Дядя Марс и его племянник

Ух и страшно же было ехать! Свинья неслась по кочкам и ухабам, будто нарочно выбирала самые узкие дорожки, а потом и вовсе рванула напролом через лес. А там, между прочим, кусты колючие, комары кусачие, а ещё нет-нет да и змеи. Борька уже на первом крутом повороте сдался, обхватил Лену за талию, хотя вообще-то держаться за девчонку было как-то не то что унизительно, а неудобно, что ли. Вроде бы алхимик должен уметь впечатлять, даже если ему всего девять лет. Вот дядя Марс в семь лет уже занимался верховым петушиным фехтованием, а Борька что? Едет на свинье, трясётся, как мешок с картошкой, вцепился в простолюдинку и визжит. Нет, ничего дурного в Ленином происхождении Борька, конечно, не видел, чай и сам не из графьёв. Просто позориться перед какой-нибудь принцессой было бы вроде как простительнее… — Да не боись, не скинет, — сказала Лена и успокаивающе похлопала Борьку по руке. Свинья взбрыкнула, и Лена заливисто рассмеялась. Борька хотел было возмутиться, что ничего смешного в этом нет, но свинья пошла дробно выплясывать по кочкам, пришлось изо всех сил держаться, чтобы зубы изо рта не вытрясло. — Слезай, Пузоборов, приехали! — объявила наконец Лена, пятками сжав бока свиньи. — Чего?! — возмутился Борька. — А чего? — пожала плечами Лена. — Какой я тебе Пузоборов? — Так всё-таки У Забора, да? Я думала, послышалось. Чудное имя. Лена философски развела руками. Из ведра, которое она до сих пор держала на весу, от этого жеста выплеснулись остатки воды. — Вообще-то я У-ро-бо-рос, — по слогам произнёс Борька. — Можно просто Борька, если трудно запомнить. — Слыхал, Борька? — Лена потрепала свинью по холке. — Тёзка твой. — Свинью зовут как меня? — обиделся Борька. — Во-первых, он хряк, — с достоинством поправила его Лена, — а во-вторых, это тебя зовут как его. — Ну и подумаешь, — надулся Борька. — Веди уже к своей ведьме… — К ведунье, — строго подняла палец Лена. — Ну, к ведунье, — согласился Борька. Что угодно, лишь бы поскорее домой из этого безумия! Дома-то всё просто и понятно, дома дядя Марс с процессами, дома никаких хряков, только колбочки с пробирками. По всему выходило, что поскорее не получится: хоть Лена и заявила, что они приехали, никакого дома ведуньи посреди леса видно не было. — По-моему, ты заблудилась, — хмуро сказал Борька. — Ой, дура-ак, — покачала головой Лена. — Это же ведунья! К ней надо по-особенному заходить, а то так и будешь плутать до скончания веков. — Это как — по-особенному? — А вон, тридевять шагов задом через крапиву. Борька обернулся, увидел высоченные заросли и поморщился: — Шутишь? — И через левое плечо обернуться. Борька жалобно посмотрел на крапиву, потом на Лену. Ну, не предложишь же девчонке первой идти! Он подошёл к крапиве вплотную и попятился, жалясь, ойкая и считая шаги. Досчитал до двенадцати, хотел было обернуться, но Лена воскликнула: — Куда, дурная твоя голова! Рано! — Так три и девять же! — Тридевять, дурачина ты! Три раза по девять! Пришлось пятиться дальше. Наконец Борька на что-то налетел, обернулся — через левое плечо — и увидел калитку. — А теперь что? — Ну, дурень! Открывай! — засмеялась Лена. Борька послушался, прошмыгнул в тесно засаженный подозрительными травами дворик и замер в ожидании Лены. Та аккуратно обогнула крапиву и перемахнула через забор. — Э-э! — возмутился Борька. — Разве так можно? Сама же говорила, к ведунье надо по-особому! — Мне можно и так, — отозвалась Лена, важно задрав нос. — Я-то её внучка!