Intro: Long Journey

Ботинки тяжело стучали по металлу, стертому сотнями ног. Другие заключённые кричали и улюлюкали им вслед, кидаясь оскорблениями или наоборот, поддерживая. — Тревога! Тревога! — монотонно вещал сквозь динамики механический голос. — На шестом этаже код оранжевый. На шестом этаже код оранжевый. Четверо заключённых сбежали. Тревога! Тревога… Они игнорировали это. Они игнорировали вообще всё. Потому что им нужно было бежать. Бежать, бежать, бежать — вперёд, теряясь в бесконечной череде коридоров и развилок. — Какой у нас план? — спрашивает запыхавшийся Юнхо. Ему бежать сложнее всего — связанные руки нарушают баланс. Хонджун видит боль на его лице: вой сирен без сомнений сильно ранит острый собачий слух. Уён и Чонхо бегут прямо за ним, сам Хонджун позади всех. И даже если все они думают о разном сейчас, одно точно остаётся ясным для всех — никто не должен отстать. — План? — переспрашивает Уён. — Ха, бежать — вот наш план. Хонджун кивает: — Хороший план, хороший план, только…погодите, погодите, — он указывает куда-то вперёд. Там, в конце длинного коридора из камер, уже видны силуеты приближающихся солдат. — Не дайте себя поймать… — Он кивает на узкий проход, ведущий налево, — Сюда, вперёд. Все четверо в ту же секунду протискиваются в узкий коридор, и в следующее мгновение толпа солдат Коалиции вихрем проносится там, где недавно стояли они. Беглецы вжимаются в стену, не смея даже дышать, пока охрана тюрьмы не минует их. Затем Хонджун торопливо шепчет: — Нам нужно найти Компас. — Что? — восклицает Чонхо, полнотью переключая на него своё внимание. — К-компас. Я не уйду без него, — Хонджун оглядывает остальных, — вы, ребята, можете идти куда угодно, но я- Я не могу- — Не будь идиотом, — обрывает его Уён. — Мы не бросим тебя. — Вы не должны- — Нет. Мы должны. Если мы хотим выбраться отсюда живыми, то нам нужно держаться вместе. Хонджун прикусывает губу. Он знает, что Уён прав, но не может совладать с чувством вины за то, что втягивает в это остальных. Он беспомощно переводит глаза на Юнхо. Гибрид только кивает, соглашаясь с чужими словами. — В-вы уверены? — снова спрашивает Хонджун. — Мы можем пофилософствовать после того, как выберемся из тюрьмы? — подаёт голос Чонхо. — Д-да. Да. Чёрт, — шипит Хонджун. Он лихорадочно пытается отыскать в накопленных за двадцать лет жизни знаниях те, которые могут помочь ему сейчас. Хоть что-нибудь — прочитанные книги, услышанные истории… Ничего. — Дерьмо. С ч-чего нам вообще начать? — Здесь есть ангар для конфискованных кораблей, — отвечает Уён. — Что? — Ваш Компас — он же остался на корабле, так? — Ээ, да- — Окей, скорее всего они ещё не успели зарегистрировать всё, что было получено в последние сутки. Так что весь конфискат будет там — это что-то вроде… склада улик. Чонхо подозрительно щурится: — Откуда… Откуда ты всё это знаешь? Уён поджимает губы: — Ну, может у меня есть парочка знакомых, уже бывавших здесь. И что с того? — Бывавших здесь или сбежавших отсюда? — Одно и то же. — Нет, совсем это не одно и… — У нас нет на это времени! — почти рычит Хонджун. — Уён, раз уж у тебя есть…опыт в этих делах, может есть идеи, как этот ангар найти? — Ну… — Уён качает головой. — На самом деле нет. На такой большой базе должно быть несколько ангаров, но… — Но что? — Но если мы сможем найти компьютер, я смогу посмотреть. — У тебя есть доступ в систему безопасности Коалиции? — Разве у нас есть время на вопросы? Обсудим мои увлечения как-нибудь потом. Хонджун поднимает брови: — Взламывать базы данных ГК — это хобби? А знаешь что, не отвечай. — Так, ладно, компьютер, компьютер… — Где-то рядом должна быть комната охраны или что-то вроде, да? — подает голос Чонхо. — Где-то же они должны следить за камерами и всё такое? — Было бы идеально, — отвечает Уён. — Нам просто нужно… — Другая волна солдат проносится мимо них по основному коридору, не замечая ничего вокруг. — Нам нельзя попасться. Не то чтобы попасть в систему было так просто. Мне нужно время. — Думаете, комната охраны может быть за одной из этих запертых дверей? Она вообще на этом