Addicted to you

Сегодняшний день, как и пара предыдущих, начался для Блейна с завтрака в полном одиночестве. Не то чтобы он отвык от этого, ведь до появления в его жизни Курта именно так и начиналось каждое его утро. Просто теперь он словно ощущал нехватку чего-то важного. Возможно, утренней дозы препирательств с упрямым подростком, а, быть может, и его самого: ещё сонного, с потрёпанными волосами на самой макушке и с минимумом одежды на стройном теле. Нет, Блейн не признавал последнего в полной мере. Он старался заглушить подобные мысли, сваливая всё на чувство ответственности. Да, именно оно не давало Блейну забывать о Курте, а также ощущать его отсутствие так остро. Глупо было бы предположить что-то иное, потому что тогда Андерсону было бы стыдно. В первую очередь перед самим собой. Ведь Курт так и оставался его большой проблемой, которой и будет до тех пор, пока не съедет отсюда. Покончив с завтраком, а заодно и с этими нелепыми размышлениями, Блейн вытер рот салфеткой, сложил грязную посуду в раковину и вышел в коридор. По пути он заглянул в зеркало, дабы убедиться в том, что выглядит хорошо, после чего подошел к двери в одну из комнат и негромко постучал. Ответа не последовало. Тогда Блейн решил войти без приглашения, с порога начав свою заранее подготовленную речь: – Курт, ты уже третий день прогу... – Блейн замер с открытым ртом и незаконченным монологом, который больше не имел смысла. А всё потому, что, вопреки всем ожиданиям, Курт не валялся в постели, а стоял перед зеркалом уже одетый и готовый к выходу. – Ты... – чуть помявшись на месте, протянул Блейн, и Курт, закончив с прической, повернулся к нему. – Что? – Я думал... – Я тоже, – кивнул Курт. – Подумал, что хватит валяться в постели и пора бы уже снова отправиться навстречу знаниям. Блейн медленно отпустил ручку двери и потер друг о друга ладони, как-то подозрительно рассматривая Курта. На самом деле, он просто хотел быть уверенным в том, что Хаммел действительно готов туда вернуться. – Ты мог бы подумать еще, – предложил Блейн. – Нет, – бодро ответил Курт, решительно подняв с пола свой рюкзак и закинув его на плечо. – Тем более, теперь я выгляжу намного лучше, чем раньше. Ссадин почти не видно... Ах, да, и если я ещё хоть день просижу в заточении в этой квартире, то сойду с ума. Он улыбнулся Блейну, после чего прошел мимо, направившись в прихожую. Тот последовал за ним. – А как же завтрак? – Поем в школе, – отмахнулся Курт, завязывая шнурки на кроссовках. – Нужны деньги? – Нет. – Тебя подвезти? Хаммел закончил со шнурками и выпрямился, окинув Блейна утомленным взглядом. – Закончил? – после короткой паузы осведомился Курт, на что Блейн не сразу смог отреагировать и найти достойный ответ. – Господи, да что ты как в первый раз? Идём уже. Он взял ключи от машины с полки и вышел за дверь, заставляя Блейна поспешить следом.

