Союз огня, земли и ветра

       Как всегда происходило в Элдрине, Джезая не понимал, насколько давно встало солнце и сделало ли оно это вообще, горящий шар почти без отдыха висел над землями южного королевства, зато благодаря этому Джезая набрался сил быстрее остальных принцев, о которых вспомнил неожиданно для себя. На самом деле Джезая был бы не против, окажись недавние события всего лишь сном, угроза со стороны Халфида, древний ритуал, необходимость конкурировать за руку принца, лучше бы всё это просто приснилось. На фоне Алхаиса, организованного, сильного, крепкого, уверенного в себе и серьёзного Джезая считал себя куда менее выгодной партией, наверняка это понимал каждый, но ради своего отца, ради своего народа Джезая не мог отступить, к тому же вряд ли принц Микайо принял решение, исходя из событий единственного дня, а значит ещё есть время проявить себя. Как найти к Микайо подход — уже другой вопрос, главное, Джезая пылал намерением заслужить его расположение. Джезая выпил последние глотки из молодого кокоса, вместе с пустыми скорлупками завязал его шарфом Микайо и, вооружившись копьём, неслышно покинул пещеру.        В первую же секунду Джезая закрыл лицо рукой из-за белоснежного света, ударившего в глаза, солнце заставляло воду сверкать тысячей драгоценных камней, к этому предстояло привыкнуть, ведь в Элдрине почти вся вода находилась под землёй и если светилась, то лишь тусклыми голубыми искорками от крошечных насекомых, обитающих в пещерах. Однако любование видами могло подождать. Осматриваясь и прислушиваясь к звукам вокруг, Джезая добрался до реки, там умылся, хотел было постирать шарф, но не увидел в этом смысла — всё равно сейчас же испачкает, также Джезая смочил заднюю сторону шеи и запястья. В очиститель воды вместо широкого листа Джезая положил пустой кокос, перелил чистую воду в скорлупу; воды набралось не так много, как Джезая привык, в Элдрине вода испарялась намного быстрее, но хотя бы на несколько глотков хватит, для начала неплохо. Когда собрал всю очищенную воду в пустую скорлупу, Джезая окинул взглядом лес, отлично просматривающийся со склона, предположил, сколько времени может понадобиться, чтобы изучить остров вдоль и поперёк, наверное, дней десять, так что вряд ли поиски храма станут уж слишком сложной задачей.        Если не считать зелени, остров напоминал Джезае о доме, пусть в Элдрине открыли огромную систему подземных рек, во многих селениях королевства жители оставались вынуждены добывать воду из растений, собирать по капле росу, драться с дикими животными за источники воды, пусть даже если опасных зверей среди них лишь один вид — громоптицы. Союз с Виндруном мог решить эту проблему, пусть Джезая слабо представлял, каким образом можно было бы доставить воду в большом количестве, да так, чтобы она не испортилась по пути, но наверняка имелся какой-нибудь способ, на худой конец мудрецы Виндруна и Элдрина придумают что-нибудь, так что сейчас важнейшей задачей стало другое — добиться руки принца Микайо.        Вчера он ел почти только фрукты, но какие? Бананы Джезая запомнил, но были и другие, рыжие такие, маленькие, они явно пришлись Микайо по душе больше обыкновенных бананов, неплохо бы найти их. Джезая осмотрелся. Вчера они недалеко уходили от пещеры, вспоминая скорость ходьбы Микайо и ища незнакомую листву, Джезая направился в сторону, где заметил несколько непривычных деревьев, и не ошибся — почти у подножья раскинулись деревья с тонкими длинными листьями, похожими на перья громоптиц, а на их ветвях словно огоньки переливались пахучие плоды. Джезая аккуратно сжимал их, проверяя на свежесть, все вчерашние были мягкие, но не слишком, довольно упругие и очень вкусные. Как же эти фрукты назывались?        