Яма 95

От внезапного пробуждения он задохнулся, сердце зашлось в бешеном ритме. Тревожно оглядевшись, Чуя осознал, что за окном ночь. Осаму мирно спал на соседней кровати. Чуе же спать непрерывно не удавалось. Ни одну ночь с момента... Произошедшее крепко, навсегда отпечаталось в памяти. Чуя не соврал, когда заверил, что не сможет забыть это. Шипение прожигаемой кожи. Стиснутые до боли запястья, что отзывались болью на каждую безуспешную попытку освободиться. Чуя дёргался. Изначально стремился подавлять тот крик, тот вой, что рвались наружу с каждой новой пыткой. Жгло кожу. Щёки, слезами, вырвавшимися против воли от невозможности выдержать издевательства. После — горло. Когда Чуя всё же начал кричать. Срывая голос. Прощаясь с болезненным ощущением игл под ногтями. И с самим ногтями. Не с первого раза: инструменты рвали частично до момента, когда всё же подцепляли остатки снизу. Чуя разрыдался, чувствуя вязкую жидкость на месте ногтевой пластины. За каждый звук Чуя получал по лицу. Стоило стиснуть зубы и сжать губы, затыкаясь, как вопрос резал слух повторно.

«Вспомнил? Где тачка?»

Чуя крупно дрожал, удерживая разбитый и болезненный взгляд внизу, пялясь в пространство. Он не должен был... расколоться. Сказать, где находится транспорт, уведённый у этих парней «из-под носа» под его личным вождением. Что ж. Это был приказ. Чуя просто не мог не исполнить это... Он даже не знал изначально, что машина принадлежала другим людям. И не подозревал причину, по которой старший настаивал на скорости выполнения задания по угону. Со временем стало ясно: чтобы до неё не добрались эти парни. Чуя увёл тачку у них из-под носа. Конфликт за транспорт разгорался между вышестоящими. Неудивительно, что Чую в это дело не посвящали. Никто не рассказывает настоящие планы мелким исполнителям. Их задача — молча выполнять приказ. И что? Чуя успешно справился. Угнал тачку, поставил в гараж на отшибе. Угнал и спрятал. Он был не один на задании. И вести должен был напарник: по возрасту. Чуя был пятнадцатилетним — сопляком, каким его считали — и продолжают — все вокруг. Это в какой-то мере было одним из его «позывных». И у Чуи каждый раз скрипели зубы, когда приходилось отзываться на сопляка. Вести должен был напарник: двадцатипятилетний Дэйв. Безжалостный ублюдок. Чуя видел, как он вышибал людям мозги. Чуя в непроницаемой чёрной маске как-то стоял рядом с местом, где это происходило. Он должен был следить за «взятыми в заложники». Когда всё закончилось, он держал руки скрещенными на груди. И тогда Дэйв на его глазах принялся «избавляться от лишних». Чуя щурился в тон звукам выстрелов. Дело лишь в том, что не было необходимости убивать тех людей. Чуя тогда поднял взгляд на Дэйва с пистолетом. Ублюдок, осталось явной мыслью что тогда, что теперь, в воспоминаниях. Он должен был сесть за руль. И Чуя, помня его выпады и безумный взгляд, не особенно надеялся на согласие, когда попросил отдать это право ему. Что ж, ну... Первым ответом ему тогда действительно стало: «А хрен мой подержать не хочешь? Ещё что тебе отдать? Комнату в общежитии на тебя переписать?». Чуя тогда закатил глаза, отвечая короткое: «Придурок». И отошёл, чтобы снять маску и перекурить. Должно быть, Дэйв перемкнулся на безразличие Накахары. Должно быть, он решил, что после отказа Чуя в принципе не станет помогать ему в этом деле. «Сопляк» всё ещё был его напарником на задание, так что... «Хер с тобой, поведёшь». Чуя не поверил, выдаваясь в этом широко раскрытыми глазами. Он уточнил это, и Дэйв скривился, продолжая: «Только не стой грёбаным столбом и не тормози нас. Времени и так в обрез.». Чую сто раз направлять после разрешения не нужно было. Это стало ошибкой. Пустить Чую за руль стало ошибкой. Обратно в машину, куда неизвестные поймали Чую и Дазая. Придурок напротив сжал Чуе запястья одной рукой, второй готовясь вставить крошечную иглу под один из ногтей. Он поднял глаза, выплюнув: «Я буду осторожным». Сразу после он начал медленно проталкивать иглу под ноготь, и Чуя быстро задышал. Послышался хруст, Чуя сильно сцепил челюсти, не контролируя скорость, с которой опустилась его голова. Незнакомец не остановился на этом, и Чуя протяжно промычал. «Больно?», неискренне осведомился незнакомец, «О, неужели? Знаешь, это карма. У меня не получилось «осторожно». У тебя ведь тоже, а, гонщик?», он разразился смехом. Чуя молча заплакал. «Не получилось быть осторожным», с этим бы Чуя не спорил. Это единственная причина, по которой этим парням вообще удалось выйти на замешанных в том угоне. «Не хныкай, гонщик», сказал незнакомец позднее, когда Чуя уже был перепачканным в крови и непрерывно дрожал, «Давай поговорим про аварию? Ты здорово упростишь нам с тобой задачу. Если бы люди в той тачке не умерли, мы бы на тебя не вышли, знаешь. Я рад их смерти как школьник, клянусь!». Чуя зажмурился: единственное, на что хватало сил. И не ответил. «Молчишь», вздохнул незнакомец, «Понял. Значит, продолжаем.». Чуя слабо покачал головой, но выбора у него... Угнав тачку, Чуя создал аварийную ситуацию для встречной полосы. Крик гудка разрезал пространство, Чуя поспешил выправить транспорт, который требовалось доставить в целости к определённому времени. Он крутил руль так отчаянно, уходя от столкновения обратно на нужную полосу, пока Дэйв крыл его матом. Нужная тачка не пострадала: Чуя выправил управление. Вот только... Та машина, что мирно ехала по своей стороне и столкнулась с кривым вождением Чуи, слетела в кювет, переворачиваясь. Грохот поразил пространство, Чуя резко нажал по тормозам, отправляя удивлённый взгляд на Дэйва. Чуя никогда не забудет тот звук многократных переворотов тяжелого металла. Корпус внушительным отзвуком шумел от столкновения с мокрой землёй. Дрожащая ладонь в перчатке потянулась к проводам, торчащим рядом с рулём. Чуя хотел разъединить их, заглушить угнанную тачку. Он не успел сделать это сразу после идеи: Дэйв влепил Чуе по затылку с такой силой, что его голову откинуло прямиком лбом в руль. Выпрямившись, Чуя погладил свой затылок ладонью. И снова попытался разъединить провода. «Не смей», сквозь маску вышло глухим. Чуя был в маске тоже. Он отвлёкся, переспрашивая услышанное только глазами. «У нас время», напомнил Дэйв. «Я... А как же?..», Чуя был растерян. Дэйв вскинул брови, и Чуя только большим пальцем указал на окно, предлагая проследить за машиной, которая слетела в кювет после того, как водитель — Чуя — подрезал её. «И что?», скептично бросил Дэйв, «Я знал, что позволить тебе вести — дерьмовая идея», он прикрыл глаза и ущипнул переносицу двумя пальцами, вздыхая: «Но мы здесь. Теперь просто доведи тачку до гаража вовремя. Без херни. Не смей глушиться.». «Но... Мы должны помочь или... или хотя бы проверить их?» Дэйв подался ближе, не сводя взгляда с голубых глаз, и Чуя отпрянул к окну, вжимаясь в него. «Чего, блять?» Чуя уже не был так уверен. Хоть и попытался снова донести свою мысль. «Но?..» «Ещё что, сопляк? Вызвать скорую помощь? Сопроводить, может, их туда? Ты больной или прикидываешься?», Дэйв устало выдохнул, возвращаясь на место: «Выйдешь из тачки — можешь не возвращаться. Ни сюда, ни на базу. Выходишь — я блокирую двери и даже не машу тебе ручкой на прощание. Педаль газа придави, идиот.» Чуя растерянно бегал взглядом перед собой, после выглянул в окно, отслеживая перевёрнутую машину, из которой никто не выходил. «Я убил их?..» «Тебе не похер?», зевнул Дэйв. Чуя быстро посмотрел на него. Потому что... нет? Не похер? «Не заставляй меня...», Дэйв резко выдохнул, и Чуя повторно убедился, что злит его своим поведением. Жизнь людей в той машине не было ценной. Ни для кого. Чуя не торопился вернуться к вождению. Он опустил взгляд на провода снова, задумчиво кусая губу. Разъединить, заглушить двигатель... Он отвлёкся на треск заряженного пистолета и резко перевёл глаза на пассажирское, встречаясь с дулом, смотрящим в него. «Выметайся», сказал Дэйв, угрожая. Чуя испугался, но быстро выправил дыхание. Тяжело сглотнув, он покачал головой. «Права не имеешь», сказал он, «Ты понесёшь за это наказание». «Неужели?», скептично отозвался Дэйв. Чуя в темпе скинул куртку и подтянул рукав футболки, заправляя край у плеча. «Ствол опусти, ублюдок», смотря мимо дула, в глаза напарнику, сказал он. Дэйв наклонил голову, чтобы найти лучший уровень обзора. И поднял руку с пистолетом наверх, заканчивая угрозу. Он заставил оружие выплюнуть обойму, после вставил обратно, но не зарядил снова. «Давно соплякам татуировки бьют?», риторически спросил Дэйв, смотря в лобовое. «Я заслужил принадлежность. Я часть банды.» Дэйв безразлично шмыгнул носом. «Придави ёбаную педаль или выходи нахер из тачки», бросил он. «Если кто-то узнает, что ты наставил на меня пистолет...», начал Чуя. «Если кто-то узнает, что ты натворил на дороге, пока переправлял тачку...», перебил Дэйв, нарочно оставляя предложение незаконченным, и столкнул взгляды. Чуя рассмотрел его. После короткой паузы протянул мизинец, отворачиваясь, и Дэйв смазано, но ощутимо прошёлся по ним своим. Чуя обнял руль, придавливая педаль газа и бросая пострадавших на месте. Если бы он... не оставил за собой аварию. На них бы никогда не вышли. Авария должна была остаться в клятвенном секрете между ним и напарником на то задание. Но смерть людей в той машине позволила парням из другой банды отыскать виновных. На тот момент Чуя даже не знал, что у задания есть сторона «другой банды». И что тачка, которую они угоняли, и он вёл, принадлежала им. А не парням с буквой «Т» на плечах. А ещё тогда он не знал, что, пожалуй, конченый неудачник.

