Мириады Осеней

Чтобы остановить атаку Мужун Сюня, Янь Уши понадобилось всего одно предложение: - Дорога впереди разветвляется. Без меня ты не сможешь выйти. - Мужун Сюнь! - остановил его Чэнь Гун. Пусть неохотно, тот спрятал оружие в ножны и отступил за спину своего хозяина. Чэнь Гун сложил руки в приветствии и вежливо обратился к Янь Уши. - Большое спасибо за возвращение, Янь-цзунчжу. Мы очень ценим это. Если ты согласишься показать нам выход, я обещаю, что передам шелковое полотно в твое распоряжение и больше никогда не подниму эту тему. Янь Уши бросил на него беглый взгляд и ничего не сказал. Он просто развернулся и пошел той дорогой, которой и пришел. Мужун Цинь посмотрел на Чэнь Гуна и спросил: - Господин, нам нужно последовать за ним? - Я пойду впереди, - кивнул Чэнь Гун. - Все вы - за мной. - Но... Господин! - немедленно возразил Мужун Цинь, на что Чэнь Гун только улыбнулся. - Прекрати болтать, просто шагай. Мужун Цинь и Мужун Сюнь были несколько тронуты. Они больше ничего не сказали и резво последовали за Чэнь Гуном. Чэнь Гун завоевывал расположение таких людей, как Мужун Цинь, не без причины. Для простого парня без денег и без семьи, как он, стать любимцем Императора Ци было недостаточно, чтобы склонить на свою сторону такого высокомерного мастера боевых искусств, как Мужун Цинь. На самом деле, Шэнь Цяо уже уловил главную суть: Чэнь Гун был очень талантлив. Способность запоминать все, что он видел, позволила ему вынести огромную пользу из драгоценной встречи со Стратегией Багрового Ян. Вдобавок, он был трудолюбивым и не считал благосклонность Императора своим преимуществом. Судя по его нынешним достижениям, у него действительно был потенциал. Если копнуть еще глубже, то такие люди, как Мужун Цинь, происходившие из королевской семьи предыдущей династии, в новую эпоху уже потеряли бы и власть, и влияние. У них оставались только навыки боевых искусств. Семья Мужун не могла вступить в наследство, поэтому император не наделял их большой властью. Им осталось только одно - стать наемными гончими императорского двора. Даже бесчисленные аристократы Ци смотрели на них свысока. В этих неблагоприятных обстоятельствах Чэнь Гун предложил им новую возможность и убедил тем, что уже продемонстрировал как командир. Поэтому для бывших влиятельных фигур было естественным отдать предпочтение более мудрому правителю и поклясться в своей верности Чэнь Гуну, а не императору увядающей страны. Несмотря на то, что Шэнь Цяо не знал всех подробностей, он попал под влияние Янь Уши и прожил в обществе достаточно времени, чтобы понять общие черты политической ситуации в мире и мысли о ней народа. Чэнь Гун был действительно способным человеком: он смог добиться высокого положения и поддержки многих влиятельных людей в самые рекордные сроки. К примеру, Янь Уши, в силу своего достигающего Небес высокомерия и своенравия, даже если и понимал, как все устроено, был не в состоянии подчиниться, когда это необходимо. Чэнь Гун, напротив, мог приспособиться к любым условиям, что не могло не гарантировать ему успех. Путь, по которому их вел Янь Уши, был проложен прямо в горе, но у Чэнь Гуна все еще оставались факелы. Он зажег один и ответил стены, на которых по обе стороны увидел хорошо сохранившиеся канделябры. Тем не менее, многолетнее погребение Жоцяна привело к обвалам, поэтому иногда проход оказывался заблокирован валунами, упавшими сверху. Между ними оставались лишь узкие щели, и группе приходилось сначала максимально расчищать путь, а только затем осторожно протискиваться между камней. Мужун Сюнь был все еще немного взволнован: - Здесь же нет пауков, так ведь? - От них исходит постоянное зловоние, Поскольку я не чувствую его, скорее всего, здесь пауков нет, - ответил ему Мужун Цинь. За разговором они и не заметили, как оказались у развилки. Все остановились и уставились на Янь Уши. - Налево, - сказал последний, не оборачиваясь. - Подожди! Откуда ты знаешь, что нам нужно идти налево? - спросил Мужун Сюнь. - Я уже ходил направо. Там пауки. - С чего бы нам тебе верить? И, если ты и вправду натолкнулся на пауков, то почему остался целым и невредимым? Янь Уши проигнорировал его и продолжил идти вперед. Мужун Цинь тихо ответил: - У него ведь есть нефритовые цистанхэ. Верно. Мужун Сюнь и сам только что это понял. Нефритовые цистанхэ обладают исцеляющими от яда свойствами, так что неудивительно, что пакуки держались подальше от Янь Уши. Но почему же тогда Янь Уши вернулся, чтобы