Мириады Осеней

Если раньше разговоры с Янь Уши заставляли людей сердиться настолько, что у них возникало желание пойти и убиться, то если они предпримут попытку поговорить с Янь Уши сейчас, то, вероятно, разозлятся так, что сначала умрут, а затем снова вернутся к жизни в виде неупокоенных духов. На самом деле, те люди, которые не обладают исключительно стальной выдержкой, не могут даже начать с ним диалог. Шэнь Цяо вздохнул и просто закрыл рот, отказываясь разговаривать с ним. Однако человек позади него, увидев, что Шэнь Цяо замолчал, обнял его еще крепче. Он положил подбородок на плечо Шэнь Цяо и спросил: - А-Цяо, почему ты игнорируешь меня? «Потому что пытаюсь решить, стоило ли мне сначала вырубить тебя, а потом уже брать с собой...» - подумал Шэнь Цяо. Он слегка повернул голову в сторону и понизил голос: - Поскольку ты все еще что-то помнишь, ты знаешь, зачем Чэнь Гун ищет халцедон в древнем городе Жоцян? - Этого я не знаю, но раньше я слышал о нефритовом цистанхэ. Обычно он растет глубоко внутри пустыни Гоби и часто спрятан среди трещин в скалах, поэтому его чрезвычайно сложно найти. Это действительно редкое сокровище. Однако очевидно, что Чэнь Гуну нужен только халцедон. Он упомянул нефритовый цистанхэ только для того, чтобы заманить нас. До того, как Янь Уши был ранен, Шэнь Цяо почти не слышал, чтобы он анализировал происходящее таким мягким тоном. - Да, я тоже это заметил. Но даже без нефритового цистанхэ, пока он все еще держит в заложниках деда Банны, у нас не остается выбора, кроме как пойти за ним. Во всяком случае, если по пути мы найдем нефритовый цистанхэ, ты быстрее поправишься. - Основная моя травма - это изъян в моем Демоническом ядре. Нефритовый цистанхэ лечит только физические и внешние травмы. Он не сильно мне поможет. Шэнь Цяо это немного позабавило: - Но у тебя ведь на голове глубокая трещина, а нефритовый цистанхэ может лечить переломы костей и разорванные мышцы. Разве он не пригодится? Сначала мы должны обработать внешнее повреждения. - Если честно, я не хочу, чтобы эта трещина заживала, - сказал Янь Уши подавленным голосом. Шэнь Цяо нахмурился: - Почему? У него сложилось впечатление, что нынешний характер Янь Уши отличался от всех других, что он видел до сих пор - можно сказать, что сейчас Янь Уши очень напоминал ему человека, который сразу после пробуждения нежно улыбнулся Шэнь Цяо несколько дней назад. - Потому что когда он выздоровеет, я больше не смогу поговорить с тобой. Не говори мне, что предпочитаешь того Янь Уши, который был не просто равнодушен к твоей искренности, но даже осмелился отдать тебя Сан Цзинсину. - Ты он. - Я не он. Шэнь Цяо опешил. - Кто же ты в таком случае? После минутного молчания Янь Уши сказал: - Можешь называть меня А-Янь. - ... - Не мог бы ты назвать меня так хотя бы раз? Я никогда не слышал, чтобы ты обращался ко мне по имени. - Когда смотрю на такое твое лицо - не могу, - обреченно выдохнул Шэнь Цяо. Янь Уши горько вздохнул: - Лицо - это просто внешность человека, пустая оболочка. Нет необходимости заострять внимание на такой мелочи. Я знаю обо всем, что он с тобой сделал. Янь Уши неблагодарный и бессердечный, но я - нет. Я никогда не подведу тебя. А-Цяо, в этом мире не найти второго человека, который был бы так же хорош, как ты. Если он не любит тебя, буду я. Ты позволишь мне? Шэнь Цяо замолчал и полностью проигнорировал его, но Янь Уши не хотел сдаваться. Он собирался было сказать еще что-то, но тут увидел, как лошадь Чэнь Гуна внезапно замедлилась. Мужчина обернулся и, увидев, что Янь Уши и Шэнь Цяо все это время болтали, не мог не поддразнить их: - Похоже, слухи действительно правдивы. Судя по тому, что я вижу, даос Шэнь и мастер секты