"Сюаньлун - сокровенный дракон"

      — Ты узнал, что случилось?       Вернувшись домой, Сяо Чжань усадил Ибо на диван, а сам лег, положив ему на колени голову, а сверху его руку, призывая себя гладить. Чему тот и не думал противиться. Гладить и перебирать длинные, шелковистые волосы дракона было одним из любимых занятий молодого человека. В ожидании ответа Ибо медленно протягивал черный шелк волос сквозь пальцы, наслаждаясь их мягкостью и легким, терпким запахом лотоса. Удивительно, но сколько бы раз Сяо Чжань ни мыл голову шампунем, его химозный запах быстро исчезал, а его место занимал природный аромат водного цветка. Иногда Ибо думал, что запах пламени куда больше подошел бы супругу, но, вспоминая его добрый нрав, приходил к согласию, что терпкость лотоса — его запах. Не зря рядом с ним он успокаивался, чувствуя себя в безопасности, Ибо расслаблялся и зачастую погружался в медитативное состояние.       — Не знаю, — наконец ответил дракон. Его голос звучал устало и лениво, словно он прилагал усилия для ответа, — Я не нашел тело Ло Юньси.       Как бы Ван Ибо ни желал услышать продолжение, ленивое состояние супруга говорило ему, что тому необходимо отдохнуть. Поэтому молодой человек не стал мучить дракона дальнейшими расспросами, продолжив молча копошиться в его волосах, удивляясь самому себе. В другое время он бы не обратил внимания на состояние мужчины, завалив его вопросами, но сейчас, открыв свое сердце любви, желал возлюбленному покоя, так как имел стремление заботиться о нем. Ибо не питал иллюзий и прекрасно понимал, что мало чем может помочь супругу, кроме как стать его тылом, домом, чтобы, находясь рядом с ним, дракон мог расслабиться, снять маску Великого дракона и стать Сяо Чжанем.       Сколь могущественным ни было бы существо, отдых требовался любому. А уж такому, как Великий дракон, тем паче. Его усталость была не физического плана: разум дракона думал о многих вещах одновременно, что утомляло. Конечно, первоначальные думы были о том, какие цели преследует тот, кто убил Байлуна. О том, кто это был, у дракона вопроса не возникало, хотя, безусловно, была любопытна личность исполнителя воли повелительницы демонов. Пока Ван Ибо ерошил волосы супруга, тот успел расслабиться и заметно успокоиться. Если до возвращения домой он ощущал себя натянутой пружиной, то сейчас напряжение ушло, дав место лености и сонливости.       — Пошли спать, Чжань-гэ, — Ибо откинул волосы с лица супруга и улыбнулся ему, когда тот обратил на него свой взгляд.       Вместо ответа Сяо Чжань потянул его за руку, вынуждая лечь рядом. Молодой человек вытянулся вдоль спинки дивана, обняв дракона и прижав к себе поближе, чтобы тот, не дай бог, не упал. Мужчина закрыл глаза и уткнулся в грудь Ибо. Слушая его сердце, он незаметно для себя погрузился в дрему под его размеренное биение. Вслед за ним и Ибо поддался сну, наслаждаясь освежающим запахом волос возлюбленного.

***

      Внешне спокойный и безразличный Хоу Минхао внутри напоминал огнедышащий вулкан. Но не потому, что был зол, нет, в нем полыхали волнение и нервозность, доводящие до исступления. Хвалиться или бахвалиться на людях было не в его правилах, но он был не глупым и умел трезво оценивать себя и свои возможности — он понимал, что более чем кто-либо достоин занять место Байлуна. Ну а после разговора у костра, где товарищи поддержали его невысказанное мнение, молодой дракон ожидал какого-то волшебства.       Он примерно знал, как происходят выборы хранителя. Со слов Ли Дайкуня, драконы должны сделать свой выбор, и тот, за кого будет большинство, займет желанное место. Большое время, проведенное в сожительстве с людьми, дало и некую картину выборов. Хоу Минхао представлял все это действо примерно так же, как и все выборы в человеческом мире: то есть все собираются в одном месте, где вербально или посредством бюллетеней отдают голоса, а затем по результатам победителю вручают регалии, подтверждающие победу.       Реальность оказалась совершенно не такой.       После костра несколько дней молодой дракон ожидал, что его призовут для проведения выборов, но ничего не случилось. Разговоры о том, кто станет новым Байлуном, тоже стихли — демоны не давали особо расслабиться. Серьезных атак они не проводили, но изматывали внезапными, точечными набегами. Словно зная, куда надо бить, точно и наверняка, они нападали на небольшие отряды разведчиков или же на часовых. Само собой, тут все мысли о том, как бы не попасться на подобную атаку и, не дай боги, не погибнуть.       