Мириады Осеней

Семья Ван больше не была той прославленной семьей Ван из прошлого. Наряду со сменой династий, старые родословные точно так же зависели от времён и стабильности. Присутствующие члены семьи Ван были даже не из основной семьи, а из побочной ветви. Хотя у них были кровные родственники и их предки занимали видное место в Цзянху, они больше не могли похвастаться стопроцентной неприкосновенностью. Они имели свой побочный бизнес, но не были вовлечены в политику. Как бы то ни было, они по-прежнему были одной из из самых известных семей Цзянху. Хотя пришедшие люди были лишь ответвлением основной семьи, но из-за кровного родства они были очень высокого мнения о себе. Естественно, они не особо думали о секте БиСя - маленькой и бессильной секте. Они были гостями и не желали стоять с И Бичэнем. Когда он вышел, чтобы приветствовать гостей, И Бичэнь не смог заставить их встать. После того, как приветствия были завершены и все сели, И Бичэнь сначала поблагодарил Шэнь Цяо за спасение семьи Су в Чанъане, а затем обратился к Чжао Циин: - Секта Нефритового Облака пережила тяжелую трагедию. У этого бедного человека есть свои пределы, я не мог прибыть к вам вовремя, чтобы помочь. Думая об этом, я сожалею. Я прошу Чжао-цзунчжу не винить меня. Чжао Циин вздохнула. - И-гуаньчжу слишком добр, бедствие секты БиСя произошло исключительно из-за внутреннего раздора. Нам повезло преодолеть эту проблему, но у нас осталось очень мало учеников и мы не можем сравниться с предыдущими поколениями. Я вижу, что у вас есть много талантов, целая толпа героев, я очень завидую! И Бичен погладил свою бороду. - Чжао-цзунчжу, не нужно беспокоиться. В моих глазах двое ваших учеников, если приложат усилия в практике, в будущем, несомненно, будут очень успешными. Даже если это была бессмысленная формальная речь, услышав, как лидер секты Чуньян хвалит их, Чжоу Есюэ и Фань Юаньбай были очень тронуты. Увидев, что такой бесполезный разговор до сих пор продолжается, Сан Лан из семьи Ван кашлянул, прервав их. - Могу я спросить И-гуаньчжу о Шицзяндахуй в этом году, будут ли присутствовать другие секты? - Здесь соберётся множество разных сект, Ван Сан-гунцзы кого-то ищет, или он хочет найти учителя? Ван Сан-гунцзы сухо засмеялся. - И-гуаньчжу действительно хорошо шутит. В моей семье есть бесчисленные свитки и рукописи нескончаемых боевых знаний, даже я не могу их все разобрать, так как мне ещё и найти время, чтобы искать учителя? Если здесь есть другие секты, мне придется побеспокоить И-гуаньчжу, чтобы он представил нас и мы познакомились. Чжан Цзыцянь происходил из достаточно большой секты, но, к сожалению, он не считался важной фигурой университета Линьчуань, а просто был здесь в качестве посланника. Секта БиСя теперь настолько уменьшилась, что не стоила и взгляда Ван Гунцзы. Что касается Шэнь Цяо, хотя его угун улучшился, братья Ван присутствовали в тот день возле пика Полушага и имели возможность понаблюдать за битвой лично. Его падение со скалы воспроизвело на них сильное впечатление. Прежде они ожидали от Сюаньду Чжанцзяо очень многое, но после того случая все их надежды полностью погасли. Увидев Шэнь Цяо снова, они потеряли свое былое почтение и уважение. Ван гунцзы почувствовали, что он не стоит внимания, так что не были заинтересованы в том, чтобы познакомиться с ним. Итак, всех присутствующих уже исключили из «списка знакомств», которые хотели завести братья Ван. Все желают славы, и люди Цзянху не были исключением. Сегодня одни пришли за рейтингом Люлигун, другие - за союзом с Чуньянгуань, чтобы получить возможность противостоять буддийским сектам и секте Хэхуань. Хотя семья Ван была родом из южного Чэнь, у них были деловые операции на севере, так что они должны были знать о влиянии секты Хэхуань. Семья Ван, с их высоким самопровозглашенным положением, как бы она согласилась работать с сектой Хэхуань? Таким образом, братья Ван, помимо всего прочего, были здесь, чтобы увидеть истинное лицо Чуньян. Если многие крупные секты склонялись к ней, это будет означать, что потенциал Чуньянгуань достаточно велик, чтобы семья Ван могла подумать о заключении союза. Если же нет, то они могут попробовать заключить союз с другими сектами. Что касается института Линьчуань, зачем им идти так далеко и пренебрегать тем, что лежит близко? Вопрос был явно проигнорирован всеми присутствующими. Шэнь Цяо и Чжао Циин не обратили на это внимания, но Фань Юаньбай и Чжоу Есюэ не могли не показаться