Союз огня, земли и ветра

       На зависть многим людям, а особенно бойцам Алхаис умел общаться с организмом напрямую: если говорил, что нужно протянуть пару дней без еды, организм это понимал, если велел перестать изнывать от жары, организм будто по воле магии перестраивался под новые условия, а если Алхаис просил его проснуться пораньше, обязательно делал это; сам Алхаис не видел в этом загадки, исключительно дисциплину и силу воли. Поводов для раннего подъёма насчитывалось достаточно: первым делом, разумеется, Алхаис поддержал костёр и выгреб золу, оставил жариться мясо кабана, затем Алхаис поменял кокосовые скорлупки в очистителях, свежую воду принёс в пещеру, после чего, не расставаясь с топором, направился за плодами, местонахождение которых так предусмотрительно отметил Микайо на карте.        Фрукты Алхаис собирал в широкий лист, не слишком боясь нападения, ведь обычно хищники вели ночной образ жизни, но ни один звук, тем не менее, Алхаис не игнорировал, как не переставал осматриваться и следить за обстановкой, которая пока что оставалась безмятежной. Когда он возвратился в пещеру, принцы уже проснулись, Микайо приглядывал за мясом, чтобы то не сгорело, а Джезая глядел в потолок и время от времени измученно вздыхал. Появление Алхаиса значительно подбодрило, он принёс Джезае его одежду, чистую и зашитую, у него даже глаза заблестели от удивления. Джезая разглядывал свою рубашку и штаны, почти без пятен, ни крови, ни грязи не осталось, если не вглядываться. — Ого, как тебе удалось? — Это ерунда, — ухмыльнулся Алхаис, а Джезая всё рассматривал одежду, не с первого раза нашёл место, которое ещё вчера было порвано. — Где ты нитки взял? — Это сухожилия кабана. — Серьёзно?! — Джезая распахнул глаза, улыбнулся так ярко и честно, будто ребёнок. — Не знал, что их можно так использовать!        Алхаис помог Джезае одеться, убедился, что выглядел тот вполне опрятно, по крайней мере голым торсом не сверкал, а вот когда Джезая попытался встать на ноги, настойчиво уронил его обратно. — Тебе нужно отдыхать. — Но я нормально себя чувствую. — Спорить не буду, — кивнул Алхаис и придержал Джезаю за здоровое плечо, — как и проверять. Отдыхай.        Пришлось Джезае снова лечь на кровать, но сделал он это крайне возмущённо, чтобы все знали, как он оскорблён таким отношением. Джезая в самом деле прекрасно чувствовал себя, от боли не осталось следа, тело не изнывало, не ослабло от потери крови, но раз Алхаис сказал, пусть так будет. Джезая «отдыхал», наблюдая за Микайо, который по-прежнему возился с картой, искал способ сузить круг поисков руин, и за Алхаисом, приглядывающим за костром и завтраком. Когда мясо достигло готовности, Алхаис оторвал большой кусок, отдал Джезае вместе с водой и фруктами, Микайо протянул часть поменьше, но принц недоверчиво покосился на мясо. — Будет лучше, если я ограничусь растительной пищей. — Не могу согласиться, — Алхаис оставил мясо на листе возле принца, — вам нужны силы.        На самом деле Микайо хотел бы вступить в дискуссию, напомнить, откуда прибыл и какое отношение там поддерживали с животными, но не стал, в конце концов, Алхаис прав, им придётся потратить много энергии на исследование острова, к тому же однообразный рацион мог негативно сказаться на здоровье. После трапезы Алхаис бросил листья в костёр, поднялся, взял оружие, при виде чего Джезая весь заелозил, будто собака, ожидающая первую охоту, и Алхаис произнёс те самые слова, которые Джезая надеялся услышать, правда, не Джезае. — Погода нам благоволит, предлагаю продолжить исследование острова. — А как же я? — Ты будешь в безопасности, — кивнул Алхаис, однако взял несколько деревянных копий, которые на днях заточил, поставил возле постели Джезаи. — Но лучше не терять бдительность. Постарайся поспать. — Ладно...        