Заново выученные уроки

      Вэй Ин проснулся от того, что кто-то шептал его имя. Он открыл глаза и обнаружил, что находится в своей комнате. Он начал поднимать руку, чтобы протереть глаза, и поморщился от боли в спине. Боль вернула ему воспоминания о порке, что последовала после его заявления о намерении покинуть Орден. Усянь был несколько удивлён, что вообще проснулся. Возможно, госпожа Юй пощадила его, ожидая, что он изменит своё мнение после сурового наказания, которое перенёс. Если это так, то она явно никогда не понимала его. Вэй Ин был полон решимости не соглашаться на отвратительный брак, на который хозяйка Пристани Лотоса была настроена.       Юноша вздохнул и вгляделся во мрак, стараясь распознать, кто же пытается его разбудить.       - Главный ученик, мы должны идти. Сейчас. Я упаковал кое-что из твоих вещей в сумку-цянькунь, но у нас не так много времени, прежде чем проснётся главный дом.       Теперь он узнал этот голос.       - Хао Цзюньвэй... - Усянь застонал, силясь поднять голову. - Что ты здесь делаешь? Тебе нужно держаться подальше. Я не хочу, чтобы у тебя были неприятности.       - Я вытаскиваю тебя отсюда. Госпожа Юй сошла с ума. - Хао Цзюньвэй начал натягивать ботинки на ноги Вэй Усяня. - Она убьёт тебя, если ты останешься. - Он сунул таблетку в рот Усяня. – Глотай, это усилитель энергии, я позаимствовал его в лазарете.       Вэй Ин проглотил таблетку и тихо усмехнулся:       - Надеюсь, ты не ждёшь, что я верну её.       Хао Цзюньвэй раздраженно вздохнул, а потом схватил Вэй Усяня за руку:       - Ты можешь стоять?       - Э... может быть. Помоги мне. - Вэй Ин старался не кричать, когда Хао Цзюньвэй потянул его руки, вынуждая сесть на край кровати. Его золотое ядро помогало справляться с болью, но он сомневался, что сможет встать. Однако он не желал позволять Хао Цзюньвэю увязнуть в своих проблемах, поэтому решительно произнёс: - Теперь со мной всё будет в порядке. Ты должен вернуться к своей семье.       Было очень мало света, но Вэй Ин всё же смог разглядеть невозмутимое выражение на лице Хао Цзюньвэя.       - Да, главный ученик. Я вижу, что ты явно на пике здоровья, - с явным сарказмом проговорил тот и серьёзно добавил: - Несмотря ни на что, я собираюсь помочь тебе, и ты примешь это.       Вэй Усянь никогда не представлял, насколько властным может быть этот человек. Возможно, это было влияние его жены.       - Ты злой, знаешь ли!       Хао Цзюньвэй закатил глаза и присел на корточки перед Усянем:       - Залезай, я отнесу тебя в доки.       Это может сработать. Если бы Вэй Ин мог добраться до лодки, он мог бы уплыть на некоторое расстояние, прежде чем кто-нибудь заметил, что он пропал…       Они были на полпути к причалу, когда Хао Цзюньвэй резко остановился.       - Господин Цзян.       Вэй Усянь поднял глаза и увидел Цзян Чэна, стоящего у них на пути с небольшим свёртком в руках. Вэй Ин посмотрел на своего брата с мольбой в глазах:       - Цзян Чэн?       Он не мог проводить много времени с Цзян Чэном с момента окончания войны. Госпожа Юй намеренно держала их подальше друг от друга, как она делала во время кампании «Выстрел в Солнце». Усянь знал, что Цзян Чэн любит свою мать, как и должен был. Но он не знал, насколько Цзян Чэн всё ещё считал их братьями или что он думает о плане госпожи Юй продать его Цзиням. Вэй Ин помнил, что Цзян Чэн всегда ожидал, что он будет его подчиненным, когда он займёт место главы Ордена.       Вероятно, он не будет рад его дезертирству, но и женитьба на Цзине будет иметь тот же эффект, так что, возможно, он поймёт.       Цзян Чэн посмотрел на них обоих, прежде чем качнуть головой:       - Следуй за мной.       Вэй Усянь почувствовал, что Хао Цзюньвэй колеблется, поэтому он сжал его плечо, побуждая двигаться. Они последовали за Цзян Чэном через комплекс, мимо Зала Мечей, и оказались на уединённом причале. Там была привязана небольшая лодка. Цзян Чэн указал на неё:       - Тебе лучше отправиться в Гусу. Без сомнения, твой Лань Ванцзи примет тебя.       