༒

Чуе нравилась чёрная панама с белым логотипом посередине. Пусть она недостаточно прикрывала обмотанный вокруг головы бинт. Пусть ношение бинта спустя столько времени ужасно угнетало Чую. Погода выдалась солнечной. Чуе всё ещё нельзя было участвовать в спортивных соревнованиях, которые проводились в данный момент. Отряды было необходимо разделить. Но детям нужна мотивация. И подтверждение важности проводимого. Потому участвовали двое вожатых. Занятая задница Марка и больная голова Накахары выпадали из списка. Чуя кружился и оглядывался. Он уже прикинул лавку рядом с местом проведения и решил, что отсидится на ней, внимая происходящему и болея. За Дазая или детей своего отряда. Понаблюдать за происходящим всё же интересно. Раз уж участником он быть не может. Честно, расстроился и Чуя, и его отряд. Чуя только с улыбкой пожал плечами в ответ: изменить положение не может. Пока все разбирали принесённые Марком белые накидки с номерами на груди, Чуя развернулся и пошагал к лавке. Вообще без разницы, у кого там какой номер: различать участников Чуя будет по лицам. А эта часть соревнований кажется в упор глупой. Но, наверное, является необходимой. Пусть не особо: выпавший номер — абсолютная лотерея. До ушей доносился шум разговоров. Детей не устраивали номера, кто-то успокаивал их, кто-то спорил, некоторые менялись между собой. Чуя отчётливо слышал голос Дазая, старающегося угомонить своих детей. Чуя против воли улыбнулся и покачал головой. Осаму хороший вожатый. Он вообще во многом хорош. Вскоре отряды успокоились и выстроились. Ну, отряды, правильно сказать. Не все вожатые угомонились. Понял это Чуя не сразу. Только, пожалуй, когда оказался пойманным за плечо и вздрогнул, дёргаясь. — Чуя... — Отметив напуганность взгляда голубых глаз, Осаму поджал губы. — Оу, прости... Я тебя... напугал, — вопросительной интонации не планировалось. Осаму знал, что это так. Он наверняка имел в виду всё произошедшее в тачке с теми типами, поэтому был понимающим. — Не подкрадывайся ко мне со спины, — выдохнул Чуя. — Пожалуйста, блять, не подкрадывайся ко мне. — Прости... Прости, Чуя... — Осаму покачал головой. Он выглядел действительно сожалеющим. — Эй, — Чуя нахмурился и повёл головой в сторону. — Какого чёрта?.. — Что? — Почему ты?.. — Он беспомощно выдохнул, после прочистил горло: — Меня зовут Чиззи, приятель. Сыр. — О, — Осаму хмыкнул и растерянно потрепал волосы на затылке свободной ладонью. — Он ещё... не говорил с тобой? — «Он»? — Уточнил Чуя, сдвигая брови к переносице. — Марк. — Это не дало мне ровно нихера. С чего бы и о чём ему говорить со мной? Осаму выглядел задумчивым. — Э-э, знаешь. Марк в курсе твоего настоящего имени. Но об этом не сейчас. Я просто... хотел спросить, знаешь ли ты, куда он ушёл. — Какого чёрта он «в курсе моего настоящего имени»? — Пожалуйста, — Осаму смежил веки. — Об этом позже. Скажи мне, если видел, куда он ушёл. Это срочно. Это... пиздец, как важно. — Так, ну... — Чуя постарался привести в норму свои мысли после того чудовищного испуга, когда Осаму просто перехватил его за руку. Он никогда не забудет того, что было с ним в той машине. — Ты знаешь, где Марк? — не отставал Осаму. — Всё, что я знаю, это... — Чуя указал пальцем на белую ткань в руке Дазая. — Он раздал вам эти накидки. И куда-то свалил. Он не говорил, куда собирается, так что... без обид, Осаму. Не помогу. Твоё имя он тоже знает, правильно? — Вообще не до этой херни с именами сейчас, — грубо отозвался Осаму. Он выдул воздух и закрутился, будто пытался высмотреть Марка где-то поблизости. — В чём дело?.. — Осторожно уточнил Чуя. — Боже... — Осаму неожиданно взорвался и вернулся к Чуе, пихнув ему накидку прямо в руки: — Забери это от меня! Пожалуйста, сожги это! Чуя напуганно забрал протянутое, не сводя обеспокоенного взгляда с Дазая. — Тихо, тихо, приятель... Что стряслось?.. — Это... — Осаму поводил рукой по воздуху, смотря на накидку, и нервно выдохнул. — Мне нужен другой номер. Я ищу Марка, чтобы взять у него другой номер. Любой другой номер, чёрт возьми... Чуя нахмурился и перевёл взгляд, встряхивая и расправляя ткань в своих руках. Зацепившись взглядом за цифры, он неосознанно задержал дыхание. — Девяносто пять?.. Он не контролировал то, как произнёс это вслух. Это происходит снова. Это почти задушило, когда он увидел адрес фермы, но он решил, что это осталось далеко позади. Но после их ловят в тачку, выспрашивая про аварию, а теперь это... — Заткнись... — тихо сказал Осаму. — Прошу, замолчи. Не говори вслух. — Почему? — Чуя насторожено поднял глаза. Осаму кусал губы, смотря перед собой, но как будто сквозь пространство, сквозь реального мира. — Я думал, что это закончится на ферме, — сказал он после паузы. — Раз уж так вышло, что эти цифры решили меня преследовать... Просто какого чёрта это произошло снова? Чуя нахмурился. — Что ты имеешь в виду? — Я сразу сказал, что это дурное число. Чуя кивнул. Вообще-то это сказал он, Осаму просто согласился... потому что тоже думал так? Те же цифры сложились в то же число, и они стояли здесь перед этим куском ткани... — Э-э, я никогда... Не говорил этого вслух. Не приходилось, знаешь. Осаму отвёл взгляд вдаль, мимо Чуи, продолжая: — Мои родители погибли в автокатастрофе. Ночью. На «Путь95». — Нет, — мгновенно ответил Чуя. Осаму перевёл глаза в его голубые, непонимающе хмурясь. — Я имею в виду: нет, — Чуя подавился воздухом, это медленно перешло в смех. Он расплылся в улыбке и засмеялся громче, качая головой. — Какого чёрта?.. — Осаму бегал по нему глазами, не меняя эмоции. Чуя смеялся, сминая ткань в руке в скатанный ком. По нарастающей он просто взорвался смехом, сгибаясь; рыжие пряди упали на лицо вслед за опущенной головой. Чуя трясся от смеха, широко улыбаясь. — Твою мать, Чуя... В чём дело? — Прости! — Чуя выпрямился и накрыл свои губы ладонью. Правда, это не стёрло с него остатки улыбки. — Прости. Блять, это моя... защитная реакция? Он выронил из себя смешок снова, разнося его следующим порывом смеха. И ударил себя по щеке. — Заткни свой грёбаный рот? — Обратился он сам к себе. — Чёрт, прости, Осаму, я... я не знаю... — Чуя, я не в порядке, мне не до смеха. Ты — единственный, с кем я могу быть настолько откровенным, и ты... так реагируешь? — Прости! Я правда не специально, клянусь, мне не смешно! Я не знаю, что это за херня... — Но ты смеешься, — настаивал Осаму, не сводя взгляда. Чуя рассмеялся снова, подтверждая услышанное. Он снова ударил себя по щеке. — Прекрати, — Осаму перехватил его свободную руку в воздухе. — Что с тобой? — Ударь ты меня? — Попросил Чуя, смотря ему в глаза. Правда, недолго. Он отвёл взгляд, не в силах... — Ударь меня. Я не могу перестать... Он засмеялся, подрагивая всем телом, и не мог убрать широкую улыбку. Осаму крепко держал его за пойманную руку. И в момент встряхнул, пытаясь вернуть в себя. Это не помогло: Чуя заржал, прикрывая глаза. — Я сказал, ударь меня по лицу, а не вывихни мне сустав, чтобы я всю оставшуюся жизнь дрочил твоей рукой! Кожу обожгло, голову откинуло от удара, но порыв смеха отпустил Чую. Открыв глаза, он уставился в траву, разросшуюся по территории лагеря, и перевёл дыхание. Это было в достаточной степени отрезвляющим. Чуя выпрямился, находя глазами Дазая. — Спасибо. — Дети видели, как я ударил тебя. Чуя обернулся. Отряды действительно шептались между собой, и только Кейт пыталась угомонить их, пару раз обернувшись в сторону парней, чтобы одарить тёмным уничтожающим взглядом. — Я просто неудачник по этой жизни... — вздохнул Осаму. Чуя вернулся к нему, но... не было желания болтать. — Чёрт, прости за... такую реакцию. Мне очень жаль, Осаму. — Значит, смех — твоя защитная реакция? Не замечал раньше. Чуя поджал губы. Конечно. Раньше ему и не приходилось так защищаться. Это не проявлялось, потому что ничего ранее не было настолько весомым для него. — Итак... — Чуя прочистил горло. — Ты искал Марка? — Ага. Хочу попросить... поменять номер. Но я не знаю, где он. И не могу бросить отряды. — Я поищу его! — Чуя с энтузиазмом выпрямил спину, закручивая ком в руке плотнее. — Спасибо... — Осаму смотрел вниз, но поднял глаза на Чую. — Давай больше никогда не обсуждать это? Ты пугаешь меня. Своей реакцией. Он развернулся и прошёл к отрядам, Чуя смотрел вслед. Какое-то время. Какое-то короткое время, что мог стоять на месте. После он развернулся и в темпе направился к корпусу. Он в первую очередь забыл, что должен был найти Марка. Марк не занимал его мысли от слова совсем. Чуя оказался в корпусе, чувствуя прохладу острым контрастом после улицы. Перегретый мозг плавно охлаждался, понемногу начинал соображать, складывать пазлы. Чуя слышал собственные шаги в ушах, пока добирался до ванной комнаты. Он закрыл дверь за собой и как-то машинально швырнул ком из накидки с номером в раковину, прежде чем открыть кран с водой. Он склонился, умываясь. Щека, по которой ударил Осаму, горела огнём. Фыркнув, Чуя умылся снова. Он тёр лицо руками, в момент выглядывая из-за ладоней в сторону зеркала и встречаясь с голубыми глазами. «Не хныкай, гонщик. Поговорим про аварию? Клянусь, я рад их смерти как школьник! Спасибо водителю и пассажирам, которые сдохли на «Путь95», чтобы мы тебя нашли!» Чуя вздрогнул и вернулся к воде, натирая лицо ладонями. Стараясь смыть это. Смыть... всё. Факт аварии, факт пойманности в машину, факт, озвученный Дазаем в безграничном доверии... Чуя оттирался от этого, но ничего не помогало. Совсем ничего. Он не закрыл кран с водой, когда выпрямился и опёрся руками на раковину. Опустив взгляд, он пялился на намокшую накидку с девяносто пятым номером. И... что это всё-таки должно значить?

༒

Последний раз Чуя спал урывками. Мысли либо заставляли просыпаться, преследуя в кошмарах, либо догоняли в ту же секунду, когда внезапного пробуждения требовало обеспокоенное тело где-то на подсознательном уровне. Чуя много думал. И без того ушедший в себя после произошедшего в машине он теперь отключился от реальности основательнее. Он откровенно избегал Дазая. И это было так явно, что однажды Осаму поймал его за руку в коридоре. Чуя дёрнулся и выругался — он снова напугал его. Он боялся собственных теней, что говорить о реальных внезапных прикосновениях. Осаму в лоб спросил, что происходит. Чуя колебался перед ответом, кусая губы. После сказал, что ему очень жаль. Осаму был взволнован. Он осторожным шёпотом спросил, потерял ли Чуя к нему доверие. Просто потому, что раньше Чуя был закрытым, но это насколько-то пропадало рядом с Дазаем. «Ты всё ещё доверяешь мне?» «Да, Осаму. Конечно.» Чую пронзила боль в груди. «А ты?», ни за что бы не спросил он в ответ. Он боялся услышать утвердительный ответ. Чуя тот разговор разорвал скорым походом в душ. Ничего не изменилось с того момента: он продолжил по возможности избегать Дазая. Он пару ночей подряд игнорировал зовущего его Дазая. Прикидывался спящим. В моменты, когда не мог физически от него сбежать. Осаму хотел то ли разговора, то ли обсуждения, то ли свести Чую с ума нахер! У него были свои подозрения, у Чуи — абсолютно другие. Чуя хотел всё закончить. Чуя хотел сбежать. Сбежать так же, как слинял с места происшествия, став виновником аварии, в которой пострадал невиновная машина. Голову хотелось сжимать. Мысли — заткнуть. И без того больная голова наверняка бы не выдержала идей, которые преследовали Чую. Восстановление после сотрясения прошло успешно, и он больше не носил бинт. Но неизменным осталось ношение чёрной панамы — очень уж он к ней привык. Чёрная панама слетела с него в коридоре, когда сильные руки насильно затащили его в душевую комнату. Чуя не успел понять что-либо. Только он шёл по коридору, торопясь к перемешанным отрядам на улице, секунда, другая — его запястья сжаты за спиной напором, волосы на затылке больно стянуты, и его лицо стремительно приближается к раковине, заполненной водой. Чуя не успел понять это. Дыхание просто прервалось, он начал захлёбываться. Погруженный в воду лицом он начал понимать, что на его тело оказано давление. И что его сгибают, чтобы «топить» в раковине. Только он придумал попытаться пнуть ногой человека, держащего его в таком сомнительном положении, как всё закончилось. За волосы его вытянули из воды обратно. Чуя задыхался и пытался поймать немного воздуха, впиваясь взглядом в зеркало. — Я