этаже? — заваливает их вопросами Юнхо. — Могу попытаться выбить их, — предлагает Чонхо. — Двери, имею в виду. Думаю, охранный пункт должен быть как-то защищён. Но пока объявлена тревога все, возможно, слишком заняты, и там может никого не быть… — Нет, — качает головой Хонджун. — Выбивать двери рискованно и слишком громко. Лучше, если… Если бы у нас был ключ. Конфискованные вещи не так важны, вряд ли их будут сильно охранять. И вряд ли они приставили туда своих лучших бойцов. Входить туда должно быть легко, может, у них даже есть что-то вроде пропуска… — О, да, и они с радостью нам его одолжат, — сухо усмехается Уён, — стоит только вежливо попросить! — Стойте, стойте… — Чонхо поднимает ладонь, прерывая их. По выражению лица видно, как лихорадочно крутятся шестерёнки в его голове. — У меня есть идея. *** — Привет? — несмело бормочет Юнхо, стоя посреди главного коридора. Его почти не слышно из-за громкого воя сирен и монотонного голоса оператора, возвещающего о тревоге. — Старайся лучше! Привлеки их! — подсказывает Чонхо из-за угла. — Как мне ещё их привлечь? Я беглый заключённый! — Знаешь, я начинаю сомневаться в этом плане, — подаёт голос Хонджун. — Всё будет хорошо, — успокаивает его Чонхо. — Я сбежавший заключённый, этого что, не достаточно? — продолжает ныть Юнхо. — Кричи громче! — предлагает Уён. — Похоже, что они передвигаются небольшими группами. Они прочесывают этаж, так что скоро должны вернуться сюда. — Вы уверены, что мы можем справиться с вооружёнными, тренированными солдатами? С целой группой? — Сработает элемент неожиданности, — говорит Чонхо. Он подбирается ближе, выглядывая из-за угла. — В любом случае, у тебя есть план получше? Юнхо вздыхает: — Справедливо, я… — Вижу одного! — раздаётся громкий голос откуда-то с конца коридора. — Ох, чёрт, — ругается себе под нос гибрид. Под громогласный топот чужих ботинок Юнхо смеряет прячущихся за углом подельников усталым взглядом. — Замри! — Оставаться на месте! — Руки вверх! — Я-я не могу! — пытается ответить Юнхо. — Я не могу, мои руки, э… — На пол! — На пол, быстро! — Подними руки, псина! Шаги становятся ближе и громче, и Юнхо приходится подчиниться. Он неуклюже опускается на пол. Солдаты почти настигают его, и гибрид нервно скашивает глаза в сторону. — Жди, — одними губами проговаривает Чонхо. Остальные напряжённо смотрят в сторону коридора в ожидании. — Жди… Всё происходит мгновенно. Голос, выкрикивающий приказы, раздаётся совсем рядом, чёрные ботинки появляются из-за угла. Затем в игру вступает чудо-мальчик Чхве Чонхо. Недолго думая, он использует самый древний, проверенный и изощрённый боевой манёвр: ставит бегущим солдатам подножку. Никто не говорил, что их план идеальный. Затаив дыхание, все наблюдают, как с десяток чёрных плащей спотыкаются, падая друг на друга. Юнхо пятится и запинается тоже, повалившись на задницу. Не медля больше ни секунды, Чонхо и Уён выскакивают из-за угла. Солдаты пытаются подняться на ноги, но их пыл быстро остужают несколько точных ударов в голову. Хонджун всегда считал себя больше наблюдателем, чем бойцом, поэтому просто позволил этим двоим сделать всю грязную работу. Вместо того, чтобы бить морды чёрным плащам, он подбирается к Юнхо, чтобы убедиться, что он в порядке. — Нашёл что-нибудь? — спрашивает Чонхо. Он блокирует удар одного из сумевших подняться солдат, тут же отправляя его обратно на пол точным ударом в грудь. — Кучу всего… — Удар локтем застаёт напавшего из-за спины солдата врасплох, и Уён продолжает, — но не пропуск. Ещё нет. — Один из плащей снова нападает на него со спины. Другой отодвигается подальше, начиная быстро говорить в закрепленный на одежде портативный передатчик: — Код оранжевый! Сбежавшие заключенные обнаружены на… Хрясь! Чонхо вырубает его ударом в горло. Уён морщится: — Теперь нас точно поймают. Нужно найти что-нибудь… — он опрокидывает на пол другого офицера, прижимая собственным весом, чтобы обшарить его карманы. — Из чего сделаны эти ключ-карты? — Хонджун пытается перекричать разразившийся вокруг хаос. — Какая разница? — не понимает Уён, лихорадочно