Клочки красных бумажек

Макаров ещё некоторое время стоял столбом, утыкаясь глазами в расплывшееся от ухмылки лицо мажора. Гречкин прекрасно осознавал, что Макарову некуда сейчас деться, от этого доминирование над ситуацией оставалось за Кириллом. Огонь бушующего злорадства разгорался внутри пуще прежнего. Он не видел мальчишку неделю, а тут, на те, на блюдце с голубой каёмочкой, сам Макаров! В бутике магазина, в котором мажор точно не думал встретить его. Да и Лёша, не меньше самого Гречкина, был шокирован. Стоял как вкопанный, будто под взглядом питона, который собирался его сожрать.              Макаров тут же нагоняя себе мысленный подзатыльник, метнулся в сторону примерочной, прерывая тишину по дороге своим выкриком, адресуемый подругам.              — Я пойду переоденусь, ждите здесь!              Мажор ещё не долго наблюдал за Макаровым. Как только юноша скрылся из виду, Кирилл вальяжно стал расхаживать по залу, то и дело перебирая на вешалках одежду и кидая взгляды на девушек, что перешёптывались между собой. Ангелина и Айша не поняли реакции Лёши на появление Гречкина в зале. Девочки были косвенно знакомы с мажором через отцов. Они постоянно собирались на очередных бизнес-встречах и пересекались с Гречкиным, болтая с ним лишь о том, как там скучно и нудно. О том, зачем отцы их берут с собой и о прочем нытье. После пары очередных таких встреч, Кирилл стал приглашать подруг на тусовки и прочие движухи, что устраивал. А в ответ, девочки приглашали Кирилла на такие же мероприятия, только под своей организацией. Так они и познакомились с мажором и завязали уже довольно дружеские отношения.              — Дра-а-а-сте, мистер Гречкин, какими судьбами? — протянула Айша, вальяжно вышагивая к нему.              — Да так, — Кирилл вытянулся в гордой позе и засовывая руки в карманы спортивок, оскалился, обнажив золотые грилзы. — Бог решил спуститься до смертных.              На эту глупость Айша лишь усмехнулась, удостоверяясь что Гречкин-младший всё тот же самовлюблённый мажор. Ничего не изменилось. А хотя… изменилось. Наличие друга рядом. Молодой человек, что статно стоял с мажором, очень уж заинтересовал девушку. И возможно, этот интерес был взаимным. Потому как, Алтан разглядывал Айшу, невозможно было сказать, что она его не впечатлила. Красота и ухоженность девушки выделяли её любовь к себе, от этого, грех было не взглянуть на неё, да и, энергетика таких людей очень притягивала.              В зале повисла тишина.       Ангелина, замечая неловкую паузу между тремя, обернулась в сторону примерочных. Светловолосая хотела уйти и спросить у Лёши, что повлекла за собой его перемена в настроении. Ведь буквально минуту назад стоял спокойным, а тут, вдруг убежал, как будто мертвеца ходячего увидел.              Кирилл, стоящий напротив, заметил эти мимолётные взгляды девушки в сторону примерочной. Мозг генерировал её дальнейший маршрут и язвил фразами, одну из которых мажор решил выплеснуть из себя.              — Пхах! Убежал как девка мелкая, — прыснул Гречкин и перевёл взгляд на Ангелину — Ты беги дорогая, а то ещё заплачет.              Ухмылка не спадала с его лица, так нравилось выплёскивать яд, будто всю спесь выносишь из себя. Легче становится. А как же чувства других? А пофигу, было Гречкину. Защита как нападение? Вот это про него.              Ангелина уже нахмурилась. Напряжение так и искрилось в воздухе, когда в бутик пожаловал Гречкин. Между этими двумя явно что-то творилось. Ангелине и Айше было непонятно что. Любопытство и страх росли и росли, ведь между ними стоит их друг. Но, видать так получилось, Лёше он — враг.              — Ой, вспомню тебя как ты от девушки на встрече шарахался! — съязвила Ангелина и закатив глаза развернулась на пятках, вышагивая гордой походкой. И явно выигрывая, увильнула к примерочной. Мажор от воспоминания побелел. И правда было такое, а возразить уже нечего, Ангелины как и след простыл. Поперхнувшись воздухом, Гречкин поднял кисть, указывая пальцем вверх, гаркнул:              — Она ёбнутой была! — насупился Гречкин, отмахиваясь от своего так называемого компромата и нервно перебирая рубашки на стеллаже, бросил взгляд на Айшу и Алтана, которые уже о чём-то болтали. Гречкин потупился, глядя на них. Алтан так чётко подбирал шутки, что заставлял каждый раз разливаться смеху Айши по всему бутику.              «Шу-у-утка? Есть идейка», — злорадно ухмыльнувшись, Гречкин обогнул стенд и направился в примерочную. Алтан замечая уже удаляющийся силуэт Гречкина, переглянулся с Айшей. Девушка стояла в таком же море непонимания, то и дело хлопая глазами.              — Он что-то удумал, — подметил Алтан.              — Отвечаю, — отрезала Айша, продолжив всматриваться в место, куда только что прошмыгнул мажор.              

