Кто же он?

Чистый и до невозможности свежий воздух стоял в саду. То тут, то там росли редкие цветы. Что дикие, что декоративные уживались, словно так и должно быть. Пёстрые краски смягчились бледным светом и туманом, что простирался повсюду лёгким слоем. Одинокая фигура мужчины в одеждах цин среди сада было невероятно красивым зрелищем, притягивая взгляд к загадочному, неземному человеку, который безучастно наблюдал за цветком, будто тот мог измениться в любой момент. —Тяньлан-Цзюнь. Шень Цинцю эфирными движениями оглянулся, чтобы увидеть стоявшего сзади улыбающегося и раскрепощенного Императора Демонов. Пусть его и позвали, но демон продолжал стоять и смотреть в глубокие темные зелёные глаза с незнакомым благоговением. Заклинатель тупо уставился на глупую и милую улыбку демона, но решил отвернуться и пойти дальше по тропинке. Всё было таким таинственным в образе человека, что Тяньлан-Цзюнь боялся потревожить его покой, но, не имея возможности скрыть своё присутствие, он терпел крах с каждым разом. Будто Шень видел все. Шень Цинцю без раздумий шёл, не думая даже оборачиваться. Будет он ещё играться с этим ребёнком, у него были более важные дела, нежели гляделки с демоном. В расписании его сейчас стоял пункт «Самобичевание и глубокие мысли о прошлом; размышления о совершённых поступках». И этот пункт, к великому сожалению, не включал в себя развесёлого Тяньлан-Цзюня, что словно тень преследовал его и только зря отвлекал. Лучше бы растрачивал своё красивое лицо на что-то другое, нежели эти глупые и несуразные улыбки, которые он бессмысленно посылал ему. [ Дорогой Хост! Вам начислено +1000 балов привлекательности, разряд «Неприступная красота»! (⌒▽⌒)] … —Хаа…- тяжёлый вздох прозвучал удрученно, вместе с тем устало. «Идиотизм полный». *** Шень Цинцю, удобно расположившись на софе, с неявным увлечением слушал разглагольствования о земных страстях Императора Демонов, между тем описывая изученные им растения в своей книге, которую собирался пустить в массы, естественно, после удачной революции и введения в повседневную жизнь людей представителей другой расы, демонов. Конечно, это был долгосрочный ивент, но вполне выполнимый в будущем. И даже если не объединение, но сотрудничество было вполне осуществимым, а этот справочник будет отличным путеводителем для всех, кто решит сунуться в демонические пустоши. Говор под руку Шень Цинцю не особо мешал, он ничего против не говорил и не собирался. В ином случае мужчина бы за шкирку выбросил в окно своего союзника, который отличился особой прилипчивостью. Шень не очень жаловал слишком приставучих людей/существ (что мог уловить читатель при прочтении предыдущих глав), но, очевидно, были исключения. И, на удивление, Тяньлан-Цзюнь входил в этот список исключений. И все угрозы о том, что стоит тому подышать не так - и его вышвырнут, были просто фальшью. Шень лишь из вредности угрожал Небесному демону, в действительности не имея ничего такого в виду. Заклинателю было вполне весело проводить время с демоном, просто тот порой вёл себя до ужаса глупо, ну, или нарушал распорядок дня, установленный им для продуктивной работы во время этой командировки. Как бы в невзначай Тяньлан-Цзюнь предложил: — Мастер Шень, как насчёт совместного ужина, мм?~ — Я не против, почему бы и нет? - не подумав, ляпнул Шень, но после осознания не мог уже ничего сделать.- [Ой, блять.] — О… - прозвучал удивленный голос демона, что тут же разразился радостью.