Предназначение

Яркий лук из красного дерева с вырезанными на нем узорами словно светился в лучах солнца, когда крыло павлина протянуло его вперед. — Он будет твоим, если пожелаешь. Тишина повисла в воздухе. Лук отразился в больших черных зрачках, когда ресницы захлопали. Улыбка и блеск белоснежных клыков, виляющий хвост. — Да, да это именно то, что я хотела! Лук очень скоро оказался в белоснежных пушистых лапах. Пухлые с длинными когтями пальцы ощупывали основание и тетиву. — Спасибо! Она прижалась к сыну правителя всем телом, виляя хвостом.

***

Глаза павлина раскрылись и вновь вместо светлой улицы он увидел унылый ночной пейзаж: Луну, что безмолвно парила в пустом небе, город и дома с огоньками света внутри. Нет, не пейзаж был унылым, а он. Один в своей башне, даже слуги боялись подходить близко к захватчику, а его воспоминания... Словно растворились в годах одиночества и попыток мести. Все что он помнил о годах во дворце было смутным и неточным, но вещунья... словно помогала ему вспомнить. И все же его сердце стучало необыкновенно сильно. Сегодня он узнает то, о чем лишь грезил многие годы. Поэтому лишь заслышав стражу, идущую по лестнице, он выпрямил спину и расслабил лицо, стараясь скрыть волнение. И вот ее привели, но павлин больше не был зол. Лишь сжимая в крыльях камни, вплетенные в ожерелье, он пытался разжечь в себе уверенность и ненависть для допроса, скрывая настоящие эмоции. — Доброй ночи, лорд Шэнь. — И тебе доброй ночи... Вещунья — он улыбнулся, натянуто изображая свое прежнее лицемерие. Она заметила. Легкая, словно издевательская улыбка появилась на ее лице, когда она прищурила один глаз. — То ты прогоняешь меня, не желая слушать, то будишь посреди ночи, чтоб продолжить рассказ. Сложно определиться? — Таковы обстоятельства и тебе стоит привыкнуть. — Привыкнуть? — она мягко засмеялась. — Я постоянно к чему то привыкаю. К жизни во дворце, к скитаниям и смене властей. Мне просто казалось у тебя дела, например ответить на письмо друга. — Друга... — он словно усмехнулся. — Нашлись и поважнее... но мы обсудим это наедине. — Вот как. Переглянувшись вся прислуга ушла, оставляя тронный зал пустовать. Бросая усталый взгляд на лестницу, Шэнь повернулся спиной к вещунье. В красных глазах вновь отразился бескрайний океан. — Я желаю знать правду, ничего больше. Ты достаточно время потянула своими пересказами, мне они без надобности. Теперь мне нужен ответ лишь на один вопрос. — крыло поднялось, камни зазвенели, сверкая в свете ламп. — Откуда это в моих покоях? — Он обернулся, камни, подобно струйкам воды стекали вниз по его крылу. — Кто это принес? Долго глядя на украшение, коза прикрыла один глаз. Протягивая лапы к украшению, она задумчиво потерла бородку. — Очевидно что ты. Нервно моргая он дернул головой в сторону, вздыхая. — Нет, кто принес это в мои покои? — он нахмурился. — Неужели не ясно? — возмущенно отметил он. Она подняла взгляд. В свете ламп ее радужка заиграла золотистым отливом. Со спокойствием на лице она ответила: — Она сама принесла это к тебе. — Чанджи? Это немыслимо... как? Зачем?! — Ты желал лишь ответа на вопрос. Не более. Я дала ответ или он не достаточно четок для тебя? — Мне просто нужно знать ряд вещей, для этого не нужно по сто раз вспоминать прошлое. — И что же ты желаешь знать? — Кто и когда принес ожерелье в мои покои? Зачем? Где тело Чанджи? Как... — он замер, осознавая, что другие его вопросы не вяжутся между собой. То, что желал узнать лорд было за гранью вообразимого. Он не мог открыться, не так просто. — Ожерелье принесла Чанджи прямо перед бойней, что ты устроил в деревне панд. Зачем? Даже я не знаю ответа на этот вопрос. Что касается ее тела... ты сам знаешь где искать. На том все, я сказала, что ты просил. — Тихо склоняя голову в коротком поклоне, она побрела к лестнице. Он замер, потрясенный и обескураженный четкостью ответа. Но это не помогло, вопросов стало только больше. Подобно рою пчел вопросы загудели в его сознании, сами глаза лорда забегали. — Стой — его голос был решителен. — Никаких больше вопросов и прерываний. Расскажи мне все, я готов. — Хорошо, следуй за мной.