Янь находятся в очень хороших отношениях, и я считаю это большим плюсом. Поскольку вы оба помогаете мне, я без труда смогу найти халцедон! Шэнь Цяо посмотрел на небо. Он прожил здесь несколько дней и кое-что узнал о местной погоде. - Надвигается песчаная буря? - спросил он. Об этом Чэнь Гун не имел ни малейшего представления, однако он привел с собой людей, которые знали обо всех особенностях. Мужун Цинь, например, сразу ответил: - Даос Шэнь прав. Прямо перед нами есть небольшой городок. Почему бы нам сначала не отдохнуть там, милорд? А еще мы можем поменять скакунов и продолжить путешествие уже завтра. Раньше он был невероятно надменным человеком, но теперь был готов даже называть Чэнь Гуна своим господином. Шэнь Цяо не мог не взглянуть на него. Выражение лица Мужун Циня выглядело как обычно. Будто он и не думал, что эти отношения господина и слуги являются позором для его статуса. Он должен был служить непосредственно под началом императора Ци Гао Вэя, и все же теперь он называл своим господином Чэнь Гуна... Как будто зная, о чем думает человек перед ним, Янь Уши ещё ближе придвинулся к Шэнь Цяо сзади и прошептал ему на ухо: - Семья Мужун уже поклялась в своей верности Чэнь Гуну наедине. Когда горячее дыхание задело ухо Шэнь Цяо, он бессознательно наклонился вперед. Прошло совсем немного времени, прежде чем они добрались до маленького городка. Группа под началом Чэнь Гуна была одновременно богатой и властной, поэтому забронировала лучшую гостиницу в городе как только они прибыли (хотя она была лучшей, но также и единственной). Условия жизни здесь были намного хуже даже в сравнении с домом Банны, не говоря уже о гостиницах в королевской столице. Как бы то ни было, город был отдаленным, и то, что им посчастливилось найти место для проживания, уже было успехом. После обеда все разошлись по комнатам, не сказав ни слова. Количество доступных комнат было ограничено, поэтому Шэнь Цяо и Янь Уши остановились в одном номере. Шэнь Цяо не был очень любопытным человеком, однако он не мог не задаться вопросом, как Чэнь Гун, который не так давно был обычным подростком, внезапно стал человеком, полным секретов за такое короткое время, особенно когда эти секреты, казалось, были связаны с целью их поездки и безопасностью - Шэнь Цяо должен быть более осторожным. - Вся сила и статус Чэнь Гуна исходит от Императора Ци. Без Императора у Чэнь Гуна ничего нет. Но Мужун Цинь, лучший мастер боевых искусств при императорском дворе, стал подчиненным Чэнь Гуна добровольно. Это действительно очень странно. С тех пор, как характер Янь Уши претерпел огромные изменения, его глаза постоянно следили за Шэнь Цяо. Вставал Шэнь Цяо или садился, Янь Уши смотрел на него, не мигая. Шэнь Цяо ведь не умер. Он тоже это почувствовал, и от этого ему стало только очень неловко. Подумав об этом, он не мог не спросить, нахмурившись: -Почему ты все время на меня пялишься? - Потому что ты очень красивый. Ян Уши послал ему улыбку. Она была похожа на десять миль цветущих персиков на весеннем ветру; на их ветви, сверкающие под проливным лунным светом. - А теперь перейдем к делу, - вздохнул Шэнь Цяо. Нынешний Янь Уши тоже был не самым нормальным, но он был, по крайней мере, намного лучше, чем все предыдущие его варианты. - Знал ли Чэнь Гун о боевых искусствах раньше? - внезапно спросил Янь Уши. Его вопрос напомнил Шэнь Цяо, откуда появилось то странное чувство, которое он испытывал в последнее время. Мало того, что Чэнь Гун ничего не знал о боевых искусствах в прошлом, он был еще и неграмотным. Откуда он мог всему этому научиться? Все, что мальчик знал тогда - это несколько приемов, которым Шэнь Цяо научил его для самообороны, но этого было