Пришлось Джезае остаться в пещере, но себя он пытался подбодрить мыслью, что охранял убежище, следил за костром, как главный, а заодно восхищался тем, как аккуратно сумел зашить рубашку Алхаис. Он хоть что-нибудь мог сделать плохо или хотя бы попросту не сделать? И догадался ведь использовать сухожилия вместо нитей, не поленился высушить их.        Как всегда шагал Алхаис впереди Микайо, подминая траву, отодвигая ветви деревьев, постоянно оборачиваясь на Микайо и убеждаясь, что тот в порядке, если не считать выражения лица, серьёзно-задумчивого, будто на все вопросы мира мог ответить один лишь Микайо. Наверное, лезть с расспросами не следовало, в конце концов, Микайо мог рассуждать о чём-то важном для себя, пытаться понять, где находился храм, но почему-то Алхаис в этом сомневался к тому же, им стоило узнавать друг друга, учитывая, за чем на самом деле все они прибыли на остров. Насколько верно поступил тактически, Алхаис не брался судить, поравнялся с Микайо, попытался поймать его взгляд, но принц продолжал сосредоточенно исследовать точку перед собой. — Вас что-то беспокоит? — О чём вы? — Микайо немедленно отвёл глаза. — Вы выглядите напряжённым. — Вовсе нет.        Алхаис тихонько вздохнул, он слышал о том, что при общении с выходцами из Виндруна невозможно понять, что у них на уме, но считал, что речь шла немного о другом, например, что выражали даже простые мысли они крайне мудрёно, тем не менее Алхаис не стал отступать. Он осмотрелся, слышал птиц, ощущал ласковые прикосновения ветра, напоминал себе, что меньше, чем через месяц Микайо предстоит обручиться с одним из них, и лучше, чтобы он задумался над своим отношением и поведением в бракосочетании как можно раньше. Отстранённо, будто говорил о том, насколько белый снег выпал в этом году, Алхаис произнёс: — Скрывать эмоции вам удаётся, но лгать — совсем нет.        Сперва Микайо показался оскорблённым, впрочем, его лицо практически не изменилось, поэтому Алхаис мог только предполагать об этом. Чуть погодя, видимо, поборовшись с собой, Микайо вздохнул, тихо так, прелестно, посмотреть в глаза собеседника не сумел, но хотя бы повернулся почти в его сторону. — Джезая ранен и я хочу как-то помочь ему, наверняка он ждёт, что я, не знаю, заговорю с ним, — не слишком уверенно рассуждал Микайо, а Алхаис изумлялся двум вещам: как о таком можно не знать и тому, что Микайо в самом деле находился в растерянности, даже говорить стал немного громче и порой жестикулировал. — Но я совсем не знаю, что ему сказать. Нужно ли вообще это делать? Вдруг я оскорблю его гордость? — Уверен, Джезае будет приятно, если вы побеспокоитесь о нём, ваше величество. — Но как? — теперь Микайо заглянул в глаза Алхаиса, яркими, полными намерения изменить что-то и растерянными в эту секунду. — Для начала будет достаточно просто справиться о его самочувствии.        Не похоже, что Микайо принял слова за истину, уж слишком задумчиво отвёл взгляд, но всё равно кивнул. Справиться о здоровье — это не сложно, конечно, вопрос нужно ещё правильно сформулировать, но у Микайо имелось на это время, впрочем, как и более важные сейчас дела. За ночь Микайо успел мысленно прочесть все документы об острове, которые видел, и начал приходить к выводу, что под источником света подразумевалось солнце в своей наивысшей точке, по крайней мере в одном из свитков говорилось, что «прямой луч света укажет дорогу». Наверняка храм спрятан от пиратов и воров, сокрыт где-то в лесной глуши и только члены королевской семьи сумеют найти к нему путь; и те, кто так или иначе завладел нужной информацией.        