***

Паланкин. Огромный, украшенный красным шелком и золотом, он возвышался над всеми присутствующими. Изготовлен по последним чертежам, велением правителя. Держать его должны были четыре волка. Поднимаясь наверх, юный лорд уселся с краю, на мягкий под, протягивая руку Чанджи и Лиангу. — Давайте ко мне! — он улыбнулся. — Уже не терпится поехать. Прижимая уши к голове, Ли вопросительно взглянул на него. — Я думал мы пешком — глядя, как Чанджи занимает место он не дрогнул. — Все же должно было быть "по обычному". Ты хотел видеть город таким, каким вижу его я. — Хотел, но отец думает иначе. Тем более, тут мягко, есть чай и занавески полупрозрачные! Залезай и не придумывай! Вздыхая, Лианг поднялся вверх. Внезапно острие гуань-дао перекрыло его путь. Стража смотрела на него со всей серьезностью. — Забываешься. Стража не имеет право путешествовать в паланкине правителя. — Я даю разрешение — Шэнь нахмурился. — Пропустите его. — Никак нет, приказ правителя. Натянуто улыбаясь Лианг пожал плечами, спускаясь вниз. — Приказ есть приказ, надо выполнять. — Ни Ли, я могу это оспорить. — Не надо. Мы так весь праздник пропустим. Я буду рядом, как и всегда, не впервой — он улыбнулся и лишь эта улыбка убедила лорда согласиться, но никак не забыть претензию. — Вперед. Шторы опустились, скрывая за собой правителя и его живую игрушку, движение началось. Сквозь полупрозрачные шторы паланкина медленно замелькали пейзажи. Юный лорд потянулся к чайнику, что стоял в центре на подставке, проверяя его температуру. — Еще горячий. Будешь? Прямая как струна Чанджи словно выгнулась еще сильнее, когда она оглянулась на Шэня, с трудом открывая взгляд от улицы. — А он не разольется? Сейчас немного трясет. — Ты скоро привыкнешь к этой тряске — с улыбкой лорд налил чашечку. — Но эти слуги обучены нести аккуратно. Смотри — протягивая чашку, он показал лишь слегка двигающуюся рябь на чае. — Видишь? Возьми. Стоило напитку оказаться у волчицы, как яркий аромат цитрусовых и корицы ударил ей в нос. Слегка морщась она вспомнила напитки ее стаи, что пахли намного ярче. Улыбаясь, павлин взял себе еще чашечку, и поднес ее к клюву, изящно выпивая как вдруг заметил раскрывающуюся пасть волчицы и длинный розовый язык. Он быстро опускался к напитку, затем поднимаясь вверх, она пила как дикая, слегка разбрызгивая чай. Юноша замер и замолчал, удивленно глядя на нее. Впервые он видел волка который при нем пьет так. Внезапно она замерла, ее уши поднялись вверх, а взгляд оторвался от земли. Поднимая голову и быстро облизываясь, она взглянула на идущего чуть поодаль Лианга, который показывал жестами как правильно пить. Замерев, она широко раскрыла глаза в волнении и как ни в чем ни бывало сделала глоток нормально. Внезапно заскулив от температуры, она обиженно взглянула на Ли, который показал ей, что нужно подождать. Чашечка отказалась на блюдце и казалось бы, вопрос решен, но она заметила недоумевающий взгляд павлина. Глупо улыбаясь ему, она прижала уши к голове. — Простите. Сзади одобрительно кивнул Лианг. — Может не так официально, раз уж мы наедине? — Прости, Шэнь. — Страже запрещено слушать или влезать в разговоры такого рода, да и поездка обещает быть долгой. Словно опомнившись, она оглянулась вокруг. Дома, подобные произведениям искусства окружали ее, а на улице среди прохожих она видела кроликов, свиней, овец и многих тех, кого видела лишь изредка во дворце. Ее уши поднялись, когда новые запахи доносились от открытых прилавков с овощами и фруктами. Вокруг, прямо мимо паланкина пробегали дети с необыкновенными игрушками в руках. Буйство красок города, его жизнь, приводило Чанджи в восторг и Шэнь видел это. — Сколько же тут всего! Неужели в