Into The Deep

На следующий день Нил зашёл в лабораторию Бетси. Воспоминания о песне Эндрю не давали ему покоя всю ночь; преследующее, раздирающее сердце эхо, от которого он никак не мог избавиться. Сон был беспокойным, за веками мелькали видения тенистых вод и тяжёлого, тягучего течения. Они не покидали его даже утром, когда он проснулся, призраки снов преследовали его в душе. Голос Эндрю словно жил под его кожей, гудел в венах и бился в сердце. Ему нужны были ответы. Он должен был знать, что значит для человека петь. Для Эндрю — петь. С опаской Нил просовывает голову в дверь. На первый взгляд, лаборатория пуста. Ещё рано, возможно, Бетси и Кевин ещё не пришли, но тут он замечает знакомую высокую фигуру в дальнем углу, сгорбившуюся над чашкой кофе. — Привет, — приветствует Нил. Кевин вздрагивает, чуть не опрокинув от удивления кружку с кофе. Он оборачивается и хмуро смотрит на Нила, его волосы в беспорядке. — Не делай этого, — огрызается он. — Чего? — невинно спросил Нил. — Не подкрадывайся ко мне, — шипит Кевин, — клянусь, я никогда не услышу, если ты подойдёшь. — Извини, — говорит Нил, совсем не имея ввиду извинения. Он прислонился к одному из столов, осматривая лабораторное оборудование. — Бетси тут? — Она на конференции, — ворчливо отвечает Кевин, — вернётся только завтра, — он делает паузу, отрывая взгляд от своего рабочего места. — А что? Тебе что-то нужно? — Типа того, — уклончиво отвечает Нил. — У меня есть несколько вопросов о мерах. Кевин выпрямляется, выражение его лица меняется с раздражённого на заинтересованное. — Значит ли это, что ты наконец-то расскажешь мне, о чём вы с Эндрю разговариваете? — сухо спросил он. Нил закатывает глаза. Как и предсказывал Мэтт, Кевин уже несколько месяцев преследует его, требуя подробностей о том, что говорит Эндрю. До сих пор Нил аккуратно уклонялся или откровенно игнорировал все попытки, но это его не останавливало. Кевин может считать это тщательным сбором информации, но в глазах Нила тот просто любопытен. — Нет, — резко отвечает он, — я уже сказал тебе, что это не твоё акулье дело. Кевин смотрит на него, раздражённо отмахиваясь от отказа. — Тогда что? Нил колеблется, не зная, как затронуть эту тему. — Что ты знаешь о пении меров? — наконец спрашивает он. — Не так много, — признаётся Кевин, откинувшись в кресле, — их так редко видели, что у нас почти нет данных о них, — затем он смотрит на Нила, недоверчиво нахмурив брови. — Почему ты спрашиваешь? Что-то случилось? — Ничего не произошло, — лжёт Нил, — Просто ответь на вопрос. — Нил. — Кевин. Долгое время они смотрят друг на друга с молчаливым вызовом, прежде чем Кевин вскидывает руки. — Ладно, ладно, — ворчит он, — Мы действительно мало что знаем о мерах, но есть несколько теорий. — Хорошо, — говорит Нил, устраиваясь поудобнее, — Итак, я весь во внимании. — Ну, одна из теорий состоит в том, что это форма общения, предназначенная для соратников и членов семьи, — начинает Кевин, — Используется для поиска друг друга, когда они разлучаются, или для общения на больших расстояниях. Нил нахмурился. Это казалось неправильным. Аарон и Ники находились в том же баке, что и Эндрю, и никогда не были дальше, чем в двух шагах от него. — Что ещё? Кевин с любопытством наклоняет голову, но на этот раз не настаивает. — Есть ещё одна теория, — продолжает он, — что это для венчальных ритуалов. Мозг Нила с визгом останавливается. — Венчальный ритуал? — На данный момент это всего лишь гипотеза, — говорит Кевин, — но да. Теория состоит в том, что меры поют, пытаясь завоевать потенциальных партнёров. Если желаемая пара поёт в ответ, то ухаживания принимаются, но если