Life in this world

      Энтони не видел Джозефа несколько дней (такое иногда случалось, но он так и не спросил, куда тот пропадал и, видимо, уже никогда не спросит). Голову Энтони не покидали вопросы. Очень много вопросов. О себе и о Джозефе. Ответов он смог бы добиться, только если бы поговорил с ним.       — Мисс Леббс, здравствуйте. Я могу войти?       — Проходите, мистер Керт.       Энтони шагнул в кабинет, осторожно присел на стул.       — Чего хотели?       — Хотел узнать, могу ли я, м… Связаться с Джозефом Пристом как-нибудь?       Энтони не верил, что делал это, но казалось, что так было бы проще. Хотя он не имел ни малейшего понятия о том, что собирался говорить.       — Могу предоставить номер больницы, в которой он сейчас находится.       Энтони распахнул глаза. В больнице? С ним что-то случилось…       — Что-то произошло?       — Извини, я не могу разглашать эту информацию. — мягко сказала женщина, сочувственно улыбнувшись.       Энтони вздохнул.       — Будешь звонить?       — Да! Да, пожалуйста.       Энтони подошел к телефонному аппарату, услышал несколько длинных гудков, после чего услышал, как представилась медсестра.       — Здравствуйте, а… Как я могу связаться с Джозефом Пристом, мне сказали, он у вас?       — Извините, на данный момент никак. Я могу передать, что вы звонили.       — Да, спасибо большое.       Энтони положил трубку, перед этим представившись, понимая, что даже если и так, это бесполезно. Джозефу, даже если он перезвонит, ответит не Энтони. Теперь у него было еще больше вопросов…       Джозеф постучал в его дверь спустя бесконечно длинную неделю, за которую Энтони успел известись, сжирая себя изнутри самоуничижительными мыслями.       Джозеф выглядел очень уставшим, у него под глазами появились еле заметные синяки. Но, не смотря на это, когда он увидел Энтони, он ему улыбнулся.       — Привет, кудряшка.       Энтони не успел ничего ответить, Джозеф схватил его за плечо и притянул к себе, сжимая в объятиях, делая шаг вперед так, что они оказались скрыты внутри комнаты. Энтони прижался носом к его шее и неосознанно ухватился за его футболку на спине. Было приятно. Очень непривычно, неправильно, но приятно. Он чувствовал теплое дыхание на шее, прямо под ухом, и не мог контролировать себя, неожиданно вздрогнул.       — Где ты был? — тихо спросил Энтони.       — У сестры. Она лежит в больнице. Были осложнения, мне надо было приехать, но сейчас все нормализуется.       Энтони выдохнул. Джозеф усмехнулся, так его и не отпустил, умудрился захлопнуть дверь ногой.       — Мне сказали, ты звонил.       Энтони смутился, когда на него нашло осознание того, как они стояли, что он чувствовал, и как закончился их последний разговор.       — Не дергайся, пожалуйста. Позволь.       Энтони остановился, успокаиваясь. Только его сердце продолжало бешено колотиться, а пальцы судорожно сжимали чужую футболку. Джозеф положил ладонь ему на волосы, чуть сжимая, и сердце Энтони, что казалось ему невозможным, еще сильнее забилось.       Они простояли так несколько бесконечных мгновений. Потом Джозеф осторожно его отстранил, придерживая за плечи, заглянул в испуганные глаза.       — Хочу поговорить с тобой.       Энтони только кивнул. Они присели на кровать: Энтони осторожно сел подальше от Джозефа, а тот подогнул под себя ногу и выглядел достаточно расслабленно.       — Хочу признаться кое в чем. — начал Джозеф, — Это будет касаться моей личной жизни. Я хочу быть уверенным, что ты не поменяешь своего мнения на мой счет…       Глаза Энтони обеспокоенно бегали по лицу Джозефа.       –… Ты первый, кому я расскажу. Я бы хотел, чтобы ты считался с моим мнением, как ты делаешь это всегда. Не хочу слушать, что это неправильно, я живу с этим всю сознательную жизнь, я принял это. Хочу, чтобы это осталось между нами. Пожалуйста…       Энтони кивнул.       — Спасибо. — Джозеф вздохнул, за его улыбкой и спокойствием скрывалась нервозность, — Мне не нравятся девушки. В плане, совсем.       — Но…       — Дослушай меня, Энтони, — проникновенно произнес Джозеф, — Знаю, тяжело в это поверить, но или так, или терпеть насмешки своих же друзей. Когда я тебе говорил про отношения, которые длились два года… Это были, как бы это сказать, тайные отношения. И очень болезненные, после которых я принял решение подавлять свои желания. Но к нам пришел ты.       