возмущенными из за пристальных взглядов, направленных на них. И Бичэнь улыбнулся, как будто не понимал смысла слов Ван Сан-Лана. - Гости из других сект здесь. Они расселены соответственно, некоторые из них остаются в подножье. Если Ван Сан-гунцзы хочет встретиться это не составит особого труда. Позже наши ученики отведут вас. Все жилища были расположены в одном районе и никакой разницы между группами нет. Ван Эр-лан был несколько разочарован, потому что И Бичэнь, говоря так, ясно указал, что никого из ожидаемых ими мастеров боевых искусств сейчас не будет. Ван Сан-лан не был удовлетворен этим. - Я слышал, что десять лет назад на Шицзяндахуй собралось множество мастеров боевых искусств. Здесь было море талантов. Из первой десятки присутствовали, по крайней мере, пять или шесть мастеров. Неужели всего за девять лет влияние Люлигун настолько уменьшилось? Чжоу Есюэ не смогла удержаться от смеха. Неужели этот человек действительно думает, что мастера боевых искусств - это какая-то капуста? Захочет - и они появятся? Если бы братья Ван были мастерами, очевидно, что их гордость и внешность следовало поддерживать подобно Хуаньюэ цзунчжу, который счёл этот вопрос слишком тривиальным, чтобы появиться лично, и ушел на полпути. Только добрые люди, такие как Шэнь Цяо, искренне предоставили бы помощь и пошли бы с ними. Кто же знал, что, имея глаза, они не смогли узнать Тайшань. Их глазные яблоки были в их глазницах, но их взгляды были так широко открыты, что они напоминали рыб, это было действительно уморительно! Ван Сан-Лан увидел насмешку, написанную на лице Чжоу Есюэ, и нахмурил брови. - Эта молодая женщина смеется. Вы не согласны с тем, что я только что сказал? - Я бы не посмела. Просто я только что увидела обезьяну, выросшую в горах. Она знала только кусок неба прямо над своей головой и приняла гору за весь мир! - мягко ответила Чжоу Есюэ. Как мог Ван Сан-Лан слушать, как она оскорбляет его? Он холодно засмеялся. - Ты думаешь, что ты довольно умна? Я надеюсь, твое боевое мастерство не отстаёт, иначе в один прекрасный день твои слова оскорбят кого-то, и ты потеряешь и свой ум, и свою жизнь! Сказав это, он сделал одно движение рукой, и чашка чая, которая стояла на его столе, поднялась и полетела к Чжоу Есюэ. Хоть она и была наполнена до краев, из неё не пролилось ни капли. Поскольку Ван Сан-лан мог не обращать внимания на секту БиСя, он должен был обладать некоторыми навыками. Просто глядя на этот жест, даже И Бичэнь выглядел впечатленным. Это было больше, чем просто какой-то навык. В молодом поколении его можно было считать очень многообещающим. Чжоу Есюэ была потрясена. Чашка чая ещё не долетела, но она уже сделала полшага назад. Чжао Циин покачала головой, собираясь вмешаться, но была остановлена рукой Шэнь Цяо. Поза Шэнь Цяо не изменилась. Другой рукой он просто поднял чашку, выпил ее за один присест, а затем бросил её прямо в чашку Ван Сан-лана. В результате столкновения чашки звенели, но не разбились. Чай в чашке выплеснулся вверх, но полностью перелился в чашку Шэнь Цяо. Две чашки отскочили в противоположных направлях и вернулись в руки хозяинов. Все это произошло в одно мгновение. Когда Ван Сан-лан снова получил свою чашку, на его лице появилось шокированое выражение, как будто он не мог поверить в то, что только что увидел. Шэнь Цяо взял возвращенную чашку, понюхал ее и поставил обратно. - Похоже, И-гуаньчжу ни к кому не относился предвзято. Чай Ван Сан-гунцзы такой же, как и наш. Это так, но почему тогда Ван Сан-гунцзы был полон энтузиазма и настаивал на том, чтобы мы попробовали ваш чай? Его жест был намного более изощреннее, чем у Ван Сан-лана. Он казался случайным и легким, но результат был впечатляющим. Он требовал координации как глубокой внутренней ци, так и утонченного мастерства. То, что Ван Сан-гунцзы сделал для Чжоу Есюэ, было больше похоже на размахивание неотесанным мечом перед высокопоставленным чиновником, то есть переоценку своих возможностей. Понимая это, братья Ван больше не могли продолжать в своей обычной непочтительной манере. Ван Сан-лан слабо сложил руки в знак уважения, не сказав даже половины предложения. Это можно было расценивать как извинение. За пределами человека найдется ещё один, за пределами одного неба будет другое. Оказывается, Шэнь Цяо, который даже не входил в десятку лучших в мире, все ещё был высокой горой, через которую им было не пройти. [Идиома «За человеком будет человек, за Небом - Небо» означает, что