задаю вопросы, ты — отвечаешь, — сказал Марк. Чуя угомонил дыхание, но не сердце, разбушевавшееся в груди сумасшедшим ритмом. — Кто вы такие? Кто ты? И из какой группировки? Отвечай. Живо. Чуя собрал слюну, но не стал плеваться в воду, в которую его, очевидно, погрузят снова. Он плюнул в сторону, отводя глаза от зеркала. — Хер ты угадал, Марк, — прохрипел он. — Окей, — хмыкнув, Марк крепче сжал рыжие волосы и опустил Чую в воду снова. Но в этот раз Чуя этого ожидал, поэтому успел задержать дыхание, чтобы не выдавать больше тот булькающий звук. Это было в порядке. — Ты меня не переиграешь, — сказал Марк. Чуя слышал его сквозь воду, так что вышло глухо. И отнюдь не убедительно. Но, пожалуй, Чуя понял, что он имел в виду. Марк заметил, что теперь Чуя взял себе немного воздуха перед погружением, так что держал его под водой дольше. Воздух неизбежно заканчивался. Чуя задыхался. И снова захлёбывался, когда неосознанно попытался вдохнуть, но получил в лёгкие только наплыв воды. Он закрутился на месте, понимая, что просто ударить или хоть как-то отстранить от себя Марка у него не получается. Марк вытащил его из воды, направляя голову в сторону зеркала. Чуя откашливался. — Попробуем ещё раз. — Я всё равно тебе ничего не скажу, — хмыкнул Чуя. — Почему бы тебе не расспросить своего бойфренда на уикенд? Марк через зеркало адресовал ему взгляд, полный недовольства от услышанного. Чуя через силу улыбнулся. — Я смотрю, ты мазохист, — сказал Марк. — Тебе нравится, когда тебя топят? Я не планировал становиться твоим ролевым партнёром. Чуя втянул воздух сквозь зубы. — А жаль... У тебя явно есть садистские наклонности. — Ты не прав. — Правда? Тогда на что это похоже? — Я просто хочу понять, какого чёрта... — Марк выдохнул, но хватку не ослабил. — Итак, Чуя. Ты хоть понимаешь, какой опасности ты всех подверг? Ты хоть немного осознаёшь, что было бы, если бы я спал в ту ночь? Осаму до сих пор таскает бандаж после тех травм. Он бы ничем тебе не помог. И всё это из-за тебя. Чуя сцепил челюсти и промолчал. — Пока я несу ответственность за всё, здесь происходящее, и за всех, здесь присутствующих, я имею право знать. И я хочу знать, что произошло в ту ночь. — Дохера хочешь. Лучше бы ты хотел вылизать задницу своему временному бойфренду или чем там любят заниматься парни вроде вас... помимо полизываний на публике. Пока он не кинул тебя. Стоило бы использовать это время с умом. В глазах Марка блеснул какой-то огонёк, выразительность взгляда вдруг превысила любые рамки, видимые Чуей раньше. — Придурок! — Марк стиснул волосы Накахары в кулак до невыносимой боли и снова тащил его к воде. Чуя был готов, но... Марк начал окунать его лицо в воду и быстро возвращать на воздух. Чуя растерялся этим внезапным движениям, так что основательно задыхался, когда Марк наигрался и оставил его под водой. Пузырьки расходились от носа и не успевали растворяться, Чуя мог издавать только булькающий звук. Он понял, что Марк давит ему коленом на поясницу, и по большей части из-за этого отпихнуть его становится сложнее. Настолько, что Чуе так ни разу и не удалось освободиться. Выдернув Чую из воды на воздух, Марк неожиданно перешёл на крик: — Что ты, мать твою, себе позволяешь?! Я здесь главный! В моих полномочиях вышвырнуть тебя отсюда без разговоров, но я даю тебе шанс рассказать всё как есть! Чуя отплевался от воды, затёкшей в дыхательные пути, и повернул голову к Марку, ослабившему хватку, вероятно, потому что силы уходили теперь на крики. Он проскользил глазами по его лицу и приподнял уголок губ. — О, мистер Главный... Ты любишь власть, да? Контроль/подчинение? Хочешь подчинить меня себе? Марк слегка затупившим взглядом пробежал по его лицу и ничего не ответил. — Попробуй, — Чуя улыбнулся. Растерянность на лице Марка добавила ему сил для этого. Приподняв брови, он повторил: — Попробуй заставить меня подчиняться. — Ты... Ты просто... — Марк выдохнул и отвёл взгляд. В следующий момент стараясь «утопить» Чую снова. В этот раз без «гениальных ходов», так что это прошло спокойнее. Вытянув Чую за волосы, Марк дёрнул его голову, больше не позволяя крутиться, как ему вздумается. — Что ты исполняешь? Я спас тебя. Следует быть благодарным. — Спас, — прохрипел Чуя, после стараясь хмыкнуть. — Теперь топишь и надеешься, что имеешь власть надо мной. Но вот, что я думаю по этому поводу: Пошёл ты нахер, Фишер. — Ты нарываешься. — Ну, накажи меня? Мистер Власть. Марк подался ближе, всматриваясь в голубые глаза через зеркало. — Ты даже не представляешь, на что я способен, — сказал он. — Как и ты, — хрипло отозвался Чуя. — Стоит сначала узнать, на что способен человек, которого ты собираешься топить в ванночке, прежде чем так бездумно делать это. — Ты мне угрожаешь? — А ты мне? Марк дёрнул голову Накахары, заставляя смотреть наверх в безвольном положении. Глотать слюну по и без того повреждённому горлу стало сложнее. Марк опалил щёку дыханием. — Не смей разговаривать так со мной, Чуя. Ты здесь никто. — Заигрываешь?.. — С трудностями прохрипел он. — Предупреждаю, — прямо в ухо прошептал Марк, вызывая непроизвольный табун мурашек. — Услышал? Чуя промолчал. Марк за волосы дёрнул его, снова заставляя смотреть в зеркало. — И если ты хоть раз подумал о том, чтобы угрожать мне своим пистолетом... Знай, что я держал его в своих руках. Он был у меня за поясом, пока я тащил твою полудохлую тушу в лагерь из леса. Чуя с трудностями сглотнул и забегал глазами по зеркалу, стараясь не смотреть ни на себя, ни на Марка. — Услышал? — Хмыкнул Марк. — Ты меня слышишь? Будь хорошим мальчиком, скажи, что услышал. — Пошёл нахер. — Плохая идея, — Марк опустил голову в воду снова, продолжая болтать, пусть Чуя слышал его глухо, будто издалека. — Если тебе так нравятся ролевые игры, я подыграю. Контроль/подчинение? Идёт. Но будет так, как я скажу. Всё равно в итоге будет по-моему. Чуя только успел мысленно назвать его ублюдком, когда через воду, так же отдалённо услышал голос, отличный от того, что держался совсем рядом. — Что, блять, здесь происходит? — Ролевые игры, — ответил Марк, прежде чем отпустить Чую. Чуя держал глаза закрытыми, пытаясь отплеваться от воды и перевести дыхание. — Какого чёрта?! Ты... Чуя открыл глаза только после неочевидного шума, схожего с грохотом. Он видел мыльно и старался проморгаться. — Какого чёрта ты с ним делал?! — Осаму вцепился ладонями в плечи Марка, вжимая его в стену. Он как бы изначально приставил его туда, оттащив от Чуи, но теперь отстранил, чтобы толкнуть в ту же стену, доставить боль. — Остынь, Осаму. Я предупреждал тебя, что мне нужно узнать от него, что произошло в ту ночь. — Какого чёрта ты... выпытывал из него информацию?! Ты права не имел делать это!.. — Я имею блядское право! — Перебил Марк, двумя резкими движениями хватая Дазая за запястья и меняя их положение, теперь прижимая к стене его. — Я имею право: я несу ответственность за детей, которые здесь находятся, и за вас, придурков, которые были на грани жизни и смерти в ту ночь! И сдохли бы, если бы не я! Как вы не можете этого понять?! — Убери от него свои руки, — Чуя толкнул Марка в плечо. Но Марк спешно увернулся и отошёл сам, поднимая руки наверх, и задерживая этих двоих в поле зрения: — Хватит защищать друг друга, я просто делаю свою работу! Чуя посмотрел на Дазая, встречаясь с ответным взглядом. В душевой комнате повисла тишина, которую разбивали выдохи разбушевавшегося Марка. — Щёлкнуло? — Спросил Марк. — Дошло до вас, наконец? Поставьте себя на моё место, идиоты. Какие-то бандиты кружатся рядом с лагерем, вы шастаете по территории с оружием, потом я подбираю из леса одного из вас полуживым. А вы как нихера не проясняете ситуацию, так и продолжаете в чём-то меня упрекать. Как будто именно я ваш враг. Осаму, от тебя вообще не ожидал. Это была следующая пауза. Осаму опустил глаза, нарушая её. — Почему ты просто не поговорил с ним? — Оо, — усмехнулся Марк. — Так он мне взял и рассказал всё, конечно! Ты вообще когда-то пробовал говорить с ним? Он умеет говорить нормально? — Я здесь, какого чёрта в третьем лице? — Прохрипел Чуя. Он всё ещё не пришёл в норму после ванных процедур. Марк перебросил на него взгляд, но будто нехотя. — Представь, что я просто подошёл к тебе, приятельски приобнял за плечо и попросил рассказать о той ночи. Твоя реакция? — Либо вызвать дурку, потому что с тобой явно что-то случилось, либо... — Чуя пожал плечом и прочистил покалеченное горло. — Либо рассказать, чем закончилась наша общая пьянка возле костра. Я не особенно понимаю, какая конкретно ночь «та». Осаму усмехнулся, и Чуя перевёл взгляд на него. Осаму улыбался, качая головой, и опустил глаза. Это было оценкой события, которое выбрал Чуя для ответа. — Ты невыносимый, — вздохнул Марк. — Вы оба невыносимые. — Так прогони нас, — Осаму нахмурился, находя его глаза. — Выгони из лагеря. Чуя оправился, мы можем двигать отсюда, да? Ты здесь власть. Скажи нам проваливать, и мы уйдём. Марк сощурился на него. — Это типа манипуляция? — Какая такая манипуляция? — Ты же знаешь, что я не хочу выгонять тебя. Осаму указал на рядом стоящего Чую большим пальцем: — Мы не идём отдельно. Не «меня» или «его», а «нас». Где я, там и он. — Ты понял, что я хотел сказать, — Марк закатил глаза. Осаму легко кивнул. — Да. Но и ты знаешь, что я не особо в восторге, когда моих друзей топят в раковине, чтобы расколоть, вытянуть информацию. — Он бы не рассказал просто так. — Я, знаешь, вот, чего не могу понять, — Осаму задумчиво промычал. — Откуда в тебе такая принципиальность? — В плане? — Ну... Почему тебе так важно услышать от него о произошедшем? Я тоже был там. Более того, я дольше был в сознании. Но меня ты не спрашиваешь. — Потому что у тебя нет татуировки, — отрезал Марк. Осаму вытянул губы, складывая их в трубочку. Очевидно, ему нечего было ответить на это. Комнату охватила следующая пауза. Которую нарушил Чуя своим хрипом: — Откуда ты знаешь? — «Откуда я знаю» что? — Уточнил Марк. — Что у него нет татуировки? — Чуя хмурился. Марк несдержанно усмехнулся, оставляя улыбку, с которой покачал головой. Он не ответил, и Чуя посмотрел на Дазая. Который в ответ в этот раз смотреть не стал. Пялился перед собой безучастным взглядом. — Ты видел его без одежды, — сказал Чуя. — А ты догадливый, — кивнул Марк. — Ревнуешь? — Тебя? — Чуя вскинул брови. — Да, чертовски сильно. Я думал, ты играешь в ролевые игры с подчинением только со мной. Сердце мне прям разбил, мудила. — О, не парься. Ты особенный. В такое я только с тобой. С ним я был очень нежным. Чуя дёрнулся, собираясь сократить между ними дистанцию, но споткнулся о руку Дазая, придержавшего его от этого. Осаму смотрел широко раскрытыми глазами. Ту же эмоцию он продемонстрировал Марку. — И что это был за разговор?.. — Непонимающе спросил он. — Я же сказал, что мы развлекались, пока тебя не было, — фыркнул Марк. — Это никак не меняет положения дел. Он развернулся, поднимая чёрную панаму с пола и закрывая дверь. Провернув защёлку, он вернулся к парням и продемонстрировал поднятую панаму: — Ничего не терял, мой сырный подчинённый? — Меня сейчас стошнит, — отозвался Чуя, под давлением Дазая сдавая назад. Марк раскрыл панаму, кивая на неё: — Можешь наблевать сюда. Осаму, правда, следующим моментом выдрал её из его рук. — Да, спасибо. Только потому, что эта панама валялась в коридоре, я пришёл сюда. Чуя таскается в ней всё время. Сразу понятно, что что-то не так. — Он протянул отобранную панаму Чуе: — Не теряй больше шляпку. — Спасибо. Марк хмыкнул и сел под дверь, поднимая колени. — Итак, парни. Никто отсюда не выйдет, пока вы не расскажете мне, что всё-таки произошло тогда, — он бросил мимолётный взгляд в сторону: — Ты молчишь, Осаму. — После нашёл голубые глаза: — Тебя я очень внимательно слушаю, Чуя. Не хочешь по-плохому, попробуем по-хорошему. Чуя фыркнул и опустился возле душевой кабины на пол тоже. — А сразу начать с «по-хорошему» нельзя было? Всё у тебя не как у человека. — Я слышу это от парня в бегах. Можно подумать, у тебя есть хоть что-то, что «как у людей». — Теперь это похоже на турецкий сериал, — сказал Осаму, повторяя за остальными. — Там тоже все на полу. Итак, половой сериал. Начинайте, ребят. Я тут чисто для атмосферы. Ну, или... если сильно загоняться начнёте. — С другой стороны... я понимаю, почему