Вэй Усянь мог видеть конфликт на лице своего брата. Вполне естественно, что он чувствовал себя плохо из-за того, что бросал вызов своей матери. Вэй Усянь сожалел, что стал причиной новых разногласий в семье Цзян. Возможно, это случится в последний раз. Он не знал, что сказать, чтобы выразить всё, что он чувствовал в этот момент. Боль от ран казалась меньше, чем боль в его сердце.       - Цзян Чэн… спасибо...       - Просто не забудьте написать сестре и сообщить ей, что с тобой всё в порядке. - Цзян Чэн прервал его и повернулся к Хао Цзюньвэю: - Ученик Хао. Я слышал новости о яо низкого уровня, беспокоящем жителей Юньмэна. Для его устранения не требуется большого охотничьего отряда. Ты должен справиться с этим самостоятельно.       Хао Цзюньвэй понимающе кивнул:       - Конечно, господин Цзян.       - Я могу дать тебе только день, прежде чем госпожа заподозрит неладное. - Цзян Чэн сунул сверток в руки Хао Цзюньвэя. - Тут еда и деньги. Я как-нибудь отвлеку её сегодня.       Он помог Хао Цзюньвэю опустить Вэй Усяня в лодку, прежде чем оттолкнуть её от причала. Когда они начали удаляться, он крикнул им вслед:       - Будьте в безопасности, Вэй Усянь.       Вэй Усянь посмотрел на Хао Цзюньвэя. Он рисковал своим положением в Ордене Цзян и положением своей жены и дочери. Даже с заступничеством Цзян Чэна госпожа Юй не стала бы откладывать его наказание, если б узнала о его роли в побеге Вэй Усяня.       - Ты должен вернуться сейчас, Хао Цзюньвэй. Я буду в порядке, теперь у меня есть лодка. Тебе нужно подумать о своей жене и дочери. Я знаю, что ты уже однажды потерял свой Орден. Не стоит рисковать этим снова.       Хао Цзюньвэй просто продолжал управлять лодкой и не смотрел на Вэй Усяня, когда отвечал:       - Гуйдунь-цзюнь, моя жена прекрасно понимает, что без тебя и твоего «Черепашьего щита» она, по всей вероятности, уже стала бы вдовой. Она знает, что я делаю, и она согласна со мной.       Вэй Усянь слегка поёжился, услышав свой титул. Он всегда чувствовал себя неловко, когда ученики, да и простые люди использовали его. Титулы обычно предназначались для лидеров кампании, для представителей знати. Он также знал, как сильно госпожа Юй ненавидела тот факт, что он получил какое-либо признание. Было легче, когда он оставался вне поля зрения общественности. Он чувствовал, что должен потребовать от ученика Хао больше не называть его так, но у него не было сил.       Они путешествовали по реке, пока не зашли на территорию Гусу. К тому времени Вэй Усянь потерял сознание, сосредоточившись на том, чтобы позволить своему золотому ядру начать исцелять спину. Был ранний вечер, когда Хао Цзюньвэй нашёл гостиницу для главного ученика. Он заплатил за комнату, помог Вэй Усяню перевязать раны и немного поесть, а потом неохотно посмотрел на сгущающиеся тени снаружи. Пришло время вернуться в Пристань Лотоса. Поняв о чём тот думает, Вэй Ин изобразил свою самую беззаботную улыбку, хотя и сомневался, что она была такой же убедительной, как обычно.       - Всё в порядке, Хао Цзюньвэй. Я знаю, что ты должен уйти. Теперь со мной всё будет хорошо.       Его спаситель грустно посмотрел на него:       - Я поговорил с хозяином гостиницы и купил у него осла. Ты сможешь использовать его, чтобы добраться до Облачных Глубин. Я также взял на себя смелость отправить сообщение Ханьгуан-цзюню, хотя он, вероятно, получит его, когда ты уже будешь там. - Хао Цзюньвэй стоял у двери, не решаясь уйти. - Я хотел бы сделать больше, главный ученик.       Вэй Усянь снова улыбнулся и помахал рукой с кровати:       - Иди, ты сделал достаточно. Твоя семья будет беспокоиться о тебе.       * * *       Лань Цижэнь сидел в своих комнатах с Лань Ванцзи и ждал, когда Лань Сичэнь присоединится к их еженедельной семейной встрече, чтобы выпить чаю. Он был весьма удивлён тем, насколько его племянники стали заботиться о его здоровье, и эти регулярные встречи стали их оправданием, чтобы проверить его и убедиться, что он не взваливает на себя слишком много работы теперь, когда война закончилась.       - Ванцзи, ты что-нибудь слышал о Вэй Усяне? - Лань Цижэнь знал, что его племянник беспокоится о своём возлюбленном. Похоже, Вэй Усянь решил, что в интересах Лань Ванцзи создать большую дистанцию между ними. Великий учитель понимал, что упрямый мальчишка делает то, что считает лучшим, но он явно не осознавал всей глубины преданности Лань Ванцзи ему. После окончания войны его младший племянник пребывал в состоянии постоянного уныния, которое прошло только после того, как с ним связался Вэй Усянь. Лань Цижэнь со своей стороны написал Цзян Фэнмяню с просьбой о встрече. Он был уверен, что тот оценит возможность провести время с другой жертвой Руки, Плавящей Ядра, с кем-то, кто не будет относиться к нему, как к куску тонкого фарфора, который может разбиться в любую минуту, однако ответом ему было молчание. Великий учитель был уверен, что если он сможет поговорить с Фэнмянем, то сможет убедить его согласиться на брак между Лань Ванцзи и Вэй Усянем. Он даже рассматривал вариант просто взять и заявиться в Пристань Лотоса, но не хотел злить госпожу Юй больше, чем необходимо. Поэтому Цижэнь и проводил время в ожидании, когда ему представится возможность встретиться с Цзян Фэнмянем, и, одновременно, всеми силами пытался отвлечь Лань Ванцзи от грустных мыслей.       Для большинства лицо его младшего племянника выглядело неизменным, но Лань Цижэнь мог видеть признаки его уныния.       - Нет.       Великий учитель вздохнул:       - Терпение, Ванцзи. Ещё есть время изменить их мнение.       В этот момент к ним присоединился Лань Сичэнь, и Лань Ванцзи налил ему чаю. Лань Цижэнь заметил некоторое напряжение в плечах своего старшего племянника. Лань Сичэнь бросил на брата встревоженный взгляд, прежде чем заговорить:       - Я получил новости из Ланьлина.       Тон его голоса ясно давал понять: что бы это ни было, это нельзя было назвать хорошими новостями, хотя Лань Цижэнь не мог представить, что такого могут объявить Цзини, чтобы это могло оказать на них какое-либо влияние.       - Цзинь Гуаншань объявил о помолвке, - Лань Сичэнь посмотрел на Лань Ванцзи так, словно собирался объявить о смерти любимого человека, - между Ланьлин Цзинь и Юньмэн Цзян.       Лань Цижэнь нахмурился. Цзини и Цзяны только что заключили самый выгодный союз, скрепив его браком Цзинь Цзысюаня и Цзян Яньли. С кем ещё они могли бы составить пару?       Лань Сичэнь перевёл дыхание, прежде чем продолжить:       - В объявлении сказано, что союз будет заключён между Цзинь Цзысюнем и... Вэй Усянем.       Чашка, которую держал Лань Ванцзи, разбилась, и он поднялся на ноги.       - Ванцзи! Не действуйте в спешке. Лань Цижэнь также был ошеломлён объявлением, но понимал, Ванцзи ничего не добьётся, если отправится напрямую противостоять Цзинь Цзысюню или даже Цзинь Гуаншаню. Великий учитель нахмурился: в новостях не было никакого смысла. Он видел, как Вэй Усянь общался с Цзинь Цзысюнем только один раз, но было ясно, что они ненавидят друг друга. Даже если оставить в стороне их чувства, в таком браке было мало политической выгоды, особенно учитывая более тесные связи, возникшие благодаря браку наследника Цзинь.       Цзинь Гуаншань, однако, не был дураком, и он, несомненно, видел потенциальное преимущество контроля над уникальным гением Вэй Усяня. Вопрос был в том, почему Цзяны отказались от него за такую малую выгоду? Ответ на этот вопрос был удручающе очевиден: злоба госпожи Юй действительно не знала границ. Лань Ванцзи смотрел на Цижэня с видимым отчаянием.       - Дядя.       Великий учитель не спешил отвечать. Он старательно перебирал в уме различные варианты развития событий, выбирая лучший, когда их прервали: в комнату вбежал запыхавшийся ученик и, коротко поклонившись, протянул Ванцзи письмо.       - Срочное сообщение для Ханьгуан-цзюня.       