышло наружу и погибло под прямым огнём ПОИСКа «Нормандии», арсеналом «Гадюки-Т» и смертоносным прикрытием «Архангела». Мастер-Чиф отправил Алую команду и «Маджестик» наружу — помочь рейнджерам ультры ’Харума и морпехам Кэла’Ригара, всё ещё ведущим бой.       Шепард снял шлем, залпом выпил бутылку ультраконцентрированного калорийного заменителя. Коммандер скривился от искусственного ягодного вкуса, едва скрывавшего горечь напитка, но быстро надел шлем обратно.       — Веди, Чиф.       Спартанцы-II образовали плотный треугольник, продвигаясь по базе по маршруту к подземным лабораториям адмирала Зен, разведанному Чифом раньше. Они замедлились почти на треть, чтобы группа Шепарда успевала за суперсолдатами в «мьёльнирах», но шли быстро. Редкие враги появлялись — и мгновенно уничтожались.       Мастер-Чиф сделал остановку, когда на датчике движения вспыхнули жёлтые точки. Через секунды в коридор ворвался ультра ’Харум с несколькими рейнджерами.       — Адмирал? — быстро спросил он, сокращая расстояние.       — Да, — ответил Чиф. ’Харум приказал остальным из копья, кроме двух рейнджеров, помочь Ригару на точке высадки, и занял место в хвосте строя.       Они ненадолго остановились у входа к лестнице, ведущий вниз, в лаборатории. Чиф напомнил группе, чего ждать:       — Пятьдесят гетов, один прайм. Двадцать налётчиков, две баньши.       Тали сунула три дуговые гранаты Веге, затем перекатала парочку таких же гранат между пальцами.       — Это собьёт гетов с толку и снимет щиты налётчикам.       — Баньши мои, — сказал ’Харум, сжимая меч флотоводца ’Вадума.       — Возьму прайма, — добавил Фред. Никто не возразил против идеи оставить спартанца-II один на один с тяжёлой боевой машиной гетов.       Шепард посмотрел на Чифа:       — Мы с Лиарой обездвижим налётчиков — и Зен.       — Мы с 087 всё подчистим, — сказал Чиф. План готов — они спустились по лестнице.

***

      — Десантные капсулы! — крикнула Линда, указывая вверх на полосы входящих капсул Жнецов, падающих сквозь тьму к базе.       — Чёрт, — выругался Гаррус, отрываясь от прицела «богомола-X». — Тяжёлые корабли поблизости.       Линда уже докладывала по связи:       — Всем группам, внимание: десантные капсулы Жнецов приближаются к нашим позициям.       Голос СУЗИ последовал сразу за её сообщением — и новости были ещё хуже:       — Десять Жнецов и сорок тяжёлых кораблей гетов сходят с орбиты в нашем направлении.       — Коммандер, пора заканчивать, — сказала Линда в личный канал Шепарду.       — Принято. Продвигаемся к цели.       Кружа над комплексом, «Нормандия» сбила в воздухе столько капсул, сколько успела — синие лазеры системы ПОИСК били сквозь темноту Ранноха, как молнии. Но более двух десятков капсул всё равно прорвались, и большинство из них шло прямо на западный склон. Линда сменила «Норнфанг» на БВ55, Гаррус достал свой M-7 «Наёмник».       Земля задрожала от ударов капсул Жнецов — три врезались в сотне метров от позиции. Хаски, каннибалы и налётчики хлынули из капсул, «Архангел» открыл огонь из винтовок, разрывая мягкую плоть и сбивая кинетические барьеры. Два снайпера работали по целям как циркулярные пилы, но Гаррус видел: всё больше пехоты ползло по западному склону — и риск быть просто затоптанными становился критическим.       — Нам нужно убираться отсюда! — крикнул Гаррус, прижимаясь обратно в укрытие под огнём жнецов.       Линда согласилась, вызывая «Гадюку-Т»:       — «Гадюка-Т»! Нужна срочная эвакуация!       — Принято, у вас через пятнадцать секунд.       Они одновременно выскочили из укрытия, укладывая на землю ещё несколько пехотинцев Жнецов. На этот раз их загнали обратно почти сразу — шквал стрелкового огня грозил сбить щиты.       БРРРРРРРРРРТТТ.       Огонь и земля взорвались вокруг. Из стелса вынырнула «Гадюка-Т», пикируя к снайперам — 30-мм пушка и бортовые пулемёты пели свою смертельную песню. Линда первой запрыгнула в открытый отсек, протягивая руку Вакариану:       — Быстрее, генерал!       Гаррус мог бы посмеяться над этим, если бы в него не стреляли, но он схватил её руку и не отпускал, пока «пеликан» снова набирал высоту.

