Паразиты

      Томас потянулся и открыл глаза. Пару минут он пытался сообразить, где находится, а потом до него дошло, что он сейчас в гостевой спальне, и с лёгким стыдом осознал, что вчера разгромил собственную спальню. Зевая, Маккарт встал и направился в ванную, прекрасно зная, что скоро его начнёт тошнить.       Закончив свою противную, но обязательную утреннюю процедуру, Томас почистил зубы новой зубной щеткой, принял душ и, накинув халат, спустился вниз, на кухню. Только Макарт не зашёл туда, а замер в коридоре. Томас знал, что нивы мужья, и догадывался, что они целуются и не только, но откровенных ласк между этими двумя всё-таки не видел.       И вот сейчас Макарт умудрился спуститься слишком тихо и застал парочку за страстным поцелуем. Томас отступил на шаг, тихо, рассматривая происходящее.       Нит сидел на столешнице, а Калиад нежно целовал его шею, проходился руками по бокам. Испугавшись, что они зайдут слишком далеко, и осознав, что подсматривать дальше будет слишком уж подло, Макарт отступил назад, дошёл тихо до лестницы, а затем, громко топая и что-то бормоча себе под нос, направился на кухню.       Когда Томас зашёл на кухню, Нит готовил кофе, а Калиад — бутерброды, только хвост Рогалика метался из стороны в сторону, выдавая его волнения. Макарт хмыкнул и сел за стол.       — Тебе помочь прибрать в комнате, или сам? — спросил Заботушка после взаимных пожеланий доброго утра.       — Лучше помочь, у вас ходит такой робот, что пол убирает… — кивнул на пол Томас. — У меня там стекло.       — Да, новейшая модель, — гордо сообщил Рогалик. — Он отлично убирает. Ни осколка не оставит даже на ковре.       — Отлично, — кивнул Томас, чуть покраснев. — Я вам не мешаю?       — Чем? — растерянно спросил Нит.       — Ну… своим присутствием, — предположил Макарт.       — Нет, совсем нет, — поспешил заверить Заботушка, почти незаметно пнув под столом ногу мужа.       — Это хорошо, — не сдержал смешка Томас, понимая, что Нит догадался, что он всё видел, и уже откровенно забавляясь общей неловкостью.       Калиад кивнул и тоже поспешил заверить, что носитель им совсем не мешает. Быстро прикончив завтрак, Макарт решительно сообщил:       — Я гулять. Вернусь через пару часов, не раньше.       — Хорошо, — заулыбался Нит.       Выходя из кухни, Томас услышал, как Заботушка рассерженно зашипел на языке нивов на мужа, явно найдя, на кого переложить ответственность.       Макарт сдержал своё обещание и после обеда предложил продолжить просмотр сериала. Через пару серий Калиад не выдержал и спросил:       — Может, съездим куда-нибудь?       — В медцентр или в кафе напротив Посольства? — язвительно предложил Томас.       — У нас отличный парк аттракционов, — чуть обиженно сказал Рогалик.       — Давайте лучше на море, — предложил Нит.       — Туда лететь часа полтора, — не согласился Калиад.       — Я хочу на море, там и поужинаем, — решительно сказал Макарт, поднимаясь. — Большинством голосов выиграло море.       Рогалик пожал плечами и покорился.       На море они, видать, летали не очень часто, и Калиад с Нитом резвились на мелководье как дети. Слегка подтапливали друг друга, потом целовались. Заботушка ещё и громко визжал, когда Рогалик его хлопал по бёдрам мокрым хвостом — несильно, играясь.       Сам Томас сидел на песке и смотрел на этих двоих, впервые осознав, что они — семья.       Макарта до этого момента не интересовали эти нивы как личности, они для него были просто новыми тюремщиками. А сейчас он смотрел на них и пытался понять, что же будет с этими двумя, когда родится ребёнок. Томас когда-то читал, что часто пары на Земле разводились именно после рождения ребёнка. Ведь маленький человек требовал слишком много внимания…       Калиад, улыбаясь, сел на песок рядом и спросил:       — Не хочешь искупнуться?       — Для меня вода ещё холодная, — отмахнулся Макарт, взяв полную пригоршню песка и пропуская его сквозь пальцы.       — Хочешь, мы улетим? — нахмурился Рогалик.       — Да ладно, развлекайтесь. Вон Заботушка ракушки ищет, — отмахнулся Томас. — Мне хорошо и просто на берегу.       