Возвращение в плен

Приготовления шли полным ходом, толпы слуг шныряли кто куда, создавая хаос.       Элиас уже несколько часов находился в полном недоумении. К чему такому готовятся все эти люди и зачем им он?       Небо раскраснелось закатом.       Полуэльфа уже вымыли дочиста, добавив в воду разнообразные приятно пахнущие масла. Вначале он сопротивлялся снимать перед слугами всю одежду, но когда женщины заумоляли его «не сносить нам головы, дорогой, если мы не выполним приказ его высочества», он сдался.       Позже ему принесли новую рубашку из чёрного шелка и кожаные штаны, похожие на те, что он уже видел на короле. Наверняка это одежда соответствующая нынешней моде в этих краях.       Напоследок Элиаса расчесали и слегка завили длинные достигающие пояса волосы. И без того недурной внешности полуэльф сейчас казался и вовсе ослепительным. Служанки ненароком загляделись, а, может, и начали немного понимать короля. Этот мужчина по красоте и утончённости теперь не уступал ни одной госпоже королевского гарема, уж больно привлекателен, хоть сам и не осознавал этого.       Элиас тем временем терялся в догадках, что же происходит? Сначала пытки, затем это. Он не хотел разбираться во всех этих играх. Главной целью сейчас было сбежать отсюда и вернуться в Ирридиан. Он постоянно думал о том, в порядке ли учитель и Ливиа.       Происходящее сейчас не фигурировало в повторяющихся видениях Элиаса, но привычная жизнь уже оказалась нарушенной, ведь началась война. Это означало, что ничего как раньше уже не будет. Больше ждать нельзя, нужно выяснить, что происходит и узнать, как вернуть мир долине. Элиас был полон решимости приложить все усилия ради благополучия невинных существ, попавших в эти, пока неясно зачем начавшиеся разборки между Энгардой и Ирридианом. Энгарду полуэльф узнал по гербам, развешанным по всему дворцу. Пока его вели по коридору, он насчитал их около девяти штук.       — Дальше сами, господин! — главная рыжеволосая служанка поклонилась и указала на двери из резного красного дерева с золотыми ручками в форме плюща. Элиас криво поморщился. И когда это он успел стать «господином»? Возникло очень плохое предчувствие.       Толкнув дверь, Элиас попытался более решительно войти, но в тот же миг застыл под устремлённым на него взглядом медово-красных глаз. Он почувствовал себя жертвой, на которую вот-вот набросится хищник. Страх окутал с ног до головы.       Выпрямившись во весь рост, Хаук стоял в метре от вошедшего. Элиас лишь сейчас осознал их разницу. Ведь подойди он к мужчине со своим ростом, то едва бы достиг его груди. Дверь за спиной вошедшего захлопнулась, перекрыв путь к отступлению, хотя о каком отступлении могла идти речь, если коридоры дворца полны стражи.       — Я до сих пор не знаю твоего имени, — король парой шагов сократил между ними дистанцию, встав почти вплотную к своему гостю, и почувствовал от своего пленника тонкий аромат полевых цветов. Это навеяло ему воспоминания о беззаботных детских деньках, когда он сбегал из дворца, чтобы прогуляться в одиночестве.       Комната показалась полуэльфу очень тёмной. Лишь несколько свечей давали лёгкий блик теней в разные стороны, но он уже заметил, что они находятся в спальне. Главным доказательством являлась огромная кровать в центре комнаты, со стоек которой свисал балдахин из красного бархата. У прикроватного столика стоял наполовину отпитый бокал вина.       Вопрос повелителя остался проигнорирован, на что тот со вздохом сжал кулаки — он пытался по-хорошему.       — Я спросил твоё имя! — он не кричал, лишь повысил свой без того низкий, властный тон. Впервые за долгое время королю действительно приходилось повторять что-то дважды. Его гость тут же вздрогнул и опустил голову ещё ниже.       — Элиас, — нехотя пробубнил он почти шёпотом. Пленник старался не показывать подступивший страх, но его порядком раздражали приказы от обычного человека.       — Элиас! — Хаук повторил его имя, растягивая каждый звук, наслаждаясь тем, что диалог наконец пошёл на лад.       С момента, как Элиас вошёл в покои короля, он так ни разу и не поднял взгляда, мысленно метаясь в попытках придумать, как бы отсюда сбежать. Всё естество шептало, что стоит немедленно покинуть это место, но застыв как загнанная жертва, юноша не мог пошевелить ни единой частью своего тела.       Хаук остался недоволен тем, что вошедший так ни разу и не взглянул на него, поэтому, взяв всё в свои руки, потянулся к его щеке. Громкий шлепок эхом отдался по тёмной комнате. Рука Хаука была бесцеремонно отброшена, но желаемое он получил. Элиас наконец собрал всё своë мужество и поднял на него взгляд золотистых глаз, полных решимости. Хаук раззадорился. Такой взгляд ему нравился больше, нежели испуганный и подчиняющийся. Король вновь протянул руку к лицу своей жертвы. Элиас отскочил и, собрав немного сил, попытался воспользоваться одним из заученных атакующих заклинаний. С его умениями любое магическое действие выходило довольно слабым, но выиграть время он вполне бы смог. К его удивлению атака не сработала. Вообще. Заметив эмоцию гостя, Хаук объяснил:       — Браслет на моей руке блокирует любые магические атаки, но пока это работает только на эльфов, а ты человек, — король нахмурился. Что-то не сходилось.       — Я не человек! — впервые за всё время на лицо Элиаса вылилось столько агрессии, что в порыве чувств голова темноволосого качнулась, оголив эльфийские уши.       Элиас искренне ненавидел людей. Его мать была эльфийкой, изнасилованной человеком. Позже им же и убитая.       — Интересно. Так ты полукровка, — уши полуэльфа выглядели такими изящными и аккуратными, что Хаук невольно провёл по ним рукой, на что Элиас ожидаемо одёрнулся, после плюнув мужчине в лицо.       — Ну всё, куколка, — терпение Хаука закончилось. Протерев щёку тыльной стороной ладони, он закинул сопротивляющегося полуэльфа на плечо и, дойдя до постели, рывком скинул на неё. От удара у Элиаса искры из глаз посыпались, настолько резко всё это случилось, он даже понять ничего не успел. Стражники за дверями слышали весь этот шум и молча переглянулись, посочувствовав вошедшему парню. Зная суровый нрав их господина, мальчишке точно не стоило того злить.       — Нет! Пожалуйста! — всхлипывая, крикнул Элиас, когда мужчина задрал ему рубашку. Кажется, пленник начал понимать, зачем он здесь. Король впервые лёг в постель с мужчиной. Было непривычно видеть эту плоскую грудь, но кожа юноши оказалась такой мягкой, бархатной и так приятно пахла, что, впрочем, заводило не меньше любой пышногрудой красотки. Склонившись над испуганным лицом своей жертвы, Хаук накрыл его нежные губы властным поцелуем. «И правда, ничем не хуже женщин», — подумал король. Он страшно обрадовался тому, что смог вызвать на лице своего пленника новые для взора эмоции. Мужчина приходил в неописуемый восторг каждый раз, когда выходило сломить чью-то волю, вызвать страх, отчаяние.       Ощущение чужого языка с привкусом табака во рту казалось отвратительным для Элиаса, это ведь был его первый поцелуй, который он, к сожалению, никогда уже не забудет. Приятный аромат постельного белья и мягкие перины — лишь это сглаживало тот дальнейший ужас, что с ним творился.       Искусав тонкую шею, руки короля бродили по животу и груди мальчишки, жадно поглаживая талию, переходя к бёдрам.       — Прекратите! — всхлипывая, застонал Элиас.       — Я только начал! — король резко повернул Элиаса на живот и, приподняв одной рукой, заставил прогнуться в пояснице.       Одним рывком он стянул с него штаны, небрежно бросив куда-то на пол. Спустя миг Элиас ощутил, как мужчина прижался пахом ему меж ягодиц. Даже через одежду короля полуэльф ощутил его возбуждение и немалые размеры. Нисколько не церемонясь, мужчина практически сразу вошёл в узкий проход парня. Элиасу ещё никогда не приходилось испытывать такую сильную, жгучую боль, он почувствовал, как нечто горячее разлилось по чреслам. Что-то явно шло не так, разве должна быть кровь?       Его вскрик пронёсся по всему коридору, стража вновь переглянулась, предполагая, что ожидало мальчишку дальше. Мужской силы у короля было хоть отбавляй, он мог брать своего партнёра сутки напролëт без капли усталости. Следующие несколько дней король почти без перерывов насиловал обессиленного полуэльфа, остановившись лишь тогда, когда тот окончательно потерял сознание.       Многого Хаук не ждал, но его более чем удовлетворил секс с мужчиной. Ранее он думал о такого рода отношениях, как о чём-то далëком для себя, хоть никогда и не презирал подобное открыто, ему скорее было всё равно.       Давно король не ощущал такого морального и физического удовлетворения. Ломая кого-либо, он всегда испытывал неподдельное удовольствие. Глядя на то, как сильная воля рушилась, постепенно сменяясь смирением.       Элиас лежал без сознания уже два дня.       Хаук, поняв, что перестарался, переоценив хрупкое тело парня, вынужден был вызвать лекаря.       — Когда он придёт в сознание?       — Повелитель, этот юноша сильно истощён… Нужна неделя покоя.       Лекарь не стал описывать, какое именно место получило больше всего ран.       — Чтобы завтра же он был как новенький! — король сам не понимал, почему его так раздражала вся эта ситуация. Перечить ему никто не стал. Лишь отвесив поклон, лекарь и его помощница принялись готовить отвар восстанавливающих трав и мазь.       Лекарь искренне жалел юношу, зная, что такими темпами он долго не протянет. Его тело являлось очень слабым даже по человеческим меркам, эльфийская кровь будто сыграла с ним злую шутку, не принеся организму ни грамма преимуществ.       — Проживи сколько господь отведёт, — вздохнул пожилой мужчина, нанося готовую мазь на израненные части тела. Помимо окровавленных чресел, на юноше имелось также много гематом, укусов и каким-то образом было сломано правое запястье.       Следующие полгода казались Элиасу страшным длинным сном. Он уже не различал ни день, ни ночь.       Король брал его бесчисленное количество раз, и бесчисленное же количество раз юноша терял сознание от боли, ненавидел всем своим существом эту комнату, эту кровать и этого мужчину. Не обращая никакого внимания на предыдущие увечья, король с удовольствием добавлял и другие. На теле Элиаса не осталось ни одного живого места.       Из-за постоянного сопротивления руки, ноги, шея, ребра покрылись синяками и кровоподтёками. Один раз юноша умудрился сломать ребро. И откуда у него взялось столько рвения и сил сопротивляться?       Временами Элиас даже находил возможность кусать мужчину, будто в отместку оставляя раны и на его теле.       — Продолжай, это лишь больше заводит меня! — ухмыляясь, рычал король в подобные моменты.       Конец никогда не менялся. Парень падал без сознания, оставаясь лежать в собственной крови, слезах и семени короля.       Хаук поселил Элиаса в своих покоях, что ранее было ему несвойственно. Он всегда ненавидел делить с кем-либо своё личное пространство. Переспавшие с ним наложницы после секса сразу отправлялись к себе.       Разлепив опухшие веки, парень уставился в потолок. Какое-то время назад он вскакивал и пугался, в последние же недели он просто вот так вот лежал, смотря в никуда.       — У тебя такой взгляд, будто я какой-то изверг.       Элиас молчал.       — Так и будешь меня игнорировать?       Король начинал закипать, как вдруг заметил, что полуэльф почти не дышит.       — Лекаря! — крикнул он, поняв, что парень весь горит.       Лекарь осмотрел Элиаса и вздохнул. У юноши возникло воспаление нескольких органов сразу и небольшое внутреннее кровотечение, нужна была операция. От сильного стресса и бесчисленных травм его организм начал саморазрушаться. Всё-таки несколько месяцев подряд он подвергался огромному количеству изнасилований.

