Луч солнца

Отряд был собран буквально в тот же вечер. Двадцать молодых адептов стояли на площади и внимательно смотрели на Вэнь Сюя, пока тот объяснял им их задачу, не вдаваясь в детали, конечно же. Большинство из адептов костями лягут на защиту своего ордена, но разве пойдут они на это, когда им приказывает сын главы ордена? Теперь дело осталось за малым, в кратчайшие сроки по приказу отца солдаты должны быть готовы к любой ситуации. Поэтому началась пора интенсивных тренировок. Жохань считал уровень подготовки старшего сына достаточным для того, чтобы молодой господин сам мог заниматься тренировкой подконтрольных ему людей, лишь иногда навещая Сюя и внося незначительные, по его мнению, корректировки. Что же на счёт Хуа? Юноша затаил обиду на своего друга, погружаясь полностью в тренировки и свою привычную рутину. Минчжу от этого было не легче. Младший искренне не понимал, что же он сделал не так, что его лучший друг отстранился от него и чуть ли не ушёл в затворничество. Каждый раз, стоило молодому человеку оказаться в поле зрения блондина, тот сразу же хмурил брови и поспешно удалялся прочь. В один день, во время очередной такой выходки, Минчжу всё же сделал над собой усилие и смог догнать старшего, хватая того за косу и резко дергая на себя. —Может быть ты со мной поговоришь и объяснишься в конце концов?! — не обращая внимания на сильную одышку выкрикнул Минчжу, хмуро глядя на Вэнь Хуа. —Что мне тебе объяснять, — юноша с лёгким прищуром смотрел младшему прямо в глаза, выдавая свое пренебрежение. —Я чем-то заслужил то, как ты начал со мной обращаться? Я искренне этого не понимаю. Если я где-то виноват, то извини, пожалуйста. Хуа тяжело вздохнул и молча направился в сторону парня, хватая того за руку и уводя в сторону. Пока юноши шли куда-то, старший все время оглядывался по сторонам, будто боялся, что их кто-то увидит и, не дай бог, последует за ними. —Если ты обиделся, потому что я увидел твои тренировки, то это очень глупо, — начал Минчжу, когда оба были на месте. — Я прекрасно знаю, на что ты способен, и хотел посмотреть на это хотя бы одним глазком. Вэнь Хуа лишь опустил голову: —Я не хотел, чтобы ты видел для чего я все это использую. Мне одновременно и стыдно и противно от себя самого из-за этого. Минчжу, я не хочу, чтобы ты это видел больше. Вокруг тебя много людей, которые являются отличными заклинателями, а, самое главное, последователи светлого пути. —Мне наплевать на остальных, мой друг – ты и никто больше, — парень присел на колени, чтобы заглянуть в глаза старшего и улыбнулся ему так ярко, что Хуа показалось, посмотри он на это лицо ещё несколько мгновений – точно ослепнет. — Ну так что, расскажешь мне зачем всё это? И Хуа рассказал про все: про ночные тренировки вместе с Учителем, про то, как Сюй собирает отряд для визита в Облачные Глубины. Большинство деталей было опущено: Хуа не желал до конца открываться Минчжу, по большей части из-за того, что не хотел заставлять его волноваться. Минчжу ведь мог как собачка увязаться за ними и погибнуть при первой же опасности. У Минчжу с души будто бы камень упал, когда он услышал всё то, что Хуа замалчивал в себе эти пару недель, и он просто слушал, слушал до последнего всё то, что рассказывал ему его друг. Порой это помогает забыть о своих проблемах и просто переключиться. —Вот видишь, теперь тебе стало легче, я прав же, да? — Минчжу встал наконец и потянул за собой юношу. — Вэнь-гэ, пойдём гулять по городу, это поможет тебе развеяться перед таким важным визитом. Заливаясь смехом, Минчжу бежал в сторону города, утягивая за собой своего друга. Заметив, что юноша начинает задыхаться и уставать, Хуа вынул из ножен меч, вставая на него и поднимая за собой младшего. —Сейчас упадёшь и всё лицо оставишь на земле, что мне потом с тобой делать, м? — Хуа посмеялся тихо и держал младшего, чтобы тот и с меча случайно не упал.

