Клочки красных бумажек

Парни ещё долго вышагивали по лесной местности, пока наконец не вынырнули на обочину дороги. Лёша огляделся вокруг, попытался понять, где они находятся, но Гречкин его опередил, пихая Макарова в бок и указывая пальцем на дорожную табличку.              — Во, смотри, — мажор подошёл чуть ближе к столбу, глядя на значение на знаке. — О-о, до Питера сорокет топать.              — Ты дебил? Такси закажем. Только… тебе-то куда сейчас? — выпалил Лёшка.              В ответ Гречкин выказал мину сомнения и явного непонимания. Да-а… подготовка к экстренным ситуациям жизни у него точно хромает. Хотя что тут скажешь, ведь за него всегда всё делали другие. Ему и мозгами думать не надо было. Проведут, спасут, покажут, ещё и денежку дадут.              — Ну-у, ты вполне можешь меня до своей хатки подкинуть… — сладко протянул мажор. Макаров уже исказился в лице хмуростью и явным неодобрением к предложенному. Кирилл, понимая, как давит этим сейчас на Макарова, с ухмылкой, добавил: — Я перекантуюсь одну ночь и свалю в отель какой-нибудь.              — Не-е-ет, давай-ка я сразу тебе закажу машину до отеля, а ты на месте сам уже разберёшься, — возразил Макаров, пока искал в айфоне рандомный отель на карте «Яндекс Go».              Подтрунивать над Лёшей Кирилл не перестанет. Он просто не мог не выпустить на свободу запас своих тупых шуточек. Макаров же не сильно желал долго оставаться со своим ненавистником. Он уже кипел от любого выкидона, который творил Гречкин что сейчас, что во время пути до трассы. Терпеть неблагодарное отношение к себе не по характеру Лёше. Что тут скажешь о Гречкине, он всегда норовил кого-нибудь унизить, задеть, подшутить. Но делал это неосознанно, потом не понимая, к чему все обиды и ругань в ответ. Не при всех, но Кирилл потом испытывал чувство вины за совершённое, в страхе извинится, чтоб не сочли искупление за слабость.              Продолжая выбирать отели из списка, Лёша вскоре наткнулся на какой-то ближайший. Тыкая на адрес, Макаров заказал эконом и, когда Гречкин заметил это, стал что-то ворчать под нос. Тот в два шага оказался рядом, нависая уже над Макаровым и внимательно вглядываясь в телефон.              — Э-э, сам значит на бизнесе разъезжаешь, а мне эконом заказал? Несправедливо, не видишь?              — Мне похуй, не видишь? — кинув равнодушный взгляд на Гречкина, Лёша вспомнил, как уезжал на комфортной BMW, но сейчас водители бы просто не взяли заявку из-за непонятного местоположения, а он так хотел позлить этим Гречкина, даже если и не собирался сейчас заказывать такую машину. Кирилл лишь хотел возразить, но Макаров его пресёк, продолжая:              — И вообще. Благодарен должен быть. А ты как скотина сейчас себя ведёшь, — приподнимая бровь, Лёша впивался в Гречкина самым злым своим взглядом, какой только есть.              — Да ладно тебе, чё ты? — Кирилл уже понял, что его придавили морально, но напоследок заготовленную идею всё-таки оставил.              — Не чё, хер в очко.              — Только в твоё, — снова обнажив свою знаменитую улыбку, Гречкин отстранился с другой стороны от телефона Макарова.              Лёша кое-как пытался заказать себе такси, не отрываясь от экрана и не реагируя на провоцирующие высказывания. Он заверил себе взорваться лишь тогда, когда сам вызовет такси. Быстро нажимая на «эконом», Лёша оторвался от дисплея и, набирая воздух в лёгкие, начал плести всё, что хотел сказать давно. Кирилл же с довольной гримасой стоял и слушал его. Настолько красного от злости юношу он никогда не видел. Казалось вот-вот, и Лёхи больше не окажется тут, испарится в воздухе, вскипая как чайник в девяностых.              — Всё высказал? — равнодушно прозевал Кирилл, когда Лёша остановился, переводя дыхание громкими вздохами.              — Да пошёл ты, — фыркнул Макаров, отворачиваясь от мажора.              Между ними повисла тишина. Снова цепляясь за телефон как за спасательный круг, Лёша не болел желанием дальше продолжить разговор. Он так хотел домой, чтоб в кроватку, под тёплое одеяло, а не это всё.              «И зачем я только этого дебила спас?» — Ноги уже настолько одубели от продолжительности работы, что Макаров решил позволить себе наконец-то присесть. Присев, он резко почувствовал облегчение в коленях. Вот она, благодать. Замечая эту разницу в росте, как только Лёша присел, он стал оглядывать Гречкина снизу вверх. Сам Кирилл сейчас не видел этих наблюдений, тот только бездумно вышагивал взад-вперёд, пиная сланцами щебень на обочине.              — Ну, а по правде, Макаров, зачем вытащил меня? — от неожиданности и попадания в точку в вопросе, Лёша проморгался. Кирилл повернулся к нему и спустя некоторое время уже тоже сидел на корточках, устремив глаза на лицо юноши. — И как ты там оказался?              — Я… ну, — он чуть замялся, не желая выдавать тайну, которая не очень понравится Гречкину-младшему. — Фух… в общем, я хотел тебя первым пырнуть, а как только увидел, что к тебе какой-то птеродактиль заходит, напрягся. Ну, и не подумав, полез тебя, идиота, доставать оттуда. Не знаю почему, не спрашивай. Просто… жалко стало, да и в тот момент я анализировать ситуацию нормально не мог.              Выдавая всё на одном дыхании, Лёша заметил постепенные перемены в лице мажора.              — А-ха-ха! Ты? Пырнуть? — он со всех сил пытался держать каменное лицо, но, уже срываясь, не мог не впасть в приступ истерического смеха. Настолько он не воспринимал Лёшу всерьёз, что и такой поступок не ровнялся с веснушчатым, до боли добрым на вид парнем. Юноша смотрел на Гречкина недоумевающе, думал, что тот будет гаркать на него, а Кирилл сейчас грохнулся и ржёт на весь лес, держась за живот.              — Ай… Спина… — Кирилл в секунду зажмурился от пронизывающей боли на спине и, привставая, распахнул глаза, пялясь на Макарова. Парень сидел с такой недовольной миной, будто в фильме, что засмеяться хотелось ещё больше, но подтянувшись на локтях, Гречкин уловил свой смешок в ладонь. Казалось сейчас, что будто между ними ничего плохого не было. Никакой беды и пропасти длинной в пять месяцев. Никакой обиды и гнева. Даже со стороны виделось, словно они сейчас как родные друзья, которые оказались в какой-то передряге и вместе её решают. Но это было не так.              Макаров помнил всё, что сделал ему Гречкин. Сейчас единственное в плане — дождаться такси и разойтись как в море корабли, дабы больше друг друга не видеть. А Кирилл думал по-другому. В глубине души Гречкин бы даже хотел подружиться с Макаровым, потому что мальчонка смышлёный, весь такой живой, авантюрист, чем-то похожий на него. Но живость, которая буквально олицетворяла мальчишку, с другой стороны мажора отталкивала.              «Ё-маё, это я, наверное, переволновался из-за прошедшего. Вот и придумываю всякую фигню», — подумал про себя Гречкин и, замечая вдали свет от фар двух машин, встал с щебёнки.              — О, наше спасение едет, — приподняв Макарова за плечо, Гречкин задержал взгляд на его глазах. — Ладно, малой, забей. Кстати, можешь одолжить худак?              — Нет. Ты чего, я за него одиннадцать тысяч отдал, — брови сползли к переносице. Лёша очень любил это худи, оно напоминало ему об очень многом и служило талисманом во всех происшествиях Макарова. Помнит, как купил его на первый заработок с кроссовок, поэтому дорожит им сильно. Да и историй с ним связано предостаточно.              — Да откуда у тебя бабки-то?              — Тебе какое дело? Сейчас ещё не хватало, чтоб ты в мой кошелёк лез, — буркнул Лёша.              — Сосёшь классно, что ль? — блондин с ухмылкой подмигнул ему, убирая руку с плеча Макарова.              — Слушай, ты меня задрал, — юноша заметался в порыве злости перед Гречкиным. — Запихни свои дебильные шуточки себе в пятую точку! Мы далеко не друзья, помни это. Мы никто друг другу! — рявкая, Лёша испытывал такой букет эмоций, какой ещё не испытывал ни с кем.              Мажор молчал. Сейчас была произнесена правда, которую невозможно было отрицать. Они как были, так и останутся заклятыми врагами, и не поймёшь, что их связало в этот вечер. А потом развяжет, возможно, уже навсегда. Это было лишь на руку Лёше.              Машины встали на обочину. Одна по направлению в отель, другая, в общежитие. Гречкин так и стоял молча, пока не стянул с себя худи и, грубо вручая его в грудь Макарову, обошёл его, следуя к двери машины. Последний раз взглянул на Лёшу и после, закрывая за собой, сел на пассажирское. Юноша резко схватился за капюшон кофты, дабы та не упала. Взгляд его не отрывался от блондина, пока тот не скрылся в машине. После, исчез за поворотом.              Кирилла его слова отчасти задели, но большей половиной нутра ему было всё равно, сам ведь полез, вот и получил. Он в тот момент пытался скрасить и так напряжённую атмосферу, но сделал только хуже своим юмором, эмоционально взорвав Макарова.              «Избавился».              Водитель такси вырвал Лёшу из ступора, коротко просигналив в руль. Он подозвал парнишку через открытое окно с явным недовольством.              — Мы едем? — с ноткой жёсткости проворчал таксист.              — Д-да… едем, — Макаров поплёлся к машине и, открыв дверь, плюхнулся на заднее сидение.              Таксист ещё недолго поворчал за ожидание, а как заметил, что парнишке вообще не до его высказываний, перестал, смерив его напоследок жалостливым взглядом.              

