Перекрёсток наших судеб

      Под руководством Не Хуайсана Цзинь Лин искупал лиса в бочке с водой, накормил куском мяса, который удалось стащить с кухни, и перевязал хромающую лапу. Окруженный заботой и негой, в конце дня лис лёг спать на импровизированной подстилке возле кровати, а когда приобретенные хозяева погрузились в сон сами, то перебрался на кровать, устроился возле тёплого бока Цзинь Лина и, свернувшись калачиком, заснул. За свою жизнь Цзинь Лин навидался всякого, что уже почти не удивляло. Однако он точно не мог предположить, что когда-то проснётся в кровати Не Хуайсана в объятиях совершенно незнакомого рыжеволосого юноши, довольно сопящего во сне. Цзинь Лин раскрыл глаза, рассматривая его, не в силах что-либо сказать. Когда он зашевелился, наваждение резко прошло, и Цзинь Лин отполз чуть дальше. В глаза бросились такие же рыжие остроконечные уши на макушке… А на осознание ушло пара секунд. — Хуайсан? — с лёгкой паникой в голосе он начал будить друга, схватив за плечо. Не Хуайсан на своём веку навидался в разы больше. Однако его чертовски сильно при пробуждении удивил Цзинь Лин, прижимающийся к нему спиной, словно ощетинившийся зверь, и пристально смотрящий в ужасе на царски расположившегося на кровати спящего хули-цзина. Не Хуайсан резко встал и оттащил от оборотня и Цзинь Лина. — Что делать? — прошептал последний, в надежде, что у старшего найдётся выход. — Попробуй сковать его духовной печатью. Это может задержать на некоторое время, пока он спит, а я схожу к дагэ. — Не оставляй меня наедине с ним! — Успокойся, пока он спит… Договорить Хуайсану не удалось. Хули-цзин проснулся. Два янтарных глаза уставились на них сонно и спокойно, зубастый рот широко зевнул, и после этого парень аккуратно встал с кровати, опираясь на всякий случай на неперевязанную ногу. Цзинь Лин выхватил стрелу и направил острие на него. — Не подходи! Янтарные глаза округлились в невинном удивлении. — Не тычь в меня стрелой, пожалуйста, ей можно пораниться, — произнёс он, вводя в ступор своим поведением. — Само собой. Чтобы ты не смог сожрать мою печень! Теперь острые уши натянулись как струны, а вместе с ними вытянулось изумленное лицо. — Гадость какая! Зачем мне это делать? — Потому что ты хули-цзин… От недоумения лиса голос Цзинь Лина зазвучал на долю неувереннее, но иначе всё быть просто не могло — вот он, перед ними, с хвостом и ушами, настоящий демон оборотень! Однако разужасный демон на это заявление только захлопал глазами, размышляя. — Что-то не сходится… Ху — правильно. А вот остальное не совсем. Меня зовут Сяолин, Сяо как молодой, а Лин как душа. Ты сам меня так назвал вчера! — Я пошутил… — осевшим голосом ответил Цзинь Лин. — Пошутил? Нельзя с такими вещами шутить. Это ведь теперь навсегда! — осуждающе заметил Ху Сяолин. Цзинь Лин перевёл на Не Хуайсана взгляд, красноречиво говорящий: «Помоги! Я ничего не понимаю!». Ответом ему было такое безнадёжное выражение: «Я, вообще-то, тоже». — Кто ты? Почему ты здесь? — прямо спросил Не Хуайсан. — Я искал тебя! — он указал пальцем на Цзинь Лина. — Меня?! Зачем? Парень подошёл ближе, немного наклонился и заговорщицким шёпотом произнёс: — Светящаяся штуковина сказала, что я твой друг. Цзинь Лин переглянулся с Не Хуайсаном. — Так… Постой. Что? — тупо выпалил Хуайсан, пытаясь понять, действительно ли услышал только что невообразимый бред или его разум начал невольно плыть от вида рыжего хвоста. — Вот и я сначала удивился, — с готовностью продолжил объяснять Ху Сяолин. — Я появился на этот свет, и оно наделило меня разумом и жизненной целью, сказав, что я должен быть рядом с тобой, Цзинь Жулань. И я сразу начал искать тебя. — Оно — это что? — осторожно спросил Цзинь Лин. Немного подумав, парень вдруг просиял, полез в карман Цзинь Лина и вытащил половинку семечка. — Точь-в-точь как это! Цзинь Лин вновь переглянулся со старшим. Теперь всё было слегка понятнее, но ситуацию это не меняло. — Теперь стоит понять только одно. Благословение ты или наказание… — пробормотал Цзинь Лин. — Ты сказал, что хули-цзин. Не Хуайсан тяжко вздохнул, понимая, что за внезапного питомца в резиденции отчитываться перед братом придётся ему. Цзинь Лин глядел на рыжее нечто всё ещё с неверием, что это происходило. Оно и ясно, ведь в такое было трудно поверить, когда милый и наивный демон всерьёз объяснял, что был послан загадочной магией специально для него. Но что-то подсказывало в глубине души, что он об этом не пожалеет… — Ладно, Ху Сяолин, — собравшись, Цзинь Лин подошёл к лису ближе. — Тебе стоит вновь принять форму лисёнка, иначе нас неправильно поймут. — Например, они? — он спокойно указал на дверь. Цзинь Лин, а за ним и Хуайсан резко обернулись и обнаружили в щели между дверями две пары глаз. Не Хуайсан вздохнул ещё более тяжко. — О боги милостивые… Вэй-сюн!       