Сердце Энтони дернулось.       — Я знаю, как ты ко всему этому относишься, я все прекрасно понимаю, ты не подумай. Я ничего не буду делать. Я ничего тебе не сделаю, просто… — Энтони впервые слышал, чтобы Джозеф звучал так отчаянно, — Не хочу, чтобы что-то менялось. Но… Мне было так плохо, когда ты избегал меня. Я не знал, что сделал не так. Я так себя контролировал, я боялся, что ты что-то заметил и перестанешь общаться со мной.       У Энтони сжималось сердце, пока он это слушал. Он не хотел причинять боль. Джозеф настолько переживал из-за того, что мог его ранить. А Энтони, вместо того, чтобы поговорить, просто зарылся в свои мысли с головой, страшась их.       Энтони не стал подавлять желание снова обнять Джозефа, так что он приподнялся, чтобы дотянуться до него, обхватив за шею. Джозеф перехватил его за талию, сбивчиво выдыхая ему куда-то в шею.       — Прости, пожалуйста. Я просто… — Энтони вздохнул, — Почувствовал что-то, я испугался. Это… Неправильно.       — Это «неправильно» только потому, что кто-то так сказал. — возразил Джозеф, — Пожалуйста, Энтони, не думай, что ты неправильный.       Никогда ему не казалось его имя настолько приятным. Энтони снова несильно вздрогнул, когда то теплое чувство в животе появилось вновь. Энтони отстранился, остаживаясь от Джозефа.       — Кудряшка, — ласково протянул он, так, что Энтони почувствовал себя очень маленьким и потерянным, — Что ты почувствовал?       Энтони покачал головой, он стыдился. Джозеф придвинулся к нему чуть ближе, но, как и обещал, сохранял дистанцию.       — Я не готов. — отказался Энтони.       — Хорошо.       Было видно, что Джозеф расстроен, но он не стал ни о чем его просить. Он легко перевел тему, поделился с ним, как ездил к сестре. Ее звали Анна, недавно она попала в аварию, поэтому лежала в больнице. Сейчас ее состояние было стабильным, так что Энтони был спокоен. Джозеф так тепло о ней говорил… Энтони очень нравилась эта его сторона, ласковая и открытая. Без его излюбленных шуточек (хотя и они не вызывали у Энтони какой-либо неприязни). Все это было как-то… По-домашнему.       Энтони почувствовал, насколько сильно скучает по маме, которую увидит еще не скоро. За этим поднялась волна давно забытой злобы на отца. Из-за него он не мог видеться с ней, был здесь. Но все же, именно из-за него сидел и разговаривал сейчас с Джозефом.       Им пришлось разойтись, их разогнали по спальням, чтобы они начали готовиться к отбою. Энтони впервые за последние дни чувствовал спокойствие. Он не думал, насколько он «неправильный», хотя это все еще вызывало в нем легкую панику. А воспоминания о касаниях отдавались теплым ощущением в животе.       Эмили присоединилась к ним в библиотеке чуть позже обычного.       — Привет, Джозеф. Вы поговорили? Замечательно!       — Привет, Эмили. — Джозеф усмехнулся, он сидел рядом с Энтони, и их колени соприкасались, из-за чего последнего немного потряхивало.       — Ой, Энтони, ты же придешь посмотреть на соревнования? Хотя… Ты и не сможешь их пропустить, даже если захочешь. — Эмили пожала плечами.       Энтони усмехнулся.       — Да я бы и не смог пропустить. Хочу посмотреть, как вы выиграете.       — Я пропустил неделю тренировок, — вздохнул Джозеф (ухудшало положение и то, что в преддверии соревнований их количество увеличилось, а до самих соревнований оставалось чуть больше недели), — Мне нужно сильно постараться, чтобы меня не заменили.       — У тебя все получится, я уверена.       — Спасибо. — Джозеф кивнул, — С твоей непосредственной поддержкой я хоть горы сверну. — сказал он Энтони шепотом, когда Эмили отвлеклась на подружек, которые проходили мимо.       Энтони посмотрел на его ухмылку широко открытыми глазами. Иногда Джозеф, находясь в хорошем настроении, позволял себе некоторые шутки в его сторону.       — Обсудим это потом. — не растерялся Энтони, и Джозеф хмыкнул.       — Как твои тренировки, Эми?       — Нормально, по словам тренера войду в первую пятерку. — она будто все равно была этим недовольна (а тренировки Энтони все еще оставляли желать лучшего).       — Ха, да я бы на твоем месте прыгал от радости.       — Мне нужно первое. — с азартом сказала Эмили.       — Хм, уважаю твое рвение. Поставлю на тебя.       — Делаете ставки? — спросил Энтони.       — Ну, если что, вы об этом не знаете. Ты представляешь, что начнется, если директор прознает об этом? А так да, каждый год промышляем.       Энтони хмыкнул.       — Ты в деле? — хитро прищурившись, предложил Джозеф.       — Ага, поставлю на команду другой школы.       — Эй! Ты обидел меня до глубины души. — возмутился он.       Энтони и Эмили посмеялись.       — Прости, но я не собираюсь ставить на команду Кевина, будь ты хоть трижды в ней.       Джозеф вынужден был согласиться.       Стоило им вспомнить о Кевине, как тот ввалился в библиотеку, презрительно окидывая помещение взглядом.       — Черт, он за мной.       Джозеф быстро поднялся и, не попрощавшись, сразу ушел.       — Так что между вами было? — спросила Эмили, привлекая внимания Энтони, который все еще смотрел Джозефу вслед.       — Небольшое недопонимание.       Эмили прищурилась, но ни о чем больше не расспрашивала.       — Ладно, я рада, что все хорошо. — искренне сказала она.       — Мистер Смит. — поздоровался Энтони, на что преподаватель только кивнул, сосредоточенно наблюдая за фехтовальщиками.       Вся академия гудела. Скоро должны были приехать гости (в связи с чем все ходили в вычищенной и выглаженной форме; а еще были отменены все дополнительные, чему была бескрайне благодарна та часть академии, что не участвовала в соревнованиях). Тренера проводили последние тренировки перед завтрашним днем (Джозеф все же попал в команду, чему все они были рады).       Энтони стоял рядом с мистером Смитом и наблюдал за Эмили. Первыми были фехтовальщики, так что они были больше всего на нервах.       — Черт! — ругнулась Эмили, когда у нее не получился выпад.       — Мисс Саммерс!       — Извините!       Энтони постарался удержать серьезное лицо. Он понимал, что она очень переживала. Эмили отвлеклась, когда увидела его.       — Отдохни. — предложил мистер Смит, когда увидел, как они смотрят друг на друга.       Эмили поблагодарила его и подбежала к Энтони. Они отошли подальше от поля, на котором занимались остальные.       — Глупо спрашивать, нервничаешь ли ты?       — Да. — коротко ответила Эмили, — Спасибо, что пришел. Это важно для меня.       — О чем речь. Для меня это почти так же важно.       Эмили усмехнулась.       — Знаешь, сколько ставят?       — Джозеф отказался говорить. Под предлогом того, что я его обидел.       Она рассмеялась.       Они еще немного прогулялись, после чего Эмили была вынуждена вернуться на поле.       Энтони сел на трибуну, наблюдая, как готовилась Эмили. Он видел, как она нервничала, и начинал нервничать сам. Переведя взгляд, он увидел Джозефа, в безупречной форме, только с расстегнутыми верхними пуговицами рубашки. Он разговаривал с Кевином и остальными. Энтони подавлял непонятную ревность, когда смотрел, как они мило беседуют (он все еще не мог до конца принять привязанность Джозефа к нему).       Он думал, что Джозеф останется с друзьями, но когда прозвенел сигнал, предупреждающий о начале соревнований, он, под недовольным взглядом Кевина, поднялся к Энтони, присел рядом.       — Привет.       — Кевин рано или поздно меня убьет.       Джозеф хмыкнул.       — Нет, я ему не позволю.       — Почему ты не рассказал ему?       Джозеф немного помолчал.       — Потому что тогда он убьет меня.       Энтони не стал больше спрашивать — Джозеф звучал слишком огорченным.       Началось соревнование, Энтони наблюдал за Эмили с таким напряжением, что казалось, готов был выскочить из штанов. Он дергался от каждых выпадов в ее сторону и пихал Джозефа, который смеялся из-за этого, в бок.       Во время награждения Джозеф почти держал Энтони, который был готов сорваться к Эмили в любой момент. Она заняла первое место! Она это сделала! Энтони был так за нее рад. Он все же подбежал к ней, не смотря на количество людей, заключая в объятия, поднял ее над землей, прокручивая.       — Поздравляю!       Эмили смеялась ему прямо в ухо, принимая объятия. Джозеф в это время стоял в стороне и наблюдал за ними с улыбкой. Правда, когда Энтони отстранился от Эмили, его уже не было. Он осмотрелся, и увидел его с Кевином, и выглядел Джозеф недовольно. Вероятно, они опять спорили.       