***

       Ветерок мягко продувал лицо Лёши через открытую форточку, сейчас как никогда хотелось продышаться. Злость его не до конца отпустила, от этого дрожь в руках ещё не унималась. Зачем он лезет, куда не надо? Настолько вымотать Макарова никто не мог, только Гречкин, со своим амплуа знаменитого дегенерата и языком, который он не мог держать при себе.              Такие нарушения личных границ юноши вообще не допускались в его мировоззрении. Лёша уважал других, их взгляды, не без греха, конечно, но всё-таки пытался. Гречкин стал его исключением. Очень жирным и кричаще красно написанным. Юноша отменил на него все свои правила. Что-что, а вот когда человек натворил такое, да и ведёт себя по-хамски, тут уже невозможно сдержаться и не начать покрывать его матами и всей этой тёмной примесью. Макаров был и сам не идеален в своих некоторых поступках и поведению, но сравнивать его с Гречкиным, это как две противоположных фигуры пытаться сложить воедино.              В окне пролетали фонари эстакады. Повсюду была темень. Дремлющий юноша слегка облокотился на подголовник сидения, чувствуя лишь то, как машина в зависимости от дороги то ускоряется, то наоборот, замедляет ход. Спустя двенадцать минут машина уже заворачивала в Санкт-Петербург, следовала по маршруту в общежитие. До центра они добирались быстро. Лёша уже был на ногах и, заплатив таксисту, оставил надбавленные сто пятьдесят рублей за ожидание. Мужчина отблагодарил его добрым словом и уехал. А парень ещё долго стоял, продумывая, как опять пройти мимо вахтёрши, не сдавшись ей с потрохами.              Это, конечно, не общежитие при ПТУ, где половине первого курса учащихся шестнадцать-семнадцать лет. Однако за порядком в университете тоже следили, чтоб те самые пьющие студенты не приходили побитыми в состоянии опьянения. И как же без того, что во всех правилах есть нарушители, конкретно они тут были, и Лёша сейчас стал одним из них.              Макаров тихо вошёл в здание и, легко прикрывая входную дверь за собой, на цыпочках поплёлся дальше по коридору. Женщина на благословение Лёши спала, а рядом с ней стоял компьютер, на котором без остановки прокручивалась какая-то российская мелодрама. Ругательства из сериала заглушили и без того тихие шаги по коридору. Парень резко дёрнулся, когда понял, что прошёл «контроль», и полетел как ужаленный по лестнице к своей комнате. В коридоре было темно, настолько, что Лёша сдался самостоятельно рассматривать номерки на дверях и достал фонарик. Отыскав свою комнату, парень достал ключ и провернул до конца, вскоре оказался внутри. Скидывая по пути до пристанища отдыха всю верхнюю одежду, Лёша так и завалился на кровать в штанах, томно вздыхая в подушку.              «Блин… — воспоминание резко пронеслось в голове. — Я рюкзак возле особняка забыл… Ладно. Всё равно там ничего ценного не было, да и сам он уже потрёпанный жизнью».              Перевернувшись на спину, Макаров устремил свой взгляд в потолок кровати, поясница тут же напомнила о себе колючей болью. Лёша прошипел, но мысли загудели в голове и на время прикрыли болевые ощущения. Что он будет делать завтра? Но этот вопрос закрылся, как только Макаров вспомнил, что завтра надо отдать заказчику его заказ, а после приняться за новый и не забыть купить мазь от ожога. Прогуляться по Питеру ему тоже не помешает. Заглянуть в «Буше» на чашку кофе с круассаном. М-м-м, сказка.              «Всё, дела на завтра есть. Можно спать спокойно».              Лёша наивно полагал, что сейчас уснёт. Тревогу подняла его совесть, когда в голову зашла мысль о Гречкине. Сна не было ни в одном глазу. Он ведь не проводил того, бросил, лишь вызвав такси, а у него, наверное, ни телефона, ни денег с собой нет. И ранен тот был. Переворачиваясь с бока на бок, юноша взбесился и, пихнув подушку в сторону, снова распахнул глаза, уставившись в потолок. Все эти переживания перекрыл один негативный червь, который не прекращал пожирать Макарова изнутри.              «Обо мне он тогда не подумал, когда сбил Лизу. Даже спасибо за спасение не сказал, вёл себя как идиот. И что мне, сейчас за этого козла переживать?! Да сдалось оно мне!»              Лёша снова прикрыл глаза, прижимая недавно брошенную подушку к себе, и вскоре погрузился в сон. Трепать нервы из-за Гречкина себе дороже. Особенно, когда нервы треплют сотни и тысячи, готовые повеситься на шею мажора. Но Макаров был как протестант, не признающий чужой неправильной позиции во всём этом, и вешаться на шею Гречкина он точно не станет. Это настолько заденет честь Макарова, что он будет готов сгореть, а не продолжать ходить по тому же городу, где ходит ездит Гречкин-младший. Он его ненавидит. Да что уж говорить, в компании рядом Лёша дышать не может с этим человеком одним воздухом, однако спас ведь. Для чего? Непонятно. Макарову и впрямь тогда стало жалко Гречкина. Он тогда увидел его страх на лице, и что-то прошибло в голове сметая все настройки ярости. Человечный Лёша, человечный…              