***

      — Хватит ходить туда-сюда, что на этот раз? — Тео уже полчаса следил взглядом за мельтешащим по залу советов Хауком.       — А что, если он умрёт?       Операция шла прямо сейчас. Итог был пока неясен, и король не мог найти себе места. Изначально он считал, что если с мальчишкой что-то и случится, то так тому и быть, не страшно, но когда появился риск по-настоящему его потерять, что-то внутри начало сопротивляться такому исходу.       Уйдя в зал советов, Хаук сидел там, мёртво уставившись в одну точку в стене. Пепельница возле него оказалась настолько переполненной, что воткнуть новую сигару было попросту некуда.       — Ну, умрёт, и? Дружище, у тебя в гареме первые красавицы страны, а ты? Посмотри на себя, изводишься из-за этого полукровки? Я тебя не узнаю! Когда ты последний раз посещал гарем? Пожалей своих женщин! — у Тео разболелась голова, он ума не мог приложить, почему Хаук вёл себя, как полный идиот.       И он был как никогда прав насчёт женщин короля. Поползли слухи о том, что девушки больше не нужны повелителю, и что совсем скоро гарем и вовсе распустят.       На самом деле эти слухи оказались весьма преувеличены. Хаук перестал заглядывать в гарем задолго до знакомства с Элиасом. Все женщины, что в него входили, давно ему наскучили. Они были слишком послушными и податливыми. Частично от любви к королю и его статусу, частично от страха.       Элиас же не входил ни в ту, ни в другую категорию. У юноши всё оказалось проще. Хаук ему не нравился, и он открыто это выражал. Его не останавливали ни страх, ни боль, ни что-либо ещё. С подобным король столкнулся впервые. В его жизни ещё не возникало случаев, когда кто-либо не прогнулся бы под его устои.       Опыта в том, чтобы кого-то добиться по-человечески, у Хаука также не имелось, да и зачем, если он великий повелитель, и всё само должно плыть в его руки?