***

Вернуться в школу во второй раз не было для Курта чем-то страшным или же вовсе невозможным. Он не боялся и не трусил, с самого начала твёрдо решив быть невидимкой, и сейчас его словно никто не замечал. Словно и не было этих трёх дней, которые он провёл, сидя в квартире Блейна и набираясь сил для того, чтобы убедить себя: всё это большой пустяк. И Курт прекрасно справился с этим самовнушением. Теперь он был готов. Теперь он был полностью уверен в том, что если на его пути встретится тот самый Клайд, он просто пройдет мимо. Даже не заметит его и даже не обратит внимания на косой взгляд или же на какое-нибудь обидное слово в спину. Не потому, что теперь Курт трусит. Конечно нет. Просто данное самому себе обещание дороже, а ещё обещание Блейну. Меньше всего хотелось бы, чтобы у кого-то были проблемы из-за Курта и его неугомонного желания постоять за себя. Очевидно, игнорировать обидчиков будет непросто, но Курт просто обязан справиться с этим. К концу подошел уже третий урок, и Хаммел с Квинн вышли во двор, чтобы найти себе уединенное место под лестницей. Фабрей вынула из кармана джинсовой жилетки пачку сигарет и одну вручила Курту. – Вчера меня вызывали к директору, – красиво усмехнувшись, сообщила она, чиркая зажигалкой над протянутой в её сторону сигаретой Курта. – Был повод? – он не сомневался, что был. Квинн неоднозначно пожала плечами, зажав свою сигарету между губами в ярко-розовой помаде. Снова чиркнула зажигалка, и табак на самом кончике вспыхнул тусклым оранжевым пламенем, после чего превратился в белый дым, вырвавшийся из приоткрытого рта Фабрей. – Я подожгла шкафчик Грэйс, пока та сосала Оливеру в мужском туалете. – Оливеру? – подавившись дымом, переспросил Курт. – Тому красавчику-футболисту, о котором я тебе рассказывала. – Так вы же с ним уже давно не встречаетесь. – И что? – фыркнула Квинн, делая ещё одну глубокую затяжку. Курт лишь негромко усмехнулся. В своей старой школе он тоже общался только с девчонками и тоже далеко не всегда их понимал. – А что насчет тебя? – после недолгого молчания спросила Квинн, взглядом обратившись к Курту. – О чём ты? – Как провёл эти три дня? Хаммел заметил, что девушка стала пристально изучать его лицо и каждую ещё не зажившую на нём ссадину. – Их как будто и не было, – ответил Курт, втянув побольше едкого дыма в лёгкие и медленно выдохнув обратно. – Переживал из-за случившегося? – Квинн хотела сделать очередную затяжку, но в последнюю секунду словно передумала, сочувствующе уставившись на друга. – Что? Нет, – он фальшиво усмехнулся, понимая, как же жалко выглядела эта попытка. – Да, брось, – успокоила Квинн. – Клайд – тупоголовое животное, которое считает своим долгом унижать здесь всех и каждого. Многие боятся его, тебе нечего стыдиться. – Я не боюсь его, – утомленно возразил Курт, закатив глаза. – Я просто... Это сложно объяснить. В общем, это не из-за него, но связано с ним, так понятно? – Немного, – согласилась Квинн и замолчала, снова пригубив сигарету. Курт повертел свой окурок в руках, после чего выбросил его под ноги и сверху придавил носком кроссовка. – Ты и правда ему врезал? – поинтересовалась Квинн, разбавляя тишину между ними. – Да, – улыбнулся Курт, а потом повернул голову, чтобы увидеть на её лице отражение своей улыбки. – Те, кто видели, говорят, что это было очень смело. Хаммел улыбнулся ещё шире и опустил голову, чтобы Квинн этого не заметила. Он до сих пор помнил ту приятную боль в костяшках пальцев, как сейчас. – Интересно, что сделает с тобой Клайд, когда вернётся, – задумчиво протянула Фабрей, избавляясь от до конца истлевшей сигареты. – Вернётся? – Курт быстро поднял голову и недоверчиво посмотрел на подругу. – Его отстранили от занятий, разве ты не знал? На это Хаммел лишь отрицательно помотал головой, мысленно соображая, к кому нужно будет наведаться до урока философии.