всегда найдется кто-то лучше] И Бичэнь наблюдал за всем этим со стороны. Видя, как сильно поникла семья Ван, он больше ничего не сказал и просто улыбнулся. - Сегодня вы проделали длинный путь. Вы, должно быть, очень устали. Почему бы вам не отдохнуть в наших резиденциях? Семья Ван не выразила возражений, Чжань Цзыцянь также кивнул. - Спасибо за беспокойство, И-гуаньчжу. После того, как они покинули главные здания, Ли Цинюй окликнул Шэнь Цяо: - Моя резиденция находится на восточной стороне, дверь с табличкой «Ли» - моя, если у Шэнь-даочжана возникнут какие-либо проблемы, найдите меня. Шэнь Цяо поблагодарил его и пошел вместе с Чжао Циин, следуя за учениками Чуньянгуань, которые вели их к комнатам. Чжао Циин намеренно отстала на несколько шагов, позволив Фань Юаньбаю и остальным пройти впереди, а сама прошептала на ухо Шэнь Цяо: - Я видела, что И-гуаньчжу было что сказать, но его прервали братья Ван. Шэнь Цяо кивнул. - Определённо. В конце концов, он занимал должность главы секты. И Бичэнь лично вышел, чтобы поприветствовать их, вся его манера поведения была лишь введением для того, что должно было быть дальше. Должно быть, он хотел обсудить что-то важное. Чжао Циин поитнересовалась: - Как вы думаете, это как-то связано с формированием альянса? Шэнь Цяо не ответил, но спросил: - Если да, то как Чжао-цзунчжу собирается ответить? - Теперь, когда секта Хэхуань и буддийские секты настолько могущественны, если они собираются попытаться, как в прошлый раз Туцзюэ, поглотить секту БиСя, в нынешнем положении мы можем только сидеть и ждать смерти. Возможно, альянс - это лучший вариант для нас. - Я вижу, что И-гуаньчжу очень амбициозен и щедр. В наши дни у буддийских сект есть Сюэтин, чтобы прославлять их, у сект Жу есть Линьчуань, и только даосские секты подобны тарелке с песком. Если Даосские секты могут объединиться под его руководством, это может быть неплохо. Чжао Циин подумала об этом. - В срочном порядке не так легко исполнить это желание. Шицзяндахуй - главное событие мира боевых искусств, но даже Линьчуань послал только одного ученика, это не сулит ничего хорошего, - она сделала паузу. - Когда дело доходит до угуна или личных качеств, Шэнь-даочжан не обязательно проигрывает И-гуаньчжу. Если вы заявите о таком намерении, я безмолвно последую за вами вместе с остальными учениками секты БиСя. Шэнь Цяо слабо покачал головой. - У меня даже нет секты, в которой я мог бы состоять, как я могу согласиться, если вы захотите присоединиться? Он подумал, что Чжао Циин пошутила, но Чжао Циин была серьезна. - Сколько людей может в этом мире, как Шэнь-даочжан, за обещание, не колеблясь, пойти путь в тысячу ли? Секта БиСя - не единственная, кто получил вашу доброту. Среди людей, которые пересекались с вами, сколько осмелятся сказать, что не принимали вашу доброту? Даже Янь-цзунчжу, человек, который не делает различий между добром и злом и делает все, что хочет, смотрит на вас совершенно иначе. Шэнь Цяо горько рассмеялся. - В этом отношении, неужели это не связано с желанием обманывать и манипулировать? -Я думаю, это еще предстоит выяснить. По мере того, как они разговаривали, они прибыли в свои дома. Их жилища были смежными и было бы удобно общаться, поэтому каждый вернулся в свой дом, чтобы помыться. Шэнь Цяо только умылся, как услышал стук в дверь. Он подумал, что это Чжао Цзиин, которая хотела сказать что-то еще, однако он открыл дверь и увидел, что это Чжань Цзыцянь. -Шэнь-даочжан, как дела? - Чжан Цзыцянь сложил руки в знак приветствия. Шэнь Цяо отошел в сторону и пропустил его. - Чжань-ланцзюнь, пожалуйста, войди. - К сожалению, я здесь, чтобы попрощаться. Когда я увидел Даочжана, я был очень счастлив. Я хотел бы поболтать и уточнить технику рисования, но у меня есть приказ Шизуна, и я должен немедленно вернуться. Шэнь Цяо был удивлен. - Это так срочно? Шицзяндахуй не начнется до завтра? Чжан Цзыцянь горько рассмеялся. - Именно потому, что он начнется завтра, я должен вернуться сегодня. Завтрашний Шицзяндахуй, я боюсь, не обойдется без кровавой бури. Чуньянгуань будет трудно обезопасить себя, не говоря уже о том, чтобы заключать с кем-то союзы. Мы не должны стоять под качающейся стеной, к тому же, я не хочу, чтобы Шэнь-даочжан был вовлечен во все это. Вы готовы пойти со мной обратно в институт Линьчуань? Шизун обязательно будет рад приветствовать вас. Шэнь Цяо увидел, что он говорит серьезно, и, не поднимая головы, нахмурил брови: «Что здесь происходит?»