ощупывая каждую складку и каждый карман, который только может найти. — Просто… просто предположи! — командует Хонджун. Уён закатывает глаза: — Я… не знаю. Может металл? Или алюминий… Что-то дешевое и легкозаменяемое в случае потери или- или чего-то ещё. — Юнхо! Ты можешь унюхать какой-нибудь алюминий? — Что? — Он — что?! — Э…мне нужно подойти поближе, — отвечает Юнхо. — Прикроете меня? — А у нас есть выбор? — риторически вопрошает Чонхо, прежде чем вновь сцепиться с одним из солдат. Юнхо кивает, прининимая этот ответ как согласие. Со связанными руками передвигаться по полу неудобно совсем — и сейчас он больше похож на ползущего червя. Всё, происходящее сейчас, кажется Хонджуну далёким, очень далёким сном, который он никогда не ожидал пережить в реальности. Чонхо и Уён, дерущиеся с чёрными плащами… То, как эти двое слаженно работали в команде — просто невероятно. А ведь офицеры Галактической Коалиции — тренированные солдаты, очевидно имеющие точное представление о том, куда и как стоить бить. Они несомненно знают, что делают. Но даже так, Уён справляется с ними как настоящий профи. Как будто он предугадывает все их движения заранее. На каждый выпад, каждую новую атаку у него есть ответ. А рядом с ним — Чонхо, совершенно необученный, но способный одной лишь грубой силой уложить десятерых. Один его удар — и трое противников летят на пол. И, наконец, есть Юнхо, скользящий по полу между тяжелыми ботинками бойцов Коалиции. Хонджун нашёл бы это смешным, если бы от этого всего сейчас не зависела его жизнь. — Сюда! — кричит вдруг Чонхо, притягивая потерявшего связь с реальностью солдата за воротник. — Обнюхай этого! — он подбирается к Юнхо, уверенно подтаскивая избитого охранника к нему. Гибрид кое-как поднимает себя в сидячее положение и наклоняется поближе к чёрному плащу. Уён бросает на него быстрый взгляд и скептически качает головой: — Парни, вам всё это не кажется… — Он нагибается, уклоняясь от просвистевшей над головой дубинки. — …смешным, а? — Он быстро оборачивается и чётко бьёт солдата прямо в нос. Нос Юнхо торопливо кружит над телом черного плаща, действительно обнюхивая. — Пытаться сбежать из тюрьмы само по себе довольно смешно, — отзывается Хонджун. — Чт… Слева- на полу! Уён смотрит, куда указано, и замечает ещё одного офицера, тянущегося к дубинке. Резкий удар ногой в грудь останавливает его. — Окей, а чем нам поможет запах ключ-карты? В смысле… — Потайной внутренний карман слева! — выкрикивает Юнхо. Уён и Чонхо смотрят недоверчиво, но когда самый младший просовывает руку в указанный карман, то его глаза от удивления едва не лезут на лоб, когда он на самом деле вытаскивает на свет металлическую карту. — Он хорош, — гордо улыбается Хонджун. Юнхо сияет улыбкой в ответ: — Оу, спасибо. — Да-да, ты отличный нюхач, — саркастично отзывается Уён, — а сейчас — вперёд! — он пинком отодвигает бессознательного солдата со своего пути и заныривает обратно в узкий боковой коридор. Чонхо отбрасывает тело, которое удерживал, и поднимает Юнхо на ноги. — Тревога! Тревога! Код оранжевый… — Сирена над головами всё продолжает вопить. Нет сомнений, что на них надвигается ещё больше черных плащей, и Хонджун совсем не хочет быть здесь, когда они придут. Все вместе они продвигаются дальше по коридору, Чонхо по пути прикладывает алюминиевую карту к каждой попадающейся двери. Бззззт. Лампочки на кодовых замках загораются красным. Бззззт. Бззззт. Бззззт. — Ну давай же, — сквозь зубы цедит Уён. Где-то за спинами по коридору снова пробегает группа солдат. Их, думает Хонджун, ждёт большой сюрприз. Хорошо бы к этому времени убраться куда-то подальше. Ситуация и без того была критической, а теперь, после нападения на охрану, буквально превратилась в катастрофу. Бззззт. Бззззт. Бззззт. — Каковы шансы, что этот ключ ничего не откроет? — обеспокоенно спрашивает Чонхо после восьмой или девятой двери. Хонджун задумывается о том, что же вообще находится за всеми этими дверями. Что такого Коалиция держит за запертыми дверями внутри тюрьмы? Разве для охраны недостаточно солдат? Во что вообще превратилась