Достало

Снова нос заложило. Так хорошо спалось, вынужденное пробуждение не радует Феликса. Тепла рядом уже не было, нехотя юноша открыл глаза. Свет исходил лишь от открытого ноутбука Хёнджина. Шторы задёрнуты, а самого хозяина не было. Блондин тянется к телефону, чтобы узнать который час. [09:12]. Он не знает сколько спал, чувствует себя помято и выжато. Пытаясь вдохнуть, сразу вспоминает о том, что хотел принять лекарство. Отыскав в аптечке, что стоит в комнате уже пару дней, капли для носа, садится на кровать, как дверь тихонько открывается. На пороге появляется Хван младший. Парень, судя по всему давно проснулся, волосы распущенные и очень гладкие. Видимо, недавно из душа вышел. Из одежды на нём синие спортивные штаны и белая футболка с большим рукавом, открывающая шикарный вид на предплечья. Смотрел старший с удивлением, от чего его губы слегка надулись став ещё пухлее. — Я думал спишь ещё. — расширяет глазки брюнет. — Нос заложило... так бы ещё спал. — смущается младший, замечая как парень улыбается. — Я бы погрел ещё твой носик, но дела появились. — ухмыляется парень, касаясь пальцами нижней губы. — Спасибо тебе... прости за истерику. Мне не стоило так себя вести. — опускает взгляд в пол Ликс. — Всё в порядке, цыплёнок. У всех есть свои слабости. Не нужно об этом переживать. — брюнет подходит к юноше, нежно гладя того по волосам. — Куда-то собрался? — В ванную. — хочется прикрыть глаза от ласки, но блондин держится из последних сил. — Я пойду. — быстро покинул комнату парень, ловя хмыканье Хвана. Парень не понимает , что с ним происходит. Может, снова, температура подскочила. Жар разливается по щекам, сердце учащённо бьётся, а ещё на душе хорошо... Всё кажется таким... правильным. И Хёнджин в это правильное, очень хорошо вписывается. Рядом с ним так спокойно. Ли заметил, как вырубается в его руках, уже не первый раз. Из мыслей вырывает тихий стук в дверь ванной комнаты. От чего блондин даже шугается. С другой стороны доносится голос старшего. — Ничего не забыл? Точно, парень побежал сюда без ничего, даже полотенце не взял. Неловко вышло, Феликс открывает дверь, видя перед собой соседа с полотенцем и сложенными вещами. — Держи. — с той же улыбкой протягивает вещи Хёнджин. — Спасибо. — вот ведь, как же стыдно блондину сейчас. Но брюнет удаляется на кухню, сразу после слов парня. Изначально хотев принять только душ, блондин наполняет ванну. Решив немного помокнуть. Стягивая с себя одежду, подросток вспоминает, что второй день щеголяет в толстовке Чана. Ели уловимо держится аромат парфюма Криса. А потому закидывает её в стирку, надо бы вернуть. Да и Чонину написать, что он на больничном. Полностью раздевшись, парень плюхается в воду, расслабляясь. Смотря на различные бутылочки добавившиеся на полках, Ликсу вдруг стало интересно, чем из этого пользуется Хван. От него ещё не пахло одеколоном или любым другим ароматом. Хоть они и спят постоянно в обнимку. Стоп. "В обнимку? Зная друг друга несколько дней". Хотя, плевать, почему он вообще должен переживать. В конце концов, никакого подтекста у них нет. Поотмокав в кипятке минут тридцать, парень наконец решает вылезти. Одевшись, не высушивая волосы, вышел из комнаты. Нравилось ему ходить со слегка влажными волосами. В комнате снова оказывается Хван, который заправляет кровать. М-да, Ликс сам её редко заправлял. Тихо подкравшись сзади, блондин рычит, резко ложа руки на плечи старшего. И, конечно, второй пугается и дёргается. — Эй. Так можно заикой человека оставить. Кто потом будет меня лечить. Если я стану з-заикаться, а если у меня г-глаз начнёт д-дёргаться. — наиграно заикается, но всё же улыбается. — Н-ничего с-страшного, п-подумаешь з-заика. — дразнится юноша, тепло улыбаясь. — Почему волосы не высушил? Ещё сильнее хочешь заболеть? — замечает брюнет. — Мне нравится, когда они сами сохнут. — пытается остановить старшего, который уже полез за феном в тумбу. — Не сегодня, цыплёнок. — указывает на кровать. — Садись. Ли садится без единого слова против. Хван, честно говоря, удивился такой покладистости. Сам же Ёнбок не знает, почему слушается. Может потому что знает, что отпираться бесполезно, а может потому что не хочет. В душе он всегда послушным мальчиком был, да и старший хочет только хорошего ему. Настроив мощность, длинноволосый