now or never

Хван Хёнджин. Ты мог бы выиграть войну, но она еще далека от завершения. Я прохаживаюсь по гостиной Чанбина и провожу рукой по своим и без того растрепанным волосам. Поиски Феликса стали темой дня. После того, как я отправился в школу и выбил дерьмо из нескольких студентов, бросавшие наводящие слова в его сторону. Я сделал это у черного входа, так что никаких улик, кроме окровавленных костяшек. Как только я закончил, я заставил всю команду помочь в поисках Феликса. Минхёк сидит напротив меня, играя в шахматы с Сынмином, но продолжает следить за каждым моим движением, как чертова мать. Я показываю средний палец и беру сигарету в рот. Минхо прислал мне сообщение, что нашел Феликса и приведет его на вечеринку. Я думал, что мне придется тащить его сюда, а не то, что он придет сам. Внешне это выглядит в мою пользу, но это не так. Нет ничего хорошего в том, чтобы испортить мои планы. Я знаю это так хорошо, потому что Феликс испортил все мои планы относительно него с того дня, как мы встретились. Прошел уже целый час после сообщения Минхо, но они все еще не появились. Я дышу через нос и выхватываю зажигалку у Нинни, игнорируя его протесты. Несмотря на заключенную в понедельник часть сделки, вечеринка в самом разгаре. Модная поп-песня, на которую мне наплевать, доносится из динамиков. Все танцуют и кайфуют под нее, как обезумевшие животные. Кто-то из игроков команды занят шотами, во главе с Чанбином. Я не в настроении их останавливать. Я позволю тренеру надрать им задницы во время завтрашней тренировки. Достаю телефон и набираю номер Минхо в сотый раз за последний час, но его телефон все еще выключен. Это приводит меня в бешенство, и я закуриваю. У входа раздается шепот. Чанбин хлопает меня по плечу. — Блядь, капитан. Мое внимание перемещается в ту сторону, где Чанбин, Чонин и большинство других людей смотрят, вылупив глаза. Мои губы приоткрываются, едва не роняя сигарету. Сначала я не узнаю его, но одного взгляда в эти глаза достаточно, чтобы узнать парня, который испортил мне жизнь во всех отношениях. Черная кожаная куртка расстегнута, и открывает вид на прозрачную блузу с черными узорами каких-то цветов, которые буквально ничего не прикрывают, и черные латексные штаны с двумя ремнями. Его блондинистая челка спадает по бокам, открывая лишь малую часть лба. Он подвел глаза черными тенями что контрастирует с его слегка накрашеными бордовой помадой губами. На нем такие же черные ботинки, как на вечеринке в клубе. Я хочу увести его куда-нибудь, чтобы никто не смотрел на него так, как смотрю я. Я хочу ослепить своих товарищей по команде, чтобы они не видели, как он светится, даже если одет во все темное. Быть может, он и прав. Я ебаный пещерный человек. — Чертовски горяч, — бормочет Чонин. — Да, — говорит Чанбин. — Эй, мудаки. — я свирепо смотрю на них обоих. — Руки прочь. Глаза прочь. Идите и смотрите на кого-нибудь другого. — Может, и ты тоже. — Чанбин наклоняет голову вперед. — Он уже занят, капитан. Феликс останавливается у входа и оглядывается. Минхо подмигивает и неторопливо идет вперед. Он улыбается, когда кто-то встаёт рядом с ним и предлагает ему свой локоть. Он берет его, и его улыбка становится шире, будто он какая-то гребаная кинозвезда. Я вижу красный. Абсолютный красный. Дэйв. Он привел этого ублюдка на школьную вечеринку, словно объявляет об отношениях на весь мир. — Ааа. Его привлекают взрослые парни. Чонин толкает меня локтем. — Что будешь с этим делать, капитан? Я делаю шаг вперед, но сильная рука удерживает меня. Минхёк. Я пытаюсь оттолкнуть его, но Сынмин присоединяется к нему, хватая меня за другую. — Отпустите меня, мать твою. — Да, отпустите его. — Чонин прыгает, как ребенок на Рождество. — Ставлю сотку, что капитан победит. — Сотка, что выиграет брат Минхо, — Чанбин пожимает Чонину руку. — Ты не станешь затевать драку в людном месте, — перекрикивает музыку Минхёк. — Мой отец узнает. — К черту твоего отца. Я борюсь с ним, когда горячая, красная ярость захватывает меня за живот и стреляет по венам. Кто, черт возьми, такой Дэйв, чтобы прикасаться к нему? Как он посмел прикоснуться к тому, что уже принадлежит мне? Как он посмел ему это позволить? Феликс смеется над его словами. Мое зрение чернеет до тех пор, пока все цвета не растворяются в глубокой темной бездне. — Чертовски больно, не так ли? Минхо прислоняется к мраморной стойке, злобно ухмыляясь. — Чувак, — предупреждает его Сынмин. — Прекрати. — Какого хрена ты делаешь? — я стискиваю зубы. — Как ты мог позволить ему прийти с этим подонком? — Этот подонок мой брат, и, насколько я понимаю, не он выложил его интимные фотографии на всеобщее обозрение. — Я, блядь, этого не делал! Я борюсь с Сынмином и Минхёком, но безрезультатно. — Неважно. — через секунду он уже у меня перед носом. — Ты также не остановил это все, так что твоя вина имеет место быть. Ох, и еще, капитан, ты пожалеешь, что потерял его. Он уходит после легкого толчка Чанбина. — Потерял его, — повторяю я с горьким смешком. Он сказал, что я потерял его. Нахуй его. Нахуй всех, кто думает, что Феликс больше не мой. Мой взгляд устремляется туда, где ублюдок, который скоро умрет, предлагает ему выпить. Несмотря на то, что он грандиозно пришел, некоторые люди все еще бросают ему в спину слова. Он делает вид, что не замечает их, и смеется над словами этого придурка, но я узнаю язык его тела. То, как дергается его верхняя губа. То, как он крепче сжимает стаканчик. Принц может думать, что он забыл меня, но мы еще даже не начали. — Отпусти меня, — говорю я Минхёку спокойным тоном, скрывающий всю ярость внутри. — Ты не станешь создавать проблемы? — с подозрением спрашивает он. — Нет. Я сделаю это спокойно. Я вдыхаю и выдыхаю, отвыкая от бушующей бури, назревающей внутри меня. К концу ночи все в школе узнают свои места. В том числе и Феликс.