Revertere

Soundtrack – Cold In May «Remember Me»

Он стоял совсем рядом. Оливия могла бы поклясться, что чувствовала его дыхание на своей коже. Смех незнакомца эхом прокатился по помещению. Она оглянулась, но никого не увидела, только странный холодок пробежал по коже. А потом, совершенно внезапно, поняла, что не может пошевелить и пальцем. Тело словно заледенело от страха, а в голове не осталось ни единой рациональной мысли. Немой крик о помощи сорвался с ее губ и утонул в издевательском хохоте незнакомца. На этот раз он осмелился подойти ближе. Весь его вид внушал ужас. Бледная, почти белая кожа, странная одежда, презрительный взгляд. Оливия прикрыла глаза, когда он сделал порывистый шаг, и их носы почти столкнулись. Почувствовав властное прикосновение ледяных рук незнакомца, девушка еще сильнее зажмурилась. Знакомое, едва ощутимое покалывание в шее мгновенно сменилось резкой, оглушающей болью. Одна-единственная разумная мысль заметалась у Оливии в голове с нереальной скоростью. «Пусть это закончится скорее!». Но боль не проходила, напротив, она становилась все сильнее, терпеть ее было почти невыносимо. Беззвучные крики Оливии, казалось, лишь забавляли незнакомца. Его смех был единственным нарушающим тишину звуком. Секунды текли до невозможного медленно, а боль продолжала плавить тело и душу девушки. Когда сил бороться уже не оставалось, Оливия мысленно попрощалась со своей жизнью и безвольно рухнула на каменный пол. В этот самый момент сквозь пелену полусна она услышала зовущий ее по имени голос. Она узнала его в ту же секунду. — Эндрю... — почти победно прошептала Оливия. Теперь девушка была абсолютно уверена. Он рядом и он обязательно ее спасет. — Эндрю! — собрав последние крупицы силы, она отчаянно закричала. Все стихло так же быстро, как и началось. Распахнул глаза, Оливия еще долгое время не могла понять, отчего она проснулась: от собственного душераздирающего вопля или от легкого, нерешительного прикосновения Эндрю, который, едва услышав голос Оливии, тотчас ринулся к ней на помощь. Прошло уже почти полчаса, а она все еще не могла прийти в себя. Эндрю стоял совсем рядом, прислонившись спиной к стене, а она сидела на кровати, обхватив колени руками и тщетно пытаясь выдавить из себя хоть слово. — Тебе приснился кошмар? — наконец, заговорил Эндрю. Оливия смогла лишь кивнуть. — Опять тот самый незнакомец? — снова задал вопрос Эндрю и, дождавшись очередного кивка от девушки, аккуратно присел на край кровати. Пока он разрывался между желанием прижать девушку к себе, чтобы хоть как-то ее успокоить, и необходимостью сказать что-то ободряющее, прежде чем уйти, Оливия глухо всхлипнула. Риверс и сам не понял, как так вышло, но уже спустя несколько секунд она рыдала у него в объятиях, а сам он ласково гладил ее волосы и шептал что-то невразумительное. — Мне было так страшно, — снова всхлипнула девушка. — Всё было так по-настоящему. Эндрю собирался сказать, что это был только сон, но тут его взгляд упал на шею девушки — на ней обозначились две ярко-алых полосы, которых, он был уверен, раньше там не было. Затем его взгляд метнулся к окну: оно было распахнуто настежь. — Ты открывала окно? — вопрос прозвучал немного жестко. — Нет, — странно, но от этого Оливия тут же словно собралась с мыслями. Она утерла слезы тыльной стороной ладони и проследила за взглядом Эндрю. — Нет, я его не открывала, — уверенно повторила она, а затем ужаснулась. — Ты хочешь сказать, что он... Что он был здесь? — Я ничего не хочу сказать, — на этот раз голос Эндрю прозвучал мягче. Он поднялся на ноги, подошел к окну и некоторое время вглядывался в темноту ночного Окленда. Затем резким движением закрыл окно и задернул шторы; ему казалось, что кто-то невидимый стоит прямо за окном и внимательно наблюдает за каждым его движением. — Наверное, сквозняк, — неубедительно проговорил он, возвращаясь к Оливии. — Тебе нечего волноваться. Пока я здесь, никто не посмеет сделать тебе больно. Не бойся ничего. — Спасибо, — тихо прошептала Оливия, потупив взгляд в пол. — Я пойду приготовлю кофе, а ты постарайся лечь спать, — посоветовал он. Оливия отрицательно помотала головой: — Я не смогу уснуть, — она все еще была напугана, но старалась этого не показывать. — Можно я тоже пойду с тобой? — Конечно, — тут же согласился Эндрю: ему не хотелось оставлять девушку одну. — Пойдем, нам обоим нужно прийти в себя и все хорошенько обдумать. А утром мы вместе поедем в парк. — Зачем? — непонимающе переспросила Оливия. Постепенно страх уходил. Рядом с Эндрю девушка чувствовала себя в полной безопасности. Она даже смогла выдавить что-то наподобие улыбки. — Будем стимулировать твою память, — заговорщически произнес Эндрю, жестом увлекая девушку за собой в кухню. Никто из них так и не заметил мелькнувший за деревьями силуэт мужчины.