зарывается в волосы на затылке, пропуская их сквозь пальцы, слегка оттянув. Направив поток горячего воздуха на волосы, стараясь совсем не касаться кожи, чтобы случайно не обжечь младшего. Тоже самое проделывает с макушкой, Хёнджин сам не замечает, как не просто играется с волосами, а и массирует кожу головы блондина. Феликс же в свою очередь молчит, не двигается, иногда, кажется, что не дышит. Перейдя на виски, уже видно, что подросток сидит с закрытыми глазами. Буквально, с его головой делают всё что угодно, а он не отказывает. Еле сдерживает себя, чтобы не замурчать. Надеется, что Хёнджин не видит, как ему приятно... А Хёнджин видит. Видит и улыбается, специально ведь, радуется, что нашёл чувствительные точки, а потому и и проходится подушечками пальцев за ушком. Прикрывает ладонью, чтобы не обжечь, касается большим и указательными пальцами хрящика, прощупывая. Переходит на последнюю часть — чёлку. Но руку с уха не убирает, только немного смещает руку к щёчке, поглаживая её большим пальцем. Тянется немного выше проводя подушечкой под самим глазом. У блондина довольно длинные и пушистые ресницы. От внимания длинноволосого не ускользает, как подрагивают глазки, спрятанные под веками. Очнутся заставляют резко распахнутые глаза младшего, брюнет отпускает Ли, медленно отстранившись. Чем вызывает лёгкую грусть двоих молодых сердечках, правда об этом никто из них не догадывается. — Голодный? Тебе надо покушать. Ты сутки не ел ничего. — меняется Хёнджин. — Пойдём. Блондин смотрит на протянутую им руку и принимает её, немного неловко, но так они и спускаются вниз. Брюнет ведёт за собой на кухню, откуда доносится приятный аромат чего-то вкусного. — Так вот, что за дела появились с утра. — приходит осознание к парню. На столе стояли сваренный рис, кимчи и миёккук. Брюнет приготовил всё, чтобы к пробуждению младшего всё было готово. Парень мог оставить приготовление еды на миссис Ли, но вызвался сам всё сделать. И пообещал проследить за тем, чтобы блондин поел. — Я хотел приготовить удон, но не знал ешь ли ты острое. — опускает глаза брюнет, боится не угодить. — Да, я не могу есть острое. Спасибо тебе, Джинни. Ты столько сделал для меня. — успокаивает парня младший. Завтрак проходит очень оживлённо, за разговорами и смехом парней. Они делились весёлыми временами из жизни. Вспоминали о неловких ситуациях из прошлого. Феликс рассказал о своём друге Чонине и его брате, только о том, что сохнет по нему умолчал, а точнее забыл. С Хёнджином время бежало по-другому, не ускользало незаметно, позволяло насладиться моментом. Брюнет же рассказал о своём хобби — рисование. Говорил о рыбках, которых ему подарили на день рождение, о которых он забыл и их забрали. Разговор зашёл о дальнейшей учёбе и поступлении в университет. Хван рассказал о желании его родителей, чтобы их сын учился в самом престижном вузе. Ликс же не верил в своё успешное поступление, поэтому поделился, что хочет поступить куда-нибудь. Выпросив у старшего поднатаскать его по основным предметам. До самого обеда парни провели на первом этаже. Смотрели телевизор, играли в видеоигры, просто говорили. Позднее переместились в комнату, где брюнет выполнял задания, а рядом сидящий Феликс тоже делал задания, параллельно слушая старшего. Вместе делали дополнительные примеры, конечно, до уровня длинноволосого юноша не дотягивал, но так же неплохо учился. За что получил несколько раз похвалу от парня. Не забывали двое и здоровье блондина. Во время принимал лекарства, а точнее его ими пичкали. Когда Ликс не хотел пить горький сироп, Хёнджин зажал ему нос, дожидаясь пока тот откроет рот. Так что в отношении приема таблеток "хочу-не хочу" не работало. Ближе к вечеру, подростки пили чай. Родители задерживались, так что те решили приготовить им ужин. Неожиданно, Феликс предложил обменяться номерами, получив в ответ удивлённый взгляд старшего со словами, что он имеет номер блондина. Госпожа Ли дала в первый день, когда тот убежал гулять. Поздно вернулись родители, поблагодарив сыновей за то, что те о них позаботились. Парочка снова переместилась в комнату, чтобы им не мешали. Правда Хван вспомнил о невыполненном задании. Блондину ничего не осталось, кроме как залипать в телефоне. Взяв телефон, он замечает, что звук выключен, пропущенные вызовы от Чонина и смс.