В одну из ночей Хоу Минхао, наконец, получил ответ на все свои вопросы, рассеявший его сомнения и раздражение. Он резко проснулся, словно кто-то повернул рубильник и, просто-напросто выключив его сон, включил бодрствование. Мозг еще не успел проснуться, а тело почувствовало изменение. Дракон не раз и не два принимал энергию от своих партнеров, поэтому безошибочно определил, что его меридианы наполнились ею. Но это был не привычный небольшой ее объем, в этот раз он ощутил, словно его буквально надули жизненной ци, она огненным потоком бурлила в его жилах. Дракон не на шутку перепугался, что не сможет ее принять и лопнет от переизбытка.       Но и это оказалось не всем испытанием, что ему предстояло. Вместе с чувством переполнявшей его энергии Хоу Минхао «услышал» тысячи голосов, раздававшихся в его голове, и вместе с этим ощутил мириады эмоций. Неподготовленный, не ожидавший подобного, дракон начал задыхаться, захлебываясь чужими чувствами, не понимая, где чьи эмоции, потерявшись в гуле голосов, не в состоянии разобраться, о чем они говорят. Происходящее ввергло дракона в панику. Свернувшись калачиком, он заходился в немом крике, умоляя голоса замолчать, а Отца Небес прекратить его страдания, убив.       Вдруг чья-то рука легла ему на спину, распространяя приятную прохладу по горящим огнем меридианам. Вместе с этим в голове стихли голоса, и Хоу Минхао расслабился. Из глаз хлынули непонятно откуда взявшиеся слезы облегчения, а из горла вырвался протяжный стон.       — Нелегка ноша хранителя, — было последнее, что услышал молодой дракон, прежде чем провалиться в спасительную темноту.       Сперва он решил, что это сон, но дракон чувствовал, как кто-то ощупывал его тело, проверяя каналы духовной энергии. Иногда этот кто-то шептал заклинания, но Минхао не мог сосредоточиться, чтобы разобрать слова. Одно он понимал точно: неизвестный помогал ему справиться со свалившимся на него могуществом. О том, что это именно могущество, дракон понял сразу, правда, не мог сосредоточиться на этом понимании из-за неприятных последствий оного.       Хоу Минхао не видел незнакомца, но знал, что им был никто иной, как Великий дракон. Внимательно прислушиваясь к происходящему со своим телом, молодой дракон не сразу понял, что находится не в своей палатке. А когда смог открыть глаза, с удивлением обнаружил, что лежит на камнях возле озера в пещере. Возникшее было желание вскочить потухло так же быстро, как и появилось; дракон остался лежать, где был, лениво осматривая каменные стены. Осмотрев все вокруг, взгляд остановился слева от себя, на мужчине, сидевшем рядом в позе лотоса. Хоу Минхао все так же лениво несколько раз подряд моргнул, чтобы наваждение исчезло, но…       Красивый мужчина с длинными черными волосами, убранными в высокий хвост, державшийся массивной гуанью из белого металла и под стать заколке шпилькой, был спокоен и сосредоточен. Заметив, что на него наконец обратили внимание, он сложил руки на груди и слегка улыбнулся. Взгляд приковался к губам, и тогда Минхао заметил под нижней губой с левой стороны родинку, которую невозможно забыть.       — В-великий дракон, — прохрипел молодой дракон, пытаясь изобразить поклон.       — Тих-тих, — ласково произнес Сяо Чжань, погладив по голове, — Поздравляю, Байлун, — голос черного дракона звучал насмешливо, но без издевательства, словно матушка подначивает свое неразумное дитя.       За время ожидания Хоу Минхао множество раз представлял, что будет чувствовать, если-таки получит место хранителя Запада, но в данный момент все, что он мог чувствовать, это облегчение.       Однажды, будучи еще юным и глупым дракончиком, уже покинув Гун Цзюня, Минхао влез в драку со взрослым драконом, на его счастье, ящер желал лишь проучить его, но он до сих пор помнил те ощущения после удара взрослого дракона. Словно по нему ударило молнией и огромным молотом одновременно. Ему казалось, что его расплющит или же, наоборот, разорвет в клочья. От боли у него на мгновение остановилось сердце, а легкие перестали гнать воздух, отчего мозг перестал получать кислород и голову зажало в тиски. В довершение к этому по жилам будто пустили расплавленный металл. Пытка длилась недолго: противник сам устранил последствия, дав понять молодому товарищу, что мал тот для того, чтобы лезть в драку с кем-либо. И надо сказать, Минхао понял урок как надо, а наставничество Ли Дайкуня научило держать себя в рамках и подавлять порывы рубить с плеча.       Тогда, после снятия неприятных последствий, Хоу Минхао почувствовал себя освобожденным, словно заново родившимся. И сейчас ощущения были похожими, разве что в тысячу раз лучше. Он с наслаждением вдыхал прохладный воздух, распространяющийся по телу, охлаждающий голову и меридианы.       — Что это было? — наконец подал голос Хоу Минхао, продолжая лежать, повернув голову к старшему товарищу.       — Ты же не думал, что титул Байлуна — просто слова? — усмехнулся Сяо Чжань, опустив глаза на собеседника. В ответ на цоканье языком продолжил, — Хранитель — это ответственность за сотни жизней, а для этого нужно быть в курсе их жизней. Ты правильно понимаешь, — черный дракон заметил удивленно-понимающий взгляд новоиспеченного Байлуна, — это голоса тех, за кого ты в ответе, и ощущение их «тел». Говоря «тела», я имею в виду состояние их организма.       — А читать их мысли…       — К сожалению, нельзя, массово, по крайней мере, иначе мы могли бы купировать попытки предательства, — прервал Минхао черный дракон, не дав озвучить вопрос до конца.       — И как я буду считывать драконов, если вы заставили голоса замолчать?       — Я просто поставил ментальный щит, который избавит тебя от последствий. В дальнейшем ты сам будешь контролировать ментальный обмен. Не пугайся, — Хоу Минхао приподнялся на руках, готовый возразить, но Сяо Чжань его опередил, — Я научу тебя всему. Это одна из моих обязанностей — наставить хранителей. Сегодня я расскажу тебе, как поставить щит и как настроить его, чтобы он пропускал лишь важное. Научу тебя усмирять энергию в меридианах… Да, ее спокойствие временно. Из-за молодого возраста ты еще не готов к такому могуществу, и энергия, «понимая» это, бунтует.       — А где мы, кстати? — Минхао снова осмотрел пещеру, остановив вопросительный взгляд на Сяо Чжане.       — Это мой источник.       — Ваш… что? — в этот раз молодой человек подскочил, усевшись на колени, и заново осмотрел помещение, словно видел его впервые.       — Мой источник. Здесь ты можешь восстановиться. Кстати, ты провел в воде около часа после того, как я тебя забрал из палатки, — Минхао вперил взгляд в водную гладь перед собой, не веря тому, что слышит.       Каждый знает, как драконы ревностно относятся к своим источникам и место их расположения держат в строжайшем секрете. Зачастую о том, где они расположены, не знают даже истинные драконов, а это о чем-то да говорит. А тут сам Великий дракон перенес его в свой источник, так еще и не скрывает этого. Впрочем, радоваться рано: как-никак, он сильнейшее существо в этом, да, возможно, и во всех мирах. Чего ему бояться? Наверняка найти пещеру непросто, а уж окунуться в источник — тем паче. Хоу Минхао опасливо подобрался и отодвинул ноги подальше от края озера.       — Можешь без опаски окунаться в него, как только появится потребность, — усмехнулся Сяо Чжань, заметив испуг младшего товарища.       — А если я захочу отобрать его? — мгновенно пришел в себя Минхао, вернув себе свою былую наглость.       Сяо Чжань ничего не ответил, лишь снисходительно улыбнулся и принялся рассказывать техники установки ментального щита и укрощения энергии. Хоу Минхао опасался, что не сможет ничего запомнить из услышанного, но каждое слово Великого дракона прочно закрепилось в его памяти, словно вырубленное мечом. Закончив рассказывать, старший дракон заставил младшего приступать к исполнению. При этом он никак ему не помогал, присутствуя лишь в качестве поддержки, на случай если тот не справится.       У источника Сюаньлуна драконы провели два с лишним дня, прерываясь лишь для того, чтобы Хоу Минхао искупался в нем и восстановил силы. На третий день Сяо Чжань резко остановил тренировку, сказал, что отлучится на день, может, на два, и дал указание продолжать упражняться, а в случае неудачи послать ему зов и нырять в источник.       — Случилось что-то серьезное? — поинтересовался Минхао, в надежде оттянуть момент, когда останется наедине с давящими голосами и энергией. Повторения недавнего не хотелось испытать, — Демоны?       — Сейчас тебя ничего не должно волновать и отвлекать, — Сяо Чжань положил руку на плечо дракона и мягко улыбнулся, прекрасно понимая его страх, — Твое дело — учиться управлять щитом и усвоить духовную энергию.       — Интересно, а откуда она взялась, да еще и в таком количестве?       Этот вопрос и правда интересовал Хоу Минхао. По его собственным представлениям, энергией с хранителями делится или сам Великий дракон, или же они получают ее от Отца Небес.       — Энергия, что ты получил, это своего рода суммарная мощь всех драконов, что находятся на твоем попечении, — молодой дракон широко раскрыл глаза от удивления, — Это не их энергия, если ты подумал об этом. Но каждый хранитель, помимо своей энергии, владеет энергией, равной общей силе тех, кого должен защищать — своего рода плата и ресурс, чтобы выполнять свои обязанности. А теперь мне и правда пора. Тренируйся и ни о чем не думай.       Сяо Чжань сжал плечо Минхао, и тот почувствовал, как его голова, до этого судорожно представлявшая энергию других драконов, переходящую Ли Дайкуню, Гун Цзюню и самому Сяо Чжаню, стала легкой, и все только что волновавшие ее темы ушли далеко на задний план. Черный дракон еще раз улыбнулся новоиспеченному Байлуну и шагнул в портал.