***

       Мажор вышел из такси и, осмотрев отель, который ему подобрал Макаров, вытянул губы в трубочку, удивлённо выпрямляя лицо. Ему явно понравился внешний вид. Не такие, конечно, люксы, какие только видел Кирилл, но это ему подходило. Он даже мысленно поблагодарил Макарова и за оплаченное такси, в том числе. Кирилл потянулся и, зайдя в отель, заметил администратора на ресепшн.              Девушка ахнула, когда увидела только что вошедшего парня. К слову, видок у Гречкина-младшего был такой себе. На лице ранения, на спине вообще хоть картину рисуй маслом, но этого администратор пока не видела. Гречкин стоял в полуголом виде, в спортивках и в носках на шлёпанцы от Nike, а на руке красовались золотые ролексы, которые указывали на статусность гостя. Общий образ мажора говорил: либо его ограбили, либо он сбежал от нападения, потому что пьяным на вид Кирилл не был, поэтому девушка склонялась ко второму предположению.              — Боже, молодой человек, с вами всё хорошо? — взволнованно затараторила брюнетка, на что Гречкин улыбнулся и, подойдя к стойке, подмигнул ей.              — Куколка, со мной всё гуд. Так. Отделался парочкой ссадин, — довольно ухмыльнулся мажор. — У тебя есть телефончик позвонить?              Администратор смущённо кивнула в ответ на приятный тембр голоса и, разблокировав свой телефон, протянула его мажору. Он снова ей, подмигнул взяв устройство в ладонь, и немного отошёл от стойки, набирая номер Алтана, который знал наизусть. Гудки длились минуту, пока на том проводе не прорезался голос.              — Здравствуйте, кто это?..              — Алтанчик, это я Кир.              — Фух, брат… А я уже переживал, что ты с концами где-то откинулся, — недавно холодный голос Дагбаева оживился. — Ментов даже тех, которые приезжали, предупредил, чтоб тебя поискали после того, как задержали этого долбанутого.              — Ментов?.. — мажор нахмурился. Кирилл не припоминал, что вызывал наряд омоновцев. У него в особняке в голове вообще ни единой адекватной мысли не водилось. Как только он встретился лицом к лицу с Чумным Доктором, его пробрал парализующий страх, который остановил буквально всё движение в организме, в том числе и мысли. Опомниться он успел, лишь когда показался силуэт щуплого паренька, что старательно пытался его оттащить от опасности.              — Ну… да. Я потом узнал, что их Макаров вызвал, — Алтан чуть призадумался. Вопрос, который он хотел с самого начала задать Гречкину, возник в трубке. — И главное, зачем тебя вытащил этот малец? Я мельком видел как вы драпали от особняка.              Услышав отрывок последней фразы, Кирилл призадумался.              — Да я сам не ебу…              — Ладно. Я что звонил… — чуть замялся Алтан, вспоминая, что хотел. — Ты хоть где сейчас?              — В отеле. Макаров таксу мне заказал, но дальше помогать не стал. — «Даже понимаю почему». — Слушай, братка, подсоби мне, оплати номер. Я тебе завтра переведу, как доберусь до дома.              — Ща всё будет. Может, мне тебя всё-таки забрать?              — Не, я вообще сейчас не способен ехать куда-то-о, — зевнув в трубку, мажор устало побрёл к стойке и, оторвавшись от звонка, скинул название отеля. — Я лучше откинусь на ближайшую кровать и отосплюсь за всю Россию.              — Лады, старик, — судя по занятому голосу Дагбаева, тот уже рыскал по сайту отеля для оплаты.              Через минуту Алтан подтвердил оплату и, доведя разговор с Гречкиным до конца, повесил трубку. Кирилл передал телефон девушке и сообщил об поступившем платеже. Администратор в ответ улыбнулась и подала ключ от номера Гречкину. Ну и не мог Кирилл оставить даму без флирта, натура не позволяла просто так уйти без оваций. Спустя несколько перекинутых фраз мажор уже, засовывая листочек с номером в карман, вальяжно вышагивал к номеру. Ещё немного, и Кирилла можно занести в книгу рекордов по флирту, а точнее по его скорости в этом деле.              Поднявшись, Гречкин провёл ключом и, разблокировав дверь, вошёл в помещение. Президентский люкс. Всё просторно, не сковывает, и это было удивлением для Кирилла. Отель буквально находится за двадцать километров от Санкт-Петербурга, но при этом имеет такое качество. Кирилл даже подумал вложиться в него хорошей суммой, чтоб тот развивался дальше. За качество нужно платить, а особенно, когда видишь, что оно становится выше. Такова уж установка в голове мажора. Это было редкостью, когда Гречкин-младший поддерживал какие-то компании, он поддерживал лишь те, которые ему нравились. В основном, всё вкладывались только в его сеть.              Кровать в номере была настолько большая, что принимая в объятия Гречкина, ничуть не отдавала жёсткостью. Парень удовлетворённо выдохнул и, зарываясь в подушки, стал прокручивать недавний инцидент и глупость Макарова, которая не хухры-мухры, а всё-таки спасла Гречкину-младшему жизнь.              «Блин, этот мелкий меня заразил своей сопливостью. Ну, пошутил и пошутил. Но. Как-то… хреново вышло. Ой, Гречкин… ты еблан».              — Бля-ять… Надо было хотя бы извиниться и спасибо сказать, что ль, — мажор перевернулся на спину, устало вздыхая.              «Потом как-нибудь… Но пацан всё-таки повёрнутый на голову… Полез в такую хрень».              Усмехнувшись, Кирилл провернул параллель поступка мальчишки со своими. Они были такими же. Импульсивными, необдуманными, но так лишь казалось Кириллу. Лёша действовал тогда от сердца в серьёзной ситуации, а Кирилл в таких поступках — бездумно, с желания выстроить очередную байку про него самого. Причиной тому стало детство, о котором мажор не желает вспоминать. Юный Кирилл стал слишком рано взрослым, оттого и стал теряться в параллелях. А ведь время уже не вернуть вспять, поэтому Гречкин решил дать себе волю, начиная свой путь с ошибок.              Думы прервали боли от порезов, что ныли, кололи по всей спине. Надо было умыться, обработать раны. Не хотелось. Только недавно прилёг и уже расслабился. Отложив это дело на утро, парень растянулся на кровати и, посапывая, уже через время погрузился в сон.              