Кивком поблагодарив ученика, Ванцзи развернул послание и пробежал глазами по ровным столбикам иероглифов. Лицо его тотчас исполнилось отчаянной решимости.       - Ванцзи, что там? - поинтересовался Лань Цижэнь.       - Вэй Усянь дезертировал. Госпожа Юй выпорола его. Он на пути сюда.       Это звучало и утешительно, и тревожно. Если Усянь дезертировал, Цзяны больше не могли настаивать на браке по договорённости. Но если он ранен и теперь остался без поддержки какого-либо Ордена, то он был уязвим для дальнейших нападений или принуждения. Лань Ванцзи хмурился, перечитывая письмо.       - Ванцзи? - Лань Цижэнь знал, что должно быть больше поводов для беспокойства.       - Письмо датировано двумя днями ранее. Должно быть, произошла задержка.       Лань Ванцзи подхватил Бичень, пока говорил, и направился к двери.       - Ванцзи, подожди. - Лань Цижэнь увидел, что его племянник остановился с признаками раздражения. Ему явно не терпелось отправиться в путь, и великий учитель не собирался его останавливать, но... - Убедись, что ты взял с собой предметы первой необходимости. Мы не знаем, насколько сильно ранен Вэй Усянь.       Если Вэй Усянь отправился в путь два дня назад, он должен был уже прибыть в Облачные Глубины, если только он был не в состоянии лететь на своём мече. Принятие ученика-дезертира, особенно из одного из великих Орденов, повлечёт за собой политические последствия, и это может нанести серьёзный ущерб отношениям Гусу Лань и Юньмэн Цзян. Несмотря на это, Лань Цижэнь без колебаний предоставил бы убежище Вэй Усяню, ведь если бы не его изобретения, Облачные Глубины понесли бы гораздо большие потери во время войны, а если бы он погиб, Лань Цижэнь уже знал, какие страдания испытает его младший племянник. Он просто надеялся, что Лань Ванцзи найдёт своего возлюбленного.       * * *       Вэй Усянь проснулся от звука детского хихиканья, которое безуспешно пытался утихомирить настойчивый мужской голос. Юноша лежал на животе и чувствовал некоторую боль в спине, хотя она была куда меньше, чем он испытывал в своих последних воспоминаниях. Всё, что случилось с ним за прошедшие дни, было словно в тумане. Он выехал из гостиницы на осле, которого ему приобрёл Хао Цзюньвэй, и направился в сторону Гусу. Но чем дольше он путешествовал, тем меньше мог обращать внимание на происходящее вокруг, поскольку вся его концентрация уходила на то, чтобы не соскользнуть со спины осла. В какой-то момент, как смутно помнил Усянь, он проиграл эту конкретную битву и оказался на земле. Он понятия не имел, где находился тогда или как он добрался до своего нынешнего жилья. По крайней мере, он не слышал плеска воды о сваи, что наводило на мысль о том, что его пока ещё не вернули в Пристань Лотоса.       Вэй Ин открыл глаза и, прищурившись, огляделся. Он лежал на кровати в маленькой комнате. Дверь была приоткрыта, и за ней просматривался чистый ухоженный двор. Именно оттуда доносился заливистый смех ребёнка. Похоже, дом, в котором находился Усянь, был чем-то вроде коттеджа, принадлежащего фермерам или сельским жителям. И юноша немного расслабился, решив, что слишком мала вероятность того, что его подобрал кто-то знакомый. Значит, никто не сообщил о его местонахождении госпоже Юй… И тут дверь отворилась шире, и на пороге появился молодой человек, которого Усянь в последний раз видел в Облачных Глубинах несколько лет назад.       - Господин Вэй, ты проснулся! - Вэнь Нин поспешно поклонился: - Я попрошу сестру прийти немедленно.       И прежде чем Усянь успел произнести хоть слово, молодой человек исчез. Ситуация внезапно стала более чем тревожной, и мысли Вэй Ина запрыгали, как взбудораженные кролики. Как такое возможно? Как он попал в деревню, оккупированную Вэнями? Он часто задавался вопросом, что случилось с его робким другом во время войны, и надеялся, что, когда всё закончится, у него появится шанс разыскать его, но время шло, а у него так и не появилось подобной возможности. Вэй Ин не мог не задаваться вопросом, что Вэнь Нин чувствует к нему сейчас. Он знал, что между Вэнь Нином и его двоюродными братьями и дядей не было любви, но они всё ещё оставались его семьёй, а Вэй Усянь сыграл значительную роль в их падении.       