- Как замечательно! Буду ждать ужина, Мастер Шень. И, не успев ничего ответить, исправить ситуацию и перетянуть на себя, Шень увидел широкую спину и закрывшуюся дверь. Смущение разрослось по щекам мужчины. Мысли в какой-то момент пришли в беспорядок. Заклинатель приложил руку к своей щеке, слегка склонив голову вбок, провёл по нижней губе и аккуратно, но растерянно отложил книгу, в которой только что писал. Эти странные рассуждения в голове приводили самого Шень Цинцю в беспорядок, а его охватило давно забытое стеснение. *** Огромный позолоченный зал манил своими нефритовыми колонами и гобеленами, на каждом из которых кропотливо были вышиты подвиги и сражения каждого из предыдущих Небесных демонов. Единственным, кого не смог найти Шень Цинцю, был Ло Бинхэ. Вспоминая того ребёнка, он с улыбкой на лице предположил, что, вполне возможно, тот сейчас готовит ужин для А-Юаня и А-Лина. Вполне возможно, Мин Фань и Нин Иньин вместе наблюдают за звездным небом. Шень Цинцю уже скучал. — Мастер Шень! - позвал его Тяньлан-Цзюнь с широкой улыбкой. Он сидел за столом и хитро щурился в улыбке. Было в этом прищуре глаз что-то, что было знакомо и одновременно нет, что-то глубокое. Такое чистое и искреннее. Сердце в груди тощего заклинателя яростно ударилось об рёбра одним сокрушительным кульбитом. И затихло. Мир прекратил своё движение и единственное, что мог видеть перед собой Шень Цинцю, это таящейся за глазами Тяньлан-Цзюня секрет. Мужчина провёл ужин, находясь в заторможенном состоянии, он едва мог ухватиться за край нити разговора, который пытался завязать Император Демонов, хотя на самом деле он говорил без умолку, пытаясь скрыть факт того, что Шень Цинцю не имел желания что-либо говорить. И демон неприятно, но уверенно для себя отметил, что Шень сейчас был погружён в мысли и даже не пытался слушать. Ужин был сытным. *** — Мастер Шень, что насчёт свадьбы? - хитрая улыбка по обыкновению украсила лицо демона. Спокойно читавший до этого момента Шень Цинцю икнул и ошалело смотрел в это глупое лицо. Эта нечисть невозмутимо продолжала улыбаться. И ждать ответа. Сейчас. — Как нагло с вашей стороны. - Он фыркнул, переведя взгляд в книгу. - У меня дети. — Ничего страшного. — Я мужчина. — Это не важно. — Мы знакомы всего ничего. — Но я люблю тебя. Сердце Шень Цинцю ухнуло в пятки, а на уголках глаз скопилась вода, потому что ему хотелось чихнуть от пыли резко захлопнувшейся книги. Или он пытался скрыть факт неверия. Сейчас не было места формальности. — Как ты можешь любить? Это просто невозможно. — Это правда. - Серьезный голос демона побудил повернуть голову, чтобы посмотреть в глаза, полные вина и темноты безлунных ночей. - Стоит только тебе появиться перед моим взором, как мою грудь наполняет тепло. Мои мысли наполнены тобой. Знаешь ли ты, как красивы твои глаза, когда ты, каждый раз фальшиво, но улыбаешься? Когда ты грустишь? Или злишься не всерьез? Если бы ты позволил, то я бы отдал тебе весь демонический народ, этот дворец, мою силу, мое сердце и мечту. Я, не раздумывая, отдам. Ты не предашь меня… — Как! Как ты можешь быть в этом уверен, - чуть громче, чем нужно, воскликнул учёный, вскочив со стула, и отскочил от Императора, как от растекающейся бездны. - Я могу предать тебя в любой момент. Не будь так глуп. Ты— Тяньлан-Цзюнь в мгновение ока оказался впритык к нему и взял его тощие и маленькие руки в свои. Его лицо, от природы ощеренное острыми чертами, делающими его соблазнительно прекрасным, смягчилось в влюблённой нежности. — Это неважно. Я знаю это, Цинцю. И если это твоё желание, то я прямо сейчас вырежу своё сердце и вложу его тебе в руки. Потому что я люблю тебя. Ты заставляешь меня делать то, о чем бы я никогда и не подумал, делать то, что никогда бы не сделал. Именно ты меня спас, и ты же должен меня убить. Ты никогда не предашь меня, ведь я твой. Ты тоже любишь меня? Шень крепко сцепил зубы, а из его тёмных зелёных глаз текли горячие слёзы, горькие и сладкие до гнили. Его алые щёки выдавали его, но сердце сжалось ещё сильнее, лихорадочно забившись и стуча через вены и артерии у него в ушах. Невольно он сильнее сжал руки что так ласково его держали. — Я… Я не могу. Ты… Если будешь со мной, то точно не будешь счастлив. Это будет больно. — Я уже счастлив, Цинцю. Шень Цинцю смотрел в глаза демона и медленно подался вперёд. Его сухие губы, покрытые ранками от укусов коснулись мягких тонких губ мужчины напротив, нежно оставив поцелуй. Ни капли стыда. Любовь. — Ты прав. Я не предам тебя. Я не смогу. Поскольку люблю.