***
Чиновник Тун Сюэ, как только вошёл в дом, полез обниматься с Ло Хуашэном, все причитая, как же тяжко тому пришлось. Хэ Тао, дабы им не мешать, отправился на кухню, где заварил дорогого чая из своих собственных запасов, поскольку в коробочке для чая, что принадлежала Ло Хуашэну он обнаружил лишь столетнюю пыль и ни одного несчастного листика чая. Но посчитав, что чиновник Тун Сюэ является гостем не только Ло Хуашэна, но и его самого, Хэ Тао не стал жадничать, и вдобавок к чаю вытащил из своих запасов коробку со сладостями. Сварив чай и водрузив маленький чайник на серебряный поднос вместе со сладостями и несколькими чарками для чая, Хэ Тао медленно направился к крытой веранде, что располагалась сбоку от восточной части дома, где проживал Ло Хуашэн. И где теперь за круглым столом, восседал словно победоносный генерал, чиновник Тун Сюэ, который мило о чём-то шептался с Ло Хуашэном. Стоило Хэ Тао подойти поближе, и он услышал, как Ло Хуашэн жаловался на то, что ничего не помнит, на что чиновник Тун Сюэ ему ответил: — Ну ничего, ничего, дорогой. Господин Хэ Тао о тебе хорошо позаботится, он ведь такой прекрасный муж. Сам Хэ Тао, который совсем не ожидал такого поворота, услышав это, чуть не уронил поднос с чайником. Он то, глупенький, надеялся на то, что приход чиновника Тун Сюэ поможет вразумить Ло Хуашэна и тот быстро поймет, что то, что произошло между ними недавно, является ничем иным, чем банальным недоразумением. Ожидалось, что чиновник Тун Сюэ начнёт рассказывать Ло Хуашэну о том, что произошло с тем на протяжении трёх лет, которые тот позабыл и, услышав его рассказ, Ло Хуашэн начнёт мало-помалу вспоминать прошлые события. Особенно события, что произошли между ним и Хэ Тао, а именно — покупка дома и всё. Ведь, по сути, между ними ничего более и не произошло, поскольку Ло Хуашэн ушёл до того, как Хэ Тао успел обжиться в доме, а за те несколько дней, что они жили под одной крышей, успели поговорить от силы раза три. Но, судя по всему, у чиновника Тун Сюэ были совершенные иные планы, когда он, увязавшись за Хэ Тао, изъявил желание сегодня вечером повидаться с Ло Хуашэном. И желая узнать, что же двигало господином Тун Сюэ, Хэ Тао притворился, что ничего не услышал и гордой походкой к ним приблизился, водрузив серебряный поднос на стол и налив всем ароматного чая. А после сел рядом с выглядящим очень растерянным Ло Хуашэном. Не успел Хэ Тао притронутся к чаю, как Ло Хуашэн к нему наклонился и полушёпотом спросил. — Господину Тун Сюэ, известно о нашем браке? — Он не осуждает, — процедил сквозь зубы Хэ Тао, глядя на чиновника Тун Сюэ, который активно ему подмигивал в знак согласия. — Ух, ты… — многозначительно протянул Ло Хуашэн, на что чиновник Тун Сюэ обворожительно улыбнулся. Он хитрым взглядом смотрел то на одного, то на другого и улыбался каким-то только ему известным мыслям, отчего Хэ Тао понял, что помощи от него не дождётся. Наоборот, того, кажется, очень сильно забавляла ситуация, в которую он попал и вёл себя как будто их брак с Ло Хуашэном и вправду существовал. — Я был на вашей свадьбе! — воскликнул чиновник Тун Сюэ и Хэ Тао подавился остывшим чаем. — Только одному мне о вас известно, так что не стоит беспокоится. — Ох, как славно! — радостно воскликнул Ло Хуашэн. — Я уже испугался, что такая связь может навредить репутации господина Хэ Тао, который работает на государственной службе