***

       Кирилл шёл вдоль кабинок, пока не заметил прикрытую шторкой Лину, что стояла у Лёши. В два шага преодолев расстояние, Гречкин, откидывая шторку, мягко увёл Ангелину за запястье в сторону. Светловолосая изумлённо вскинула брови и отшатнулась. Гречкин пришёл к Лёше? Что чёрт возьми происходит?!              — Отойди, пожалуйста, к Айше, я поговорить, — кинул мажор и не ожидая ответа от девушки, зашёл в кабинку, прикрывая за собой шторку.              Макаров стоял в полуголом виде. Лёша на миг замер, как только вместо подруги, за ним оказался Гречкин. Юноша хотел уже вскрыть какую-нибудь из стен и прыгнуть туда, или, просочиться, как это умеют люди в кино. Но ни той, ни другой возможности не было. Единственное, что удачно удалось провернуть — это жаться спиной в угол и без того маленькой кабинки. Кирилл на это усмехнулся и кинув взгляд на пуфик, приземлился туда.              — Не ссы, — прыснул Гречкин и слегка наклонил голову набок в попытке установить зрительный контакт с напуганным.              — Недавно спасал, а сейчас бегаешь как школьница мелкая?              — Ты что тут забыл? Как меня нашёл?! — взвизгнул Макаров, попутно выискивая конец кабинки, чтоб схватиться и свалить оттуда сверкая пятками.              — Да тиш ты. Нахуй ты мне сдался.              Гречкин мазнул глазами по напряженным плечам парня и устало закатив глаза, выдохнул. Его пугливый вид не оставлял Кириллу выбора, действовать нужно было аккуратно, чтоб лишний раз не спугнуть мальчишку. Только одного мажор не понимал, почему он бегает сейчас от него? Когда спасал, не бегал ведь. Да и вид у него был из самых храбрейших, что только есть. Прямо-таки супермен невъебенный из комиксов.              — Я лишь одно хочу, дать тебе денег за спасение и всё. После, ты меня не увидишь и я тебя тоже. Честное пацанское.              — Э... Что? Какие деньги, ты о чём?              — Только не говори, что денег тебе не надо. Лишним же не будет?              — Ты совсем?! — Юноша возмутился и, нахмурив брови, схватил худи с вешалки. — Мне не нужны деньги.              Лёша быстро оделся и продолжил сверлить взглядом мажора, проворачивая варианты какие он сможет учудить и как ему можно будет выбираться отсюда.              — Блять, тогда что тебе надо? Может в клуб тебя отвезти? Или, заграницу отправить? А может.              — Ты глухой или как? Мне. Ничего. От тебя. Не надо.              Паренька уже отпустил страх, а эмоции сменились на раздражение и гнев. Хотелось хорошенько прописать в морду мажора, чтоб одумался наконец-то, может так дойдёт.              — Просто, ты, наверное, посчитаешь это дебилизмом, но, меня до жути мучает хрень в голове, — признался Гречкин, от этого на душе мажора стало чуть легче, будто кусок от камня с плеч пал.              — Да мне всё равно что тебя мучает! Если и мучает, значит правильно делает!              Лёша спустился на корточки, набрав воздуха, кивнул и, выдыхая, руками стал шарить по карманам чтоб хоть как-то унять невроз. Кирилл так и сидел понурив голову, растирал ладони перебирая в пальцах снятые кольца. Оба были в тумане, не зная как из него выйти и на какой ноте закончить разговор.              — Говори, — приказал Макаров, от чего Кирилл сразу поднял голову оказавшись на одном уровне с глазами собеседника. Мажор хотел выдать всё сразу, но как только открыл рот, выдал лишь:              — Э… ну…              — Говори, или я ухожу.              — А разве так можно?              — Что можно? — Лёша вопросительно выгнул бровь, максимально пытаясь сложить пазл в мозгу.              — Выложить всё из мыслей, признаться, что мучает совесть.              Эти двое сейчас точно поменялись местами. Макаров сменил позиции на доминирующие, а Кирилл, наоборот, сдулся и был сейчас как жертва беседы. Будто каждое слово наносило урон по его броне самолюбия и образа, которое он постоянно выводит гулять в толпу. Мажор теперь не казался таким наглым, он будто провинившийся котёнок, сидел, опустив голову, локтями упираясь в коленки.              — Лепетать всякую ахинею тебе не лень, а вот свои чувства выложить сложно? — Случай Гречкина был не из простых, даже, можно сказать заперт на все замки мира, что ни одна отмычка не поможет. Лёша умолк, дал шанс голоса Кириллу. Может так он соберётся с мыслями и выдаст хоть что-то. А вообще, сам юноша не понимал сейчас, зачем того выслушивает. Вроде должен уйти, послать Гречкина куда подальше и до поры, до времени, не встречаться с ним и продолжать презирать.              Кирилл вздохнул и хватая все мысли, на одном дыхании, стал плести свой шарф из раскаяний в надежде, что после этого полегчает.              — Я тогда бухим был в стельку, ты это знал. Неспроста. У меня близкий человек умер, но это меня не оправдывает от слова совсем. Я как был мудаком, так и останусь и, я не заставляю тебя менять обо мне мнение, я просто выскажу всё как было. Я в тот день сильно поругался с дедом. Он очередной раз меня упрекал что я маленький дурачок, лезу туда, куда не надо. И он прав был. Я тогда сильно вспылил на него, уехал в бар. В баре напился как свинья, не знал я тогда, как унять ебучие мысли. Алкоголь помог, но ненадолго. Мне позвонили, и, единственные слова, которые я услышал: это то, что деда не смогли спасти, он умер от инсульта. И всё из-за меня, его сердце не выдержало стресс. В момент под руку попалась и бутылка виски, я вышел из бара и сел в тачку. Дальше ты знаешь, что произошло.              Лёша его внимательно слушал всё это время, ни разу не отводил взгляда от лица мажора. Каждое слово пропитывалось в мозг и проходило анализ. А искренняя ли это интонация? А как ведёт себя? А издевается ли? В общем, Лёша сейчас натянуто верил Гречкину. Не мог он быть таким, таким ранимым и покалеченным. Это же Макаров такой, а Гречкин, он то, что?              «Очередная маска», — думал Лёша про себя. Человек недавно сбивший родную сестру не мог поменяться так резко, да и как там говорится, «люди не меняются»? Тем более, за такой короткий промежуток времени, Гречкин логически не мог перевернуть свой мозг в нормальное положение и изменить свои мотивы жизни. Или он шизоид с манией перемен в каждые пять минут?              — Если ты сейчас специально всю эту херню на ходу придумал, поздравляю, очень сильно. Аплодисменты в студию! — Лёша исказился в наигранной улыбке и захлопав в ладоши, схватил барсетку и умчал из кабинки.              — Врать научись ещё! — напоследок кинул Макаров.              А Кирилл взбесился. Ему не поверили, так ещё и облили говном, какое только есть. Не золотым, а самым настоящим. Неприятненько стало, осадочек на душе запал, а в голове появилась новая миссия. Не верит? Ну и хуй с ним, проверит на личном опыте значит. Попался ты Лёха, в оковы Гречки Питерской.               Кирилл отбил кулаком по стенке примерочной и резко поднявшись с пуфика, стремительно увязался за недавно ушедшим Макаровым. А его уже и след простыл, и девочек нет, только Дагбаев так и стоит, агрессивно строча что-то в телефоне.              «В игры значит хочешь поиграть? Ну давай малой, сыграем партейку.»              

***

             — Лёша что случилось? — Девочки и Дагбаев обернулись на взвинченного юношу, который буквально влетел в зал.              — Ничего. Научи своего дружка не лезть ко мне, от слова совсем. Пусть запихнет свои извинения себе в зад! — рявкнул Лёша Алтану и стремительной пулей направился на выход из бутика. Айша резко переметнула взгляд то на Дагбаева, то на Ангелину, которая тоже ничего сейчас не понимала.              — Это что было?.. — Девушка перевела вопрошающий взгляд на Алтана. — Откуда они друг друга знают и что у них произошло? Почему, Лёша не рассказал нам, и ты промолчал?              — Пфф, я в это их дело не лезу. Вот сами и спросите вашего Макарова, что произошло.              — Ладно. Давай номер свой сюда для связи, и мы помчим за этим Соником.              Дагбаев ухмыльнулся, но оценил инициативу Айши. А как настоящий мужчина, всё-таки галантно взял номер телефона девушки. Так, оказавшись у друг друга в контакте, Айша с Ангелиной помахали парню на прощанье и вскоре вышли из бутика.              Лёша стоял у выхода из ДЛТ. Весь пыхтел, был настолько зол. Этот, возомнивший о себе много чего петух, захотел отвертеться деньгами?! Так ещё и наплёл историю-херню с три короба?! Да пусть подавится. Лёша имеет сейчас всё что нужно и, других подачек, которые несут за собой посыл «лишь бы отмыться и ты отстал» ему вообще не сдались. Не в его компетенции разгребать чужие проблемы. Лёша не чувствовал себя спасательным кругом для кого-то по типу Гречкина, такие люди должны научиться думать сами, и поступки исправлять тоже. Спустя некоторое время девочки показались на эскалаторе, спускаясь.              Ангелина помахала рукой чтоб Лёша их заметил и когда они были уже внизу, подошли к нему, запыхавшиеся, будто бежали стометровку.              — Ты… почему? — со сбитым дыханием Ангелина с Айшей перебивали друг друга и всё не могли полноценно высказать предложение, которое бы восстановило все недосказанности.              — Девочки, давайте вы сначала отдышитесь, а потом, я всё расскажу в какой-нибудь кофейне. — Вобрав в себя воздух, Лёша выдохнул и достав телефон из кармана, быстро заказал такси. И так как ехали они сюда на бизнесе, Лёша решил не отягощать девочек простой машиной, поэтому заказал такое же. Адрес Макаров выбрал до кофейни «Буше», там было атмосферно и уютно, можно было спокойно посидеть, поболтать, а главное, попить кофе с прекраснейшей выпечкой.              — Ладно, — протянула Айша. Терпеть было невозможно, но подруги отнеслись к Макарову с пониманием, поэтому подождать лишних двадцать минут им не составит труда, тем более, история, по их мнению, будет слишком долгой.              