его жизнь за такой короткий срок? Бззззт. Бззззт. Бззззт. Бип-бип! Радостый писк открывающейся двери выводит Хонджуна из забытья. Беглецы врываются внутрь и вновь захлопывают за собой дверь. Впервые с момента, как Чонхо вынес дверь камеры, становится тихо. Вой сирен звучит приглушённо из-за толстой металлической двери, а динамик, транслирующий оповещение тревоги работает на самый минимум. Ни мигающего света, ни криков солдат. Почти спокойно. Никто не упускает возможности перевести дух и стереть пот с лица. — Кто-нибудь знает, как снять это с меня? — робко интересуется Юнхо, когда все наконец успевают отдышаться. — Хм, давай посмотрим… — Чонхо принимается осматривать маленькое помещение. Успокоив, наконец, ритм сердца, Хонджун тоже обводит комнату взглядом. Она маленькая, рассчитанная на одного, максимум двоих. Одна из стен вся увешана экранами — явно камеры наблюдения, какие-то сводки, сообщения. На одном мерцает крупный, ярко-оранжевый восклицательный знак: «код оранжевый». Уён занимает место у консоли управления и начинает что-то быстро печатать. В то же время, остальные пытаются найти что-то, что поможет освободить Юнхо. Чонхо находит какой-то шкаф и хватается за любой хотя бы немного заострённый предмет, чтобы перерезать путы. — Сколько времени это займёт? — спрашивает Хонджун, останавливаясь рядом с Уёном у панели управления. Он даже не знает, куда смотреть. Данные с камер каждого этажа мелькают перед глазами на десятке экранов, сменяясь кое-где бесконечными потоком неясного текста. — Без понятия. Пару минут, может. Нужно только как-то войти — подобрать пароль. После этого — мы как голодные свиньи в буфете их базы данных. — Ммм. Еда, — Хонджун вздыхает. — Скучаю по еде. — Кому рассказываешь, — с пониманием отзывается Уён, не прекращая с космической скоростью щёлкать по клавишам. — Стэйк. Жареная курочка… — Курочка! Как же вкусно… Я- я не помню, когда в последний раз ел жареную курицу. Или спагетти… — Ох, спагетти. Хороший выбор. Чёрт, я так голоден. — Именно! В детстве, когда мы не могли позволить себе мясо, моя мама- Раздался треск, и восторженный крик Юнхо прервал их голодные фантазии: — Готово! Они оба повернули головы, чтобы посмотреть на Юнхо, счастливо размахивающего руками рядом с Чонхо, сумевшим, каким-то чудом, освободить гибрида при помощи примитивных ножниц. Джун старался не слишком заострять внимание на очевидной нечеловеческой силе этого парнишки. Динг! Уён вновь обращает внимание на экран: — Есть! Хонджун поднимает глаза на миллиард экранов, где картинка вдруг меняется с тюремных коридоров на одно и то же широкое, открытое пространство. — Это, — начинает Уён, — наш ангар. Узнаёте что-нибудь? Хонджун осматривает глазами экран и на миг вдруг забывает, как дышать. Он там. Его собственный кусок металлолома в дальнем углу ангара, весь перемотан жёлтой лентой. Выглядит в точности так же хреново, как и когда он видел его в последний раз, швартуясь у клуба Амбустио. — Это он! — восклицает Хонджун. — Где это? — Один момент, — отзывается Уён. Он вводит ещё какие-то команды, и на экране появляется карта. — Окей, похоже, мы здесь — прям в середине шестого этажа. Этот ангар в дальнем конце третьего, так что… Находим лифт вот здесь, а потом спускаемся вниз и забираем ваш компас. — Но как мы выберемся? — Юнхо щурится, всматриваясь в экраны. — Если честно, сомневаюсь, что наша посудина сможет обогнать копов. Или вообще хоть кого-нибудь. — Там много кораблей, — говорит Уён, — и хоть один из них точно хорош достаточно, чтобы оторваться от погони. — Мы собираемся украсть корабль? — Чонхо шокированно замирает с раскрытым ртом. — Чт… Да, Чонхо, мы собираемся украсть корабль! — Уён вскидывает вверх руки. — Что, это уже слишком на сегодня? Сбежать из тюрьмы, отколошматить целую кучу чёрных плащей — это ничего, но украсть звездолёт — это чересчур? Мальчишка тут же смущённо хмурится: — Ну, теперь когда ты сказал… — Все — тихо! — Внезапно встревает Юнхо. Их легкая пеерпалка смолкает в ту же секунду. Юнхо медленно подкрадывается к двери и прислоняется к ней ухом. Комнату