***

— Черт бы побрал этого наглого выскочку! Да кем он себя возомнил?.. — Конечно, — в ответ на это Амалия лишь скептически хмыкнула. — Я вас об этом предупреждала. — Она не должна была сопротивляться, — продолжал твердить свое мужчина, словно не услышав реплику девушки. — Никто из них не смог побороть мою силу. Никто из этих ведьм не проснулся, а какая-то девчонка... — Уже трижды от вас ускользнула, — Амалия продолжала отрешенно разглядывать свои ногти. — Рано или поздно она попросту вас уничтожит. Все вышло так, как я и говорила. — Замолчи! — было видно, что небрежно брошенные слова попали в самое сердце мужчины. — Когда ты приползла ко мне, умоляя о помощи, помнится, ты была не так самоуверенна. На этот раз взорвалась Амалия. — Я выполняю свою часть договора. А вы о своей, кажется, забыли, — она чувствовала, что ее сердце окончательно разбивается. Надеяться на помощь Хозяина она больше не могла. Теперь, после появления этой Оливии, все пошло наперекосяк. — Вы говорили, что он будет со мной. И что с того? Он по-прежнему меня ненавидит. Сегодня словно от прокаженной сбежал. — И виной всему эта ведьма, не так ли? — слова мужчины заставили Амалию вскочить на ноги. — Видишь, она нам двоим костью в горле стоит. — Не понимаю, почему он не может меня простить? — в голосе девушки слышалось скрытое возмущение. — Даже после того, как я забрала все его воспоминания о случившемся, он упрямо продолжает меня избегать. — Все дело в даре, — было видно, что мужчине тяжело даются эти слова. — Что? — как и следовало ожидать, Амалия испуганно вздрогнула. — Это невозможно. У него не может быть никакого дара. Вы же сами говорили мне... — Я ошибался, так же, как и ты, — с легким тоном сожаления произнес мужчина. — Его сила растет с каждым днем, поэтому нам нужно торопиться. Если мы не успеем к следующему полнолунию, наша затея потерпит крушение. — Ваша затея, — поправила Амалия, на этот раз не скрывая своего раздражения. — Единственное, чего я хочу — вернуть Эндрю. И вы должны мне это обеспечить. — Непременно, — заверил девушку собеседник. — Но для этого нам нужно хорошо постараться. Сначала ведьма — потом твой возлюбленный. Амалия очень долго медлила, очевидно взвешивая все «за» и «против», а затем обреченно вздохнула. Отступать было некуда, она прекрасно это понимала. — Хорошо, — снова тяжело вздохнула она, понимая, что этим окончательно подписывает свой смертный приговор. — Что я должна делать? Мужчина усмехнулся и подошел к Амалии ближе — им предстоял долгий разговор.

***

Утро выдалось необычайно дождливым — природа будто бы чувствовала смятение, овладевшее душой Оливии. Они с Эндрю сидели в небольшой уютной кофейне рядом с Городским парком Сан-Франциско. Разбушевавшийся ливень стучал в окна, создавая иллюзию умиротворения. Посетителей было совсем немного — человек пять. Эндрю сидел, уткнувшись взглядом в чашку почти остывшего кофе, а Оливия гипнотизировала свою тарелку с аппетитным кусочком торта, есть который почему-то совершенно не хотелось. Словно по старой традиции, прервать молчание решился Эндрю. — Чего не ешь? — Спросил он, наблюдая за тем, как Оливия принялась ковырять лакомство вилкой. — Не знаю, — честно призналась девушка, чувствуя, как барабанящий по стеклу дождь медленно, но уверенно сводит ее с ума. — Мне бы сейчас чизкейк с картошкой, мой любимый, — она проговорила это совершенно не задумываясь, а потом резко вскрикнула, прижав ладошку ко рту. — Ну вот, теперь мы хоть что-то о тебе знаем, — Эндрю попытался отшутиться, хотя он не мог не заметить, как изменилось выражение лица Оливии. — Я помню это, — взволнованно прошептала она, тут же отодвинув свою тарелку в сторону. — Я вспомнила! Ты представляешь, чизкейк! Ее глаза осветились таким неподдельным счастьем, что Эндрю не смог сдержать ответной улыбки. — Значит, сейчас мы его и закажем, — тут же отозвался Эндрю, подзывая рукой официантку. Та как раз принимала заказ у шумной стайки подростков, только что впорхнувших в здание кофейни. Вместо нее к ним направилась другая девушка, одетая в специальную униформу — высокая, с ярко-огненными волосами, стянутыми в густой пучок на затылке, и изумрудными глазами. Едва поравнявшись с их столиком, она встала у Оливии за спиной. — Что будете заказывать? — вежливо поинтересовалась официантка, достав из кармана блокнот и ручку. — Мне, пожалуйста, еще один эспрессо и тирамиссу, — произнес он и хотел было добавить про чизкейк для Оливии, но девушка его опередила. — А что будет ваша спутница? — она сделала шаг вперед и впервые одарила Оливию взглядом. Дальнейшее произошло словно в замедленной съемке. Блокнот и ручка выпали из разжавшихся пальцев девушки, она судорожно глотнула воздух, так, словно ей вдруг перестало хватать кислорода. Ее рука ухватилась за край стола, — пошатнувшись, официантка едва не сбросила на пол украшающую столик вазу с цветами. — Черт, — пробормотал Эндрю, мигом подхватывая девушку и усаживая ее на свое место. Подоспевшая на помощь вторая официантка принялась отпаивать свою коллегу водой. Наконец, отдышавшись, она снова воззрилась на Оливию — так, словно перед ней оказалось не меньше чем восьмое чудо света. — Петра, — благоговейно проговорила она, сжав руку Оливии в своих ладонях. — Слава Господу, я тебя нашла. Оливия и Эндрю недоуменно переглянулись. Кажется, они нашли гораздо больше, чем искали.