***

Чонин: Ты там ласты склеил? Ты живой? Да возьми же ты трубку! Ты куда делся? Тебе лучше умереть, иначе при встрече лично тебя придушу. Я переживаю, вообще-то. Изверг, не жалеешь мои нервы.

Феликс: Я жив.

Чонин: Неужели. Господин мне ответил. Я вам так благодарен. Ты где?

Феликс: Я заболел. Вот лежу лечусь. А где был ты?

Чонин: Мы Чана провожали.

Феликс: Всмысле?

Чонин: В прямом. Чан уехал. Мы его провожали.

Феликс: Почему ты мне не сказал?

Чонин: Ну сказал же.

Феликс: Когда он уехал?

Чонин: Вчера.

Феликс: Ты только сейчас об этом говоришь?

Чонин: И что?

Феликс: Ничего.

Чонин: Успокойся. Чего ты бесишься?

Феликс: Чонин, это было важно.

Чонин: Ну я же сказал.

Феликс: Сегодня, пропущенные от тебя. Вчера ты даже не отвечал. Крис уехал вчера.

Чонин: Ну?

***

Больше Ликс не отвечал. Ему обидно. До жути обидно. Он не успел попрощаться с Чаном, не успел отдать ему его вещь. Может это и к лучшему, в конце концов, парень не из их семьи. Он чужой, ему не место там. Он всегда был и будет чужим для Янов. И то, что ему не сказали, об отъезде Бан Чана ещё раз доказывает, что ему там не место. Слёз не было, блондин считал, что сам виноват. Не нужно было привязываться к чужим людям. Нехватка тепла от мамы делала своё дело, он мог полюбить любую взрослую женщину, как мать. И полюбил так же Чана, как старшего брата. Вот, что на самом деле это было. Крис дарил заботу, что не давали юноше в детстве. Это была не любовь, ему не было дела до дел старшего, он даже номер его не знал. От осознания, вроде и легче, в то же время, грустно. Сейчас это уже неважно. Феликс понял где его место. И оно точно не рядом с семьёй Ян, не рядом с Крисом. Погрустневшего соседа заметил Хван. Быстро доделав задание, он поспешил узнать, что произошло. Блондин не торопился с открыванием карт полностью, лишь поведал о том, как попытка стать родным для чужой семьи, больно кольнула реальностью. На этой фразе, у Хёнджина стали просыпаться воспоминания десятилетней давности.