песня игнорируется… — И что тогда? — спрашивает Нил. Кевин бросает на него странный взгляд. — Тогда это считается отказом. Земля прогибается под его ногами, и Нил теряет равновесие. Он хватается за край стола, чтобы сохранить равновесие, а его разум пытается перезагрузиться. Слова «ухаживание» и «отказ» повторяются в его мозгу, но он никак не может понять их смысл. И всё же что-то в этом предложении звучит странным аккордом, диссонансом, и этого достаточно, чтобы он вновь обрёл душевное равновесие. Эндрю сам говорил, что любовь между мерфолками и людьми невозможна. Более того, он настаивал на этом. Не может быть, чтобы его песня имела в виду именно это. Кроме того, песня не была похожа на песню надеющегося поклонника. Она звучала грустно, как будто Эндрю оплакивал что-то уже давно потерянное. — И это всё? — спросил Нил, вернув себе спокойствие. — Там нет ничего о мерах и… горе, может быть? — Насколько я знаю, нет, — сказал Кевин, с каждой минутой всё более озадаченный. — Нил, о чём это? — его глаза расширились, на лице появилось понимание. — Эндрю…? — Пока, Кевин, — бормочет Нил, отталкиваясь от стола. — Подожди! Нил останавливается у двери и оглядывается. — Что? — Это важно, — быстро говорит Кевин, поднимаясь на ноги, — если Эндрю пел, я должен знать, почему. Это может стать огромным прорывом в данной области, мы впервые наблюдаем это в плену… — Я уже сказал тебе, что это не твоё акулье дело, — отрывисто произносит Нил, — Если ты так настроен найти доказательства существованию своих теорий, то спрашивай у меров, а не у меня. — Я пытался, — огрызается Кевин, — Аарон просто отмахнулся от меня и проигнорировал. Ники просто решил, что я к нему пристаю. От этих двоих невозможно добиться ничего полезного. — Так спроси у Эндрю. — Ты же знаешь, что это ни к чему не приведёт. Он не хочет со мной разговаривать. — Может быть, когда-то это и было правдой, но не сейчас, — говорит Нил, — спроси его вежливо, и он расскажет тебе всё, что ты хочешь знать о мерах. Нужно только задавать правильные вопросы… и, возможно, дать ему небольшой стимул. Кевин делает паузу, кажется, удивлённый. — …Какого рода стимул? — Разберись сам, — вздыхает Нил. Он несколько секунд рассматривает Кевина, а затем добавляет. — Он любит мороженое. Кевин уставился на него. — Мороженое? — Мороженое на палочке, с шоколадной глазурью и дроблеными грецкими орехами, — уточняет Нил, — но в крайнем случае подойдёт любое шоколадное. — Я… — начал Кевин. Он прерывает себя, качая головой. — Хорошо. Ладно. Спасибо за подсказку. — Не за что, — говорит Нил, — Удачи.

***

Действительно, Нил должен был знать, что если он хочет получить конкретные ответы, то лучше всего спросить самого Эндрю. Поэтому, отправляясь кормить мера, он просит Эндрю остаться в стороне. Мер в это утро молчит, выражение его лица более настороженное, чем обычно. Это не особенно характерно для него, но Нил не может отделаться от ощущения, что дистанция между ними увеличилась, как будто за ночь была возведена новая, негласная граница. Нил не знает, почему, но предпочитает не задаваться этим вопросом. Если Эндрю сегодня нужно пространство, то Нил ему его предоставит. К счастью, мер всё же выполняет его просьбу подождать. Он задерживается у края платформы, приподняв бровь. — Что такое? — Я хотел спросить тебя кое о чём, — начал Нил, — о прошлой ночи, когда ты пел… Выражение лица Эндрю застывает, его взгляд становится отстранённым и холодным. — Я уже сказал тебе. Это ерунда, — говорит он категорично. — Но… — протестует Нил. — Нет, — говорит Эндрю. Рот Нила захлопывается от этого приказа, но это нисколько не смягчает его разочарования. Взгляд