поглощает такая тишина, что даже мерное жужжание компьютеров кажется громким. — Они идут, — шепчет он. — Дерьмо, — ругается Уён. — Чёрт- Они знают, что мы здесь? — Кто сказал, что эта комната не под наблюдением тоже? — резонно замечает Чонхо. — Шшш! — Хонджун заставляет всех замолчать. Совсем тихо, он продолжает: — Юнхо, они близко? О чём они говорят? Они идут за нами? Юнхо подносит палец ко рту, показывая всем молчать, и с усилием вслушивается во всё происходящее за стеной. — Они приближаются, — снова шёпотом. — Ничего… Ничего конкретного. Они всё ещё ищут. Не знают, что мы здесь, но… Собираются обыскивать комнаты… Чёрт. — Он отодвигается от двери, — выключаем свет и молчим, ладно? Все понятливо кивают, и Юнхо хлопает ладонью по выключателю. А затем, они ждут. И ждут, и ждут, и ждут. Минута ощущается как вечность, прежде чем шум за дверью становится можно различить даже ухом обычного человека. Грохот шагов и бормотание слов, которых не разобрать. Шаги становятся ближе, они быстрые, но не спешащие. Системные. Как и всё остальное в этой чёртовой тюрьме. Ничего не происходит, только синеватое мерцание мониторов озаряет комнату. Бух. Бух. Бух. Тяжёлые ботинки отбивают ритм. Хонджун задерживает дыхание. Он не смеет выдохнуть, не смеет издать ни звука. Он знает, что это бесполезно. Сирены вопят, и система оповещения о тревоге всё ещё включена. Как кто-то может услышать их сквозь столько слоёв металла и обшивки? Бух. Бух. Бух. Бух- Они останавливаются. Шаги замирают, и на секунду все напрягаются донельзя. Нервное напряжение сотнями пауков расползается под кожей, крошечными лапками щекоча и укалывая. Почему они остановились здесь? Что они делают? Просто отлынивают или что? Хонджун хочет спросить Юнхо, о чём они говорят, но не может. Тревога комом застревает в горле, не позволяя ему сказать хоть слово. Бух. Бух. Бух… Шаги снова удаляются, и напряжение, окутавшее всех в комнате, наконец спадает. Хонджун выдыхает с облегчением, позволяя себе немного расслабиться. Всё в порядке, говорит он сам себе. Всё будет хорошо. Компас, товарищи… Всё будет хорошо. Пару раз мысленно повторив эту мантру, он уже чувствует себя достаточно спокойно, чтобы заговорить. — Нам нужно выдвигаться. Немедленно. * Юнхо подзывает остальных к себе, выныривая в очередной коридор. С помощью скрытности и особых методов убеждения Чонхо (т.е.: драки) они смогли добраться до лифта без особых происшествий. К несчастью, чем ближе они подбирались к ангару, тем больше привлекали к себе внимания. Сирены всё не переставали вопить, а патрульные группы солдат стали попадаться всё чаще. Эхо выкрикиваемых приказов преследовало их до того самого момента, пока они не покинули лифт. Укрывшись в тени ближайшей стены, они собирали все оставшиеся силы. — Ладно, — шёпотом начал Уён. — Эм… Ангар в конце коридора, второй поворот направо. — Юнхо, ты что-нибудь слышишь? — спрашивает Хонджун. — Хм… Шаги. Приказы. Много шагов. До ангара придется двигаться по прямой. Даже не знаю, сможем ли мы где-то спрятаться. — Тогда действуем быстро, — отзывается Хонджун. — Чонхо будет прикрывать. Я могу заняться Компасом, а вы, ребята, добудете нам судно для побега. — Как мы узнаем, что они не успеют к тому моменту перекрыть все отходные пути? — спрашивает Чонхо. — В смысле, даже имея корабль, как мы собираемся выбраться наружу? Хонджун обменивается тревожными взглядами с Уёном и Юнхо. — Что-нибудь придумаем, — наконец отвечает он. Чонхо закатывает глаза, но не говорит ничего против. Обратного пути уже нет. Ни для кого из них. Продумывая план на ходу они сумели добраться до третьего этажа в целости и сохранности — Хонджун считает, что это отличный показатель. — Окей, выдвигаемся сразу, как только минует следующий патруль, — как лидер решает он. Они смиренно ждут, пока тяжелые шаги пройдут мимо них. Никто не смеет повернуть головы, но боковым зрением они всё равно улавливают очертания чёрной униформы. Юнхо, теперь стоящий впереди всех, даёт знак, и они все следуют за ним. У камер наблюдения они сейчас как на ладони, но на это просто нет времени. У