Самый элегантный подход к искусству сражения

— Сейчас ты, наверное, уже не так доволен своим решением сдаться, — пробормотал Девин и закинул обе его ноги на плечо. Честер выгнулся, скребя пальцами по подушке, слабо попытался освободиться из твердой хватки — скорее, показать намерение — и ахнул от мгновенного звонкого шлепка по бедру. Тепло тут же остро разлилось по коже, Честер хотел выругаться — но на уме не осталось ни слова, когда меж бедер и ниже потекло масло. Лицо вспыхнуло: он думал, что Девин, связав его руки, чтобы не сбежал, и нетерпеливо раздев, все-таки трахнет его в задницу (и мысль было одновременно постыдно будоражащей и немного напрягающей), но так… так было лучше. Интересней. Правильней. Честер закусил губу, когда горячая твердость скользнула меж бедер, отвернулся, жмурясь. Но плотнее сжал колени. — Вот так ты, значит… обходишься… с задержанными, — пробормотал он, когда дыхания хватало. Девин уверенно терся о его бедра. Иногда горячая головка проезжалась по члену — быстро или длинно, и Честера с каждого касания обжигающе продирало. — Только с самыми красивыми, — пообещал Девин с ухмылкой. Это было тупо и предсказуемо — но у Честера разгорелись теперь и кончики ушей. — И если ты думаешь, что я ограничусь твоими бедрами… «Все-таки выебет», — подумал Честер с неуместным восторгом — и на очередном мокром прикосновении к члену вполголоса застонал. — Как же легко развязать китобою язык, — Девин все так же ухмылялся. Он уже тяжело дышал, темные глаза казались затуманенным, а меж бедер Честера, где скользил упругий твердый член, пылал маленький пожар. И в груди тоже. — Как же легко… заставить стражника… нарушить Запреты, — парировал Честер на выдохах. Он напряг бедра — ему тоже хотелось поскорее кончить — и Девин низко застонал, крепче сжимая его колени.