flashback

— Зачем ты это делаешь, Ликси... — говорит захлёбываясь слезами мальчик. — Почему ты забираешь у меня маму, внимание... — Джинни, что я сделал? Почему ты плачешь? — обнимает плачущего ребёнка мальчик помладше. — Моя мама любит тебя, больше меня. — продолжает рыдать не обнимая в ответ, но не отстраняется. — Почему ты? Ты даже не сын ей. — Прости, прости. Я не хотел, забирать у тебя маму. Прости, пожалуйста. — начинает тоже плакать мальчик. — Не забирай мою мамочку. Не забирай мою жизнь! — последние слова маленький Хван выкрикивает, срывая голос. Ёнбок слушает, держит в объятиях, не отпускает. А Хёнджин всё не перестаёт плакать. Даже поцелуи пухлых губок не успокаивают. Хотя раньше Хван от них млел, изучение друг друга пришло случайно, когда мальчики нашли диск родителей. — Джинни... Я не хотел забирать твою жизнь. Я хотел стать тебе братиком. Чтобы мы всегда были вместе. — тоже продолжает плакать малыш. — Братики не делают такого. — указывает на губы младшего второй ребёнок. — Мальчики тоже. — снова становится грустным. — Но мы никому не скажем. — вытирает с чужих щёчек слёзы. — Мы убежим, когда станем взрослыми, потом поженимся. — улыбается Ли, всё ещё плача. — Почему ты не девочка? — снова плачет Хёнджин. На это младший молчит. Удивительно, как легко переключить детское внимание. Но слова Хвана отпечатались в сознании парня. Только вот откуда, взрослый Ли уже не помнит. А старший только что вспомнил.