***

      Движения ’Харума напоминали течение реки. Он пригнулся под горизонтальным ударом первой баньши, чувствуя, как острые когти ужаса царапают шлем и бьют по щитам. Меч флотоводца Р’таса ’Вадума вспыхнул, отсекая руку врага у плеча.       Воздух за спиной дрогнул — вторая баньши пыталась ударить его со спины после биотического рывка. Всё ещё низко присев, он выбросил ногу назад, выбивая баньши ноги. ’Харум развернулся, вытянул раскалённое плазменное лезвие и позволил баньши упасть прямо на него и рассечься надвое.       Он перекатился в сторону, заранее ожидая атаки первой баньши, к которой только что повернулся спиной, встал через перекат и прыгнул обратно в схватку на пружинящих ногах. Баньши попыталась встретить его сверлящим ударом руки, но ’Харум просто поставил клинок плашмя — и её атакующая конечность сама распалась на куски от соприкосновения с перегретой энергией.       Ультра шагнул вперёд, быстро описав мечом крест, и баньши развалилась на четыре мгновенно прижжённых куска. Он отступил, резко подняв голову и оглядывая лабораторию. Вдруг стало очень тихо — только звук обезглавленного гета-прайма, падающего на пол, схлопывающиеся биотические сингулярности и перезарядка оружия команды Шепарда.       Пехота гетов и налётчики Жнецов лежали по всей комнате — яростная скоординированная атака группы не оставила им шанса. ’Харум увидел адмирала Зен — она стояла неподвижно, запертая в биотическом стазисе Шепарда. Мандибулы его вспыхнули от ярости — это она виновна в смерти его флотоводца. Будь его воля — он шагнул бы прямо к ней и вогнал меч ’Вадума глубоко в грудь.       Все слышали доклад «Архангела» и СУЗИ: Жнецы и новоприбывшие геты идут за ними, нужно эвакуироваться.       — Всем наверх. Джокер спускается, грузим всех и валим отсюда к чёртовой матери, — сказал Шепард, бросив Тали пару наручников и снимая стазис с Зен — она была безоружна.       ’Харум кивнул двум рейнджерам следовать за Синей командой и Вегой к «Нормандии», и уже собрался идти сам, когда взгляд упал на огромное устройство Жнецов в дальнем конце комнаты. Не зная почему, он пошёл к нему — необъяснимое предчувствие говорило, что это важно.       Позади послышался голос адмирала Зен:       — Тали’Зора, ты совершаешь роковую ошибку. Я близко, очень близко.       — Близко к чему? К убийству ещё большего числа наших?       — Конечно. Конечно, ты не поймёшь. Только я понимаю — только я могу спасти наш народ!       — Становясь рабыней Жнецов?       — Это вы рабы! Я — ценный актив! Я отдам им гетов, а взамен они обещали вернуть наш мир!       — Зен… ты индоктринирована… Жнецы лгут. Они просто используют тебя!       Разговор звучал фоном для ’Харума. Он сосредоточился на устройстве Жнецов — цилиндрическом, больше десяти метров в ширину и двадцати в высоту. Ни терминалов, ни видимого управления, но его внезапно охватило непреодолимое желание вонзить меч — и он вонзил.       Цилиндр застонал, заискрился красными разрядами. Вдруг верхняя половина отъехала — внутри пустота… и что-то ещё.       Гет. Платформа, похожая на десятки, которых он убивал в бою, но подвешенная на тросах и проводах. У гета отсутствовал большой кусок груди, и — любопытно для ’Харума — на правом наплечнике была та же красная полоса, что и у коммандера Шепарда…       Голова гета дёрнулась к ’Харуму, осмотрела его, потом посмотрела дальше в комнату.       — Шепард-коммандер! Помогите нам!       Шепард мгновенно оказался рядом.       — Легион?!       — Вы знаете этого гета? — спросил ’Харум, прищурившись.       — Да! — ответил Шепард, ища способ вытащить гета. — Он раньше сражался в моей команде… он на нашей стороне.       — Шепард-коммандер, — настаивал Легион, — Жнецы и геты-еретики сходятся на эту позицию. Нужно эвакуироваться.       Шепард нашёл то, чего не увидел ’Харум, и выстрелил из «Преследователя» — провода и тросы резко отсоединились. Гет вывалился из цилиндра вперёд и рухнул бы на пол, если бы Шепард не поймал его биотикой.       — Пошли, уходим. Вопросы подождут, ’Харум, давай!       Он передал Легиона ’Харуму, и тот подхватил ещё слабо держащегося на ногах гета одной рукой.       — Тали? Что ты делаешь?