тебе нравится этот парень, — сказал Чуя, рассмотрев Дазая и перебросив взгляд на Марка. — Есть у нас что-то общее, да? — Без эмоций отозвался Марк. Чуя пожал плечами. — А мы потом устроим тройничок? — Спросил Осаму. — Или я там опять лишним буду? — Ну, только если тебя устраивает быть в постели с трупом, — фыркнул Чуя, передёрнув плечами. — Живым я на такое не подпишусь. — Закрыли рты, — сказал Марк. — Достаточно всей этой херни. Я требую, Чуя, чтобы ты рассказал всё, что произошло в ту ночь. — Я не люблю, когда со мной так разговаривают, — отозвался Чуя. — А я не фанат спасать из леса полудохлых мальчиков с кровью по лицу и телу. Иногда приходится жертвовать комфортом, как думаешь? — Не называй меня «мальчиком», ладно? — Чуя с угрозой поднял брови. — Постараюсь, — кивнул Марк. — Просто я случайно узнал, что вы и о возрасте своём соврали. — Он покосился на Дазая. Чуя повторил траекторию, ловя Осаму за рассматриванием потолка комнаты. — Мне не нравится этот сериал, — сказал Осаму. — Может, переключим? — На боевик опять? — Хмыкнул Марк. — Лучше уж боевик, чем... такая драматичная комедия. — Ты обо всё проболтался, — обречённо выдохнул Чуя, качая головой. Осаму быстро посмотрел на него. — Я ничего ему не сказал о тебе, — резко ответил он. — Слышишь? Я ни слова про тебя не сказал! — Тогда какого чёрта он знает и имена наши, и возраст?! — Я говорил про себя! Мне, блять, семнадцать, Чуя! Он не идиот, он понял, что мы из одной школы, значит, и тебе столько же! Я проболтался только в твоём имени, но это было перед тем, как он ушёл за тобой в лес, так что ты не имеешь права упрекать меня в этом! Всё остальное я рассказал о себе! — А татуировка? Осаму вытянул шею: — Ты? Считаешь, что я? Рассказал про татуировку? — Он рассмеялся и покачал головой. — Потрясно. А ты не хочешь вспомнить, что ты был весь в крови, когда Марк приволок тебя в корпус, и тебя пришлось раздевать, прежде чем обработать травмы? Не пробовал башкой думать?! Перед тем, как меня в чём-то обвинять, желательно. Мудак, блять. — Что-то ты пока ничего не разряжаешь, Осаму, — усмехнулся Марк. — Вывел меня, — отмахнулся Осаму. — Интересно наблюдать за вами, — Марк оставил крошечную паузу, — малолетками. — Я тебе ебало сейчас разобью, — отозвался Чуя. Марк улыбнулся. — Мило. А потом рюкзак собирай и в школу. С родителями. — Марк, ты нарочно его дразнишь, — выдохнул Осаму. — Закрой рот. — Окей-окей, — но улыбку Марк не убирал. — Итак, Чуя. Ночь. Осаму просит у меня сим-карту, мы целуемся, он уходит, я решаю немного отдохнуть и пересмотреть некоторые документы, прежде чем идти следить за камерами. Осаму знал, что меня не будет в наблюдательной какое-то время. По-видимому, с моей сим-картой он идёт к тебе. В вашу комнату. Дальше? — Мы идём ловить сеть. — Отличная работа, Чуя. Даже неожиданно. Хороший парень. — Я заблюю здесь всё, если ты будешь меня хвалить, — Чуя отвёл взгляд. — И всё-таки странный ты человек. От похвалы блюёшь, но водные процедуры и скованность тебя возбуждают.... — Фу, блять, — Чуя скривился. — Ты меня не возбуждаешь, а только преследуешь в кошмарах. Закрой рот. Давай по существу. — Вы поймали сеть? Чуя отвёл глаза наверх, задумываясь. — И да, и нет, я думаю? Мы — нет. Но Осаму сделал это. — Как здесь вообще оказались твои парни? — Это не... Не «мои парни». — Ну, это и не мои парни, Чуя. Бандиты эти откуда, которые вас кошмарили, и сломали Осаму ребро? — Марк, какого чёрта?.. — Вздохнул Осаму. — Он не знал об этом. Чуя рассмотрел его. — У тебя сломано ребро? — Да, я думаю? Оно было сломано. Меня подлатали люди, к которым обратилась Кейт. Тебя, кстати, тоже. Чуя вспомнил слова Марка про бандаж, поэтому не стал медлить с этим: — Подними футболку. — Нет. — Осаму, в чём дело? — В том же, в чём и твоё. Ты меня избегаешь, а я должен бежать к тебе по первому зову? — Я не... — Чуя запнулся и смежил веки, выдыхая. — Я не избегал тебя. Мне просто... было тяжело. Ты знаешь. — Понятно, — вздохнул Осаму. — Подними футболку. — Не хочу. — Пожалуйста. Осаму смотрел прямо, «в никуда», потому что Марк и Чуя сидели по бокам от него. Он подцепил край футболки и поднял наверх. Но быстро опустил. — Доволен? — Да, — Чуя помрачнел, отводя взгляд. — Спасибо. — А вот я недоволен, — встрял Марк. — Я так и не получил ответов. Тоже нужно просить через «пожалуйста»? — А ты умеешь? — Чуя растащил губы в неубедительную, но улыбку. — Покажи мне. — Ты такой любопытный, — сощурился Марк. — Все тебе всё должны. А сам молчишь, как рыба. Такому тебя учили в твоей банде, да? — Не скажу, что ты не прав, — Чуя пожал плечом. — Я не знаю, почему никому из вас не жаль Кейт, которая сейчас возится сразу со всеми отрядами... Но мне бы хотелось уже закончить наше собрание по интересам. Чуя покусал губы, но говорить не торопился. — Чуя, — позвал Марк. — Откуда здесь появились люди, которые запихнули тебя в машину? — Это... — но он не продолжил, выдыхая. — Бандитская тайна, да? — Я... Действительно могу нарушить кодекс сейчас... — Чуя смотрел в пол, с трудом сглатывая слюну. Марк уступчиво молчал. — Это больше не имеет значения, — сказал Осаму. Чуя и без него это знал. Он поднял голову, закусывая нижнюю губу, чтобы угомонить поднявшийся порыв сожалений. Его подбородок трясся. — Ничего не изменить, Чуя, — продолжил Осаму. Чуя склонил голову к коленям, накрываясь ладонями. — Мне жаль, — Осаму вздохнул. — Такой была цена за то, что ты сейчас с нами. — Я ожидал, что буду не понимать некоторые вещи, но чтобы малолетний бандит сгибался в истерике в ванной комнате, пока мы просто разговариваем... — Марк покачал головой. — Поразительно. Осаму перевёл на него глаза. — Он их предал. Мы не опасны... для лагеря. Чуя внезапно поднялся на ноги, остальные быстро проследили за ним. Марк поднял голову, когда Чуя подошёл к двери. — Отойди. Дай мне выйти. — Нихера. Я сказал, никто не выйдет, пока я не получу ответы. — Дай мне дойти до комнаты за ответом, — грубым, вальяжным тоном отозвался Чуя. — Пока до них не дошло, кто их слил, и они не приехали сюда за моей головой. Я не могу гарантировать, что вы здесь в безопасности, пока у меня есть это. — Что «это»? — Марк с подозрением сощурился. — GPS-устройство? — Да. — Ты серьёзно? — Марк поднял брови. — У тебя есть GPS-датчик?! — Крикнул Осаму. — Как давно?! — С самого начала. Осаму поднялся на ноги и за плечо развернул Чую к себе. — Ты, блять, шутишь? — Нет, — Чуя отвёл глаза не в силах выдержать напора в карих. — Ты... Ты с самого начала таскал с собой датчик, отслеживающий местоположение? Ещё с фермы?.. — «Жук сушёный». Осаму вскинул брови, сияя пониманием. И по нарастающей рассмеялся, отходя от Чуи по комнате. Он смеялся, трепля свои волосы на затылке. — Чёрт возьми... — Прости, Осаму. — Пошёл ты в пизду, — отозвался он. — Конечно, «ты никому не говорил о том, куда собираешься»! Ты даже поклялся! — И это правда. — Да, потому что ты решил взять датчик, который точно покажет точку, где ты находишься! Чтобы наверняка! С фермы мы сбежали, но похер: датчик ведь всегда с тобой! Куда бы ты не направился, эта херня просто следит за тобой и... передаёт данные... Он развернулся, проявляя на лице растерянность. — ...парням из твоей банды? — Чёрт возьми, да! — Чуя развёл руками. — Именно поэтому мы должны избавиться от этого жучка! Выпусти меня, Марк. Марк спешно поднялся на ноги и посторонился, пропуская внезапно взвинченного Чую через дверь. — Вы больные, что ли? — Он обеспокоенно побегал глазами. — А если бы я вас здесь не собрал сейчас? Когда бы твой малолетний цепной пёс вспомнил про датчик и придумал избавиться от него? Осаму беспомощно развёл руками. — Откуда мне знать?! А о существовании-то этого устройства не знал. Он мне сказал, что это «сушёный жук», когда он выкатился на стол в поезде! — Придурки... — выдохнул Марк, качая головой. — Эй, полегче, — Осаму указал большим пальцем в сторону. — Я с ним в этом деле не заодно. — Зато ты с ним заодно всё остальное время! Чуя вернулся, перекатывая круглое устройство в руках, и Марк за плечо затянул его обратно в душевую, закрывая дверь. Осаму выдернул датчик из рук. И сощурился, приближая к лицу. — Сказал бы, чтобы я и очки твои захватил, — нарушил паузу Чуя. Осаму поднял на него мрачный взгляд. — Заткнись. — Так, ну... — Марк потрепал волосы. — Какие идеи? Что делать с этой хернёй? Сожрать и через несколько часов отправить в канализацию через унитаз? Кто будет это есть? Я за Чую, — Он поднял руку, будто призывал к голосованию. — Нахера тут посредник в виде унитаза? — Чуя закатил глаза и попытался забрать датчик у Дазая. Но Осаму отошёл от него, не позволяя. Чуя беспомощно вбросил руку в воздух: — Эй, какого чёрта?.. Отдай. — Какого чёрта? — Повторил Осаму, хмыкнув. — Это я должен спрашивать, какого чёрта ты таскал это с собой всю нашу дорогу. Что-то ещё? Таблетки, ствол, датчик передвижений... удиви ещё. Вытряхивай свои карманы. — Он нахмурился и покрутил запястье руки с датчиком из стороны в сторону, уточняя: — Фигурально говоря. Не буквально карманы. Просто я даже не могу предположить, что ещё ты скрываешь! — Осаму, сейчас не время для личных обид, — влез Марк. — Мы все в опасности, пока ты держишь эту херню у себя. — Что ты хочешь сделать с датчиком? — Осаму обратился к Чуе. — Смыть, сливая ванночку, в которой меня пытал твой бойфренд. — Он мне не бойфренд. — Твой бойфренд топил меня в раковине, полной воды. — Прекрати называть его моим бойфрендом. — Я чуть не захлебнулся водой, в которую меня окунал твой бойфренд. — Заткнитесь оба! — Крикнул Марк. — Как бы вы не были против, я всё ещё здесь. — Так, значит... — нарушил паузу Осаму. — Смыть это в раковину? — Да, — отозвался Чуя. — Я справлюсь. — Стоять, — Марк перехватил Дазая на пути к раковине. — Вы реально недалёкие. Есть шанс, что из-за потока воды датчик проскочит мимо той части трубы, которая идёт крюком, но... Если нет? Не пройдёт? Датчик будет сигнализировать об этом месте, если не уйдёт в канализацию. Повисло молчание. — Думаете, вы всё знаете? — Спросил Марк. — Думаете, что со всем справитесь? — А ты когда в няньки нам записался? — Нахмурившись, покосился на него Чуя. — Ну, не справимся. Ну да, нам по семнадцать, и на двоих у нас вон, — он махнул рукой, — только его мозг нормально работает. И? Тебе какое дело? Жизни нас учить будешь? — Пока вы здесь, Чуя, на моей территории— — Назови мне хоть одну причину, почему бы не смыть датчик в унитаз, — перебил Осаму. Марк задумался, бросая начатое предложение. — Это задевает моё эго, потому что я не предложил это сразу. — Отлично. Значит, унитаз, — Осаму прошёл к нему, открывая крышку. — То есть, ты придумал это с учётом того, чтобы я сожрал датчик, но не сообразил, сделать это не через мой желудок? — Нахмурился Чуя. — Э-э, — Марк обречённо прикрыл глаза на секунды. — Я не... как-то вылетело из головы. — Так ты такой же тупица, как мы, — хмыкнул Чуя. — Я слишком много думал. Всем свойственно ошибаться. — Всем свойственно ошибаться, — повторил Чуя, кивая и приподнимая брови. — Всем, приятель. — Но иногда это ставит под сомнение не только твою безопасность. И ты должен брать ответственность. — Осаму, запомни, пожалуйста, и напомни нам никогда не становиться вожатыми снова, а особенно не соглашаться быть «главными» среди вожатых. Ответом ему стал слив воды. — Осаму? — Чуя обернулся, наблюдая, как Осаму хлопнул крышку унитаза и сел на него, складываясь, чтобы обнять голову руками. — Ты теперь не разговариваешь со мной? — Вам есть, куда идти? — Спросил Марк. Повернувшись к нему, Чуя заметил, что обращался он исключительно к Дазаю. — Со мной теперь никто не разговаривает?! — Сокрушился Чуя. Осаму поднял голову, отпуская от неё руки. Хоть и смотрел неизменно перед собой, ни на кого. Он покачал головой. — Оставайтесь здесь, — сказал Марк. — Если что, знаешь, где меня найти. С этими словами он вышел из комнаты. Чуя проводил его глазами, после вернулся к Дазаю, который тоже не торопился задерживаться. Он шёл совсем рядом, когда Чуя попытался схватить его за руку. — Осаму... Он просто поднял руку наверх, не давая поймать себя, и прошёл мимо. Оставшись в душевой в одиночестве, Чуя несдержанно пнул конструкцию раковины, уходящую в пол. После выдул воздух, стараясь взять себя в руки. И спустил набранную там воду, переключив режим заглушки.