Эндрю дрейфует, его глаза устремлены вдаль. — Это пустяк, — твёрдо говорит он, скорее себе, чем Нилу. — Просто забудь об этом. — Я… Ладно, — говорит Нил, слегка озадаченный. Но прежде чем он успевает спросить что-то ещё, Эндрю снова погружается под воду, исчезая из виду. Весь оставшийся день Нил отвлекается, погружаясь в свои мысли. Его мысли постоянно возвращаются к Эндрю, к этому странному, ноющему ощущению в груди. Он не знает, что послужило причиной внезапного отдаления Эндрю, но не может отделаться от ощущения, что в этом есть и его вина. Может быть, он слишком много думает. Может быть, Эндрю просто не выспался. Может быть, это действительно ничего не значит. После обеда он прислонился к перилам вокруг аквариума, размышляя о том, стоит ли задерживаться допоздна, чтобы снова попытаться поговорить с Эндрю. Он уже в третий раз отговаривал себя от этого, когда голос Мэтта отвлёк его от размышлений. — Нил, дружище, — говорит он, обнимая его за плечи, — я практически слышу, как перегреваются твои мозги. Что у тебя на уме? Нил пожимает плечами, не в настроении говорить об этом. Мэтт морщится в знак сочувствия, но не настаивает. — Как хочешь, — говорит он, — но если тебе нужно отвлечься, сегодня вечером мы идём куда-нибудь. Нил моргает и смотрит на него. — Кто идёт? — Я и Дэн, конечно, — говорит Мэтт, — Эрик и Кейтлин. Жан и Джереми. Кевин тоже, если Джереми сможет его убедить. Ты должен прийти, будет весело! — Я не знаю… — пробормотал Нил, оторвавшись от своих мыслей. Он снова оглядывается на аквариум и замечает Эндрю, притаившегося на краю скал. Мер внимательно наблюдает за ним, но как только взгляд Нила сходится с его взглядом, он отворачивается и без слов ныряет обратно под воду. Что ж. Это ответ на вопрос, стоит ли ему задерживаться сегодня. — Я пойду, — говорит он Мэтту, внезапно отчаянно желая оказаться где угодно, только не здесь. — Во сколько? — Правда? — говорит Мэтт, на его лице отражается удивление. — Хорошо, отлично! Мы встречаемся там в девять. Я заеду за тобой. — Отлично, — говорит Нил, — тогда увидимся.

***

«Сумерки моря» — старый, шумный паб, расположенный в нескольких кварталах от аквариума. Нил помнит, как много раз проходил мимо него по дороге на работу и обратно, но никогда не видел его в самый пик активности, освещённым изнутри и до отказа набитым болтовней и громким смехом. Нил последовал за Дэн и Мэттом внутрь, разглядывая переполненный бар. Он на мгновение задумался, не будет ли его грязная одежда неуместной для ночной вечеринки, но, к счастью, в «Сумерках» царит преимущественно непринуждённая атмосфера. Мэтт первым заметил их группу среди толпы людей, расположившихся за деревянными столиками с высокими столешницами. Джереми и Жан сидят за большим круглым столом у задней стенки, между ними расположился краснолицый Кевин. Напротив них — Кейтлин и Эрик, явно увлечённые глубоким разговором. — Сюда, — зовёт Мэтт, беря Дэн за руку и легко проталкиваясь сквозь толпу, словно проходя через Красное море. Нил следует за ним, осматривая место по привычке. Он давно не был в такой большой толпе и никогда не любил ночную жизнь, но, по крайней мере, место, которое выбрали остальные, находится довольно близко к аварийному выходу. — Привет, ребята! — приветствует Кейтлин, когда они, наконец, добираются до столика. Они с Эриком придвигаются к Джереми, освобождая для них место с краю. — Привет, Кейт, — говорит Мэтт, занимая место слева от Эрика. Нил ждёт, пока Дэн проскользнёт внутрь, и занимает место с внешней стороны. К его облегчению, здесь, в углу, тише, чем в остальной части паба. — Вы все очень вовремя, — говорит