Наяву

Долго сражаться с Джаредом у тебя никогда не получалось. Усмирить его в таком состоянии - еще сложнее, он был хуже ребенка, наверное, к твоему глубокому сожалению Оливера ты воспитывал меньше, чем своего родного брата. Все дело в том, что вы жили под одной крышей, часто переезжали и мама в уже более сознательном возрасте могла на тебя расчитывать. Фактор ответственности у тебя был повышен даже больше по отношению к себе, чем к кому-то, потому что пытаться добиться чего-то от человека, который уже сложился во всех планах - несусветная глупость. Также и Джей, которого , собственно, довел ты сам до такого состояния, пытался оттолкнуть тебя до последнего, пока не понял, что переоценил свои возможности. Ты успеваешь только наблюдать за сменами цвета его лица от красного до бледного оттенков. Отрицать того, что тебя все больше это пугало - даже не стоило, но показывать ему тревоги, зарождающейся внутри ты бы не стал. - Джаред. Твои таблетки от подагры. Ты думаешь после такого количества алкоголя тебя не скрутит? - позволяя брату немного успокоиться в твоих руках, все-таки отвечаешь ему на вопрос, хотя он даже не понимает о чем идет речь. Даже не хочется спрашивать сколько ты выпил и кого ты лапал. Все, Шеннон, успокойся, это лишнее. Подбирая губы от своих догадок и рисующихся картинок в голове, смотришь ему прямо в глаза, пытаясь понять стало ли ему лучше и если да, отвести наверх и уложить спать. Но чудо происходит и Джей, переборов собственные "нет" внутри, превращается в милейшее создание, пусть не ходящее, пахнущее выпитым до этого алкоголем, но в любом случае родное. И сколько бы Томо не говорил с тобой, что Джаред не всегда видит состояние других, замыкаясь в собственных мыслях, ты до конца настаивал на том, что он не такой, потому что ты знал его с этой стороны, именно тебе брат доверил все самые сокровенные мысли, идеи, переживания, что ты просто не мог разбить их об асфальт за ненадобностью. Чтобы в жизни еще не произошло, как бы не бросало от стороны в сторону, вы останетесь друг у друга, как самые близкие и родные люди. Смотришь в его голубые глаза с проявляющимися синяками, прикусываешь свою губу словно раскаиваясь в чем-то, потому что отчасти так и было, подхватываешь его в объятия, крепкие и надежные, те, которые никогда его не отпустят, чтобы он не натворил в жизни. - Тебе полегче? Хорошо, пойдем. - соглашаешься на его слова, тихо отвечая и поглаживая его по спине. Вскоре вы действительно доходите до спален наверху, заводишь его в комнату , расстилаешь постель и укладываешь его туда, ощущая сейчас насколько он хрупкий и легкий. Он отталкивает тебя, ты хмуришься, наблюдая за его перемещениями по простыне, но пока не выходишь из комнаты. Когда Джаред резко открывает глаза и сообщает о том, что ему так не нравится лежать, тянет на себя, не давая времени просто подумать о том, что этого как и прежде не стоит делать. Но с его-то упрямством - неудивительно, плюс ты ложишься на него сверху не потому, что тебе его жалко в глубине души тебе этого хочется, снова ощутить тепло и близость его тела. Блядь, Шеннон, тебе осталось только одеть на себя ушки мартовского зайчика. - Хорошо. - пытаешься думать адекватно, но он просто застает тебя врасплох, а когда ты упираешься руками по бокам его тела, чувствуешь, как губы брата касаются твоего подбородка, замираешь, подавляя тихий стон. Самый настоящий провокатор! - в пору было бы на него злиться, но ты ничего не можешь сделать не с собой, не с ним, признаваясь себе в том, как внутри становится неспокойно и хочется закричать от происходящего. Потому что эти эмоции слишком неоднозначны, но приятны, как и было прежде, когда вы были близки с Джеем. - Джаред, ты маленький наглый провокатор, которого я сейчас задавлю своей тушкой, ты не забыл, что с тобой было в ванной 5 минут назад? - улыбаешься, пока он целует тебя, подставляешься под его легкие касания, водишь пальцами по руке. - Тебе точно не нужна вода? Хочешь, я схожу? Только скажи. - пытаешься привстать с него, правда переживая, ты не хочешь от него морозиться, но признаться себе, что тебе не слишком комфортно - тоже не можешь. Брат смыкает ладонь на твоей пояснице и продолжительно смотрит в глаза, медленно руша стереотипы, которые ты строил в своей голове столько времени. - Не смотри на меня так. Я теряюсь. - с улыбкой говоришь ему, совершенно не давая понять, что тебе это может быть неприятно, все совсем наоборот. Но пока ты не понимаешь, нужно ли начинать сначала быть всем для друг друга во всех планах.