༒

— А теперь проваливай. Чуя усмехнулся и покачал головой, не сводя взгляда с Дазая. — Это шутка такая? — Нет, — Осаму безмятежно пожал плечами. Он между делом подтянул бинт, обмотанный вокруг его запястья. — То есть... погоди. Ты. Заставил меня одеться. Обуться. И теперь выгоняешь? Чуя на самом деле втиснулся в джинсы и накинул свою синюю кофту на футболку, потому что Осаму настаивал на дожде и холоде. А после он просто... — Да. Ты не будешь спать сегодня в этой комнате. Забирай подушку и ищи себе другое место для сна. Любое другое. Мне не принципиально. — Осаму... — Я всё сказал, — перебил он. — Нет, давай поговорим, — Чуя подошёл ближе, проигнорировав тяжёлый вздох Дазая. — Это из-за датчика, да? Осаму устало простонал и потёр лицо ладонью, будто Чуя утомил его уже невероятно сильно. — Из-за всего, Чуя. Просто выметайся. — Мне расценивать это... как конец? Ну, нашей... Нашего пути. — Нет, я всего лишь предлагаю тебе уйти из этой комнаты, да что с тобой не так! — Я тебя не понимаю, Осаму, вот, что «не так»! И не со мной, очевидно. — Хорошо, да. Это из-за датчика. Я не хочу спать с тобой в одной комнате, зная, что ты передавал данные о нашем местоположении. Чуя сбавил тон. — Осаму, я не мог иначе... Это положено по регламенту. При любой поездке. Когда кто-то из нас покидает... привычные места по личным причинам, их не принято терять с радаров насовсем. Во всяком случае, у нас так было всегда. Это не моя прихоть. Это было моей обязанностью. Осаму кивнул. — Окей, я тебя услышал. А теперь уходи отсюда. Мне надо это переварить. — Ты серьёзно? — Я не вынесу больше ни одной ночи с тобой в этой комнате, — Осаму прошёл к кровати. Подобранную оттуда подушку бросил в Чую. — Лови. И проваливай. — Слушай, — подушку Чуя поймал. Он прижал её к себе и нахмурился. — Если я тебя так теперь раздражаю... почему бы тебе не уйти спать в комнату к своему бойфренду? Он даже свободен сегодня всю ночь. Я думаю, вы найдёте, чем заняться. — Он мне не бойфренд. И заканчивай это. — Давай поговорим? — О чём? — Осаму закатил глаза. — Я уже всё услышал. Это не значит, что я готов принять всё, что услышал. Так что иди, наконец, найди себе другую комнату для сна, — он вытянул руку, указывая направление на дверь. — Любую другую комнату. Ты меня понял, нет? — Неужели на тебя так влияет расставание с твоим временным бойфрендом? Или он не даёт тебе? Ты ведёшь себя как придурок, и я не могу понять, почему ты делаешь это, вместо того, чтобы просто поговорить. — Ты свистеть умеешь? Чуя нахмурился, сбитый с толку. — Я?.. Да... — Я тоже, — кивнув, Осаму указал на дверь повторно. — Ты всё сказал? Теперь вали. — Да пошёл ты к чёрту, — Чуя оскорблённо подавился воздухом. — Я не должен терпеть твоё поведение, пока ты ведёшь себя как кусок дерьма по отношению ко мне. Я ухожу. Но не потому, что ты меня выгнал. А потому что... потому что пошёл ты! Он вышел из комнаты, одной рукой обнимая подушку, и захлопнул за собой дверь. Только в коридоре, правда, он понял, что как-то не подумал... куда ему идти. Он хотел остаться на привычном месте, так что заявление Дазая просто выбило его из колеи. Что же, раз вышло так, как вышло, Чуе не оставалось ничего, кроме как начать бродить по коридору. Да, он мог бы поскрестись в комнату Марка, чтобы выпросить у него ключи от любой другой свободной комнаты, как выразился Осаму, но... для этого нужно было поскрестись к Марку. А это сразу нет. За тем размышлением Чуя дошёл до комнаты наблюдения и осторожно заглянул внутрь. — Карла?.. Она немного залипла на кресле и, очевидно, не была готова к тому, что её отвлекут. Тем более, так. Она дёрнулась на месте и перевела взгляд от мониторов. Чуя плечом привалился к косяку — двери нет и никогда не было. — Что чрезвычайного в тебе и твоей подушке? — Рассмотрев его, спросила Кейт. Да, к ней можно было обратиться настоящим именем для... более быстрого реагирования. Так уж сложилось. Чуя опустил взгляд. — Мне негде спать, — честно ответил он. — И что? Уступить тебе свою комнату на это моё ночное дежурство? Чуя сложил губы и пожал плечами. — Звучит как вариант, хотя я не думал об этом. Кейт помолчала, прежде чем легко усмехнуться. — Он выгнал тебя? Чуя встретил её взгляд своим. — Как супруг после вскрывшейся измены, — подтвердил он, проходя в комнату. — Могу я посидеть здесь с тобой? Кейт развернулась на кресле, следя, как Чуя устаивается на одном из вереницы школьных стульев, которыми комната наблюдения заставлена от и до. — Обычно после такого идут непосредственно к любовнице. — А если измена выдуманная? Подставная? — Тогда к приятелям, — кивнула Кейт. — Так значит, я могу посидеть здесь? — Улыбнулся Чуя, смотря на неё. Правда, в комнате на долгие секунды повисла тишина. — Опасный ты человек, Чуя. — Мне жаль, что я подставил вас всех, — ответил он после паузы. — Я не хотел... доставлять тех проблем, которые доставил. Я очень виноват перед каждым из вас. — Ты хотя бы осознаёшь это. И раскаиваешься. Так... Как твоё самочувствие? Чуя поднял взгляд от подушки, но щипать её пальцами не перестал. — У него было сломано ребро? Кейт кивнула. — Да. — И... как долго это заживает? — Обычно от трёх до пяти недель. Зависит от многих факторов. Ну, он носит бандаж, чтобы это помогало ему. Чуя покивал. — Понял. Это влечёт какие-то проблемы... в дальнейшем? Ну, осложнения, всё такое или... — Нет, всё срастается и работает, как было. — Круто. Это была следующая долгая пауза. — Ты не хочешь спросить о своих травмах? Чуя скривился и покачал головой. — Нет. Я жив, и слава... тебе и твоим знакомым, которых ты вызвала, чтобы позаботиться о нас. Спасибо. Правда. Я не знаю, что бы мы без тебя делали. — А про шрамы на животе ты мне тогда соврал, — Кейт усмехнулась. — Я раздевала тебя, поэтому видела. И к чему эта ложь? Чуя покачал головой. — Я не врал тебе тогда. На тот момент те шрамы... не были шрамами. Это были совсем свежие царапины. — В самом деле? И... Откуда же вы тогда прикатились к нам? — Я влез в драку в баре, и тот тип подрал меня заточкой. — Даже немного неожиданно, но... звучит как правда. — Она и есть. Понимаю, вы привыкли, что мы... не слишком честные, но всё уже раскрыто, так что... какой мне смысл пытаться врать? Чтобы что? — Мало ли. Могу спросить ещё кое-что? — Конечно. — Что означает татуировка? Чуя нахмурился. — Что означает татуировка, которая выглядит как буква «Т»? Ну, не знаю. Есть предположения? — Нет, я имею в виду... Якудза бьют драконов и всё такое. А тут буква. Меня к такому не готовила даже та сторона интернета, которая готовила к Якудза. Чуя посмеялся. — Ну, мы и не в Японии. — Да... Это не дало прояснений, если что. — Ну... Это просто буква? Первая буква названия для... своего обозначения в рядах группировок. Я не уверен, что банда может обойтись без этого. Моя, во всяком случае, не обошлась, так что... просто первая буква. Кейт внимательным взглядом рассмотрела и его, и подушку в его руках. — Знаешь, ты ходячее подтверждение того, что нужно сначала узнать человека от и до, прежде чем думать о нём в каком-либо плане. — Звучит дерьмово, — усмехнувшись, оценил Чуя. Он нашёл правду в её словах, подтверждаемых Дазаем, который на качелях рассказал, что не тащил бы за собой его, если бы заранее знал о его принадлежности к банде. Впрочем, тот же Дазай выгнал его на ровном месте спать где-то в другой комнате, так что, наверное, не всем нужны причины, чтобы быть небрежными. Иногда это просто отстойный характер. — Звучит как есть, — Кейт пожала плечами и отвернулась к мониторам. — Потому что сначала вы представляетесь обычными парнями, только что окончившими школу, а после вскрывается, что ты член преступной группировки, и вы в бегах. Это ли не «стоило узнать лучше»? Чуя бессильно вздохнул, принимая услышанное на свой счёт. Наверняка в бегах гораздо меньше упрёка, чем в принадлежности, из-за которой он подверг всех присутствующих опасности... Он уложил подушку на школьный стул рядом и с кряхтением вытянулся на соседних, укладываясь. Так, валяясь на спине, он больше не видел собеседницу так непосредственно — да и та отвернулась от него к изображениям камер. — Знаешь, я осознаю это. Ты права. — Я тоже осознаю, что я права. — Мне очень жаль... — Слушай, мы можем поговорить об этом как-то потом? Чуя поджал губы, не отвечая. — Такие обсуждения вгоняют в тоску, а мне всю ночь сидеть на камерах. Без обид. — Конечно. Я понимаю. — Он потёр глаза пальцами. — Тогда я просто немного полежу здесь, идёт? — Да, сколько угодно. Ты мне не мешаешь... когда твой рот закрыт. Он хмыкнул и улыбнулся, мотнув головой. — Спасибо. Вообще за всё спасибо. Она не ответила.

༒

Чуя бы ни за что не вспомнил момент, когда умудрился уснуть на той неудобной линии стульев. Единственное, что осталось понятным после резкого пробуждения: тело чертовски затекло. А, ну и по корпусу оглушительным рёвом гуляет оповещение о пожаре. Чуя чувствовал руку онемевшей, поэтому вытянул её вперёд и пощипал пальцами другой под оглушающий рёв пожарной сирены. Подушка была в общем-то неудобной, поэтому шея ломила. И Чуя принялся разминать её, лёжа в комнате, куда долетал гул треснувшей системы безопасности... Чуя резко поднялся на ноги, задевая подушку, которая слетела на пол за его резким передвижением. Тут-то до него начало доходить. В корпусе включилась и орала пожарная сигнализация. Чуя стоял в наблюдательной, лишившись остатков сна в секунду. Он осмотрелся, понимая, что один в комнате. Где Кейт? Где Марк? Где дети? И самое главное... где Осаму? Лучи красного света, оповещающие и вторящие звуковой тревоге, скользили по нему через пространство, где у комнаты наблюдения должна была быть дверь. Он прошёл к косяку, устанавливая на него ладонь, и выглянул в коридор, где меняющиеся местами линии красного света плясали ярче. Жужжащий гул фоном дробил мозг. Оттолкнувшись от дверного проёма, он прошёл по коридору дальше. Остановился возле лестницы, отправляя взгляд наверх. Там остался кто-то? Он двигался в противоположную от выхода сторону. Возле лестницы он крикнул наверх незамысловатое «Эй?!», но ответом ему неизменно было вопящее оповещение о пожаре. Соображать получалось плохо, поэтому он был медлительным, вопросительно озираясь по сторонам. Где очаг возгорания-то? Где все? Что за грёбаный фильм про апокалипсис, где только он остаётся живой душой на всю округу? Хоть кто-то? Он нашёл рамку для настенного огнетушителя на стене между спальными комнатами вожатых. Правда, сам огнетушитель стоял на полу рядом. Он подобрал баллон и, недолго думая, потряс, получая шуршащий, перекатывающийся отзвук. В огнетушителе есть какое-то наполнение. Почему тогда он брошен здесь и им никто не воспользовался? Хоть кто-то? Где все, чёрт возьми?! Людей нет, только грёбаный огнетушитель! Паника закипала в теле. Чуя покрутил баллон в руках, пытаясь понять, какое у него внутри всё-таки наполнение. Быть может, им не воспользовались, потому что наполнение не подходило под причину возгорания? Нельзя этим тушить то, что загорелось, или что-то вроде?.. Но дверца была разбита, огнетушитель выставлен, а огонь нигде не видно... Красные лучи света ползали по лицу Накахары, пока он щурился, имея отличное зрение, и крутил огнетушитель, пытаясь понять его наполнение или... хоть что-то уже понять! Хоть что-то! Свет сливался с цветом огнетушителя, именно поэтому зрение приходилось так напрягать. Ровно до момента, когда баллон уплыл из рук, а слух разрезало внезапным: — Отдай мне это! — Наложенным поверх пожарной сирены. — Твою мать! — Чуя крикнул и отпрянул, закрывая уши. Он непроизвольно сел на корточки, испугавшись неожиданно резкого голоса. Он так долго был здесь в одиночестве, чтобы какой-то хрен просто напугал его своим возвращением! Правда, из такого положения его потянули наверх за руку. Глаза пришлось открыть: без промежуточных вариантов, сразу широко раскрывая в удивление. В следующий момент Марк раскрытой ладонью толкнул его в плечо. — Выметайся! — Объясни мне, что происходит! — Поспорил Чуя, но, откинутый подальше после толчка, не сокращал расстояние. Удивлённое лицо Марка в свете бегающих красных огней выглядело комичным. — Тебе что-то непонятно?! — Где остальные?! Какого чёрта огнетушитель стоит здесь просто так?! Почему меня никто не поднял?! — У меня нет времени трепаться с тобой, если это не очевидно, выходи на улицу! — Но пожалуйста!.. — Чуя подался вперёд, но проводил глазами Марка, просто кинувшего его с этим. Он закатил глаза, после поспешил за Марком, остановившимся возле комнаты, где спали Чуя и Осаму все прошедшие лагерные дни. Комнаты, откуда Осаму выгнал Чую, не желая проводить эту ночь вместе. Марк перебросил огнетушитель, но... так, будто собирался использовать его