***

       Неделя после происшествия пронеслась быстро. Санкт-Петербург, по своему обычаю, стал готовиться к перемене погоды, но всё-таки удивил местных, жаркими деньками с двадцать восьмого по тридцатое. Жара тогда была невыносимая, но потом, чтоб жители Петербурга не привыкали, внёс изменения проливными дождями. Как говорится, понежились и хватит.              Главный герой этого города по прозвищу Гречка стал снова на путь, по которому и шёл. Невозможно было не заметить его очередные истории из Инстаграма с какой-нибудь девушкой или бутылкой дорогого алкоголя где-нибудь в клубе. Он снова пил, пропивал эту жизнь, празднуя второе рождение. Правда, того, кто ему это рождение подарил, уже забыл в пьяном угаре. Единственное, что он не забыл, так это вложиться в тот отель, в котором провёл ночь. Единственное, что он не делал, это, на удивление, не садился за руль пьяным. Всё-таки немного мозги появились, но не в масштабной эволюции.              Без СМИ не обошлось тоже. Все заголовки пестрили: «КИРИЛЛУ ГРЕЧКИНУ ДАН ВТОРОЙ ШАНС? КТО ЭТОТ НЕЗНАКОМЕЦ, ЧТО ЕГО СПАС?» или «ЧУМНОЙ ДОКТОР, КТО ОН? РАСКРЫТА ЛИЧНОСТЬ ЧУМНОГО ДОКТОРА». Долго это не продлилось. Шум новостных газет и каналов спал уже ближе к тридцатому. Всем, как всегда, стало неинтересно. А вот статьи о том, как Гречкин продолжает свою весёлую жизнь, не закончились. Ещё больше разрослись. Комментаторы под постами его продолжали отрицать, презирать, говорили, какой он мудак и всё такое. Кирилл этого не читал и не видел, у него было поинтереснее развлечение.              А Лёша, в общем-то, и выдохнул, ведь больше не пересекался с Гречкиным. Лёша втянулся в работу и заработал за неделю под двести тысяч рублей. Парень уже вошёл в раж и не стал занижать ценник, да и спрос на кроссовки стал больше. Осень скоро как-никак. А единственная излюбленная россиянами обувь в это время — кроссовки. Удобные, лёгкие, а если и с дизайном, так это любовь с первого взгляда. До всего этого Лёша шёл долго.              Про аудиторию Макарова можно много говорить. Сначала дело шло не очень. Было по два-три заказа в месяц, а после того, как Лёшу заметил блогер и купил у него пару, народ пришёл сам, из самых разных уголков страны. С тех пор ему стали наведываться в директ не только обычные, но и медийные личности. Влад, с которым состоялась встреча в тот день, как раз-таки и был одним из них. С парнем Макаров приятно поболтал, когда отдавал заказ. Оказалось, Влад был из состоятельной семьи, но при этом ни копейки не брал из кармана отца. Сделал свой бизнес и спокойно обживался, пробуя нишу. В этом Лёша отдал ему дань уважения. После Влада пришло ещё больше людей, видимо, его друзей, от чего всю неделю юноша и делал то, что отписывался новым заказчикам, делал эскиз, отправлял на проверку, а потом приступал к работе. Про сон Макаров вообще забыл, а ведь впереди учёба. Сон в этот период важен как никогда.              Сидя так в очередной раз за кроссовками, юноша аккуратно проводил кистью по поверхности, вырисовывая силуэт известной героини из нашумевшей игры. Макаров оторвался от работы, нужно было передохнуть.              «Завтра учёба… Точнее, уже сегодня», — глядя на время, тот тяжко вздохнул, протерев глаза средним и большим пальцами.              — Что ж. Пора на отбой, — снова бросив взгляд на стрелку часов, Лёша встал из-за стола и, выключая лампу, направился к кровати. Комнату заполнила спокойная пелена тьмы, лишь тусклый свет с дисплея телефона немного её нарушал. Макаров ставил будильник на 8:00. Это было подходящее время для пробуждения, ведь пока тот соберётся, как раз настанет время выходить. Пар завтра три, как выяснил Лёша из беседы, в которую его успели добавить. Одногруппники уже вовсю общались меж собой, а сообщения то и дело вылетали в уведомлениях, от чего Лёша психанул и включил режим беззвучного на мессенджер.              «Ну какие недоумки общаются в час ночи?» — усталость перетекла в агрессию, и, потушив экран телефона, Лёша прикрыл глаза, постепенно проваливаясь в сон.              Макаров вмиг оказался где-то на обочине трассы. Вокруг была темень и лес. По краям дороги — густой, туманистый. Вдруг его руку перехватила маленькая, совсем детская ручка. Лёша повернул голову и, когда не увидел того, кто держал его руку, опустил её вниз, заметив Лизу. Она была в белом платьице с рюшами и белыми босоножками. Волосы ложились на платье рыжими змейками, а голубые глазки искрились. Девочка радостно улыбалась и, приставив палец ко рту, жестом заставила его помолчать. Лиза дёрнула Макарова за руку и повела куда-то в лес, от чего юноша немного зажался внутри себя от неизвестности происходящего. Тропинка перед ними чудесным образом расстилалась и вела вглубь, на опушку леса. Когда деревья уже были позади, сестра оглянулась на Макарова уже в грустном настрое и, указывая палец вдаль, заставила Лёшу устремить взгляд, куда она показывает. На траве сидела очень знакомая фигура в спортивном костюме. Он весь сжался, голова была опущена, а руки запущены в белобрысые волосы. Лёша отпустил руку сестры, аккуратно следуя к Гречкину. Вблизи уже было видно, что он покачивается, что-то шепча себе под нос. Лёша опустился рядом с ним на корточки, неожиданно для себя, протянул руку к спине мажора и стал похлопывать, как бы успокаивая.              — Я не должен был. Прости, Лёх. Прости за всё, — голос был полон грусти и печали, мажор, всхлипывая, стал снова бормотать что-то неразборчивое.              Макаров удивился такому искреннему проявлению чувств, ему казалось это подвохом. Но не подавая виду, Лёша в удивлении, сидел молча. Ну не может Гречкин извиняться и реветь перед ним. Обернувшись к Лизе, юноша вопросительно на неё посмотрел, на что в ответ сестра лишь одобрительно прикрыла глаза и вскоре, растворилась в воздухе белыми, маленькими птичками. Одна из которых выбилась из стаи и присела у парней перед ногами. Юноша не ожидал, как был схвачен в объятия Кирилла и лишь изумлённо кидал взгляды на птицу, не решаясь на ответное. Птичка защебетала, а потом, замечая свою стаю, упорхнула.              — Прости за Лизу. Прости за то, что я мудак. Прости…              Лёша проснулся по будильнику. Сон не выходил из головы и, наверное, не выйдет ближайшие три дня.              «Прости за Лизу. Прости за то, что я мудак. Прости…»              Громко вздыхая, юноша встал с кровати и, потянувшись к телефону, стал просматривать соцсети. За ночь сообщений в беседе стало ещё больше, на что Лёша неодобрительно протянул:              — М-да.              Отложив телефон, Макаров принялся заправлять постель, а после, планировал провести минутку гигиены и почистить зубы перед выходом. Расчесаться тоже не помешало бы. После сна на голове юноши были не волосы, а гнездо, где спокойно могло расположиться всё семейство дроздов. Что уж говорить о лице. За эту неделю Лёша сильно пренебрегал сном, от чего выглядел вялым. Лицо бледное, под глазами тёмные круги. Будто не поступает, а уже идёт на четвёртый курс. Первокурсником при таком виде его было сложно назвать, Лёша даже сам посмеялся со своего вида. Он быстро выполнил все дела и теперь стоял вопрос одежды. В гардеробе было достаточно вещей, но Макаров, как и подмечал тогда, нуждался в обновлении. Достав из шкафчика бежевые брюки с вязаной жилеткой, Макаров потянулся вслед за футболкой. На первый день пойдёт. Лёша всегда предпочитал свободные вещи, они не доставляли дискомфорт, поэтому футболку он так и оставил висеть, не заправляя. А с белыми кроссовками это выглядело более выигрышнее. Время уже близилось к началу занятий. На часах 8:10, и Лёша уже стоял закрывая комнату, проверив при этом барсетку на наличие всего нужного. Телефон, ручка, маленькая тетрадь, портативка, картхолдер. Вроде всё.              