Алхаис с Микайо забрались повыше на гору и оттуда он стал осматриваться, ждать, когда солнце достаточно поднимется, впрочем, не отрицал, что неверно истолковал послание, при переводе древних текстов ни в чём нельзя было испытывать уверенность. С высоты Микайо озирал остров, его пышные леса, полосу пляжа, тянущегося вдоль всего берега, то, как сверкающей лентой вилась река и как в определённый момент что-то начало сиять прямо среди листвы. Туда Микайо указал. — Алхаис, вы видите? — Да, — Алхаис подал Микайо руку. — Идёмте, нужно посмотреть.        Ликовать Микайо не спешил, не верил, что они так легко нашли древнее сокровище, однако не отрицал, что люди прошлого могли не проявить изобретательность и построили храм посреди леса. Деревья в нём росли густо, отовсюду цеплялись листья и ветки, порой под ноги попадались корни, и с каждой минутой Микайо всё больше убеждался, что ошибся, здесь не присутствовало ни единого признака древнего города или хотя бы одного строения. Затем Микайо усомнился и в этом: посреди леса, в кругу деревьев и травы сиял, подобно небесному светилу, шар, но не магический, как сперва посчитал Микайо, а сделанный из обыкновенного камня. Кроны над ним не заслоняли небо, а падающий свет солнца заставлял камень сиять себе под стать. Защищая глаза ладонью, Микайо начал подходить, изучал камень, песок и траву, пробившуюся сквозь него. Чем бы ни являлось это сооружение, его точно построили люди, но Микайо не мог вообразить, как именно. Камень возвышался на тонкой подножке и имел идеальную форму, безупречную, совершенно гладкую поверхность. Неужели его могли сделать таким несколько веков назад? Невероятно.        В то время, как Микайо прикасался к тёплому камню, разглядывал его и траву под ним, со всех сторон осматривал, едва ли не стучал по краям, Алхаис стоял на некотором расстоянии и не пытался строить теории. Странное изваяние, оно не походило на скульптуру, но и практическое применение вряд ли имело, для колеса неказистое, да и большое слишком. Какой-то ориентир? А может камень построили в знак признательности богам древности? — Ваше величество, вам это о чём-либо говорит?        Ещё несколько раз Микайо обошёл сияющий шар, коснулся губ. — Сложно сказать наверняка. Возможно, именно это имелось в виду под «солнцем», точнее «источником света». — Значит, луну нужно искать таким же методом?        Вновь Микайо оглядел камень, отошёл от него, поднял голову на солнце, окинул взглядом округу. — Не уверен. Мне кажется, подсказки бы не были такими одинаковыми, — на воображаемой карте Микайо отметил расположение сияющего камня. — К тому же каждую ночь луна движется немного иначе, она оказывается в разном месте в одно и то же время, конечно, может подразумевается полнолуние, но я не уверен, — горячее говорил Микайо, резко вернул привычную манеру речи. — Предлагаю ещё раз осмотреться с горы.        Возражений не последовало, поэтому вместе с Микайо Алхаис направился обратно, против воли гадая о назначении каменного шара, вряд ли его установили исключительно в качестве подсказки. К тому же какие ещё подсказки? Что это за игры? А если кому-либо срочно понадобилось бы попасть в этот самый храм, ему что, пришлось бы неизвестно сколько сидеть и решать головоломки? Как-то нелогично. Микайо же не задумывался над целью возведения камня, куда больше интересовался методами его обработки, помимо этого испытывал воодушевление, которое принесла за собой находка. Всего за несколько дней на острове удалось найти нечто столь необычное, даже если это не тот самый «источник света», это камень — часть истории, возможно он использовался для проведения какого-либо ритуала или с его помощью давали знак кораблям, пусть эту теорию Микайо всерьёз не рассматривал, насколько он помнил, кораблестроение в те годы даже не зародилось.        