них есть план, но чёрные плащи не знают о нём, так что преимущество пока на их стороне. Продвигась как можно ближе к стене, они преодолевают коридор. Планировка третьего этажа совсем другая. Здесь нет камер, охранных пунктов или кладовок. Здесь негде прятаться. Путь всего лишь один — прямо, затем направо один раз и снова прямо. И вопрос не в том, заметят ли их, а в том когда это случится. И как быстро они смогут унести ноги. Бзззт! Горячий, искрящийся луч света пролетает прямо рядом с ухом Хонджуна, и его сердце уходит в пятки. Нет, думает он, слишком быстро. Не сейчас. — Стоять! — Джун не собирается оглядываться. Он знает, что чёрные плащи у них на хвосте, и им остаётся только одно. — Бежим! — кричит он. Бзззт! Бзззт! Лучи лазеров, словно молнии, пролетают мимо них. Хонджун молится, чтобы они были настроены на оглушение, а не ликвидацию. Но проверять не хочется от слова совсем. Бзззт! Бзззт! — Стоять! У нас есть приказ остановить вас любым путём. Бзззт! — Стоять на месте! Бзззт! Подошва ботинок громко скрипит, когда они, все четверо, бросаются бежать, едва успевая затормозить, чтобы сделать нужный поворот. Теперь путь только один: вперёд. В конце коридора Хонджун уже видит массивную дверь в ангар. Солдаты снуют туда-сюда, перемещая с места на место какие-то тележки, — улики по разным делам, скорее всего. Бзззт! Бзззт! — Стоп! Остановите их! Бзззт! — Как же, чёрт возьми, удачно то, что эти парни отстойные стрелки, — запыхаясь выдавливает из себя Уён. — Не каркай! — в ужасе отвечает ему Хонджун. Бзззт! Тревога! Тревога! Беглые заключённые замечены на этаже три, секция два! Код оранжевый! Код оранжевый! Бзззт! — Замрите! — Кто-нибудь, схватите их! Солдаты, прежде занятые своими делами, тут же обратили своё внимание на них. Побросав тележки, они схватились за оружие. Маячки жизни пробудились в дулах маленьких чёрных пистолетов, устремившись прямо на четыре стремительно приближающиеся цели. — Знаете, возможно, нам стоило взять какое-нибудь оружие у тех парней, что мы отделали ранее… — Чонхо виляет в сторону, — …или их форму. — Уже поздно об этом сожалеть! — фыркает Хонджун. — Я просто говорю, что стоило подумать об этом до… Бзззт! — Ааа! — Чёрт! В него попали! — на мгновение — всего на мгновение, Хонджун останавливается. Инерция собственного тела едва не сносит его с ног, не поспевая за внезапной остановкой. — Чонхо, ты в порядке? — Меня только что подстрелили — сам как считаешь? — Ну-ну, ты не умер, так что… вот дерьмо, — Хонджун кидает взгляд туда, откуда они пришли, а затем туда, куди они бегут. С обеих сторон их поджимали группы вооруженных солдат. — Он у нас! Тревога! Тревога! Заключённые… — Руки в воздух! — Им некуда бежать… Солдат, наверное, больше дюжины, они быстро перегруппировываются. Сейчас они больше похожи на монстров, чем на людей — словно гигантская чёрная многоножка, надвигается на них, крича десятками голосов что-то нечленораздельное. — Похоже, это шокер. Почти не задело, — сквозь стистутые зубы говорит Чонхо. Он морщится, пытаясь встать. — Оу… Моя нога- — Я возьму его, — перебивает Юнхо. Он приседает перед Чонхо, — Быстрее. Забирайся. — Че… — Быстрее! — рявкает Юнхо. Чонхо тут же делает, как сказано, повисая на чужой спине. — Стоять! Стоять! — пытается приказывать им один из черных плащей. — Вы окружены! — Чёрт- Джун, что нам делать? — спрашивает Юнхо, подтягивая сползающего со спины Чонхо выше. Сердце Хонджуна бешено барабанит в груди. Он спешно осматривает коридор, пытаясь зацепиться хоть за что-нибудь, что может им помочь. Они уже почти добрались до ангара, но всё ещё были далеко, чтобы попытаться просто рвануть туда, не оглядываясь. А быстро маневрировать между стройными рядами организованно движущихся солдат у них не получилось бы тоже — нельзя было недооценивать скорость их реакции. Думай, Хонджун, говорит он сам себе. Думай. Думай. — Руки вверх! — вновь приказывает черный плащ. Хонджун смотрит вверх. Вентиляция прямо над ними, но от неё никакого толку. Он закусывает нижнюю губу, ощущая как с каждой секундой паника расползается по телу, словно