одном городе? — она обернулась, слегка виляя пушистым белым хвостом. — Ты не знала, что тут есть все это? — Я не помню путь. Меня везли в темной коробке — она сказала это так легко, вновь отворачиваясь в сторону улицы. — Эта еда здесь, я и половины названий не знаю, а так хочется все попробовать! Мягкий аромат приправ проник под завес паланкина, когда с одной из сторон появилась открытая лапшичная. Среди множества кастрюль хлопотали овцы, а самый большой чан держал какой-то странный зверь. Чанджи отпрянула, стоило ее взгляду встретиться с ним. — Что это?! — взволнованно произнесла она. — Раскрашенный белый медведь? — Что? — юный лорд взглянул на добродушного толстячка-панду, с улыбкой он ответил: — Это панда — помахав ему крылом, Шэнь улыбнулся. — У нас был повар панда, они очень спокойные и вкусно готовят. Давай, поздоровайся. Неуверенно, она помахала панде, в ответ тот улыбнулся и сделал тоже самое. Смеясь, Чанджи взглянула на лорда с энтузиазмом. — Мне нравятся! А кто еще тут живет? — Город имеет довольно разношерстное население, тут проживают почти все возможные виды. Они расселены, чаще всего, по кварталам. Ближе ко дворцу живут волки и павлины, чуть дальше копытные, у реки крокодилы и прочие любители поплавать, а в самих лесах недалеко от города живут панды. Чем дольше длился диалог, тем меньше Лианг с обратной стороны паланкина слушал. Все чаще он улавливал чей-то взгляд на своем затылке. Солнце было в зените и именно тогда улицу покрывали тени навесных фонариков. Один, но среди толпы он оглядывался, время от времени слушая беззаботный смех Чанджи. Они были уже блески, когда он, обернувшись, заметил в тенях кошку. Тень и зеленые глаза мелькнули на секунду, скрываясь в толпе. Галлюцинации от долгого нахождения под солнцем или же реальность? Так или иначе он был всегда на готове. Изящные ножки паланкина опустились к земле, шторки сдвинулись, на украшенную улицу вышагнул павлин. Безмятежно улыбаясь и потягиваясь после легкого отдыха, он взглянул на взволнованного друга и сразу изменился в лице. — Боже мой, Ли... что случилось? На тебе лица нет. Не желая портить долгожданный праздник, волк облизал губы. Возможно обезвоживание дало о себе знать. — Мне просто пить хочется. — Почему не сказал? Я бы налил тебе чаю — оглядываясь на антилопу-слугу Шэнь нетерпеливо добавил. — Неплохо бы достать воды. Низкий поклон и напиток, в причудливой чашке с изображениями волков, уже был у Лианга. Приподнимая бровь, делая глоток волк посмотрел на бегущих воинов-волков изображенных на чашке. — Что это? А как же ваш девиз "павлины на всем, даже на двери в ванную?" — усмехнулся волк. — Новый сервиз отца. Мне он тоже нравиться — ответил он слегка безучастно. — Ты допил? Эй, антилопа. Да, ты, иди сюда и положи на место. — Да что такое с тобой сегодня? — волк помотал головой в непонимании. — Почему ты разговариваешь со всеми как с прислугой? — Это и есть прислуга — усмехнулся лорд, разворачиваясь спиной. — Да и иногда они забываются, что подчиняться должны не только мне. Или тебе их жаль? — Мы долго еще? — Чанджи приподняла ухо, подходя ближе. — Нет, цветочек, сейчас идем. Взгляд красных глаз волка забегал с Шэня на Чанджи. — Так ты перед Чанджи выделываешься? — Что? — его голос вздрогнул в страхе раскрытия, но быстро взяв контроль над собой он с улыбкой усмехнулся. — Да что ты такое несешь? — Бросая быстрый взгляд на Чанджи, павлин подошел почти в плотную и тихо добавил: — Хорошо. Прости. Просто я в предвкушении, мы впервые говорили так долго! Конечно, для вас такое общение нормально, но у меня такого не было годами! — Я... рад за тебя, наверное — Лианг выгнул бровь. — Только больше без этого. — Хорошо, идем?