достаточно, чтобы справиться максимум с несколькими необученными бандитами. Однако Чэнь Гун, которого они видели сегодня, шел легкими и грациозными шагами с внушительным блеском, скрытым в глазах - его мастерство, должно быть, уже достигло определенного уровня, причем достойного. Даже если он еще не был мастером первого класса, он должен быть как минимум умелым мечником и занимать высокое положение в мире. Как он мог продвинуться вперед семимильными шагами за такое короткое время? Обычно людям приходилось начинать заниматься боевыми искусствами в очень юном возрасте, но Чэнь Гун был похож на высокое здание, которое внезапно возвели в одночасье. Это не могло не вызывать у людей подозрений. Шэнь Цяо сказал: - Есть еще кое-что. Когда я упомянул о возвращении в Чанъань, ты сказал, что уже слишком поздно. Это потому, что в Чанъани должно что-то произойти? Император Чжоу в опасности? Янь Уши покачал головой. Проведя почти целый день верхом на лошади, он выглядел очень уставшим. Несмотря на то, что он только сидел, не отлипая от Шэнь Цяо, и ему не нужно было обращать внимание на коня, поскольку он был серьезно ранен, обыкновенной тряски оказалось достаточно, чтобы старые раны снова открылись. - У меня болит голова… На его лице появился легкий след боли, он потянулся к своей ране. Шэнь Цяо был достаточно быстр, чтобы заметить это, и успел остановить его руку на полпути. - Не двигайся. Он прижал ладони к спине Янь Уши и влил в его тело несколько тонких потоков внутренней ци. Внутренняя сила, которую Шэнь Цяо практиковал с недавних пор, пришла из Стратегии Багрового Ян. Это был самый нейтральный и мягкий тип ци, однако в тот момент, когда он вошел в тело Янь Уши, неожиданно только усилил боль, которая тут же отразилась на его лице. Не имея другого выбора, Шэнь Цяо быстро убрал руки. Температура тела Янь Уши осталась настолько высокой, что казалось, что внутри находится горящая печь. Раньше такого не было. - Янь-цзунчжу? - прошептал Шэнь Цяо. Янь Уши схватил Шэнь Цяо за руки, не забывая напоминать ему даже в полубессознательном состоянии: - Зови меня А-Янь... - ... - Многое из того, что ты сказал, казалось мне лишь туманом в голове, который не поддается объяснению. Может быть, Янь Уши знает, но я действительно не... «То есть, каждое из проявленных им диспозиций на самом деле запоминает не всё?» - подумал Шэнь Цяо про себя, нахмурившись. - Я сначала вздремну… - сказал Янь Уши. Его голос постепенно затих, и к тому времени, когда он закончил предложение, его глаза уже закрылись. Фактически, причина, по которой пять великих мастеров хотели убить Янь Уши, заключалась не в том, что его смерть автоматически наведёт в мире порядок. Они хотели остановить экспансию секты Хуаньюэ в Северном Чжоу, а также помешать ей в помощи императору Чжоу объединить мир. То есть их конечной целью по-прежнему был Юйвэнь Юн. С точки зрения посторонних наблюдателей, Янь Уши был уже мертв. Секта Хуаньюэ только что потеряла своего лидера, и для Бянь Яньмэя, который должен быть подавлен, пытаясь сохранить внутреннюю стабильность секты, было бы естественно ослабить бдительность касательно защиты Юйвэнь Юна, тем самым создав прекрасную возможность для других. Поэтому, когда Янь Уши сказал «слишком поздно», он, вероятно, имел в виду, что с Юйвэнь Юном вот-вот что-то произойдет. Но они только что прибыли в Туюхунь, место за тысячи миль от Чанъани, и собирались войти в бескрайнюю необитаемую пустыню. Даже не принимая во внимание Янь Уши, пока дед Банны был в чужих руках, Шэнь Цяо все еще не мог оставить этих людей. Единственный вариант прямо сейчас заключался в том, чтобы помочь Чэнь Гуну получить халцедон. Ранним утром следующего дня, когда Чэнь