Они с Алхаисом забрались на склон, с него снова стали изучать остров, но в этот раз особенно внимательно, пусть солнце сместилось, шар продолжать сиять, усиливая воодушевление, будто шептал, что всё получится, нужно только больше постараться. Микайо запыхался, устал подниматься, но не обращал внимания ни на жар, ни на жажду, слишком сильное влияние оказала на него находка. И всё равно через пелену энтузиазма прошло ещё кое-что, тихий зов, призвавший замереть, прислушаться, насторожиться, ветер принёс Микайо запах, а вместе с ним совет как можно скорее бежать. Микайо начал оглядываться и хотя не заметил опасности, предпочёл не рисковать. — Алхаис, нам лучше уйти.        Не задавая вопросов, тот кивнул, подал Микайо руку, чтобы помочь спуститься, но почти сразу остановился. Алхаис крепче взял топор, подвёл Микайо к себе и защитил рукой, принялся вглядываться в деревья, ища угрозу, шаг которой уловил тонкий слух. Среди зелёных кустарников мелькнуло жёлтое пятно, затем немного дальше, так же неожиданно оно исчезло. Каждая мышца Алхаиса приготовилась к бою, он слушал, чувствовал, видел, и как только хищник выскочил из кустов, Алхаис швырнул в него тяжёлый камень, попал прямо в голову, но зверь лишь рявкнул, коснулся лапой морды, тут же бросился на Алхаиса. Он ударил ягуара хвостом топора прямо между глаз и пока хищник был оглушен, Алхаис поднял над собой огромный камень, кинул в зверя и оба покатились с горы. Секундой позже Алхаис сунул топор в крепление на поясе, подхватил на руки Микайо и бросился бежать.        Микайо чувствовал частые удары сердца Алхаиса, его крепкое тело и горячую кожу, как и то, что ветер снова принёс запах хищника, обернулся. Ягуара не удавалось заметить, но Микайо очень сомневался, что тот погиб, к тому же учился доверять ветру, тот никогда не лгал. Немного погодя Микайо различил ягуара между стволов деревьев. Затем он вскочил на горы, с чудовищной скоростью мчался позади, взрывая когтями землю. — Он сзади, — предупредил Микайо.        Его Алхаис сильнее прижал к себе, бежал изо всех сил, но понимал, что такого зверя не перегнать. Останавливаться опасно, но на ходу хвататься за оружие идея ещё хуже. Попытаться скрыться в лесу? Пещера ещё далеко. Микайо разделял волнение Алхаиса, впрочем, как и его намерение остаться в живых, пытался собрать в ладонях силы, концентрировался на них, звал на помощь ветер, он всегда выручал. В прошлый раз получилось, пусть и не сразу, в этот тоже должно, обязательно. Рычание ягуара слышалось совсем рядом, Алхаис уже был готов бросить Микайо со склона в траву, а самому выхватить топор и ударить зверя, но тот вдруг соскользнул вниз, будто что-то пнуло его в бок. Алхаис не стал мешкать, ускорился.        Пещера приближалась, там можно и защититься, и принять бой со зверем, который снова бросился в погоню, он сильно отстал, но Алхаис сомневался, что успеет добраться до убежища, бежал не так резво, как хищник. Он их специально преследовал? Рычание слышалось за спиной, звучало громко, угрожающе, вынуждая Алхаиса превозмогать физические возможности тела, чтобы скорее добраться до убежища, но он был готов насмерть биться с хищником, если придётся. Вряд ли ягуар опаснее медведя, однако с ними Алхаис хотя бы умел драться, а чего ожидать от громадного кота с крыльями мог только гадать.        