***

       Пройти от общежития до корпуса университета составляло две-три минуты, но Макаров от этого не стал проверять на прочность свой иммунитет и накинул тёплый бомбер, чтоб не замёрзнуть и в комфорте дойти до корпуса. Возле здания было уже много групп собравшихся первокурсников. Остальных курсов не было. В мерах безопасности во время коронавируса ректор решил проводить организационные собрания разных курсов отдельно друг от друга. Это не помогало. Было очень много народу и без этого, из-за чего вся так называемая безопасность являлась лишь на словах. Макаров в этой толпе пытался разглядеть свою группу и, когда наконец заметил табличку с номером своих, стал протискиваться через других студентов. Добравшись до своей цели, его встретили оценивающим взглядом, как полагается. Потом все стали потихоньку подходить и знакомиться, а Лёше было-то приятно. Он уже познакомился и с Димой Ферсиным, и Даной Левич, и с Денисом Львовским и другими одногруппниками. Даже были те, кто знал Инстаграм юноши. Впечатления от ребят у Макарова показались ему слишком хорошими. Сначала он думал, что будет, как по обычаю, всем друг на друга всё равно, но Лёше посчастливилось попасть в дружелюбную компанию. Все не стеснялись делиться своими увлечениями, и Макаров, подхватывая эту волну тоже, рассказал о своём деле. Настолько красочно, что все молчали и внимательно его слушали, а как рассказ закончился, стали расспрашивать юношу, как у него сделать заказ. Лёша от такого внутри расцвёл, отвечая на все вопросы, он уже даже принял парочку.              После этого к ним подтянулся куратор, который по порядку знакомился со своими подопечными. Лёша узнал в кураторе преподавателя истории, с которой общался при поступлении в вуз. Всё это настолько совпадало, что отзывалось у Макарова импульсами счастья в груди.              Собрание закончилось. Первой парой у Макарова был предмет по знакомству с культурой других стран и её представителей. В аудитории разместилось три группы: факультет перевода, журналистики и юристы. Такое совмещение было внезапным и, как позже выяснилось, у преподавателя просто не было времени на проведение лекций после этой пары. Да и это было удобнее, так как программа студентов этих трёх специализаций совпадала и шла параллелью. Юноша не заметил, как к нему за парту подсели две девушки. Девочки были симпатичными по наблюдениям Макарова. Они тихо хохотали, разглядывая что-то в телефоне тёмноволосой, а Лёша лишь мельком поглядывал на них, пока сама девушка не встретилась с юношей взглядом и, заулыбавшись, стала тыкать пальцем в плечо свою подругу. Светловолосая тут же перевела взгляд на парня и тоже улыбнулась.              — Приветик, меня Айша, а тебя? — Девушка резко опередила желающего заговорить Макарова и протянула руку.              — Лёша. — Макаров протянул руку в ответ и мягко её пожал.              — А меня Ангелина, можно просто Лина. — Ангелина тоже потянулась через подругу, дабы поздороваться.              — Приятно познакомиться, — Лёша снова улыбнулся, перехватывая руку девушки, пожал её.              — Взаимно! — вместе выпалили девушки, от чего захохотали ещё сильнее. Пары ещё не было, поэтому их даже не заметили и не наругали. По аудитории и без них бродил гул голосов от других студентов.              Макаров усмехнулся с такого напора. Через минуту они раскатывались хохотом уже втроём. В экране телефона Айши они листали всякие мемы, которые очень даже сблизили этих любителей юмора. Лёша хватался за живот, пока пытался отдышаться и справиться с наплывающим на него приступом смеха.              — А-ха-ха, блять! — хлопая ладошкой по парте, Айша закрыла второй рукой покрасневшее лицо.              Тёмноволосая тут же отсмеялась и, перевернув экран телефона, чтоб Лёша не увидел картинку, хищно улыбнулась:              — Лёша?              — Да?.. — Макаров чуть засуетился от такой перемены в настроении девушки и стал пытаться разглядеть в глазах Айши подвох.              — А ты достаточно смелый? — ласково протянула она, пока Ангелина за её спиной прыснула, понимая, что сейчас выдаст подруга.              — Ну… да.? — он выгнул бровь, нахмурился, перебирая при этом всевозможные мемы в своей голове, которые пошатнут Макарова на ответе.              — Просто, всё может быть вагиной, если ты достаточно смелый, — девушка многозначительно заиграла бровями и, повернув телефон, выставила картинку перед лицом Лёши.              Ангелина, которая сидела за спиной Айши, не выдержала и скривилась в сдержанной ухмылке, пытаясь не рассмеяться. У неё это отчасти не вышло. Заметив краснеющее и такое же наигранно непорочное лицо Лёши, светловолосая рассмеялась в голос с Айшей. Резкий стук по столу прервал их хохот. Тройка обернулась к преподавателю, который стоял в крайне опасной позе. Лицо мужчины выражало смесь гнева, и, прочувствовав этот гнев на себе, Макарова с подругами охватило хлипкое чувство стыда. И хрен-то там, они продолжили смеяться, но уже кратко и тихо, дабы окончательно не разозлить преподавателя. Так и прошла пара. В мозге остались лишь размазанные отрывки лекции, а в тетради как был чистый лист, так и оставался. Лёша заверил себе, что на следующую пару он точно будет всё записывать. По крайней мере, он так думал.              Лекция закончилась. Все расходились, а пересечься с девочками на второй паре юноше не посчастливилось. У них был другой предмет, на этаже выше его аудитории. Макаров распрощался с ними, заранее договорившись встретиться после всех пар.              Вторая пара тянулась нудно, слишком нудно. Третья далась Лёше с лёгкостью. Всё-таки литература — стихия Макарова, и на все вопросы, что были на паре, студент отвечал развёрнуто, очень подробно, до мельчайших деталей. Преподаватель за это одарил его похвалой и хорошей оценкой, на что Лёша гордо заулыбался перед другими студентами, которые слушали его с открытыми ртами до конца.              Наконец, Макаров уже ступал по лестнице вниз, да с такой скоростью, что порой не успевал перебирать ногами, спотыкаясь, но не падая. В телефоне всплыло уведомление во Vmeste. Это было сообщение от Ангелины в беседе, а следом и от Айши. Макаров замер на одной из ступеней, отвечая девочкам в мессенджере.              angelzhilinaa       Лёш, пойдёшь с нами в тц? 14:50              aishabaykalova       Шмоточкииии, шмоточкииии, ждите меня с: 14:51              

Вы:

Ахахах ес, мне как раз тоже нужно закупиться.

14:55

И канцелярию прикупить тоже.

14:55

      angelzhilinaa       Чудно, мы тогда с Айшей подъедем к универу в 15:10 и будем ждать тебя. 14:56       

Вы:

В смысле, вы уже в общаге?

14:56

      angelzhilinaa       Мы не в общаге, мы дома. Айша сейчас у меня. 14:57              Нас просто препод отпустил пораньше с последней. 14:57              

Вы:

Окей, я тогда сейчас забегу в общагу, переоденусь и там уже встретимся.