Гун послал своих людей разбудить их, Янь Уши все еще крепко спал. Никто и никак его разбудить не смог. У Шэнь Цяо не было другого выбора, кроме как усадить Янь Уши на лошадь, а самому сесть сзади. Он обнял Янь Уши за талию и схватился за поводья перед ним, чтобы не дать ему упасть во время езды. Увидев это, Чэнь Гун протянул ему флакончик: - Вот несколько таблеток, которые урегулируют потоки ци и помогут дольше бодрствовать. Дай немного мастеру секты Янь, это поможет. - Спасибо, - ответил Шэнь Цяо, - но поскольку я не знаю, в каком он состоянии, полагаю, нам не следует применять лекарство так опрометчиво. Чэнь Гун засмеялся: - Расслабься. Эти таблетки приготовлены на основе рецепта, основанного на таких лёгких травах, как лайчи и красный шалфей. Даже если они окажутся неэффективными, они его не убьют. Если я правильно понимаю, причина, по которой он находится в таком состоянии, должна иметь какое-то отношение к тому, что он получил серьезную травму во время боя с Доу Яньшанем и другими. В другой ситуации я смотрел бы на него безразлично или даже посмеялся бы над ним. Но сейчас мы находимся в одной лодке. Если что-то случится с Янь Уши, ты тоже отвлечешься, а это не принесет мне никакой пользы. То, что он сказал, было правдой. Состояние здоровья Янь Уши не выглядело оптимистично - внутренняя ци в его теле была в беспорядке, и из-за этого он не мог принимать внутреннюю ци от кого-либо еще. Шэнь Цяо ничего не мог с этим поделать. Он взял бутылку у Чэнь Гуна, достал две таблетки и скормил их Янь Уши. Вскоре последний задвигался. Он закашлялся кровью и медленно открыл глаза. Шэнь Цяо пришла в голову мысль: если бы ингредиенты в таблетках были действительно такими мягко действующими, как сказал Чэнь Гун, они бы не сотворили такое чудо. - Что еще в таблетке? - спросил он Чэнь Гуна. На этот раз мужчина ответил честно: - В составе есть также женьшень и снежный лотос. Я не сказал сначала, потому что боялся, что ты забеспокоишься о сильном эффекте и не позволишь ему принять лекарства. Шэнь Цяо спросил Янь Уши: - Как ты себя чувствуешь? Янь Уши ничего не сказал. Его опущенные веки слегка приподнялись, как будто он осмотрел окружающих, а затем, когда он с трудом выпрямился на спине лошади, снова закрылись. Но его лицо все еще выглядело бледным и болезненным, а лоб, казалось, покрылся холодным потом. - Похоже, он вполне здоров. Тогда продолжим, - сказал Чэнь Гун. Сюдя по всему, он торопился добраться до места назначения как можно быстрее - не то, чтобы он слишком явно это выражал, но Шэнь Цяо все чувствовал. В маленьком городке не было верблюдов, поэтому им пришлось ехать верхом на лошадях. К счастью, это место не было полностью засыпано песком. Вокруг все еще были разбросаны обнаженные камни, что указывало на то, что это пространство - часть пустыни Гоби. До конца поездки Янь Уши больше ни с кем не разговаривал. Полный сильнейшей дремоты, он только прислонился к Шэнь Цяо. То, что он еще жив, было уже достаточно очевидно. Однако среди людей, которых привел с собой Чэнь Гун, включая Мужун Циня и других мастеров боевых искусств, никто на него особого внимания не обращал. Похоже, у них была другая цель, причем гораздо более важная, чем жизнь Уши. Лошадям было очень трудно передвигаться по пустыне. Когда песчаная буря усилилась, группе пришлось спешиться и повести лошадей за собой. Все присутствующие были мастерами боевых искусств, так что привыкли путешествовать довольно быстро и фактически за один день прошли от маленького городка внушительное расстояние. Их глаза не видели ничего, кроме песка. Даже мастера боевых искусств не могли с этим ничего поделать. К счастью, они были хорошо подготовлены и уже накрыли