В конце концов, Ху Сяолин был окружён неплохой компанией в лице младшего Не, своего «хозяина», двух его дядь и Второго Нефрита. Это произошло случайно: услышав крики, Вэй Усянь, конечно же, не мог оставаться в стороне, и таким образом, предварительно притащив с собой подмогу, обнаружил появление нового союзника. Ныне же, всей компанией они пытались выяснить, что же такое он, Ху Сяолин, явившийся по велению чуда. — В легенде не было ни слова о помощниках, — задумчиво сказал Цзинь Лин. — Но в пятой главе на пятнадцатой странице говорится о том, что придётся столкнуться лицом к лицу со знакомыми незнакомцами, — напомнил Сяолин и вновь искренне удивился, когда на него уставились. — Что? — Откуда, черт возьми, ты это всё знаешь? — Представляешь, понятия не имею. Это просто есть в моей голове. — Ты не помогаешь. Ты ставишь в тупик всё сильнее с каждым ответом! Сяолин пожал плечами, давая понять, что поделать с этим ничего не может. Вэй Усянь буравил его взглядом молча долгое время, пока вдруг не оживился, а лёгкая улыбка не украсила его лицо. — Сяолин, дашь погладить хвостик? — Вэй Усянь, ты издеваешься? — тут же возмутился Цзян Чэн. — Как ты вообще можешь думать о подобном в такой момент? Однако Вэя недовольный шиди ни капельки не смутил. Он дотронулся до пушистой шерсти, мягко провел по ней и следом, в два движения создав заклинание, приложил руку к груди хули-цзина. Тот округлил глаза, застигнутый врасплох, но не сопротивлялся. Вэй Ин изучил ощущения внимательно — ци Сяолина была действительно нечеловеческой, но и не демонической. Это изрядно сбивало с толку, однако ещё один любопытный факт вводил в замешательство и при этом решал всё и сразу — аура была безумно сильно похожа на ту, что источал Цзинь Лин. Поняв, что шисюн, как оказалось, не балду гонял, Цзян Чэн затих. Спустя пару мгновений Вэй Ин отстранился и задумчиво почесал нос. — А-Лин, он духовно связан с тобой. Только я не могу понять, почему… Знаешь, ощущение такое, будто он — это ты. Подобное заявление, конечно же, сбило с толку всех, в особенности Цзинь Лина. Что бы ни было, свалившееся на его плечи, как снег на голову, чудо нужно было пристроить, чтобы не нахвататься ещё больше проблем. *** — Глава Не, помощник Мэн вернулся в резиденцию! Новость разлетелась быстро, стоило Мэн Яо ступить на территорию через главные ворота. Однако подробностей никто не узнал. Глава клана закрылся в собственном цзинши вместе с помощником Мэном сразу после того, как тот явился. Атмосфера была напряжённой. Лёгкий дымок из чайника плавно поднимался ввысь под затуманенные взгляды. Каждый думал о чем-то своём. Несколько минут назад Мэн Яо рассказал слезную историю о том, как боролся с жестоким босяком и тот прикончил его спутников. Он вернулся обратно в Нечистую Юдоль без победы, однако с несколько иной новостью, которая и заставила Не Минцзюэ глубоко задуматься. «Я наткнулся на Сюэ Яна в Цишань и обнаружил кое-что. Глава клана Вэнь… Умер» — Как? Как он умер? Кто занял его место? — произнёс вслух первые напрашивающиеся вопросы Минцзюэ. Однако Яо отвечать не торопился. Он заботливо подлил чаю главе, сел чуть ближе к нему и заговорщицким шёпотом проговорил у его уха: — Глава Не, я думаю, что этот вопрос стоит открыть со всеми подробностями на предстоящем собрании орденов. То же самое касается и Сюэ Яна. — Возможно, ты прав. Мне не даёт покоя Сюэ Ян… Этот вшивый подонок сейчас где-то шляется и продолжает творить беспорядки. Я так не могу. Я отправлю отряд на его поиски и прикажу убить сразу, как только он окажется в поле зрения! Говоря это, Минцзюэ даже не заметил, как за считанные секунды Мэн Яо оказался за его спиной, поэтому он слегка удивлённо обернулся, когда изящные руки накрыли его плечи, ненастойчиво разминая. Встретившись глазами с мужчиной, Мэн Яо спокойно улыбнулся. — Глава