14:58

      На телефон пришло новое уведомление из беседы, но Лёша уже его заблокировал и спустился дальше по лестнице. На выходе из университета его обдало резким порывом ветра. Осень в Петербурге забирала своё место у лета. Макаров тут же схватился за молнию на бомбере и потянул замок вверх, съёживаясь при этом от холода в попытке согреться в куртке. Ёжиться от холода Лёше долго не пришлось. По пути до общежития тело потихоньку согревалось, восстанавливая свою температуру, а в помещении и вовсе стало жарко. Юноша ещё не долго шёл, пока не оказался у комнаты. По обычаю, он хотел вставить ключ и открыть, но проделав это действие, понял, что наоборот закрывал комнату. Тревожные мысли забегали в голове словно табун лошадей. Макаров стал перебирать, кому насолил? Или что не так сделал? В голове внезапно всплыл давно забытый Гречкин, но Лёша спас мажора. А не насолил. Судорожно прокручивая ключ в обратную сторону, Лёша аккуратно обхватил ручку и потянул её вниз. Дверь неприятно скрипнула и вскоре дала обзор на всю комнату. Там сидело два незнакомых юноше парня. Видать, те самые соседи. И он вспомнил.              «Точно! Они сегодня заселиться должны были. Вот я параноик».              Макаров вошёл в комнату и, встретив соседей улыбкой, поздоровался. Парни окинули его взглядом, в ответ пропуская по приветствию. Лёша заметно расслабился и выдохнул, но когда заметил, что один из них тянется к его кроссовкам, гаркнул:              — Э-эй! Не трогай, не высохли ещё!              Рука парня замерла в сантиметре от кроссовки, тот обернулся на Макарова, выпрямляя лицо.              — Сорри! Просто кроссы охуенные, посмотреть хотел, — парень замялся, преодолев расстояние, и вытянул Макарову руку. — Саня Бойкин!              Лёша усмехнулся и пожал протянутую ладонь.              — Лёша. Лёша Макаров. Спасибо.              — Гоша Шакалов, — вытянулся другой паренёк, сидящий на своей кровати. Лёше он сразу показался странным. И определённо создавал о себе первое впечатление как типичного пацана по понятиям. Макаров не понимал таких людей. Понаслышке те постоянно устраивали побои, которые ещё назывались «стрелой». Да и сама субкультура этих парней не подразумевала за собой культурное общество, лишь невиновных, закомплексованных парнишек, которые искали место под солнцем в этой жизни. Как-то раз один из таких приставал к Лёше в детдоме, что от этого негативное мнение о таких личностях у него заложилось надолго. Даже какое-то шаблонное, ведь не все из этих парнишек были такими. В глубине души Макаров это понимал.              — Приятно, — холодно кинул он.              — И да, ребят. Давайте договоримся, что никто из вас не будет трогать мои кроссовки без разрешения. Это заказы для людей, которым потом эти кроссовки отдаются. Испортите, будете платить!              — Окей-окей, чувак, без проблем, — повеселел Саша и присел на свою кровать, а Шакалов лишь цокнул, мол, ой, какие мы важные.              Лёша уже перебирал вещи для похода в торговый центр и не заметил этих недовольств от Гоши. Он выбрал чёрные свободные штаны, серое худи и болотную шерстяную куртку. Из обуви выбор пал на белые найки, а на голову, подобно цвету куртки, шапка бини. Макаров уже был собран, а Бойкин, заметив красивый образ Лёши, одобрительно укнул.              — Ого, ты модник! Зачёт.              — Ахах, спасибо, — усмехнулся Макаров и, махнув рукой, отсалютовал. — Ладно, парни, до вечера!              