Внутри Джезаи вдруг задрожало. Он схватил копьё и затаился у кустарника, присел на корточки, повинуясь годами выработанным рефлексам. Среди живых существ Элдрина только громоптицы представляли опасность для людей, правда, твари они быстрые, сильные и хитрые, могли засаду устроить у дороги, зарывшись в песок по самый клюв, а потому словно сама природа наделила жителей Элдрина способностью чувствовать опасность до того, как она хотя бы приблизится. Дар не обманул — вдалеке Джезая заметил животные, крупное, с жёлтой шкурой и узором из тёмных цветов, шло оно медленно, будто патрулировало округу, и едва ветер начал менять направление, Джезая последовал за ним, оставаясь с наветренной стороны и глядя под ноги, огибая любую ветку или корень. Драться с хищником — о чём говорили длинные когти — не пришлось, тот даже принюхиваться не начал, прошёл мимо, так что Джезая поспешил забрать фрукты, кулёк с кокосовыми скорлупками и вернуться обратно в пещеру. Следовало построить забор помощнее.        К тому моменту, когда Джезая добрался до убежища, Микайо и Алхаис как раз проснулись, тот первым делом подложил в костёр ветки, собирался оглядеть территорию, но едва вышел из пещеры, чуть не столкнулся с Джезаей. Встретил он лёгкой улыбкой, протянул скорлупу с водой. — Доброго утра, Алхаис, — Джезая пробежал мимо него, передал воду Микайо, который ещё только сел на постели. — Доброго утра, прекрасный. Вам хорошо спалось?        Обращение, вопрос и неожиданный жест заставили Микайо растеряться, ему удалось лишь кивнуть и аккуратно взять кокос из рук Джезаи, удивляясь его расположению духа, Микайо сделал несколько глотков и только, когда принц отошёл, начал приводить себя в порядок. Увлечённый процессом, расчёсывающий пальцами волосы и ответственно собирающий их высокую причёску, Микайо не придавал значения вниманию со стороны, а ведь Джезая с Алхаисом откровенно любовались изящными движениями и роскошными волосами, которые сияли, как перья ворон. На удивление быстро Алхаис одолел очарование, обратился к Джезае: — Куда вы ушли? — А, я ходил за водой и фруктов принёс, — вспомнил о них Джезая, в широкой ладони подал несколько плодов Микайо, неловко улыбнулся ему. — Не напомните, как они зовутся? — Это плоды носят название «манго»… Большое спасибо. — Лучше не ходить в одиночку, на острове могут быть дикие звери. — А, да, я видел, не знаю, что это было за животное, какая-то большая кошка, — Джезая почесал затылок, тщетно пытаясь вспомнить название хищника.        Алхаис не испытывал нужду в том, чтобы чётко знать имя опасного зверя, кивнул, оценил взглядом внешний вид Джезаи, не похоже, что тот поранился, на всякий случай Алхаис выглянул из пещеры, осмотрел всё в поле зрения, зелёные деревья, кустарники, пустой земляной склон. — В таком случае нам нужно усилить защиту, и нельзя передвигаться в одиночку. Микайо, вы владеете оружием? — Немного, но вряд ли сумею одолеть крупного хищника, — проронил Микайо и, после того, как поправил одежду и постель, подошёл к Алхаису. — Ясно. Нужно поесть, пока имеется такая возможность, затем мы с Джезаей укрепим ограду, а вас прошу проследить за местностью. — Разумеется.        Принцы поступили так, как предложил Алхаис: выпили воды, позавтракали фруктами и остатками рыбы, подбросили в костёр побольше дров, а затем, взяв оружие, покинули пещеру. Нескольких взмахов топора Алхаиса оказывалось достаточно, чтобы срубить любое дерево, впрочем, каких-то особо сильных тут не имелось, он не трогал плодовые деревья или совсем уж старые, а Джезая обламывал ветки и оттаскивал стволы в то время, как Микайо внимательно следил за территорией. Пещера располагалась на довольно открытой местности и относительно крутой горе, пусть даже невысокой, в этом Микайо видел тактическое преимущество, к тому же вряд ли хищнику что-нибудь понадобится на голой скале, что, однако, не заставляло Микайо ослабить бдительность. С высоты он наблюдал за лесом, землёй вокруг, поглядывал на реку и по возможности пытался найти признаки присутствия на острове руин, пока что без результатов, виднелись только кроны деревьев и бесконечное полотно моря, ни крыш, ни места, где были вырублены стволы или разглажена земля, ни остатков стен Микайо не приметил.        