На экран высветилось уведомление что скоро подъедет чёрный BMW M8. Лёша удовлетворительно вздохнул, а подруги стояли уже в спокойствии, постоянно переглядываясь между друг другом. Лёша это не выпустил из виду, он понимал, что сейчас у девочек очень много вопросов, но ответов на них очень мало, даже проще говоря, их нет совсем.              — Машина подъехала, пошлите быстрее, — кивнув в сторону выхода, Лёша подхватил пакеты подруг и поторапливая их, шёл следом.              Из машины вышел водитель и рассадив пассажиров, аккуратно взял из рук Лёши пакеты и поставил их в багажник. Машина ещё не долго стояла пока мужчина регулировал функции, которые обеспечивали комфорт клиентам, и вскоре тронулась. Всю дорогу Лёша молчал, разглядывая в окне осенний проспект, пролетающий силуэтами мимо глаз. Сейчас нужно успокоить свой пыл и понять, с какого момента можно рассказывать, а какой скрыть в потайные мысли Макарова и никогда их не показывать. Девочки хоть и казались ему уже как родными, но выдавать столь странную историю в первый день знакомства, с продолжительностью уже почти в год, казалось неприемлемым. Тот фактор того, что Лёша спас Гречкина после смерти Лизы, вводил его в ступор до сих пор. А как реагировать на это, а тем более, рассказать кому-то, Лёша не знал. Машина притормозила у кофейни. Девушки вышли из машины и, водитель, отдав пакеты Макарову, удалился обратно.       Не успел их пронзить Питерский ветер, как тройка уже оказалась в кофейне. Они выбрали столик и Лёша усадил девочек, сгрузив пакеты на подоконник возле столика, присел тоже.              — Ну, теперь расскажешь? — наконец разрезав тишину, подала голос Ангелина.              — Да. — Лёша сдался и, собравшись с мыслями, начал свой рассказ. Макаров рассказывал всё, начиная с того, как всё завертелось, как у Лёши трагически умерла сестра и как он впал в депрессию после этого. Рассказ давался трудным, когда речь шла о Лизе. Эмоции сменялись на лице постоянно. От чуть ли не слёз, до агрессии, когда Лёша стал потом рассказывать про суд. Про те пять месяцев, что сидел дома и ничего не мог делать, а элементарное — сходить помыться, для него было тяжёлым. А потом, как после суда что-то взбрело в голову под воздействием, и как он сломя голову помчался «убивать» Гречкина. Про Чумного доктора, который хотел убить Кирилла, Лёша тоже рассказал, а потом финальной концовкой растянул про то, как в итоге спас мажора.              Девочки сидели с выпученными глазами весь рассказ. Как только он начался, рты автоматически пооткрывались, а глаза внимательно всматривались в каждую морщинку Лёши, которая появлялась от эмоциональной мимики. История Лёши подвергла их большому шоку. То, что пережил их друг, они не переживали никогда, да и вопросы, почему Макаров так реагирует на мажора сейчас точно отпали. Они готовы были сами пойти и прихлопнуть этого гадёныша. Подруги знали, что Кирилл сбил кого-то, но не знали кого. Телевизор они не смотрели, а сам Гречкин не оповещал о том случае. Он тогда совсем не отвечал на сообщения, поэтому подруги решили его не тормошить. Объявился он сам, как ни в чём не бывало, только в начале августа.              — А-ху-еть, — единственное, что выдаёт Айша, а Ангелина и вовсе молчит, потупив взгляд куда-то в поверхность стола. Пазл сошёлся, а вот мозги девочек точно разошлись. В прямом смысле этого слова. Сказать больше было нечего, от этого, юноша тихонько встал и направился к кассе, дав возможность девочкам и себе переварить историю. Вся ситуация Макарову напоминала долбанутый ситком, сценарий от которого придумал накуренный сценарист, где нихрена из всего происходящего непонятно. Вырваться из этого круговорота событий, Лёше бы сейчас больше помогло кофе и какой-никакой перекус. Через минут десять заказ был уже готов. Лёша уселся за стол и расставил выпечку и кофе рядом с девочками. Тишина после его рассказа напрягала, а остывающая еда к которой не притрагивались подруги, ещё больше накаляла обстановку.              — Так, — Лёша нахмурился и, поводив рукой в воздухе, прощёлкал пальцами возле лиц подруг. — Ладно я, молчал сначала, но то, что вы молчите, меня уже напрягает.              Айша с Ангелиной ещё недолго сидели как замёрзшие статуи, первой пробудилась Ангелина.              — Да мы просто в шоке! Да, Айш?! Нет, в афиге! — Девушка скорее всего хотела сматериться, но не стала. Взбесившись, Ангелина поднялась из-за стола.              — Мы не думали, что Гречкин настолько подонок! Единственное, что мы знали про ту ситуацию, — это то, что он кого-то сбил. Нам это жуть как не нравилось, а то, что он сбил твою сестру, так ещё и откупился, это уже не нравится мне! Я готова на всех парах примчать к нему прямо сейчас и набить морду как следует! — размахивая руками в воздухе девушка переходила на крик, от чего очнулась и Айша, которая уже пыталась унять подругу, дёргая ту, за рукав пальто.              — Гель, — тряхнув за рукав снова, Айша посмотрела на подругу в упор.              — Да что, Гель?!              — Этого не изменить. Мне уже не вернуть сестру обратно и, смысла нет из него что-то выпытывать. Зачем?.. — вяло перебил Лёша подруг. Он резко изменился в лице. Оперевшись на стол, Макаров сгорбился, глаза впились в стаканчик с кофе, а разум и вовсе затуманился дымкой грусти. Перед глазами пролетали отрывки сна: лесополоса, она в белом платье, и этот. Ревёт, что-то говорит и извиняется. Лёше стало отвратно, ведь в жизни Гречкин не такой, а подсознание всеми силами пытается спастись и оправдать мажора, хотя бы для себя, чтоб больше не сталкиваться с прожигающей болью в душе. Состояние омута как в те пять месяцев возможно и прошло, но никто не отменял рецидив.              — Так, Лёш, Лин, давайте по новой. Сейчас кофе остынет и станет не вкусным, — Айша схватила подругу за плечо и аккуратно опустила на стул. Ангелина послушно села и придвинув к себе стаканчик, повторила позу Макарова. Лёша, последовав примеру подруги, взял стаканчик, отпивая глоток. Горло приятно стало обволакивать тёплое кофе, от этого, всё напряжение в теле постепенно уходило и предоставляло возможность насладиться моментом приятных посиделок в кафе, даже несмотря на такое горькое начало.              — И правда, в таком замечательном месте сидим и с такими кислыми минами, — ободрился Лёша.              Осмотрев всё помещение кафе, он убедился, что всё на своих местах. Место как было уютным, так и осталось. Макарова это наталкивало на приятные воспоминания. Лёша постоянно забегал с сестрёнкой сюда, чтоб купить для Лизы что-нибудь вкусное на заработанные деньги. Юноша специально искал по объявлениям места, где можно заработать достаточное количество денег, чтоб потом сводить сестру в кафе и снова увидеть её радостное личико. Он очень любил баловать сестру киндерами, игрушками, что и сам непроизвольно стал покупать киндеры, после происшествия. От этого, на полках постепенно стали появляться коллекционные игрушки из разных серий, которые постоянно радовали глаз, и давали ощущение, что Лиза рядом, там, в сердце.              Немного растерянно, Айша наклонила голову осматривая Макарова. Тот был похож на кота, который будто впервые увидел какое-то красивое место. На лице проступила улыбка, а рука девушки уже покоилась на его руке, подбадривающе поглаживая. Ангелина, увидев эту тёплую атмосферу, присоединилась тоже. Наконец воцарилось спокойствие в кофейне, а друзья тепло смотрели на друг друга и понимали, вот, эта дружба, которую они искали. Начинает зарождаться с такой беды, уже их общей беды.              — Мы будем всегда рядом! — заявила Ангелина, на что Лёша мягко улыбнулся.              — Верю, девочки. Честно, ощущение как будто ещё до этого был знаком с вами.              — О-о-о, такое возникает, когда души в том воплощении договорились встретиться, и вот, мы тут! — Подруга прям заискрилась радостью от своей догадки.              — О-ой, сейчас попрёт астрология… — Айша сделала философский вид лица и изображая аристократические махи руками стала передразнивать Ангелину, которая тем временем сидела с лицом изображающим «у-у-ублятьуебунахуй».              Лёша от этого прыснул со смеху.              — А ты чё ржёшь? Сейчас тоже вместе с Айшей в подвале сидеть будешь, и слушать мои лекции! — Девушка недовольно хмыкнула и, сделав вид, будто обиделась, развернулась к окну.              Тут не удержалась уже Айша, и они оба с Лёшей, как два попугая загоготали в голос. Лицо их подруги преобразилось в каком-то недовольстве и недопонимании. За что жизнь послала ей этих повёрнутых? Но, Ангелина любила их. Так же как и Айша, так же как и Лёша.       Их сестринско-братская любовь и шутки объединили сегодня и настолько скрепила, что не разорвать. А ведь так и случается, по случайности и навсегда. Такие знакомства прекрасны и длятся они очень долго и крепко. По крайней мере, так верила троица.              — Фу-у-х, девочки, — рвано вытягивая, Лёша хватался за живот в попытках унять приступы смеха — С вами уссышься со смеху, серьёзно!              Они ещё недолго просидели в кофейне. Время близилось к вечеру, а закупиться одеждой Лёша так и не успел, откладывая это в мыслях на завтра. Девочки распрощались с Макаровым и покинули кофейню первыми, а Лёша так и витал в мыслях. Сейчас хотелось где-нибудь прогуляться под музыку, так он успокоится и наладит мысленные потоки, которые нескончаемо гуляли в его голове. Набережная Питера хорошо подходила для этого. Там часто прогуливались петербуржцы в солнечные деньки, а в дождливые, как посчастливилось Лёше, особо людей не бывало и было пусто.              