Пока он раздумывал, стоит ли ему попытаться сбежать, хотя и сомневался, что ему это удастся в данный момент, когда тело кажется невероятно тяжёлым и неуклюжим, в дверной проём осторожно заглянула взлохмаченная маленькая голова. Взгляд Вэй Усяня встретился с большими круглыми глазами, которые рассматривали его с явным любопытством, а потом голова исчезла, юркнув за деревянные панели стены. Но как только юноша подумал, что ребёнок, должно быть, убежал, его голова появилась вновь.       - Господин, не окажешь ли ты мне честь, назвав своё имя? - Вэй Усянь улыбнулся маленькому мальчику, надеясь, что он не кажется ему слишком страшным. Юноша едва мог двигать головой, но чувствовал, что всё его туловище перевязано, а значит ужасные раны на его спине и плечах не видны, и не должны вызывать слишком много беспокойства.       Мальчик тем временем отважился войти в комнату.       - Я А-Юань, а ты больной гэгэ.       Вэй Усянь рассмеялся, услышав его слова. Это было, безусловно, точное описание, хотя и не очень лестное. Он надул губы, когда ответил:       - Меня зовут не больной гэгэ. Что за кошмарный способ обращаться к своему старшему? - Он снова улыбнулся, увидев, что мальчик тоже начал дуться. - Но ты можешь называть меня Сянь-гэгэ, как тебе это?       Мальчик подошёл ближе:       - Хорошо. Тётя Цин сказала, что ты болен, и я должен вести себя тихо, а дядя Нин сказал, что ты его друг, и плохой человек причинил тебе боль.       Вэй Усянь слегка поморщился. Это не было необоснованным предположением, но они, должно быть, не слышали о его дезертирстве, потому что великие Ордены мало сочувствовали перебежчикам.       Его мысли были прерваны появлением Вэнь Нина. На этот раз вместе с ним пришла его сестра, лицо которой выглядело суровым и недовольным.       - Вэй Усянь, вижу, ты снова попал в беду. А-Юань, иди и поиграй с бабушкой. - Мальчик тотчас кинулся прочь из комнаты, а целительница снова повернулся к Вэй Усяню: - Позволь мне взглянуть на то, как поживают твои раны.       Не дожидаясь ответа, она начала снимать бинты с тела юноши, и тот почувствовал себя немного обиженным столь резким обращением, однако высказывать своё возмущение вслух поостерёгся: Вэнь Цин легко могла причинить ему вред, если бы захотела.       - М-м-м. Думаю, я смогу удалить иглы, которые ограничивают твои движения сейчас, если ты не будешь пытаться вставать ещё несколько дней. Твоя спина хорошо заживает, но останутся шрамы. Однако это не должно повлиять на твою мобильность, если ты не нанесёшь себе больше урона.       Вэй Усянь поморщился, когда целительница извлекла иглы, которые, как он теперь осознал, были воткнуты ему в спину и загривок. Тело мгновенно стало ощущаться более лёгким, и Вэй Ин, с удовольствием покрутив запястьем, потянулся, чтобы почесать нос.       - Вэнь Цин, спасибо тебе за заботу. - Усянь медленно сел и попытался вытянуть руки вперёд, чтобы поклониться, но поморщился от напряжения мышц спины.       - Не нужно благодарности. Ты спас моего младшего брата. Я возвращаю долг.       Вэй Усянь не сразу сообразил, о чём говорит целительница. Он почти забыл о водной бездне. Казалось, это было целую жизнь назад.       - Где я? – поборов смущение, спросил юноша, и Вэнь Цин бросила на него оценивающий взгляд:       - Мы в деревне на окраине Гусу.       Это не имело никакого смысла. Как могли брат и сестра Вэнь жить на территории Ланей? И знал ли об этом Орден Лань?       - Как... почему ты здесь?       