Впереди показалась пещера, пока рядом всё громче рычал ягуар, он едва не хватал зубами за одежду, но вдруг остановился как раз за мгновение до того, как в землю вонзилось деревянное копьё, затем ещё одно, заставившее зверя отпрыгнуть. Кот задрал голову, прижал уши и зашипел на Джезаю, который занёс ещё одну острую палку, придерживал раненое плечо рукой; а ведь отец пытался научить его сражаться обеими руками, нужно было слушаться. Видя, что ягуар сделал шаг навстречу, Джезая замахнулся сильнее, глядел прямо в глаза хищника, казалось, предупреждал его, сражался с ним на ментальном уровне. Зверь поднял вторую лапу, но едва опустил её на землю, как Джезая бросил копьё совсем рядом, вынуждая ягуара обозлённо зашипеть. Он вновь поглядел на принца, словно проверяя его намерение, и то не ослабло, пылало диким огнём. Джезая взял ещё одно копьё, приготовился метнуть. В последний раз ягуар коротко зашипел, а затем броситься наутёк, сверкая золотистой шерстью, этого времени хватило Алхаису, чтобы добраться до ограждения. Одной рукой он придерживал Микайо, второй закинул на плечо Джезаю и обоих бросил в пещере, запер массивную дверь, схватился за топор. Снаружи стало тихо, похоже, хищник ушёл, пытаться ворваться в убежище не намеревался, как и не караулил у двери. Джезая повёл плечом, которое теперь снова болело, встал на ноги и подал руку Микайо, а тот принял помощь, перевёл взгляд на Алхаиса. — Вы как? Не пострадали?        Если Микайо хотя бы кивнул, то Алхаис откликнулся не сразу, некоторое время продолжал следить за дверью и звуками снаружи, убеждаясь, что хищник ушёл. — Нет. Ты очень помог. — Хех, стараюсь, — почесал затылок Джезая, скромно улыбаясь, снова схватился за плечо. — Ау.        Взволнованный Микайо практически прильнул к нему, снял повязки, тут же стал оглядывать рану и поразился тому, что кровь не шла, более того, рана полностью закрылась, отёк почти спал, кожа лишь слегка покраснела. Внимание прекрасного Микайо льстило Джезаи, однако, как бы тот ни пытался поймать взгляд и ни надеялся услышать пару слов, надежды оказались напрасны, впрочем, неудивительно. — Нужно убить этого зверя. — Прямо убить? — в голосе Джезая не скрыл тоски. — Может как-нибудь иначе? — У нас нет вариантов, он очень опасен. А если он снова нападёт и ранит тебя? — А почему сразу меня? — Джезая сложил руки на груди, вскинул голову. — Мне кажется, он меня уважает.        Если Джезая и пошутил, то Алхаис этого не понял, он стал выглядеть суровым и решительным, твёрдо намеренным убить ягуара, впрочем, Алхаис этого не скрывал. Он помог Джезае сесть у костра, подал скорлупу с водой, затем ещё одну Микайо, сам смочил горло. — Это серьёзно, Джезая. Либо мы его убьём, либо он убьёт нас.        Хотел бы Джезая возразить, но не стал, ему хватило того, что родного дядю убила громоптица, которую дядя пытался приручить, и это громоптица, про которых в Элдрине знали практически всё, а тут непонятное пятнистое чудовище. В итоге Джезая склонил голову, закивал. Что ему ещё осталось, кроме как согласиться? Не хватало ещё, чтобы Микайо или сам Алхаис пострадали от этого зверя, но не будь рядом их и имейся в запасе побольше времени, Джезая бы непременно попробовал приручить крылатого хищника, даже если бы потратил на это несколько лет.        Напряжение после встречи со зверем начало отступать, ему на смену пришло почти колкое молчание, даже Джезая не находил слов, точнее, не считал ситуацию подходящей для разговоров. А вот Алхаис наоборот углядел в ней отличный шанс развеять некоторые свои сомнений и церемониться не стал. — Микайо, когда этот зверь гнался за нами, вы ничего странно не заметили?        Усилием воли Микайо остался хладнокровен, не отвёл взгляд, не дрогнул, напоминал вырезанную изо льда скульптуру. — Боюсь, мне было не до того. — И чем же вы занимались в тот момент? — вдруг спросил Алхаис.        