***

       Капельки падали на асфальт, а повсюду то и дело сновали хлюпающие звуки под ногами прохожих. Лёша шёл размеренным шагом по тротуару, а на выходе из кафе, заранее надел капюшон, поэтому дождь его не особо сейчас волновал. Худи было на флисе изнутри, что очень кстати для петербургских ветров. Сейчас мысли скорее волновало не это, а то, что с ним в общем сейчас происходит в жизни. Зачем весь этот балаган, и, что он за собой несёт? Скорейший хаос, или же, спокойствие? Ему не нравился первый вариант, потому что хаос у него и так произошёл, а догадки, что скорее придёт спокойствие, вовсе наталкивали на сомнения. Это как избить сначала собаку, а потом, зажав её в угле, уверять, что всё хорошо и ты пришёл с добрыми намерениями. А Лёша именно так себя и чувствовал, несмотря на всю его храбрость и упёртость, жизнь всё-таки опрокинула его на лопатки. И сейчас, элементарно хотелось исчезнуть и раствориться в воздухе чтоб его не трогали, блин!              На просьбу отозвался телефонный звонок, будто намекнув что не трогать, его не удастся.              — Алло, Гром?.. — чуть ободрившись в голосе, Лёша осмотрелся по сторонам и перешёл дорогу.              — Лёшка, ну ты как там? Не звонил с того раза ведь, — голос Грома был немного встревоженным, но привычка брутальности всё-таки не покидала полицейского.              — А.да, прости, — Макаров слегка замялся. — Просто универ, все дела, ещё, блять, Гречкин этот!              Совсем вылетев за пределы головы, юноша даже и не понял, что сказал сейчас Грому. Рассказал то, чего не нужно было. Игорь и так имел много задач и проблем, а Лёша, зная трудности работы Грома, не хотел его отягощать ещё своими проблемами.              — Что? В смысле? — голос Грома погрубел при одном только упоминании мажора.              — Да он бегает за мной как обдолбанный. Всё какие-то фразы кидает мол, прости, я муда-а-ак и бла-бла-бла.              — Ну так если кидает, почему не примешь? Я уж думал, что он к тебе с угрозами.              — Нет, не хочу.              — Лёх, ну ты как девка, чесн слово. Прими и отстанет.              — Ладно, — Лёша вздохнул.— Спасибо. Он понимал, что долго от этого бегать не сможет, когда-нибудь эта проблема его настигнет в прямом смысле и возможно в самом ближайшем времени.              — Ты это, если что звони. Рад был услышать. У меня тут завал, пошёл.              — А, да, — вспомнил Игорь и наставнически затараторил, — Пока не забыл. Мне Ольга Яковлевна звонила, спрашивала, как ты. Позвони ей, побеседуй, волнуется за тебя.              — Да, как раз хотел. Спасибо!              — Давай, пока, — в трубке Грома обрывком послышался голос Прокопенко, а вскоре и сброс.              — Пока. — вяло протянул Макаров, шлёпая кроссовками по лужам вдоль набережной.              Подобрав место, где можно присесть, юноша спустился по ступенькам к берегу и смахнув излишнюю воду, присел на одну из ступеней. На телефон не щадя капал дождь, от чего приходилось время от времени смахивать воду, чтоб хоть что-то развидеть. Лёша тыкнул пальцем на контакт воспитательницы и поступил гудок.              — Лёшенька! Привет, дорогой! — Ольга Яковлевна звучала радостно, будто ожидала этот звонок целую вечность.              — Здра-а-вствуйте! — протянул Макаров, — Ольга Яковлевна, вы меня извините что не звонил.              — Да что ты! Всё хорошо, рассказывай лучше, ты как? Обжился?              — Да-а, обжился, соседи вроде хорошие. А у меня, всё хорошо, — всматриваясь в другой берег Невы, у Лёши в мыслях стали пробегать воспоминания немного иных событий. Тех пяти месяцев.              