дно. Чуя широко раскрыл глаза. — Что ты делаешь?! — Несдержанно крикнул он. Марк выдохнул, на секунду прикрыв глаза. — Собираюсь выбить грёбаную дверь, тупица! — Зачем?! — Чтобы добраться до огня! Чуя яростно покачал головой, бегая глазами от двери к Марку с огнетушителем. — Погоди, погоди! В той комнате случилось возгорание?! — Клянусь, ты самый тупой человек, которого я когда-либо видел! Выйди на улицу, не мешай мне! Марк ударил дном баллона по скважине. Чуя не менял эмоции широко раскрытых глаз. — Разве у тебя нет запасных ключей для каждой комнаты?! — Есть! Но дверь заклинила, она ими не... — Марк поставил огнетушитель на пол и схватил Чую под локоть, толкая его в сторону выхода: — Ты меня отвлекаешь! Пошёл вон отсюда! Иди на улицу и следи за отрядами! — Руки свои от меня убери! В нашей с Осаму комнате пожар, я никуда не уйду! Пока не... пока не... Где Осаму?.. — Ты хочешь убедиться, что он в безопасности?! Такого я тебе сказать не могу! И помочь ему я не могу, пока ты лезешь мне под руку! Свали! Марк снова подобрал огнетушитель, оставляя растерянного Чую на расстоянии, на которое оттолкнул его. Чуя потупил на месте. После отошёл ещё дальше. И с разбега влетел в дверь, пытаясь выбить её плечом. Боль прошлась по руке волной. И это ничему не помогло. Марк выглядел ошарашенным, смотря, как Чуя натирает ладонью повреждённое плечо. — Твою, блять, мать... — выдохнув, Марк снова отставил огнетушитель. Он схватил Чую за локоть, но в этот раз потащил его в сторону. Чуя упирался, стараясь ногами как-то зацепиться за пол, не дать Марку оттащить его. Но Марк дёрнул его за себя, повторной волной пуская боль по руке. И потянул. Кроссовки, которыми Чуя упирался в пол, соскользнули по поверхности, Чуя почти потерял равновесие. Чтобы выправить это, он поддался. — Отпусти меня! — Как только вышвырну тебя отсюда на улицу! — Почему я не могу помочь тебе?! — Потому что ты не помогаешь! Только мешаешь. Дай мне разобраться с этим, если он важен тебе. Чуя потерял сопротивление совсем. Они дошли до двери, за которую Марк вытолкнул его, для убедительности пихнув подальше. Чуя круто развернулся, растерянно смотря на него. «Дай мне разобраться с этим, если он важен тебе» — Ты ведёшь себя отвратительно! — Несдержанно крикнул Чуя. — Ты ведёшь себя так, будто ты главный и единственный герой в этом мире! — А ты ведёшь себя так, будто стоишь хоть чего-то, но только мешаешь мне делать свою работу! Ты ведёшь себя так, будто мир крутится вокруг тебя! — Ты только теряешь время тем, что выводишь меня из корпуса и продолжаешь спорить вместо того, чтобы дать мне помочь тебе! Ты тупоголовый идиот! — Потому что ты отвлекаешь меня! Я знаю, что я справлюсь. Несмотря на потерянное из-за тебя время. — Ты кусок самонадеянного дерьма с раздутым эго! Просто вытолкнул меня вместо того, чтобы принять мою помощь! Ты, блять, доволен собой?! Гул сирены отлично прослушивался за пределами. Он стал уже чем-то стабильно фоновым, пусть неизменно нагонял панику, под давлением которой оба из парней вели себя неблагоразумно, теряя время. Чуя переводил дыхание, с которым были проблемы с момента пробуждения, теперь же это усугубилось происходящим. И злостью на Марка. Смотрящего в ответ отрешённо. Чуя уловил звук за пределами корпуса, стоя перед дверью, и обернулся, отслеживая выстроенные на улице отряды. Правда, обернувшись, он понял, что остановились они действительно далеко от здания, где разгорелся пожар. Нахмурившись, Чуя снова посмотрел на Марка, но тот только бросил последний взгляд на него и развернулся, пропадая в корпусе. Чуя стоял в нерешительности. Что это всё-таки было? Завывание ветра, гуляющего между зданиями?.. Свист повторился снова, близко, действительно ближе, чем собранные на безопасном расстоянии. Чуя покрутил головой, сделал шаг внутрь здания, погружаясь в оглушительный гул сирены снова. Он ждал. Он понимал, что «теряет время» за бездействием, но... Звук действительно повторился снова, и он остановил глаза перед собой. После последний раз скользнул глазами по лагерному корпусу и оттолкнулся ладонью от стены, перебирая ногами выложенный асфальт перед зданием. Он отдалялся от входа, но гул сирены был неумолимым и успешно долетал до ушей. Казалось, вообще на всём окружении можно было услышать его. Казалось, любой смотритель близлежащей вышки мог своими ушами уловить это предупреждение. Чуя ладонью вёл линию по стене корпуса, проходя вдоль здания до... Он завернул за угол, обнаруживая Дазая, в сидячем положении привалившегося спиной к стене. На нём были очки. Так что поднятый на Чую взгляд казался твёрдым и... осуждающим, что ли. Настолько серьёзно Осаму выглядел в очках. — Неужели, — улыбнулся он. — Я уже себе весь рот обсвистел. Ты долго. — Что, чёрт возьми, ты творишь?.. — Чуя сдвинул брови к переносице. — Зайди за здание. Со стороны площадки тебя видно. Чуя бросил взгляд в сторону, из которой пришёл, действительно обнаруживая со своего места остальных. Соответственно, они бы тоже могли видеть его. Он прошёл дальше, скрываясь за углом и останавливаясь возле Дазая. — Что происходит, Осаму?.. Осаму поправил очки, подтянул бинт на руке и поднял рюкзак Накахары. Следующим моментом из своего положения бросая его непосредственно владельцу. Чуя поймал, но колебание отшатнуло его назад. — Идём? — Беспечно спросил Осаму. — Наше пребывание здесь закончилось. — Какого?.. — Чуя не мог собраться. — Что это значит? Это всё было твоим планом? Осаму состроил задумчивое выражение лица. — Напомни мне... что я попросил тебя сделать, когда мы обсуждали план побега? Чуя задумался, но, в отличии от Дазая, на самом деле напрягал извилины, стараясь вспомнить. Бешеный стук сердца молотил грудную клетку, так что это давалось с трудом. О, а ещё немного сложнее размышлять под вой пожарной сирены! — Ты попросил довериться тебе, — ответил Чуя. Осаму кивнул. — Итак... — Он поднялся на ноги, разминая затёкшие мышцы спины. — Спасибо за доверие. Я, правда, думал, ты сообразишь быстрее. Но ничего. Это не делает погоду. Чуя несдержанно толкнул его в плечо. — Какого чёрта ты творишь?! Почему ты заставил меня беспокоиться о тебе?! — Он выпустил рюкзак из рук и сократил расстояние, повторным толчком прибивая Дазая в стену спиной. — Ты поступил как мудак! Почему ты не мог предупредить меня по-нормальному?! Чтобы я был в курсе твоих идей?! Почему твой тупой мозг выдаёт именно такие сценарии?! Ты знаешь, как я испугался за тебя?! — Остынь, Чуя, тише, — Осаму поднял ладони наверх, но его лицо украшала бессовестная улыбка. — Я в порядке, смотри, прямо перед тобой! Я не думал, что бутылка, которую я всегда оставлял перед розеткой, может натворить такое... Он отвёл голову, затылком проезжаясь по стене, когда Чуя угрожающе подался ближе, опасно стирая расстояние между лицами. — Ты сделал это специально. — Что сделал специально? Пил воду? Да, я думаю, мне стоит делать это время от времени, чтобы, знаешь, не умереть от обезвоживания... Он не договорил: Чуя сжал его толстовку в кулак, вжимая в стену очевиднее. — Ты нарочно залил водой розетку, чтобы устроить этот пожар. Чтобы отвлечь остальных. И я уверен в этом. Моя претензия в том, что ты даже не потрудился сказать о своих планах мне. И просто «насвистел» меня, будто я грёбаный пёс. Осаму столкнул взгляды, улыбка на его лице поблёкла и теперь казалась виноватой. Правда, не слишком, учитывая то, что он сказал следующим моментом. — Это действительно неприятно, правда? Чуя нахмурился. — О чём ты? — Ну, я имею в виду... Неприятно знать, что у человека, с которым у тебя совместный маршрут, есть какие-то секреты, которые подвергают вас опасности, как думаешь? — Ты серьёзно? Ты сделал это, потому что обиделся на... датчик? — И да, и нет, — Осаму пожал плечом. — Меня это расстроило, но не настолько сильно. Я выгнал тебя, чтобы ты не пострадал от моих идей. — И ты всё ещё не потрудился объяснить мне это. — Какой тогда в этом был бы смысл? — Смысл? — Чуя вскинул брови. — Смысл был. Если бы я знал заранее, я бы не думал сейчас, как бы пройтись по твоему лицу своими кулаками за то, что ты заставил меня так сильно бояться за тебя. Я попытался выбить дверь в нашу комнату. И что было бы, если бы у меня получилось?! Тебя-то там не было! — Поэтому я и предупредил тебя про свист! Ты должен был выйти сразу, со всеми, но... да, планы иногда дают прорехи, тут никто не застрахован. Чуя за сжатую в кулаке одежду приложил его к стене, насколько-то отодвинув на себя перед этим. Осаму зажмурился и склонил голову к плечу, будто защищаясь. — Как ты смеешь... нарочно ссориться со мной и проворачивать подобное за моей спиной, чтобы сбежать вместе со мной? — Прости, — Осаму открыл глаза и приподнял брови, в этот раз действительно проявляя виноватую улыбку. — План проигрался неидеально, признаю. Чуя тяжело дышал от нахлынувшей злости прямо рядом с его лицом и бегал глазами, не в силах свыкнуться с тем, что произошло. Осаму подался вперёд, будто собираясь поцеловать. Тогда же Чуя резко отстранился, за пойманную ранее одежду отталкивая его от себя и вбрасывая освободившуюся руку в воздух. От отвернулся, смотря в сторону, где не нашёл бы Дазая. — Ладно. У нас, кажется, нет времени. — Ага! Пора прощаться с лагерем и новыми друзьями. — Что? — Чуя поднял рюкзак, но нахмурился и обернулся к нему. — Ничего важного, — отмахнулся Осаму. — Надо шевелиться, пока пожарные не добрались сюда. Мне кажется, ничего не выйдет, если попытаться угнать тот грузовик прямо перед их носом... — Какой грузовик? — Уточнил Чуя, накинув рюкзак на плечо. — О, пойдём покажу! — Засветился Осаму, повторяя за ним. — Только идём через склад, чтобы наши задницы не попались на камеры или на глаза собравшихся на улице. Идём... как... мышки... Понял? Чуя постоял, рассматривая его. — Ты здоровый? Осаму рассмеялся. — Надеюсь, — ответил он, после кивая. — За мной, мистер Сыр! — Однажды я тебя придушу, — вздохнул Чуя, но последовал за ним. — Надеюсь, мне понравится. Когда они прошли склад и оказались в месте, плохо защищённым от посторонних глаз, Осаму неожиданно согнул Чую, надавливая ладонью на спину. Чуя выглядел растерянным, смотря в ответ, но Осаму кивнул в сторону, намекая, что они могли бы попасться на глаза Кейт, если бы не пригнулись. Чуя фыркнул и сбил его руку с себя, но положение принял. Они вдоль забора прокрались к неофициальному месту для курения. Там стало спокойнее, и Чуя выпрямился. Осаму, правда, проследил траекторию за его спину, чтобы определить, насколько подходящее для этого время. После выпрямился тоже. Правда, ненадолго. Он двинул растение в сторону и начал отодвигать лист, скрывающий лаз. — Подожди, — тихо сказал Чуя. Осаму обернулся, наблюдая, как он сбрасывает рюкзак и копается там. После отвёл взгляд, стараясь привести дыхание в норму. Веселье куда-то пропало с его лица. — Можем идти. Осаму только кивнул и продолжил открывать им проход. Он вытащился за пределы первым, после, подождав Чую, потратил немного времени, чтобы скрыть лаз. Выпрямившись, он повернулся к Чуе. — Ты в порядке? — В каком смысле? — Осаму нахмурился. — Ну... Мы просто уходим? Ты подстроил пожар и заставил Марка спасать тебя... Он понятия не имеет, что не найдёт тебя в комнате, полной дыма. Мы просто обрекли их на это и... сбегаем? — Я просто замёл следы, — резко отозвался Осаму. — Нашего там с тобой пребывания. Чуя поджал губы и промолчал. — Если бы у меня была возможность подорвать ферму перед нашим оттуда побегом, я бы это сделал. — Я просто уточнил, как это выглядит для тебя. Они неплохо помогли нам, приняли нас, когда мы приехали, а теперь... — И давно в тебе столько морали? — Осаму дерзко вскинул брови. — Я бы, может, задумался над этим, если бы моим спутником не был грёбаный бандит. Но я не знаю, зачем ты делаешь это. — Ну, ты тупица, если не понимаешь, что я переживаю за твоё физическое и моральное. Я рад, что ты в порядке, но с таким грохотом покидать место, где нам дали укрыться на время... просто хочу знать, что ты чувствуешь. Осаму помолчал какое-то время, прежде чем остаться небрежным: — Я в порядке. Пойдём покажу грузовик, который ты должен угнать. Подумай лучше над этим, а не... — он договорил тише, фактически себе под нос, — о дерьме всяком. Чуя проводил его глазами, уличая во лжи. Он не в порядке. Но старается сделать вид, будто это так, и злится, понимая, что Чуя этому не верит. Вздохнув, Чуя догнал его и остановился рядом. — Что скажешь? — Участливо спросил Осаму. — Зверь, да? — Ну, как «зверь»... ослик, если. На ослах вроде тоже воду доставляют. И тоже они серые. Технически зверь, да. — Ты пялишься на грузовик для воды, когда рядом стоит такой красавец, да? Ты здоров? Чуя усмехнулся и посмотрел на Дазая, встречаясь