***

Блейн стоял возле рабочего стола, чуть прислонившись к нему бедром. В руках он держал тетрадь одного из своих учеников и внимательно проверял проделанную им работу. Время от времени он поправлял очки, которые съезжали с носа, и будто бы совершенно не слушал то, о чём уже несколько минут говорил его старший брат. Заметив это, Купер перестал раскачиваться в кресле, после чего он взял со стола небольшой лист бумаги, смял его и метким броском угодил прямо в лоб Блейну. – Эй! – немедленно возмутился тот, вскинув голову, отчего очки чуть было не свалились на пол, если бы он их не придержал. – Что за?!.. – Ты меня не слушал, – объяснил Купер, снова упав в кресло, и извиняться за это он совсем не собирался. – Я слушал, – недовольно буркнул Блейн, возвращаясь к работе. – Это легко проверить. – Ты что-то там плёл про барбекю? – Бекки! – возмущено воскликнул Купер, и Блейн утвердительно кивнул, сделав жест рукой, в которой держал ручку. На это старший брат закатил глаза, хотел ещё раз запустить в невежу бумажный шарик, но после передумал, вместо этого лишь обречённо вздохнув. – Так вот... – Что там у вас? – бросив быстрый взгляд на Купера, как можно более заинтересованно спросил Блейн. – Мы поссорились... Кажется. – Кажется? – Блейн снова посмотрел на брата, но в этот раз с неподдельным любопытством. – Это как? – Два дня назад я пришёл с работы и заметил... – Заметил? Надо же... В Блейна полетел злой взгляд, на который ему пришлось прикусить язык и не вербально пообещать хранить молчание. – Так вот. Я заметил что-то неладное в поведении Бекки. Она перестала со мной разговаривать, представляешь? – Купер эмоционально всплеснул руками и шумно опустил ладони на подлокотники. Блейн черкнул в тетради, после чего нахмурил брови и обратил всё своё внимание на брата. Он прокашлялся. – А в чём причина? – Понятия не имею. – Ты же сказал, что заметил это два дня назад. – Ну, да, – Купер деловито закинул ногу на ногу. – Поэтому в ответ я тоже перестал с ней разговаривать. Блейн поморгал, потом закрыл глаза, опустил голову, с трудом подавил в себе желание рассмеяться и снова поднял взгляд на брата. Тот в свою очередь смотрел на него так, словно нуждался в одобрении своих действий, и Блейн правда не знал, что ему на это сказать. – А со мной это сработает? – Купер в непонимании свёл брови. – Ну, ты перестанешь со мной разговаривать, если я перестану разговаривать с тобой? – Иди в задницу! – Ладно-ладно, – посмеиваясь над реакцией брата, попросил Блейн. – Прости, просто я никогда раньше не сталкивался с подобным. Глаза Купера неожиданно расширились, а брови подскочили вверх, и он поднялся с кресла. – А знаешь, почему? Блейн слегка отклонился назад и опасливо покосился на старшего брата, потому что тот подошел слишком близко, угрожая ему выставленным вперед указательным пальцем. – П-почему? – Потому что с парнями ведь намного проще, да? Блейн облегченно выдохнул, слегка усмехнувшись, после чего несильно оттолкнул Купера от себя. – Проще одному. – Нет же! – не уступал старший брат, словно был вдохновлен этой странной идеей. – Вот представь: живёшь ты с парнем... Купер на секунду замолчал, для того чтобы окинуть Блейна сомневающимся взглядом. – Надеюсь, это не слишком сложно для тебя? – Блейн не сразу понял, что он имел в виду, поэтому не успел возмутиться, как Купер уже придержал его за плечо, оставляя стоять на месте. – Ладно, шучу. Вот живёшь ты с парнем. – Ну? – Приходишь домой с работы, а он с тобой не разговаривает, и ты спрашиваешь у него: «Почему?». Ты у него спрашиваешь: «Ну, почему ты со мной не разговариваешь? Ты обиделся?» И он так спокойно отвечает: «Нет, всё нормально, Куп...». Блейн присел на рабочий стол и снял очки, еле сдерживаясь, чтобы не прыснуть со смеха. Тем временем Купер выдержал драматическую паузу, после которой продолжил. – И ты ему веришь, потому что его «нет» значит «нет», а не «догадайся сам, осёл». – А потом он предлагает тебе кружку пива, и вы вместе садитесь смотреть футбольный матч. Бинго! – Блейн закрыл тетрадь и бросил её на стол. – Точно, – задумчиво протянул Купер, одну руку уперев в бок, а другой потирая подбородок. Так он простоял не меньше минуты, пока Блейн искоса наблюдал за ним, немного опасаясь, что это затишье может обернуться ещё одной идиотской идеей его старшего брата. Поэтому когда Купер зашевелился, Блейна слегка передёрнуло от неожиданности. – Как думаешь, – начал Купер, обходя стол и останавливаясь рядом с братом, – парни могут считать меня привлекательным? – Боже мой... – простонал Блейн. – Только давай без зависти, ладно? – Нет! Всё, отвали. – Но ты должен мне помочь! – Что я должен сделать? Что? – Блейн уставился на Купера в утомительном ожидании, но тот долго не думал. – Шлёпни меня по заднице. На лице Блейна отразилась целая гамма эмоций, которую вряд ли возможно было описать