***

       Я лежу. Не могу и двинуться, всё тело будто окаменело под натиском мыслей. Её больше нет… её не будет рядом и один год, и два, и три, и всю бесконечность. Кто теперь со мной останется? Кто будет улыбаться мне? Это я виноват. Я виноват в том, что не взял её крепко за руку, а как слабак ныл в мыслях, что устал. И как теперь быть? Её не вернуть, а как мне жить? Какой я эгоист! Думаю только о себе. Ничтожество.              А эта тварь. ходит сейчас где-то на свободе, отдыхает в таком же округе зажравшихся крыс!              В комнате было душно и несло чуть ли не запахом мертвечины. Лёша не мылся, не ел уже третий день с аварии. Комнату он запер на замок изнутри. В дверь, постоянно приходили, стучались ребята и воспитательницы. Все пытались поддержать его, но Макаров был не там, он был где-то глубоко в своих вязких, чернющих мыслях, которые оттягивали все светлые струны души и не давали покоя. Это состояние душило его настоящие чувства, но организм лишь защищал его. Он лишился третьего человека в своей семье и остался один. Лёша даже думал, что это специально было подстроено, чтоб он помнил о компании родителей и долге, который они должны были выплатить.              В дверь какой раз уже постучали, и это была Ольга Яковлевна. Она была искренней, рыжеволосой женщиной, с добрым взглядом и намерениями. Лиза очень любила её, и далеко не за те сладости, которыми воспитательница угощала их, а за поддержку, которую оказала, когда забрала детей первый раз из дома, напуганными, зажатыми.  Лиза постоянно плакала, а Лёша был закрытым, ни с кем с того момента не делился своими чувствами. Как только женщина показала им, что они не одни, дала им заботу и любовь, Лёша с Лизой стали раскрываться. Они познали, что даже после такой беды можно жить. А сейчас Лёша не знал, он снова остался на нулевом уровне познания этой жизни. Он снова не знает, как это сделать? Как, жить без сестры?              Мне надо подняться и открыть дверь. Мне надо подняться и открыть эту чёртову дверь. Я встал с кровати, а крики так и доносились по ту сторону.              — Лёша-а!              Ольга Яковлевна волновалась. Дошёл, открыл замок и тут ворвалось что-то новое. Наверное, новое.              — Лёша-а! Ты тут?!              — Ало-о?              Макаров очнулся, его резко вернуло в реальность и наконец встряхнуло. Как тогда, он не хочет. Он не хочет, проходить один и тот же урок по сотню раз. Зачем? Если и так знаешь что будет хреново. Поэтому, решение отмыться от этого и наконец уже решить, было подсознательно принято.              — А! Ольга Яковлевна, простите, задумался просто, — голос был потерянным, Лёша старался собраться с мыслями, но всё выходило из рук вон.              — Лёш. Что-то случилось? — воспитательница поняла по голосу юноши, что у него далеко всё не радужно и что-то стопроцентно случилось, ведь, такой же безжизненный голос она слышала от воспитанника, когда наконец попала в его комнату.              — Да, случилось. Гречкин докапываться начал, а меня это жестоко триггерит. — Лёша примолк, а потом исправился: — Ну, точнее задевает, напоминает о тех днях.              — Гречкин? И что же он сделал? — в голосе воспитательницы промелькнуло любопытство.              — Он стал следить за мной! Это вообще нормально?              — Это, кхм, странно?.. — Женщина немного замялась, и добавила, прочистив горло: — В любом случае, Лёш, будь осторожен. Гречкин — человек неординарный, мало ли, что у него в голове.              — Я буду, не переживайте.              — Верю, но дам совет, сходи к психологу обязательно, — голос Ольги стал наставническим, заботящимся. — Ладно мальчик мой, хлопот у нас много, пойду.              — Хорошо. Удачи, Ольга Яковлевна! — мягко улыбнувшись, Лёша припоминал какие там балаганы устраивали младшие группы и примерял, что творилось сейчас.              — Ты к нам заходи обязательно, будем ждать, — с улыбкой в голосе, воспитательница распрощалась с Лёшей, а вместе с этим, оставила его снова наедине со своими мыслями.              «Игорь говорит принять, а Ольга Яковлевна — сторониться. И что теперь делать, блин?» — юноша нахмурился и будто маленький мальчик, капризно дёрнул рукой, подпирая подбородок.              Вдали всё так же расстилался другой берег, а дождь, уже чуть-чуть, и исчез. Из тёмных облаков стали выплывать пробивные лучи солнца, а вскоре, показалось и само закатное светило. В телефоне так и блимкали уведомления. В одном из них, девочки сообщили что уже дома. Они заверили, что завтра, точно смогут в магазин и, никакие мажоры им точно не помешают. Макаров на это сообщение лишь улыбнулся, отвечать не стал, сейчас хотелось просто посидеть. В тишине.              

