Ничто

Лестница прогнившая и шаткая, поскрипывала под ногами шаг за шагом. Госпожа Чжоу будто осела лицом, на котором теперь отображалась тревога и едва уловимый гнев. — Цзэи, Бинцэ. — даже не взглянув в сторону учениц, старшая прошла в сторону хозяйки, ближе к комнатам постояльцев. Девушки встретившись взглядами, приподнялись со своих мест, уверившись что о мужчинах сумеют позаботиться в их отсутствие, двинулись следом. Все трое были на втором этаже двора, ближе к комнатам, в которые было решено перенести тяжело истощенных мужчин, о которых всё ещё заботились не менее уставшие младшие заклинательница. — Госпожа, — мягче продолжила женщина. — не найдете ли вы для нас укромное местечко? Старушка резво подорвалась, указывая руками дальше, в глубь коридора, где у самого конца было распахнута комната. Она тихо провела их, заключив: — Милые небожительницы, устраивайтесь здесь, если вам понадобятся отдельные комнаты, сообщите мне, я мигом сыщу для вас. — хозяйка улыбнулась и поклонившись, ушла. — Благодарим вас. — кивнула в ответ старшая. — Спасибо тётушка. — хором откликнулись девушки, стоящие за спиной всё это время, коротко кланяясь. Трое прошли глубже, запахнув за собой двери. Посредине стоял небольшой столик, за который все и присели, не желая тратить время на поиск места удобнее. Где-то в дали ютилась старенькая кровать и небольшие полочки по одной стене, немного старались разбавить скудность этого места. — Шифу, — отозвалась Цзэи, старшая ученица Госпожи Чжоу. — к чему вы позвали нас обеих? — Расскажите подробно, что произошло в моё отсутствие. — Госпожа Чжоу-шанши. Всюду плакали и кричали женщины, маленькие дети бегали и шумели, каждая из нас лишь пыталась усмерить всеобщий хаос. Когда большинство прекратило истерику, мы разделились чтобы мочь помочь больше количеству пострадавших. Обтирания, обмахивания, мы так же передавали понемногу свою ци для поддержания жизни. Ничего такого за что бы вам стоило переживать. — спокойно закончила Бинцэ. — Хм. Что насчёт обстановки вокруг? Что угодно выбивающиеся из понятия «нормального». — настаивала старшая. — Вы должны были что-то заметить, думайте! Чуть откинувшись назад и скрестив руки на груди, женщина ждала, пока раздумие на лицах девушек сменится просветлением. — Ветер. Густой и сильный ветер. Мы закрывали несколько раз створки. — предложила вариант, снова Бинцэ. — Густой? — Словно смок, но мы не придали значения из-за событий в столице. — Вы накладывали заклинание защиты на постоялый двор? — Конечно Шифу! — почти крикнула Цзэи. Госпожа Чжоу кивнула. — Хорошо. — около минуты они сидели в тишине. — С какой стороны он дул? Девушки снова столкнулись взглядами. — Со стороны северо-востока Чжоу-шанши. — Но когда мы возвращались его уже не было. — озвучив свои мысли, старшая всмотрелась в открытое окно. — Шифу, в чём причина ваших вопросов? — аккуратно интересовалась Цзэи. — Слишком легко. — Слишком легко, шанши? — непонимающе переспрашивает Бинцэ. — Ситуация с «Весенним благовонием» разрешилась слишком легко. Будто это во все и не была проблема. — Что произошло в лесу? — присоединяется светловолосая. — Цветы Мандзю-шаге расцвели полноценными. — Что значит полноценными, Шифу?! — Вы хотите сказать, цветы и листья проросли одновременно? – Бинцэ тоже отозвалась. — Верно. Туман был их ароматом, которого нет, если цветы и листья цветут раздельно. — Тогда как связанно состояние мужчин с их цветом? — Мандзю отбирала энергию Ян для листьев, чтобы цветы Мандзю, стали цветами Мандзю-шаге. — Но, сейчас? Почему только сейчас? — Очень правильный вопрос Цзэи. Праздник, время, ветер и не будем забывать о дворце. Всё слишком уж «во время» выпало на сегодня. — раздумывает женщина. — Я могу предположить почему именно этот день и это время, но мне очень интересно другое. Молчание сковывает, пустота из-за недосказанности, пазл без последних кусочков, напряжённо давит на головы всех. Госпожа Чжоу в тишине плутала по паутине своих мыслей, стараясь притянуть один кусочек пазла к другому. В итоге она в слух, коротко и непонятно уточняет, анализирует: — Для чего? — «Для чего?» — опять переспрашивает светловолосая. — Для чего это им Цзэи? — риторически спрашивает старшая. И «им» повисает в комнате, неожиданно, ошарашенно. Снова тишина и снова она сужает, но не помогает узнать о местонахождении последнего кусочка. Всё так на поверхности, старшая почти может объяснить всё, она имеет так много догадок, но чего-то не хватает. Не выдержав собственного недопонимания, она вдруг встаёт: — Отправляйтесь в школу на рассвете и не забудьте позаботится о младших. Мужчины буду в порядке к утру, не расходуйте ци. Я ухожу сейчас. — Госпожа Чжоу удалилась. Ночь только принимала бразды правления в свои руки, а звёзды больше не казались такими яркими как часом ранее.