и, скорее всего, не горит желанием предать это огласке. — Конечно, конечно, но ты не волнуйся, ваш секрет уйдёт вместе со мной. — А расскажите про нашу свадьбу, какая она была? — мечтательно улыбнувшись, произнёс Ло Хуашэн, пытаясь представить, на что могла быть похожа свадьба двух мужчин. — Думаю, господин Хэ Тао расскажет тебе о ней как-нибудь потом, — выдавив из себя неловкую улыбку, проговорил чиновник Тун Сюэ, на чью ногу под столом со всей силы давил сапог Хэ Тао. — Я бы хотел сам о ней вспомнить, — расстроенно проговорил Ло Хуашэн. — Ты обязательно вспомнишь, а для того, чтобы это произошло быстрее, ты должен есть побольше грецких орехов, — сказал чиновник Тун Сюэ с успехом вырвав ногу из-под тяжелого сапога, что давил сверху и получив от Хэ Тао очередной ненавистный взгляд. А всё потому, что его имя было созвучным со словом «грецкий орех» и прекрасно зная об этом, чиновник Тун Сюэ решил так подколоть Хэ Тао, который и так уже настрадался за этот вечер. — Ох, смотрите, какой прекрасный закат, на меня внезапно напало вдохновение, поэтому поговорите немного между собой, я ненадолго отвлекусь, — сказал Ло Хуашэн и, резко встав со своего места, побежал к своим комнатам, вернувшись оттуда с ворохом бумаг для письма. Он расположился на перила веранды и, наблюдая за прекрасным алым закатом, резкими движениями непрерывно что-то записывал на смятых бумагах. Наблюдавшие за ним чиновник Тун Сюэ и Хэ Тао, послали друг другу недовольные взгляды, после чего довольно долго наслаждались сладостями с чаем в абсолютной тишине.***
— Сделаете Ло Хуашэну комплимент, — тихо подсказал чиновник Тун Сюэ, не выдержав долгого молчания. — Зачем? — хмуро на него глядя, спросил Хэ Тао. — Ему будет приятно. — А мне? — А Вам может быть приятно потом, — многозначительно улыбаясь, сказал чиновник Тун Сюэ. — Думаю, это лишнее, — сказал Хэ Тао, думая о том, что нужно как можно быстрее выпроводить чиновника из их дома. — Ну что Вы такой жадный на слова, смотрите, какое красивое у него личико. Скажите ему об этом. Хэ Тао окинул коротким взглядом Ло Хуашэна и тут же хмуро посмотрел на чиновника Тун Сюэ. — Я плохо разбираюсь в мужской красоте. — Тогда скажите что-то про его одежду. — В одежде разбираюсь я ещё хуже. — Да ну Вас! — воскликнул чиновник Тун Сюэ, который, как бы ни старался, не мог добиться хоть какой-то реакции от Хэ Тао по отношению к Ло Хуашэну. По его скромному мнению, они были бы взаправду очень красивой парой, и раз уж всё так хорошо сложилось, то он думал, что не помешало бы немного подтолкнуть их друг к другу, чтобы в конечном итоге и правда свести этих двоих. Но, к превеликому сожалению господина Тун Сюэ, чиновник третьего ранга Хэ Тао оказался настоящим упрямцем. — Господин Тун Сюэ, я бы Вас попросил! — Ну и о чём же Вы хотите меня попросить, господин Хэ Тао? — скрестив руки на груди, спросил чиновник Тун Сюэ. — Я хотел бы Вас попросить впредь не подпитывать иллюзии Ло Хуашэна своими глупыми высказываниями, Вы прекрасно знаете, что наш с ним "брак" существует только в его воображении. — Тише, господин Хэ Тао, тише, а то, неровен час, и он услышит, — сказал чиновник Тун Сюэ, указывая на Ло Хуашэна, который стоял неподалёку и, будучи на волнах вдохновения, не видел и не слышал ничего вокруг себя. — Я не понимаю, какую игру Вы затеяли, господин, — тише сказал Хэ Тао. — Господин Хэ Тао, я знаю Ло Хуашэна с самого детства. Видел его крошечным комочком с угольными глазами, а после наблюдал за тем, как этот комочек растёт и превращается в прекрасного мужчину. И представьте себе, каково мне видеть его страдающим? — А мои страдания вас не волнуют? — глядя него, спросил Хэ Тао. — Ничуть, — честно ответил чиновник Тун Сюэ. — Сильно разочарован! — громко воскликнул Хэ Тао и, встав со своего места, выхватил серебряный поднос и отправился на кухню, чтобы заварить новую порцию чая и попытаться хоть немного успокоиться.