От его серьёзного тона мурашки пробегали по спине, даже Джезае стало неуютно, пусть он не понимал, о чём речь, главное, понял Микайо, он слегка нахмурился, сжал халат, пытаясь решить, как правильно поступить в данной ситуации. С высокой вероятностью Алхаис и Джезая воспримут информацию спокойно, но нельзя отрицать возможности, что она напугает их, а следовательно весь Элдрин и Ёрдран. Стоил ли риск того? Вдруг из-за этого станет только хуже? Но ведь когда-то королевства были едины, развивались вместе, преследовали мечту о процветании для каждой стороны и магия не стала для них помехой, как раз наоборот. Наполнив лёгкие воздухом, Микайо взял немного песка и выставил ладонь, опустил веки, чтобы достичь лучшей концентрации, пытался побороть волнение, вызванное пристальным вниманием и не остывшей после нападения кровью. Сперва не происходило ничего, Джезая глядел то на Микайо, то на его руку, не до конца понимая, за чем следить, на что именно смотреть, и прежде, чем успел понять, это сделало тело. На несколько секунд Джезаю словно бросило в жар, а мышцы напряглись, Джезая собственными глазами видел, как песчинки на ладони Микайо начали двигаться. Показалось — подумал сперва Джезая, но нет, чуть погодя они поползи, неуверенно, лениво, с каждым кругом делали это всё быстрее и в итоге на ладони Микайо стал танцевать настоящий, пусть даже такой маленький ураган. Джезая открыл было рот, но Алхаис приложил к губам палец, смирил взглядом.        Нутром Микайо содрогался от волнения и попыток не утратить контроль над магией, конечно, ничего страшного не произойдёт в этом случае, максимум в глаза попадёт песок, но упасть в грязь лицом перед принцами Микайо не мог себе позволить. Когда ощутил, как что-то внутри задрожало, будто река пыталась сменить направление, Микайо открыл глаза, поднял руку немного выше и позволил урагану рассеяться, а песчинкам осыпаться на пол. Тишина изумления длилась совсем недолго, Джезая схватился за голову, почти по слогам произнёс: — Это просто невероятно! Как вы это сделали?! — Я бы тоже хотел знать, — кивнул Алхаис, не отрывая взгляда от Микайо.        Ему стало совсем неловко, впрочем, это едва удавалось заметить, только голос выдавал лёгкой дрожью и тем, как тихо звучал, в остальном Микайо не изменял самообладанию, он завёл на плечо волосы, принялся расчёсывать их пальцами, на принцев не смотрел, посвятил внимание костру. — Я не уверен, как именно это происходит, у меня ещё совсем плохо получается… К сожалению, в Виндруне никто не владеет магией, полагаю, как и у вас, — предположил Микайо, на что Алхаис и Джезая кивнули. — Это ещё одна причина, по которой я хочу найти храм, быть может древние тексты подскажут, из-за чего это происходит. — Тогда мы просто обязаны их найти! Я тоже хочу колдовать! Вы бы могли меня научить? — Не думаю, — Микайо стал чаще проводить по волосам, отвернулся, — я и сам почти ничего не могу. — Тем не менее, вы владеете магией и наверняка сможете контролировать её при должном старании.        Микайо плавно кивнул. Не похоже, что Алхаис, а тем более Джезая углядели в магии опасность, это значительно успокаивало, однако Микайо не мог с уверенностью сказать, что поступил правильно, поделившись информацией. Что, если принцы расскажут об этом своим отцам? Впрочем, даже если так, что они могут сделать? Наверняка каждый правитель мечтал иметь при своём дворе хотя бы одного колдуна, а тут ещё и принца вдобавок, которому и так предстояло выбрать одну из сторон. В общем, ситуация нисколько не изменилась, но теперь Микайо хотя бы мог не прятаться и посвящать занятиям, которые сам же для себя назначил, больше времени.        