Hitman

Было уже, наверное, за двенадцать. Джон лежал в кровати и пялился в потолок. Сон не шел. Значит, сегодня. Он никогда не брался за работу с ограниченными сроками. Его работа требовала бессонных ночей, которые его настигали с периодичностью раз в полторы-две недели. Клиенты бесились, возмущались, предлагали повысить гонорар, но он ни разу не уступил. Это была дань его прошлому, дань памяти его учителя. Старый хрыч тоже плохо спал. Тщательно одеваясь, Джон позволил себе немного повспоминать. Память с легкостью воспроизвела тот день, когда он встретил старика. Тогда была крайне мерзкая погода. Конец осени. Скользкие дороги. От подвернутой ноги не застрахован никто, даже наемник. Джон, а ему тогда было семнадцать, помог старику дойти до дома. Не имея никакой другой возможности отблагодарить, тот предложил ему стать его учеником. И Ватсон согласился, еще не зная, что его ждет. Когда он выстрелил в голову своему первому оленю, Джон на полтора дня впал в подобие ступора. Всё это время старик наблюдал за ним, а затем, когда оцепенение прошло, спросил: — Понравилось убивать? И Джон, немного подумав, сказал, что нет. Много лет спустя, стоя у смертного одра старого наемника, он узнал, что дай он в тот раз положительный ответ, тот прогнал бы его в тот же момент. Потому что такие, как он, убивают ради денег или чего-то материального. Ради удовольствия работают только маньяки. Пользуясь тем, что родители считали его самым обычным бунтующим подростком, Джон сутками пропадал в маленьком доме, затерянном в лесу. Брал с собой вещи, садился в автобус, выезжал за пределы города, а дальше шел пешком, пробираясь через овраги. Старик был терпелив, но тяжел на руку, порой в прямом смысле вбивая в Джона знания. «Я всё это постигал долгие годы, а тебе даю уже готовое. Учись! Когда-нибудь о тебе будут знать все». И оказался прав. Джон позволил себе смешок. Первое его прозвище, данное криминальным миром за мастерство, было «Призрак». Старик отлично научил его быть тихим и незаметным, не бросаться в глаза, а внешность Джона и его доброе лицо только способствовали этому. Еще спустя несколько лет Джон стал чем-то вроде золотого стандарта, своеобразного идеала работы наемного убийцы. О нем заговорили, его боялись, его уважали, им стали восхищаться. Заказы выполнялись гладко и точно, но только те, за которые он соглашался браться. «Дикая Охота». Не просто призрак, легендарный призрак. Он выполнял заказы по-разному. Кому всаживал пулю в лоб или в висок, кого травил, а кому устраивал несчастный случай. После того, как с его помощью в океан упал самолет, полный людей, уверенных, что они на вершине мира, мир наемников, убийц и киллеров надел корону на его голову. «Король Дикой Охоты». Пусть пафосно, но ему нравился этот титул. Не только же Френсису Дрейку его носить. Очередной его целью был сын политика. Двадцатилетний отпрыск вел разгульную жизнь, ночами пропадая в разного рода развлекательных заведениях. На счету ублюдка было несколько изнасилований, от которых его отмазали. Сегодня Джон тоже пойдет гулять. Он закажет две бутылки вина. Очень дорогого вина. А затем «подарит» одну из них представителю золотой молодежи. Таблетка, растворенная в вине, всего лишь усилит действие алкоголя. Пусть Шерлоку нет равных в химии, Джон тоже что-то смыслил в ней. А молодежь так неосмотрительна. Особенно за рулем собственного новенького спортивного автомобиля. Особенно ночью. Особенно в нетрезвом состоянии.

***

Вернувшись около двух часов ночи домой, Джон переоделся, залез в кровать и уснул крепко и спокойно.