Не, не нужно делать поспешных решений. Сначала стоит расслабиться. Уже с завтрашнего дня я могу играть Песнь очищения. Думаю, тренировок от главы Лань мне хватило более, чем достаточно, — не переставая мило улыбаться, Яо аккуратно заправил прядку волос Минцзюэ за ухо и вновь перешёл на шёпот. — Это поможет очистить мысли и прояснить разум. Хладнокровные решения всегда лучше импульсивных, ведь так? Минцзюэ согласился и мягко отстранился от странных, будто гипнотизирующих прикосновений помощника. Его лицо помрачнело от дум ещё больше, но в своём помощнике он не усомнился ни на секунду. Умиротворяющая обстановка нарушилась резко и неожиданно, когда послышались шорохи, а следом за ними поспешный топот сапог. — Нет, нет, только не сюда, Сяолин! За дверью раздался голос Не Хуайсана за секунду до того, как в щель между дверьми юркнул рыжий зверь. Сразу за ним, толкаясь, вбежал и младший наследник ордена со своим приятелем. Глядя на эту картину, Минцзюэ встал, а Мэн Яо, не скрывая своего изумления, уставился на лиса. — Не Хуайсан! — по цзинши разнесся грозный голос главы. — Как это понимать? — Дагэ, — чуть ли не плача, произнёс Хуайсан, загораживая собой лиса, — ты же не против животных в резиденции? — Ты знаешь, что единственные дозволенные звери здесь — лошади. Или же охотничий улов. Уже мертвый! — Дагэ, А-Лин нашёл лисенка. Он маленький и безобидный, что может пойти не так? Выгнув бровь, Минцзюэ смерил взглядом Цзинь Лина, который уже поймал сбежавшего зверя и прижал к своей груди. Мэн Яо взволнованно покосился на задумчивое выражение главы и, пока тот не передумал, выступил вперёд. — Лисы — это дикие твари, уж точно не домашние животные. Ему здесь не место, — проговорил он, намекающе посматривая на Минцзюэ. — Дагэ, ты серьёзно будешь слушать его? — тут же парировал Хуайсан. Мэн Яо недовольно стрельнул глазами в его сторону. Минцзюэ устало провел ладонью по лицу и подозвал брата и его друга, приглашая сесть за стол. — Черт с ним, с вашим лисом. Но я не поскуплюсь сделать из него воротник, если что-то пойдёт не так. Мэн Яо вновь посмотрел на знакомую невинную мордочку, которая его очень и очень беспокоила. Он открыл рот, собираясь вновь переубеждать главу, но с неохотой послушно затих, когда тот поднял руку призывая к тишине. — Вам повезло, что есть насущные проблемы посерьёзнее, — продолжил он. — И я хотел бы рассказать о них тебе. — Глава Не, — встревоженно произнёс Мэн Яо, — мы сошлись на том, что это можно оставить до собрания… — Мэн Яо, — резко перебил Не Минцзюэ, — я понимаю, что у тебя остались некоторые недомолвки с Не Хуайсаном, но это не даёт тебе права мешать моим беседам с братом. Мэн Яо нервно сглотнул и больше не произнёс ни слова, тихонько скрипя зубами. И Минцзюэ вновь продолжил. — Сюэ Ян всё ещё на свободе. Нам нужно найти разумный способ, как остановить преступника без дальнейших жертв. Что думаешь? — Я? — от удивления Не Хуайсан открыл рот и уставился на брата, хлопая глазами. — Ты спрашиваешь у меня? Но дагэ… Я же ни черта не смыслю в подобных вещах… — Вот именно. Поэтому тебе уже пора учиться думать о чем-то более серьёзном, чем твои книжки. Ты мой брат, а значит способен стать хорошей заменой меня в будущем. По крайней мере, хочется в это верить. — Я… — от растерянности хотелось выпалить привычное «я не знаю», но Хуайсан взял себя в руки и сделал долгую паузу, чтобы действительно поразмыслить над этим. — Я думаю, что нам могут помочь определённые люди. И я даже знаю, кто может с ними договориться, — он обернулся на Цзинь Лина с лёгкой улыбкой. — Помнишь даочжана Сяо Синчэня и его спутника Сун Ланя, которые поспособствовали поимке Сюэ Яна? У них огромный потенциал. И мне кажется, что они знают о нем явно больше, чем мы все вместе взятые. — Я ожидал чего угодно, но не этого. Ты приятно удивляешь меня. Минцзюэ всерьёз задумался над этим, и Мэн Яо, не выдержав, царапнул ногтями свои ладони, быстро сложил руки для поклона и пробормотал: — С вашего позволения, я пойду отдыхать в свои покои. И, развернувшись, быстрым шагом ушёл, не дожидаясь этого самого позволения. Спину, как ему казалось, прожигал внимательный взгляд, исходящий от «глупого рыжего животного». Оказавшись за пределами цзинши главы, Мэн Яо выдохнул и сполз по стене вниз. — Наверное я уже схожу с ума, — устало прошептал он.