***

      — Неужели я вот так вот и состарюсь здесь, дожидаясь милости его высочества?! — недовольствовала Хильда.       В дни, когда король ещё захаживал к ним, она слыла самой популярной особой в гареме. Эта юная девушка была среднего роста с аппетитными формами, очаровательным румянцем на гладких щеках и большими голубыми глазами. Сколько же мужских сердец она могла бы разбить, если бы не сидела здесь в бессмысленном ожидании его высочества.       — Ты и не дождёшься! Забыла? Последние три раза повелитель звал лишь меня, о тебе и не вспомнит, — толкнув Хильду плечом, громко стуча каблуками, прошла Элла.       По красоте обе девушки являлись прямыми противоположностями. Если Хильда была жарким летом, Элла была освежающей зимой. Волосы холодного тёмного оттенка красиво спадали на приоткрытый синим платьем высокий бюст, хитрые ореховые глаза прищуренно оглядывали соперницу. Они вечно соревновались друг с другом, и неприязнь лишь нарастала.       — Дамы-дамы! — между ними встала тëтушка Сигне. Женщине недавно исполнилось уже шестьдесят пять лет. Она перешла в управление гаремом после смерти предыдущего короля, ранее Сигне являлась одной из его наложниц.       — Вам стоит хотя бы на время объявить перемирие. Сейчас нужно думать о том, как вернуть на вас внимание его высочества!       Это было прежде всего в её интересах, так как то, что происходило сейчас, вело только к одному. К тому, что скоро король позабудет о существовании гарема, распустит его, и Сигне вышлют из дворца за ненадобностью. Женщина не хотела терять то место и власть, что сейчас находились в её руках. Слишком долгих лет жизни стоило ей нынешнее положение и она не собиралась рисковать всем этим.

***

В долине Ирридиан созвали совет для составления очередного плана по дальнейшим действиям. После нападения войск Энгарды эльфы понесли огромные потери, и советники высказывали сильное недовольство действиями нового правителя.       После предыдущего правителя Стефана Магнуса новым провозгласили Акселя Магнуса. Он был сыном Стефана, но также одним из ненавистников своего отца. А ненавидел он его за то, что тот в своё время не сберёг былое богатство Ирридиана, не сумев сохранить большую часть территории.       — Только вдумайтесь! — возмущался первый советник. — Мы потеряли около тысячи чистокровных эльфов! Их скорее всего уже обратили в рабов! Позор нам, если с этим ничего не сделать.       Упоминание того, сколько пропало полукровок, никого не интересовало.       — Но что мы можем? — задрав руку, перебил его пожилой эльф, сидящий на задней части стола. — Мы и без того не рассчитали силы, поэтому и проиграли! К чему вообще были эти необоснованные угрозы королю Энгарды? Ведь каждая шавка знает, насколько сильна боевая мощь этой страны, как нам теперь вызволить свой народ из лап жестокого короля Энгарды — Хаука Виклунда?       — Согласен, — кивнул Аксель. — План был продуман плохо, мы переоценили наши силы. Я полагал, у Ирридиана больше хороших воинов. Зато теперь мы имеем представление, на что способны войска Энгарды. Полагаю, это даже не являлось основной мощью, так как самого короля никто не наблюдал, а значит, нужно стать ещё осмотрительнее. Я планирую объединиться кое с кем ради возвращения одной из самых крупных частей долины.       — И с кем же объединяться? Из-за закрытых границ Ирридиана у нас ни с кем нет налаженных связей, — расспрашивал всё тот же пожилой эльф.       — Чуть позже я обо всём вам поведаю.       Аксель и в самом деле не ожидал, что люди окажутся так сильны. Но от своего плана не отступал. Эльф давно планировал заключить сделку с одним могущественным демоном. В действительности мало кто бы пошёл на столь рискованный шаг, любой знал, что подобного рода сделки для того, кто их заключал, ничем хорошим не заканчивались, но жажда мужчины вернуть эльфам прежний статус величия оставалась слишком сильна.