Наблюдение приносило некоторое подобие умиротворения. Микайо наслаждался красотой острова, тишиной, единением с природой, с утра солнце не успело разгореться, а ветер делал погоду довольно комфортной для Микайо. Помимо округи он наблюдал за своими спутниками, тем, как сильны и старательны оказались Джезая с Алхаисом, они не жалели сил, не боялись испачкать руки, делали то, что необходимо для выживания, даже если обычно всем этим занималась прислуга. Иногда, пока никто не видел, а округа оставалась спокойна, Микайо позволял себе полюбоваться тем, как двигались мышцы Алхаиса, как напрягались бицепсы и трицепсы, как выступали, когда он заносил топор. Без стеснения Микайо признавал, что зрелище приносило практически эстетическое наслаждение, в Виндруне не каждый страж мог похвастаться таким крепким телосложением, но едва Микайо ловил свой взгляд на фигуре Алхаиса, на его руках или груди, по которой порой сбегали капельки пота, торопился отворачивался.        Под горячеющим светом солнца, забыв об отдыхе и воде, Джезая с Алхаисом возводили стену, которая могла бы защитить от хищника, оставляли торчать ветки в качестве дополнительной защиты, вставляли брёвна в вырытые топором и копьём углубления, усилили стену камнями, чтобы даже ураган не сумел обрушить её. Пусть стоять на солнцепёке становилось всё тяжелее, в горле пересыхало, а по спине омерзительно стекали капельки пота, Микайо оставался на посту, убеждался в отсутствии угрозы, заодно запоминал остров, делал ориентиры для себя, наиболее примечательные места, которые стоило изучить в первую очередь.        Только, когда работа была закончена, Микайо принёс Алхаису и Джезае воду, протянул свой шарф, но если Джезая не понял жеста, то у Алхаиса рука не поднялась пачкать потом столь нежную ткань, ещё и принадлежащую Микайо. Тот сделал всё сам — свернул край шарфа и бережно промокнул им лоб Алхаиса, его плечи и заднюю сторону шеи, больше не смог — неловкость одолела, поэтому Микайо вернулся в пещеру, чтобы проверить костёр, а ткань оставил в руке Алхаиса. Он не успел побороть оцепенение перед неожиданным поведением, Джезая уже выхватил шарф, нашёл самый чистый край и поднёс к носу, вдохнул, затем ещё раз, глубже. За два дня на ткани смешалось огромное количество запахов, речной воды, фруктов, земли, травы, теперь ещё и пота, однако Джезае показалось, что он уловил запах Микайо и пах тот, словно цветущий сад; пусть судить о его запахе Джезая мог только после визита в Виндрун. Алхаис оказался более практичным — когда снова получил шарф, вытерся им, но вместе с Джезаей сходил к реке, чтобы постирать ткань, заодно поймать немного рыбы и речных птиц, которые здесь оказались небольшими, зато не слишком расторопными.        В это время Микайо глядел на костёр и боролся с желанием осушить целый кокос — многовато будет жидкости для одного раза, к тому же следует вести себя экономнее, непонятно, как надолго хватит зелёных кокосов и как часто удастся добывать их, учитывая, что на острове водился хищник, а вода очищалась довольно медленно. Солнце поднималось всё выше и не жалело сил, нагревало реку, раскаляло камни, даже в пещере стало жарко, Микайо всё думал, как закрыть вход. Приделать к потолку пальмовые листья? Допустим, но как? Или соорудить дверь? Микайо всё равно не сумел бы. Микайо бы многое отдал за возможность окунуться в прохладную воду, но не мог себе этого позволить как минимум потому, что до реки ещё необходимо как-то добраться, к тому же в жару у воды могли собраться звери, в том числе тот крупный кот, о котором упоминал Джезая.        Микайо обернулся на шаги Джезаи и Алхаиса, заметил улов и птичьи тушки в их руках, а потому спрашивать, где принцы задержались, не стал. Подальше от Микайо Алхаис очистил и выпотрошил рыбу, Джезая в это время занимался разделкой птиц, то и дело оборачивался на Микайо, поражался тому, как легко и уверенно он поддерживал непревзойдённую осанку, держал плечи и спину ровными, однако глядел как-то не слишком ясно, казался утомлённым. Когда закончил возиться с тушками, Джезая вытер руки, уселся возле Микайо в углу пещеры. — Как вы себя чувствуете? Вам нехорошо? — Всё в порядке, — выдохнул Микайо, хотя врать не имелось смысла — неясный взгляд, тяжёлое дыхание и покрасневшая кожа говорили сами за себя. — Вам жарко… Вы можете получить тепловой удар, это очень серьёзно.        