помочь им? Неужели его внезапно тронули угрызения совести? Но была ли вообще у лидера секты Хуаньюэ такая вещь, как совесть? Никто и никогда не поверит этому, даже Мужун Сюнь. Проход в скале медленно вел наверх. Все указывало на то, что к этому времени они почти достигали поверхности. Никто не возмущался, ведь, кроме как слепо верить Янь Уши, ничего другого не оставалось. Так они и шли, пока не наткнулись на ещё одно разветвление. На этот раз перед ними предстало целых три пути. Янь Уши внезапно остановился. - Я остановился здесь, а потом вернулся. Это значит, что теперь и он не знает, куда идти. Однако к этому моменту все поняли, что, поскольку это не тот путь, которым они пришли в Жоцян, сейчас они петляют по внутренним проходам королевского города. Его бесчисленные тропы и развилки ведут во всевозможные стороны. Собственно, как и дороги в столицах на Центральных равнинах. Хотя какая-то из дорог наверняка ведет в другое место, одна из них точно должна быть связана с королевским городом. Это и будет настоящий выход, но если Чэнь Гун с остальными выберет неправильный путь, он бы не только стал бродить кругами, но мог даже столкнуться с большими неприятностями. Его людей стало намного меньше, и никому из них хотелось ввязываться в бой, из которого они могут не выйти победителями. Чэнь Гун обратился к Янь Уши: - Какой из путей выберет Янь-цзунчжу? Янь Уши ничего не сказал. Шэнь Цяо, который все это время хранил молчание, внезапно заговорил: - Поскольку никто из нас не имеет об этом ни малейшего понятия, мы можем оставить здесь отметку и выбрать любую дорогу. Пойдем мы налево, направо или вперед - мы можем положиться только на чистую удачу. Так что, если кто-то выберет неправильный путь, виной тому будет лишь случайность, не более. - Это верно - согласился Чэнь Гун. Он поднял камень и нарисовал на стене несколько чётких отметок. Это, казалось, нехитрое движение заставило Шэнь Цяо взглянуть на него по-новому. Хотя он знал, что за это время Чэнь Гун неплохо овладел боевыми искусствами, Шэнь Цяо был занят борьбой с обезьянами, и у него не было времени, чтобы оценить его навыки по достоинству. Очевидно, Чэнь Гун вливал внутреннюю ци в каждое движение, которое делал. Белые отметины прорезались в глубь каменной стены на несколько цзиней, демонстрируя, насколько отточенным было его мастерство. Закончив, Чэнь Гун предложил: - Как насчет того, чтобы начать с центра? Может, этот путь выведет нас наружу. Никто не поддержал его. Видя, что Янь Уши все еще не двинулся с места, Мужун Сюнь не мог не спросить: - Почему ты остановился? Янь Уши объяснил ему снова, будто маленькому ребенку: - Я никогда не был здесь. Я не могу вести вас. Казалось, в его речи проскочила незаметная запинка. Никто не обратил на это внимания, кроме Шэнь Цяо. Мужун Сюнь усмехнулся: - Кто ж тебя знает, был ты тут или нет. Раз ты отказываешься идти первым, как мы узнаем, не хочешь ли ты заманить нас в ловушку, которую подготовил в центральном проходе? Раньше Мужун Сюнь никогда бы не осмелился разговаривать с Янь Уши таким тоном. Но люди по природе своей именно такие и есть: как только они видят перед собой сломленного человека, который оказался в ужасном положении, их уважение к нему падает ниже некуда, и они мнят себя лучше. Иногда людей в беде обесценивают до такой степени, что даже позволяют себе приравнивать их существам бесполезным и ненужным так, будто их жизни ничего не стоят. Янь Уши промолчал, но не оставил этого. Мужун Сюнь стоял совсем рядом. Янь Уши был так быстр, что тот даже не успел обнажить меч, как Янь Уши уже схватил его за горло и прижал к каменной стене. Мужун Цинь собирался ударить Янь Уши в ответ, но был остановлен легкими, как перышко, ножнами меча. - Опасность еще не миновала, а вам уже не терпится убить друг друга? - холодно спросил Шэнь Цяо. Мужун Сюнь собирался атаковать вновь, но прежде, чем он смог поднять руку, Янь Уши уже освободил его и отступил за спину Шэнь Цяо. - Хватит! Прекратите! - наконец гаркнул Чэнь Гун. - Мужун Сюнь, Янь-цзунчжу был не обязан возвращаться за нами, но, поскольку он решил помочь, мы должны ценить его доброту. Ты не должен грубить ему. Чэнь Гун сложил ладони в знак уважения: - Я прошу прощения перед Янь-цзунчжу от его имени. Это я выбрал дорогу посередине, поэтому я пойду первым! Закончив, он поднял факел и двинулся вперед. Хотя Чэнь Гун проявил мужество, чтобы взять на себя инициативу, он шел с исключительной осторожностью. Если