словами. От удивления до откровенного «ты спятил?!». – Ты просто чокнутый. – Один разок? – Купер снял пиджак, отбросил его в сторону и развернулся, выставив свою задницу назад. – Потом скажешь, как впечатления. Блейн прижал руки к груди, словно боясь случайно прикоснуться и потом ни за что себе этого не простить. – Нет! Нет! – Давай уже! – Только не в моём кабинете! – Ты бы уже давно сделал это! – Ты придурок?! Сюда в любой момент может кто-то... Дверь кабинета неожиданно открылась, и Блейн тут же соскочил со стола, в то время как Купер не сразу выпрямился и замолчал. На пороге стоял Курт, и вид у него был немного ошарашенный. Блейн даже не представлял, как это вообще могло выглядеть со стороны, но ему просто неудержимо хотелось отвесить брату хороший подзатыльник. – Курт? – спустя неловкую минуту молчания, наконец, удосужился заговорить Блейн. – Всё в порядке? Курт снова в нерешительности оглядел двух взрослых мужчин напротив, неуютно поправил рюкзак на плече и только после этого сумел кивнуть. – Я хотел бы поговорить. – Хорошо, – Блейн нервно поправил волосы, повернувшись к Куперу. – Профессор Андерсон как раз только собирался уходить. У него куча дел. Купер поддержал брата и, не забыв прихватить с собой пиджак, скрылся за дверью. Курт проводил его взглядом, брошенным через плечо, а потом сразу вернулся к Блейну. Тот заметно нервничал, принимаясь раскладывать тетради на столе. Он не сомневался в том, что Курту захочется подколоть его увиденным. Поэтому нужно было срочно начать разговор первым, дабы избежать неловкости... Которой, к слову, всё равно было не избежать, но попытаться стоило. – Так в чём дело? – Блейн не посмотрел на Курта, но услышал, как тот подошел ближе. – Это я у тебя хотел узнать. Андерсон поднял на него взгляд и неопределенно пожал плечами, снова передавая инициативу в руки Курта. Тот это понял и для начала тяжело вздохнул. – Это касается Клайда. – И?.. – Блейн обошёл стол, искренне не понимая, что, касаемо Клайда, могло его разозлить. – Издеваешься? – Нет, объясни. Блейн остановился по ту сторону стола, а Курт подошел ближе, чтобы сквозь зубы процедить следующее: – Ты отстранил его от занятий? – Это было решением директора, – не замедлил с ответом Андерсон, четко ощущая, как атмосфера между ними начинала неумолимо накаляться. Теперь ему была ясна причина внезапного визита Курта – ему это не понравилось, и, на самом деле, Блейн был готов к такой реакции. – Но идея была твоя? – не унимался Курт, раздражаясь всё больше и больше от увиливаний Андерсона. – Абсолютно верно, – спокойно ответил Блейн; он не собирался оправдываться в своих действиях. Хаммела такой ответ явно не устроил. Он как-то нервно усмехнулся, после чего бросил злой взгляд на Блейна. – А теперь скажи: какого чёрта ты это сделал? – Не выражайся в моем присутствии. – А мне плевать! – упрямо огрызнулся Курт, заставив Блейна стиснуть зубы. Андерсон мысленно призвал себя успокоиться и не опускаться до такого же тона, хотя бросить в ответ что-нибудь дерзкое было непреодолимым желанием. Кто-то из них должен был сохранять самообладание и здравый смысл. – Курт, если ты сейчас же не прекратишь... – То, что? – нагло усмехнулся Хаммел. – На меня твои угрозы не действуют, ясно? – Я не понимаю, почему тебя это так разозлило? – Не понимаешь?! – искренне возмутился Курт. – Ах, вот в чем дело! Я не просил тебя вступаться за меня, как за ребенка, которому нужна твоя грёбанная опека! – Не просил, – согласился Блейн. – Я сам сделал то, что посчитал нужным сделать. – Значит, ты просчитался! – снова прикрикнул на него Курт. – Теперь все в школе будут думать, что это я попросил тебя! Я нажаловался мистеру Андерсону, потому что был не в силах вынести такого удара! Вот, что скажут! И ты в этом виноват! Ты даже не спросил, нужна ли мне твоя грёбанная помощь, хочу ли я этого! Ты сам всё решил, так?! А мне плевать! Я хотел сам с этим справиться! Это моя жизнь! Не нужно в нее лезть! Не нужно делать вид, что... – Хватит! – в какое-то мгновение не выдержал и вспылил Блейн так громко, что Курт замолчал, в страхе и недоумении уставившись на него. – Ты не заставишь меня почувствовать за собой вину. Хочешь знать, почему? Потому что я сделал то, что должен был. То, что сделал бы на моем месте любой нормальный человек, которому небезразлично происходящее прямо перед его глазами. Это было моим самым верным решением, за которое я не собираюсь извиняться, сколько бы ты здесь не рвал глотку о своем праве и своих интересах. А знаешь, что ещё? Курт лишь тяжело сглотнул, чувствуя то, как какое-то необъяснимое чувство подобралось к горлу. Он видел в глазах Блейна решительность, а в себе ощущал только упадок сил. – Пошёл вон из моего кабинета, – с расстановкой потребовал Андерсон, и Курт, напоследок одарив его недобрым взглядом, пулей вылетел за дверь, громко ей хлопнув.