Микайо соглашался, однако не мог позволить себе раздеться — под халатом только нижнее бельё, не должен принц демонстрировать его, к тому же вряд ли избавление от одежды сильно повлияет на температуру тела. Нет, такой вариант Микайо даже не рассматривал, это поступок, не достойный царской крови… Он вздрогнул, когда по шее заструилась вода, намеревался было обернуться, но не сумел, невольно напряг мышцы, которые расслаблялись вместе с тем, как прохлада растекалась по спине и плечам, как вдоль позвоночника пробежала дрожь. Стоило предупредить о своём намерении, Джезая понимал это, однако допускал, что Микайо попросту откажется от идеи намочить одежду; пока они находились в пещере, Джезая посчитал это хорошим способом справиться с жарой. — Так лучше? — Да, — проронил Микайо, опуская веки. Его одежда стала мокрой и липла к коже, зато гораздо более прохладной, даровала невиданное за последние дни блаженство, — благодарю. — Вам нужно больше пить, — напомнил Джезая и протянул Микайо кокос, который пробил камнем. — Я привык к таким условиям, а у вас может случиться обезвоживание. Вас это тоже касается, Алхаис. — Но мы не можем так бездумно распоряжаться ресурсами. — Здесь кокосы на каждом шагу, — Джезая махнул рукой в сторону выхода из пещеры, — к тому же река почти чистая, всё будет нормально.        Алхаис, сделавший несколько глотков, кивнул. — Джезая прав, вы привыкли к другому климату, лучше поберегите себя. Мы вряд ли сумеем помочь, если вы потеряете сознание.        Совсем недолго Микайо подумал над ситуацией, оценил количество пальмовых деревьев и воды, которую удавалось очистить, расположение реки, после чего пришёл к выводу, что принцы правы, нужно пить столько, сколько Микайо привык дома, может даже чуть больше. То, что Микайо выпил ещё кокосовой воды, уговорило Алхаиса и Джезаю переглянуться, они улыбнулись друг другу и одобрительно кивнули, после чего приступили к готовке рыбы и птичьих тушек на костре. На крохотных птиц Джезая глядел почти с тоской, ткнул одну из них, размером чуть больше кулака, палкой. — Интересно, тут есть мясо покрупнее? — Нужно довольствоваться тем, что удалось добыть, — замотал головой Алхаис, — но если здесь есть хищник, вряд ли он питается этим.        На самом деле Микайо даже радовался, что больших животных, вроде барашков или лошадей здесь не водится; наверное, чьи-то парнокопытные следы Микайо заметил на земле в лесу. Может быть диких свиней? На охоту Микайо бы не отправился ни под каким предлогом, а вот ради исследования острова бы покинул укрытие, наверное, прямо сейчас, намерение отыскать храм крепло с каждый часом, но выходить наружу в такую жару, к тому же в мокрой одежде Микайо считал самоубийством. Пока готовилась пища, висела тяжёлая тишина, которую конечно же нарушил Джезая, он перевернул рыбу и птичьи тушки, улыбнулся Микайо, затем Алхаису. — Раз уж мы пока тут, может поговорим? Мы ведь за этим приплыли?        Алхаис с ухмылкой замотал головой. — Что скажете, Микайо? Вы не против? — Отнюдь, это было бы весьма полезно, — вполголоса согласился Микайо, отвлёкся ещё на несколько глотков сладкой воды. — Алхаис, вы же с севера? Вам должно быть непривычно тут? — наклонил голову Джезая, от чего длинные волосы спали на лицо, он улыбнулся. — Да, тут довольно жарко, зато нет проблем с пищей. — Ха-ха. Наверное, такую массу нелегко нарастить на севере?        Бесцеремонно Джезая разглядывал мускулатуру Алхаиса, потрогал бицепс, ткнул в грудную мышцу, тоже украшенную шрамом, и от того, что Алхаис напрягся, мускулы показались прочнее камня. Он скромно кивнул, глядел на костёр, а Джезая, ещё некоторое время ожидающий большего красноречия, усмехнулся. — Это весь ответ? — Я ведь ответил, — скромно откликнулся Алхаис, от чего Джезая засмеялся ещё громче. — Пф, тут не поспоришь. Что вы там вообще едите? — В основном мясо оленей или медведя, тюленя и рыбу, у нас огромная рыба, — Алхаис отмерил ладонями с метр, — вот такая. — Ничего себе!        