***

Прошёл уже месяц с начала тренировок отряда. С рассветом, солдаты стояли в строю во главе старшего сына Вэнь, ожидая дальнейших указаний. Кто-то разговаривал на непринуждённые темы, кто-то нервничал и пытался переварить все то, что сейчас происходит. Вэнь Хуа подошёл как раз во время. Сложив перед собой руки и поклонившись Вэнь Сюю, юноша встал чуть поодаль брюнета. —Почему же не пришёл, когда мы уже спустились на окраину Безночного города? — молодой человек явно был раздражен таким поведением приёмыша. —Разве молодой господин Вэнь не сказал мне, чтобы я не попадался ему на глаза до тех пор, пока мы не отправимся в орден Лань? — Хуа поднял взгляд в небо, приложив к губам палец, делая вид, что задумался. — Не хорошо будущему главе ордена Цишань Вэнь быть таким забывчивым. Их взгляды наконец встретились. Пугающее равнодушие молодого ученика столкнулись с тихой ненавистью старшего сына. Вэнь Сюй не удостоил младшего своим ответом. Лишь пренебрежительно фыркнув, Сюй подал сигнал, и солдаты выдвинулись из Безночного Города. Дорога проходила в относительной тишине, не считая перешептываний солдат между собой. Вэнь Хуа полностью ушёл в себя, абстрагируясь от внешнего мира. Оказавшись у стен города, отделяющих его от остальных территорий Цишань, Хуа, как и остальные солдаты, по команде встал на меч и отправился следом за Сюем. Путь до Облачных Глубин был не близким, и все это время в ушах стоял лишь гул ветра. Под ногами быстро мелькали реки, небольшие озёра, а равнины сменялись непроглядными лесами. Такая естественная красота вызывала у Хуа неподдельный восторг. Посёлок Цайи встретил солдат своей привычной суетой и криками торговцев. У Вэнь Хуа даже на несколько секунд в глазах запестрило от того, как быстро здесь всё происходит. Было бы славно, останься они незамеченными, но двадцать адептов в красных одеждах и Вэнь Сюй, которого трудно было не узнать, сильно выделялись на фоне простых торговцев и местных жителей. Надолго в посёлке задерживаться не стали, отряд степенно поднимался в горы, все ближе и ближе к Облачным глубинам. Чем выше поднимались заклинатели, тем разряженнее и холоднее становился воздух. По земле полз лёгкий туман, добавляя к прекрасным горным пейзажа лёгкое ощущение загадочности. Воистину, Вэнь Хуа казалось, что сейчас он находится в небесных чертогах небожителей. Солдатам, поднявшимся по тропинке, дорогу преградило двое адептов. Поклонившись, те в унисон произнесли: —Проход в Облачные Глубины запрещён без именной грамоты, — молодые адепты заградили проход. —Где мои манеры? — Сюй поклонился, глядя в глаза юношам, явно выражаясь всем своим видом крайнюю степень пренебрежения. — Я с визитом к главе. —Молодой господин Вэнь, — один из заклинателей в траурных одеждах пытался сгладить нарастающий конфликт. — О таких вещах предупреждают заранее и Вам в кратчайший срок бы выслали документ. Стоит ли сейчас портить себе настроение? Вы можете спуститься в город и подождать несколько дней, Орден Лань вышлет адепта, который передаст Вам грамоту… Такая наглость, по мнению Вэнь Сюя, была недопустимой. Челядь должна знать свое место. Старший сын Вэнь сделал шаг в сторону юнош в траурных одеждах, и его рука вспыхнула ярким пламенем. Вэнь Хуа впервые увидел, как кто-то использует эту технику. Парень читал про неё в трактатах, но информации о ней почти не было. Хуа знал только о том, что она передавалась от отца сыну и только по главенствующей линии. Алые языки пламени волной растеклись по телу молодого адепта, покрывая бледную кожу ожогами и волдырями. Мёртвую тишину, царившую в горах Гусу, пронзил душераздирающий, полный отчаяния вопль. —Если я говорю, что мне нужно что-то сейчас, — Сюй сцепил ладони за спиной в замок, склонившись над юношей, бессмысленно пытавшимся помочь своему товарищу, — значит, вы должны метнуться и сию же секунду предоставить мне то, что я требую. Носком ботинка тело было откинуто с дороги. Пламя лизнуло защитный барьер, огораживающий Облачные