Джереми, — мы как раз собирались заказать еще одну порцию. Дэн, Мэтт — как обычно? — Да, пожалуйста, — говорит Дэн. — Мне только пиво, — говорит Мэтт, — Я за рулём. — Понял. Нил? — говорит Джереми, поворачиваясь к нему и указывая на него. — Выпивка? — Нет, спасибо, — отказывается Нил, — Я не пью. — Тогда содовую, — предлагает Джереми. Когда Нил не протестует, он делает движение, чтобы встать. — Кевин, ты не мог бы мне помочь? — Конечно, — говорит Кевин. — Я тоже пойду, — говорит Жан, нежно касаясь локтя Кевина, — Прямо за тобой, mon p'tit chou. Кевин краснеет от тихого французского, но кивает и выскальзывает из-за стола, следуя за Джереми к бару. Нил с любопытством наблюдает за ними, не зная, что сказать по поводу необычно взволнованной манеры Кевина. — Они…? — спрашивает Мэтт, следя за взглядом Нила. Они молча смотрят, как трое мужчин прислоняются к барной стойке, а Кевин снова оказывается посередине. Джереми практически прильнул к Кевину, его лицо обращено вверх в восторженном внимании. Жан, напротив, слегка наклонился, чтобы поговорить с Кевином на ухо, его рука легонько лежит на спине Кевина. — Думаю, да, — отвечает Дэн, на её лице появляется небольшая улыбка. — Как раз вовремя, если хотите знать моё мнение, — Эрик добавляет. — Они слишком долго крутились друг вокруг друга. — Слишком долго, — соглашается Мэтт. — Что ты имеешь в виду? — Нил спрашивает. — Я думал, Джереми и Жан вместе. — Они вместе, — говорит Кейтлин, — уже много лет. — Тогда…? — Разве это не очевидно? — спрашивает Дэн, приподняв бровь. — Они оба давно влюблены в Кевина. А Кевин, ну… — Он тоскует уже несколько месяцев, — заговорщически шепчет Мэтт. — И не так уж тайно, заметьте. Нил хмурится, неубеждённый. — Я никогда этого не замечал. Мэтт фыркнул: — Да, это следы. Прежде чем Нил успевает спросить, что он имеет в виду, Кейтлин поворачивается к нему с доброй улыбкой. — Я рада, что ты пошёл с нами, Нил, — говорит она. — Это здорово, что мы можем проводить время вне работы тоже. — Я тоже, — добавляет Дэн, игриво подталкивая Нила. — Ты так часто отказывал нам, что я уже начала думать, что мы тебе не нравимся. Нил удивлённо моргает. — Вы мне нравитесь, — честно говорит он, — просто я не люблю напиваться. — Мы не будем давить на тебя, чтобы ты пил, — серьёзно говорит Эрик, — можешь об этом не беспокоиться. Нил борется с желанием съёжиться, испытывая дискомфорт от внезапного внимания. — Кто-нибудь слышал что-нибудь о Рене? — спрашивает он, меняя тему. — Кажется, она несколько раз писала Жану, — предлагает Мэтт, — но больше мы ничего не слышали. — Я скучаю по ней, — грустно сетует Кейтлин. — Без неё всё не так, как раньше. — Мы могли бы позвонить ей по видеосвязи, — предлагает Дэн. — Я правильно расслышал? — говорит Джереми, возвращаясь к столу, Жан и Кевин следуют за ним. — Мы звоним Рене? — У тебя ведь есть её новый номер? — спрашивает Жан, глядя на Дэн. — Если нет, я могу… — Не нужно, — говорит Дэн, доставая свой телефон, пока трое мужчин раздают напитки и возвращаются на свои места, — он у меня. Одну секунду… Она нажимает несколько кнопок на экране, затем ставит телефон в центр стола, чтобы все могли его видеть. Гудки длятся несколько секунд, прежде чем соединиться, а затем на экране появляется лицо Рене. — Привет, Рене, — хором говорят остальные. Нил наклоняется, чтобы лучше видеть её. Она выглядит измождённой, но улыбается. — Привет всем, — приветствует она. — Как вы все? — У нас всё хорошо, — отвечает Дэн. — Скучаем по тебе! — Я тоже по вам скучаю, — ласково говорит Рене. — Вы в «Сумерках»? Мне показалось, что я где-то видела эти обои. — Да! — подхватывает Мэтт, поднимая за нее