Путь Куоритча

Чтобы избавиться от тел, Куоритчу требуется больше времени, чем хотелось бы. Он зовет своего икрана и еще раз осматривает его рану. Хотя времени прошло немного, сейчас это всего лишь маленькая дырочка в перепонке, да и та уже затягивается эпителием. Все живое на Пандоре обладает потрясающей способностью к регенерации, но раненый летун напрягается под весом двух синих тел, когда полковник пробует подняться в воздух. Значит, нужно немного подождать. К тому же Куоритч не хочет надолго оставлять Джейка одного. Хорошо, что дерево, на котором они караулили прилет Салли и где лежит тело первого погибшего рекома, находится неподалеку. Полковник возвращается так быстро, как только может, неся убитого солдата. Джейк все еще без сознания и крепко привязан к икрану Куоритча. Во рту у него кляп из тряпки, для надежности ткань обмотана и вокруг головы. Куоритч даже разорвал свою рубашку, чтобы завязать Салли глаза – ему совсем не нужно, чтобы предатель видел, куда его повезут. А еще полковник потратил время на дезинфекцию и перевязку колотой раны на руке капрала, не желая, чтобы у него началось заражение крови. Предатель нужен ему относительно целым и невредимым... пока. Потому что пытка еще не началась, и не начнется, пока Куоритч не решит, где и как это произойдет. Дождь перешел в морось, но сильный шторм с ливнем растрепал лес. Ближайший ручей, впадающий в океан, увеличился в три раза, и теперь с ревом несется по камням, увлекая в своем мощном течении сломанные ветки и прочий лесной мусор. Место, где ручей соединяется с океаном, находится всего в нескольких кликах отсюда, и это ничейная земля. Оматикайя и другие охотничьи племена здесь почти не бывают. И это обстоятельство как нельзя лучше подходит для задуманного. Первым в бурлящий поток Куоритч бросает труп на'ви и брезгливо отряхивает руки. Стремительная вода будто съедает тело, и полковник удовлетворенно кивает. Этого хватит. Труп изломает о камни и вынесет в море, где его съедят рыбы. Если соплеменники умершего не будут искать его день или два, они никогда не узнают, что случилось с членом их клана. Куоритч поворачивается, чтобы взглянуть на мертвых рекомов своей команды. Они лежат на траве, побледневшие до светлого оттенка, их глаза закрыты, и капли воды стекают по окровавленной коже. Полковник опускается на колени рядом с ними, ненадолго кладет руки каждому на плечи, чтобы выразить уважение к их мужеству. – Вы оба достойные морские пехотинцы. Вы хорошо сражались и погибли не зря. Наша цель достигнута, и теперь месть свершится, – он делает паузу, поднимая руки. – Я хотел бы устроить вам обоим надлежащие военные похороны, но, – он сухо усмехается. – У меня есть кое-какие дела, которыми нужно заняться. Я уверен, вы не будете возражать. Одного за другим он поднимает павших солдат на руки и опускает их в ревущий поток так осторожно, как только может. Затем поднимается и отдает честь. – Это последние, кто пал от руки предателя, – клянется он, решительно сжимая кулаки. Затем он возвращается. Его икран восстановил силы. Можно лететь. Через несколько минут Куоритч поднимается в небо, сидя позади бесчувственного тела Джейка. Солнце еще не взошло и только посылает намеки лучей из-за горизонта. В блеклом призрачном свете полковник видит необычно бледный оттенок кожи Салли, на которой отчетливо видны синяки и царапины. Сам Куоритч практически не пострадал: у него только небольшие раны там, где стрелы задели его руку и бедро. Кровотечение прекратилось, но он не хочет, чтобы раны засохли на ветру и остались заметные шрамы. Он разрывает остатки своей рубашки на полосы для перевязки, поводит голыми плечами и разминает шею, поворачивая ее из стороны в сторону. Нервное напряжение долгого ожидания и последующей схватки сказывается на нем. Полковник чувствует себя истощенным. После наложения самодельных повязок Куоритч достает из седельной сумки бутылку с алкоголем, делает нескольких глотков и смотрит на небо. Сейчас они летят над океаном, прочь от леса, но не к Меткайина или любому другому рифовому племени. Куоритчу нужно найти изолированный островок или скальное образование вдали от морских кланов на'ви и от обычных воздушных маршрутов, которыми летают икраны и их всадники. Место нужно выбрать тщательно, потому что полковник не хочет торопиться с оплатой долга. И когда он закончит, у него будет скальп Салли, который он принесет генералу Ардмор как трофей. Он дал это обещание еще несколько месяцев назад и намерен его выполнить. Менее