яд. Уён перехватывает его взгляд и беззвучно говорит: — Хватай оружие. Лицо Хонджуна кривится в непонимании — как, во имя всего святого, Уён предлагает ему это сделать? Впервые Хонджун начинает задумываться об этом парне: хакер, опытный боец, а теперь что, ещё и стрелок? Тогда понятно, почему он оказался в тюрьме. Чем больше Хонджун его узнавал, тем опаснее он казался. Но, с другой стороны, Хонджун никогда ещё не был так рад оказаться в компании кого-то опасного. Опасный — не значит плохой, верно? К тому же выбора особо не было. Вопрос всё ещё оставался. Как? Хрупкий, словно сухой листок, план появился в его голове. Просчитав все возможные варианты, Хонджун решил, что это — его единственный шанс вытащить их всех живыми. Хонджун кивает Уёну и поворачивается к остальным. Он надеется, что выражение его лица говорит «у меня есть кое-какой план», а не «мы все умрём». — На пол! Сейчас же! — Парни, — говорит Хонджун, — делаем, как они говорят. Юнхо буквально скулит: — Но… — Без но, Юнхо. Они целятся в нас. — Лечь на пол и поднять руки! — командует черный плащ. — Хонджун… — Просто сделайте это, — лидерским голосом припечатывает Хонджун. Нерешительно, Юнхо повинуется приказу, медленно опускаясь на колени вместе с закинутым на его спину Чонхо. Все приседают на пол, кроме самого лидера Хонджуна. Он уверенно стоит на месте, глаз не сводя с того, кто очевидно является лидером черных плащей. — Я сказал на пол- Хонджун быстрым движением прячет руку в одном из внутренних карманов куртки. Два десятка щелков предохранителей звучат незамедлительно — всё оружие, несомненно, теперь направлено на него. Хонджун продолжает стоять. — На пол, или мы начнём стреля… — Уверены, что хотите этого? — переспрашивает Хонджун. Он блефует. Более, чем блефует, но они этого не знают. Преступники постоянно проносят что-то в тюрьму, так? И, судя по всему, солдаты прекрасно знают, что он может быть вооружён и опасен. — У него оружие. — У него что-то есть? — Как он пронёс сюда оружие? На секунду в стройных рядах черных плащей рождается неуверенный шёпот. — Вы окружены! Поднимите руки… — Думаете, мне не насрать? — открыто смеётся Хонджун. — Мне нечего терять. Что вы сделаете? Посадите меня в тюрьму? — испытывает он. Видно, как некоторые напрягаются, но пока никто не смеет сдвинуться с места. Конечно нет. Они не могут даже задницу свою подтереть без приказа, не то что нейтрализовать преступника. Впервые в жизни Хонджун благодарен существующей бюрократии. — Тебе лучше не делать этого, сынок… — Я тебе не сынок, — огрызается Хонджун. — Послушай, парень, я стреляю куда лучше, чем ты. Уверен, что сможешь спустить курок до того, как тебя парализует? — А кто сказал, что это пистолет? — Что это значит? Тревога! Тревога! Сбежавшие заключённые… — Шеф, разрешите открыть огонь. — Что, чёрт возьми, у него там? Нож? Тревога! Тревога!… «Шеф» плащей пытается вернуть контроль над ситуацией: — Сэр, у вас есть десять секунд, чтобы… — Я взорву это, и у вас будут проблемы посерьёзнее, чем четверо сбежавших заключённых. — У него бомба? — Он сказал взорвать? — У него есть бомба? Взволнованный ропот чёрных плащей всё громче и громче. Хонджун внутренне ликует, но старается не выглядеть слишком подозрительно и не смеяться в открытую. Они что, серьёзно ему поверили? Главный на мгновение опускает свой шокер: — Сынок, не стоит тебе этого делать… — Ещё как стоит! — кричит Хонджун. — И я уже сказал. Я не твой грёбаный сынок. — Не делай необдуманных поступков. Мы можем договориться — просто убери руку с детонатора. — Ладно, давай договоримся. Отпустите этих троих и возьмите меня, — Хонджун кивает на остальных. — Хонджун, нет! — в панике шепчет Юнхо, поджав хвост. Джун посылает ему многозначительный взгляд, пытаясь заставить немного подыграть. Главный плащ кивает: — Это мы можем устроить. — Он без сомнений отводит свой шокер. Слишком просто, чтобы быть правдой. Нет ни шанса, что они просто возьмут и отпустят троих беглых преступников. Хонджун предполагает, что он будет ему подыгрывать, пока это будет неоходимо — до момента, когда они обезопасят «детонатор». — Сейчас я отпущу твоих друзей, но ты должен передать мне детонатор. Положи его на пол и подними руки. — Проблемка в том, что эта штука…очень чувствительная, — медленно отвечает Хонджун. — Если я положу её на пол, то она, должно быть, проделает дыру в этом самом месте. Стрелять, на вашем месте, я бы тоже не стал, так что… Как насчет такого: я поднимаю руки, и один из твоих милых парней очень осторожно заберёт её сам. Главный скалится: — И без фокусов. — Даже и не думал, — заверяет Хонджун. Медленно, он вынимает свою руку из кармана и поднимает в воздух. — Мои руки у вас на виду. Самодовольно хмыкнув, главный поворачивается к ближайщему подчинённому. Он быстро выкрикивает приказ, и солдат осторожно выходит вперёд. Хонджун оглядывается на Уёна, их взгляды встречаются. Уён незаметно пробирается вперёд, ближе к Хонджуну, а затем показывает большой палец вверх, не отрывая руки от пола, чтобы никто не смог заметить. Солдат, приблизившись, начинает грубо ощупывать Хонджуна, методично проверяя торс, а затем спускаясь к ногам. То, как тщательно его осматривают, заставляет Хонджуна кривиться, и он не может дождаться, когда эти унизительные домогательства уже закончатся. Солдат, наконец, просовывает руку во внутренний карман куртки, выискивая детонатор. Он ощупывает каждый сантиметр подклада, даже осматривает дыры, пытаясь найти припрятанное устройство. Когда ему это не удаётся, он поднимает тяжёлый взгляд на Хонджуна и требует: — Где оно? — Где — что? — язвит Хонджун. — Где детонатор? — Какой детонатор? — Детонатор, который… Бдыщ. Хонджун немного отклоняется назад. Он никогда раньше не бил кого-то собственной головой, и, чёрт, как это больно. Зато после этого всё происходило очень быстро. Уён подскочил на ноги и вытащил шокер дезориентированного солдата из кобуры. Юнхо поднялся следом, снова подтягивая Чонхо и пускаясь бежать. Полный хаос. — Пристрелите его! — Он блефовал! Ззззт! Ззззт! Ззззт! Уён стрелял быстро и точно. Джун не знал, какого чёрта этот парень знает, как пользоваться стандартным оружием офицеров Коалиции, но надеялся, что у него ещё будет время это выяснить. Пока все были отвлечены, а Уён вооружён, они рванули в ангар. — Метко стреляешь, — замечает Хонджун, пока они бегут. Ангар уже близко. Так, так близко! Хонджун уже может различить очертания кораблей сквозь толстое стекло. Уён оглядывается через плечо, вырубая солдат одного за другим прямо на ходу. — Ага, спасибо- Чёрт! — лучи лазера пронзают воздух вокруг них со всех сторон. — Окей, вы найдите что-нибудь — что угодно — на чём можно выбраться отсюда. Я заберу Компас, — распоряжается Хонджун. К сожалению, у них нет времени ни обсудить план, ни даже кивнуть в ответ. Автоматические двери ангара открываются, и они разбегаются в стороны. Джун смутно припоминает, что его корабль находится в дальнем конце ангара, и направляется туда. Остальные следуют за Уёном, торопливо осматривая всё остальное. Зззт! Зззт! Залпы лазерных лучей трещат со всех сторон, а сигнальные сирены здесь как будто ещё громче. Текст сообщения о тревоге снова меняется: — Тревога! Тревога! Код оранжевый! Четыре опасных заключённых в ангаре секции номер два. Они вооружены и опасны. Рекомендуется перевести оружие в боевой режим. Код оранжевый! Код оранжевый! Чёрные плащи заполняют ангар яростной волной, готовой подчинить и подавить всё на своём пути. Хонджун перебежками передвигается между зведолётами, впервые радуясь тому, что такой маленький и незаметный. Плащи то и дело пробегают мимо тяжёлым шумным стадом. Хонджун осматривается. Ангар довольно большой и открытый, даже несмотря на большое количество пришвартованных кораблей. Некоторые из них похожи на его собственный — хлам, держащийся на честном слове. Другие вполне солидные, как, например, курьерские судна, доверха напичканные оружием, или роскошные звёдные яхты, купленные, без сомнений, на грязные деньги. Хонджун не сильно разбирается в кораблях — он, в конце концов, просто пилот. Он надеется, что Уён разбирается в этом получше него, и знает, какой звездолёт им нужно угнать.