тост своим пивом, — Нил согласился пойти с нами сегодня вечером. — О, Нил тоже там? — Рене спрашивает. — Привет, Нил! Как дела у меров? Всё в порядке? Нил кивает, запоздало осознавая, что он вышел из кадра. — Они в порядке, — добавляет он, — Эндрю позволил Эбби осмотреть его. Рене искренне удивляется этой новости. — Правда? Это здорово! — Как твоя русалка? — спрашивает Жан, выражение его лица серьезно. — Элисон, верно? Последний раз мы говорили… Улыбка Рене исчезает, глаза грустнеют. — Боюсь, не намного лучше, — отвечает она, — мы всё ещё не можем заставить её есть хоть что-нибудь. — Почему? — спросил Нил. — Она больна? — В некотором плане, — мрачно отвечает Рене. — Её… партнёр умер. — Подождите, — говорит Дэн, нахмурив брови, — я думала, её подбросил полумёртвую и одинокую какой-нибудь богатый мудак. — Да, почти, — говорит Рене, её голос дрожит от едва скрываемого гнева, — её партнёр умер до того, как она пришла сюда. Судя по всему, он был болен уже некоторое время, но никто этого не заметил. К тому времени, когда одна из домработниц поняла, что что-то не так, он был мёртв уже почти неделю. — Нет, — шепчет Кевин. Джереми берёт его руку и крепко сжимает её. Эрик ругается на немецком языке, делая большой глоток из своего бокала, а лицо Кейтлин бледнеет. Нилу становится плохо. Это было достаточно ужасно — ехать по побережью с истекающей кровью Мэри на пассажирском сиденье. От одной мысли о том, что ему предстояло провести в ловушке с её трупом целую неделю, у него сводило желудок. — Это ужасно, — потрясённо говорит Дэн. — Неудивительно, что она борется, бедняжка, — Мэтт тянется к ней, обнимает её за плечи и притягивает к себе. — Она когда-нибудь поправится? —спрашивает Нил. — Ты знаешь, что меры заключают брачные узы на всю жизнь, да? — спрашивает Кевин. Когда Нил кивает, он продолжает. — Нам ещё многое предстоит узнать об их брачных ритуалах, но связь между спарившейся парой поразительно сильна, — он колеблется и смотрит на Рене в поисках помощи. — Мы делаем всё возможное, чтобы помочь ей, — добавляет Рене, — но мы можем сделать только очень мало. Она должна сама решить, хочет ли она жить, а потерять пару — нелёгкая задача для меров. — Извините, я на минутку, — говорит Кейтлин, её голос слегка напряжён. Она поднимается, заставляя Дэн, Мэтта и Нила встать и выпустить её. Нил смотрит, как она, спотыкаясь, уходит в толпу. — Я понял, — говорит Эрик под обеспокоенным взглядом Дэн, вставая, чтобы пойти за ней, — извините. Когда он тоже исчезает, все трое возвращаются на свои места. — С ней всё в порядке? — спрашивает Рене. — Простите, я не должна была упоминать это. — Ты не виновата, — заверил её Жан, — это я спросил. Они беседуют с Рене ещё несколько минут, после чего Дэн кладёт трубку. За столом всё ещё чувствуется неловкость. Нил оглядывает толпу, но ни Кейтлин, ни Эрика не видно. — Может, нам пойти поискать их? — спрашивает он. — С ними всё будет в порядке, — говорит Джереми. — Эрик присмотрит за Кейтлин. Я думаю, ей просто тяжело, понимаешь? Для них обоих, правда. Нил смотрит на него с недоумением. — Что ты имеешь в виду? — Они уезжают, — говорит Жан. — Эрик скоро заканчивает аспирантуру и возвращается в Германию. Стажировка Кейтлин заканчивается в конце лета, и после этого она переезжает в Калифорнию. От осознания этого у него в животе появляется лёд. — Как они могут так поступить? — спрашивает он. — Почему они просто оставили Ники и Аарона? — Они в затруднительном положении, — мрачно говорит Дэн, — в Калифорнийском университете есть отличная программа для выпускников по морской биологии, и у них есть место для Кейтлин. Она будет дурой, если