Эмили отмечала победу с подружками, им даже удалось протащить Энтони в женское крыло («куда не ступала нога ни одного мальчика», как сказала Эмили).       — Мне полагается награда за выигрыш? — прошептал Джозеф ему на ухо, обходя со спины.       Энтони дернулся. Он ждал его с другой стороны и не ожидал, что тот так подкрадется.       — Сначала выиграй. — пробормотал Энтони.       — Я запомню. — Джозеф подмигнул ему и направился в сторону озера, на последнюю тренировку.       Энтони решил поддержать и его.       — Что он тут делает? — услышал он возмущения Кевина.       — Успокойся, пришел поддержать.       Энтони казалось, что Кевин тоже ревновал Джозефа, вот и злился.       Тренировка почти не отличалась от того, что видел Энтони, пока занимался стрельбой из лука, но он все равно отсидел до конца, почитывая книгу, когда лодка периодически скрывалась вдалеке.       — Мистер Рид, здравствуйте.       Энтони решил поприветствовать тренера, который выглядел так же напряженно, как мистер Смит пару дней назад.       — Здравствуйте, мистер Керт. За кого болеете?       — От нас же идет одна команда.       — Да, но ведь у вас наверняка есть любимчик. — мистер Рид хитро улыбнулся.       Конечно…       — Я просто болею за команду.       — Будь по вашему.       Весь следующий день день Джозеф ходил в напряжении, не шутил сам и огрызался на шутки Энтони.       — Все будет нормально. — уверял Энтони.       — Все не так просто, кудряшка, от этого зависит наша репутация. При работе в команде слишком много ответственности.       Джозеф, лежа на кровати Энтони, вздохнул, проводя руками по лицу. Энтони же, до того сидящий на стуле, поднялся, подходя к кровати. Джозеф на него удивленно посмотрел и поднялся.       — Что?       Энтони просто пожал плечами, потом наклонился, оставляя невесомый поцелуй у него на щеке (на самом деле он очень переживал и думал об этом пол дня). Джозеф пару раз моргнул, облизал губы и даже дернулся в его сторону, но Энтони уже отстранился на приличное расстояние, так что Джозеф только разочарованно выдохнул.       — Ты не можешь так со мной поступать.       Энтони усмехнулся.       — Выиграй, и мы поговорим.       Джозеф улыбнулся, принимая правила азартной игры.       — Я тебя не выпущу, если выиграю, ты же знаешь?       У Энтони по спине побежали мурашки. Было волнительно, смущающе и будоражаще. Но он старался этого не показывать, невозмутимо хмыкнул.       К нему в комнату бесцеремонно ввалился Кевин.       — Какого черта ты тут разлегся, быстро на поле.       — Эй! Не вламывайся ко мне в комнату! — возмутился Энтони.       — Если из-за вас, кретинов, мы продуем, я с вас обоих шкуру сдеру.       — Прости. — шепотом извинился перед ним Джозеф и вышел.       Энтони только услышал, как Джозеф препирался с Кевином.       На трибунах и около них собралось настолько же много народу, как вчера. Местные, приезжие, все перемешались и выкрикивали имена членов команд, за которые болели. Соревнования по гребле были особенно важны для школы, на них всегда делался упор, так что на ребятах лежало много ответственности, им нужна была эта поддержка.       Энтони, на этот раз, сидел с Эмили. Она выкрикивала имя Джозефа, а Энтони просто переживал рядом. И за команду, и за себя. Он не знал, чего ждать от вечера (команда Кевина лидировала, так что это было вопросом времени), он даже рассматривал такой позорный вариант, при котором он сбегает.       Энтони не пропустили к команде, да он и не сильно хотел. Они с Эмили просто стояли в стороне и ждали, пока спадет шумиха.       — Хэй, Джозеф! Пойдем с нами! — услышал он радостного Кевина.       — Простите, без меня!       — Ну ты серьезно? — разочаровался он.       Энтони заметил только, как Джозеф пожал плечами, и как Кевин вздохнул (наверное, было очень неприятно видеть, как твой друг от тебя отдаляется, хоть Энтони и не жалел его).       Джозеф, зачесывая мокрые волосы назад, направился к ним. Он прижал их обоих к себе, оставляя на их серой форме мокрые следы.       — Эй, отпусти, Джозеф! — вырывалась Эмили, но он только посмеялся.       