Микайо тоже впечатлился, правда, не так сильно, он читал о том, что при всём холоде севера фауна там приспособилась выживать, и если обитала среди гор и бесконечного снега, то огромная, сильная, обычно крайне агрессивная, но до сегодняшнего дня это была лишь теоретическая информация, найденная в книгах. Алхаис рассказал, как в Ёрдране охотятся на медведей и разводят оленей, поделился тем, что рос у них причудливый овощ под названием «картофель», маленький плод, который можно и варить, и жарить, и тушить, и при этом он отлично насыщал, а вот фрукты в Ёрдране не росли даже летом, максимум низкие кустарники ягод. Слушал Джезая, будто сказку, с увлечением, не пропуская ни одного слова, когда же Алхаис закончил рассказ о родине, Джезая с горящими глазами протянул: — О-о-о-о, вот бы посмотреть на всё это! Я бы хотел приручить медведя. — Едва ли у вас получилось бы, это очень опасные животные, — вздохнул Алхаис, дотронувшись до одного из шрамов. — Умоляю! Я приручил королевскую громоптицу в десять лет, между прочим, никто прежде этого не делал.        Вновь Алхаис с усмешкой замотал головой. — Хорошо, как-нибудь привезу вам медведя, правда сомневаюсь, что в пустыне он найдёт пропитание. — Отлично! Голод — лучший помощник в дрессировке.        От услышанного Микайо отвёл глаза, проверил готовность рыбы и аккуратно снял вертела, передал самую большую рыбу Алхаису, ещё одну Джезае, а маленькую взял себе, есть стал осторожно из-за того, что пища не остыла и от сострадания безмозглому созданию. Жалко рыбу, но здесь не слишком богатый выбор овощей и фруктов, чтобы придерживаться привычного рациона, а силы нужны, и много. На время приёма пищи вернулось молчание, однако то, что Джезая ел довольно торопливо, подсказывало о намерении продолжить разговор при первой возможности. Джезая съел манго, выпил воды, принялся ждать, когда поедят остальные, едва это случилось, Джезая обратился к Микайо, который изысканно вытер рот. — Прекрасный, как вы вообще узнали об этом острове? — Долговечные хранилища информации изобрели совсем недавно, поэтому много знаний оказалось утеряно, особенно о нашем прошлом, — вздохнул Микайо. — Многие из наших скрижалей были повреждены временем или непогодой, однако в текстах упоминалось место, откуда всё началось.        Микайо принялся пересказывать фрагменты, а порой целые страницы разных свитков и скрижалей, в которых говорилось о том, что королевство «зародилось в кругу воды», «нашло своё начало у воды», «источник жизни дал начало королевству» и всё в таком духе, ведь переводить приходилось по крохотным кусочкам текста и то не всегда достоверно, Джезае и Алхаису же оставалось лишь слушать, забыв обо всём. Помимо навыков боя и управления королевством, Алхаису, как и Джезае, преподавали историю, но о далёком прошлом рассказывали лишь в общих чертах, ведь прошли сотни лет с тех пор, как были построены первые дома в Элдрине и повалены первые деревья в Ёрдране, никто уже и не помнил, откуда пришли те, кто стали жителями королевств, мало кого заботило прошлое, ведь следовало глядеть в будущее. —...но потом мы установили, что раньше всю воду обозначали одинаково, — отломанной веткой Микайо начертил на песке несколько символов, — это читалось и как «река», и как «озеро», и «как море», точно так же со множественным числом, для него не существовало обозначения, поэтому речь могла идти не только о нашем, но обо всех королевствах. Когда нашёл информацию об острове, я очень хотел увидеть его, но в такое неспокойное время не мог отправить экспедицию, — Микайо заговорил чуть громче, поддаваясь энтузиазму, — к тому же сказано, что только члены королевской семьи могут найти этот остров, не знаю, насколько правдива эта информация. И не так давно я прочёл об этой традиции выбора избранника, похоже, когда-то заключать браки между нашими семьями являлось обыкновенным делом. — Надо же… Я и подумать не мог. Но что случилось? Я даже не слышал о том, что наши королевства когда-то начались здесь, — искренне растерялся Джезая тогда, как Алхаис закивал. — Не знаю, это случилось очень давно. Возможно, началась борьба за ресурсы, а может разница культур сказалась, — если на миг голос Микайо показался тоскливым, то затем снова залучился энергией. — Главное, что у нас есть шанс всё исправить и помешать Халфиду развязать войну. — Вы уверены? — Да, если здесь есть мирный договор, подписанный первыми королями, даже Халфид не посмеет ослушаться королевской печати.        