откажется, лучшего предложения она не получит. — А Эрик уже получил место научного сотрудника в одном из институтов Бремена, — добавляет Мэтт. — Кроме того, даже если бы он остался, его виза истечет через месяц после окончания учёбы. В любом случае он будет вынужден вернуться. — Я всё ещё не понимаю, как они могут так просто решить это, — не понимает Нил. — Для них это было нелегко, — вздыхает Джереми, — я имею в виду, что, ни Кейт, ни Эрик не ожидали, что станут настолько… привяжутся к ним. Я уверен, что у них обоих будто забирают частичку души, оба беспокоятся о том, как Аарон и Ники будут жить без них. — Даже если бы они остались, это не продлится долго, — говорит Кевин, как всегда прагматичный, — как бы сильно они ни любили друг друга, они не смогут быть вместе, не совсем. Что Кейтлин и Эрик собираются делать? Отложить всю свою жизнь на потом, всего лишь на несколько украденных часов? Отказаться от всего, от всех желаний и планов ради отношений, которые обречены на провал? Это не сработает. Нил скрипит зубами, в ярости по причинам, которые он не может объяснить. — Ты ошибаешься, — говорит он Кевину, потому что больше всего на свете хочет, чтобы это было правдой. — Это может сработать, если они очень постараются. — О, Нил, — мягко говорит Дэн, её взгляд наполнен сочувствием. Нил отказывается смотреть на неё, допивает остатки газировки, бросает на стол несколько долларов и поднимается на ноги. — Спасибо за приглашение, — говорит он прямо. — Я отправляюсь домой. — Подожди… — начал Кевин, выглядя потрясённым, — я не имел в виду… — Подожди, — говорит Мэтт, поднимаясь на ноги. — По крайней мере, давай я подвезу тебя. Нил только качает головой. — Спасибо, но я пройдусь, — говорит он. — Увидимся позже, ребята. — Нил… — Кевин снова повторяет, на этот раз более настойчиво. — Нил, подожди! Нил игнорирует его, протискивается через паб и выходит на прохладный ночной воздух. Неподалёку он замечает Эрика, который тихо разговаривает с красноглазой Кейтлин. — Они знают? — Нил требует, подходя к ним. — Ты сказал ему, что планируешь уехать? Кейтлин недоуменно смотрит на него, но Эрику хватает благородства ответить спокойно. — Конечно, Ники знает, — говорит он, — я не называл ему точную дату, но он с самого начала знал, что в конце концов мне придётся вернуться в Германию. — А ты, — говорит Нил, обращаясь к Кейтлин, — ты сказала Аарону? Или ты планируешь дать ему возможность понадеяться, прежде чем оставить его? — Я… — Кейтлин заикается, на ее глазах наворачиваются слёзы. — Я ему ещё не сказала. Он знает, что я подала заявление, что это возможно, но… — она тяжело сглатывает, её нижняя губа дрожит. — Я ещё не решила, что буду делать. Я не хочу уходить, я не хочу причинять ему боль. — Но ты всё ещё думаешь об этом, — закончил Нил, — не так ли? — В ответ на молчание Кейтлин он качает головой. — Просто забудь об этом, — говорит он. — Спокойной ночи. Его квартира находится не так далеко, поэтому он натягивает капюшон и начинает идти. Несмотря на холод, у входа в паб довольно много людей, но Нил протискивается мимо них, не сбавляя скорости. В своём стремлении уйти он чуть не сбивает женщину. Она хватается за него, впиваясь длинными ногтями в руку, но Нил лишь бормочет извинения и отходит от неё, торопясь уйти, пока она не успела ответить. Вернувшись домой, он снимает ботинки и ложится в кровать, даже не потрудившись переодеться. Злость в основном рассеялась, но в груди все равно осталась горечь, неловкая смесь всепоглощающей грусти и возмущённого разочарования. Не желая больше зацикливаться на своих запутанных чувствах, он закрывает глаза и позволяет себе забыться.