***

Блейн вернулся домой с работы пораньше. Он чувствовал себя нехорошо после той перепалки с Куртом, и ему действительно хотелось всё между ними уладить теперь, когда они оба остыли и должны были всё обдумать. Курт должен был подумать над своим поведением и понять, что Блейн не сделал ничего такого, за что можно было бы осуждать. А Блейн просто должен был извиниться за то, что повёл себя совсем не профессионально, нагрубив ему прямо в своем кабинете. Сойдясь на этом, они могли бы разрешить ситуацию и помириться. В идеале. В мыслях Блейна, которые крутились и крутились у него в голове целую вечность: в школе, по дороге от школы до дома и даже сейчас, когда он уже оказался в прихожей. По не так давно появившейся в повседневной жизни Блейна привычке, снимая обувь, он прислушивался к звукам в квартире. Но их не было. Ни одного звука, который бы хоть как-то намекнул, что Курт был дома. Это заставляло Блейна снова нервничать. Он оставил ключи от машины на полке, после чего прошёл в гостиную. Отсюда было видно, что нигде не был включен свет, поэтому оставался лишь один вариант, где Курт мог быть. Блейн рванул к его комнате, схватился за ручку двери и распахнул её. К большому сожалению, пришлось убедиться в том, что и здесь Курта не было. Но Блейн заметил небрежно брошенный на кровать рюкзак. Тогда он снова направился в прихожую, обулся, взял ключи и покинул квартиру. Заводя мотор, Андерсон думал о том, как нелегко будет найти Курта в такой час. На город уже спустились сумерки, и с ним могло случиться всё, что угодно до того, как он сам успеет что-нибудь натворить. Теперь Блейн винил себя в том, что был с ним слишком груб. Винил за то, что не позвонил и не поинтересовался положением его дел, когда занятия Курта закончились. Блейн ведь прекрасно знал, что добром это не кончится и почему-то позволил себе такую беспечность. Андерсон поджал губы и на светофоре свернул налево. Он внимательно смотрел по сторонам, пытаясь узнать в редких прохожих Курта, но удача улыбнулась ему только тогда, когда он преодолел ещё с десяток таких поворотов. По безлюдному тротуару одиноко шагал парень, очень напоминающий Курта, и Блейн поспешил оставить свой автомобиль на обочине, чтобы выйти и броситься за ним следом. – Курт! – окликнул его Андерсон, и парень обернулся, а потом снова продолжил идти, ускорив шаг. Блейн тоже не собирался отставать. – Курт! – он подбежал ближе и ухватился за его плечо, развернув Хаммела к себе лицом. – Не вздумай бегать от меня. – Что ты здесь делаешь? – утомленно спросил Курт, и Блейн ответил, как только перевёл дыхание. – Искал тебя. А вот что делаешь ты, ещё предстоит выяснить. – Езжай домой, – безразлично бросил Курт, прежде чем развернуться и попробовать уйти. – Я никуда не поеду без тебя, – Блейн зашагал рядом. – Нам нужно вернуться. – Тебе нужно, а у меня есть одно дело. Хаммел прошел вперед, оставляя Андерсона позади тупо смотреть ему вслед. Теперь они находились у какого-то сомнительного паба, на территории которого несовершеннолетние подростки раскуривали сигареты и распивали спиртные напитки. Это место сразу не понравилось Блейну, и он снова догнал Курта, попытавшись его остановить. – Ты не пойдешь туда, – серьёзно предупредил Блейн, заграждая ему путь. – Не мешай мне, ладно? – Пожалуйста, Курт. Мы оба не хотим проблем, так? Моя машина стоит вон там, неподалеку. Давай мы вместе пройдем... – А вот и он! – вдруг негромко воскликнул Курт, за плечом Блейна заметив кого-то нужного. Блейн инстинктивно обернулся, чтобы посмотреть на то, как из этого