с ответным взглядом. Он только решил разрядить атмосферу, накалённую недавним разговором. Так-то, конечно, он заметил оба грузовика. Грузовик, развозивший в лагерь воду, действительно стоял возле ворот, и это было странно. Да, чертовски странно. Немыслимо странно. Но не настолько странно, как тот длинный грузовик немного дальше. Такая бандура уже не выглядела рабочей машиной в той же степени: как минимум из-за отсутствия груза на длинных балках позади корпуса. Да и внешний вид статного грузовика... Он выглядел ахренительно красиво даже для фанатов легковушек. Просто уверенная в себе огромная машина с ровным корпусом, поблёскивающим от фонарей на территории лагеря и заманивающим ближе отдалением в тьму. Прямо-таки мультяшный проблеск чего-то важного, но сомнительного и явно опасного, но... последнее было так скрыто за блеском и величеством. — Круто, — сказал Чуя. — Да... Итак. Ты ведь сможешь угнать его? Взломать или, как сказать... выломать систему и завести без ключа? — Знаешь что, Осаму... Я без проблем угоню ту крошечную газельку, которая доставляла нам воду. Осаму нахмурился и развернулся к нему. — Почему? — Ну, давай так. Кому-то не особо похер на газель с водой? Стояла, пропала, по шапке получит водитель. Только он же и будет переживать, куда пропала его драгоценная. А это... — Чуя тихонько присвистнул, не сдержавшись. — Вау. У этого хозяин точно не развозчик воды. И... он где-то здесь, раз припарковал транспорт здесь. — Чуя, без обид, но... — Осаму оставил крошечную паузу. — Я думаю, у этого зверя больше нет хозяина. Чуя нахмурился, быстро сталкивая взгляды. — Что ты имеешь в виду? Почему «без обид»? — Потому что ты слегка тупишь... — Осаму мило сбил губы в сторону, чтобы казаться невинным, пока оскорбляет его. — Я бы не предложил угнать грузовик, водитель которого остановился здесь по нужде и вернётся через пару секунд, как думаешь? — Но... — Чуя переминался с ноги на ногу, не меняя эмоции. — Эта бандура стоит тут уже какое-то время. Также... «без обид» вторая часть. У меня есть предположения, что к отсутствию водителя имеют отношение парни, которые приезжали сюда по твою душу. Не спрашивай, как я к этому пришёл, — защебетал Осаму, когда заметил, как Чуя набирает воздух для ответа. И он угадал в этом, Чуя собирался переспросить, поэтому пришлось передумать и замолчать. — Окей, как-то ты это придумал, — спустя паузу сказал он. — Какие-то доказательства? Гарантия, что водитель не вернётся прямо... ну, вот сейчас? Я обернусь и не увижу там водителя. Каков шанс? — Стопроцентный, — Осаму кивнул, для убедительности на секунду смежив веки. — Возле этой штуковины никого не бывает. — Итак, ты следил? Прежде чем устроить это всё? — Я же сказал тебе довериться мне. У меня всё поступательно в голове складывалось, и я сделал это, как только нашёл полную картину. И убедился в её работе. — И ни слова не сказал мне, — снова обиженно фыркнул Чуя. — Окей, ты можешь дуться на меня. Но только не сейчас. Давай найдём место, где нам не нужно будет шевелиться и думать, а потом пофыркаешь на меня, идёт? — Осаму выдержал паузу, но Чуя не ответил, так что он продолжил: — Итак, идём угонять тот мощный грузовичок. — Газельку с водой, — поспорил Чуя. Осаму нахмурился. — Нет. Нахрена нам эта глупая водная газель? — А нахрена нам настолько сомнительный угон крутого грузовика? Ты не дал мне доказательств. «Убедился» сам, но меня не впечатлил. Осаму сложил руки в просящий жест, но пальцами указал им на Чую. — Чуя, пожалуйста. Угони нам крутой грузовик. — Мы идём на угон газели с водой. — Нет, — Осаму закатил глаза. — Да. Газель, которая доставляла нам воду. — ...нам никуда не впёрлась, — постарался «договорить» Осаму. — Но это безопаснее, — Чуя рассмотрел обе машины, стоящие вдали от них. — Стоп, — Осаму усмехнулся. — Оу, я понял. Ты боишься. Чуя нахмурился и перевёл на него взгляд. — С хера ли? — Да очевидно! — Осаму с улыбкой покачал головой. — Ты испугался брать тот грузовик. Это страх. Ты напуган. Чуя закатил глаза, после пальцами ущипнул переносицу, смежив веки. — Осаму, это просто бред. Я не боюсь, но... — Расскажи, что мы теряем с этим выбором. Нам нужен транспорт, чтобы свалить отсюда раз и навсегда. Перечисляй последствия угона грузовика, у которого даже нет водителя! — Это... — Чуя увёл взгляд в его сторону, рассматривая. — Это просто... глупее, чем взять газель с водой. Это глупость. Идиотизм даже. — Хорошо, я понял! Давай решим это по-взрослому. Чуя проявил растерянность во взгляде, которым впёрся в Дазая. Дазая, который следующим моментом протянул кулак, подставив под него ладонь. — Если мне не изменяет память, первые ножницы. Чуя улыбнулся и по нарастающей рассмеялся. — Что? — Я говорю: давай решим это без споров. По-взрослому. Видит бог, я не могу подтасовать руки, так что... воля случая. И решение нашей дилеммы, раз ты мне не уступаешь. — Ты просто... невыносимый. — Первые ножницы, — кивнул Осаму. — Если я правильно помню. Давай, Чуя. Бегом. У нас нет времени на споры. Чуя с улыбкой покачал головой. — Ты не можешь быть серьёзным. — Я серьёзен. Не будь трусом, принимай моё предложение. — Итак, — Чуя выставил кулак, не подставляя под него ладонь. — Если я побеждаю... мы садимся в грузовик с водой и катим отсюда со скоростью звука. — «Со скоростью звука» не получится, если внутри остался груз. Но да. Но если я!.. — Я понял, Осаму, давай просто сделаем это. — Как скажешь, — Осаму довольно улыбнулся. Да, первыми были ножницы. — Хорошо идём. Чуя поднял взгляд. — Ты хоть по праздникам закрываешь рот? — Сегодня не праздник, — Осаму пожал плечом, выставив бумагу на камень Чуи. — Хотя кто знает... — сразу исправился он, расплываясь в улыбке. Чуя цыкнул. И вернул ему бумагу в следующем раунде. Правда, Осаму разрезал её ножницами. — Оу. Похоже, я выиграл. Чуя вздохнул и отправил взгляд на победивший грузовик. — Похоже на то, — согласился он. — Ты ведь не поддавался мне? — Осаму игриво погладился плечом о его плечо, после первый прошёл в сторону. — Идём к крутому грузовику! Чуя опустил ладонь на живот и через футболку сжал пистолет, заправленный за пояс. — Чёрт с тобой, — выдохнул он, явно неслышно для Дазая, прежде чем пройти следом. Он подошёл, отправляя взгляд наверх, чтобы рассмотреть габариты грузовика. Дазая уже не было рядом. — Эй, взломай сначала мне дверь! — Крикнул Осаму. Правда, после послышался щелчок открытой двери, и он исправился: — А, нет, не нужно. Здесь открыто. Чуя подался вбок, бессмысленно смотря в сторону морды грузовика, но обращаясь через это пространство к Дазаю возле пассажирской двери. — Это не дохера ли подозрительно, что у такого грузовика открытые двери? — Это только подтверждает мою теорию о тех парнях. Наверняка водитель не планировал задерживаться здесь, но... не смог вернуться. О, я залезу первым и открою тебе дверь! Дай мне секунду. Чуя втянулся обратно, рассматривая грузовик. — Ну да, поэтому именно пассажирская дверь открыта... — поспорил он, пусть не непосредственно ответом Осаму, а так, поймав мысль с момент. На шильде была буква «М», вдоль двери расположилась надпись, дающая полное название марки. Чуя бессмысленно провёл пальцами, поочередно очерчивая каждую букву. «Marmon». — Ты уснул там, что ли? — Чуя поднял голову. Он успел переписать марку грузовика своими пальцами несколько раз, но водительская дверь не открылась. В салоне была какая-то возня, но высота корпуса не позволяла видеть слишком много, а прыгать Чуе бы не позволило эго. — Подойди сюда, — подал голос Осаму. Чуя цыкнул и отстал от надписи, чтобы обойти грузовую машину и оказаться возле пассажирской двери. Осаму спрыгнул на землю. — Водительская дверь не открывается, — сообщил он. — Это, кстати, всё ещё подтверждает мои предположения. Открыта пассажирская, потому что та сломана, и водитель тоже выходил через эту. Видишь? — Она не открывается даже изнутри? — Ага. Я сказал именно так. Залезай первый, чтобы сесть возле руля. Давай-давай, вперёд, у нас нет времени. — У нас его изначально не было, — небрежно отозвался Чуя, хватаясь за конструкцию, чтобы подтянуться и поставить ногу на выступ. Только после он повернулся и втиснулся в салон, двигаясь. Правда, пока он переползал на водительское место, он больно ударился коленом о панель и выругался. Осаму заинтересованно заглянул в салон, стоя на земле. — Что дерьмового там с тобой уже произошло? — Осведомился он. — Медлительный напарник, — прошипел Чуя, неизменно кривясь от боли в колене. Осаму хмыкнул и подтянулся, повторяя проникновение в салон. — Напарник? — Уточнил он, свалившись рядом. — Ну... Законными вещами мы тут с тобой не занимаемся. — Тогда уж «подельник». — Тогда уж, будь добр, помолчи в честь праздника: твоей победы в камень-ножницы-бумага. Ты обещал. — Ладненько, — кивнув, Осаму влез в свой рюкзак, что-то перебирая. Чуя потёр колено, хмурясь. Движение заставило согнуться, так что пистолет неприятно упёрся в живот. Поэтому следующим моментом Чуя выпрямился и вытянул его, собираясь продемонстрировать Дазаю «на случай». Но так вышло, что он повернулся к нему в тот момент, пока Осаму сам протягивал ему инструмент, и они просто застыли. Чуя — с пистолетом, Осаму... нахмурился, опуская взгляд: — Это мы типа играем в обмен? — Что это у тебя такое? — Чуя опустил руку с оружием вниз. До этого дуло всё равно не смотрело на Осаму, но так было безопаснее. — Я сам, честно говоря, не знаю, — Осаму рассмотрел плоский металлический прут со слегка подогнутым концом. — Похоже на большой такой лом, но не настолько острый, как настоящий лом. Я взял это со склада, когда Марк копался там в поисках молотка. — И нахрена это?.. — Ну... Чтобы ты этой штукой сломал пластмассу, которая закрывает внутренности машины, где провода к замку зажигания? Это поможет тебе сделать это? Чуя вздохнул и протянул Дазаю пистолет. Но, заметив удивление на его лице, просто сложил оружие на панель. После забрал непонятного названия инструмент и рассмотрел. — Я не испугался твоего пистолета, просто... внезапно как-то вышло. — Я ничего не сказал по этому поводу, — отозвался Чуя, оценивая уже каркас грузовика, который действительно нужно было снять. — Осаму, я просто положил его туда, чтобы он был у нас на виду и не упирался мне в живот, ладно? — Ладно. Так что с угоном? Ты сможешь? — Я надеюсь... — озадачено протянул Чуя. — Извини, конечно, но... не хочешь поторопиться? Чуя нахмурился и поднял глаза в карие. Осаму кивнул ему за спину, предлагая посмотреть в окно. Когда это исполнено, Чуя отчетливо видит чёрный дым, поднятый от корпуса. Он поджал губы: крошечный — по плану Дазая — пожар так и не потушили. Положение усугубляется. Они стоят на месте. — Чёрт, — выругавшись, Чуя основательно бросил тянуть время. Он просунул подогнутый край инструмента в щель, соединительную точку между частями панельного покрытия. И потянул. Послышался хруст с последующим треском. Чуя пальцами поддел отошедший от крепления элемент, продолжая тянуть, чтобы снять полностью. Насколько-то это получалось, а после... — Твою мать! — В чём дело? — Участливо включился Осаму. — Та часть снизу прикручена болтами. Я не сниму. Даже этой штукой. — А это важно?.. То есть. Насколько это важно? Чуя задумался, оценивая проделанную работу. Провода от замка зажигания были уже снаружи, а прикрученная часть крепления в принципе не мешала в задуманном. — Ладно, — вздохнул он. — Это просто будет неудобно. — Хорошо, — кивнул Осаму. Всегда бы его тон был таким смиренным. — Могу ещё чем-то помочь? Чуя подкинул инструмент, чтобы перехватить его в воздухе и остановить пальцы ближе к заострённому краю. — Да, — ответил он. — Произведи мне тишину. Осаму фыркнул. — А что мне за это будет? — Я не ткну тебе этой штукой между глаз. — Убедительно, — кивнул Осаму. Чуя подцепил крутящуюся конструкцию с замком зажигания и начал раскручивать её, чтобы отсоединить от панели. Было чертовски неудобно с той частью панели, которую осталось невозможным снять из-за болтов. Осаму без слов, только гортанно начал что-то напевать. Чуя поднял непонимающий взгляд. Осаму остановился на мгновения, смотря в ответ. Но скоро продолжил мелодию, покачиваясь от стороны в сторону. — Какого чёрта? — Мне скучно. Ты так долго возишься. Чуя перехватил инструмент на середине и выпрямился, наклоняя его в сторону Дазая. — Ты. Меня. Отвлекаешь. Осаму сбил губы в сторону. — Извини? Выдохнув, Чуя вернулся к занятию. Но теперь в салоне была тишина, и это будто нагоняло... тоску какую-то. Чуя отсоединил механизм от панели, но держать себя в руках больше не мог. — Нет, не молчи!.. Можешь сказать что-то или начать петь. Осаму усмехнулся. — Ты абсолютно ни в чём не можешь определиться... — Это всё из-за тебя. Невыносимый, — Чуя отодвинул мешающие элементы конструкции и вздохнул, оценивая многообразие проводов. Да и не то чтобы «отодвинуть» мешающее у него получилось в должной степени. Вся эта разобрано-неразобранная груда материала улеглась Чуе на ноги. — Скажи мне лучше, какой из проводов... Жёлтый или зелёный? Может, красный. Тоже имей его в виду. — Резать? — Уточнил Осаму. — Ага, — саркастично бросил Чуя, имитируя ножницы пальцами: — Вот этим. Единственное режущее, что у нас есть. — Значит, не резать, а оторвать и выкинуть нахер. — Я сейчас тебе что-нибудь оторву и выкину, цвет мне назови. — Ты взваливаешь на меня такую ответственность... у меня вспотели ладошки. — На дух тебя не переношу, — фыркнул Чуя. — Зелёный. Чуя внимательно изучил зелёные провода. — Изоляцию бы немного подчистить... — вслух подумал он, собирая концы вырванного провода одной рукой. — Хотя и так норм. Надеюсь. Палку свою забери. Осаму принял протянутый инструмент. — Тебя ударит током? — Спросил он. — Я имею в виду... если выбор проводов неправильный. — Да... Если я неправильно соединю провода, может коротнуть. — Надеюсь. Подобрав оба конца провода, Чуя поднял взгляд на Дазая. — Надеешься, что меня ударит током из-за замыкания? Осаму закатил глаза. — Надеюсь, что выбор правильный. Не знаю, насколько ты серьёзен, когда говоришь, что ненавидишь меня, но лично мне ты слишком дорог, чтобы желать тебе токового разряда. — Как запел, — хмыкнул Чуя, опуская глаза на провода. — Это ведь... — быстро начал, но не продолжил Осаму. Чуя посмотрел на него. — ...