Энтони даже не пытался, принимая участь.       Джозеф как мог пытался отвязаться от толпы (он еле вышел из раздевалки), тянул Энтони за руку за собой. На третьем этаже никого не было, все отмечали где-то в других местах, так что они шли по тихому коридору.       Джозеф завел Энтони в комнату, закрыл дверь и прислонил его к ней, придерживая за плечи. Он смотрел вдохновленными глазами, полными азарта, Энтони даже терялся под таким напором.       — Я выиграл. — прошептал он.       — Выиграл. — повторил Энтони.       Джозеф бережно взял его голову в руки, чуть приподнимая ее. Энтони потерянно смотрел ему в глаза, щеки грелись под его большими пальцами.       — Можно? Пожалуйста?       Энтони медленно положил руки на его рубашку, непривычно выправленную из штанов, сжимая ткань.       — Да…       Энтони выдохнул ответ уже Джозефу в губы. Было приятно. Очень. Его губы были теплыми, мягкими и очень чувствительными. Он целовал уверенно, выплескивая все те желания, которые так долго держал. Джозеф, придерживая его за шею, навалился на него, вжимая в дверь, прижался всем телом, и Энтони чувствовал колоссальное удовольствие. Такое, какого не испытывал никогда. Он хватался на его рубашку, словно утопающий, и даже когда не хватало дыхания, Джозеф не хотел его отпускать.       Когда воздуха стало совсем мало, он отстранился, глубоко вдыхая, прижимаясь лбом к двери. Энтони, пытаясь отдышаться, чувствовал, как сердце стучало прямо у него в голове. А там, где Джозеф прижимался к нему, разливалось тепло.       — Черт… Энтони… — протянул он, прижимаясь носом к его виску.       Его крепкие руки все еще удерживали его шею. Ощущая эту силу, Энтони не мог справиться с нарастающим возбуждением. Его тело реагировало, и сильно, губы кололо, руки не слушались. Всего было так много, Энтони начинал теряться.       Джозеф легко поцеловал его в висок, успокаивающе поглаживая вьющиеся волосы на затылке.       — Спасибо…       Энтони ничего не отвечал, не был способен говорить. Когда он прокрутил этот момент у себя в голове, когда осознал, что Джозеф прижимался к нему бедрами, он чуть не потерялся в своем смущении.       — Прости, прости. — прошептал Джозеф; казалось, он тоже это осознал и поспешил отстраниться, но не убрал рук с его лица.       Энтони разжал пальцы на его рубашке.       — Мне понравилось. — честно сказал он, перебарывая свое смущение.       Джозеф усмехнулся. Было похоже на то, что он испытал облегчение. Он прижал их лбами друг к другу. Энтони не мог осознать весь спектр эмоций, никогда бы не смог объяснить, что чувствовал, находясь в коконе его сильных рук.       — Ты мне нравишься, Энтони. — прошептал Джозеф, — Я буду рядом, если позволишь.       Энтони не мог поверить, что Джозеф был так открыт с ним, и проявлял так много чувств, но, вполне вероятно, с ним такое тоже происходит редко, когда кто-то принимает тебя.       — Почему? Ты так много даешь…       — Я легко и сильно влюбляюсь. — прошептал Джозеф, — Особенно в тех людей, — что осталось невысказанным.       Влюбляюсь… Было приятно. Очень необычно, волнующе, но приятно. Возможно, Энтони мог сказать то же самое. Во всяком случае, Джозеф ему определенно нравился.       У Энтони в голове мелькало так много событий, когда Джозеф проявлял к нему доброту, такую, которой он никогда не мог дать название. Он никогда не верил его бескорыстию, не понимал, почему он так… Заботился. Почему так старался подружиться.       — Ты мне тоже нравишься.       Энтони не мог не ответить на счастливую улыбку Джозефа. Тот снова его поцеловал, на этот раз коротко и легко, будто просто пробуя, как это ощущалось.       — Я хочу остаться… — прошептал он ему куда-то в висок.       — Но ты не сможешь. — Энтони положил ладони на запястья Джозефа.       — Я приду к тебе ночью, никто не заметит.       Энтони слабо кивнул, прикрыл глаза, позволяя Джозефу оставить еще один невесомый поцелуй.       — У тебя сладкие губы. — прокомментировал Джозеф, усмехаясь.       — Прекрати. — пробормотал Энтони.       — Нет, я серьезно.       Энтони не сдержал смешок, внезапно все показалось очень абсурдным. Но он действительно верил. Хотел верить. У него никогда не было ничего настолько хорошего, никто его никогда так не принимал…