***

       Скрывшись за дверью комнаты, Лёша проследовал до лестницы. По времени было уже ближе к десяти минутам четвёртого. Он успевал. Девочки уже вовсю трезвонили, но Лёша не мог взять телефон, так как уже выходил из здания. На обочине стоял чёрный Mercedes. Видать, подруги заказали бизнес, на котором Лёша не привык разъезжать, лишь единичный раз опробовал и больше не стал баловаться, заказывая либо эконом, либо комфорт.              «Не удивлён», — он мысленно усмехнулся и, дойдя до машины, открыл дверь. Девочки на заднем сидении подвинулись, а потом, когда тот сел и захлопнул дверь, налетели на юношу с объятиями. Макаров не ожидал такого, но в ответ всё же раскрыл руки, заливаясь смехом. Машина тронулась с места, следуя по адресу.              — Убьёте так.              — Да мы просто настолько рады, что ты едешь с нами! А то мы обычно вдвоём там лазаем, — прижавшись ещё плотнее к Лёше, подруги вскоре отпустили его из объятий и уже болтали о своём.              — Я тоже рад, потому что всегда один шастаю по магазинам, — прервав их разговор, Лёша как-то грустно усмехнулся, от чего Айша с Ангелиной переглянулись и снова заключили парня в объятия.              — У-у, пупс, теперь ты в нашей банде, — радостно кинула Айша, целуя Лёшу в лоб и одаривая новой порцией смущения. — А ты у нас, походу, красна девица, от поцелуев в лобик краснеешь?              Айша завуалированно заиграла бровями, при этом ухмыляясь самой что ни на есть улыбкой из своей тяжёлой артиллерии, а Макаров снова залился краской. Отрицательно покачав головой, отмахиваясь от подруги, он надулся, скрестив руки на груди.              Машина уже подъехала к торговому центру. Вид из окна на здание открывался величественный, весь из себя статный. И не зря. Макаров вышел из машины, следуя за ликующими девочками. Сейчас будет шоппинг. ДЛТ был одним из самых красивых торговых центров. В нём располагались брендовые бутики от Versace, Balenciaga (самый любимый бренд Макарова), Dior, Loewe, Nike, если перечислять, то будет очень долго. На входе в помещение в глазах засияло приятное освещение от бутиков и самого помещения торгового центра. Девочки понеслись сразу к косметике, на что Лёша даже не удивился и как истинный джентльмен стал уважительно ждать дам, пока те выберут то, что им нужно.              — Господи, сколько тут всего! — заулыбалась Ангелина, рассматривая красивую подводку для глаз.              — Дорогая, я полностью с тобой солидарна — прихватив помаду, Айша бросила её в корзинку и проследовала дальше вдоль стенда.              Лёша не долго наблюдал за этой картиной, лишь иногда поглядывал на девочек и снова устремлял взгляд в телефон. Через несколько минут они уже всё оплатили и шли к Макарову с пакетами. Юноша ловко перехватил два пакета, даже не спрашивая. Нужно? Не нужно? Воспитание отказов не принимало.              — Ой, тут и никаких мужиков не надо, Лёша пришёл по нашу душу с благодатью, — восторженно вытягивая руку, Айша изобразила себя так, будто поэт при вещании прозы.              — Согласна, Лёшик, ты чудо! — согласилась светловолосая и, похлопав Макарова по плечу, обернулась в сторону бутика одежды. Юноша весь расплылся в улыбке глядя на подруг.              — Вы мне льстите, дамы, — удовлетворительно протянул он и, вспомнив про обновки в гардеробе, устремил взгляд туда же, что и подруга.              Автоматически они все вместе завернули в магазин. Лёша уже летал среди манекенов и полок с одеждой. Ангелина последовала его же примеру, а Айша стояла где-то на выходе. Макаров помнил, что ему обязательно нужно прикупить что-то тёплое из одежды. Ценник Лёшу не волновал, так как денег у него было достаточно для покупки вещей. Главное — качество. С самого детства у Лёши было такое мышление, которое ему ни в чём не врало и помогало жить лучше. Однако заказ бизнес-такси у него всё-таки вызывал сомнения.              Юноша ещё какое-то время вертелся вокруг стендов, при этом собирая разные варианты одежды и обуви. Ко всей этой груде плюсом шло пальто, бежевое, тёплое, точно для того, чтоб согреться в питерские ветра. Набрав достаточное количество одежды, Макаров проследовал в примерочную, что была у него в двух шагах. Зайдя, он расположил все вещи по крючкам, задвинул шторку и принялся раздеваться. Макаров повернулся лицом к зеркалу и заметил очень явные изменения в себе. В отражении был уже взрослый юноша, не такой, как год назад, плаксивый, который всё держится за сестру, как за спасательный круг. Жизнь заставила его повзрослеть, снимая с Макарова маску защиты и показывая ему настоящую личность в нём. Прервав момент, в кабинку случайно залетела светловолосая. Приоткрывая аккуратно шторку, девушка окинула взглядом затылок Лёши, а потом, глаза приковались к пояснице юноши.              — Какой у тебя шрам! — заворожённо она продолжала пялиться на место, где были обрисованы следы от ранения.              