flashback

Хёнджин пытается понять чувства Ликса. Сам блондин, не показывает эмоций, кроме сожаления о том, что не попрощался с близким человеком. Хван понимает, сам такое испытывал. Разговоры отвлекли младшего от грустных мыслей, видимо не так уж и сильно задело. Неприятно, конечно, но не критично, в конце концов Крис не навсегда уехал. В таком ритме проходит несколько дней. Феликс с Чонином больше не разговаривали, не то чтобы он обиделся. Просто дома было одно чудо, по имени Хёнджин, с которым время летело незаметно. Самочувствие блондина улучшилось, со следующей недели должен был пойти в школу. Темы школьные он не пропускал, Хван не позволял, а первый был только за. Как бы там ни было, поступить в вузы надо обоим. Родители тоже не трогали ни одного из них, пока в один из вечеров брюнет не начал чихать без остановки. Заболел. Ещё один больной в доме. Парень переносил простуду чуть легче младшего. Если Ликс выглядел как труп бледно-зелёным, то второй оставался практически таким же, слегка бледнел и краснел во время чиха. Насморк был сильным, жидкости через нос тоже выходило много, из-за чего длинноволосый часто чистил нос, но наотрез отказывался проводить манипуляции с носом. Ему не нравились капли для носа, предпочёл ходить с заложенным, чем "пшикать всякой гадостью". Однажды блондин не выдержал, видя бесконечные сморкания. — Руки убери! — держал запястья брюнета парень, пытаясь оторвать его руки от лица, которыми закрывался. — Убери от меня эту гадость. — отбивался брюнет, пока Ликс сидел на нём сверху. — Тебе же лучше станет. — получилось оторвать одну руку. — Достал со своими соплями. — Затычки в уши вставь и не слушай. — кривится старший при виде пузырька с каплями. — Не брыкайся. — парень сильно выдохся, рука, давшаяся таким трудом, выскользнула, снова закрывая лицо. Обессиленно вздыхая, блондин снова принялся за борьбу с Хваном. — Меня пичкал, а сам нос воротишь. Руки прочь говорю. — Помогите! Убивают, хулиганы зрения лишают! — верещит Хван, перехватывая руки парня, разводя их в разные стороны, подальше от своего лица. — Цыц. Никто не поможет, сопротивление бесполезно. — начинает смеяться Ли, как будто их кто-то мог услышать. Родители на работе, соседи тоже. Хёнджин наблюдает за смеющимся юношей, резко переставая двигаться. Пристально смотрит в карие глаза, сам не зная зачем. Феликс становится серьёзным, так же пристально наблюдая за глазами напротив. В ушах звенит, тишина режет слух, отчётливо слышно два ускоренных биения сердца. Каждый боится сделать, даже вдох, голова начинает кружится. Парни чувствуют дыхание друг друга на своих губах, первый не выдерживает младший, прикрывая глаза, чувствуя мягкие губы брюнета своими. Хван медленно сжимает губы блондина, поддаваясь немного вперёд, прижимает к себе юношу, кладя ладони на его лопатки, осторожно поглаживая, сокращая дистанцию. Ликс отвечает, обхватив руками шею длинноволосого, льнёт к нему ближе, сильнее сжимая пухлые губы. Никто из них не торопится, их поцелуй тягучий, словно карамель. Младший, иногда, забывает дышать, не желая отпускать сладкие губки старшего, второй так же не в силах прекратить. Когда воздуха стаёт критически мало, брюнет выпускает чужие губы из плена, но не отстраняется, не хочет. Мажет губами по размягченным после поцелуя губам парня, касается носом щёчки блондина, вдыхая аромат тела, задыхаясь в нём, желая заменить им кислород. Целует уголок губ младшего, переходя на верхнюю губку, выцеловывая каждый её миллиметр, не пропуская ни капли. Трётся кончиком носа о маленький носик Ли, снова захватывая губы в плен. А второй не против, поддаётся, отвечает. Ликс целует трепетно, нежно, посасывая нижнюю губу старшего, слегка сжимая на ней зубы. На что получает стон брюнета в губы, ощущает как на собственной талии смыкаются крепкие руки. Коснувшись кончиком языка нижней губы парня, блондин оказывается перевёрнутым на спину. Хёнджин нависает сверху, просовывая колено между бёдер младшего, неохотно отрывается от губ, спускаясь по подбородку вниз к самой шее, иногда возвращаясь к губам. Младший откидывает голову назад, открывая больше доступа, чувствуя как Хван водит кончиком носа вдоль шеи, обжигая её горячим дыханием. Ощущая на своей коже прикосновения губ Хёнджина, у парня звёзды в глазах заплясали. Выгибая спину, вцепился в плечи брюнета сильнее. Прикусив губу, блаженно промычал, закрывая глаза снова. А длинноволосый борется с желанием стиснуть зубы, держится, сжимая до побеления костяшек простынь. Проводит языком по кадыку, оставляя на нём поцелуй. Чувствительность обоих выросла в разы, а шея для блондина была одной из самых сильных эрогенных зон. Снова собрался застонать, как его стон перехватили губы брюнета. Старший подхватывает под коленку юношу, сгибая прижимает к себе, поглаживает проходясь вдоль бедра. Звук резко открывшейся входной двери заставляет парней отскочить друг от друга. Родители вернулись с работы раньше. Избежать неловкого молчание позволяет голос мамы Ликса, зовущего сына вниз. — Держи, это вам с Хёнджином. — протягивает Ми Сун сыну пакетик с лекарствами. — Зачем столько? — недоумевает парень. — На всякий случай. Кто же мог предположить, что вы на пару аптечку уменьшите. Вот это про запас. Вдруг, кто-то из нас тоже заболеет. — объясняет женщина, одевая фартук. — А где второй больной? — В комнате. — отвечает блондин, чувствуя, как краснеют щёки. — Вы целыми днями там сидите. Вышли бы подышать свежим воздухом. — миссис Ли заметила лицо сына. — Опять температура? — Нет. — притворяется спокойным юноша. — Я пораньше спать лягу. — И ужинать не будете? — выгибает бровь женщина. — Я нет. А Хён... — Да так же. — перебивает мама сына. — Что? — не понимает подросток. — Вы как приклеились друг к другу. — улыбается Ми Сун, пока парень ловит инфаркт. — Если один из вас не хочет, второй тоже не делает. Вы как родственные души. А... Вот что имела ввиду миссис Ли. Зря Феликс испугался, как бы мама могла узнать о том, что случилось пару минут назад. Поэтому со спокойной душой блондин идёт наверх, не догадываясь о мыслях матери, ведь он не слепая. Брюнет сидит на краю кровати, в том же положении, поднимая взгляд на вошедшего парня. Смотря с нечитаемым выражением лица, хотел было что-то сказать, как его перебил блондин. — Ты есть будешь? — интересуется парень. — Не хочу. — отвечает старший, недоумевая почему блондин улыбается. — Поговорим? — Давай. — младший садится рядом с соседом, касаясь своим коленом чужого. — Я не хочу тебя избегать. — Что? — не понимает, что имеет ввиду блондин. — Я не жалею, о произошедшем. — объясняет блондин. — Советую так же, не избегать меня. — Не собирался. — расслабляется брюнет. — Понравилось? — Да... Тебе? — Тоже. Всё таки неловкое молчание наступило. Подростки расселись по разным углам комнаты, не говоря больше ни слова. Каждый залипал в телефоне, длинноволосый играл в какую-то игру, а Феликсу надоело листать ленту тиктока, иногда поглядывая на Хвана. Как вдруг блондину пришло смс от неизвестного номера.