самого заведения вышел Клайд и прошёл за здание – скорее всего, чтобы отлить. Андерсон снова повернулся к Курту. – Нет, Курт! Что ты?.. – он предпринял попытку схватить Хаммела за толстовку, но не успел. Тот уже решительно шёл по направлению к площадке для парковки рядом с пабом. – Что ты собираешься делать? – нагнав его, ещё раз задал свой вопрос Блейн, на что Курт сначала хмыкнул. – Хочу доказать ему, что не испугался. – Это того не стоит, – обречённо выдохнул Блейн, абсолютно не видя смысла в том, что сейчас должно было произойти. Но Курт не услышал его. Они вместе свернули за угол и наткнулись на Клайда, который только-только закончил и собирался уходить, по пути застегивая ширинку. Футболист был немало озадачен такой встречей. Сначала он недобро покосился на Курта, а потом и на Блейна, заметив его во вторую очередь. – Чем обязан? – после непродолжительного обмена взглядами грубо спросил Клайд, и Курт не сразу нашелся с ответом. – Хочу кое-что прояснить, – уверенно начал он. – И что же? – нахально усмехнулся Клайд. – Тебе, видимо, не хватило? За добавкой пришёл? – Я тебя не боюсь, – приступив к нему ближе, уверенно процедил Курт, а Блейну в этот момент так хотелось удержать его на месте за край одежды. Ведь Бишеп был намного больше Курта, и в любой момент могло произойти что-то необратимое. – Не боишься? – его зубы снова обнажились в кривой усмешке, после чего взгляд упал на Андерсона. – Поэтому привёл с собой свою мамочку? Блейн не успел удержать Курта, и он в порыве злости рванул на Клайда, но тот сумел это предвидеть. Он увернулся, оттолкнув Курта от себя и с силой припечатав его к стене здания. – Ты зря это начал, – тяжело дыша, сказал Клайд. – Я одним ударом заставлю тебя в этом убедиться, педик. Футболист только занёс кулак, как между ними возник Блейн. Он одним уверенным движением оттолкнул Клайда, и тот отступил на пару шагов назад, чтобы устоять на ногах. – Давайте всё решим мирно, – предложил Блейн, примирительно выставив руки в разные стороны, чтобы в случае чего удержать того, кто первый нарушит дистанцию. – Никто же из нас не хочет, чтобы... Он не успел закончить, потому что в следующий момент Клайд одним рывком сократил расстояние между ними и больно ударил его прямо в лицо массивным кулаком. От этого удара Блейн потерял равновесие и чуть отшатнулся назад. Он приложил ладонь к онемевшей от боли щеке и почувствовал, как Курт поддержал его за локоть, должно быть, опасаясь, что он мог рухнуть на землю от потрясения. Но Блейн был в порядке и собирался доказать это. Андерсон освободился от рук Курта, отнял ладонь от щеки и выпрямился, с вызовом посмотрев в глаза Клайда, который был немного удивлен тем, что он так быстро отошел от такого мощного столкновения. Ведь на самом деле Клайд был здоровее и выше Блейна почти на голову, но это его не пугало. Блейн подошёл ближе, воспользовался неким замешательством футболиста и нанёс ответный удар ему в челюсть, сразу после этого почувствовав дикую боль, пронзившую костяшки пальцев. От силы удара Клайда потянуло назад. Он схватился за лицо обеими руками и застонал, отчего на губах Блейна появилась победная улыбка. Он был ошеломлен тем, что только что произошло, потому что раньше ему никогда не доводилось участвовать в чем-то подобном. Это было сродни безумию, и кровь в висках Блейна стучала неумолимо громко и часто. Он даже усмехнулся вслух, перед тем как Курт схватил его за рукав рубашки и потащил в неизвестном направлении. – Курт, постой... – Блейн с трудом успевал переставлять ноги. – Там его