Макаров, заметив в отражении подругу, резко обернулся и, встретившись взглядом с Ангелиной, потянулся рукой до поясницы, мягко растирая. Хотелось рассказать, почему он там, но юноша вынес лишь долю правды, подмечая для себя, что вскоре расскажет и всю историю, как будет готов.              — А, да… так, обжёгся, — замявшись, Лёша ещё какое-то время так стоял, пока подруга с понимающим кивком вскоре исчезла из кабинки и проследовала в свою. И главное, ему не было стыдно. Юноша стоял там в одних боксёрах, но не смутился. Скорее всего, от комфорта в общении девочек он воспринимал уже как сестёр. Только одна была для него старшей, а другая младшей. За один день эта дружба доставила столько тепла и отзывчивости, что Макаров и не думал зажиматься в себе перед девочками, да и принципы открытости к окружающим не позволяли.              Просунув одну ногу в штанину, он проделал то же действие и с другой. Брюки есть, а вот верх… Какая футболка будет лучше? Макаров отодвинул шторку и подозвал Ангелину, чтоб та ему помогла. Спустя минуту подруга стояла в примерочной с Лёшей и выбирала варианты из кофт и футболок. Найдя белую футболку с принтом, она экспертно вытянула её перед собой и стала сравнивать с брюками Макарова, кидая поочерёдно взгляд то на брюки, то на футболку. Не сказать, что Лёша не может стильно одеваться, просто сейчас он дал возможность стилиста для подруги, видя, как она усердно подбирает для него одежду.              — Не. Как-то простенько, — девушка нахмурилась и, молча вылетев из примерочной, оставила Лёшу. Юноша ещё какое-то время тупился взглядом в занавеску, пока перед ним снова не показалась светловолосая. Она держала в руках вязаную белую жилетку и бежевую футболку.              — Вот, теперь надевай, — улыбнувшись, Ангелина подала Лёше верх и удалилась из кабинки, напоследок кинула: — Как оденешься, выйдешь из примерочной. Мы с Айшей поглядим.              — Угу, — буркнул он, постепенно одеваясь в футболку, а поверх накидывая жилетку.              Итак, Лёша стоял в белых кроссовках, слегка свободных бежевых брюках, в жилетке на футболку. Образ был собран. Покрутившись в зеркале, Макаров окинул себя в оценивающем взгляде и вышел из кабинки. Он проследовал в зал к Айше, которая всё высматривала что-то на выходе. Следом подошла и Ангелина. Она была одета в водолазку, заправленную в брюки с чёрным ремнём, поверх кожаная куртка с синим подкладом. Головным убором последовала чёрная кожаная кепочка, а на ногах чёрные замшевые ботильоны. Смотрелось это всё вместе очень роскошно. Из маленькой милой девочки подруга превратилась в тётеньку, которая точно управляла каким-либо предприятием. Этот образ явно поразил двоих, по тому, каким взглядом они смотрели на подругу, нельзя было сказать, что они не оценили. Ещё как оценили. Настолько, что стали нахваливать Ангелину за её хороший вкус в одежде. Без комплиментов Лёше тоже не обошлось. Девочки облапали его глазами с ног до головы.              — Лёха-а-а, все девочки твои! — выразилась Айша, оглядев его со всех сторон. Каждая деталька была подобрана с утончённостью, подчёркивая разнообразный стиль Лёши. Он любил свободу в одежде. Часто выбирал кроссовки, спортивки, иногда всё-таки доходило до брюк, как сейчас, до жилеток, рубашек. Но уличный стиль всё же не отрывался от Макарова никакими уговорами. Действовало всё так: если захочет, наденет рубашку и брюки. Если нет, хвала спортивкам с кроссовками и худи. Так они простояли, смущая Макарова и болтая, пока Айша не обернулась, заметив две фигуры, протянула:              — О-о-о, амбассадор минетов пожаловал. — Девушка расплылась в ухмылке и, возвращаясь к Макарову увидела его побледневшее лицо, переглянулась с подругой, не понимая его растерянного вида. Лёша до этого смотрел куда-то на стенды с одеждой, пока девочки что-то обсуждали, а как услышал фразу Айши, перевёл взгляд на пока размытые очертания силуэта. И обомлел. Резко захотелось убежать, скрыться в тёмном уголке, чтоб не видеть его. Другие мысли перехватывали Лёшу быстрее и заставляли ждать и отстаивать свою честь. Зачем бежать, если ни в чём не виноват? Но это его призывала ненависть. Ненависть, которая недолюбливала мажора. Жгла одно лишь упоминание о нём в костре тёмного гнева. А сейчас в расслабленности не успела сгруппироваться и молила о побеге.              Гречкин, войдя в помещение с Дагбаевым, тоже замер, заметив знакомое лицо, с которым не виделся уже неделю. Что подметил Кирилл, так это то, что Макаров сейчас выглядел по-другому. Не в одежде дело, она тоже подчёркивала, но вместо этого было что-то ещё. Лёша заметно повзрослел, вытянулся и был уже не таким, как в их первую встречу. Глаза забегали по его фигуре, пока не пересеклись. А когда Айша и Алтан одновременно оповестили двоих о знакомых лицах, в голове что Гречкина, что Лёши отголоском пронеслось лишь ругательство:              

— Блять.Ты.