чем через час Куоритч видит идеальное место. Маленький остров из камней и песка посреди океана. Полковник облетает его на икране, присматриваясь. Скальное образование посередине рассечено пещерой. Куоритч вскрикивает и дает икрану команду идти на посадку с резким разворотом. Они приземляются на небольшую полоску пляжа перед возвышенностью. Вокруг растет несколько редких, искривленных ветрами деревьев. Полковник спрыгивает на землю, его ноги погружаются в мокрый песок. Выясняется, что пещера достаточно большая, чтобы в ней с комфортом могли разместиться пять на'ви. Островок окружен сотнями небольших рифов, которые естественным образом маскируют его. Да и дождь, наконец, прекратился. Куоритч оборачивается и смотрит на океан, прикидывая расстояние до леса. Материк виднеется тонкой темной полоской на горизонте. Да. Это хорошее место. Полковник довольно улыбается и поворачивается к своему икрану, терпеливо ждущему, пока он отдаст приказ. Куоритч похлопывает его по шее, потом переводит взгляд на Салли. Вот она – главная достопримечательность дня. Пара сердитых желтых глаз смотрит на него из-под сползшей повязки. Ухмылка Куоритча становится шире. – Ты думал, что убил меня? Не в твоих самых смелых мечтах, мальчик, – хмыкает он. – А теперь немного отдохни. Он поднимает кулак и вырубает Джейка. Снова. Легче перевозить груз, если он не дергается. Без особой заботы полковник отвязывает Салли, стаскивает его с икрана и перекидывает через плечо. Другой рукой снимает седельную сумку со всем необходимым. Тело Джейка безвольно висит, его голова болтается при каждом шаге Куоритча. Икран громко кричит и взлетает, скорее всего, на охоту за едой. Полковник входит в пещеру и сбрасывает Салли на каменный пол. Запястья и лодыжки Джейка скованы наручниками, рот все еще заткнут кляпом, но Куоритч знает, что недостаточно останавливаться на достигнутом. Он обходит пещеру, внимательно осматривая стены. Как и он надеялся, здесь много неровностей, выступов и сквозных дыр в рифовых образованиях. Одна из стен, ощетинившаяся изогнутыми наростами, слегка изгибается вверх. Идеально. Куоритч вытаскивает веревку из сумки, хватает Салли за волосы и грубо тащит его по полу, приводя в себя. Джейк хрипит от боли, когда полковник дергает его особенно сильно, и Куоритч удовлетворенно фыркает от этого звука. Он садится на капрала, оседлав его талию. – Проснись и пой, кексик, – говорит он, затягивая веревку на шее Салли. Дыхание Джейка прерывистое, его глаза обегают пещеру, чтобы понять, где он находится. Куоритч тянет за веревку, и Салли издает тихий сдавленный звук, когда полковник поднимает ее другой конец, чтобы сделать петлю вокруг каменного выроста, прочным причудливым рогом загибающегося вверх в нескольких футах от пола. Как только все завязано, полковник отступает, чтобы полюбоваться своей работой. У импровизированного ошейника достаточно слабины, чтобы позволить капралу дышать, но длина веревки не даст Джейку возможности отодвинуться от стены больше, чем на метр-полтора, – идеальный поводок. Полковник еще раз проверяет надежность привязи и смотрит на Салли. Если бы взгляды могли убивать, Куоритч, наверное, умирал бы сейчас десятой мучительной смертью – столько ненависти в обращенных к нему глазах Джейка. – Эй, – говорит полковник, опускаясь на колени перед пленником. – Не нужно быть таким враждебным, – он наклоняется вперед, опять хватает капрала за волосы, наслаждаясь страдальческим выражением его лица, и тянет, пока скованные запястья и спина Салли не касаются холодной каменной стены, а ноги в наручниках неуклюже не вытягиваются вперед. Джейк шипит сквозь кляп, и Куоритч ухмыляется. – Что? Хочешь мне что-нибудь сказать? – спрашивает он и выдергивает тряпку изо рта Салли, быстро отдергивая руку от греха подальше, пока его не укусили. Джейк обкладывает полковника отборной бранью на на'ви, его острые клыки сверкают в рассветных лучах, проникающих в пещеру. Ругань на языке аборигенов злит, Куоритч с рычанием хватает Салли за основание нейрокосы и бьет его головой о стену пещеры. – Говори на своем родном языке, предатель, – шипит полковник. Джейк шипит в ответ, и Куоритч снова прикладывает его головой о камень, заставляя замолчать. – Ты умрешь медленной, мучительной смертью, – обещает Салли по-английски, его лицо искажается от боли. – Я буду... Но полковник не дает ему договорить, наотмашь бьет по лицу, затем приподнимает голову Джейка, заглядывая в полные ненависти глаза, и почти ласково шепчет: – Ты умрешь первый.