Калиад кивнул и ушёл к мужу. А Макарт продолжил на них смотреть, отмечая, что в одних плавках они оба вполне себе хороши. Низкорослый Нит состоял из одних мышц, чего в одежде было сложно представить. Заботушка не выглядел перекачанным, просто явно часто и долго тренировался.       Томас с тоской подумал, что и сам лет в двадцать выглядел так же. Сейчас, когда Макарту было почти сорок, возраст давал о себе знать. Хотя Томас и чувствовал себя лучше, бодрее, чем в школе носителей, но внешних изменений в себе не видел. Он просто выглядел всегда выспавшимся и отдохнувшим, как будто только что вернулся из отпуска.       Высоченный Калиад был плавнее и в движениях, и в рельефе мышц, чем его муж. Рогалик со своей тёмно-синей кожей, красными волосами и хвостом выглядел похожим на какого-то мультяшного героя, облачённого в плоть.       Томас хмыкнул, пытаясь понять, что же связывает этих двоих. Как они познакомились? Макарт понимал, что, когда вся раса состоит, по сути, из одного пола, найти себе партнёра гораздо проще. Или сложнее…       Томасу было сложно себе это представить. Он пытался, честно.       — Не замёрз? — подбежал в этот раз Нит.       — Было бы холодно, я бы взял или полотенце, или плед, что вы принесли. Иди, резвись, — посоветовал Макарт.       Когда Заботушка бросился догонять мужа, Томас невольно хохотнул, почувствовав себя хозяином двух молодых псов, что вывел их погулять на пустыре. Оба пса время от времени подбегали, чтобы выпросить внимания, а затем возвращались к своим играм. И главное — бегали там, где их было видно.       Поужинали они тут же, в небольшом приморском ресторане с предсказуемо рыбным меню. Когда они летели домой, Калиад, пользуясь тем, что он был пассажиром, задремал. Томас это заметил, лишь когда о чём-то спросил Рогалика — тот не ответил.       — Спит, — с нежностью сообщил Нит шёпотом. — Давай не будем его будить.       — Хорошо, — кивнул Макарт и спросил, любуясь лесом под собой: — А вы давно вместе?       — Очень, — кивнул Заботушка. — Томас, тебе не скучно было на берегу?       — В любом случае веселее, чем убирать комнату, — признал Томас. — У нас копы получают немного… И я получал так же.       Нит тихо рассмеялся.       — Не поверишь, у нас тоже так. Лиад получает больше меня, хотя он тоже на государственной службе.       — Но я находил деньги на клининг, лишь бы самому не убирать, — закончил свою мысль Макарт и покосился на Рогалика, но тот по-прежнему дремал.       — Я могу и сам у тебя убрать, если хочешь, — предложил Заботушка.       — Не могу я так над тобой издеваться, — мотнул головой Томас. — Я получил удовольствие, а ты потом разгребай. Несправедливо.       — Я извращенец и люблю убирать, — отмахнулся Нит и чуть снизился, чтобы Макарту было интереснее глазеть на ночной лес.       — Его всё равно придется будить, когда прилетим, — с тяжёлым вздохом сказал Томас. — Так спит сладко.       — Мы не виноваты, что он такой орясиной вырос, — фыркнул Заботушка. — Нет, я могу его отнести, но он проснётся, да и неудобно, слишком высокий, ещё и на хвост можно наступить нечаянно. Были прецеденты.       Макарт кивнул.       — Жалко по этой красоте топтаться.       — Эта красота раз в год жутко линяет, — улыбнулся Нит. — Но я его хвост всё равно люблю. Из-за хвоста я его и заметил.       — Это как? — уточнил Томас.       — Мы так познакомились: я засмотрелся на хвост и не заметил, что обладатель хвоста на меня смотрит. Мы тогда просто оказались в одном лифте, ехать нужно было на сорок второй мне и на сорок третий ему, — пояснил Заботушка. — Когда заметил внимание Калиада, отвернулся, а он мне сказал, что к хвосту, к сожалению, прилагается целый он и, если я хочу познакомиться с хвостом, придётся терпеть и его общество.       — А ты согласился? — зачем-то спросил Макарт.       — Нет, поэтому и вышел за него, — хохотнул Нит и понизил голос, когда Рогалик пошевелился от слишком громкого смеха. — Прости, я хотел сказать…       — Я понял, — шёпотом отозвался Томас. — А вы похожи: оба любите поязвить, только ты заботливее. Буду благодарен, если ты мне поможешь убраться.       — Уже завтра, сегодня поздно, — пообещал Заботушка. — Переночуешь в гостевой спальне?       — Конечно, она вполне себе уютная, — кивнул Макарт, которому тоже не хотелось полночи убирать свой разгром.