головы плащами и платками, чтобы не забить рты песком. Группу возглавлял мужчина средних лет, отнюдь не красивый. Шэнь Цяо не знал этого человека, да и Чэнь Гун не выказывал никакого желания представлять его, но этот человек явно не принадлежал Цзянху и не пришел сюда вместе с Мужун Цинем. Скорее всего, Чэнь Гун, привел его в качестве проводника. Держа в руке компас, мужчина сел на лошадь. Он отвечал за определение направления, поэтому велел людям вести лошадь вместо него. Внезапно он поднял руку вверх. Почти в следующую секунду Мужун Цинь крикнул: - Остановитесь! Все остановились и посмотрели на мужчину средних лет в хвосте. Тот посмотрел вниз и довольно долго изучал свой компас. Затем он повернулся и подбежал к Чэнь Гуну, вытирая пот с лица платком, сказав: - Мой Лорд, это… это странно. Компас перестал работать после того, как мы оказались здесь! Чэнь Гун нахмурился: - Но разве не ты говорил, что мы должны идти этим путем? Под проницательным взглядом Чэнь Гуна мужчина средних лет еле произносил полные предложения: - Да! Да! Но теперь... Пожалуйста, посмотрите на это! Он передал компас Чэнь Гуну. Тот взглянул на него - указатель безумно крутился без всяких признаков замедления. Чэнь Гун, конечно, ничего не понял. - Что это значит? Проводник виновато улыбнулся: - Если я правильно понял, древний город Жоцян, который вы ищете, находится прямо под нами. Там должно быть что-то, что мешает работе компаса. Это может быть даже халцедон, который вам нужен. Но проблема в том, что из-за этого я не могу найти настоящий вход в руины! Группа подняла головы и огляделась: все, что они видели, было обширным желтым пространством песка, стирающим даже границы между небом и землей. Иногда поблизости можно было заметить несколько голых камней, но от так называемых древних руин не было ни малейшего следа. Чэнь Гун спросил Мужун Циня: - Что ты думаешь?" Мужун Цинь на мгновение задумался и ответил: - Мой Лорд, а как насчет того, чтобы дождаться, когда прекратится песчаная буря? Чэнь Гун снова нахмурил брови: - Но здесь нет убежища. Он снова повернулся к проводнику. - Должны ли мы продолжать движение, или нам стоит остановиться прямо здесь? Чэнь Гун спрашивал очень небрежно, но другой мужчина не осмеливался относиться к этому легкомысленно. Он колебался, опасаясь, что его указания поведут их неверным путем и в конечном итоге будут стоить ему жизни. В тревоге прокручивая это в голове, он пробормотал: " - Мы… это... - Хорошо подумай, прежде чем отвечать, - холодно предупредил Чэнь Гун. Мужчина средних лет вздрогнул и тут же выпалил: - Мы должны идти дальше! - Ты уверен? - Да! Да! Я пойду вперед. Согласно компасу, пункт назначения должен быть где-то в этом районе. Нет никакой ошибки. Мы определенно сможем найти вход, если поищем еще немного! - Тогда идём." Отряд двинулся вперед, и Шэнь Цяо последовал за ними. Он оглянулся на Янь Уши, который теперь навалился на него сзади. Мгновение он колебался, но всё-таки спросил: - Ты Янь Уши? Или кто-то другой? Человек за его спиной тихонько вытянул руку из-под мантии и схватил Шэнь Цяо за запястье той руки, которая держала поводья. - Это я. А-Янь. - ... Шэнь Цяо не нашелся с ответом, но в то же время почувствовал некоторое облегчение. Это правда, что он спас Янь Уши, но глубоко внутри он не хотел контактировать с этим человеком слишком часто. С точки зрения Шэнь Цяо, пусть это будет «А-Янь» или «Се Лин», с обеими личностями, которые отделились от Янь Уши, разговаривать было гораздо легче, чем с первоначальной его версией. По крайней мере, когда Шэнь Цяо был рядом, он мог видеть их не как Янь Уши, а как двух разных людей. Внезапно кто-то впереди закричал: - Милорд, наш проводник пропал!