***

Тот самый переулок, годы спустя изменился кардинально. Фонари мягким светом освещали улицу заполненную волками, местных жителей почти не было видно, лишь одни лавочники. — Ты привела меня сюда... — прошептал лорд не отрывая взгляда от улицы. — Подумать только, я и позабыл дорогу сюда за все эти годы. — Почему бы не обновить воспоминания? — вещунья улыбнулась, проходя вперед. Проходя мимо лавок юный лорд вспоминал детство. Многие лица были ему знакомы, других он не знал вовсе, но объединял их лишь один общий момент— взгляд полный ужаса, но павлин не замечал этого. — Здесь продавали закуски, а здесь шелка и украшения — указывая крылом из стороны в сторону, он наконец замер перед большим прилавком. — А здесь....

***

Серебряные серьги блестели в лучах солнца на больших волчьих ушах. Громко смеясь и держа зеркало, Чанджи трогала их лапами. — Мне идет? — она обернулась к друзьям. — Абсолютно — прикрыв глаза, Шэнь вздохнул. — Неа — равнодушно ответил Лианг, смотря на землю под лапами. Уже через мгновенье на голове красуется огромный рогатый шлем. — А это? — Да! — ухмыльнулся волк, сверкая глазами. — Никак нет... — Шэнь покачал головой. —Это? — в ее лапах сверкнул кинжал. — Нет! — оба ответили в один голос. — А что тогда? — отворачиваясь и ища что-то у других лавочников она оставила друзей позади. — Зачем мы сюда пришли? — Шэнь вздохнул. — Это ты мне скажи! — шепнул недовольный волк. — Я выбрал себе семь слитков добротной стали и теперь моя рука отваливается. — Я выбрал отрез шелка, но понимаю тебя. — Может махнемся? — засмеялся Ли. — Мне кажется это на долго. — Подожди... а где...? Оглядываясь в поисках Чанджи они прошли дальше через оживленную улицу. Шэнь заметно обеспокоился, а Лианг насторожился. Они звали ее не прекращая, с каждой минутой понимая, что случилось что-то страшное. Шэнь готовился позвать стражу как вдруг он столкнулся с ней. — Чанджи! Где ты была? — он обеспокоенно взглянул на нее. — А? — переводя взгляд с прилавка, она наклонила голову. — Что "А"? Отзываться надо! — нахмурился Лианг. — Что ты тут стоишь? — Ничего, просто... Голоса на фоне замолкли для Шэня, когда он задал себе вопрос: "почему она не отвечала?" ответ не заставил себя долго ждать. Лук из красного дерева лежал на прилавке идущий в комплекте с украшенным золотым драконом колчаном. Он был прекрасен, увит резными узорами, а его металлические детали сверкали на солнце. Лишь бросив взгляд на него павлин осознал, что нужно сделать.

***

— Я купил ей лук... — его рука коснулась пустующего прилавка, тишина повисла в воздухе мертвым грузом. — Направил ее тогда... Промолчи я... она была бы здесь. Краски прекрасной юности стерлись с его глаз и он увидел перед собой лишь испуганного продавца. Обычная овечка, как та, что продала ему тот лук, может это и есть она, но теперь все другое. Он видел в ее глазах свое отражение: несчастный мужчина в полных ужаса глазах овечки. Все здесь знали его, все смотрели на него, но не как на чудного наследника. А как на захватчика, тирана. Холод укутал его подобно ханьфу, его брови приподнялись в безмолвном отрицании. — Ничего бы это не поменяло. Такова ее роль в судьбе, также как и твоя. — Моя роль..? — впервые за столько лет он не знал, что и сказать. — И ты ее выполнишь. — Но... я не понимаю. — Идем, сон и время лечит любые раны.