***

       Восемь вечера. Санкт-Петербург и его улицы только просыпаются. То, что было утром и днём — цветочки, а вот вечером Питер приобретает множество красок и событий в котором купается такое же множество людей, желающих отдохнуть. Лёша идёт мимо заведений и каждый раз видит и слышит одно и то же: пьяные лица, обкуренных людей, грязные разговоры и трущиеся о друг друга одноразовые парочки. И как только они так живут? А главное, для чего? Для всего этого?              Было мерзко и противно, от чего Макаров старался вышагивать быстрее и прибавлять ходу до общежития. Вы спросите, а такси заказать не судьба? Не судьба. Мы же любители топать пешочком, поэтому, он сейчас имел, что имел. За этот момент, проехало уже порядка пяти красных машин. Юноша спихивал это на паранойю, но постоянно оборачивался, чтоб убедиться в том, что это не тот водитель, с которым Макаров ну совсем не хотел сейчас «случайно встретиться». На улице темнело, зажигались фонари у дороги, а фонарь у входа на территорию университета, как назло, перегорел и лишь импульсами, из последних сил мигал.              — Нихрена не видно! — рыкнув, Лёша стал нащупывать прутья забора и ориентироваться по ним, чтоб дойти до общежития. Вмиг, свет от фонаря разложился так, что стало видно кровавый кузов какой-то машины, но разглядеть полностью не удалось. Лёша снова выпучил глаза и прибавил шагу, срываясь уже на бег.              «Добежать до дома, лишь бы до дома!»              Свернув в проход к общежитию, он чуть выдохнул. Всё-таки, на территории безопасно и никто уже точно не докопается. Осталась арка, а там и дом.              Сзади послышались шаги, очень твёрдые, уверенные. Лёша уже был на пол пути близок, но тут послышался голос:              — Макаров!              Очень знакомый голос, который пробрал юношу до мозга костей. Мысли бегали из стороны в сторону, всё хотелось списать на усталость и на то, что ему показалось. А, нет. Ему не показалось. Твердая ладонь уже теплилась на его плече, чуть сжимая его.              — Ты глухой, что ли? — в голосе промелькнула пьяная усмешка.              Макаров, быстро дёрнувшись, развернулся к преследователю. Перед ним стоял Гречкин, при чём, в самом пьяном виде. Глядишь, ноги его совсем не выдержат и он сейчас повалится на землю.              — Погово-о-рить надо, — улыбка снова расплылась на лице мажора, а бутылка наполовину опустошённого коньяка, полетела в сторону и раздалась хлопком.              Лёша дёрнулся, попытался сбежать, но его до сих пор не отпускает эта лапища.              — Ты что тут делаешь?! — Макаров чуть ли не кричал, он был ошарашен таким неожиданным появлением, гляди, сейчас и инсульт уже хватит в его то возрасте.              — Ш-ш-ш, башка раскалывается, — Гречкин поднёс указательный палец к губам и снова пьяно оскалился.              Юноша уже возмутился от такой наглости. Брови постепенно сползли к переносице, а руки сжались в кулаки, готовые обороняться. Лёша был всполошён аки воробей. Триггер пришёл снова сам, да ещё и пьяный, с желанием что-то выяснить. Макаров это «что-то» выснять не был готов, но крайней мыслью понимал, что, если не закончит сейчас, Гречкин от него не отстанет и будет продолжать наведываться. А там и новости, и слухи, в общем то, что Лёше вообще не нужно было.              — Ну что ты молчишь, а-а? — чуть икнув, Гречкин впился в него томным взглядом слегка покачиваясь — А я же поговорить приехал, ха-а!              — Я с бухими в стельку, не общаюсь, — в ноздри долбанул едкий запах перегара от мажора, от чего Макаров скривился в лице. — Фу! Да от тебя за километр несёт, вали отсюда!              Желание выбить лицо мажору росло и росло, а вместе с этим и агрессия. Страха уже не было, была усталость, которая желала оказаться поскорей в кровати, а не выслушивать очередные басни Гречки. Да и к тому же, кто в них поверит?              Лёша дёрнулся из хватки Гречкина и грубо оттолкнув его от себя, драпанул со всей скорости к подъезду. Кирилл, полетевший на асфальт, хорошенько приложился спиной и затылком, уже стонал и шипел от боли.              — Сука! — рявкнув, Гречкин быстро поднялся и, стараясь вышагивать прямо, скороходом поплёлся за Лёшей.              Макаров, преодолев расстояние площадки, впал в ступор. Гречкин уже настигал его и, вот-вот настигнет, сожрёт, но не тут-то было, Кирилл, не соблюдая координацию своих движений, пал под действием алкоголя прям перед лестницей. Лёша, аккуратно стал спускаться и всматриваться в тело мажора. Тот лежал в отключке, а оставлять его тут, даже несмотря на его приставучесть, и Лёшину ненависть к данной персоне, он по-человечески не мог. Да и к тому же, на утро будет много вопросов, что делает тут, пьяный Гречкин? Юноша вздохнул и без всяких мыслей стал поднимать тушу мажора.              «Почему я просто на это не могу забить и просто пойти спать? Пожалею я завтра, ой как пожалею..».