Целительница сделал паузу, как будто раздумывая, стоит ли ему отвечать, но затем всё-таки произнесла:       - Это всё учитель Лань. Он связался со мной во время войны и предложил убежище всей моей семье. – Вэнь Цин слегка нахмурилась. - Я до сих пор понятия не имею, почему или как он вообще узнал, что я приму такое предложение. - Она посмотрела в глаза Усяню, и он прочитал в них вину. - Я никогда не поддерживала действия Вэнь Жоханя, и моя семья всегда была под угрозой. Лань Цижэнь предложил мне способ доставить их в безопасное место, и я согласилась. Я навсегда у него в долгу за это.       Вэй Усянь был ошеломлён. Он знал, что Лань Цижэнь был хорошим человеком. В конце концов, он рисковал своей жизнью, чтобы спасти Вэй Усяня в Лунтяньсяне, но это было нечто большее, чем просто хороший поступок. Найти двух студентов, которых он едва знал до войны, и предложить им землю для всего их клана, это было деяние самого щедрого и праведного человека, которого он когда-либо встречал. Неудивительно, что Лань Чжань вырос таким хорошим, когда у него был такой потрясающий пример для подражания.       - Но разве не опасно носить имя «Вэнь» в этих краях?       - Теперь мы известны как Ваны за пределами этой деревни. Ван Юйсинь была одним из наших предков. Она вышла замуж за Вэня в Дафане и принесла с собой медицинские знания, которыми мы дорожим по сей день. Мы решили изменить своё имя на публике, чтобы почтить её память.       Вэй Ин слегка кивнул, задумчиво потирая кончик носа, и целительница вздохнула:       - Итак, теперь ты знаешь нашу историю, давай, расскажи мне свою: как ты попал сюда в таком состоянии?       Усянь опустил взгляд:       - Я дезертировал из Ордена Юньмэн Цзян.       - Хм! Я не знала, что решение покинуть Орден штрафуется поркой, - саркастически проговорила Вэнь Цин, и Вэй Усянь поморщился.       Он лихорадочно обдумывал, как много может ей рассказать. Он знал, что отказ от предложения руки и сердца также обычно не оправдывает того обращения, которое он получил, но госпожа Юй всегда была очень строга когда наказывала своего главного ученика, и он, как правило, действовал ей на нервы больше, чем большинство людей. Усянь вынужден был признать, что постороннему будет трудно это понять.       Он услышал, как Вэнь Цин вздохнула.       - Есть ли кто-нибудь, с кем ты хотел бы, чтобы мы связались?       Это был вопрос, который Вэй Усянь задавал себе с тех пор, как проснулся. Когда Хао Цзюньвэй предложил бывшему главному ученику поехать в Гусу, это казалось очевидным выбором, и ему было слишком больно, чтобы всё обдумать. Он знал, что Лань Чжань был бы рад его видеть, но чем больше он думал об этом, тем больше понимал, что это стало бы эгоистичным решением. Как бродячий заклинатель, который таким сенсационным образом порвал со своим Орденом, он не мог претендовать на гостеприимство Гусу Лань. На самом деле, если они примут его, это может быть воспринято как оскорбление Цзянов и может нанести непоправимый ущерб отношениям между двумя Орденами. Миру совершенствования не нужны новые раздоры между великими домами, когда он всё ещё восстанавливается после кровопролитной войны. С другой стороны, он вспомнил, что Хао Цзюньвэй отправил сообщение Лань Чжаню, что, несомненно, означало, что тот попытается его найти.       - Лучше, если никто не будет знать, что я здесь… но не могла бы ты отправить сообщение так, чтобы никто не знал, откуда оно пришло?       Вэнь Цин бросила на Усяня проницательный взгляд:       - Мн, думаю, мы могли бы что-нибудь придумать.       Вэй Ин почувствовал облегчение. Он сообщит Лань Чжаню, что с ним всё в порядке и попросит не искать его, а пока будет понемногу выздоравливать и решать, куда ему идти и что делать. Он уже пережил потерю своей семьи раньше, но теперь у него были навыки, чтобы зарабатывать себе на жизнь. Он хотел бы попрощаться с шицзе, но ему вряд ли бы позволили приблизиться к ней сейчас. Он больше не имел никаких прав на какие-либо отношения с ней, не будучи частью Ордена Цзян.       Вэй Ин не был уверен, смогла ли целительница прочесть его чувства по выражению на лице, но она сочувственно похлопала его по плечу и ушла, чтобы принести ему бумагу и чернила.