***

      Тали отшвырнула наручники в сторону.       — Тали? Что ты делаешь? — спросил Шепард с другого конца комнаты.       Она не ответила, целясь из «Палача» прямо в грудь адмирала Зен. Ничто не желалось ей сильнее, чем нажать спуск — отомстить за предательство Зен и принести справедливость тысячам погибших по её вине.       — Я требую суда, — сказала Зен, глядя в ствол пистолета Тали. — Флот должен услышать о знаниях, которые я добыла, преимуществах, которые я могу дать.       — Ты не имеешь права снова ступить на кварианский корабль! — прошипела Тали.       — Тали, опусти оружие, — снова сказал Шепард, быстро подходя к ней. — Нам пора уходить.       — Я сдаюсь. Ты выстрелишь в беззащитного, безоружного пленного, Тали’Зора? — Зен отступила шаг назад, медленно поднимая руки. — Слушай своего коммандера.       — Заткнись! — Зрение Тали сузилось на Зен, тьма затянула края. Она слышала лишь собственное тяжёлое дыхание, бой наверху и ядовитые слова Зен стали далёким шёпотом. Рука дрожала — всё тело тряслось от боли, грусти и ярости.       — Ты не такая. — Шепард накрыл ладонью её «палач», медленно опуская ствол вниз.       — Она зашла слишком далеко, Шепард, — голос Тали надломился от давления. — Слишком далеко.       — Ты не такая, — мягко повторил Шепард. — Возвращайся на «Нормандию». Иди.       Тали позволила Шепарду твёрдой, но нежной рукой развернуть себя к выходу, ноги зашагали механически — разум выносил тело из комнаты без участия сознания. Она прошла мимо ’Харума с Легионом без реакции, будто даже не видела единственного гета, с которым когда-либо сражалась плечом к плечу.       Шепард встретился взглядом с ’Харумом. Ни слова, ни жестов — но оба мгновенно поняли друг друга. Сангхейли последовал за Тали, уводя Легиона — тот всё ещё едва держался после того, что перенёс внутри устройства Жнецов.       Шепард подождал несколько секунд, прежде чем повернуться к Зен.       — Коммандер Шепард, — начала она, опуская руки. — Вы всегда были разумны. Вы, как никто другой, можете понять, почему я…       Он смотрел на неё сверху вниз, абсолютно неподвижный, игнорируя каждое слово. В его следующих словах звучала сталь — холодная, окончательная, бесповоротная.       — А я — именно такой.       Быстрым, отточенным движением он выхватил тяжёлый пистолет M-77 «Паладин» с бедра, навёл и выстрелил Зен прямо в визор. Она рухнула бесформенной кучей среди мёртвых гетов, над которыми проводила эксперименты, кровь ручьями стекала из входного и выходного отверстий в её черепе.       — Флотоводец Р’тас ’Вадум передаёт привет, — сказал Шепард, поворачиваясь и следуя за своей командой обратно на «Нормандию» — и с Ранноха навсегда.