он чувствовал что-то хоть немного подозрительное, он немедленно останавливался и долго вглядывался в темноту впереди, пока не убеждался в полном отсутствии опасности. Возможно, Небеса действительно благоволили им, ведь в этот раз они выбрали нужную дорогу. Компания преодолела весь путь без препятствий и вернулась к тому месту, куда упала. Для обычного человека выбраться отсюда может быть сложной задачей, но от мастеров боевых искусств требовалось только прыгнуть вверх, используя свой цигун, закрепиться на стене с помощью своего оружия, а затем медленно подниматься вверх. В тот момент, когда люди снова увидели солнце, их ослепил яркий, белый свет. Тем не менее, сложно не согласиться, что каждый, кто пробыл под землей три дня и чуть не умер, примет солнечный свет за драгоценнейшее сокровищем. Шэнь Цяо прикрыл глаза плотной тканью, чтобы уберечь их от столь резкой перемены. Когда он начал привыкать к свету, Шэнь Цяо медленно стянул ткань и увидел Янь Уши, стоящего прямо подле него. Тот уже давно потерял все свои вещи, поэтому сейчас прикрывал глаза руками и стоял так близко к Шэнь Цяо, будто боялся, что последний сбежит. Это выглядело немного глупо. - Каковы планы Шэнь-чжанцзяо и Янь-цзунчжу теперь? - спросил Чэнь Гун. - На обратном пути в Ци мы собираемся остановиться в Чанъани, так что я могу подбросить вас, если хотите. Так вы сможете избежать ненужных проблем, в том числе с личностью Янь-цзунчжу. Его первоначальной целью был Меч'а, а точнее шелковый свиток, спрятанный внутри. Но теперь, четко зная, что отныне Стратегия Багрового Ян находится в распоряжении Янь Уши, Чэнь Гун даже не упомянул о ней. Это означало только то, что он уже все запомнил. Сейчас он обратился к Шэнь Цяо не только за тем, чтобы выразить свою доброжелательность и щедрость, но и за тем, чтобы уверить их в том, что он не собирается раскрывать местонахождение Янь Уши. Каждый человек заслуживает, чтобы его оценивали по достоинству. Сегодня Чэнь Гуна уже нельзя было недооценивать. Шэнь Цяо взглянул на Янь Уши: - Я ценю твою доброту, но у меня есть, куда пойти. Что касается Янь-цзунчжу, он волен принимать решения самостоятельно. - Я пойду за тобой, - тут же ответил Янь Уши. Чэнь Гун улыбнулся. Казалось, он не воспринял отказ близко к сердцу. - Хорошо. Тогда здесь мы расстанемся. Мир тесен, я уверен, что когда-нибудь мы встретимся вновь. Надеюсь, что в следующий раз, когда это произойдет, Янь-цзунчжу уже полностью поправится, а Шэнь-даочжан восстановит положение чжанцзяо горы Сюаньду. Шэнь Цяо не стал комментировать эти слова и просто слегка поклонился Чэнь Гуну: - До свидания. Чтобы покинуть Туюхунь, им нужно было вернуться в маленький городок, чтобы передохнуть и купить лошадей, посетить столицу, а затем уже отправиться куда душе будет угодно. Но планы Шэнь Цяо еще сначала отличались от планов Чэнь гуна. У него все еще были вопросы к Янь Уши, поэтому он не планировал продолжать путешествие вместе с остальными. Шэнь Цяо с Янь Уши наблюдали, как удаляются трое людей, оставляя за собой на зыбком песке длинную дорожку следов. Один порыв ветра - и отпечатки на песке полностью исчезли. - Чэнь Гун не самый щедрый человек. Ты забрал его свиток, и даже если он смог запомнить текст в совершенстве, он все равно затаил на тебя обиду. В будущем это доставит тебе неприятности. Янь Уши пристально посмотрел на Шэнь Цяо и внезапно обиделся: - Гэгэ, но я не брал этот свиток! - Я знаю. Его взял... «Янь Уши». Но ведь шелковое полотно все еще у тебя, верно? - Ты отличаешь нас?! Янь Уши, казалось, очень обрадовался этому факту. Шэнь Цяо долго молчал, прежде чем ответить: - Боюсь, что если бы это была какая-то другая твоя личность, ты бы никогда не вернулся после того, как ушел. - Я так рад, что ты не ошибся на мой счет! Я знал, что он оставил тебя, и очень волновался. Мне пришлось приложить все силы, чтобы вернуть это тело под контроль и вернуться за тобой, - выпалил Янь Уши и схватил Шэнь Цяо за руку. - Не сердись на меня, ладно? Шэнь Цяо тяжело вздохнул: - Он не был бы Янь Уши, если бы не вел себя так. И настоящий он никогда не сказал бы мне ничего подобного. Я просто не ожидал, что его темперамент может породить кого-то вроде тебя. Это почти что невозможно. В улыбке Янь Уши внезапно промелькнул неуловимый след лукавства: - Это не так. Шэнь Цяо не понял, что он имел в виду: - О чем ты? - Ни о чем. Когда мы вернемся? Или нам нужно подождать, пока они отойдут подальше? Я так проголодался!