Окончательно обстановка разрядилась благодаря тому, что Алхаис принёс фрукты и жареную рыбу; когда он успел её приготовить, осталось удивительной загадкой.Дверь защищала от прямого света, так что в пещере становилось не так жарко, как снаружи, пусть Микайо всё равно считал, что солнце здесь слишком горячее, с удовольствием бы окунулся в воду, но точно не после нападения ягуара. Как он вообще здесь оказался, ещё и один?        Из-за сытной пищи Джезая почувствовал прилив энергии, готов был сорваться на подвиги, но Алхаис, разумеется, не позволил этому случиться, как минимум потому, что снаружи гулял ягуар, даже если Джезаю он глубоко уважал, но, что ещё важнее, Джезае следовало хорошенько отдохнуть. После того, как уложил Джезаю на постель, Алхаис проверил, надёжно ли держится дверь, убедился, что ягуар не сидел в засаде где-нибудь поблизости и ограждение не повредил, а заодно забрал с камня, который определил для сушки одежды, постиранный шарф Микайо, кое-где ткань осталась в пятнах, но ничего поделать с ними Алхаис так и не сумел, грязь слишком глубоко въелась. Он запер дверь, подошёл к Микайо, который снова стоял перед картой с отметкой местонахождением круглого шара, и любезно протянул шарф. — Это ваше. — Благодарю, — на миг Микайо растерялся, но ткань всё же забрал.        Надевать шарф Микайо не стал, вместо этого скрутил в не слишком объёмный, но достаточно мягкий свёрток, замер. Это сойдёт за беспокойство? Кажется, Джезае не очень удобно лежать на постели, возможно, так ему будет лучше. Или нет. Может, принц посчитает, что с ним излишне любезничали? Микайо заметил, как Алхаис устроился с Джезаей, но на самого Микайо перевёл многозначительный взгляд, жестом пригласил сесть рядом. Стоило ли делать это? Почему нет? Но с какой целью? Если они будут просто сидеть, Микайо бы предпочёл попрактиковаться в магии, если столь громкое слово было уместно, но Алхаис снова указал рукой и Микайо не сумел отказаться как минимум из приличия. Он сел возле постели, продолжал крутить в руках смотанный шарф, поглядел на Алхаиса, а тот мотнул головой в сторону Джезаи, призывая сделать уже хоть что-нибудь. — Джезая… возможно, так вам будет удобнее? — произнёс Микайо и протянул шарф, от чего Джезая широко улыбнулся, приподнял голову, позволяя положить под неё ткань. — А вам не жалко? — Нет, если это хоть немного поможет. — Конечно! Очень поможет.        На этом Микайо намеревался уйти, но едва поднялся, как ощутил трепетное прикосновение к пальцам, встретился взглядом с Алхаисом, его холодными серыми глазами, напоминающими сталь клинка. Что он советовал делать? А, спросить о самочувствии. Но это ведь такой простой вопрос... до которого Микайо, впрочем, не догадался. Он положил руки на колени, уговорил себя поглядеть на Джезаю, а тот будто ощутил желанное внимание, встретился взглядом. — Как вы себя чувствуете? — В целом нормально, хотя мышцы ещё болят, но лучше, чем должен был, — Джезая вдруг засмеялся. — Это как когда меня змея укусила, всё, думал, помру, а нет, повалялся пару дней, как камень, и нормально. — У вас много ядовитых животных? — поддержал разговор Алхаис. — Да, если не громоптица, то что-нибудь ядовитое. Но в основном мелкие звери, на самом деле, скорпионы-то с ладошку, и змеи короткие, но хитрые, гады...        Микайо слушал рассказ Джезаи о родине и не мог постичь, как с такой любовью и весельем он мог говорить о месте, где кроме солнца, песка, камней и ядовитых животных ничего больше не имелось. Удивительные изваяния из камня, вечно-горящее пламя в пещере, камни, которые танцевали, когда никто не видел, непревзойдённой красоты звёздное небо и вода после долгого похода вкуснее любого напитка — вот, о чём не писали в книгах, вот, что видел в Элдрине Джезая.