не может действительно навредить тебе? Чуя улыбнулся. — Не парься так. Максимум, волосы на затылке встанут. Я не буду трястись и держаться за напряжение после удара, как в глупых фильмах, так что... — Ты можешь... потерять сознание? — Не исключено. Эй, Осаму, прекрати сдавать назад перед финишем. Это вообще твой план всё. Дай мне соединить их. Осаму поджал губы и не ответил, позволяя Чуе продолжить задуманное. Чуя сблизил оголённые концы проводов. Стоило им соединиться, по салону прошёл гул заведённого двигателя. Сразу после щелчка. Так что Чуя, выдохнув, довёл провода до более плотного сплетения и закрутил их положение, стараясь аккуратно отложить на панель, отпавшую от основной части, будто то было открытым ртом машины. Осаму выдохнул тоже. — Слава богу. — Ты сказал, какие провода соединить, — улыбнулся Чуя, выпрямляясь. — Я сказал зелёный, потому что цвет этого грузовика тёмно-зелёный... Рандомно ляпнул. Это всё ещё огромная ответственность, если ты думал, что я так пошутил! — А я сказал «замыкание», потому что ты наверняка знаешь, что это такое, раз видел, как вода замыкает розетку в нашей лагерной комнате. Осаму фыркнул. — Мы уезжаем отсюда, — объявил он, подразумевая, что совершённое им уже не имеет особенного значения. — Как скажешь, — Чуя пожал плечом и, скользнув глазами по приборной панели, нажал на педаль... Но грузовик не поехал. Дёрнулся на месте, но не поехал. Чуя качнул головой, решая быть поласковее с таким внушительным зверем. Ещё раз проверив наличие бензина по приборной панели, он снова нажал на педаль. Повторив манёвр с большей долей аккуратности, он нахмурился. Грузовик мог и хотел, но не ехал. — В чём проблема? — Обеспокоенно спросил Осаму. Должно быть, он думал о том, сколько в итоге допустил дыр в своём плане. — Помолчи, — Чуя, не отвлекаясь, поднял руку и указательный палец. Он выжал газ снова, постепенно уменьшая напор. Двигатель отзывался, гулом вторя изменениям. Но грузовик не двигался с места. Чуя снова прижал педаль. И тем же пальцем, предупредившим ранее Дазая о молчании, указал назад, повторяя мысль вслух: — Заднее колесо с твоей стороны. Не крутится. Совсем не крутится. Не может. Как будто... мешает что-то. — Сходить проверить? Чуя покачал головой. — Сиди. Я сам, — он толкнул водительскую дверь, но она не открылась. — Дверь сломана, — напомнил Осаму. — Мне быстрее выйти. Чуя заметил заглушку, опущенную в конструкцию. Поднял её, получая щелчок по салону, и открыл дверь. После обернулся к Дазаю, предлагая читать недовольство на его лице. Осаму шире раскрыл глаза. — Клянусь тебе, она не двигалась... как бы я не тянул. — Ну, а я потянул, и двинулась. — Может какая-то типа анти-угонная штука... теперь-то мотор работает. — Может, — кивнул Чуя, несмотря на то, что никогда ни о чём подобном не слышал. — Сиди, я пойду проверю, что там с колесом. Ты всё равно ни черта не поймёшь. — Я ради приличия предложил, — фыркнул Осаму. — И я бы понял, если бы колесо стояло в итоге в яме или луже! — Он повысил интонацию, потому что Чуя уже выпрыгнул из салона. Чуя обходил грузовик через переднюю часть, так что улыбнулся Дазаю через лобовое в ответ на его догадки, брошенные уже после выхода. Осаму следил за Чуей через боковое зеркало, пока тот проходил до колеса возле балок. У грузовика по три колеса, так что это было тем, что «посередине». Но всё ещё со стороны Дазая, это Чуя услышал правильно. А ещё Чуя... Вытянул палку из того колеса. Осаму нахмурился и открыл дверь, разворачиваясь из салона к нему. — Что? Палка? — Да... — Чуя хмурился тоже, рассмотрев и выбросив её. Он осмотрелся по сторонам, потом прошёл «до конца» корпуса вдоль балок. Послышался короткий шум, после которого Чуя обратил внимание на происходящее за корпусом. И широко раскрыл глаза, поднимая руки наверх. Он отступил назад, не сводя взгляда. Страх пробежал по позвоночнику Дазая ощутимой волной. — Хорошая работа. Осаму обернулся, чтобы подхватить пистолет с нетронутой части панели, и спрыгнул, быстро оказываясь возле Чуи. Более того, быстро отталкивая его в сторону. — Чёрт!.. — Чуя сел на корточки, прикрывая голову руками. Осаму выпрямил руку с пистолетом, понимая собственную тряску. Хлынувший адреналин затуманил глаза на мгновения, так что отыскать человека, прятавшегося среди балок, оказалось просто, а вот предположить, кем он был... — Вот как... Ты? — Сказал неизвестный. Или известный. Но мозг обрабатывать отказывался. — Чёртов Оливер!.. — выдохнул Чуя. Осаму с тяжестью сглотнул, неизменно целясь в голову внезапно нарисовавшемуся в их планах... Оливеру? — Не будем торопиться, да? — Хмыкнул Оливер, сходя с балок на траву. Он держал направленное оружие на сидящего Чую, но не торопился спускать крючок. Осаму прижал к пистолету вторую руку, понимая тяжесть, которая клонила к земле в той же обязательности, что и страх. Он проводил передвижения Оливера, держа его на прицеле. Пока тот держал Чую. — Я хочу видеть твои руки, гонщик. Осаму не сводил глаз с Оливера, так что не мог знать, исполнил Чуя услышанное или нет. А вот Оливер проследил. Осаму мог бы прямо в этот момент отправить ему в башку свинцовый привет! Как же чертовски сильно дрожали руки. Осаму подтянул конструкцию пистолета, продолжая держать его в двух вытянутых руках. Он никогда не стрелял... Он тяжело дышал. Он старался моргать как можно реже, когда Оливер снова посмотрел на него. — Я имею в виду, хорошая работа. Никто Оливеру не ответил. — Я спустил колёса того грузовика, который привозил сюда воду. У вас не было других вариантов. А ты... — он рассмотрел Дазая. — Тебя я вижу чаще, чем свою семью. Ты много раз выходил сюда со своим приятелем... — он покосился в сторону, на Чую, должно быть, — не с этим. С другим. И ты так часто смотрел на мой грузовик... Он прервался, но на мгновения. — Это было легко. И вариантов других у вас не было. Вот я и говорю... хорошая работа. — Что тебе нужно? — Спросил Осаму, стараясь вкладывать в голос всю уверенность, на которую способен в такой ситуации. Его ладони слегка вспотели, но он твёрдо держал пистолет, направленный на Оливера. Оливер хмыкнул. — Я не думал... что в итоге ситуация обернётся таким образом. Нет, я знал, что вы будете вдвоём, но... — Но? — Мне нужен твой приятель, уж без обид. — Ты и твои головорезы отпустили его. Так какого чёрта? — В этом и грёбаная проблема! — Прошипел Оливер, спуская курок большим пальцем, неизменно держа указательный на спусковом крючке. Осаму почувствовал, как дыхание оборвалось. Он широко раскрыл глаза, но быстро постарался взять под контроль свои эмоции. Он потянул конструкцию и спустил курок тоже. Пространство подхватило треск, с которым он зарядил пистолет. Теперь он держал оружие одной рукой. Чуя сидел в стороне и сцепил ладони в замок на затылке, поднимая голову, чтобы следить. Оливер снова обратился к нему, как и дуло его пистолета. — Вся моя проблема в том, что тебя отпустили за информацию! — Я не понимаю... — сказал Чуя. — Конечно, ты не понимаешь! — Объясни, — влез Осаму, получая внимание Оливера. Сразу после он с тяжестью сглотнул. — Я не репетировал, — миролюбиво сказал Оливер, прежде чем вернуть глаза на Чую. — Разве что... Только представлял момент, когда вышибу тебе мозги. — Не посмеешь, — выдохнул Осаму, не имея сил для громкости за поднявшимся страхом. — В самом деле? — Оливер не был искренним, когда поднял брови. — В самом. Деле. — С расстановкой ответил Осаму. Оливер коротко посмеялся. Осаму хотел бы сказать ему что-то вроде о последнем смеющимся, но и мысли не складывались должным образом, и горло сковало страхом, так что он не стал. — Впервые вижу такого удачливого рыжего парня, — Оливер обратился взглядом к Чуе. Чуя смотрел в ответ из своего положения с открытой ненавистью. — Я имею в виду... у тебя есть защитник, когда как своих людей ты просто предал. Чуя отвёл глаза; слова полоснули его по сердцу с новой неожиданной силой. — И всё, — продолжил Оливер. — И всё, чёрт возьми! Тебя отпустили, потому что ты наболтал чуть больше, чем от тебя требовали все эти два года! Просто отпустили! — И что? — И что?! — Рявкнув, Оливер постарался подойти ближе. — На месте стой! — Нервно крикнул Осаму, снова подключая к пистолету вторую руку. — Иначе я, блять... Оливер выглядел удивлённым, когда посмотрел на него. После он просто отнял палец от крючка, чтобы вернуть его туда же. Продемонстрировал, что у него тоже есть возможность спустить крючок пистолета... направленного в сторону Накахары. Осаму проследил за этим, скоро возвращаясь к серым глазам. — Нет... Чего ты хочешь? — Справедливости, наверное... — задумчиво ответил Оливер. — Знаешь, я не считаю правильным то решение отпустить твоего приятеля. Пространство оцепила тишина. — Ты хочешь, чтобы я что-то ответил? — Нарушил паузу Осаму. — Я много чего хочу, на самом деле. Чтобы твоему приятелю ножом, вместе с кожей срезали татуировку за предательство. Чтобы я получил, наконец, признание, потому что именно я отыскал этого мальчишку, я узнал, откуда он, я узнал, как подобраться к парням, имеющим доступ к информации с датчика передвижения... Это всё сделал я! — Хорошая... работа? — Неуверенно ответил Осаму. Оливер разразился смехом снова. Чуя тоже издал какой-то звук, но Осаму проверять не стал. — Да, — сказал Оливер. — Я отлично справился. Это всё моя заслуга! Но... Но твой приятель просто уходит от моих людей, и... никто не признаёт мой вклад, потому что «с этим покончено»? Какого чёрта?! — Мне жаль? — Ох, — Оливер протёр лицо свободной ладонью — это тоже был неплохой момент, чтобы начать стрелять в него, но... — Я планировал убить его. Ты всё усложнил. И продолжаешь. Своими тупыми репликами. — Убить из... соображений обиды? — Предположил Осаму. — Потому что ты за него не получил признание? Это что-то... личное? Всё освещение, выставленное по территории лагеря, моргнуло, не выдержав нагрузки. На запуск аварийного генератора уйдёт время. — ВИЧ-инфицированный приятель и его весёлые вопросы, — усмехнулся Оливер. — Спрашиваешь, потому что ни черта об этом не знаешь? — О, я понял! — Просиял Осаму. — Ты злишься. Злишься, что не получил признание и не стал никем, выше... водителя. Тебя даже не хотел слушать человек, который избивал меня, потому что ты ничего не стоишь в их глазах... Простой водитель. Без уважения. — Заткни свой поганый рот! — Или что?! — Осаму крикнул он нервов, поднявшихся прямиком от пистолета, направленного на Чую. Тот короткий перебой света на территории стал призывом к действию каким-то непреднамеренным образом. До ушей долетали глухие отголоски сирены, кричавшей по корпусу. В них же прочно обосновался писк, идущий будто... прямо из собственной головы. Осаму плечом поправил очки на лице. В голове бродил многотонный шум. — Ты реально хочешь знать, что будет, если ты не начнёшь следить за своим языком? — Оливер поднял брови, занося руку с пистолетом немного выше. Сразу после он перевёл взгляд на Чую, которому грозило дуло его пистолета. Свет на территории лагеря потух, опуская пространство в тьму; остались только яркие линии фар заведённого грузовика. Осаму двумя руками цеплялся за оружие. Он нажал на спусковой крючок. Потом ещё раз. И ещё.