И Алхаис, и Джезая кивнули, они бы тоже не посмели нарушить указ, который пусть даже тысячу лет назад одобрил первый король Элдрина и Ёрдрана магической печатью, по сей день печати передавались от правителя к правителю и в день коронации их вручат юным принцам вместе с властью и ответственностью перед своими землями. Вопрос лишь в том, на самом ли деле история каждого из королевств началась здесь, правда ли первые короли заключили мир, точно ли оставили документ, подтверждающий это, на острове. Имелся лишь один способ получить все ответы.        Микайо встрепенулся, ощутил перемены в воздухе, как тот стал тяжёлым, спёртым, а потому принц будто заворожённый подошёл к выходу из пещеры, осмотрел голубое небо, затихших птиц, виднеющееся вдалеке пятно серых туч. — Будет гроза. Нужно закрыть вход и подставить посуду, то есть скорлупу. — Мы займёмся дверью, — вызвался Джезая и поглядел на Алхаиса, тот уже поднялся на ноги.        Ударом топора Алхаис обрушил дерево, за ним ещё одно и другое, сделал из них не слишком ровные доски, а Джезая накрепко связал их между собой листьями и лианами, приделал получившуюся дверь к толстому стволу, который Алхаис вогнал в землю перед входом в пещеру. Если не придираться, получилась отличная дверь, насколько отличной она могла стать в таких условиях. Микайо между тем расставил кокосы в неглубокие ямы, зафиксировал их камнями, оценил взглядом работу, которую проделали Алхаис и Джезая. Пусть воздух потяжелел, зато солнце скрылось за облаками, подул прохладный ветер, приносящий с собой воодушевление, Микайо словно перенимал энергию, освобождённую приближающейся непогодой, а потому позволил себе крупицу красноречия: — Кажется, вы можете сделать всё, что угодно. — А то! — задрал голову Джезая. — Когда живёшь в пустыне, иначе нельзя.        Издалека надвигались густые тучи, они тяжело плыли в сторону острова, неся с собой плотный занавес дождя, так что Алхаис проверил, надёжно ли установлены арка и дверь, повёл принцев в пещеру. Уютно горел костёр, углём Микайо дополнил карту, за чем Джезая внимательно наблюдал, сидя поодаль, Алхаис в это время подбросил хворост в костёр, убедился, что воды и еды хватит, чтобы переждать дождь, вряд ли тот затянется надолго. Послышалось рычание грома. — Где мы начнём искать, прекрасный?        Вновь Микайо горделиво проигнорировал обращение, окинул взглядом карту, затем схематично обозначил солнце на востоке и луну с противоположной стороны, за чем следил подошедший Джезая, сам старался запомнить карту. — Сказано, что храм находится «под солнцем и луной», но я не совсем понимаю, что это значит. Имеется ли в виду солнце на рассвете или, наоборот, на закате, когда оно ближе к луне? И почему «под» ними?        Джезая внимательно изучал карту, прокрутил в голове фразу о солнце и луне, почесал затылок. — Даже не знаю… У меня есть предложение просто прочесать остров, — пожал плечами Джезая, — он не такой большой. — Боюсь, у нас нет другого выхода, может быть, найдём подсказки. — Обязательно, прекрасный! А пока, — Джезая указал ладонью на костёр, — предлагаю скрасить время беседой.        Иного выбора не имелось, снова принцы устроились у огня, слышали, как ревел диким зверем гром, ощущали запах дождя, Джезая восторженно слушал Микайо, его тихий спокойный голос, то, как увлечённо он рассказывал об истории королевств, по крайней мере тех фрагментах, которые сумел найти и перевести. И Джезая не уставал восхищаться тем, сколько информации хранилось в памяти Микайо. Конечно, многое оставалось лишь домыслами и предположениями, однако, как Микайо читал, каждое из четырёх королевств получило своё начало здесь, на этом острове, куда однажды прибыли первые короли и поклялись, что никогда не нападут друг на друга, и именно здесь выковали магические печати, в которые вложили свою волю и стремления оберегать свои народы. Что случилось потом и почему об острове забыли, не знал никто, хотя печати королей продолжали передаваться из поколения в поколение на протяжении многих веков, как и легенды об их подвигах. Возможно, будущее в самом деле стало важнее прошлого, но только не для Микайо, он понимал, что в давно минувших днях мог найти ответы практически на любые вопросы.