Глубины от внешнего мира и непрошеных гостей, и в тот же миг барьер одним ударом оказался разрушен. Сюй поднял руку и жестом приказал солдатам следовать за собой. «Чёртов изверг, — Хуа прикусил губу, не решаясь вмешиваться. — Весь в отца.» По дороге вглубь территорий Гусу на зданиях постепенно ставились воспламеняющиеся печати. Откажутся говорить — значит орден будет сожжен до тла. —Глава Лань, а, Глава Лань! — Сюй стоял на небольшой площади, расположившейся чуть поодаль от Ланьши. —Я спешу передать достопочтенному Цинхэн-цзюну волю своего отца! В обычно тихой обители тумана и праведности воцарился хаос. —Кто смеет нарушать тишину Облачных Глубин? — на пороге Ланьши показался мужской силуэт. —Достопочтенный Учитель Лань, — Сюй расплылся в хитрой улыбке, в глазах его заплясали недобрые искорки. — Как жаль, что в данный момент я ищу встречи не с Вами, а с Вашим братом. Мужчина смерил молодого наглеца строгим взглядом, но первый молодой господин даже не стушевался, продолжая: —Ах да, где мои манеры? — Сюй поклонился, сложив перед собой руки, при этом глядя Лань Цижэню прямо в глаза. У мужчины от такой наглости кровь закипела в жилах, а меж бровей залегла глубокая складка. —Учитель Лань, неужели мне нужно повторять несколько раз? — в голосе стали постепенно появляться нотки раздражения, а рука, которая покоилась на ножнах меча, стиснула их сильнее. Вэнь Хуа стоял чуть поодаль и безучастно наблюдал за ходом конфликта, готовясь вмешаться в тот момент, когда, как ему кажется, ситуация выйдет из под контроля. —Наглец. — Лань Цижэнь чуть вскинул голову, проводя рукой по бородке. — Явился в Облачные Глубины без приглашения и думаешь учинять здесь всё, что в голову взбредет?! —Зачем же? Я всего лишь хочу сказать пару слов, которые попросил передать мой отец, — Сюй игриво усмехнулся, облизываясь и подходя ближе. — Или же, Вы, Учитель Лань, прикажете мне играть в "кошки-мышки" и самому искать Цинхэн-цзюна? Это, конечно, интересное занятие, но у меня нет на это времени. Так что, думаю, вытравить мышку из норки будет гораздо эффективнее. С надменной улыбкой Вэнь Сюй поднял руку в воздух, готовясь активировать воспламеняющиеся печати, заблаговременно нанесённые почти на каждое здание, которое располагалось на территории Гусу. —Не смей, — запястья Сюя коснулось холодное лезвие. — Ты пришёл сюда говорить с Цинхэн-цзюном или качать свои права? Юноша смотрел на старшего исподлобья, сжимая рукоять Юншэна сильнее. Больше всего сейчас не хотелось вражды, а уж тем более войны с другим великим орденом. В его силах было не допустить этого. Не сможет убедить разговорами — будет брать силой. —Я смотрю, ты стал слишком высокого мнения о себе, — Сюй убрал руку, смерив младшего презреным взглядом. — Видимо, мне придется напомнить тебе о том, кто ты есть на самом деле. Тот факт, что ты — ученик моего отца, не даёт тебе никакого права помыкать мной и уж тем более решать за меня, что мне делать, а что нет. —Ты — будущий глава ордена Цишань Вэнь. Как никто другой, ты должен понимать, что решение таким способом не приведёт ни к чему. Так ты заставишь людей бояться. Они будут озлобленны на тебя и, рано или поздно, Цишань сгорит в пламени собственных амбиций. Хуа убрал меч в ножны, всматриваясь в глаза старшего сына Вэнь, ожидая. Это было похоже на встречу с диким зверем в лесу. Нужно было начинать с малого — протянуть к зверю руку, чтобы он её обнюхал. Любое неверное движение и слово могли спровоцировать его и заставить вцепиться клыками в руку, разрывая плоть и дробя кости. Стоит ли говорить о том, что в этот момент грудь щемила паника и смятение? Они были вместе с Хуа ещё с того момента, когда отряд подошёл к Главным воротам. —Вэнь Сюй, я надеюсь на твоё благоразумие, как старшего сына, — блондин прикусил губу с внутренней стороны. —Слова никчемного существа, как ты, всë равно, что пустой звук для меня. Ты ничего не понимаешь. Повисшую тишину прервал щелчок пальцев. Разговоры оказались бесполезны.