***
— Расскажите про него, — сказал Ло Хуашэн, тут же подлетев к господину Тун Сюэ. Он, наконец, улучил подходящий момент, когда Хэ Тао не было поблизости, и щенячьим взглядом уставился на чиновника Тун Сюэ, прося, чтобы тот рассказал побольше о Хэ Тао. — Ну… Он… Каким ты его видишь, он такой и есть, — сказал чиновник Тун Сюэ, нервно почёсывая свой затылок. — Знаете, господин Тун Сюэ, кажется, в Вас умер великий писатель. Прямо скончался в муках. — тихо хихикнув сказал Ло Хуашэн, после чего, понизив голос, продолжил, — Расскажите поподробнее, а то мне стыдно у него самого спрашивать. — Ну, он приехал из уезда Ханьлэн. Его перевели оттуда по состоянию здоровья. Ты наверняка слышал, как он непрерывно кашляет, а ещё … — чиновник Тун Сюэ сделал паузу, осознавая, что слишком много взболтнул. — А остальное я плохо знаю, пусть он сам тебе расскажет. — Я не хочу у него ничего спрашивать, поскольку боюсь, что мои слова могут его обидеть. — Ло Хуашэн, я не могу тебе ничем помочь, ведь если я тебе всё расскажу, то твоя память станет ленивой и не захочет сама всё вспоминать. Ведь если тебе будет интересно, что у вас произошло с Хэ Тао за всё это время, то ты быстрее все вспомнишь. — Всё верно, Вы правы, — слегка грустно отозвался Ло Хуашэн. — Но ты не отчаивайся, вы очень красивая пара и безумно любите друг друга, так что и я уверен, что со всем вы непременно справитесь. Вдвоём.***
Когда Хэ Тао пошёл провожать чиновника Тун Сюэ до главных ворот, тот не выдержал, и слегка рассерженно сказал: — Господин Хэ Тао, я хочу попросить Вас не разрушать иллюзии, которые питает к Вам Ло Хуашэн. Я знаю, это может быть затруднительно и даже неприятно, но посмотрите на него, он и так всё потерял в этой жизни, а если ещё и лишится этих светлых мыслей, то и вовсе может захворать. Ло Хуашэн… Он хороший, и я обещаю Вам, что он не доставит проблем. Вы и сами видели, как он беспокоился о том, чтобы Ваш "брак" не раскрыли, дабы Ваша репутация не пострадала, поэтому, пожалуйста, если можете, притворитесь хотя бы ещё немного, пока ему не станет лучше. Да Вам даже не нужно притворяться, просто игнорируйте и не отвечайте на его вопросы про замужество, только и всего. Но прошу Вас, останьтесь в этом доме и изредка присматривайте за ним. — Хорошо, я подумаю над этим. — хмуро сказал Хэ Тао. — Подумайте, подумайте, хорошенько подумайте, — сказал чиновник Тун Сюэ и похлопал Хэ Тао по плечу, чуть не вывихнув тому плечевой сустав, после чего с грустным выражением лица попрощался и отправился домой. А по пути он решил взять всё в свои руки, раз господин Хэ Тао не желает выполнить его маленькую просьбу. И за несколько дней, при помощи своей любимой жены и её многочисленных подруг, чиновник Тун Сюэ добился того, что чиновнику третьего ранга Хэ Тао во всём уезде Жэлян, никто даже не то, что не осмелится сдать комнату, ему бы даже курятник никто не доверил.