***

???: Привет, Ликси. Прости, что не предупредил о своём раннем отъезде. Всё случилось так неожиданно. Как твои дела?

Феликс: Чанни?

Бан Чан: Верно. Номер у Чонина выпросил. Надеюсь, ты не против?

Феликс: Конечно, не против. У тебя дела появились в универе?

Бан Чан: Угу. Вспомнил об одном не закрытом зачёте.

Феликс: Ну как? Закрыл?

Бан Чан: Дааа. Так как у тебя дела?

Феликс: Всё хорошо. Вот лечусь, иду на поправку.

Бан Чан: Всё же заболел? Прости, это я виноват. Нужно было укутать тебя ещё раньше. Мне так жаль, Ликси.

Феликс: Нет, что ты. Ты не виноват. Мне нужно было одеваться по погоде. Прости, я не успел вернуть тебе толстовку.

Бан Чан: Всё хорошо. Потом отдашь, как нибудь. А пока, пусть согревает тебя холодными вечерами. Пока я не приеду.

Феликс: Как романтично. И сколько же вечеров будет согревать твоя вещь?

Бан Чан: До июля, Ликси. Но, возможно, раньше.

Феликс: Да уж. Много. Боюсь твоя толстовка не дождётся тебя.

Бан Чан: Ты больше ждал, Ликси.

Феликс: Ты о чём?

Бан Чан: Заметно с какими ты глазками всегда меня встречал, с какими отпускал. Я ведь не слепой, Ликси.

Феликс: Знал значит?

Бан Чан: Догадывался.

Феликс: Почему не сказал?

Бан Чан: Ждал пока ты вырастешь.

Феликс: И что изменилось?

Бан Чан: Ты.

Феликс: Как?

Бан Чан: Ты закрылся. Ликси, пожалуйста... Продолжай мне доверять.

Феликс: Я верю.

Бан Чан: Я не прошу меня пустить в душу. Хотя это то, что я хочу. Просто, не закрывайся от меня ещё больше. Давай поближе друг друга узнаем?

Феликс: Скажи прямо. Чанни... Пожалуйста.

Бан Чан: Ты мне нравишься, Ликси. За это время я хотел сблизиться с тобой. Но мои планы немного изменились. Мне пришлось уехать. И мне не хочется ждать несколько месяцев, чтобы тебя увидеть. Поэтому, я хочу это делать хотя бы через смс. Ликси? Почему молчишь? Давай позвоню?

Феликс: Не нужно. Я не могу сейчас. Прости, не могли бы мы завтра продолжить разговор?

Бан Чан: Хорошо, Ликси. Прости, что не показал свою заинтересованность раньше. Сладких снов.

***

Юношу, словно водой окатили. Ему признался в симпатии человек за которым он столько убивался. Тогда где же радость? Где эйфория? Почему больно? Из-за того, что Крис не сделал этого раньше? Или потому что за несколько дней он понял, что не испытывает симпатию, только привязанность. И что теперь? Феликс запутался. Запутался в себе. Запутался в людях. В своих чувствах. Один вопрос, что ему делать дальше?