дружки, – объяснил Курт, – они уже близко. Андерсон обернулся назад через плечо и действительно увидел, как трое крепких парней вышли из-за угла. Они подбежали к Клайду, который лежал на земле и громко вопил, после чего оставили его и рванули следом за Блейном и Куртом. – Нам нужно уносить ноги как можно скорее, – согласился Блейн, и оба перешли на быстрый бег. Признаться, Андерсон давно не испытывал таких физических нагрузок, разве что только умственных. Это тебе не так просто, как решать квадратные уравнения или тригонометрические формулы. В математике скорость – далеко не главное, а в данном случае она должна быть больше, чем расстояние до безопасного места, иначе тебе надерут задницу. Блейна стало распирать на смех от глупости собственных размышлений. Он начал тихо посмеиваться над самим собой, и его смех становился всё громче, когда они добрались до высокого ограждения из сетки и стали через него перебираться. – Какого хрена ты ржёшь? – не выдержав, спросил Курт, после того как они оказались на земле. Но Блейн не мог ничего ответить. Он хлопнул Курта по плечу, и тот отошел к стене, чтобы потом сползти по ней вниз и присесть. Андерсон сделал то же, перед этим сумев отдышаться и прекратить безудержно смеяться. Теперь они оба сидели на земле, прислонившись к стене какого-то высотного здания, и молчали. Блейн немного пришел в себя, и выражение на его лице заметно потеряло тот энтузиазм и задор, который не покидал его всю их вечернюю пробежку. Курт заметил это и, чтобы не дать ему задуматься над всей отвратительностью своего поступка, решил повернуться и начать разговор. – Честно говоря, это было... Смело, – закончил Хаммел, и Андерсон поднял на него взгляд, затем коротко улыбнувшись. – Я ударил ученика. Это глупо и неправильно, – добавил он. – Совсем нет. Ты так отважно вступился за меня, хотя не должен был. – О, брось, – у Блейна вырвалась усмешка. – Я... Я... Ты только посмотри на меня! У меня разбиты костяшки, я не чувствую половину своего лица и свой нос. И самое страшное, что я – взрослый и уважаемый человек, преподаватель в старшей школе... Сижу здесь, с тобой, и чувствую себя подростком со скверным воспитанием. Курт ухмыльнулся, мысленно отмечая, что таким Блейн нравился ему гораздо больше, но вслух это никак не прокомментировал. – Тебе больно? – Нет, – Андерсон отрицательно покачал головой. – У тебя кровь, – заметил Курт и потянулся, чтобы пальцем осторожно стереть тёмную каплю под носом Блейна. Тот не стал этому препятствовать. Он сидел смирно, сначала проследив за движением Курта, а затем подняв взгляд и столкнувшись им с его глазами. Блейн никогда не видел их так близко и теперь очень жалел об этом, потому что в этих глазах было что-то манящее. В них хотелось утонуть или же просто влюбиться. Возможно, на рассудок Блейна сейчас оказывала влияние обстановка, спустившаяся на город ночь и звёзды, вкраплённые в тёмное небо прямо над головой. Возможно, этому желанию не стоило доверять, но очень хотелось... Поэтому без раздумий Блейн потянулся вперед и, перед тем как закрыть глаза, заметил, как Курт сделал то же, распахнув губы и вскоре после этого приняв от него поцелуй. Поцелуй, который длился совсем недолго. Спонтанный, глубокий, нежный и чувственный. Блейн и сам не знал, что хотел сказать Курту этим поцелуем, но верил, что и он не догадывался, зачем ответил. Поэтому ничто не имело значения. Только теплая ладонь Курта на его пульсирующей от боли щеке, его мягкие губы на губах Блейна, и то последнее мгновение, когда одно дыхание делилось только на двоих.